Текст книги ""Фантастика 2025-157". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Анна Одувалова

Соавторы: Надежда Мамаева,Нина Ахминеева,Валерий Гуров
сообщить о нарушении

Текущая страница: 207 (всего у книги 348 страниц)

Щёлк.

Снимок застыл прямо на экране.

Значит, тут так. Ни тебе «Зенита», ни кассеты, ни проявки. Фотографирует и сразу показывает. Не полароид конечно, мгновенной проявки снимков нет, зато фотографии на удивление четкие… Даже грязь на полу и ту видно.

Надо запомнить функционал, пригодится.

В этот момент телефон вспыхнул и завибрировал. Появилась надпись по середине: Ренат СБ.

– Внимательно… – я поднес аппарат к уху.

В ответ ни звука. Телефон продолжал вибрировать и голосить. Я снова нажал кнопку, которой включал мобилу, но экран погас и дозвон прекратился. Видимо, сбросил.

Через несколько секунд звонок повторился. На этот раз я нащупал другие кнопки – громкость: убавить и прибавить. Потом ещё пару. Всё не то.

Я чертыхнулся, сбросил снова. Не до этого сейчас. Разбираться с чудом техники буду позже. Наверняка же инструкция где-то есть.

В шкафчике нашлись ключи, какая-то белая пластмасса с логотипом, то ли бейджик, то ли современный пропуск. Может, как раньше на проходной, только без фотки.

Рядом валялась пластиковая карточка. На ней зелёный логотип и надпись «Сбербанк».

Узнаю.

Только раньше в кассе давали сберкнижку, а тут кусок пластика. Деньги, значит, теперь без бумаги? Так нет, рядом лежали купюры. Цифры на них крупные – тысяча, одна пять тысяч. С виду серьезно. А по факту? В 96-м я бы за такие бумажки «сдачу не надо» говорил. Теперь, может, на них и коробку спичек не купишь. А может наоборот, если у тебя пять косарей в кармане, то считается, что живёшь?

Я взял одну в руку. Бумага тоньше, чем раньше. Почти как фантик, но краска держится, блестит. Убрал купюры в карман. Сколько теперь рубль стоит? Надо узнать.

Переоделся, сложил форму аккуратно в шкафчик. Спортивный костюм оказался по размеру, как после ателье. Двигаться удобно. Сел – нигде не тянет, плечи не жмут. В самый раз!

Уходить тихо, через заднюю дверь, я не собирался. Не мой стиль. Но бородатые будут ждать, это точно, меня пацаны предупредили. Впрочем, блокнот и ручку я тоже взял не просто так. Запишу номера машин бородачей, подмечу другие детали, если будут. На улице лучше быть готовым ко всему. К тому, что затем врага придется искать – тоже.

В кармане олимпийки ждал ещё один сюрприз. Вытянутый ключ с логотипом «Mercedes» и брелок с кнопками… Я нажал и брелок пикнул, мигнул огонёк.

– Ни фига живём… – протянул я, оживившись.

Выйдя из раздевалки, прошёл по узкому коридору, резкий поворот и я уперся в тупик. Стеклянная перегородка, металлическая штука, вроде турникета. Только не как в метро, эта блестит, хромированная, красные точки бегут по панели сбоку.

Подошёл ближе, пытаясь разглядеть кнопку или ручку на турникете, но не нашел. Попробовал толкнуть, но перекладина не сдвинулась.

Сбоку в стеклянной будке сидел охранник, ковырявшийся в зубах спичкой. Я постучал в стекло и он поднял глаза.

– Отец выпусти, а то сломаю что-нибудь ненароком.

– А пропуск не судьба?

Я достал белую карточку из кармана и показал через стекло. Он нехотя встал, вышел, взял мою карту, приложил к панели. Лампочки мигнули зеленым.

– Работает же все! Че телишься Ефимов? Или тебе как этим – башку отбили?

