Текст книги ""Фантастика 2025-157". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Анна Одувалова

Соавторы: Надежда Мамаева,Нина Ахминеева,Валерий Гуров
сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 348 страниц)

Глава 13

Солнечный луч щекотал правый глаз. Вставать не хотелось. Перевернувшись, на левый бок, я вдруг унюхала приятный запах. Казалось, совсем рядом благоухали розы.

Глюки из-за беременности начались?

Приоткрыв веки, увидела прямо перед носом роскошный алый бутон. Осторожно коснулась пальцем нежного лепестка: не галлюцинация. Сев в кровати, я с недоумением воззрилась на цветок.

«Доброе утро», – раздался в голове спокойный голос Або.

Вскинув голову, нашла взглядом тушканчика: тот сидел на столике рядом со шкатулкой. А рядом, на столешнице лежала внушительная пачка банкнот. Окончательно ошалев, я в немом удивлении уставилась на зверька.

«Некромант минувшей ночью приходил. Просил передать, что придёт сегодня в это же время. Купюры настоящие, роза – фантом», – невозмутимо пояснила высшая сущность.

Во блин.

Рука взлетела к голове, пальцы моментально увязли в спутанных волосах. Я досадой поморщилась.

«На территории особняка люди. Через три минуты войдут в дом, вставай», – неожиданно сообщил ушастый всезнайка.

Раньше предупредить не мог⁈

Я птицей слетела с постели. Одновременно пытаясь привести прическу и платье в порядок, заметалась по комнате. Увидев в зеркале свое полубезумное лицо, затормозила. Шумно выдохнула, успокаиваясь.

– Цветы для боярышни Александры Петровны Апраксиной! – зычно рявкнул из холла какой-то мужчина.

Он на первом этаже, я на втором, в комнату дверь закрыта. А все равно слышу. Мужик часом оперой не балуется?

Я снова посмотрела на зеркального двойника. Волосы дыбом, платье помято. Красотка. Плевать, все равно не успеваю.

Выпрямив спину и расправив плечи, вышла в коридор, быстро направилась к лестнице. Спустившись в холл, увидела субтильного, светловолосого паренька в красной курточке, отделанной серебристой вышивкой.

Это он так орет? Ничего себе голосяка.

Заметив меня, юноша набрал в грудь воздуха и радостно заорал:

– Цветы для боярышни Александры Петровны Апраксиной!

Я демонстративно прикоснулась пальцем к уху. Подойдя к парню, тихо спросила:

– Где?

– Кто? – крикун захлопал белесыми ресницами.

– Цветы где?

– Внести цветы от князя Иволгина для боярышни Александры Петровны Апраксиной! – посыльный заорал так, что у меня едва не лопнули барабанные перепонки.

Шумно выдохнув, я угрожающе прищурилась. Довольная улыбка сползла с лица паренька. В этот момент входная дверь распахнулась и в холл начали входить мужчины с гигантскими корзинами кроваво-красных роз. Установив их вдоль одной из стен, носильщики шустро ретировались.

– Здесь двадцать пять корзин, – деловито сообщил парень. Протянув мне карточку с именем, титулом и телефоном дарителя, важно заявил: – Передайте вашей хозяйке: Александре Петровне.

– Всенепременно, – я выразительно хмыкнула.

– А ты ниче такая, – многозначительно шепнул паренек, играя бровями.

Я указала пальцем на дверь.

– Выход там.

– Ишь какая цаца, – посыльный обиженно цыкнул.

Дождавшись, когда он уйдет, я задумчиво посмотрела на цветы, затем на карточку. Ни титул, ни фамилия мне ни о чем не говорили. Но в связи с чем незнакомый человек прислал цветы, догадываюсь: на меня началась охота.

Ежики-зеленые. Я ведь здесь совсем одна! Мой дом запросто превратится в проходной двор. Надо срочно придумать, как этого избежать.

Вернувшись в спальню, небрежно кинула визитку на комод, глянула на часы: пять минут десятого. Скоро приедет управляющий, пора приводить себя в порядок и позавтракать не помешает. Накидывая план действий, взяла оставленную Дмитрием розу, понюхала: запах просто волшебный. И тут меня озарило.

