Текст книги ""Фантастика 2025-157". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Анна Одувалова

Глава 34

Прошло двадцать дней

В пустынном коридоре школы было тихо: шел очередной урок. Прислонившись бедром к широкому подоконнику, я смотрела на заснеженный школьный двор, изредка бросая взгляды на запертую дверь в кабинет директора.

Двадцать минут назад я сдала лично директрисе свой последний экзамен. И теперь ждала, пока закончит отвечать Катенька.

Завершить учебу экстерном до выпускного и гораздо раньше начала аттестации одноклассников – полностью моя идея, ну а Катя просто решила поддержать.

Администрация «Эвереста» сразу же пошла нам навстречу. Да и когда пришли с Катей в школу c заявлением о восстановлении, директор встретила нас обеих прямо-таки с распростертыми объятиями. Впрочем, я не удивилась. Более чем уверена, дело не в личной симпатии. Однозначно, князь Разумовский помог.

Мое возвращение в школу, конечно же, не осталось незамеченным. А вот Катю, как и прежде, не трогали.

Я с первого дня стала объектом повышенного, даже можно сказать болезненного интереса. И не только со стороны девушек-дворянок, внезапно воспылавших желанием со мной непременно подружиться. Как и предупреждал Савелий, вокруг меня начали водить хороводы потенциальные женихи.

Родовитые и не очень одноклассники слали пылкие сообщения на мобильный, при любом удобном случае отлавливали в коридорах школы и осыпали витиеватыми комплиментами. Но это полбеды. С недавних пор настойчивые кавалеры, словно задиристые петухи, принялись бороться за мою благосклонность друг с другом.

В школьной столовой спокойно поесть стало просто невозможно. Меж соперниками, желающими сесть ко мне поближе, разгорались жаркие споры и разве что не летали искры. Сама того не желая, я становилась яблоком раздора.

Уже на третий день после возвращения в школу атмосфера начала накаляться. В обеденное время, не поделив ближайший к моему столик, двое высокомерных юношей-дворян едва не закончили конфликт членовредительством. Погасил его, как ни странно, Заяц. Возникнув в самый острый момент, учитель физкультуры невозмутимо предложил парням выпустить пар в спортзале.

Уводя гневно пыхтящих юношей, педагог хмуро глянул на меня, а после неодобрительно поджал губы. В тот момент я отчетливо поняла – на занятия ходить больше не хочу. Не по нраву мне такие свистопляски, чай, не юная девочка.

Хорошо подумав, решила, что экстернат – оптимальный выход.

Обсудив организационные моменты с поразительно покладистой директрисой, я вздохнула с облегчением. Мы с Катей перестали ходить на ежедневные занятия и дружно сели за учебники.

Вскорости стало ясно – это действительно правильное решение. Да, приходилось несладко: в таком цейтноте учить экзаменационные билеты было очень тяжело. Однако дни и ночи зубрежки, удаленный контроль над бизнесом и сон урывками позволяли забыться, уйти от удушающих, тревожных мыслей и беспокойства об Игоре.

Савелий приезжал довольно часто, но о господине не упоминал. Да я, собственно, и не задавала больше ему вопросов. Все, что мог, Воронов уже озвучил.

Не зная, что именно князь затеял, ждала его возвращения, работала и училась. Потенциальных женихов не отвергала, но с ними и не любезничала. Благо, имелась веская на то причина: экзамены же! А вот с посещением салонов красоты, о которых говорил Савелий, не задалось.

Впрочем, выпускной совсем скоро, надо бы съездить, навести лоск.

Выпускного я ждала и одновременно страшилась. Игорь обещал на него приехать, а значит, со дня на день его план перейдет в заключительную фазу.

– Отстрелялась? Что поставили? – выдернул из раздумий знакомый девичий голос.

– Привет, – я повернулась к Марии Стрелецкой, присевшей рядышком на подоконник. В отличие от остальных одноклассниц, боярыня вела себя со мной как и прежде: не жарко и не холодно. – Пять, – ответила довольно и добавила: – Все. Учеба закончена.