Турникет щелкнул и я толкнув перекладину, шагнул вперед.

– Пропуск забираю? – спросил вахтер. – Ты, как я понял, всё – уебен зе бите?

– Так точно.

– А с Ренатом говорил?

Я покачал головой. Он посмотрел с усталостью, как человек, которому всё надоело. Типа «я сказал, а ты делай, как хочешь».

Дверь за мной закрылась. Чёрный вход оказался обычной бетонной створкой с торца здания. Без вывесок или табличек. Просто неприметная дверь, какой, наверное, и должен быть черный вход.

Я вышел, щурясь, на улице стоял погожий день. Воздух здесь был немного иной. Пыль, выхлоп, жара от асфальта. Дышать что ли тяжелее… да и мир все-таки другой. Привычные вещи остались – бетон, охранники, пыль. Но за всем этим электронные системы, лампочки и сигналы.

Машин здесь… море. Одна к одной. Блестящие, новые. Каждая как выставочный образец. Глянул на номера региона – три семерки. Столица, значит, но одной семеркой больше привычного обозначения.

Я взглянул на надпись на заднем бампере одного из джипов и даже кашлянул от удивления.

«Москвич»!

– Охренеть… – пробормотал я. – Вот это аппарат.

Прошёл вдоль стены, прижался к углу, выглянул. У центрального входа стояло человек пятнадцать. Бородатые, широкие, в темных футболках. Три черных джипа, с тонировкой. Один узнал сразу – Гелендваген. На Гелике уже в 90-х ездили те, кто решил, что закон им не писан. Спустя тридцать лет, видимо, многое не изменилось.

Один бородатый сидел на капоте, как на троне. Второй снимал все на телефон. Сам Мага присел у колеса, пил воду из пластиковой бутылки. Остальные кучковались, общались и кололись на вход.

Я достал блокнот, записал номера автомобилей. Потом включил камеру на мобильнике, сделал пару снимков, фиксируя лица. Нет, в ментовку не пойду. Не по мне это. Но жизнь такая штука, что все может пригодиться. Особенно если договориться сегодня не выйдет.

Телефон мигнул и на экране всплыло сообщение от Рената СБ:

«Я тебя закопаю Ефимов».

Любопытный стиль у них тут. Рот открывают,

как будто не понимают, что слова как валюта. Кто кидается ими в долг, тот потом платит с процентами. Но с Ренатом мы еще обязательно поговорим. Кривые у него посылы, такого допускать в свою сторону нельзя при любых раскладах.

Убрав телефон и блокнот, я вышел к бородачам. Вопросы были не только у них ко мне, но и у меня к ним.

– Вон он! – оживились они. – Э, Мага! Идет!

Глава 3

Первым завелся тот, что сидел на капоте. Спрыгнул резко, подтягивая штаны, снимая очки и поворачивая бейсболку козырьком назад. Снимавший перевёл телефон на меня.

Мага вскочил и швырнул в меня бутылку с минералкой.

От бутылки я увернулся. Что у них тут вообще с башкой? Кидаются первым, что под руку попадёт. Оно ж и обратно прилететь может.

– Э, ишак карабахский! – заорал Мага, и пошел на меня, расправляя плечи.

Ускорился, подсел и мне сразу стало ясно, что Мага сделает проход в ноги. Но без подготовки, даже обманки нет. Просто лезет на кураже в лобовую. Видимо думает, что если прежний обладатель этого тела ударник, то и я схаваю. Вот только я сам по молодости увлекался борьбой, поэтому такие попытки мимо кассы.

Мага кинулся вперёд, а я шагнул вбок и, уходя, выдернул у него из-за пояса пистолет. Самого Магу ускорил смачным пинклм-поджопником.

Рукоять блеснула на солнце.

Мага рухнул на колено, не сразу поняв, что случилось. Остальные замерли на полсекунды, но уже было видно – закипают. Двое бросились вперёд, но я поднял ствол и навел на них.

