Текст книги ""Фантастика 2025-157". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Анна Одувалова

«Почему регенерация работает так выборочно? Травмы лечит мгновенно, а мышцы нет, – размышляла, морщась от ломоты во всем теле и тихонько постанывая. – Надо срочно начинать тренироваться. Не дай бог эта идиотка додумается на магическую дуэль вызвать. С нее станется… Второй раз меня вряд ли воскресят. Да и для здоровья полезно».

Наконец – то добежав круг, перешла на шаг. Сойдя с дорожки, мазнула взглядом по одноклассницам и побрела к раздевалке. Я не сомневалась, что мое фееричное падение видели многие.

– Она толкнула? Вы ведь не сами упали? – подойдя, сочувственным шепотом спросила Екатерина.

Посмотрев на взлохмаченную и потную одноклассницу, коротко улыбнулась и спокойно сказала:

– Вымотал меня Заяц. Теперь понятно, почему физкультуру поставили последней. Пойдем мыться?

Рыжеволосая девушка грустно кивнула. Постанывая и кряхтя, она заковыляла следом за мной. Ей так же нелегко дался урок.

Зайдя в раздевалку, тут же нырнула в душ. Отмывшись, замоталась в широкое полотенце и пошла к своей кабинке номер 17. По пути ответно улыбалась одноклассницам и мысленно благодарила их за тактичность. Усталые после урока девушки не задавали вопросов, лишь сочувственно посматривали. Королевишна усиленно изображала на лице величие и скуку. Однако я ощущала идущую от нее волнами… злость.

Переодевшись в школьную форму, тепло попрощалась с Катериной и, в сотый раз улыбнувшись одноклассницам, поспешила к воротам.

Покинув территорию, огляделась в поисках Василия. Заметив знакомый автомобиль, кое – как доковыляла до него. Самостоятельно распахнув пассажирскую дверцу, плюхнулась на переднее сидение. Посмотрела на слугу, тяжело вздохнув.

– Василий, мне нужна твоя помощь, – без обиняков сказала, глядя в бесконечно добрые глаза. – Ты можешь меня тренировать?

Немного помолчав, мужчина деловито поинтересовался:

– Только физическая подготовка или еще боевка нужна?

– И то и другое, – твердо ответила и, не сдержав стона, откинулась на спинку сидения. Болело абсолютно все. Стиснув кулачки, добавила: – Начинаем прямо завтра с утра.

– Как скажете, госпожа, – усмехнулся мужчина и завел двигатель.

* * *

По опыту знаю, что после интенсивных тренировок рекомендуется полежать в горячей воде. Раз регенерация не желает убирать боль в натруженных мышцах, то использую проверенные методы.

Зайдя в квартиру, направилась в ванную. Хорошенько отмокнув, плотно запахнула полы халата и зашла в кухню. Отказавшись от ужина, попросила горячий чай и сердито нахмурилась.

Екатерина оказалась права: боярыня встала на тропу войны. Насколько далеко она зайдет в стремлении устранить «соперницу», естественно, я не знала. Начать тренироваться и пытаться избегать острых конфликтов – это единственное, что я могу сделать. Ну, а мальчик… Михаил Потапов интересный юноша, спору нет.

Не задавая вопросов, Надежда лишь встревоженно поглядывала в мою сторону. Неожиданно молчание нарушила красивая песня. Становясь все громче, музыка говорила об очевидном, но для меня удивительном: звонит мой телефон. Я вопросительно посмотрела на экономку.

– Ваш, – безапелляционно сообщила она. – Не вставайте. Я принесу, – торопливо сказала и выбежала из кухни.

Кому это я понадобилась? Взяв из рук женщины смартфон, приняла вызов и произнесла:

– Боярыня Изотова.

Глядя на меня, Надежда нервно мяла кухонное полотенце в разноцветную полосочку. Я же, молча слушая собеседника, все сильнее хмурилась.

– Я вас поняла. Завтра перед уроками буду, – пообещала и нажала отбой. Посмотрев на тревожащуюся экономку, тихо пояснила: – В школу вызывают. Девочки набедокурили.

Глава 11

На улице светлело. Прохладный по утреннему времени воздух шевелил тюль на открытом окне.

