Текст книги ""Фантастика 2025-157". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Анна Одувалова

Глава 28

Ранним утром княжич в сопровождении Савелия прибыл в аэропорт. Выйдя из салона автомобиля, Михаил посмотрел на яркую вывеску внушительного здания аэровокзала, а потом перевел взгляд на слугу. Тот спокойно доставал из багажника джипа увесистую сумку, не реагируя на заметно нервничающего юношу.

– Савелий, думаешь, отец меня так же как Соболеву… изгоняет? – задал Миша тревожащий душу вопрос.

– Нет, – отрицательно качнул головой седовласый мужчина. – Вы должны просто на время уехать. Французский у вас отличный, а Париж – красивый город, – он едва заметно улыбнулся. – Окончите местную школу, побудете еще пару месяцев и вернетесь. К тому времени все уже уляжется, – добавил уверенно.

– Хорошо, если так, – облегченно выдохнул княжич. – Слишком экстренно все. Не успел с рабочими делами определиться, – он неодобрительно сжал губы.

– Не тревожьтесь, – успокоил Савелий. – Управляющий делами Игоря Владимировича возьмет под контроль и ваше направление. От вас сейчас потребуется просто учиться. Используйте это время с толком, – помолчав, слуга внимательно посмотрел на Михаила и поинтересовался: – Может, что-то передать при личной встрече боярыне Изотовой?

Нахмурившись, княжич опустил взгляд на свои белоснежные кроссовки. О чем-то вспомнив, тихонько хмыкнул. А потом поднял голову и уверенно произнес:

– Наши пути с боярыней разошлись. Но при случае передайте: мне жаль и я искренне желаю ей счастья, – всего лишь на миг замолчав, кривовато усмехнулся. – Ее мужчине заранее сочувствую. С ней очень тяжело.

Коротко кивнув, Савелий привычно направился к входу в аэропорт. Естественно, последние слова княжича он никому передавать не собирался.

Думая о своем, Михаил уверенно пошел следом за слугой. Вчерашнее происшествие действительно поставило жирную точку в их отношениях с Софьей. Юноша отчетливо понял: такой, как ему хочется, она никогда не станет. Слишком неуправляема и непредсказуема. А уж одержимость работой и наплевательское отношение к его желаниям и вовсе жутко бесили.

В душе парня еще оставалось тепло воспоминаний о нежных губах, объятьях, душевных разговорах. Мише было жаль, что Соня стала свидетелем измены. Но все же он часть вины за это возлагал и на нее. Если бы девушка вела себя по-другому, то их отношения могли сложиться совсем иначе.

Любил ли он Софью? Безусловно. Но, похоже, любовный угар прошел, осталась лишь горечь сожаления. Все же они с Соней слишком разные.

Расправив широкие плечи, Михаил улыбнулся. Если отец отправляет не в ссылку, то все к лучшему. Париж и правда отличный город для того, чтобы превосходно провести время. И почему бы после стольких лет упорного труда просто не пожить жизнью обычного восемнадцатилетнего парня, совершенно не нуждающегося в деньгах?

Ускорив шаг, княжич вскоре вместе с Савелием вошел в здание аэропорта. Он предвкушал новые знакомства и приключения, которые непременно будут. Ведь не зря же говорят, что Париж – город любви.

* * *

Проснувшись на заре, я долго лежала в кровати. О Михаиле вспоминать себе крепко-накрепко запретила, да и, надо признаться, не хотелось. Поселившаяся в душе стужа словно намертво все заморозила. Чувствуя себя вполне комфортно, она не собиралось никуда уходить. Может, оно и правильно. Так проще. Безопаснее.

Даже вчерашнее внезапное признание князя Южного в своих чувствах и рассказ о планах в отношении меня не растопили душевный лед. Впрочем, это не стало неожиданностью. Да вот только любви мужчин ни одного из миров больше не хотелось. Однако, будто в насмешку, я непременно должна в этом мире выйти замуж. У высших сил, определенно, крайне специфическое чувство юмора.

В отношении Разумовского-старшего никаких иллюзий у меня не было: своими глазами видела его полуголую любовницу, вольготно разгуливающую по родовому особняку во время моего запланированного визита. И вряд ли такое положение дел изменится после свадьбы.