– Ещё шаг и колени постреляю, – спокойно сказал я. – Всем. Либо базарим по нормальному, либо пойду по беспределу.

Резкая тишина. Кто-то в толпе сглотнул. Пару секунд все смотрели только на меня.

– Если кто-то решит добивать человека втроем, то за своего брата я впрягаюсь, – также спокойно продолжил я. – Таких моментов не прощаю. Ни русским, ни армянам, никому. Всем одинаково. Если вашего брата будет кто толпой бить, мимо тоже не пройду.

– Ты полез куда не просили! – вспыхнул Мага, уже отходя от шока. – Мы с ним месяц конфликт прогревали!

– А ты базар держи. Я себе лишнего не позволял, а ты на личное перешел. Думаешь, это пройдет?

Пауза. Кто-то из пацанов переглянулся.

– Повторю, я на такие вещи глаза не закрываю. Либо извиняешься, либо я с тебя спрашиваю. Один на один.

В этот момент из здания выскочили охранники, или теперь уже бывшие коллеги.

– Все! Расходимся! – первым подбежал Леня.

– Не, пацаны, – я не обернулся. – У нас тут личное. Вопрос надо решать.

– Слышишь, ты че, с меня спрашивать собрался⁈ – Мага взвинтился с полтычка. – Никто извиняться не будет! Пошли по-мужски, я тебя схаваю, за каждое слово отвечу! Хрустну!

Он раздраженно пнул пластиковую бутылку, валявшуюся на асфальте.

– Тогда дайте слово на камеру, что никто не влезет. Ни ты, ни ты, – я кивнул на телефон, камеру которого бородатый направлял на меня. – Выйдем за угол, где камера не пишет.

– Слово даю! – прозвучало в унисон. – Раз на раз выскакиваете, мы не лезим.

Я молча протянул пистолет Лене. Тот взял, тоже молча. Мы с Магой пошли за угол. Бородач чуть замедлился и я понял, что он будет бить исподтишка. С подскока, пока я не готов. Классика. Вопросов нет – улица, а на улице нет правил. Вот только там где вы учились мы преподавали.

Мага резко пошел вперед.

Не успел.

Я двинул один раз локтем в шею, с разворота, под челюсть, попав в артерию. Он рухнул на асфальт, как мешок с костями.

– Э!

– Мыша баля! Зарэжу!

Толпа зашевелилась. Трое пошли в мою сторону, и охранники начали сдвигаться, чувствуя, что сейчас вспыхнет массовая драка.

Я не двинулся. Молча достал свой телефон и включил камеру. Повернул экран к ним. Записывать не записывал, понятия не имею как сменить фотоаппарат на видео, но сработало – на понт взял.

– Вы мне на камеру слово дали, мужское и если сейчас нарушите, то цены вашему слову нет. Думайте, пацаны, раз на общее конфликт вынесли.

Толпа замерла. Камеры они боялись, я уже это понял. Без камеры и с оной, вели себя по разному.

– Лично у меня ни к кому из вас вопросов нет, – сказал я. – Конфликт был с Магой. Он начал. Я закончил.

Повисла тишина. Потом кто-то с задних рядов сказал:

– У нас тоже личного нет. Просто вспыхнуло.

– Ну так и пусть остынет, – кивнул я. – Если остался спортивный интерес – не вопрос. Давайте найдем зал и на перчатках поработаем. Выясним, кто сильнее. Нож убери!

Я показал на руку одного из бородатых. Те начали переговариваться по своему. Непонятно ни черта, терпеть ненавижу, когда такое начинается. Один из бородачей посмотрел на валяющегося на асфальте Магу.

– Мага сам лишканул, и ответил. Так что нормально, расходимся, – выдал постановление «старший» в группе.