Постанывая и поскуливая, сползла с кровати. Вчера я была полна решимости, но сегодня желание тренироваться улетучилось.

Ну Заяц! Чтоб тебя волки так погоняли!

«Знала же, что болеть все будет… Может, ну его? Позвонить Василию и перенести на завтра? Мол, плохо себя чувствую или настроения совсем нет из – за девочек, – усердно придумывала я причины не ходить на тренировку, заплетая туго косу. – Сама же себя потом изведу, – хмыкнула, надевая спортивные штаны. – Завтра никогда не наступает. Решила – значит, иду!»

Застегнув молнию на олимпийке, тихонечко вышла из комнаты. Прислушалась. В квартире стояла тишина: экономка еще спала. Стараясь не шуметь, надела кроссовки и выскользнула за дверь.

Морщась от болезненных ощущений в мышцах, кое – как спустилась по лестнице. Выйдя из подъезда, зябко поежилась и огляделась: во дворе, кроме Василия, ни души.

Ну конечно, нормальные люди в такое время отдыхают. Только у меня зуд в одном месте. Над собой издеваюсь и слуге спать не даю. Может, отпустить его и баиньки?

Тяжело вздохнув, все же побрела к ожидающему у машины мужчине.

– Доброе утро, госпожа, – понимающе усмехнувшись, поприветствовал Василий. Предусмотрительно открыв пассажирскую дверцу, он замер в ожидании.

– Не такое оно и доброе, – пробормотала, забираясь в салон.

Урча двигателем, автомобиль выехал на пустынную дорогу. Скоро на городских улицах начнется интенсивное движение, но пока жители еще нежились в теплых постелях. Обреченно взглянув на многоэтажные дома, заметила, как мало светящихся окон. Мечтая о мягком одеяльце и подушке, с тоской подумала о том, что меня сейчас будут гонять.

«Сама напросилась, теперь терпи», – в очередной раз напомнила себе, печально вздохнув, и посмотрела на спокойное лицо Василия. Положив сильные руки на руль, мужчина уверенно ехал по хорошо известному мне маршруту.

– Это же дорога в школу? – спросила с легким удивлением.

– Да, – тут же отозвался слуга и спустя пару мгновений добавил: – Недалеко от «Эвереста» есть хорошее местечко.

«Уф – ф, сейчас только по лесу и бегать! Вон, Василий, какой здоровенный, а мне потом еще в школу. Зачем выпросила эту боевку?» – опять мысленно захныкала, вновь отвернувшись к окну.

Естественно, я находилась в неведении о плане тренировок. Да и о самом Василии мало что всплывало в памяти. Опытный воин, есть семья, сын немного старше меня – вот, собственно, и все. Одно бесспорно – с ним рядом я ощущала, что нахожусь под защитой. Это я приняла безоговорочно, но хотелось не просто чувствовать, но знать.

Мужчина молчалив, а я постоянно занята своими мыслями, проблемами. Почему бы не поговорить по душам сейчас?

– Я хотела спросить, – перевела взгляд на слугу, – какой у тебя уровень подготовки?

– Владею всеми видами холодного и огнестрельного оружия. Рукопашный и магический бой. Участвовал в военных операциях. Ранг – мастер. Техники: земля, огонь, воздух, – спокойно сообщил мужчина.

Мельком глянув на меня, Василий плавно сбросил скорость. Свернув с асфальта в парковую зону, автомобиль поехал по колее вдоль густорастущих деревьев.

«Ого! – восхитилась я. – Мой слуга – мастер с тремя видами техник! Но подобное умение ведь просто так не дается. Тогда… Почему он находился не с господином, а вылавливал девочку из – под кровати? Почему не ушел, когда понял, что госпожа с детьми в относительной безопасности? Кем он вообще был у боярина Изотова?»

Копаясь в памяти девушки, я постоянно натыкалась на тот день, когда он ее спас. Это было самое яркое и болезненное воспоминание. Поступок мужчины, безусловно, заслуживал уважения, но знать ответы я должна. Василий – то теперь мой слуга.

– Какие поручения давал тебе отец? Я искренне благодарна за спасение, но почему в тот день ты был с нами, а не с ним? – негромко спросила, не отводя от слуги взгляда.

