Текст книги ""Фантастика 2025-157". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Анна Одувалова

По поводу Назара, в данный момент мечтательно улыбающегося, особой тревоги не испытывала. Он, хоть и планирует меня использовать на полную катушку, но зла пока не причинил. Напротив, сильно помог.

Если все пойдет так, как нужно, то архитектор останется жив и даже здоров. Шантажист Краснопольский – это не садист Потемкин.

Вспомнив о супруге, скрипнула зубами. Егор Николаевич Потемкин должен отправиться прямиком в ад. Там ему самое место.

Глава 11 Катя

Проснувшись ранним утром, Катя некоторое время просто бесцельно смотрела в потолок. Сегодня вновь предстоит тяжелый день. Не физически – морально. После пропажи Сони жизнь юной дворянки менялась с устрашающей скоростью. Ее постоянно ставили перед выбором. Даже вчера в городской администрации без него не обошлось.

Вначале ничего не предвещало неприятных сюрпризов. В одном из кабинетов Катя долго заполняла анкеты. Потом миловидная сотрудница провела ее в другой. В этом полутемном, даже, можно сказать, таинственном помещении угрюмый мужчина проверил наличие вассальной клятвы, данной главе рода бояр Изотовых.

По просьбе служащего девушка приложила ладонь к идеально отполированной небольшой плитке турина. Пару долгих мгновений ничего не происходило. Однако не успела Катя начать беспокоиться, как по артефакту забегали фиолетово-сиреневые всполохи. Она убрала руку, и всполохи тотчас погасли.

Сделав отметку в большой книге, мужчина заполнил очередной бланк. Протянув его девушке, буркнул, что сейчас ей нужно в кабинет номер три. Дескать, там начальство. Но провожать не станет, ибо жутко занят.

Поплутав по бесчисленным коридорам, Катенька наконец-то обнаружила нужную табличку с цифрой три. Тихонько постучав, робко вошла в стильно обставленное помещение. Строгая женщина в очках и с чопорным пучком на голове сидела за столом и что-то сосредоточенно писала.

– Добрый день, – внезапно осевшим голосом поприветствовала Катя чиновницу.

Мельком глянув поверх очков на визитера, та продолжила писать. Немного помявшись у порога, юная дворянка подошла к столу и с уважением произнесла:

– Меня зовут Екатерина Юрьевна Тимирязева. Я вассал рода Изотовых. Оформляю опеку над юными боярынями Александрой и Елизаветой Изотовыми.

Оторвавшись от бумаг, хозяйка кабинета пристально посмотрела на рыжеволосую посетительницу.

– Присаживайтесь, – предложила неожиданно доброжелательным тоном. – Давайте ваши документы.

Усевшись на один из стульев, Катя протянула чиновнице исписанные листы. Та внимательно с ними ознакомилась, а потом, сняв очки, потерла двумя пальцами переносицу.

– Тамара Прокофьевна, начальник отделения опеки, – представилась женщина, вновь возвращая очки на место. – У вас действительно есть право на опеку, Екатерина Юрьевна. Однако не хватает пары документов.

– Каких? – быстро поинтересовалась Катя.

– Первый – согласие Елизаветы и Александры Изотовых на то, чтобы вы стали их опекуном.

– С этим проблем не возникнет, – уверенно сообщила девушка.

– Отлично, – кивнула Тамара Прокофьевна. Открыв один из ящиков стола, достала два листа с напечатанным текстом. – Это бланки согласия. Боярыням их надо подписать.

– Хорошо, – Катя кивнула. – А какой еще документ нужен?

– Судя по возрасту, вы можете являться ученицей старших классов. Для получения опеки вам необходимо предоставить справку, что не проходите обучение в школе.

– Но я же учусь, – растерянно захлопала ресницами претендентка на опеку. – Глупость какая. При чем тут моя учеба в школе?

– Правила есть правила. Если вы не хотите получить отказ, необходимо предоставить положенные документы, – тяжко вздохнула Тамара Прокофьевна.

– И что же делать? – спросила, широко распахнув глаза, девушка.

– Я вижу только два варианта, – спустя паузу, промолвила чиновница. – Либо вы заберете документы из школы и принесете справку, либо не претендуете на опеку, – заметив, как юная дворянка нахмурилась, неторопливо поправила очки. – Мне жаль, но закон есть закон, – добавила безапелляционно.

– Когда нужно принести согласия и справку? – тихо поинтересовалась Катя.