Бородатый в кепке с повернутым козырьком, помог Маге подняться, присев на корточки. Источник конфликта уже приходил в себя, с трудом вставая на ноги и держась за горло. На меня не смотрел.

– Тогда расходимся, – сказал я.

Но не успели прозвучать эти слова, как из-за угла полыхнули синие огни. Первая патрульная машина с визгом затормозила у бордюра, вторая, встала боком, в метре от тротуара.

– Шухер, менты!

Двое бородатых метнулись во двор. За ними рванул еще один. Остальные замерли, вытягивая внимание ментов на себя.

Хлопнули двери. Из машин выскочили четверо ментов. Плотные, в бронежилетах, с автоматами.

На борту патрульной было крупно написано: ПОЛИЦИЯ. Не «милиция». Я чуть не хмыкнул – теперь у нас не менты, а копы? Дела!

– Стоять, всем! – важно проревел лысый, с сержантскими полосками.

Оставшиеся бородачи подняли руки, как по команде. Видно одна половина их с условкой, другая на стреме, и те кто «чистые» прикрывают «запачкавшихся»

Краем глаза я заметил, как Леня, плавно отвел руку, пряча пистолет. Неожиданно, ствол хоть и не мой, но мои пальцы на нем есть, а там при должном воображении… В общем как говориться, был бы человек, а статья найдется.

– В чем вопрос товарищ сержант? – спокойно спросил я.

– Вызов на драку! – буркнул он, прищурившись.

Я огляделся, развел руками.

– Где вы видите драку? Все стоят. Разошлись уже. Вопросов друг к другу не имеем, – пояснил я.

– Имели, раз вызвали, – цокнул тот и покосился на одного из охранников. – Ренат где?

– Отъехал, – ответил тот.

В принципе неудивительно, что мент интересовался начальником СБ… другой вопрос куда он отъехал, если так искал со мной встречи?

Три других мента уже активно обыскивали бородачей. Вряд ли что-то серьезное найдут, те у кого что-то было – уже убежали. Талант, достал нож, тоже растворился, как утренняя дымка.

– Пришёл вызов на драку, возможно с оружием, – продолжил сержант и попер буром. – Запрещенные вещества, предметы – имеются? Карманы выворачивай!

– А статья у вас какая за стояние на месте? – уточнил я.

Сержант сузил глаза, но голос не повысил.

– Пройдемте, установим личности, все зафиксируем.

– Может не будем бензин жечь казенный, все равно в участке отпустите? – я вскинул бровь.

– Пройдемте, гражданин, – настойчивее повторил сержант.

Сказано было спокойно, но звучало не как просьба. Я не стал спрашивать основания, не просил оформлять задержание по протоколу – бесполезно. Не в моем положении, когда я открыл глаза всего то пару часов назад. В 90-х таким подходом мента можно было только раздухарить. Не думаю, что в этом плане что-то поменялось. Да и проверять не хочу.

Вывернул карманы. Сержант похлопал меня в разных местах и кивнул.

– В машину сами проходим, гражданин?

Его рука потянулась к наручникам на поясе и я в ответ кивнул.

– Не утруждайся, сержант, сам пройду.

А вот Магу пришлось повязать, тот начал возмущаться. Остальных бородатых вовсе отпустили…

Позади кто-то из бородачей шипел:

– Ментов вызвал, стукачок?

Я обернулся и посмотрел на него.

– Мне на таких как ты менты не нужны, – отрезал я.

Бородач сплюнул под ноги, во взгляде повисла злость. Быстро они закипают, впрочем, и остывают также быстро.

Меня повели к бобику. Мага грузился в соседнюю машину. Орал, плевался, обещал подключить адвокатов и старших. Один из ментов хлопнул дверью, и стало тихо.

Через двадцать минут я уже сидел на скамейке без спинки под стеной райотдела. Над головой гудела лампа дневного света, время от времени вздрагивая в конвульсиях.

За перегородкой сотрудник стучал по клавишам.