Князь просил не торопиться, подумать. Да о чем тут думать-то? Даже брак по расчету между нами невозможен! И самое главное препятствие – я этому мужчине слишком хорошо отношусь. Не хочу и к нему испытывать отвращение. Право слово, с меня уже более чем достаточно.

Не спеша сделала все утренние процедуры и надела школьную форму. Захватив рюкзак, спустилась на первый этаж и прошла в кухню. Моя привычная внешняя холодность теперь соответствовала душевному состоянию. Соболева бы порадовалась, что не ошиблась. Похоже, я окончательно и бесповоротно вжилась в образ Снежной королевы.

Улыбающаяся Катенька и радостные сестренки уже завтракали, вокруг них привычно хлопотала заботливая Надежда.

– Соня? – завидев меня в школьной одежде, Катя округлила глаза.

– Уже все нормально. Иду с тобой, – пояснила я, садясь за стол. – Нашли. После расскажу, – шепнула, указав взглядом на щебечущих девочек, и приступила к еде.

Не скрывая облегчения, Катенька, широко улыбнувшись, понимающе кивнула. Сестры не знали о моих проблемах: естественно, при них ничего серьезного не обсуждалось. А Надежда… Душевный покой женщины мы с подругой оберегали и попусту не тревожили.

Слушая звонкие голоса близняшек, взахлеб и с предвкушением рассказывающих о предстоящей сегодня конной тренировке, я тихонько улыбалась. Хорошо быть маленьким и беззаботным!

Закончив завтракать, мы с Катей искренне поблагодарили довольно улыбающуюся экономку, пожелали юным наездницам и Надежде хорошего дня и вышли из дома.

К моему удивлению, как всегда невозмутимый Василий поджидал нас не в машине, а возле ступеней террасы.

– Доброе утро, госпожа. Предлагаю вам сесть в автомобиль во дворе, – спокойно произнес опытный воин.

– Журналисты? – предположила я.

– Да, – кивнул тот. – За забором семь человек с камерами. Не волнуйтесь, Ярослав ни к девочкам, ни к Надежде никого не подпустит.

– Что-то опять стряслось? – шепотом поинтересовалась подруга, воинственно хмурясь.

Кивнув Василию, взяла Катеньку под локоток и вместе с ней направилась следом за слугой.

– Несколько дней назад, когда мы с княжичем гуляли по городу, меня едва не сбила машина, – прямо на ходу начала с бесстрастным выражением на лице рассказывать. – За рулем находился архитектор императора. Михаил меня спас, но нанес травмы водителю и его охране. Несколько человек погибло. Сейчас информация просочилась к журналистам, – увидев испуг в широко распахнувшихся глазах Кати, успокаивающе слегка сжала ее локоть. – Не волнуйся, все будет нормально.

– Ох ты ж, – тихонько пробормотала она. А потом остановилась и внимательно посмотрела мне в глаза. – А что с врагом?

– Сейчас расскажу. Пойдем, – я потянула подругу к гаражу, в дверях которого уже успел скрыться Василий. – Врагом оказалась Соболева.

– Не может быть! – едва слышно прошептала ошарашенная девушка.

– Ее вычислили сотрудники Михаила, а после Ирина сама мне позвонила и призналась. Все покушения она совершила из-за ревности к княжичу.

– Вот это да-а, – изумленно пробормотала Катя. – И как накажут? – войдя за мной в ярко освещенный гараж, грозно поинтересовалась она.

– По распоряжению князя, Ирина должна уехать из России на длительное время, – сообщила ей спокойно, усаживаясь на заднее сидение внедорожника.

– Не слишком ли мягкое наказание? – захлопнув за собой дверцу, подруга сердито поджала губы.

– Я работаю с ее отцом. Наши рода не враждуют, напротив – союзники, – с усмешкой взглянула на жаждущую крови Катеньку. – Меня полностью устраивают сложившиеся отношения с Соболевым. Ирины уже нет в стране и не будет еще очень долго, – твердо произнесла и откинулась на спинку удобного сидения. – Не думаю, что Соболев назначит ей шикарное содержание. Достаточное – вне сомнений, но вряд ли она сможет поддерживать прежний уровень жизни. В чужой стране, денег по ее меркам нет, старинных приятелей-знакомых нет, в немилости у отца… Наказание для аристократки более чем достаточное, – добавила безапелляционно.