– Або, можешь меня научить делать такие же реалистичные фантомы?

«Могу, но достичь такой реалистичности сложно. При должном усердии, только лет через пять у тебя начнет получаться что-то похожее».

– Долго, – я поморщилась. – У меня внезапно назрела проблема. Толпа мужиков запросто вошла в дом. Не хочу, чтобы по особняку шлялись всякие непонятные личности. Но и охрану нанимать такое себе. Терпеть не могу чужаков.

«Иди в душ, – предложил ушастик. – Если сможешь полностью расслабиться, скину тебе подходящую технику».

– Какую? – я с любопытством посмотрела на лопоухого.

«Расслабишься, узнаешь, – невозмутимо отозвался тот и напомнил. – На водные процедуры у тебя не так много времени. Поспеши».

Захватив из гардеробной чистую одежду, я отправилась в ванную. Быстро расчесавшись, скрутила волосы жгутом на затылке. Раздевшись, включила воду, встала под упругие, горячие струи. Как только мышцы расслабились, а мысли перестали перескакивать с одного на другое, перед внутренним взором замелькали замысловатые руны, сложные схемы плетений.

Ничего не понятно, но очень интересно.

«Всё, закончил. Вылезай, – распорядился наставник. – Девять тридцать».

Чертыхнувшись, я быстро закрутила краны. Вытершись насухо, оделась. Распустив слегка влажные волосы, ещё раз их расчесала. Сделав высокий хвост, вернулась в спальню. Взяв тушканчика, аккуратно посадила к себе в карман.

– Для чего эта техника? – спросила зверька, выходя из комнаты.

«Для поднятия зомби».

Кого⁈

Я растерянно остановилась посреди коридора. В этот момент с первого этажа послышался знакомый мужской голос:

– Александра-а-а, – позвал он громко, певуче.

Хм-м. Неожиданно.

* * *

Десятью минутами ранее

С неба крупными хлопьями падал снег. Шикарный ярко-жёлтый спортивный автомобиль неторопливо ехал по городу. Развалившись в водительском кресле, Антон Леонидович с превосходством посматривал на прохожих. Видя дорогущую, хищную красавицу, простолюдины замедляли шаг и с восхищением глазели на недоступную им роскошь.

«Нищеброды. Слюнями не захлебнитесь», – аристократ надменно хмыкнул.

Остановившись на красный сигнал светофора, Антон Леонидович заметил у пешеходного перехода стайку миловидных мещанок. Смущаясь и краснея, юные прелестницы топтались на обочине. Явно любуясь роскошным авто, они украдкой пытались рассмотреть водителя.

«Все бабы мечтают о красивом муже с деньгами; о том, чтобы мужик засыпал подарками и решал все проблемы, – размышлял альфонс, лениво разглядывая девушек. – Сашка осталась совсем одна. Наверняка злиться, паникует, не знает за что хвататься. Разводить с ней сантименты не стоит. Сразу возьму в оборот: аппетитная девка, задница что надо. Оторвусь по полной», – почувствовав эрекцию, он похабно ухмыльнулся.

Автоматический регулировщик моргнул, цвет сменился на зеленый. Грозно рыкнув двигателем, спорткар сорвался с места. Разбрызгивая грязную кашу, машина помчалась по дороге. Когда слева показался каменный забор особняка Апраксиных, аферист сбросил скорость.

«Всё же предок боярина Апраксина – идиот. Ну кто так строит? Калитка в ограждении есть, а нормальных ворот нет. Заходи кто хочет, бери что есть, – въезжая в монументальную арку, Антон неодобрительно поморщился. – Жена решила экономить, но без охраны здесь жить не вариант. Сегодня с наёмниками возиться некогда, с Сашкой буду кувыркаться, а вот завтра уже вполне».

Припарковавшись на привычном месте, Антон Леонидович залез в бардачок. Вытащив из тайника миниатюрный пузырёк, огорчённо вздохнул: на донышке осталась всего пара капель вещества.