Не отвечая, Василий подъехал к небольшому пруду. Остановившись чуть поодаль от воды, заглушил двигатель и, повернув голову, пристально посмотрел мне в глаза.

– Приказы не обсуждаются, – твердо ответил мужчина. – Господин посчитал, что лучший воин должен обеспечивать безопасность боярыни и детей. Поэтому я был с вами, а не с ним. Он вас любил больше жизни, – взор слуги наполнился грустью. Немного помолчав, Василий добавил с ледяным спокойствием: – Вы спросили о поручениях господина? Отвечу: устранение объектов, разведка, боевые операции. Я действительно опытный воин, госпожа, – закончил Василий, неотрывно смотря мне в глаза.

Его взгляд больше не был привычно добродушным, теплоту сменила жесткость и сила. Я видела прежде такой у боевых офицеров. Мой слуга не просто физически развитый мужчина, владеющий магическими техниками. Он профессиональный воин и не раз отнимал жизни. Однако назвать Василия убийцей у меня язык никогда не повернется.

– Я по собственной воле поклялся служить роду Изотовых. Так было, есть и будет. За вас без раздумий отдам жизнь, госпожа, – улыбка чуть осветила мужественное лицо. – Пойдемте. Пора заниматься.

Не говоря ни слова, я вышла из машины. Повернувшись к слуге, посмотрела на него, ожидая распоряжений, внутренне собравшись и приготовившись к интенсивной тренировке. Все, что придумает для меня Василий, пойдет на пользу, а не во вред. В этом я теперь была совершенно уверена.

«Вполне вероятно, растяжка будет хитровыдуманная», – пришла к выводу, наблюдая за тем, как мужчина расстилает на мягкой травке спортивный коврик.

Глянув на меня, слуга усмехнулся и сказал:

– Ложитесь, госпожа.

Искоса поглядывая на него, улеглась на спину и скрестила на груди руки. Но время шло, а никаких распоряжений не поступало. Присев со мной рядом на траву, Василий смотрел на воду и молчал. Шелестела листва в кронах деревьев. Вкусно пахло травой и цветами. В пруду слышались легкие всплески. Рыбка играется… Не зная, что делать, я потихоньку теряла весь боевой настрой.

Закрыв глаза, снова почувствовала, как сильно гудят мышцы. С каждым мгновением все больше не хотелось ничего делать.

«Заставить себя выполнять упражнения будет непросто, – промелькнула лениво – тревожная мысль и тут же упорхнула. Помимо воли я лужицей растеклась по коврику. – Еще немного, и усну…»

– По вашим каналам струится эфир, – сквозь полудрему услышала размеренный голос Василия. – Не открывая глаз, почувствуйте его. Не напрягайтесь. Не сопротивляйтесь. Просто ощутите. Он так же, как и ваша кровь, омывает сердце и проникает в каждую клеточку.

Не размыкая тяжелых век, я постаралась ощутить эфир в теле. Буквально через несколько мгновений с удивлением поняла, что действительно его чувствую. Эта энергия не была теплой, скорее чуть прохладной. Словно вторая кровь, эфир заполнял каждый мой орган.

«Я же могу не только почувствовать, но и посмотреть!» – внезапно озарило меня.

Затаив дыхание, попыталась заглянуть внутрь себя. Осознав, насколько это легко получилось, от восторга позабыла, как дышать. То, что я видела, было просто фантастическим зрелищем!

Золотистые крупинки, повторяя контуры моей кровеносной системы, бежали по бесцветным трубочкам энергетических каналов. Рядом с артериями каналы расширялись и походили на толстые яркие жгуты. Возле вен немного истончались, и свет эфира становился чуть слабее. А подле капилляров каналы превращались в тонкие ниточки.

Налюбовавшись, едва заметно вздохнула. Конечно, я больше не видела каналов, но зато теперь не просто чувствовала эфир в себе. Расположение энергетических потоков в собственном теле накрепко отложилось в памяти.