Ворота гаража плавно разъехались. Белоснежный внедорожник, неторопливо выехав наружу, шустро направился в сторону школы. В окно я мельком увидела разочарованные лица женщин с микрофонами и мужчин с большими камерами на плечах.

– А если, – задумчиво протянула Катя, – Ирина надумает мстить?

– Во-первых, из другой страны сделать это при ограниченном финансовом ресурсе довольно проблематично, – произнесла я с усмешкой. – А во-вторых, Соболева не такая уж и дура. Если со мной теперь что-то «внезапно» случится, подозрение падет именно на нее. Она об этом отлично знает. Нет, – покачала головой, – Ирина не станет больше рисковать. И не столько из-за страха наказания. Скорее, не желая причинить вред отцу и полностью лишиться поддержки древнего влиятельного рода, – немного подавшись вперед, посмотрела на умудренного жизненным опытом слугу и поинтересовалась: – Василий, как думаешь, я права?

– Да, – лаконично отозвался мужчина, не отрывая взгляда от дороги. – Госпожа, утром звонил Степан. Сообщил, что артефакт для Карамели практически готов. Просил позволения по окончанию работ лично протестировать. Я дал добро.

– Хорошо. Молодец Степан, так быстро справился, – я удивленно качнула головой и улыбнулась. – Ты только не давай ему много воли, – усмехнулась, вспомнив довольно-таки сложный характер артефактора.

– Разумеется, – невозмутимо ответил слуга. Заехав на школьный двор, он припарковался на стоянке и неожиданно предложил: – Госпожа, давайте провожу. И здесь журналисты, – добавил, нахмурившись.

Посмотрев в лобовое стекло, я увидела прогуливающихся между старшеклассниками мужчин и женщин. У многих в руках были разнокалиберные видеокамеры. Приглядываясь к лицам учениц, журналисты определенно кого-то искали. Даже не сомневаюсь, кого именно.

– Сам знаешь, их не просто так запустили на территорию «Эвереста». Значит, умудрились получить разрешения. Не вижу особого смысла прятаться, – невозмутимо произнесла и, усмехнувшись, добавила: – Опять стану звездой телеэкранов, – повернувшись к Кате, поинтересовалась: – Как считаешь, сможешь остаться внешне более-менее спокойной? Отвечать на вопросы журналистов тебе лучше не стоит. Твои слова наверняка исковеркают, – я внимательно посмотрела на упрямо поджимающую губы подругу. – Если есть хоть малейшее опасение, что справишься, Василий прямо сейчас отвезет обратно. Уверена, сегодня-завтра выйдет опровержение, и от нас отстанут.

– Иду с тобой, – решительно тряхнула рыжими кудряшками девушка и воинственно задрала подбородок.

– Нашу машину заметили, – деловито доложил воин и неожиданно веско произнес: – Удачи.

Благодарно улыбнувшись слуге, посмотрела в окно. Несколько видеокамер действительно уже были направлены в нашу сторону. Однако приближаться журналисты пока не спешили.

– Сейчас начнется, – невозмутимо предупредила Катю. – Просто молчи.

Дождавшись, пока Василий откроет мне дверцу, я глубоко вздохнула и грациозно выплыла из автомобиля. К нам тут же торопливо направились человек десять, не меньше.

Сколько же их тут!

Взяв меня под локоть, Катя встала рядом. Со стороны подруги не чувствовалось нервозности, лишь поддержка и решительность.

– Боярыня Изотова, какие отношения у вас с княжичем Разумовским?

– Почему вам помогает князь Южный?

– Расскажите о событиях, произошедших перед кровавой бойней!

– Что вы испытывали, когда видели жуткие убийства? Вы сильно испугались?

Перебивая друг друга, репортеры настойчиво засыпали меня вопросами. Одна из журналисток, особа лет тридцати, с острыми глазами и гладко прилизанными черными волосами, сунула в лицо Кати микрофон и важно сказала:

– Девушка, представьтесь, – а потом затараторила: – Как вы относитесь к Михаилу Разумовскому? Вы дружите с Софьей Изотовой? Что вы думаете о произошедшем?

Нахмурившись, подруга крепче сжала мой локоть и молча посмотрела на наступающую настырную мадам.