– Молодец, – непритворно похвалила боярыня. Выдержав паузу, задумчиво произнесла: – Вот знаешь, даже немножко завидую. Нам только предстоит зубрить и трястись, а вы с Тимирязевой уже вольные птицы, – Мария нарочито скорбно вздохнула, а потом широко улыбнулась. – Хотя нет. В таком сумасшедшем ритме, да еще и после значительного пропуска… Точно не согласна! Ты прям очередной подвиг совершила, – Стрелецкая лукаво подмигнула.

Усмехнувшись, я промолчала. Мария, похоже, сбежала с уроков. А раз пришла ко мне, значит, что-то ей нужно.

– Ты почему не на занятиях? – поинтересовалась у одноклассницы.

– Дела появились, – заявила та туманно. – Отпросилась, – а после огорошила вопросом: – С кандидатом в мужья определилась?

– С чего такой интерес? – я невозмутимо посмотрела на явно напряженную красавицу.

Понятно, какие у нее появились дела, – со мной захотела тет-а-тет пообщаться. Причем лично, не по телефону. Новый конфликт интересов?

Тем временем, заправив локон за изящное ушко, Стрелецкая на удивление искренне сказала:

– Больше не хочу между нами вражды, – она поджала на мгновение губы. – Михаил с отцом сейчас в Москве. Там все девицы на выданье на ушах стоят. По слухам, оба Разумовских ищут себе невест, – заметив промелькнувшее на моем лице удивление, уверенно кивнула, подтверждая сногсшибательную новость. Затем вновь поразила осведомленностью: – Михаил, как и ты, окончил школу экстерном. Правда, дистанционно. Он сам рассказал. Мы… иногда созваниваемся. Миша сообщил, что приедет на выпускной, – выдержав паузу, твердо произнесла: – В общем, новая война с тобой из-за него мне не нужна, – боярыня вновь поджала губы и нахмурилась.

– Я с тобой не воевала, – ответила ей негромко. И легонько улыбнулась: – Можешь не волноваться. Княжич меня не интересует.

Подозрительно прищурившись, девушка несколько мгновений неотрывно смотрела мне в глаза, затем с удивлением покачала головой.

– Вроде не врешь. Если так, то я рада. Хочу снова попробовать, – неожиданно призналась она и, к моему изумлению, порозовела.

– Раз хочешь, значит, действуй, – отозвалась невозмутимо.

В этот момент раздался характерный скрип открываемой двери. Я быстро повернулась на звук.

Взъерошенная Катя царственной походкой выплыла из кабинета директора в коридор.

– Пять! – облегченно выдохнула подруга, счастливо блестя глазами. Затем, быстро пригладив отчего-то распушившиеся волосы, словно ей не задавали вопросы, а заставляли бегать, Катерина подошла к нам.

– Поздравляю, – я искренне улыбнулась и отлипла от окна. В школе оставаться больше нет необходимости.

– Присоединяюсь, – равнодушно произнесла Стрелецкая. – До встречи на выпускном.

Грациозно спустившись с подоконника, боярыня пошла по коридору. Проводив одноклассницу внимательным взглядом, Катя взяла меня под локоток. Увлекая к лестнице, тихонько поинтересовалась:

– Чего она хотела?

– Сообщила, что Михаил будет на выпускном балу, – хмыкнула я и добавила с усмешкой: – Уточнила, не собираюсь ли претендовать на княжича. У Марии на него снова планы.

– Опять за свое, – пробормотала Катя, сурово нахмурившись.

Бок о бок с внезапно ставшей угрюмой подругой мы спустилась на первый этаж и попросили у гардеробщицы наши шубки.

Разглагольствуя о всяком-разном, шустрая прежде женщина двигалась крайне неторопливо. Посмотрев на настенные часы, я недовольно поджала губы. С минуты на минуту урок закончится. Если не успею сбежать, то опять рискую стать объектом повышенного внимания. Так случилось после прошлого экзамена.

