Текст книги ""Фантастика 2025-157". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"
Автор книги: Анна Одувалова
Соавторы: Надежда Мамаева,Нина Ахминеева,Валерий Гуров
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 348 страниц)
Глава 23
Да что за фигня?!
Ошалев от неожиданного нападения, я двумя руками крепко схватила запястье придурашной библиотекарши. В это же мгновение эта ненормальная, продолжая пытаться содрать с меня скальп, свободной рукой умудрилась оцарапать мне лоб и щеку.
Она спятила?
Решив, что с меня хватит, я подалась навстречу к этой психичке, резко замахнулась правой ногой. И от всей души врезала ей по щиколотке носком тяжелого ботинка!
Маргарита болезненно вскрикнула, но волосы не выпустила: лишь немного ослабила хватку. Не теряя драгоценных секунд, я с силой отогнула мизинец женщины. Завопив от боли, та наконец-то оставила в покое мои несчастные локоны. И тут же попыталась вцепиться в лицо.
Ей-богу, ненормальная.
Без особого труда уклонившись, я стремительно завела руку Маргариты ей за спину, толкнула вперед. Потеряв равновесие, библиотекарша шлепнулась грудью на мостовую. Не выпуская конечности соперницы, я уперлась коленом ей в поясницу.
– Хватит или еще добавить? – поинтересовалась я, выравнивая сбившееся дыхание.
– Ненавижу-у-у, – протянула Ткачук и заревела в голос.
– Да что я тебе сделала?!
– Именем закона, требую немедленно прекратить! Вы обе задержаны, – прогремел властный мужской голос.
Почувствовав, как чья-то тяжелая ладонь легла на плечо, я мысленно обреченно вздохнула.
Чудесное начало дня. Просто «восхитительное».
Опустив поверженную соперницу, я встала. Мрачно посмотрела на служителя закона. Им оказался тот самый мужчина в форме, что прежде беседовал с продавщицей газет.
Наградив меня суровым взглядом, полицейский дождался, когда рыдающая библиотекарша поднимется. Цепко взяв нас за локти, рослый мужчина грозно предупредил:
– Без глупостей, – и уверенно повел нас вперед.
Далеко идти не пришлось. Как оказалось, Маргарита пожелала выдрать мне волосы в непосредственной близости от полицейского участка. Им оказалось двухэтажное мрачное здание с солидной красной табличкой на довольно пошарпанной двери. От скамейки, где сидела библиотекарша, до этого дома было метров пятнадцать, не больше.
Вот идиотка-то. Нашла место, где впадать в безумие. Получше выбрать не могла?
Слушая всхлипывания Маргариты, я следовала за полицейским. Видя боковым зрением послушно плывущую за мной сферу с «замороженным» привидением, все больше хмурилась.
Вроде не виновата. Почему кажется, что крепко влипла?
Кивнув на входе дежурному, служитель закона провел нас с бывшей коллегой по пустынному коридору. Заведя в небольшой кабинет, подвел к единственному столу и бодро доложил сидящему за ним толстяку:
– Нарушение общественного порядка. Дрались на улице.
– Хм-м, – откинувшись на спинку рабочего кресла, толстопуз переплел на животе короткие, жирные пальчики.
Покосившись на свое персональное привидение (слава богу, все еще безмолвное и неподвижное), я пригляделась к погонам хозяина кабинета. Прежде таких не видела: серые с красной полоской посередине и единственной маленькой звездочкой. Больше всего они походили на те, что в моем мире носили младшие лейтенанты. Но скорее всего, у этого пузана другое звание. А вот какое, вопрос еще тот.
– Ну-с, дамы, позвольте узнать, чем был вызван конфликт? – поинтересовался мужчина со скучающим видом.
Я посмотрела на полицейского, стоящего меж мной и всхлипывающей Маргаритой. Затем вновь перевела взор на сидящего за столом. Не зная, что ответить, просто пожала плечами.
Мужчина в неизвестном мне чине скривился, небрежно поинтересовался:
– Так и будем в молчанку играть?
– Это только моя вина. Саша ни при чем, – громко шмыгая носом, неожиданно призналась Маргарита.
Ты смотри-ка. Очередной сюрприз.
– Рассказывайте, – властно потребовал толстяк. – Городовой, почему до сих пор не установлены личности правонарушительниц?