– А сейчас сконцентрируйтесь на эфире в ногах, – убаюкивающим голосом сказал слуга. – Мысленно направьте его в те участки, где ощущаете болезненность. Начинайте со ступней, после поднимайтесь выше: проработайте болезненные точки в голенях, бедрах. Затем займитесь прессом, руками, спиной. Позвольте эфиру беспрепятственно проникать в те места, что беспокоят вас.

Послушно следуя указаниям Василия, с изумлением поняла, что неприятные ощущения в ступнях ушли практически мгновенно. Помня расположение каналов, я с усердием хомяка, запихивающего за щеку семечки, направляла эфир прямо в нужное место. Не знаю, сколько ушло времени, но я пробежалась по всему телу, вплоть до головы. Последним направила эфир в глаза. Зачем – непонятно, ведь они не болели. Скорее так, для профилактики.

Чувствуя невероятную легкость во всем теле, открыла веки и посмотрела на небо. Где – то далеко – далеко в вышине парил орел. Именно он, а не другая птица! Я четко видела загнутый клюв, янтарные глаза с черным зрачком, маховые перья на могучих крыльях.

Ошалев от неожиданности, поморгала. Повернув голову набок, посмотрела на Василия. Острота зрения пропала, и оно стало прежним. И слава богу!

Вглядываясь в щетину на скулах мужчины, тихонько порадовалась. Направив эфир в глаза, я каким – то чудесным образом изменила зрение. Разглядывать орла в небе было интересно, но видеть на постоянной основе все как под микроскопом не хотелось.

– Быстро справились, – одобрительно кивнул Василий. – Удивлен. Методику восстановления редко кто за такое короткое время постигает. Встаем.

Пружинисто вскочив на ноги, он протянул руку. Чуть опершись о сильную ладонь, с легкостью поднялась. Нигде ничего не болело и не тревожило. Казалось, я готова лазить по горам и переплывать моря.

– Как вы себя накачали – то, – усмехнулся мужчина. – Вреда не будет, но постарайтесь так не делать. Устранили боль в мышце – на этом все. Ваше тело еще физически не готово воспринимать большие дозы эфира, поэтому надо все делать с умом и постепенно. Чем лучше физическая подготовка, тем больше эфира можно сконцентрировать на одном участке. Это основа для техник магического боя, ее вы должны знать. Воин способен увеличивать остроту зрения и слуха, – внимательно глядя на меня, сообщил Василий.

Чуть закусив губу, вздохнула. Было очевидно, что мой маленький профилактический эксперимент не остался незамеченным.

– Но ненадолго, – огорошил мужчина. – Время увеличения способностей зависит от общего состояния организма. Если вы ослаблены или сильно устали, легко лишиться и зрения, и слуха.

Энергично кивая, я слушала очень внимательно. Возможности эфир давал уникальные, но, похоже, в одночасье мог и угробить. У меня – то опять родилась идея, и лучше уж сразу спросить, чтобы беды потом не было.

– Скажи, – на мгновение примолкнув, продолжила: – Допустим, я бегу или ползу… А можно направлять эфир в ноги или руки не останавливаясь?

– Да, – улыбнулся мужчина. – Только строго дозированно. Болевая точка и все. Накачивать эфиром нетренированное тело во время физических упражнений на постоянной основе нельзя. Произойдет разрыв мышечных волокон, – хладнокровно сообщил Василий.

Поежившись от картинки, что мгновенно нарисовало воображение, отрицательно замотала головой.

– Не буду, – добавила для пущей убедительности и честно призналась: – С физкультурой проблемы. Почти все одноклассники в отличной форме, а я… – тяжело вздохнула и поморщилась.

– Большинство ваших одноклассников превосходно владеют этой техникой, – широко улыбнулся Василий. – Про девушек не скажу, но юноши – дворяне – вне всякого сомнения. Это самое первое, чему учат будущих воинов, – видя искреннее изумление на моем лице, слуга беззвучно рассмеялся. Прищурившись, посмотрел пару мгновений, а затем деловито поинтересовался: – Сколько раз у вас физкультура?

– Со следующей недели три урока по два часа.

– Хорошо, – протянул мужчина и задумчиво потер подбородок. – Судя по вашему состоянию, педагог в «Эвересте» что надо. Физической подготовки и школьной пока достаточно. Займусь с вами основами боевых техник. Будете день с педагогом работать, а следующий со мной. Пойдемте госпожа. На сегодня все, – ошарашил меня Василий.