И действительно вскоре послышалась трель звонка, извещающая об окончании урока. Я с досадой поморщилась. Катя уже одевалась, а вот мою шубу гардеробщица искала, а потом несла уж больно медленно. Даже складывалось впечатление, словно делает это умышленно.

Буквально выдернув одежду из рук раздосадованной женщины и не обращая внимания на ее неодобрительное бурчание, я быстро оделась и поторопилась к выходу.

На улице морозный воздух моментально защипал щеки. Катя уцепилась за мой локоть, и мы молча пошли рядом. Тихонько поскрипывал снег под подошвами.

Хмурясь, я напряженно размышляла.

Стрелецкая просто так слухи не передает. Не водится за ней подобного. Но принесенные ею новости не укладывались в голове. Княжич, оказывается, уже не во Франции. Он дистанционно закончил обучение в «Эвересте» и вдвоем с отцом ищет жену.

Что, черт возьми, происходит?!

Вместо вполне ожидаемой войны Игорь занимается обыденными для свободного мужчины делами. И вот что тут думать? В то, что князь действительно ищет себе или сыну жену, лично я не поверила. И если таким образом Разумовский решил нашего общего врага сбить с толку, то у него весьма неплохо получается. Даже у меня разум отказывался прогнозировать дальнейшее развитие событий.

Что же ты затеял, мой хороший?

Идя по дорожке возле администрации школы, внезапно услышала до боли знакомый голос за спиной:

– Софья, подождите!

Тяжко вздохнув, я остановилась, а после медленно повернулась.

Широко улыбаясь, к нам торопливо приближался обаятельный светловолосый парень из параллельного класса. Несмотря на мороз, он был в одном костюме.

Красавчик Сергей Вяземский, отпрыск древнего уважаемого боярского рода, прежде не видел в упор, а теперь буквально ходил за мной по пятам. Уж не знаю причины – то ли глава весьма влиятельного рода дал строгий наказ сыну заполучить воскресшую боярыню в невесты, то ли Сергей сам воспылал внезапной страстью, – но он, словно гончая, чуял меня за версту. Не помню ни одного дня, чтобы, придя в школу, я не встретилась с этим парнем.

– Здравствуйте, Сергей, – миролюбиво поприветствовала первой, надеясь, что разговор закончится побыстрее.

– Светлого дня, Софья. Вижу, вы, как всегда, спешите, – с искренним сожалением промолвил парень.

– Увы. Дела рода, сами понимаете, – сокрушенно вздохнув, поинтересовалась: – Вы что-то хотели?

– Послезавтра выпускной бал. Вы придете?

– Конечно, – ответила с улыбкой и мысленно чертыхнулась. Сейчас бы надеть привычную маску снежной королевы да одарить ледяным взглядом, напрочь отбивающим желание со мной общаться! Но, увы, с потенциальными женихами приходилось любезничать.

– Очень, очень рад. Буду с нетерпением ждать встречи. Нам надо серьезно, без спешки поговорить, – многозначительно произнес Вяземский. Аккуратно взяв мою ладонь, церемонно прикоснулся губами к пальчикам. – До скорой встречи, Софья, – добавил внезапно охрипшим голосом.

– Всего вам доброго, Сергей, – мило проворковала.

Грациозно развернувшись, на сей раз сама крепко взяла за локоть упорно молчащую подругу и быстро пошла вперед. Уже практически подойдя к ожидающему нас автомобилю, услышала вопрос Кати:

– Сонь, а что ты сейчас думаешь о Михаиле?

Удивленно глянув на подругу, не сбавляя шага, я скупо ответила:

– Не хочу это обсуждать.

С чего она вдруг заговорила о Мише? Конечно, и до сегодняшних новостей Стрелецкой я о княжиче вспоминала. Но только из-за того, что он – сын моего будущего супруга. Хочешь не хочешь, как-то придется в дальнейшем общаться. А вот Катя-то почему о нем вспомнила? Чудны дела твои, господи.

Поблагодарив кивком Ярослава, открывшего предо мной дверцу, уселась на заднее сиденье. Вскоре рядом привычно устроилась Катя. Голову даю на отсечение, подруга продолжит диалог о Мише.