– Виноват, господин провинциальный секретарь, – задержавший нас полицейский, вытянулся в струнку, щелкнул каблуками. Полуобернувшись к библиотекарше, приказал: – Предъявите ваш паспорт.
– Сейчас, – испуганно пролепетала Маргарита.
Не дожидаясь особого приглашения, я выудила из кармана измятую картонку, отдала городовому. Положив наши паспорта на стол, тот вновь встал по стойке «смирно».
Изучая удостоверение личности Маргариты, хозяин кабинета, раздраженно напомнил:
– Мещанка Ткачук, вы заставляете меня ждать.
– Сегодня утром я приехала во Владимир, – послышался дрожащий голос библиотекаря. – Вчера по телефону, мой муж сказал, что бросает меня. Хотела с ним поговорить, убедить дать мне шанс все исправить, – женщина протяжно всхлипнула. – Зашла в квартиру. А он в постели с любовницей. И эта мымра сказала ту же фразу, что и Александра при нашей встрече: какие люди. Неожиданно. Там, в квартире, я сдержалась, сразу ушла. Но после слов Лаптевой, словно кровавая пелена на глаза упала. Меня сорвало. И я накинулась на Сашу с кулаками, – закрыв лицо руками, Маргарита громко разрыдалась.
Елки-палки. Везет мне… как утопленнику!
В прошлой жизни от знакомой слышала историю. Прямо на ее глазах, одна из посетительниц кафе, ни с того ни с сего вылила чашку кофе на голову женщины, сидящей за соседним столиком. А потом сообщила, что та просто очень похожа на любовницу мужа. Дескать, увидела ненавистную физиономию и не удержалась. Затем искренне извинилась пред потерпевшей и ушла.
Я тогда посмеялась. Сказала, что подобного просто не может быть. Однако сейчас начинаю верить, в правдивость рассказа. Сложно продолжать сомневаться, когда скальп болит, а на щеке горит след от ногтей.
– Совсем бабы сдурели, – презрительно бросил мужчина с одинокой, малюсенькой звездой на погоне. Небрежно откинув паспорт библиотекаря, взял мой. Внимательно прочел написанное и пристально посмотрел мне в глаза.
В горле пересохло. Предчувствие беды холодком пробежало меж лопаток.
Не выпуская из жирных пальцев мое удостоверение личности, толстяк важно изрек:
– Ткачук, ваше поведение отвратительно и достойно порицания, – он сделал красноречивую паузу. – Но учитывая полное признание вины, а также обстоятельства предшествующей устроенной вами драки, так уж и быть, ограничусь устным предупреждением. Прочь с глаз моих, пока не передумал. Городовой, проводите гражданку, – провинциальный секретарь подтолкнул паспорт Маргариты к краю столешницы. – А вас, девица Александра Лаптева, попрошу остаться. У нас с вами предстоит серьезный разговор, – на лице толстопуза расцвела опасная улыбка.
* * *
Городовой уже давно увел зареванную Маргариту, а пообещавший серьезный разговор полицейский, с какого-то перепуга решил поработать с бумагами. Хмурясь, я стояла у стола и наблюдала за толстяком. Абсолютно не обращая на меня внимания, тот сосредоточенно изучал содержимое очередной папки.
Да что он там все читает? А что, если это досье на меня? Да ну нет. Бред какой-то.
Ожидание непонятно чего действовало на нервы. Шуршали страницы. Толстощекий служитель порядка периодически многозначительно хмыкал. И с каждой минутой, ощущение неумолимо надвигающейся беды усиливалось. Казалось, мне готовят западню.
Да сколько можно?!
Справа что-то громко хлопнуло. Мелко вздрогнув от неожиданности, я застыла, как изваяние.
Это еще что за чертовщина?
А через миг услышала знакомый до зубовного скрежета голос:
– Полицейский? Где мы?! Что ты натворила? – в интонации призрака отчетливо слышалась паника.
«Техника заморозки самостоятельно деактивировалась. Почему? Надо будет обязательно прояснить этот момент у Або», – как-то разом успокоившись, я задумчиво смотрела на толстяка.
Полицейский, как и прежде, занимался бумагами. И привидение абсолютно точно не видел и не слышал.
– Ничего не понимаю. Мы же были в гостинице. Сейчас в полиции, да? Объясни, что происходит, пожалуйста, – взмолилась призрачная дева.
Ух ты. Слово «пожалуйста» вспомнила. Внезапная разморозка определенно пошла усопшей дворянке на пользу.