– По утвержденному министерством графику послезавтра утром я рассматриваю документы на право опеки. Следующая дата – через две недели. Сами решайте.

– Если я принесу их завтра, то могу рассчитывать на получение опеки?

– Нет, – качнула головой начальница. Заметив недоумение на лице девушки, пояснила: – Документы я рассмотрю. А вот вынесу ли решение о том, что именно вы получите опеку, сейчас не скажу. Возможно, появятся иные претенденты. Я оцениваю каждого. Может, ни один не подойдет. В таком случае заботу о боярынях возьмет на себя Российская Империя.

– Кошмар! – неверяще пробормотала Катя. – То есть даже если я брошу школу, то не факт, что получу опеку?

– Правила есть правила, – торжественно повторила чиновница. – Отделение опеки подчиняется напрямую Министерству образования. Алгоритм работы, а также требования к соискателям составлены сотрудниками Министерства. Мы действуем только в интересах детей.

– Оно и видно, – тихо сказала Екатерина.

– Вы еще юны, – проникновенно произнесла женщина. – Дети – огромная ответственность. Скоро у девочек начнется переходный возраст, будет очень тяжело. Нужно ли вам такое бремя? Мне кажется, для сестер гораздо лучше, если над ними возьмет опеку человек постарше. Подумайте. Родите своих, успеете нанянчиться.

– Лиза и Саша моя семья, – просто сказала Катя, поднимаясь.

– Что ж, приносите документы, я их обязательно рассмотрю, – вздохнув, произнесла Тамара Прокофьевна. – Но настоятельно рекомендую хорошо подумать.

– Спасибо. Всего доброго, – учтиво попрощалась юная дворянка.

Лежа в постели, она вновь и вновь прокручивала в голове разговор с чиновницей. Тревога за судьбу девочек не отпускала. Но Катя за малышек была готова биться до конца, и в правильности этого решения не сомневалось ни мгновения.

Наряду с беспокойством о близняшках, Катерина день и ночь думала о том, что предала Софью. Эти мрачные мысли разъедали душу, словно кислота. Да, вассальная клятва в случае реального предательства не позволила бы ей жить. Но все же…

Встав с кровати, рыжеволосая девушка надела джинсы, футболку. Стараясь раньше времени не разбудить девочек, тихонько вышла в общую комнату. Бесшумно дошла до одной из закрытых дверей. Помешкав пару мгновений, несильно толкнула створку.

В спальне Сони ничего не изменилось. По молчаливой договоренности с Надеждой все осталось как раньше. Аккуратно прикрыв за собой дверь, Катя бесцельно прошлась по комнате.

«Так странно, – отмечая вроде бы незначительные детали, думала девушка, – Сони больше нет, но вещи хранят о ней память. Вон заколка, позабытая на рабочем столе. Рядом любимая ручка. Открытая на восьмой главе книга с карандашными пометками на полях…»

Сглотнув ком в горле, Катя стерла ладошкой навернувшиеся слезы. Медленно отойдя от стола, остановилась напротив настенной полочки и, печально улыбаясь, окинула взглядом многочисленные статуэтки.

Увлечение игрушечными мифическими животными глава рода Изотовых не афишировала. Кате порой даже казалось, что подруга стесняется такого хобби. Тем не менее домочадцы знали, насколько трепетно Сонечка относится к своим фигуркам.

Юная дворянка взяла маленького белоснежного единорожика. Забавная вещица на ощупь казалась теплой. Впервые так пристально рассматривая статуэтку, девушка удивленно качнула головой. Изумительная, филигранная работа. Осторожно вернув фигурку на место, Катя грустно осмотрела спальню.

Внезапно запредельная тоска, словно тисками, сдавила сердце. Девушке на мгновение почудилось – сейчас дверь откроется, и войдет Соня. Улыбнется, скажет: «Все поправимо». Слабый огонек надежды упрямо тлел и не желал затухать, душа отчего-то верила – Сонечка жива. Да вот только разум твердил обратное: глава рода никогда не зайдет в свою спальню.

И она, Екатерина Тимирязева, которая считала себя лучшей подругой, виновна в ее смерти.

Катя не верила, что Соня могла спонтанно выйти замуж и уехать развлекаться. Вассальная клятва, данная лично главе рода, наделяла девушку многими обязанностями, но и возможностями тоже. Она имела полное право отдать приказ о поисках боярыни. Подчинился бы даже Василий. Однако этого не сделала. Вначале ужасно растерялась, еще и запугала саму себя надуманными проблемами, а после предпочла оставить решение за опытным слугой рода.