Проезжая через парковку, машинально отметила стоящий там знакомый белоснежный автомобиль представительского класса с тонированными стеклами. Прежде воины князя пару раз возили в этой машине меня, но последние три недели – исключительно сестер.

Если машина здесь, значит, близняшки еще на уроках. За девочек я не волновалась. С ними точно больше ничего плохого не случится. Лизу и Сашу постоянно охраняют.

Почти три недели назад Ярослав, скрепя сердце, согласился передать охрану юных боярынь двум воинам княжеского рода. Теперь и на тренировках, и даже в школе те ходили за малышками по пятам. И в данном случае мне наплевать, кто и что подумает или скажет. Безопасность сестер важнее всего.

Нас же с Катей по-прежнему сопровождал Ярослав. От школы до дома ездить с эскортом из элитных телохранителей князя я не видела необходимости. Савелий со мной был полностью согласен.

Впрочем, и поправившийся Василий не выказывал неодобрения. Он хоть и не руководил сейчас безопасностью рода, но, словно зоркий орел, следил за всем и сразу. Кстати, конфликтов у Савелия с Василием не возникало. Игорь и здесь оказался прав: воины отлично ладили.

– Сонь, ты не думай, я всегда тебя поддержу, – внезапно послышался тревожный шепот Катеньки. – Если решила, что с ним тебе будет лучше, то, значит, оно так надо.

– Ты сейчас о ком? – поинтересовалась озадаченно.

– О Михаиле, – едва слышно шепнула девушка, глядя удивленно. – О ком же еще?

– Дома поговорим, – осадила ее строго, с трудом сдержав улыбку. Все же я отлично изучила подругу. Но в присутствии телохранителя, хоть и верного, общаться на подобные темы не стоит. Об этом ей не следует забывать.

Юная дворянка понимающе кивнула.

Тем временем автомобиль въехал во двор моего дома. Неторопливо выйдя из салона, увидела приближающегося воина княжеского рода.

Уважительно поклонившись, тот доложил:

– Происшествий нет. Журналисты сегодня не появлялись. Присланные вам цветы складируем в гараже. Надежда у себя в домике.

– Спасибо, – сухо ответила и направилась в дом. Что-то Надежда совсем сдала. Надо ее поберечь.

А вот новость о цветах не удивила. Их в последнее время привозили с завидной регулярностью – и от кавалеров, и просто от незнакомых дворян, желающих процветания всему роду Изотовых и его главе в частности. Растения, безусловно, красивы, но мне не нужны, а выбрасывать жалко. Вот и благоухали в гараже.

Зайдя в дом, я неторопливо прошла на второй этаж. Стянув на ходу шубу, небрежно кинула на кресло в гостиной. Сев на диван, подождала, пока Катя снимет шубку, и спокойно произнесла:

– Вот теперь рассказывай.

Немного помедлив, та устроилась рядом. Взяв меня за запястье, указала глазами на браслет, подаренный Игорем.

– Он появился после встречи с князем, и ты его практически не снимаешь. Но неделю назад, помнишь, забыла в ванной и попросила принести? – Катя порозовела. – Я, правда, случайно увидела внутри гравировку: герб князей Разумовских – медведь – и слово «Ага́пэ». Из любопытства посмотрела перевод. На древнегреческом оно означает «любовь», – подруга умолкла, явно обдумывая, что сказать дальше.

Не нарушая тишины, я ждала продолжения. Вот же глазастая Катерина у меня!

Конечно же, про гравировку я знала: браслет изучила вдоль и поперек. А вот о наших взаимоотношениях с князем подруге не рассказывала. Вовсе не из-за боязни утечки информации, нет. Просто… почему-то. Скорее всего, опять сработала моя закрытость.

– Сонь, – Катя замялась, а затем честно призналась: – Я же вижу, женихи тебя не интересуют, но браслет – не просто изумительное по красоте украшение, а вещь со смыслом – тебе очень дорог. Сегодня Стрелецкая сказала, что Михаил приезжает на выпускной, вот я и подумала – Разумовские в Москве ищут невесту только Игорю Владимировичу, – помолчав, торопливо выпалила: – Честно-честно, ни словечка плохого про княжича не скажу! Если для тебя так лучше, то, конечно, выходи за Михаила.