Мага орал уже минут десять.

– Я вам устрою! Э-э, позвоню брату! Вы у меня потом извиняться будете, я клянусь!

Никто не отвечал. Привыкшие к такому менты. А потом его завели к оперу на разговор, и там крики как-то сразу прекратились.

Ко мне подошел сержант в форме с обвисшими плечами. Он лениво жевал жвачку и кивком позвал меня пройти к оперу в кабинет. Но не в тот, куда повели Магу.

В кабинете было прохладно, работал кондиционер. Оперативников было двое. Один устроился на подоконнике, молодой, и тридцати нет, и курил в форточку. Второй сидел за столом у стены. Этот постарше, седой, с короткой стрижкой, судя по погонам – майор. Он мельком посмотрел на меня и вернулся к бумагам на столе.

Второй опер с ленцой поднялся с подоконника и прошелся к столу, глядя на меня с прищуром. Взгляд, как у человека, который вроде бы пока ничего не говорит, но уже сделал выводы. Потянулся за чашкой с кофе, сделал глоток и откинулся на спинку стула.

– Так, гражданин Ефимов. Свидетели утверждают, что у тебя был пистолет, – сказал опер, бросив взгляд в протокол.

Я пожал плечами.

– Утверждать – не доказывать, товарищ лейтенант.

Мент щелкнул ручкой, но писать ничего не стал.

– Говорят, пугал народ. Целился… – продолжил он гнуть свою линию.

– Пусть говорят, вы ищите. Если найдёте, то и поговорим, – я коротко пожал плечами. – Сейчас разговаривать не о чем, товарищ лейтенант.

Опер приподнял бровь.

– Ладно, допустим. А то, что трое в травму поехали? За что мужиков побил?

Я понимал, что оперу так и хочется меня хоть на чем-то подловить. И скорее всего про травму он меня «лечит».

– Спортсмены они. Могли и на тренировке получить свое, – ответил я, не моргнув. – Не балетом все-таки занимаются.

Лейтенант посмотрел чуть пристальнее. Вроде без нажима, но слишком быстро и уверенно он задавал вопросы. Значит, уже решил, что я виноват. Просто ищет, к чему прицепиться, где ниточка у клубка начинается, чтобы его размотать.

– Я никому не угрожал, если об этом речь, – заключил я.

В девяностых такие разговоры были короче. Иногда с табуретом или пластиковой бутылкой с водой. Этот лейтенант тоже борзеет, но в меру, без наезда. Значит, или сам еще не понял, кто я, или закон стал работать хоть как-то, что на него оглядываться. Но расслабляться все равно нельзя.

– Ты кто по жизни? – вдруг спросил лейтенант, буравя меня взглядом.

– Смотря кто спрашивает, – ответил я спокойно.

Он промолчал, закрыл папку. Ответы ему не нравились, хотя виду ментеныш не подал. Взял телефон, поднял трубку.

– Готов? Заводи.

Через минуту в комнату ввели Магу. Он был другим. Не тем, что стоял передо мной у клуба, надутый и злой. И не тем, что угрожал ментам братьями. Сейчас он двигался осторожно, потупив взгляд. Видно, что опера свое дело знают и хорошенечко его обработали.

Мага покосился на меня и тут же отвел глаза. Плечи у него опустились, лицо вытянулось. Он уже не был бойцом, скорее учеником, которого поставили в угол.

– Узнаешь красавца? – лениво спросил опер.

– Это он, – охотно затороторил Мага. – Он первым полез! Пистолетом угрожал! Я только защититься хотел…

Я молчал, перебивать не стал. Надо ж так в лоб самого себя хоронить. Я про Магу.

Опер перевел на меня взгляд, будто только теперь вспомнил, что я тоже в комнате.

– Что скажешь, Ефимов, человек дает показания, – проговорил он, побарабанив пальцами по столу. – За дачу ложных показаний об ответственности знаешь?