Движимые интересом одноклассники останавливались, а после подходили ближе. Вскорости перед нами с Катенькой выросла внушительная толпа. Поэтому Василий не торопился уезжать, готовый в любое мгновение прийти на помощь.

– Что происходит? – долетел до меня вопрос одной из старшеклассниц.

– Ах, вы не знаете?! Наш княжич кучу народа убил! А боярыня была рядом, – тотчас ответил ей кто-то.

Пора брать ситуацию под контроль.

– Тихо, – негромко промолвила я, вложив в голос толику родовой силы.

Воздух едва заметно заколебался. Не трогая одноклассников, нежно-сиреневые волны мягко коснулись чересчур любопытных журналистов. Те мгновенно замолчали, ошарашенно переглядываясь. Учащиеся «Эвереста» тоже перестали обсуждать между собой происходящее. Блестя от любопытства глазами, они напряженно ожидали развития событий.

– У меня мало времени, – пристально посмотрев в ближайшую камеру, скупо улыбнулась и абсолютно спокойно начала говорить: – Я, глава рода бояр Изотовых Софья Сергеевна Изотова, благодарю вас за предоставленную возможность публично высказать признательность человеку, спасшему мне жизнь: княжичу Михаилу Игоревичу Разумовскому, – помедлив мгновение, не отводя взора от камеры, проникновенно продолжила: – Все случилось днем, в центре города. На зеленый свет светофора я в одиночестве переходила дорогу по пешеходному переходу. Услышав жуткий рев двигателя, повернула голову и увидела несущийся на бешеной скорости спортивный автомобиль. Останавливаться водитель не собирался. Я понимала, что мне грозит смертельная опасность, но не могла ничего поделать. На высоких каблуках не особо побегаешь, – выбрав взглядом самую молодую журналистку, горько усмехнулась.

– Ох, да! – выдохнула миловидная девушка-журналист и быстро-быстро застрочила в блокноте.

Одна попалась.

– В тот злополучный день княжич Михаил Игоревич предложил погулять после уроков. Я много работаю, – грустно улыбнувшись, обвела взглядом женщин постарше. Те едва заметно покивали. На лицах появилось сочувствие. – После гибели родителей у меня на руках остались две маленькие сестрички. В семнадцать лет девушке быть главой рода, сами понимаете, очень непросто, – глубоко вздохнув, замолкла. Выждав пару мгновений, продолжила: – Князь Южный удивительный человек. Он абсолютно бескорыстно мне помогает налаживать дела рода. А Михаил, как вы знаете, мой одноклассник, – понизила голос и, на миг отведя взор, тихонько добавила: – Он хотел всего лишь сделать мою жизнь немного радостнее.

В толпе старшеклассников тут же послышались сочувственные возгласы и шепотки. Поглядывая то на них, то на нас с Катей, женщины-журналистки сосредоточенно писали в разномастных блокнотах, а мужчины задумчиво хмурились. На их лицах проскальзывало понимание.

– Увы, – продолжила я ледяным тоном, посмотрев в бесстрастный объектив ближайшей камеры, – вместо легкой прогулки княжичу пришлось спасать меня от неминуемой гибели. Не раздумывая ни мгновения, Михаил встал предо мной и не дал погибнуть. Водителя, управляющего тем самым автомобилем, сопровождала элитная охрана. На княжича разом напало несколько отлично подготовленных, опытных воинов. Разве пристало дворянину пасовать, отступать пред лицом опасности? – я обвела взглядом удивительно молчаливых журналистов. Остановив взор на статном мужчине, чуть-чуть нахмурилась.

– Конечно нет, – встретившись со мной глазами, твердо ответил тот.

– Вот и княжич не отступил, – кивнула я. Увидев одобрение, повысила голос: – Михаил Игоревич спас мне жизнь, проявил доблесть и отвагу, достойную настоящего дворянина. Уверена, каждая женщина со мной согласится: жить в мире, где есть такие мужчины, гораздо спокойнее, – тепло улыбнувшись, пробежалась взором по толпе. Все до единой журналистки согласно улыбались, мужчины же горделиво расправляли плечи.

Шах и мат. Эффект достигнут.

Не дав вставить никому и слова или задать неудобный вопрос, с легкой улыбкой сообщила:

– Через несколько минут начинается урок. Вынуждена вас покинуть. Всего хорошего.

