Текст книги ""Фантастика 2025-157". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Анна Одувалова

Глава 25

Дни стремительно летели один за другим.

Сестры занимались конным спортом и боевыми техниками. Малышек, к сожалению, я практически не видела: уходила рано, возвращалась затемно. Однако со слов Надежды и Кати знала, что юные боярыни жутко довольны, а Никита и тренер по конному спорту, словно сговорившись, не устают их нахваливать за талант и усердие.

Как и рекомендовал князь, в школу я не ходила. По правде говоря, и домашние задания, исправно приносимые Катенькой, делала спустя рукава. После насыщенного трудового дня ни моральных, ни физических сил просто не оставалось.

Полностью погрузившись в работу, я мысленно не раз поблагодарила Разумовского-старшего за рекомендованного управляющего. Степенный мужчина с цепким умным взглядом и размеренной речью оказался не только профессионалом, но и настоящим спасением. Валентин Павлович с первого же дня взял в свои руки бразды правления моим бизнесом, и сотрудники ему подчинялись беспрекословно. Глядя на этого опытного мужчину, становилось ясно – он рад появившейся возможности вернуться к привычному ритму жизни, хотя масштабы у меня, конечно, не такие, как у Игоря Владимировича. Князь оказался прав, говоря, что его бывший управляющий «уже отдохнул».

Однако за Валентином Павловичем все ж таки негласно приглядывали. Верный Василий не собирался расслабляться и держал руку на пульсе.

Светлейший князь, как и обещал, перечислил на счет моей фирмы огромную сумму. Все технические планы по разработке рудника были давным-давно составлены, с осуществлением задуманного задержки не предвиделось, и мы с Василием занялись новыми направлениями, круглыми сутками решая массу разноплановых задач. К счастью, управляющий взял на себя львиную долю проблем, связанных с тем, что уже работало.

Я адски уставала, но, справляясь с очередным препятствием, получала непередаваемое удовольствие. Возможно, когда-нибудь и смогу себе позволить лишь отдавать приказы да принимать отчеты, хозяйка все же. Но в текущий момент, пока многое настраивается, расслабляться рано.

Несколько дней назад Лемешев, согласно нашей договоренности, сделал большой заказ на артефакты для детской мебели. Боярин услышал мое предложение. Теперь на его заводе, кроме элитной мебели, инкрустированной турином, будут производиться и детские кроватки с артефактами, мягко навевающими сон и покой.

Лично объяснив новому старшему артефактору, что именно требуется, я намеренно не вмешивалась в процесс разработки и изготовления. Как сотрудники достигнут результата – абсолютно не мои проблемы. Они все отличные специалисты, получают великолепную зарплату. Думать и делать – их работа.

Но за процессом все же следила, получая информацию от Степана Абрамовича лично. Бывший конюх оказался неплохим руководителем и действительно профессионалом. Образец артефакта с необходимыми для заказа Лемешева характеристиками он изготовил буквально за двое суток. Теперь его непосредственные подчиненные усердно создавали копии. Получалось отлично.

Не забыл мужчина и про артефакт для Карамели. Однако рассказывал о нем скупо: определенно, имелись сложности. Но я не задавала лишних вопросов, просто терпеливо ждала. Уверена, Степан Абрамович справится.

На руднике тоже велась кипучая деятельность. Не приостанавливая привычную работу по добыче турина, специально нанятые люди, дав клятву о неразглашении, занимались новой шахтой. Пока единственной, но в будущем их планируется несколько.

Игорь Казаков оправдывал мое доверие. Он круглыми сутками работал, не в пример бывшему проворовавшемуся управляющему Твердохлебову. И хотя дел существенно прибавилось, энергичный мужчина ухитрялся успевать везде и сразу.

Впрочем, я тоже каждый день крутилась как белка в колесе. Вот и сегодня, умудрившись побывать и в головном офисе, и на строительстве домов для новых рабочих, привычно заглянула к артефакторам, а после в сопровождении верного слуги отправилась на шахтное поле.

Выйдя из автомобиля, бросила взгляд на небо. День неумолимо клонился к вечеру.

В предусмотрительно огороженной зоне пыль стояла столбом, а шум специализированной техники не умолкал ни на мгновение. Под аккомпанемент «строительной музыки», мы с Василием и вездесущим Казаковым выслушали обстоятельный доклад начальника строительства. Известия порадовали. Все шло по графику.

Снова почувствовав в кармане вибрацию мобильного, мысленно вздохнула. Мой телефон звонил гораздо чаще, чем того бы хотелось. И это притом, что Катя прилежно отвечает на кучу деловых звонков, а Василий и управляющие добросовестно выполняют свою работу.

И нет, причина не в деловых разговорах и даже не в Мише. Он-то как раз больше и не звонил, лишь изредка слал полные грусти сообщения. Я сперва отвечала, а потом собрала волю в кулак и перестала их даже читать. А вдруг сорвусь и вновь поверю в то, чего в принципе не может быть? Несмотря на доводы разума, сердце кровоточило, а душа болела, тосковала по княжичу.

Притворялась же перед самой собой, что не слышу звука телефона, я сейчас совсем по другой, весьма банальной причине: надоело отказываться.

Последние дни приходилось очень часто встречаться с представителями многих родов. Круг общения стремительно разрастался, и, как следствие, предложения посетить званый обед, ужин, еще бог весть какое светское мероприятие сыпались словно из рога изобилия.