Этот запрещённый препарат достался Антону случайно. Поначалу он расходовал афродизиак бездумно, упиваясь своей властью над женщинами. Стоило мужчине нанести маслянистую жидкость на кожу, как у представительниц слабого пола срывало крышу: они в прямом смысле набрасывались на носителя аромата и требовали секса.

Об истинной ценности синтетического вещества любвеобильный аристократ, увы, узнал слишком поздно, когда почти все израсходовал. Оказалось, что купить «волшебное» средство в принципе невозможно. За изготовление и распространение наказывали не каторгой, но сразу вешали. Без суда и следствия.

«Осталось на один раз, – Антон цыкнул от досады. – Ну да ничего, риск оправдан. Если Анфиска не соврала про способности серебряной ведьмы, то нужды в деньгах у меня не будет, а бабы сами станут вешаться».

Мужчина с усилием отвинтил крышку. Древесный аромат с нотками мускуса поплыл по салону. Нанеся «духи» на шею и за ушами, Антон Леонидович кинул опустевший флакон обратно в тайник. Выйдя на улицу, решительно пошёл в дом. Холл встретил его тишиной и стойким запахом роз.

«Похоже, желанную невесту начали обхаживать, – глядя на корзины с цветами, дворянин пренебрежительно усмехнулся. – Добиться её согласия гораздо проще, дебилы».

– Александра-а-а, – протянул он нараспев. Немного подождав, уверенной походкой хозяина пересёк холл.

Поднимаясь на второй этаж, увидел Александру: та стояла рядом с лестницей, смотрела на него с удивлением. Быстро преодолев последние ступени, Антон Леонидович, решительно обнял за талию озадаченную падчерицу, притянул к себе. Выждав пару мгновений, отстранился, посмотрел Саше в глаза:

«Зрачки расширились, заполнили радужку. Поплыла тёлочка».

Положив ладонь на затылок девушки, брачный аферист жарко прошептал:

– Я так долго о тебе мечтал, – и потянулся к её нежным губам.

* * *

Обнимает? Что за дела? Боже, как он воняет! Извалялся в тухлой рыбе? Нахрена⁈

Пытаясь совладать со рвотными позывами, не расслышала, что Антон Леонидович сказал. Вдруг, этот урод, вытянул слюнявые губы и, похоже, собрался меня поцеловать.

Да ну нафиг.

Стараясь не дышать, я скинула с себя руки отчима, отшатнулась: на его усатой морде отчетливо читалась похоть.

Однозначно спятил.

Не задумываясь, отвела правую ногу и резко врезала коленом мужчине прямо в пах! Тот заорал дурниной. Согнувшись в три погибели, попятился, оступился и кубарем покатился вниз по ступеням. Увидев, как горе-соблазнитель с силой ударился головой о балясину, я неодобрительно цокнула.

Помрёт ещё ненароком. Чисто теоретически зомби поднять могу, но от такого охранника и в живом виде тошнит. Страшно представить, что со мной будет, если он станет дохлой вонючкой.

«Або, с какого перепуга таракан воспылал ко мне страстью? И почему так ужасно смердит?» – спросила я ушастика, наблюдая за Антоном Леонидовичем: зажимая ладонями гениталии, тот крючился на полу в холле и жалобно стонал.

«Я открою для тебя его разум. Узнаешь всё сама», – бесстрастно сообщила высшая сущность.

А через миг в мой мозг хлынули чужие мысли, эмоции, желания. От осознания того, что хотел сделать со мной этот подонок, руки сжались в кулаки. Внутри все заледенело.

Убью гада.

Я неторопливо спустилась. Встав над свернувшимся калачиком аферистом, ощутила, как сила соскользнула с моих пальцев. Пол покрылся тонкой коркой льда. Испугано хлопая побелевшими от инея ресницами, этот моральный урод испуганно смотрел на меня. Он силился что-то сказать, увы, посиневшие губы не слушались.