Доброжелательно кивнув на прощание, неторопливо направилась в сторону учебного корпуса. Следом потянулись и другие учащиеся.

Катенька моментально пристроилась рядом, незаметно пожав мою руку в знак поддержки. Я же искренне молилась всем богам разом, чтобы журналисты не опомнились и не кинулись за нами.

Войдя в прохладное фойе, тихонько выдохнула. Похоже, отбилась.

– Пойдем скорее в класс, – шепнула крайне задумчивой подруге. – Иначе придется прямо сейчас отвечать на вопросы одноклассников, – добавила на ходу.

Конечно, совсем избежать вопросов не получится. Но прямо сейчас удовлетворять чужое любопытство не хотелось. К счастью, громкий звонок известил о начале урока и на время дал передышку.

Как и предполагалось, на первой же перемене нашу с Катей парту плотным кольцом окружили парни и девушки. И были тут не только одноклассники, но и учащиеся из параллельных классов. Сногсшибательная новость не на шутку взбудоражила школьников. Все же многие прочли злополучную статью еще вчера.

Слушая бурные обсуждения, я поняла – все получилось. Одноклассники для себя сделали нужный вывод: княжич – не зарвавшийся от безнаказанности злодей-убийца, как расписали в журнале, а самый настоящий герой.

К третьему уроку до меня долетела неожиданная новость. Оказывается, несколько дней назад юная дворянка из довольно обеспеченного рода вышла замуж. На удивление, одноклассницы обсуждали данное событие чересчур спокойно. Даже можно сказать – буднично.

Это было крайне странно и непонятно. В моем родном мире такое – нечто из ряда вон выходящее. А тут дворяне не только не осуждают – напротив, даже делятся мыслями, куда одноклассница поедет в свадебное путешествие.

Да как так-то?

Улучив момент, я прямо во время урока тихонечко спросила у Кати, почему она ничего не рассказала и отчего все настолько обыденно реагируют на столь неожиданное замужество. Отведя взгляд от математика, усердно выводящего очередные зубодробительные формулы на интерактивной доске, подруга придвинулась ко мне ближе. Поглядывая на педагога, шепотом пояснила:

– Так это обычное дело. Во многих родах до сих пор придерживаются старых традиций. Довольно часто девочки в выпускном классе выходят замуж. Неужели ты не знаешь? – помолчав мгновение, добавила: – Не думала, что тебе будет интересно, кто и когда сыграл свадьбу, – закончила совсем тихо, смущенно порозовев.

Я быстро посмотрела на математика. Тот, не обращая на нас внимания, вызвал к доске кого-то из парней. Переведя взор на Катю, вновь едва слышно поинтересовалась:

– А что дальше? В школу она ходить продолжит или уже все? А диплом?

– Запрета нет, но обычно не ходят. Как муж скажет, – так же тихо откликнулась девушка. – Диплом получают все, только в данном случае итоговые экзамены сдают дистанционно. Ты замуж собралась? – тревожно поинтересовалась Катя и посмотрела с укоризной.

Покачав головой, улыбнулась, заметив искреннее облегчение в глазах Катеньки. Замуж я прямо сейчас, естественно, не собиралась. Просто интересно узнавать традиции и правила этого мира. Похоже, занимаясь воспитанием моей «предшественницы», родители придерживались новых, прогрессивных взглядов: сначала учеба – потом замужество. Никак иначе.

Школьный день плавно подошел к концу. Выйдя из учебного корпуса вместе с Катей, я неожиданно услышала:

– Софья, подождите.

Обернувшись, вздохнула и посмотрела на хмурую Стрелецкую. В течение дня мы с боярыней пару раз обменивались ничем не примечательными дежурными фразами, однако во время уроков я частенько ощущала на себе ее внимательный взгляд. Мария явно что-то от меня хотела и ждала удобного случая.

– Можно с вами поговорить? – приблизившись, негромко сказала Стрелецкая. – Наедине, – добавила многозначительно.

– Катя, подожди, пожалуйста, в машине. Скоро подойду, – улыбнулась я насторожившейся подруге.

Немного понаблюдав, как Катенька идет к ожидающему нас автомобилю, вновь посмотрела на боярыню. Та, определенно, нервничала, но удачно скрывала эмоции.