– Как это? – удивленно нахмурилась. – Мы же занимались всего ничего. Может, еще что – то покажешь? У меня усталости вовсе нет.

– Прошло уже четыре часа, госпожа, – спокойно сообщил Василий и продемонстрировал наручные часы.

– Не заметила, – удивленно хмыкнула я. – Правда твоя, пора возвращаться.

* * *

Открыв дверь квартиры ключом, сразу же встретилась в коридоре с Надеждой. Не задавая вопросов, та смотрела встревоженно. Еще бы. Я никогда раньше тайком не убегала по утрам. Не обнаружив меня в комнате, заботливая женщина начала волноваться за молодую хозяйку.

– Доброе утро, госпожа, – негромко произнесла экономка, поспешно осматривая меня с ног до головы.

– Доброе, – широко улыбнулась, стягивая кроссовки. – Я цела и невредима. Тренировалась с Василием. Все просто чудно!

Облегченно вздохнув, Надежда прищурилась, а затем безапелляционно заявила:

– Вам непременно надо плотно покушать, – помолчав, добавила: – Как раз поделюсь новостями. Вчера не до этого было, – чуть смущенно улыбнулась она и пошла в сторону кухни.

Проводив Надежду удивленным взглядом, неторопливо прошла в свою комнату. Взяв в охапку чистые вещи, отправилась в ванную. Экономка сказала верно: мне и вправду вчера было не до общения с ней. Интересно, что за новости? Надеюсь, хорошие. Тревожных событий мне хватает.

Включив воду, я с поразительной легкостью отбросила прочь все грустные мысли. Каждая клеточка во мне как будто пела. Было настолько хорошо, что даже чуть – чуть хотелось летать. Впервые с момента вселения в тело я не ощущала себя чужеродным элементом. Эта тренировка дала мне гораздо больше, чем я предполагала. Почему так произошло, думать не хотелось. Волшебство, не иначе.

Счастливо улыбнувшись, подставила лицо под упругие струи воды.

Приняв душ, отправилась к себе в комнату. Напевая под нос незатейливую мелодию, привела волосы в порядок и, надев школьную форму, пришла на кухню. За несколько минут расправившись с плотным то ли завтраком, то ли обедом, с наслаждением откинулась на спинку стула. Накормила меня экономка знатно.

Убрав пустые тарелки, Надежда встала возле стола и сказала:

– Как вы распорядились, я посмотрела сдающееся жилье. Много всякого. Часто деньги требуют громадные, а квартиры да дома приличным людям и смотреть не стоит, не то что в них жить, – она неодобрительно поморщилась, – Но, думаю, я нашла то, что нужно, – экономка говорила негромко, но в ее голосе звучало торжество. – Недалеко от вашей школы. Дом в хорошем, тихом районе. Четыреста квадратов, два этажа. Еще есть третий, подземный, с гаражом и спортзалом. Отличный ремонт, качественная мебель. Библиотека, большая кухня и отдельная столовая, гостиная, четыре спальни. На территории жилье для прислуги, – сосредоточенно описывала достоинства дома Наталья. – Там даже есть славный фруктовый сад с беседкой! Цена просто сказочно низкая, не выше стоимости этой квартиры. Надеюсь, дом вам понравится.

– А почему цена такая? – тотчас подозрительно поинтересовалась я.

– О! – воскликнула экономка и взволнованно всплеснула руками. – Хозяева, дворяне Кутеповы, купили дом для единственной дочери. Сделали ремонт, обставили все как полагается, а дочь – то влюбилась в иностранца. Уехала жить за границу. Дом стоит пустой. Вот они и решили его сдать дворянам. Вчера только выставили объявление. Я договорилась, что вы приедете сегодня посмотреть, – немного нервничая из – за самовольства, она нерешительно взглянула на меня. – Жалко будет, если другие заберут. Дом – то больно хороший, еще и недорогой, – добавила тихо.

– Договорились, – улыбнулась я. – Посмотрю сегодня твой чудо – дом со сказочно низкой ценой. Дай адрес Василию, после школы съездим.