– Запоминай, – в моём голосе завывала вьюга. – С этой секунды и днём, и ночью ты будешь постоянно жаждать секса с женщиной. Это стремление станет мучительным, невыносимым. Однако даже мимолётное прикосновение представительницы слабого пола будет порождать у тебя животный ужас и желание удрать как можно дальше. Но как только страх схлынет, сразу же вернётся возбуждение. И всё вновь повторится. До конца своей никчёмной жизни тебе предстоит страдать от желания физической близости с женщиной и бояться её до одури, – щедро зачерпнув силы, я выбросила руку вперёд. Через удар сердца серебристый узор окутал мужчину и без остатка вошёл в его тело.

– Ты блефуешь, – прохрипел отчим.

– Давай проверим, – холодно обронила я и небрежно ткнула носком ботинка мужчине в бедро.

И без того бледное лицо таракана стремительно позеленело. Истерично взвыв, он засучил ногами, пытаясь встать. Не вышло. В этот момент входная дверь распахнулась и в холл вошел Анатолий Федорович Кони. Не глядя на меня, менталист устремил взор на завывающего Антона Леонидовича.

Копается у вонючего таракана в голове?

Словно отвечая на незаданный вопрос, Кони побагровел от гнева, процедил:

– Я сейчас уберу эту гниду.

Быстро приблизившись к брачному аферисту, юрист схватил его за шиворот и поволок прочь из дома. Находясь в каком-то заторможенном состоянии, я посмотрела на ближайшую корзину с розами: на нежных лепестках медленно таял снег. Опустив руку в карман, погладила тёплую шёрстку ушастого друга, спросила:

«Почему „духи“ у меня вызвали отвращение? Это из-за дара серебряной ведьмы? Да?»

«Нет. В твоём ребёнке сила Дмитрия. Пока носишь его малыша, на тебя не подействуют ни яды, ни зелья, ни афродизиаки», – ровным тоном ответил Або.

Надо же.

Я озадаченно хмыкнула. Увидев вернувшегося Кони, вопросительно приподняла брови.

– Отчим вас больше не потревожит, – уверенно заявил юрист. Подойдя ко мне ближе, добавил: – Александра, вашему особняку требуется охрана.

– Согласна. Вы знаете, где находится ближайшее кладбище?

Совладав с изумлением, аристократ кивнул.

– Я и моя машина к вашим услугам.

– А что у вас здесь происходит? – послышался от входа удивлённый мужской голос.

Да сколько можно⁈ Мужики заходят как к себе домой! А может это управляющий⁈

Глава 14

– Я видел Антона Леонидовича. Там, во дворе, – встревоженный незнакомец неопределённо махнул рукой. – Лицо в крови, глаза безумные, едва под мою машину не попал. Что у вас случилось?

Преступление и наказание у нас случилось. Но кровушку усатому гаду я не пускала. К господину юристу появились вопросы.

Украдкой глянула на Анатолия Федоровича: тот стоял с невозмутимым выражением. Вновь посмотрела на незнакомого мужчину: среднего роста, светловолосый, правильные черты лица.

В руке держит папку, знает не только имя-отчество таракана, но и как он выглядит. Вполне возможно этот человек – мой управляющий, но на все сто не уверена.

Решив не рисковать, я сухо поздоровалась:

– Доброе утро. Представьтесь, пожалуйста.

– Доброе утро, Александра Петровна, – досадуя на себя, мужчина поклонился. – Лицин Иван Иванович. Прошу прощения, что сразу не назвал своего имени. Решил, что в этом нет необходимости. Мы с вами однажды уже встречались, здесь на этом самом месте. Вы меня не помните?

Изобразив глубокий мыслительный процесс, я торопливо попросила тушканчика:

«Выручай!»

«Смотри», – лаконично предложил Або, и в мой разум снова хлынули картинки из чужой памяти.

«Вспомнив», то чего никогда не знала, я мысленно поблагодарила ушастую прелесть. И ровным тоном сказала:

– В тот день я вернулась из пансионата. Вы стояли в холле, поинтересовались моим самочувствием после дороги, я вам ответила. Однако и тогда вы не сказали своего имени.