– Софья Сергеевна, в первую очередь, наша госпожа. И если поступила так, а не иначе, мы должны подчиниться. Развернув поиск, можем невольно нанести удар по репутации рода. Не накручивай ни себя, ни других: боярыня не пропала без вести. Ждем ее возвращения, – сказал он тогда.

Юная дворянка подчинилась. И дальше, эти бесконечно долгие месяцы, полные тревог и слез в подушку, Катерина покорно слушалась отца своего возлюбленного. В отсутствие главы, привилегированный слуга полностью взял на себя бразды правления родом.

У Софьи имелось множество разных знакомых, партнеров по бизнесу и даже союзников. О внезапно пропавшей «с радаров» боярыне тревожились, личному помощнику главы рода постоянно звонили. Однако, выполняя наказ Василия, Катерина изо дня в день повторяла как попугай: «Все вопросы, связанные с бизнесом, уполномочен обсуждать лишь Василий Юрьевич. Иных комментариев не будет».

Это по распоряжению Фролова-старшего она на вопросы учителей и учеников твердила одно и то же: «С Соней все в порядке. Большего сказать не могу, вассальная клятва». После фразы «вассальная клятва» одноклассники расспросами донимать переставали. Вскорости уже весь «Эверест» знал: с боярыней Изотовой «все в порядке». Даже если и имелись сомнения, Катерине их не озвучивали.

После смерти подруги Катя по-прежнему продолжала слушаться Василия. В его действиях по отношению к роду ничего плохого не было. Напротив, старший Фролов искренне болел и душой, и сердцем за род Изотовых. Да вот только едва голова касалась подушки, к девушке приходили одни и те же мысли.

Предала. Своим слабоволием убила Соню.

Страшные слова вновь набатом зазвучали в голове. Сжав виски ладошками, Катенька села прямо на пол.

Слезы душили, грозили пролиться водопадом. Тихонько заскулив, она обняла колени и уткнулась в них лицом. Проклиная себя и горько плача, убитая горем девушка истово просила у подруги прощения.

Вскорости слезы иссякли. Прижавшись щекой к острой коленке, Катя невидящим взглядом смотрела на полочку с фигурками животных. В душе царила гулкая пустота.

«Ошиблась? Все ошибаются. Сделай выводы и иди дальше. Жизнь – это путь», – внезапно вспомнились давным-давно вскользь оброненные Соней слова.

Катя уже и не помнила, когда и по какому поводу их сказала подруга. Однако именно сейчас предельно четко поняла, о чем та говорила. Боярыня всегда принимала самостоятельные решения. Впрочем, и несла за них ответственность. Соня жила не чужим, а своим умом. Не боялась совершать ошибки.

– Я все поняла, – прошептала непонятно кому юная дворянка.

Медленно встала, осторожно выглянула из-за двери. Близняшек в общей комнате не увидела. Облегченно вздохнув, прошмыгнула к себе и принялась собираться.

Сегодня вместе с девочками планировалось ехать в школу. Василий вчера сказал, что с опекой тянуть нельзя, и Катя была с ним полностью согласна. Однако не из-за желания Фролова-старшего она заберет документы. Ей самой так хочется.

Катенька решила впредь не жить по чужой указке и не прятаться за спины других. Она станет действовать так, как считает правильным.

Глава 12

Одетые в школьную форму, с тщательно заплетенными косами близняшки завтракали в кухне. Рядом привычно находилась экономка. Зорко поглядывая на девочек, женщина вновь что-то готовила.

По правилам юные боярыни должны были есть в столовой. Но Софья ввела другие традиции: основным местом трапезы стала кухня. В доме Изотовых все оставалось ровно так же, как при Сонечке. И это не просто дань памяти, так домочадцам привычнее, уютнее.

– Доброе утро, – поприветствовала Катерина, входя в кухню.

– Доброе утро, – в один голос отозвались сестры, рассматривая одетую в темно-синий брючный костюм девушку.

Приветливо кивнув юной дворянке, Надежда не стала задавать ненужных вопросов. Она все прекрасно знала и понимала.

– Катенька, что желаете на завтрак? Есть овсяная каша с фруктами, омлет, оладьи со сметаной, – заботливо поинтересовалась экономка.

Сев за большой стол, Катя положила рядом какие-то бланки и ручку. Посмотрев на сытых девочек, лениво пьющих чай, улыбнулась.

– Пожалуй, омлет, – ответила тихо.