Быстро кивнув, Надежда привычно потеребила кухонное полотенце. На сей раз оно было в мелкий розовый цветочек.

Взглянув на часы, я не сдержала тяжелого вздоха. Время неумолимо шло. К заместителю директора по воспитательной работе идти не хотелось, но выбора не было. Что там натворили девочки, по телефону Валентина Степановна не сказала.

Взяв школьный рюкзак и попрощавшись с Надеждой, вышла из квартиры. На улице, как обычно, меня уже ожидал невозмутимый Василий.

Глава 12

Пройдя между бегающей по просторному коридору звонко смеющейся малышней, я приблизилась к одной из закрытых дверей и остановилась. На золотистом фоне таблички влажно поблескивали черные буквы. Они сообщали, что в этом кабинете трудится зам. директора по воспитательной работе В.С. Тепликова.

Как всякий нормальный человек, я не испытывала радости, когда внезапно, да еще и ультимативно требуют подойти на беседу те, кто обладает властью. Страха, конечно, уже нет. За годы выработался стойкий иммунитет к причудам и воплям порой неадекватных чиновников. Да, я научилась воспринимать подобные встречи спокойно, однако стоять и выслушивать кучу гадостей всегда одинаково неприятно.

Машинально поправив на плечах лямки школьного рюкзака, мельком глянула на форменную клетчатую юбку и белые гольфы и не сдержала смешок. Я, по факту, – ученица. Но на «разбор полетов» набедокуривших сестер иду как глава рода. Такого мне прежде делать не приходилось.

Постучав пару раз костяшками пальцев по косяку, положила ладонь на блестящую металлическую ручку и решительно открыла дверь. Пусть я и выгляжу как школьница, но робко мяться, ожидая, когда позволят войти, не собираюсь.

Зайдя в кабинет, обвела взглядом присутствующих. За массивным столом величественно восседала дородная дама в безупречно белой блузке и строгом темно – синем пиджаке. Чуть поодаль расположились элегантно одетые мужчина и женщина средних лет. Возле них ко мне спиной стоял худощавый темноволосый мальчик в школьной форме.

Положив полные руки на стол, хозяйка кабинета смотрела в сторону угрюмых сестер – близнецов. Переминаясь с ноги на ногу, девочки исподлобья поглядывали на Валентину Степановну.

Ну и что у нас случилось?

Скользнув взглядом по тщательно заплетенным волосам сестер, посмотрела на мужчину с женщиной. Видимо, это родители мальчика, и вполне вероятно, что конфликт произошел с их чадом. Я цепко оглядела заметно нервничающую худощавую ухоженную блондинку и спокойного мужчину.

«Дворяне, – сделала вывод, прикинув стоимость одежды и оценив горделивую осанку. – Что ж, пора пообщаться».

– Добрый день, господа, – сказала, стоя возле приоткрытой двери.

– Девушка, не до вас сейчас. Выйдите. Позже придете, – повернувшись ко мне, сердито блеснула глазами мать мальчика.

Мягко закрыв дверь в кабинет, я скупо улыбнулась и сказала:

– Разрешите представиться: боярыня Софья Сергеевна Изотова. Глава рода.

Недоуменно похлопав тщательно накрашенными ресницами, дворянка посмотрела на меня с недоверием. Покосившись на супругу, мужчина едва заметно усмехнулся. Встретившись со мной взглядом, улыбнулся и, соблюдая правила, с достоинством склонил в приветствии голову.

– Здравствуйте, Софья Сергеевна, – строго произнесла хозяйка кабинета. – Я вас вызвала вот по какому поводу. Ваши сестры совершили просто вопиющий проступок!

– Вы – Валентина Степановна, если не ошибаюсь? – перебила я женщину.

– Да, – ответила она, и меж ее черных бровей пролегла глубокая складка.

– Давайте мы с вами сразу определимся, в качестве кого я здесь нахожусь, – предложила, неспешно пройдя по кабинету. Подошла к столу, скинув с плеч рюкзак, небрежно повесила его за лямку на спинку свободного стула и грациозно села. – Уставом предусмотрен вызов ученика в администрацию школы, – сказала негромко, пристально глядя в карие глаза местной начальницы. – Однако здесь я не как ученица. Главу древнего боярского рода вы имеете право только пригласить на беседу.