– Разве? – Иван Иванович смущённо кашлянул.

– Всё так и было, – неожиданно подключился к разговору Кони.

– Вам-то откуда знать? – с толикой недовольства поинтересовался управляющий.

Выдержав паузу, Кони с достоинством сообщил:

– Я обладаю ментальным даром, – его собеседник моментально напрягся, а менталист невозмутимо продолжил: – Меня зовут Анатолий Фёдорович Кони, я юрист и хороший знакомый Александры Петровны. Учитывая, что все ваши мысли для меня открыты, настоятельно рекомендую, рассказать новой главе боярского рода Апраксиных обо всём, без утайки.

Лицин занервничал, вцепился обеими руками в папочку, отвёл взгляд.

Оба на, никак рыльце в пушку? Ворует или просто накосячил?

Не спеша делать выводы, я спокойно сказала:

– Иван Иванович, предлагаю поговорить в моём кабинете. Анатолий Фёдорович, составите нам компанию?

– Конечно, – дворянин учтиво кивнул.

Мои «гости» в пальто. Куда дворецкий уносил верхнюю одежду визитёров? Кто бы ещё знал. Пусть так идут.

Круто развернувшись, я направилась в кабинет. Мужчины тотчас пошли следом. Усевшись за рабочий стол, дождалась, когда юрист с управляющим устроятся на диване. И строго сказала:

– Слушаю вас, Иван Иванович.

– На текущий момент в собственности боярского рода Апраксиных имеется стекольный завод и графитовый рудник. Из недвижимости: этот особняк, земельный участок в Москве, гостевой дом во Владимире. Ваша матушка наняла меня восемь месяцев назад. Когда приступил к работе, финансовое положение вашего рода уже было плачевно. Основная проблема – оборудование на заводе и руднике. Оно настолько износилось и морально устарело, что проще выкинуть, чем отремонтировать. Из-за хронических простоев срывались сроки поставок, партнёры выказывали недовольство, задерживалась выплата заработной платы рабочим, – перечисляя проблемы, управляющий нервно поглаживал папку, лежащую у него на коленях. – Я провёл полный аудит, подготовил план оздоровления бизнеса, но требовались существенные заёмные средства. Анфиса Тимофеевна взяла тайм-аут для принятия решения. Почти месяц я ждал. В тот день, когда ваша матушка устроила пышную свадьбу с Антоном Леонидовичем, рабочие на руднике взбунтовались.

– Цветы для боярышни Апраксиной! – зычно крикнул какой-то мужчина из холла.

Да что ж такое-то!

Чертыхнувшись про себя, я встала из-за стола.

– Скоро вернусь, – пообещала мужчинам и быстро покинула комнату.

Завидев меня высоченный, худющий как палка юноша, заорал:

– Внести цветы от боярина Силантьева для главы боярского рода Апраксиных!

Даже так⁈

Я настороженно смотрела, как в мой дом второй раз за утро заносят большущие корзины с цветами.

– Двадцать пять корзин, – бодро отрапортовал посыльный. – Передай хозяйке, – вручив мне карточку с телефоном и именем дарителя, парень шустро ушёл на улицу.

«Почему опять двадцать пять?» – поинтересовалась я у тушканчика, рассматривая тёмно-бордовые бутоны.

«В этом мире аристократке дарят двадцать пять роз, делая предложение выйти замуж. Двадцать пять корзин – жирный намёк на то же самое. У главы боярского рода Силантьевых не женат только младший сын Андрей. Ты с этим юношей знакома», – в интонации высшей сущности отчётливо сквозила ирония.

Чего⁈ Тот высокомерный, наглый хам и зассанец? Да пошёл он вместе с папашей в пешее эротическое путешествие! Мне срочно нужны зомби.

Я вернулась в кабинет. Сев на прежнее место, бросила:

– Продолжайте, Иван Иванович.

Покосившись на юриста, Лицин вымученно улыбнулся.

– Репутация у рудника аховая. Я не мог найти рабочих. Ваша матушка приказала разбираться самому. В общем на вашем руднике вот уже полгода трудятся заключённые.