– Ты не можешь здесь со мной говорить? Да? – встревоженным шепотом поинтересовалась боярышня.
«Ты смотри-ка, не только стиль общения изменился. Она даже логику включила. Отличная штука – спонтанное оживление», – молнией промелькнула мысль.
Понадеявшись, что боярышня хоть на время отстанет с вопросами, я едва заметно кивнула. И в этот момент до меня дошло. Толстомордый полицейский намеренно оттягивал беседу. Чем сильнее человек нервничает, тем больше ошибок делает. Это аксиома.
Надо признать методика у местных полицейских девственная. Да вот только на мне больше не работает.
Мысленно усмехнувшись, я уверенно направилась к стоящим у стены стульям. Взяв один, перенесла к столу, села, грациозно заложила ногу за ногу. И ровным тоном напомнила хозяину кабинета:
– Вы о чем-то хотели со мной поговорить.
Посидев недвижимо пару секунд, тот с громко захлопнул папку. Демонстративно осмотрел мою взлохмаченную прическу, ссадину на лице. Скептически хмыкнув, откинулся на спинку кресла, небрежно спросил:
– Александра Лаптева, почему вы решили устроиться поломойкой в элитную военную академию?
Вот это заявочка… Все же закончилось. Этот жирдяй имеет какое-то отношение к духу основательницы академии? Или свою игру затеял?
Не дрогнув ни единым мускулом на лице, я холодно спросила:
– В связи с чем интересуетесь? – и вопросительно изогнула бровь.
– Вчера от кадровика элитной военной академии нам поступил запрос на восстановление удостоверения личности Александры Лаптевой, девицы восемнадцати лет от роду, изгоя. Дело передали мне, – с глубокомысленным видом пожевав губами, толстяк ткнул пальцем-сосиской в измятую картонку моего паспорта. Ухмыльнулся и загадочно спросил: – Как вижу, нашли пропажу?
Уф-ф. Завхоз же говорила, что направила запрос. Вроде все нормально… Но почему кажется, что тучи сгущаются?
– Верно, – я скупо улыбнулась. – Агриппина Васильевна преждевременно забила тревогу. Документ мы нашли сами. Это все, что вы хотели узнать?
Выдержав многозначительную паузу, полицейский лениво поинтересовался: – Для чего вам понадобился поддельный паспорт?
Что?!
Неимоверным усилием сохранив невозмутимое выражение, я пожала плечами.
– Не понимаю, о чем вы.
– Так и думал. Решили идти в несознанку, – толстяк презрительно скривился. И с нарочитой усталостью сообщил: – В Российской империи единая база данных обо всех гражданах. Надо ли вам говорить, что сведений о восемнадцатилетнем изгое Александре Лаптевой нет? – полицейский внезапно громко хлопнул ладонью по столешнице и рявкнул: – На кого работаешь? Кто твой хозяин?
Зашибись. В шпионаже меня еще и не обвиняли. Интересно, а сколько за это дают? Пожизненное или сразу голову рубят?
– Мамочка, – испуганно выдохнуло привидение. Обдав уже привычным замогильным холодом, дева юркнула мне за спину.
С каким-то запредельным пофигизмом я изучала стремительно багровеющее лицо грузного мужчины. С неожиданным проворством вскочив с кресла, он навис над столешницей. Не сводя с меня налитых кровью глаз, заорал:
– Какую информацию тебе приказали собрать? Отвечай!
«Объяснять, что ошибся в выводах, нет смысла. Этот жирдяй сто процентов уже крепит новые звезды к погонам. Придется применять дар. Он одаренный или нет? Не хочу ненароком убить. Только мертвых полицейских и не хватает для полного счастья. Похоже, без Або не обойтись», – одна за другой промчались мысли.
Обдумывая, как лучше поступить, я задумчиво рекомендовала:
– Вы бы успокоительного попили. Так и до сердечного приступа недалеко, – и неодобрительно качнула головой.
Злобно оскалившись, толстяк приблизил ко мне блестящее от пота лицо, зловеще пообещал:
– Если прямо сейчас не начнешь говорить, палач развяжет тебя язык.
– Постараюсь избежать этой незавидной участи, – пообещала я искренне.
На секунду прикрыв глаза, мысленно позвала:
«Або! Мне нужна твоя помощь».
Глава 24
Не прошло и минуты, как в кармане моего пальто что-то зашевелилось.