От досады за свою оплошность Валентина Степановна мгновенно поджала губы, яркие пятна стыда медленно расцвели на скулах женщины. Я же, молча и хладнокровно понаблюдав за ней и удостоверившись, что нужный эффект достигнут, коротко улыбнулась и произнесла:

– Итак, по какому поводу меня пригласили на беседу?

– Посмотрите, что ваши хулиганки сделали с нашим сыном! Это же в голове не укладывается! – опередив замешкавшуюся хозяйку кабинета, раздраженно воскликнула мать мальчика. – Покажи! – скомандовала усердно прячущему лицо отпрыску.

«Тщательно покрасили. Старались девочки», – похвалила мысленно, с трудом подавив смех при виде темно – зеленого лица паренька. Недовольно нахмурившись, он пару мгновений смотрел на меня, а после резко отвернулся.

– Результат конфликта налицо, – сказала бесстрастно, продолжая взирать на опустившего голову школьника. Переведя взгляд на Валентину Степановну, поинтересовалась: – Какова причина? Выяснили?

– Нет, – тяжело вздохнув, вновь признала оплошность педагог.

– Елизавета? Александра? – спокойно позвала сестер.

Синхронно повернув ко мне лица, девочки грозно и воинственно нахмурились.

«О как! – хмыкнула мысленно. – Считают себя правыми».

– Я не сомневаюсь, что для вас причина была более чем серьезна, но хочу знать, что послужило основанием для конфликта, – я перевела взгляд с одной девочки на другую, терпеливо ожидая ответа.

Помедлив, Александра гордо вздернула подбородок и сказала:

– Дворянин Тихон Валентинович Малахов, – она бросила грозный взгляд на одноклассника, – оскорбил нас с Елизаветой и вас, сестрица, – немного помолчав, добавила потише: – Из – за возраста на поединок мы его вызвать еще не имеем права. Поэтому он такой… – тяжело вздохнула девочка.

Едва прозвучали слова юной боярыни, отец мальчика нахмурился. Резко подавшись вперед, посмотрел на сына и строго спросил:

– Тихон, что произошло?

Тот понуро склонил голову под тяжелым взглядом мужчины, громко вздохнул. Помолчал, а затем, посмотрев на отца, отчетливо произнес:

– Я виноват, папа, – примолкнув на пару мгновений, покосился на девочек и удивительно честно признался: – Плохо написал диктант. А Елизавета с Александрой справились. Бегали такие счастливые, – мальчик еще ниже склонил голову. – Я сорвался и сказал, что они и их сестра позор рода. А они сказали, что я неправ, и за такие слова позором буду я. Вдвоем навалились, ну и раскрасили…

Поиграв желваками, потомственный дворянин Валентин Малахов с прищуром посмотрел на сына.

– Почему ты сказал именно эти слова? – леденящим душу голосом произнес мужчина.

– У девочек дурацкие бантики, – пробормотал мальчишка. – А их сестра очень молода для главы рода, – подняв раскрашенное лицо, он поочередно посмотрел на близняшек, а затем встретился со мной взглядом: – Я был неправ, госпожа. Боярыни Изотовы, примите мои извинения, – в голосе мальчишки слышалось неподдельное сожаление.

– Извинения приняты, – хором ответили девочки и, заметив, как облегченно вздохнул зеленолицый одноклассник, заулыбались.

– Тихон хороший. Мы с ним раньше дружили, – бесхитростно сообщила Александра.

– И вы мне, – признался забияка, – очень нравитесь. Вы тоже хорошие.

Мужчина задумчиво перевел взгляд с совершившего проступок сына на юных боярынь. Наконец посмотрев на меня, он замер в тревожном ожидании. Слова, брошенные в сердцах его отпрыском, могут иметь очень серьезные последствия: нередко после таких вот высказываний развязывались войны родов.

Мне не нужна вражда. Напротив, я желаю в этом мире обрести союзников. Едва заметно покачав головой, улыбнулась напряженному дворянину. Все верно поняв, тот коротко кивнул.