– Заключённые? – переспросила я с изумлением.

– Да, – управляющий понуро опустил плечи. – Неподалёку от рудника колония строго содержания. Я договорился с её начальником. Привозит-увозит очередную смену охрана колонии. Проблем с рабочими у нас больше нет. Но, – недоговорив, он нервно поправил шарф на груди.

– Трудоустройство отбывающих наказание совершено в обход закона, – спокойно продолжил Кони.

– Да не мог я по закону. Не потянем! – недовольно бросил управляющий. – По тарифам минюста минимальная зарплата для такого вида работ установлена в сто рублей за месяц. Нам требуется девяносто шесть человек. Штат впервые полностью укомплектован. И за каждого осуждённого я плачу не сто, а сорок пять рублей.

– И напрямую начальнику колонии, – я понимающе хмыкнула. – Кто знает о вашей махинации? Антон Леонидович в курсе?

– Нет, – управляющий отрицательно замотал головой. – Ни он, ни Анфиса Тимофеевна ничего не знают. Но, боюсь, что боярин Силантьев осведомлен. Месяц назад он лично приезжал на рудник. Я так понял, вы планируете заключить с ним сделку?

– Уже нет, – я побарабанила пальцами по столу и в лоб спросила: – Рудник убыточен?

– Если вы воздержитесь от расхода денежных средств с этого вида бизнеса на личные нужды, то вполне реально выйти на приемлемый уровень дохода. По срокам сейчас не скажу, надо всё хорошо просчитать.

Лицин застыл в ожидании ответа. Вдруг я поняла: этот наёмный сотрудник беспокоится о бизнесе рода Апраксиных ничуть не меньше меня, скорее даже больше.

В чём его резон? Надо будет при случае попытать Або.

Я скупо улыбнулась управляющему.

– Иван Иванович, как можно быстрее легализуйте работу заключённых. Проблемы с законом нам ни к чему. На руднике даю вам полную свободу действий, но жду отчётов. Ещё, пожалуйста, подумайте можно ли спасти залоговое имущество. Стекольный завод ведь в залоге?

– Да. Ваша матушка приняла решение взять кредит на модернизацию завода. В залог ушёл как сам завод, так и московский участок. К сожалению, все заемные деньги боярыня направила, – мужчина замялся, подбирая слова.

Ясно – понятно, «матушка» своего муженька радовала.

– Можете не объяснять, – я откинулась на спинку кресла. Помолчав, тихо сказала: – Иван Иванович, вы прекрасно знаете, что бизнес моего рода на грани краха. Одно неразумное решение и всё. Я надеюсь на вашу компетентность, не подведите меня.

– Александра Петровна, не сомневайтесь: сделаю всё, что в моих силах. Рад вам служить, глава боярского рода Апраксиных, – мужчина встал, низко поклонился.

Попрощавшись, управляющий ушёл, прихватив с собой так и не понадобившуюся папку. Шумно выдохнув, я помассировала виски.

– Вы приняли правильное решение. Лицин вас не подведёт. Вы его шанс получить уважение общества. Сейчас он ничуть не лучше изгоя, – спокойно произнёс Кони.

– Почему?

– Ваш управляющий – незаконнорождённый сын дворянки.

От страшной догадки внутри всё оборвалось. Выходит и моему малышу грозит стать кем-то типа изгоя⁈

То ли от избытка эмоций, то ли от густого запаха роз замутило. Желая открыть окно, я встала из кресла. Споткнувшись о сапог, стоящий у ножки стола, пошатнулась.

Анатолий Фёдорович мгновенно оказался рядом.

– Александра, вам нехорошо? – спросил он встревоженно, придержав меня за локоть.

– Есть немного. Не успела позавтракать, – призналась я неохотно. – Еще цветы эти, – скривилась, от подкатившей тошноты.

Аристократ озадаченно нахмурился.

– Вам срочно надо поесть, – строго сказал и уверенно повел меня прочь из собственного кабинета.