– Сейчас будет, – откликнулась Надежда и захлопотала у плиты. Через пару мгновений перед юной дворянкой стояла белоснежная тарелка с пышным омлетом. – Приятного аппетита, – ласково произнесла экономка. – Боярыни, может, что-то еще желаете? – забирая пустые чашки со стола, добавила с материнской заботой.

– Нет, – синхронно помотали головами Лиза с Сашей. Не торопясь уходить, они с интересом поглядывали то на Катю, то на лежащие рядом с ней документы.

Быстро управившись с завтраком, Катерина кивком поблагодарила Надежду. Дождавшись, когда та уберет со стола посуду, взглянула на наблюдающих за ней близняшек.

– Девочки, вы действительно хотите идти в школу? Можете побыть дома, – предложила с непритворной заботой. Дети отрицательно качнули головами.

– Дома сидеть еще хуже, – вздохнув, призналась Александра.

– Почему ты не в школьной форме? – встревоженно поинтересовалась Елизавета.

– И что это за бумаги? – вторя сестре, задала вопрос Саша.

– В школу я больше ходить не буду. Иначе мне откажут в опеке, – не видя смысла обманывать, призналась Катя. – Сейчас поеду с вами, заберу свои документы, а после в администрацию. А бумаги… Это бланки согласия. Если не возражаете, чтобы я стала вашим опекуном, вам обеим их надо подписать.

Быстро переглянувшись, близняшки синхронно опустили глаза на белоснежную скатерть.

– Что-то не так? Вы не хотите? – мигом встревожилась Катерина.

– Мы тебя очень любим, – тихонько произнесла Лиза. Саша молча кивнула, подтверждая слова сестры. – И не хотим портить тебе жизнь.

Положив бумаги на стол, Катенька быстро встала. Подойдя сзади к девочкам, обняла их за худенькие плечики.

– Глупышки, – шепнула с нежностью. – Ничего вы не портите. Я вас очень-очень люблю. Для меня честь заботиться о вас, – на мгновение примолкла и добавила: – Так же, как делала ваша старшая сестра.

Хмурясь и сопя, девочки смотрели то друг на друга, то на стол. Неожиданно Лиза спросила:

– А кроме тебя и мужа Сони, кто-то еще может над нами взять опеку? Потемкин нам очень не понравился, а тебя любим. Замуж не выйдешь, школу должна из-за нас бросать, – сумбурно выдала не по годам умная девочка.

Катя медленно убрала руки с плеч близняшек. Переведя взгляд в окно, она напряженно размышляла. Соня относилась к сестрам как к равным, просто менее опытным: не пыталась им заменить мать, но была старшим другом. Катерина решила поступать так же.

– Да. Дворяне, равные вам по статусу или выше, – произнесла девушка. – В Южном княжестве боярских родов достаточно. Вполне вероятно, многие захотели бы взять над вами опеку, – девочки резко повернулись, их глаза загорелись энтузиазмом, а Катя с досадой поджала губы. – Только, скорее всего, представителям этих родов интересны не вы, а имущество Изотовых. Помните об этом, – глубоко вдохнув, задумчиво добавила: – Можно доверять только княжескому роду Разумовских. Светлейший князь Игорь Владимирович очень достойный человек. Он всегда оказывал помощь Софье. Но если у вас есть я, зачем на кого-то возлагать дополнительные обязанности? Князь и так крайне занятой человек, на вас у него просто нет времени. Да и неправильно это, когда есть семья, – помолчав, Катя тихо продолжила: – Мне сегодня необходимо сдать документы в органы опеки, тогда завтра их рассмотрят. Если не успею, может случиться всякое, – выдержав паузу, твердо закончила: – Боюсь, вам придется выбирать только между мной, Потемкиным и государственной опекой.

Все так же сидя полуобернувшись, девочки смотрели на Катеньку, которая впервые не смущалась, не краснела, а говорила очень уверенно. Это было в диковинку.

– Что такое государственная опека? – хмурясь, поинтересовалась Лиза.

– Заботу о вас возьмет на себя Российская империя. И уже не получится жить прежней жизнью: не будет «Эвереста» и школьных друзей, тренировок с Никитой, занятий конным спортом. До совершеннолетия вас поместят в закрытый пансионат. Я смогу приезжать лишь изредка, – не утаивая правду, сообщила Катя. – Как и Соня, я хочу для вас нормального детства в родном доме, в кругу близких людей. Претендовать на опеку – мое осознанное решение. Теперь вам обеим предстоит сделать выбор.