– Ваши извинения приняты, Тихон Валентинович, – отчетливо сказала я и подмигнула мальчугану. – Инцидент исчерпан. Надеюсь, вы с Александрой и Елизаветой забудете обиды, будете помогать другу – другу в учебе и дружить, как прежде.

Переведя взор на сестер, вопросительно изогнула бровь.

– Да, конечно, – вразнобой отозвались близняшки и зеленый мальчик.

Встав с места, мужчина посмотрел на сына и негромко сказал:

– Тихон, я категорически осуждаю твой поступок. Ты не имел права произносить таких слов. Считаю, ты заслуженно наказан боярынями, – он примолк на секунду и добавил: – Но ты не оправдывался, нашел мужество прилюдно принести извинения, признать, что был неправ. Это поступок, достойный дворянина, – потом, повернувшись ко мне, громко сказал: – Софья Сергеевна, я, потомственный дворянин Валентин Степанович Малахов, как глава рода, приношу извинения вам и вашим сестрам Александре и Елизавете за проступок моего сына, – он встретился со мной взглядом и с достоинством поклонился.

– Ваши извинения, Валентин Степанович, приняты, – отозвалась я и, улыбнувшись, добавила: – Все разногласия меж нами разрешены.

– Буду рад дальнейшему общению и сотрудничеству родов, – торжественно сказал мужчина и, коротко кивнув, вновь сел.

Заметив, как он украдкой бросил взгляд на дорогие наручные часы и недовольно поморщился, я задумчиво прищурилась.

«Хм, – мысленно хмыкнула, разглядывая явно куда – то опаздывающего мужчину. – Союзник у меня теперь определенно есть. Интересно, чем занимается его род? Сейчас затевать об этом разговор неуместно. Позже, при случае, выясню. Полезные знакомства – вещь очень нужная».

– Но что же делать – то? – отвлек меня от размышлений голос матери Тихона. – Краска стойкая. Я даже отмыть его не смогла! – хлопая ресницами, она растерянно обвела взглядом присутствующих. – Как будет ходить, пока средство не найду? Он на жабу похож!

– Так воины красятся, когда в лесу тренируются, – неожиданно сообщила Александра. – Конечно, не совсем так… Еще черные пятна нужны.

– И светло – зеленые, – согласно кивнув, деловито добавила Елизавета.

– Боярыни, вы поможете моему сыну принять правильный облик воина? – пряча озорные смешинки в глазах, поинтересовался мужчина.

– Конечно, – гордо выпрямилась Александра. – Мы поможем Тихону.

– Я знаю, где лежит такая же краска, но нужного цвета, – прошептала Елизавета и бросила взгляд на подозрительно молчаливую хозяйку кабинета.

– Господа, – прокашлявшись, начала Валентина Степановна. Посмотрела на настенные часы и продолжила: – Искренне рада, что главы родов проявили свойственную им мудрость и разрешили сложную ситуацию. Со своей стороны хочу сообщить, что еще вчера распорядилась по поводу средства, которым без вреда можно отмыть кожу. Через полчаса должны привезти. Отмоем, за несколько минут и следа не останется. Но если вы действительно желаете, чтобы одноклассник выглядел как воин…

Вопросительно взглянув на меня, перевела взгляд на отца мальчика. Удостоверившись, что мы и вправду не возражаем, внимательно посмотрела на близняшек, а затем на замершего в ожидании Тихона.

– У нас на складе есть специально для этих целей краска и жидкость для ее снятия, – усмехнулась Валентина Степановна. Увидев счастливые улыбки на детских мордашках, строго добавила: – После уроков и только под присмотром вашего куратора!

– Вот и договорились, – подвела итог я. Плавно поднялась и, сняв со спинки стула рюкзак, добавила: – Вынуждена вас покинуть, – глянув на настенные часы, едва заметно нахмурилась. Хорошо, что все закончилось к обоюдному согласию. Да вот только время неумолимо убегало, и я жутко опаздывала на самостоятельную по математике. – Всего доброго, господа, – скупо улыбнувшись, вместе со своим рюкзаком направилась к выходу.

– Всего доброго, Валентина Степановна. Я также вынужден откланяться. Дела, – услышала голос отца Тихона.