Я быстро подалась вперед, с прищуром глядя на густо краснеющую подругу. Но не из-за вывода о моих матримониальных планах насчет княжича. Он проскользнул мимо ушей. Как, ну как я могла забыть, что моя помощница пристально следит за светской жизнью?! Это ведь одна из ее прямых обязанностей!

– Расскажи, где Разумовские бывают в Москве, с кем общаются? – не попросила, а практически приказала.

Сосредоточенно нахмурившись, Катерина деловито начала рассказывать:

– Князь с сыном последние три недели не пропускают ни одного значимого мероприятия столицы: посещают выставки, галереи, оперу, званые вечера. В сети только и говорят, что князь с сыном ищут будущих жен, – Катя быстро посмотрела на мой браслет. – Они всегда приходят вдвоем. Охотно общаются с потенциальными невестами, их родителями и так же вдвоем уходят. Но ни разу ни одного из Разумовских не замечали в компании женщины.

Нахмурившись, я с силой потела лоб. Господи, а все ведь так ясно! Игорь, похоже, пошел по самому простому, оттого и неочевидному пути. Уверена, что не ошибаюсь, а вот наш враг вряд ли догадается. У меня же есть то, чего нет у него, – память Разумовского. И сейчас, когда голова не забита всем и сразу, еще и появилась новая информация, я начала осознавать, чего добивается Игорь.

Остро взглянув на подругу, спросила:

– А на светские мероприятия, где бывают Разумовские, приходили в это же время князья Северный, Восточный и Западный? – видя глубокую задумчивость на лице девушки, надавила: – Вспоминай, Катя. Это важно.

– М-м-м, – глубокомысленно промычала подруга, наморщив лоб. – Западный с супругой три дня назад посетил бал у Балконских. Они весьма любезно общались с Игорем Владимировичем и Михаилом. Ни Восточного, ни Северного в Москве за это время не замечали. Восточный уже с месяц в Арабских эмиратах, а Северный тот и вовсе редко куда-то выезжает. Заядлый домосед. Однако они должны сегодня прибыть во дворец. Император дает обед в память о матушке императрице. Все главы влиятельных родов приглашены. Не приехать – значит, нанести оскорбление императорской семье, – речитативом выдала Катерина и, тревожно нахмурившись, поинтересовалась: – Соня, а что происходит?

Скрипнув зубами, отрывисто бросила:

– Знаешь, во сколько этот обед?

– В пятнадцать сорок, – без запинки ответила девушка.

Посмотрев на наручные часы, мысленно застонала. Обед во дворце шел уже без малого два часа.

– Включи телевизор, – внезапно осипшим голосом попросила Катю. Если произойдет то, о чем я подозреваю, то СМИ, однозначно, сообщат. – Главный канал.

Совместные походы с Михаилом по всяким-разным мероприятиям – ширма. По всей видимости, Игорь решил спровоцировать дуэль. Да так, чтобы сам враг прилюдно оскорбил светлейшего князя Разумовского и, надо полагать, задел честь самого императора.

Как он это сделает, ума не приложу. Вне сомнений, неизвестный мне могущественный враг крайне осторожен в словах. При личной встрече, да еще и во дворце он будет постоянно начеку.

Господи боже, Разумовский, вернись живым, молю тебя!

А может, я ошибаюсь, и мой будущий супруг затеял что-то другое?

Глава 35

Шикарный автомобиль представительского класса медленно двигался в плотном потоке машин. Вольготно развалившись на заднем сиденье, одетый с иголочки князь Северный поглядывал в окно и неодобрительно морщился. Петр Петрович Коршунов терпеть не мог шумную, многолюдную столицу. Да и, в принципе, не любил куда-либо ездить.

Ни для кого не было секретом – хозяин Северного княжества сильнейший универсал Коршунов покидает свой гигантский особняк лишь в исключительных случаях. И редко кого приглашает в гости.