– Где надо подписать? – синхронно произнесли девочки.

Напряженно прислушивающаяся к разговору Надежда облегченно вздохнула. С благодарностью посмотрев на поразительно спокойную Катю, вновь занялась своими делами.

Переложив бланки поближе к близняшкам, юная вассал рода объяснила, где необходимо поставить подписи. Убедившись, что все сделано правильно, взяла заполненные листы.

– Теперь надеваем куртки, берем рюкзаки и на выход. Пора ехать, – сказала с улыбкой.

Согласно кивнув, девочки шустро встали, поблагодарили экономку за завтрак и в сопровождении Катеньки вышли в холл. Надев верхнюю одежду и прихватив школьные рюкзаки, чинно покинули дом. Следуя за ними, Катя неторопливо пошла по тропинке.

Возле калитки стояли два автомобиля: на одном ездил Ярослав, на втором – Василий.

Предупредительно открыв заднюю дверцу боярыням, Ярослав проследил, как девочки устраиваются на сиденье. Фролов-старший стоял чуть поодаль и невозмутимо молчал.

– Василий, вы можете ехать, – сказала девушка. – Ярослав отвезет нас в школу, съездит со мной в администрацию, а после вернется за боярынями.

Удивленно хмыкнув, слуга рода коротко поклонился и сухо промолвил:

– Как скажете, Катерина.

Кивнув мужчине, юная дворянка уверенно села на переднее пассажирское сиденье. Через пару мгновений Ярослав занял водительское место, завел двигатель. Машина плавно тронулась и неторопливо поехала в сторону школы.

Беспрестанно хмурясь, Катенька о чем-то думала, девочки тихонько перешептывались, а телохранитель все чаще бросал внимательные взгляды в боковое зеркало. Заехав на территорию школы, воин припарковался на стоянке и, заглушив двигатель, тихо сказал:

– Практически от самого дома за нами ехала машина Потемкина.

– Ты уверен? Что будем делать? – встревоженно прошептала Катенька.

– Ярослав, Катя, что случилось? – тотчас послышался с заднего сиденья напряженный голос Лизы.

– Мы должны знать, – вторя сестре, быстро сказала Саша.

Нахмурившись, телохранитель внимательно посмотрел на Катерину, затем на встревоженных девочек.

– Боярыни, за нами следовал автомобиль Егора Николаевича Потемкина. Мы заехали на территорию школы, он проехал дальше, – доложил воин.

– Ну так проехал же, – угрюмо пробормотала Саша.

– Вполне может вернуться. Зайти в школу и захотеть с вами пообщаться, – пояснил Ярослав. – Если не желаете с ним разговаривать, то, полагаю, вам лучше поехать домой.

– Совсем не желаем, – быстро глянув на сестру, сообщила за двоих Лиза. – Только Егор Николаевич и к нам в дом заходит, – напомнила девочка.

– Вы правы, боярыня, – согласно кивнул воин. – Пока у вас нет опекуна, никто не запретит ему приходить. Но дома я рядом, и плохому случиться не позволю.

– В школе элитная охрана, учителя, – напряженным тоном сообщила Катя и многозначительно посмотрела на Ярослава.

Тот отлично понял, о чем умолчала девушка. Даже если Потемкин внезапно сойдет с ума и решит что-то сделать девочкам, его мигом скрутят. Побарабанив по рулю пальцами, мужчина неодобрительно поморщился. Прямой угрозы действительно нет.

Опытному воину после трагической смерти главы рода было гораздо спокойнее, когда девочки постоянно находились у него на виду. Однако неправильно идти вместе с ними на уроки. С Софьей Сергеевной подобное уже проходили. Боярыня категорически возражала присутствию телохранителя в школе.

– Давайте поступим так, – наконец решил он. – Екатерина сейчас пойдет в администрацию, я вас провожу к учебному корпусу. Если вдруг Егор Николаевич вернется и захочет с вами пообщаться, то все диалоги с ним только в присутствии педагогов. Не окажется их рядом – не стесняйтесь, зовите охрану.

– Зачем девочек пугаешь? – укоризненно качнула головой Катя.

– Мы давно не маленькие, – серьезно сообщила Саша. – И нечего тут бояться.

Ярослав одобрительно кивнул юным боярыням. А затем достал из нагрудного кармана кольцо-артефакт. Его прежде носила Софья Сергеевна. Эта вещь единственная после смерти хозяйки покинула ее комнату.