«Я здесь. Что случилось?» – раздался в разуме спокойный голос Або.
«Спасибо, что так быстро пришел, – ответила я мысленно. – Случилось многое. Основное: нахожусь в полицейском участке. У меня поддельный паспорт, обвиняют в шпионаже. Планирую воздействовать даром на полицейского. Не хочу ненароком его убить».
«Понял. Мне надо на него посмотреть», – бесстрастно отозвался Або.
«Сделаю» – ответила я мысленно.
Хм-м. В прошлый раз «ушастик» диагностировал воровку-администратора прямо из кармана халата. Для чего ему сейчас потребовалось смотреть на полицейского?
Толстый, потный мужчина не сводил с меня тяжелого взгляда. Все также возвышаясь над столом, он чуть подался вперед.
– Ну? – бросил с угрозой. – Ты будешь говорить?
– Да, конечно, – ответила я задумчиво и кивнула.
Довольно осклабившись, толстопуз плюхнулся обратно в кресло. Переплетя пальцы на животе, он поторопил:
– Начинай.
Мимолетно улыбнувшись, я аккуратно достала из кармана «тушканчика». Посадив на ладонь, дала возможность посмотреть на хозяина кабинета.
«Неодаренный. Физическое состояние тела критично. Усыпи его», – неожиданно попросил «зверек» и шустро спрыгнул на стол.
– Этот уродец имеет отношение к шпионажу? – толстяк брезгливо рассматривал «грызуна».
– Твой ушан чем-то поможет? – встревоженное прошептала мне на ухо призрачная дворянка.
Проигнорировав оба вопроса, я сосредоточилась. Пальцы закололо энергией. Глубоко вздохнув, пожелала жирдяю сладкого сна и, на выдохе, скинула малюсенькую толику силы.
Хозяин кабинета широко зевнул, затем еще раз. А после рухнул на столешницу и раскатисто захрапел.
– Почему он уснул? Это работа лопоухого? – настороженно поинтересовалась призрачная дворянка.
– Нет. Моя, – рассеянно ответила я, наблюдая за высшей сущностью.
Запрыгнув на затылок спящего мужчины, «тушканчик» застыл изваянием. Спустя несколько долгих мгновений в моем разуме снова зазвучал голос Або:
«Как уже говорил, тело мужчины в ужасном состоянии. Для считывания воспоминаний и для воздействия на его разум мне требовался непосредственный контакт. В противном случае этот человек умер бы от кровоизлияния в мозг».
– Ясно – понятно. Что нашел интересного? – машинально произнесла я вслух и протянула «зверьку» ладонь.
– Ты с ушаном общаешься мыслеречью? – с недоумением спросило привидение, внезапно ставшее догадливым.
– Да. Помолчи пока. Мешаешь, – сухо бросила я.
Устроившись у меня в руке, Або обвил ноги длинным хвостом.
«Я проанализировал всю информацию, имеющуюся у этого индивидуума. Сопоставил с той, что уже была. Выводы: история с изгнанием из рода боярышни Апраксиной – грубо и наспех состряпанная афера. Она, а точнее ты, до сих пор член древнего боярского рода. Изгнать законную наследницу в принципе невозможно. Не стану влезать в дебри наследования, скажу кратко: в течение месяца после достижения совершеннолетия твоя предшественница должна была уведомить государственный приказ о решении возглавить род. Теперь я абсолютно уверен: боярышня не допускала глупой ошибки. Схему ритуала изменили заранее».
«Удивил, так удивил», – не размыкая губ, прошептала я ошарашенно.
«У тебя осталось две недели, чтобы стать главой рода Апраксиных, – хладнокровно заявил Або. – Если этого не сделаешь, то по умолчанию назначат мать боярышни: Анфису Тимофеевну Апраксину. С момента смерти мужа эта женщина действует от имени дочери. Кстати, право боярыни на отчуждение имущества ограничено в силу закона. Как только Анфиса Тимофеевна станет полноценной главой рода, то сможет действовать по своему усмотрению».
Охренеть. И ведь не подкопаешься. Боярышня сама провела ритуал призыва духа рода, сама ошиблась. Если б не вмешательство Або, то все прошло бы гладко. Наследница оказалась бы на смертном одре, а горюющая мать стала полноправной главой рода. «Чудесная» у призрака семейка.