Баснословно богатый мужчина, окружив себя гаремом из красавиц-наложниц, наслаждался жизнью в пафосном родовом гнезде, при этом держал в ежовых рукавицах и супругу, и малолетнего сына. А бизнес-процессы хладнокровный универсал отлично контролировал и удаленно. Словно ядовитый паук, плел паутины интриг, добиваясь цели невзирая ни на что.

Глава влиятельнейшего княжеского рода Коршуновых ничего не делал просто так – только с выгодой лично для себя и своего рода. Не брезговал он играть и по-грязному. Каждое появление Петра на светских мероприятиях вызывало волнение средь дворянства: его вполне обоснованно опасались, а многие всерьез боялись.

Сегодня – тот редкий случай, когда князь Северный прилетел в Москву. Приглашение самого императора на званый обед в память ушедшей к предкам супруги игнорировать нельзя. Расценят как неуважение.

Вспомнив о причине визита в столицу, Коршунов скрипнул зубами. Покойную императрицу даже после смерти он люто ненавидел.

Красавец князь нравился женщинам и с легкостью находил к ним подход. Но вот с Елизаветой Павловной, как ни старался, общение не задалось. Фактически руководя страной вместо венценосного супруга, она испытывала к Северному необъяснимую неприязнь, хоть и старательно не показывала вида.

Перед самой смертью Елизаветы Павловны князь направил императору прошение о передаче роду Коршуновых давным-давно заброшенной полуразрушенной деревеньки близ одного из притоков Амура. Империи та ни зачем не сдалась, а вот князю Коршунову – требовалась позарез.

На территории Северного княжества велась добыча алмазов, гранатов, аметистов, шпатов и ставролитов, но все было не то. Петр Петрович страстно желал иметь собственное месторождение турина и для осуществления мечты денег не жалел.

По его приказу в княжестве исследовали буквально каждый клочок земли. И в один прекрасный день наконец сообщили долгожданную новость – в тайге, под покосившимися, сгнившими домами обнаружены залежи уникального минерала. Да вот только имелась загвоздка. Оказывается, эта земля не принадлежит роду Коршуновых, а находится в собственности империи.

Направляя прошение, Петр не сомневался – деревню передадут. Обычная, устоявшаяся практика. Ан нет, отказ. Выясняя причину, Коршунов получил от приближенных к императорской семье предельно прозрачный намек – Александр Борисович прислушивается к мнению супруги, а та против.

Естественно, Северный пытался выяснить причину, почему находится в такой немилости у государыни, но без толку. Похоже, зловредная старуха его чисто по-женски невзлюбила. Стерва!

Петр добела сжал кулаки.

Конечно, после ее смерти князь вновь подал прошение, но пока ответа не получил. И сегодня на званом обеде Коршунов планировал пообщаться на данную тему с императором, подтолкнуть того к нужному решению.

Мысли мужчины внезапно свернули на князя Разумовского. Петр тотчас скривился, словно лимон откусил. Вот этот везунчик был прямо-таки обласкан обоими правителями. Коршунову же приходилось из кожи вон лезть, чтобы оставаться в милости у императора.

Северный не питал ненависти к хозяину Южного княжества, скорее, его глодала… лютая зависть. Отлично владея собой, Петр Петрович демонстрировал исключительно дружелюбие и лояльность, но при любом удобном случае вредил и оттого испытывал удовольствие. Ну а когда появилась перспектива физически устранить Южного, он не колебался ни мгновения. Скорое получение долгожданного месторождения турина, смерть Разумовского… Душа мужчины млела от предвкушения.

Увы. Снова неудача.

А сегодня князьям впервые за долгое время предстояло встретиться лично, и Петр Петрович тревожился. В то, что Южный не знает о заказчике теракта, Северный не верил. Да вот только вполне ожидаемой войны ему до сих пор не объявили! Даже больше – Разумовский вел себя так, словно ничего не произошло.

В тот самый миг, когда элитные воины не вышли на связь, Петр понял – что-то пошло не по плану. Но все же надеялся.