* * *

Кони готовил навороченный омлет. На моей кухне и лично для меня. Тихонько радуясь, что больше не мутит, я восседала за столом. Наблюдая за умелыми действиями мужчины, слушала его рассказ о поимке злодеев, вымогающих деньги у Маргариты Ткачук, и пыталась понять, что движет Анатолием Фёдоровичем.

В жизни не поверю, что опытный московский адвокат решил почистить карму и поэтому возится с Маргаритой. Скорее всего он разруливает проблемы Ткачук, желая побыстрее закрыть вакансию в санатории. В принципе в этом нет ничего экстраординарного. Появилась возможность нанять не абы кого, но квалифицированного сотрудника. Почему бы и не оказать содействие в решении проблем ценного кадра? Для Кони – это несложно, да и идею с новым бизнесом подкинул именно он. Так что тут всё логично.

Но вот то, как Анатолий Фёдорович обо мне заботиться, не лезет ни в какие ворота! Зачем так старается понравиться? Сегодня прямо из кожи вон лезет! Вопрос: в чем причина? На ум приходит только одно: и этому аристократу понадобилась в «личное пользование» серебряная ведьма. Возможно, я излишне подозрительна, но иного мотива не вижу.

Дворянин поставил предо мной тарелку с высоким, пышным омлетом, обаятельно улыбнулся. Какие бы там цели юрист ни преследовал, но приготовленное им блюдо и выглядело, и пахло восхитительно.

– Спасибо, Анатолий Фёдорович, – поблагодарила я вежливо.

– Цветы для боярышни Апраксиной! – громкий мужской голос резанул по ушам.

Да сколько можно⁈ Какое-то нашествие цветоводов-любителей. Поесть спокойно не дадут.

Я обречённо вздохнула, начала подниматься. Аристократ остановил меня властным жестом, распорядился:

– Ешьте. Сам пообщаюсь с посыльным, – и тотчас удалился.

Ух ты, какой командирский тон. Впрочем, сейчас мне это глубоко фиолетово. Распоряжение совпало с желанием.

Усмехнувшись, я попробовала блюдо: действительно приготовлено отменно. Не тушуясь, принялась с аппетитом есть.

«Расскажи мне, пожалуйста, о незаконнорождённых детях дворянок», – попросила Або, положив в рот очередной кусочек.

Мой ушастый наставник пошевелился в кармане платья.

«Все незаконнорождённые дети аристократок в обязательном порядке носят сокращённые фамилии матерей. У твоего Лицина, мать скорее всего Голицина».

«Получается, мой малыш будет Раксиным?» – глядя в тарелку, я жевала омлет. Его вкус почему-то стал пресным.

«Верно. Даже в том случае, когда отец признаёт бастарда, фамилия остаётся неизменной. Это своего рода клеймо. Сам факт появления внебрачного младенца на свет – жуткий позор».

«Идиотские традиции. Малыши-то в чём виноваты?», – разнервничавшись, я отложила вилку.

«Дети должны рождаться в законном браке. Иначе их ждет незавидное будущее: презрение, осуждение со стороны общества. Эту аксиому знает каждая аристократка. Поэтому, когда у незамужних дворянок случаются беременности, то от плода они как правило сразу же избавляются».

«Мой малыш будет жить», – я упрямо поджала губы.

«Молодец, – неожиданно похвалила высшая сущность. – Выпей чаю, а то совсем остынет».

«Не хочется», – я в раздумьях смотрела на скатерть.

Вдруг вспомнила о Кони: слишком долго отсутствует.

Что-то случилось?

От нехорошего предчувствия по телу побежали мурашки. Передернувшись, я торопливо вышла из кухни. Цветов в холле однозначно прибавилось. Юрист находился в доме: стоял на узкой дорожке меж корзин с розами и задумчиво читал какую-то бумажку.

Я негромко позвала мужчину:

– Анатолий Фёдорович, – подошла ближе.

– Посыльный привёз розы от главы графского рода Бестужевых, – ровным тоном сообщил аристократ. Передав мне глянцевую визитку, продолжил: – Также к вам приходил курьер. Завтра утром вас вызывают в полицию. В качестве подозреваемой, – добавил, протянув мне бланк с гербовой печатью и надписью «повестка».