– Наших слуг несколько дней подряд опрашивали сотрудники князя Южного, – тихо промолвила Мария, увлекая меня подальше от центрального входа. Остановившись около припаркованных машин, глубоко вздохнула и торопливо произнесла: – Никто толком ничего не понял, но есть подозрения, что это как-то связано с вами, – сердито поджав губы, она пару мгновений помолчала. – Вы можете объяснить, в связи с чем были эти проверки?

– Говорите, сотрудники князя? – изобразив на лице глубокую задумчивость, помолчала я для вида. – Не имею ни малейшего представления, – коротко пожав плечами, посмотрела на боярыню кристально честными глазами. – Вы меня удивили, Мария, – добавила озабоченно.

Ни с кем из посторонних я даже не помышляла обсуждать сделанное Ириной Соболевой. И уж конечно не собиралась объяснять боярыне Стрелецкой, почему их слуг опрашивали.

– Надеялась, что вы знаете, – тень разочарования мелькнула на красивом лице девушки.

– К сожалению, нет, – я покачала головой и добавила встревоженно: – Если появится какая-то информация, сообщите?

Задумавшись на пару мгновений, девушка кивнула:

– Если опросы наших слуг действительно имеют к вам отношение – обязательно.

– Благодарю, – искренне улыбнулась я боярыне и с сожалением добавила: – Мне пора. До завтра.

– До свидания, Софья, – на удивление добродушно ответила Стрелецкая и, не мешкая, направилась к ожидающему ее автомобилю.

Вряд ли обеспокоенная боярыня что-то узнает. Сотрудники князя умеют держать язык за зубами. Да и Соболев о случившемся уж точно не будет распространяться. Но держать руку на пульсе все равно не помешает.

Посмотрев вслед Марии, я неторопливо пошла к своей машине.

Как оказалось, забирал нас из школы сегодня не Василий, а Никита. Катя была счастлива до невозможности, а я искренне радовалась за нее.

Возле дома журналистов, на удивление, не наблюдалось. Однако Никита предусмотрительно заехал во двор. Видя, какими грустно-нежными взглядами обмениваются сын моего слуги и Катенька, усмехнулась. А потом, недолго думая, дала задание помощнице прямо сейчас съездить к маме и проверить исполнение моих заказов. Пусть влюбленные побудут вместе.

Благодарно улыбнувшись, подруга густо-густо покраснела. Мы обе прекрасно знали, что все там отлично.

Зайдя со мной в дом, довольная девушка занесла рюкзак к себе в комнату и тотчас умчалась вместе с Никитой.

Переодевшись в домашнее, я прошла по непривычно пустому – сестренки с Надеждой еще не приехали с тренировки – дому на кухню. Плотно пообедав, вернулась к себе в комнату.

Деловых поездок сегодня не планировалось, делать абсолютно ничего не хотелось, поэтому я улеглась на кровать и обняла подушку. И сама не заметила, как уснула.

* * *

– Хороша девка! Понимаю, почему на нее так запал князь, – одобрительно покивал темноволосый, довольно симпатичный мужчина, оторвав взгляд от огромного экрана телевизора. Взяв пульт, нажал на паузу. Коротенькое интервью с боярыней Изотовой он смотрел уже не в первый раз.

– Господин, я готов выезжать, – раздался от дверей низкий приятный мужской голос.

– Отлично, – откинувшись на мягкую спинку баснословно дорогого кожаного дивана, хозяин кабинета ухмыльнулся. Мазнув взглядом по худощавой, невысокой фигуре светловолосого визитера лениво произнес: – Даже завидую тебе немного. Такая краля! – почмокав чувственными, красиво очерченными губами, с откровенным ехидством добавил: – Хотя тебе-то какой прок. Дар редкий, но уж больно специфический. Всю мужскую силу забрал, – хмыкнув, он без тени веселья добавил: – Все делаешь предельно быстро и очень аккуратно. Девка сильная, не рассчитывай, что сможешь держать больше суток.

– Я все помню, господин, – не реагируя на колкость, все так же не подходя ближе размеренным тоном сообщил мужчина.

– Тогда ступай! – махнул рукой темноволосый. Услышав легкий скрип двери, он прикрыл глаза и, довольно улыбнувшись, прошептал: – Вот ты и допустил ошибку, Игорек. Теперь я знаю твое слабое место.