Выслушав доклад о землетрясении в Степном, взрывах в шахте и визите Южного на рудник, Коршунов лично смотрел репортажи журналистов и ждал новостей о скоропостижной кончине недруга. Полезший спасать людей Игорь, вне сомнений, надышался охровой пыли и должен вот-вот умереть.

Но нет, на следующий же день после теракта живой и здоровый Южный, как ни в чем не бывало, вершил княжеский суд. Причем над его, Петра, личным магом разума! А уж появление на процессе воскресшей боярыни Изотовой и вовсе поразило.

Ситуация выходила из-под контроля. И Северному оставалось просто ждать ответных действий Разумовского. Однако тот изумлял… бездействием.

Вполне предсказуемо взяв под официальное покровительство род Изотовых, Игорь не стал предъявлять права на перспективную невесту-боярыню. Напротив, сразу же уехал в столицу. А Софья, судя по донесениям соглядатаев, принялась рассматривать кандидатуры потенциальных женихов.

Прошла любовь, завяли помидоры? По всему выходило именно так.

Впрочем, как доносили лазутчики, Южный взял под контроль бизнес рода Изотовых, так что в заключении брака с боярыней необходимость отпала. Софья Изотова невеста, конечно, перспективная, но, видимо, у Игоря теперь иные планы.

Только вот какие?! Естественно, Северного не интересовали амурные дела Разумовского. Он напряженно ждал мести и не выпускал недруга из поля зрения ни на миг.

Желая изощренно отомстить, Игорь, по логике Коршунова, должен был искать аудиенции императора. Но и здесь Разумовский продолжал удивлять. За те три недели, что находился в Москве, он не появился во дворце ни разу!

Игорь Владимирович просто-напросто вводил в светское общество признанного бастарда. И, по слухам, занимался поисками невест и для сына, и для себя любимого. В последнее Северный не особо верил. Скорее всего, Южный прощупывал возможных союзников.

Но вот готовится ли он к войне? Никаких действий по укреплению своего войска или его переброске к границам Южный не предпринимал, наоборот, фактически вел привычную жизнь. Однако в то, что светлейший князь Игорь Владимирович Разумовский спустит дело на тормозах и не отомстит, поверить было крайне сложно.

Коршунов не мог сейчас просчитать действий оппонента, оттого испытывал раздражение и постепенно терял привычное хладнокровие. Даже итог сегодняшней встречи спрогнозировать не получалось. Контролировать развитие событий с Разумовским выходило крайне плохо.

Князь Петр Петрович Коршунов неодобрительно поморщился. Проигрывать он не любил.

* * *

В поистине громадном, именуемым Большим зале резиденции императора играла тихая музыка, меж накрытых столов тенями мелькали вышколенные официанты. Совсем скоро появится самодержец всероссийский Александр Борисович, и начнется званый обед.

Ожидая государя, преисполненные собственной значимости разряженные по последней моде мужчины и женщины то и дело кидали взгляды на стоящий обособленно стол, накрытый на одну персону: он предназначался императору.

Важно дефилируя по натертому до блеска мраморному полу, дворяне – сегодня без малого здесь присутствовало девятьсот человек – выискивали знакомые лица, собирались в небольшие группки, привычно общались. Красавицы улыбались, позируя фотографам, а главы родов весьма охотно отвечали на вопросы журналистов.

Меж тем государь вовсе не торопился к гостям. В одной из маленьких, наглухо закрытых защитой комнат дворца он общался со светлейшим князем Южным. Мужчины и прежде разговаривали по закрытому каналу связи, но сегодня возникла необходимость в личной встрече: император планировал отречься от власти.

– Игорь, максимум послезавтра вечером, – безапелляционно произнес самодержец. – Я устал.

Сильно сдавший после смерти супруги мужчина откинулся на спинку массивного кресла, тяжко вздохнул.

– Как скажете, ваше императорское величество, – довольно спокойно промолвил Разумовский. – Не смею противиться.