Подозреваемой? Толстопузый полицейский всё никак не угомонится? Дался ему этот липовый паспорт!

Нервничая, я вновь и вновь перечитывала текст повестки. Номера статей ни о чём не говорили, но фраза «в качестве подозреваемой» нешуточно напрягала. Закусив губу, мрачно посмотрела на юриста.

На его лице не дрогнул ни один мускул.

– Александра, чтобы вам помочь, мне надо знать всё до мельчайших деталей. Обвинение очень серьёзное. Вам вменяют подделку документов и шпионаж.

– Шпионаж⁈ – переспросила я неверяще. – Они там совсем спятили?

Анатолий Фёдорович не ответил.

Я машинально теребила уголок повестки. А в голове крутилась одна и та же мысль:

«Дожилась. Ещё и в шпионаже обвиняют!»

– Вы поели? – спокойно поинтересовался Кони.

– Да, спасибо. Очень вкусно, – пробормотала я, думая о своём.

– В таком случае напомню: вы планировали съездить на кладбище. Если не передумали, то моя машина у вашего дома. Рекомендую одеться потеплее, на улице холодно. Подожду вас снаружи.

– Спасибо, – несколько рассеянно поблагодарив мужчину, я пошла на второй этаж.

Зайдя в свою комнату, сразу же направилась в гардеробную. Сдёрнув с вешалки симпатичный беличий полушубок, надела. Аккуратно пересадив тушканчика во внутренний карман шубки, взяла с полки широкий шарф. Намотав тёплую ткань на голову и шею, вернулась в спальню.

С каждым днём проблем становится всё больше. Похоже, влипла я по полной программе. Как выбраться из западни?

Размышляя, я застёгивала пуговицы. Вдруг заметила на журнальном столике пачку денег. Взгляд метнулся на кровать: позабытая роза Дмитрия лежала на покрывале. Рука сама собой легла на живот.

«Некромант оставил тебе номер телефона, бумажка на тумбочке. Если захочешь, можешь нанять повариху и экономку из суздальской военной академии», – прозвучал в разуме безэмоциональный голос Або.

Пройдя через комнату, я взяла тонкую салфетку: подчерк у отца моего ребенка оказался твёрдым, чётким. Печальная улыбка тронула губы.

Его величество запросто разрулит все мои проблемы. Но что Димитрий Иоаннович попросит взамен⁈

«Хороший мой, мне нужен совет, – обратилась я к ушастому другу. – Завтра в полицию, ума не приложу, что им говорить. Может не ходить?»

«Бегать от полиции глупо. Рано или поздно всё равно придётся с ними общаться. Но и идти на допрос без опытного юриста тебе никак нельзя, – категорично заявила высшая сущность. – Однако без ви́дения полной картины случившегося ни Кони, ни любой другой адвокат тебе не поможет. Придётся рассказывать всё, без утайки. Умолчать, в связи с чем отчим сделал тебе липовый паспорт, не выйдет. Также придётся рассказать, что делала в военной академии. А здесь уже затрагиваются интересы императора России».

– Куда ни кинь всюду клин, – прошептала я на грани слышимости.

«Почему отталкиваешь некроманта? Чего ты боишься?» – настойчиво спросила иномирная сущность.

«Мне тошно от мысли, что придётся ложиться в постель с мужчиной, чьи прикосновения противны. Но больше всего страшусь потерять свободу».

Сердце больно ударило по ребрам, отскочило к глотке. Запрокинув голову, я закрыла глаза. На душе было на редкость паршиво.

«Анатолий Фёдорович неплохой человек. Но не торопись с ним откровенничать. Сегодня ночью Дмитрий придёт к тебе. Пожалуйста, выслушай его и сделай выбор», – загадочным тоном попросил зверек.

– Ты что-то знаешь? – я встрепенулась.

«Сами разберётесь, – категорично заявил Або. – Иди на улицу, менталист тебя ждёт, уже весь снег истоптал».