Я не отреагировал. Краем глаза заметил, как Мага вздрогнул. Видно, за дверью ему в ярких красках обрисовали перспективы отказа от сотрудничества с правоохранителями. Наверняка успел представить себе этап, и зону где-нибудь в Магадане, с вышками и холодным ветром по утрам.

– Ствол, значит, у него был? – уточнил лейтенант.

– У него, – торопливо согласился Мага. – Он достал…

Молчание затянулось. Я вздохнул, сложил руки на столешнице и уставился на опера.

– Подними видео. Все увидишь сам.

– Поднимем, обратимся к владельцу помещения, когда возбудим уголовное дело, а пока…

– Так обращаться к владельцу не надо. Мага, вы же писали с пацанами, – возразил я спокойно. – Покажи лейтенанту запись с телефона. Я подожду, нет проблем.

Опер хмыкнул, аж на щеках румянец вспыхнул. Мага замер, как будто понял, что с этого момента от него ничего не зависит. Я видел, как в нем борется страх перед статьей, но глубоко внутри к нему приходило понимание, что он опростоволосился, поддавшись давлению ментов. Как итог – сам себя оговорил. Повесить на нас было нечего.

Я смотрел на опера. Он с деланно невозмутимым видом закрыл папку. Несколько секунд молчал, сжав челюсть, скрипнул зубами.

– Вины, значит, не признаёшь, Ефимов?

– Нечего признавать, – коротко бросил я.

Понял, что видео никто не будет смотреть

Заметил, как лейтенант косится на майора. Тот, кстати встал, взял сигареты и пошел на перекур. Когда дверь за майором закрылась, лейтенант шумно выдохнул.

– Свободен, Ефимов. Будут вопросы – вызову.

Лейтенант достал мобильник, посмотрел на экран, как будто проверял – звонил ли ему кто-нибудь или нет.

Я встал, не спеша. Прошел по коридору, где встретился с тем самым майором. Он посмотрел на меня внимательно, словно сверяя лицо с памятью.

– Интересно держишься, – сказал он негромко. – Я таких знал. Да не осталось теперь никого…

Помолчал, помял пальцами сигарету.

– Дорогу кому перешел?

– Без понятия, – я посмотрел менту в глаза. – Основания есть так считать товарищ майор?

– Да так… – он развернулся и ушёл в сторону выхода из отдела.

Через двадцать минут я наконец вышел на улицу. Пока шел к дороге, телефон в кармане вибрировал. Один раз, другой… Потом начал мигать, как гирлянды на елке.

На экран было написано: 5 новых сообщений, 38 уведомлений. Что за?

Провёл пальцем по стеклу, всплыли надписи:

«Новый подписчик»

«Вам оставили комментарий»

«Вас отметили в видео»

Подписчики? Комментарии?

Я задумчиво поскреб макушку, пытаясь понять о чем речь. Прочел название фирмы, которая отправляла уведомления. Название было на английском. Где-то я это уже его слышал, причем сегодня. Пару секунд, и вспомнил – именно так Ира называла место, где ее искать…

Мимо шла девчонка в наушниках с маленькой белой собачкой. Я поднял голову, шагнул к ней.

– Девушка… извините, у меня тут затык. Это вот что? – я показал экран и обворожительна улыбнулся.

Она сняла один наушник, внимательно посмотрела. Моргнула, потом еще раз, словно не веря глазам.

– У вас тут уведомления. Лайки, подписки… Ну, типа, вы в тренде, – сообщила она.

– В тренде? – уточнил я.

Она прищурилась, оценивающе глянула на меня и вдруг улыбнулась.

– Пранк, да?

Я не успел ответить. По моему лицу она, скорее всего, поняла, что я ничего не понимаю.

– Ну, вы кому-то понравились. Или сказали что-то, что зашло аудитории. Вас теперь смотрят.

– Меня смотрят? – я старался подбирать слова.