Замолчав, князь едва заметно нахмурился. Император сегодня огорошил. Игорь надеялся, что тот продержится хотя бы полгода, но измотанный, стремительно постаревший мужчина жаждал покоя. Впрочем, Разумовский догадывался об истинной причине нежелания оставаться у власти: без мудрых советов супруги Александр Борисович просто не привык управлять огромным государством и боялся совершить фатальную ошибку.

Но что можно успеть сделать за два дня?

Безусловно, из-за решения государя многие планы хозяина Южного княжества менялись. Но уж точно не сегодняшний. В случае положительного исхода авторитет Разумовского у дворянства сильно укрепится. О простых людях и говорить нечего: будут возносить до небес.

Однако имелась проблема – Игорь обязан действовать максимально аккуратно. Теперь на кон поставлены не только его собственное здоровье и, возможно, жизнь, но и дальнейшая судьба Российской империи.

Отложить задуманное даже на время, оставив таким образом могущественного врага за спиной, Игорь позволить себе не имел права. После вступления на престол и так придется несладко. Эти три недели в Москве Разумовский тесно общался с главами родов и был абсолютно уверен – непременно найдутся те, кому не по вкусу новый император. Дополнительные и, вне сомнений, серьезные проблемы с влиятельным, сильным княжеским родом Коршуновых совсем ни к чему.

Помолчав, Александр Борисович остро глянул на своего преемника и поинтересовался:

– Знаешь ведь, что Коршунов буквально жаждет ту деревню получить? – видя безмятежное спокойствие на лице Разумовского, понимающе усмехнулся. Затем со значением предложил: – Может, пока не следует сообщать?

– Сегодня день памяти Елизаветы Павловны. Бокал вина из ваших рук смягчит отказ, а тост в честь ушедшей к предкам матушки императрицы предельно ясно укажет на причину, – хладнокровно ответил Игорь.

– Бокал вина, говоришь? – задумчиво протянул Александр Борисович, сплел меж собой сильно задрожавшие пальцы. Затем выдержал длительную паузу, а после тихо сказал: – Тебе дальше править империей. Уверен, ты знаешь, что делаешь, – примолкнув на миг, глубоко вздохнул. – Мне не нравится твоя затея, но помогу. Устал я от интриг, Игорь, – признался внезапно. – Ступай. Тебе дадут знак, когда подойти.

– Благодарю за аудиенцию, государь.

Встав, князь уважительно поклонился и направился к выходу. Положив ладонь на ручку двери, дождался, пока та засветится нежно-зеленым, извещая о снятии защиты, затем вышел из комнаты.

Прикрыв за собой дверь, Игорь нашел взглядом личного слугу императора. Стоя чуть поодаль, у стены, рыжеволосый, гладко причесанный мужчина смотрел вопросительно. Не промолвив ни слова, Разумовский коротко кивнул. Слуга государя поклонился, давая понять – о договоренности помнит, все будет исполнено.

Соглашаясь выполнить просьбу князя, находящегося в особой милости у господина, верный слуга не шел против клятвы, данной императору. Даже больше – многоопытный мужчина подозревал, кто вскорости заменит Александра Борисовича на троне. А значит, задуманное светлейшим князем Разумовским пойдет во благо. И ему самому, и империи.

Тем временем Игорь резко развернулся и уверенно пошел по известному лишь избранным узкому коридору, ведущему в Большой зал резиденции. Начинался финальный этап устранения врага.

Государь сам, без уговоров, согласился помочь. Хотя, конечно же, он не знал, а Игорь, разумеется, не стал рассказывать, что сегодняшний званый обед – составная часть княжеского плана. Пара слов, словно невзначай брошенных нужному человеку в нужное время, и результат получен: самодержец собрал многочисленных знатных гостей на день памяти почившей матушки императрицы.

Ловушка для Северного расставлена, осталось лишь захлопнуть.

Незаметно смешавшись с гостями, Игорь без особого труда отыскал Михаила и его спутницу. Стоя в обусловленном месте средь щебечущих девушек на выданье, княжич блистал красноречием, купаясь во внимании красавиц, благо, за три недели практически со всеми успел перезнакомиться.