Зычный мужской храп разлетался по кабинету. По моим подсчетам толстяк проснется часа через три, не раньше. Размышляя обо всем и сразу, я встала со стула. Аккуратно вытащив из-под локтя полицейского паспорт изгоя Лаптевой, хмыкнула.
«Бедный» отчим боярышни. Представляю его шок, когда целитель сообщил, что падчерица вполне себе адекватна. Этому хлыщу экстренно пришлось придумывать новый план. Впрочем, идея очень даже неплохая. Всего надо было убедить глуповатую девочку, что она изгнана из рода, да отправить в монастырь. Две недели боярышня там бы уж точно просидела. Ну а потом и трава не расти.
Безусловно, многое еще остается непонятным. Допустим, почему этот мерзавец просто-напросто, на время, не запер падчерицу? Да хоть в одной из комнат особняка! Также гораздо проще. Не понадобился бы «неправильный» ритуал. И уж тем более липовый паспорт, с экстренной ссылкой боярышни в монастырь.
Бережно опустив Або в карман, я в другой (тот, где лежали деньги) засунула смятую картонку. Закусив губу, задумчиво посмотрела на застывшего в воздухе призрака. Хмурясь, девушка не сводила с меня настороженного взгляда. Однако молчала, очевидно, не желая мешать.
А может, Антон Леонидович действовал на свой страх и риск? Дай-то бог. Хочется верить, что мать боярышни не желала ей смерти. Иначе, совсем уж мерзко.
«Если готова, то можем уходить. Я подчистил память полицейского, – неожиданно прервал мой мыслительный процесс Або. – После пробуждения, он не вспомнит, что встречался с Александрой Лаптевой; также позабудет обо всем что связано с поддельным паспортом. Но ты должна знать. Информация о поступлении запроса из военной академии на восстановление твоего удостоверения личности, зафиксирована в книге учета. Стереть эту запись невозможно, – высшая сущность сделала многозначительную паузу. – Рано или поздно начальник полицейского участка потребует у подчиненного отчет о проделанной работе».
«Толстяк неизбежно получит нагоняй за разгильдяйство и рванет выполнять приказ. Как следствие, опять обнаружит подделку паспорта. И снова размечтается о звездах на погонах, – беззвучно ответив «ушастику», я понимающе улыбнулась. – Жить по поддельным документам, перманентно боясь разоблачения, у меня нет никакого желания».
«Я тебя понял».
– Что думаешь делать дальше? – все же не выдержав, тихо спросило привидение.
– А ты? – переспросила я и с интересом посмотрела на деву.
– Не хочу с тобой враждовать, – уверенно сообщила боярышня. Явно волнуясь, девушка виновато отвела взор и призналась: – Мне стыдно. Я вела себя недостойно. Ничего подобного больше не повториться. Поверь мне, пожалуйста!
– Поживем-увидим, – усмехнувшись, я направилась к выходу из кабинета.
Смущенно улыбнувшись, призрачная дворянка поплыла следом за мной. Вдруг она вновь поинтересовалась:
– Что думаешь делать дальше?
– Возглавить род бояр Апраксиных.
Полюбовавшись шокированным лицом своей предшественницы, я распахнула дверь и вышла в коридор. Без происшествий покинув полицейский участок, облегченно выдохнула. Поежившись от дуновения холодного ветра, сбежала по ступенькам и быстро пошла по тротуару.
– Саша! Подожди!
Услышав за спиной голос библиотекарши, я мысленно застонала. Слушать извинения-оправдания Маргариты абсолютно не хотелось. Сделав вид, что внезапно оглохла, я ускорила шаг.
* * *
Увы, сбежать мне не удалось.
– Саша, мне надо с тобой поговорить! – громко заявила запыхавшаяся женщина и вцепилась в рукав.
Про себя обреченно вздохнув, я остановилась, повернулась к библиотекарю. Заплаканная Маргарита отпустила мою одежду. Покусывая губу, поймала взгляд.
– Мне жаль, что все так получилось. Прости. Не хотела с тобой драться, – прошептала она и жалобно всхлипнула.
– Не хотела? – переспросила я, не скрывая скепсиса.
– Ну это же ты спровоцировала драку. Зачем сказала те же слова, что и любовница моего мужа? – подбородок бывшей коллеги задрожал.
– Ты это серьезно? – я поморщилась.