– Это артефакт, – демонстрируя малышкам кольцо, пояснил телохранитель. – Благодаря нему я буду знать точное местоположение и состояние здоровья того, кто носит. Кто из вас наденет?

Малышки переглянулись. В их глазах и на лицах читалась глубокая печаль: они с первого взгляда узнали колечко сестры.

– Саша, – спустя долгую паузу безапелляционно заявила Лиза. – Она вечно куда-то попадает, а я от нее не отхожу. Ты не волнуйся, мы поняли, – добавила серьезно.

– Хорошо, – кивнул телохранитель. Передав кольцо Саше, проследил, как малышка надела его на пальчик. Заметив широко распахнувшиеся от удивления глаза девочки, пояснил: – Оно подстроилось под твой размер. Сейчас расслабься. Второе кольцо у меня, им надо синхронизироваться, – Александра откинулась на спинку сиденья, глубоко вздохнула. – Если вдруг что-то случится, сразу звоните, договорились?

– Да, – ответила за обеих Лиза. Глянув на сестру, любующуюся колечком, перевела взор на Ярослава, затем на Катю: – На уроки уже пора. Пойдемте?

– Только вы должны пообещать, что будете максимально осторожны, – подумав, строго произнесла Катя. – Егор Николаевич не внушает мне доверия, – не стала она лукавить.

– Катенька, – Лиза дотронулась ладошкой до плеча девушки. – Мы даже из корпуса на улицу не будем выходить! Не тревожься, – малышка мило улыбнулась.

Пару мгновений помолчав, юная вассал рода Изотовых решительно сказала:

– Идем, – и первой покинула салон автомобиля. Не мешкая, девочки последовали ее примеру.

Проводив взглядом направляющихся к корпусам младших классов близняшек с Ярославом, девушка тяжко вздохнула. Вроде бы и особого повода для столь сильного беспокойства нет, но на сердце почему-то тревожно.

Уговаривая себя, что это просто нервы, Катя зашла в администрацию. Пройдя привычным маршрутом, на миг задержалась у двери в кабинет директора, а потом решительно вошла.

Светловолосая женщина-секретарь печатала на компьютере. Увидев Катю, она печально покачала головой. Конечно же, в школе знали о смерти главы рода Изотовых.

– Доброе утро. Я хочу забрать свои документы. Еще мне нужна справка, что в «Эвересте» больше не учусь.

– Справка для опеки? – c искренним сочувствием поинтересовалась осведомленная секретарь.

– Все верно, – грустно улыбнулась девушка.

– Катерина, вы присаживайтесь. Через пятнадцать минут будет готово, – скупо сообщила женщина и, быстро встав из-за стола, вышла из кабинета.

Девушка не стала пользоваться приглашением. Осталась стоять, задумчиво глядя в окно. Ничего примечательного там, конечно, не имелось. То же одинокое дерево и деревянная лавочка на изогнутых ножках.

Кате было очень грустно расставаться с «Эверестом» и жаль долгожданного диплома. Но на кону судьба девочек. Катя верила – для юных боярынь Потемкин во сто крат хуже, чем перспектива оказаться в закрытом пансионате.

– Ваши документы, – внезапно прозвучал деловитый голос секретаря. Подойдя к Катерине, женщина протянула плотную бумажную папку. – Справка в администрацию прикреплена к первой странице. Если надумаете вернуться, приходите. Удачи вам, – добавила с неподдельной искренностью.

– Спасибо, – тихо отозвалась девушка. – Всего доброго, – быстро попрощалась и, не оглядываясь, покинула кабинет.

Выйдя из администрации теперь уже бывшей школы, уверенно направилась к автомобилю. Села на переднее пассажирское сиденье, повернулась к Ярославу.

– Боярынь проводил. Передал их прямо в руки классной, обещала за ними присмотреть. В школе знают о несчастье, – доложил тот. – Едем в администрацию?

– Да, – кивнула Катя. – Думаю, быстро управлюсь. Там всего-то документы сдать, – пояснила хмурому мужчине.

Ярослав сурово поджал губы и завел двигатель. Внимательно оглядев парковку, не увидел ничего подозрительного. Однако душу тревожили сомнения. Неспроста ведь Потемкин ехал следом. Что затеял? Конечно, в обиду боярынь в «Эвересте» не дадут, но напугать или расстроить девочек ушлый вдовец может.

«Что если он… Нет. Вряд ли, – Ярослав отрицательно качнул головой, в очередной раз прогоняя назойливые мысли. – Надо быстро все сделать и сразу же вернуться», – решил мужчина, нажимая на педаль газа.