– Ну да. Видос завирусился и вас теперь репостят.

– А что там… смотрят?

– Хотите, чтобы я глянула? – она игриво захлопала ресницами.

– Я бы и сам не отказался посмотреть, – усмехнулся я. – Поэтому да – хочу.

Она открыла приложение. Пара движений пальцем и вот на экране замелькало видео. В кадре действительно был я. Сначала показали удар по печени Маге на конференции. Потом фрагмент драки с улицы, где я вырубаю бородача. Съемка трясется, в кадре кто-то визжит, но видно четко, что я один против толпы.

Видео напомнило старые хроники с бандитских стрелок, что показывали по ТВ в «Чрезвычайке». Только тогда лица старались не светить, а тут наоборот: все в цвете, со звуком, крупным планом.

– С звезды поп-ММА Маги-Карателя спросил охранник! И кого он теперь собрался карать? – насмешливо вещал голос за кадром. – Сергей Хайпенко, основатель V-FIGHTS, в ярости. Развенчан миф непобедимости его главной звезды.

На экране сменилась картинка и появился титр:

«Каратель пал. Кто следующий?».

Прямо как афиша боевика с Ван Даммом.

Я смотрел в экран, как в окно на чужой мир.

Телефон вибрировал от уведомлений, те продолжали сыпаться одно за другим.

– Пишут, что вы красава мужицкий. И предлагают звать вас паханом, – прокомментировала Алина, прыснув смехом.

– Куда пишут? Кто меня в паханы определил?

Я даже не знал, как реагировать. Писали незнакомые люди. Я их знать не знаю, как и они меня.

– Подписчики ваши, которые посмотрели видео. Ответите им? – спросила девчонка, которую явно забавляло происходящее.

– А как?

Она взяла у меня телефон, открыла нужное окно.

– Вот тут можете написать. Хотите помогу?

Я пожал плечами.

– Ну напишите, не знаю… от души. Надо ж поблагодарить человека, что он время нашел, поддержал по человечески… Но паханом это лишнее меня определять.

Она звонко и искренне рассмеялась.

– Вы хайповый! Вас уже комментаторы на сезон V-Fights зовут, поздравляю!

– Это куда? – спросил я.

– Лучшее в русскоязычном продакшне шоу с бойцами.

– Ясно… – ответил я, а про себя подумал, что ясно, что ничего не ясно.

Девчонка ввела что-то на появившейся клавиатуре, что-то нажала.

– С меня подписка! Хотя страница у вас странная! Пустая!

Я только поскреб затылок.

– Меня Алина зовут. Считайте, что пранк удался.

– Знать бы ещё, что такое пранк… – усмехнулся я. – Кстати, ничего не случится, если мы на ты перейдём.

– Ха! Ну ок. Если захочешь, буду твоей м-м… учительницей. Пиши если че, – она снова подмигнула, развернулась и пошла дальше, виляя бёдрами. – Я если че чилить в чайхане люблю. Запоминай!

Я постоял, глядя ей вслед. Постепенно в голове начал выстраиваться смысл. Комментарии, подписки, просмотры. Вот почему Сергей взбесился. Я испортил ему дело с Магой Карателем.

Это как проверить в реальной уличной драке Чака Норриса или Ван Дамма. Если зритель увидит, что актер проиграет, то и в фильмах он будет смотреться не так круто, как раньше. А тут охранник, которого никто не знал, сбил всю «непобедимость», как карточный домик.

Телефон снова мигнул, отвлекая от размышлений. В этот раз завибрировал. На экране высветилось: Ренат СБ. От него, кстати, было несколько пропущенных.

– Алина! – крикнул я девчонке. – Как на звонок отвечать?

– По полоске пальцем проведи! – крикнула она в ответ, не оборачиваясь.

Я уставился на экран и сделал так, как она сказала.

– Внимательно, – сказал я, поднося телефон к уху.