– Прости. Чушь несу, – прошептала Маргарита. Не пытаясь стереть текущие по щекам слезы, она с болью в голосе призналась: – Мне стыдно, что бросилась на тебя с кулаками. Просто так вышло. Пожалуйста, пойми. Моя жизнь рухнула. Я так старалась быть хорошей женой. Все же для Сереженьки делала, – ее голос сорвался.
Эта женщина расцарапала мне физиономию и пыталась лишить скальпа. Вот нужны мне ее откровения? Но похоже, придется выслушать. Прямо сейчас уйти, к сожалению, не смогу. Почему? Не знаю. Просто не могу.
Справившись с эмоциями, Маргарита тихо заговорила:
– Сережа два года не мог работу найти. Ни словечком его не упрекнула, работала за двоих. Муж говорил, что Суздаль дыра, достойной работы для него нет. Мечтал переехать во Владимир, – она криво улыбнулась. С силой потирая пальцы, горячечно зашептала: – Ради мужа я бросила работу в школе. Сделала все, чтобы меня взяли на службу в военную академию. После первой зарплаты сняла для любимого квартиру в городе, о котором он так грезил. Приезжала к Сереженьке раз в две недели. Продукты привозила, убиралась, готовила, стирала одежду. Почти всю зарплату отдавала. Ему-то деньги нужнее. А я на всем готовом. Неделю назад, Сережа наконец-то нашел хорошую работу. Как дура радовалась, строила планы, ребеночка хотела… А он, – женщина от душевной муки прикрыла глаза, – Эта старая баба в его постели, дочь хозяина магазина. Сережа сказал, что нашел свой идеал. А я даже мизинца на ее ноге не стою, – прижав ладони к лицу, женщина громко разрыдалась.
И такой брак она пыталась сохранить? М-да уж. Видимо, этого мне не понять.
Размышляя, я быстро осмотрелась. Мы с плачущей Маргаритой стояли на краю тротуара, прохожим не мешали. Но, бесспорно, привлекали внимание.
Надеюсь, общественный порядок не нарушаем. Второй раз за день посещать полицейский участок – перебор.
Безмолвно висящее рядом привидение, подлетело ко мне ближе. Боярышня определенно хотела о чем-то спросить. Предупреждающе глянув на призрачную деву, я засунула руку в карман. Поглаживая спинку «зверька», мысленно спросила Або:
«Можешь узнать, где находится рынок?».
Через пару секунд высшая сущность бесстрастно сообщила:
«Прямо по улице, затем направо. Людей нервирует твой внешний вид. Рекомендую поправить волосы и воротник пальто. Это должно помочь».
«Спасибо».
Нацепив маску невозмутимости, я неторопливо пригладила растрепанную шевелюру, опустила задранный воротник.
Шмыгая распухшим, красным от слез носом, Маргарита смотрела на меня с недоумением.
– Открыла тебе душу. Почему молчишь? – в ее тоне отчетливо прозвучала растерянность.
Я про себя тяжко вздохнула. Очень хотелось сказать, что она клиническая идиотка. И ей бы стоило не рыдать, а радоваться, что типичный альфонс избавил ее от своего присутствия. Да вот только боюсь, такая правда бывшей коллеге ничем не поможет.
Заправив за ухо локон, я ровным тоном напомнила:
– Вчера ты спрашивала, как тебе дальше жить. Вспомни, что ответила.
– Так как сама хочу, – Маргарита криво улыбнулась.
– Вот именно, – я сделала многозначительную паузу. – Ты приняла решение сохранить свой брак. Бросила высокооплачиваемую работу, поехала в другой город. В итоге застала мужа в постели с любовницей. Драть волосы сопернице ты не стала и гордо удалилась. Но чуть позже, сорвалась на ни в чем не повинном человеке. Предположим, ты, мещанка, напала на члена боярского рода. Как бы тебя наказали?
Во взоре Маргариты заплескался страх.
– Меня посадили бы в тюрьму. Надолго, – прошептала она испуганно.
Не отводя тяжелого взгляда от Маргариты Ткачук, я веско сообщила:
– Все решения человека влияют на его будущее. Твоя жизнь катится под откос. Делай выводы. Больше мне сказать нечего. Прощай, – и уверенно пошла прочь от обескураженной женщины.
«Тебе ее не жалко?» – беззвучно поинтересовался Або.
«Жалость ей не поможет. А так, возможно, хоть думать начнет», – мысленно ответив, я строго нахмурилась.
«И то верно».