У меня же на это не было ни времени, ни сил, ни желания. Совсем. И если не брать трубку, особо настойчивые дворяне, не дозвонившись, свяжутся с Катенькой. А та уж примет весь удар на себя.

Телефон все не умолкал.

Поджав от досады губы, достала мобильный. Как всегда игнорируя значки пропущенных вызовов и непрочитанных сообщений, прочитала имя звонящего. И медленно расплылась в улыбке.

Жестом показав Василию, что отойду, приняла вызов и неторопливо направилась к машине.

Однако сквозь грохот техники и лязг металла услышала совсем не слова дружелюбного приветствия.

– Ненавижу тебя!

Непроизвольно замерла возле дверцы несколько запыленного белого внедорожника, искренне надеясь, что послышалось. Увы, нет. В трубке опять раздался такой знакомый голос:

– Ненавижу! Ты сломала мне жизнь!

* * *

Несколькими часами ранее

Ярко-красный спортивный автомобиль уверенно лавировал в плотном потоке машин. Сменив привычный полуспортивный стиль одежды на изысканно-деловой, предельно собранный Михаил ехал на бесспорно важную встречу. Предварительно он по телефону пообщался с отцом и получил от него одобрение с четкими указаниями.

Договариваясь о визите, Миша не сообщил главе древнего боярского рода, зачем именно желает с ним пообщаться. Тот, безусловно, заинтересовался, однако не стал задавать вопросов. Опытный бизнесмен знал – есть разговоры, которые можно вести только с глазу на глаз.

Всего лишь на мгновение задержавшись около массивных ворот с величественным гербом, автомобиль, урча двигателем, заехал внутрь. Охрана прекрасно знала не только княжича в лицо, но и машину. Для бывшего бастарда вот уже много лет двери этого дома были гостеприимно открыты.

Остановившись на специально оборудованной площадке, Михаил вышел из машины и уверенно направился к парадному входу в роскошный особняк. Едва юноша приблизился к дверям, те бесшумно распахнулись.

– Добрый день, Михаил Игоревич. Вас ожидают, – с достоинством произнес вышколенный дворецкий, низко поклонившись. – Следуйте, пожалуйста, за мной.

Княжич в ответ лишь едва заметно кивнул.

Подойдя к кабинету, слуга, негромко постучав, плавно повернул блестящую дверную ручку и открыл дверь.

– Господин, к вам прибыл Михаил Игоревич Разумовский, – доложил хорошо поставленным голосом и посторонился, пропуская юношу в шикарный кабинет.

– Прошу, прошу! – радушно воскликнул, искренне улыбаясь, темноволосый, крепко сложенный мужчина, вставая из-за массивного рабочего стола. Быстро пройдя навстречу, крепко пожал Михаилу руку, а потом гостеприимным жестом указал на мягкое кресло. Дождался, пока визитер сядет, и только после вернулся на свое место. – Приятно вновь видеть вас в стенах моего дома. Давненько не заходили. Дочь даже сетовала по этому поводу, – легко улыбнувшись, он внимательно посмотрел на невозмутимого Михаила.

– Рад нашей встрече, – любезно отозвался тот. – Мой визит как раз таки и связан с вашей дочерью, – добавил размеренно.

Едва заметно усмехнувшись, глава древнего боярского рода подался вперед. Но не торопился отвечать. В душе опытного бизнесмена шевельнулось предчувствие. Увы, пока было непонятно, о чем пытается сказать интуиция.

Целеустремленному, весьма обеспеченному юноше с многозначительно туманной родословной боярин и прежде симпатизировал. Теперь же Михаил – признанный наследник могущественного рода. Безусловно, идеальная партия для его красавицы дочери. Предпосылок, правда, не было, ну а вдруг? Или тут что-то иное? Какая же цель может быть у княжича, так настойчиво попросившего о личной встрече, еще и немедля?

– Юрий Ильич, наш с вами разговор происходит по поручению моего отца, светлейшего князя Игоря Владимировича Разумовского. Если бы он сейчас не находился на аудиенции у императора, то непременно сам бы встретился с вами, – меж тем, не отводя спокойного взора от главы рода Соболевых, произнес Михаил.

Внешне не выказывая нетерпения, Юрий Ильич замер, боясь спугнуть удачу. Неужто у дочери непостижимым образом все же получилось заинтересовать княжича? Мужчина не лез в сердечные дела юной боярыни, но подозревал, что Ирина не просто так уже много лет настолько любезно общается с симпатичным одноклассником.

– Род Разумовских оказывает покровительство главе рода Изотовых, Софье Сергеевне. Полагаю, это не секрет, – невозмутимо сообщил Михаил.

Не понимая, к чему клонит собеседник, боярин скупо кивнул. Предвкушение резко сменилось тревогой.

– Несколько месяцев назад боярыню Изотову в престижном ресторане опоили наркотиком, – сухо продолжил юноша. – Только благодаря исключительному везению Софье Сергеевне удалось избежать тяжелейших последствий. Сотрудники моего отца уверены, что покушение на ее репутацию и честь намеренное, – не отводя взора от сурово хмурящегося и поджимающего губы главы древнего рода, Михаил продолжил: – Четыре дня назад боярыня Мария Стрелецкая в родовом особняке устраивала вечеринку для одноклассников. Во время праздника главу рода Изотовых попытались отравить смертельно опасным ядом.

– Софья Сергеевна, надеюсь, не пострадала? – в голосе Юрия Ильича звучала неподдельная тревога.

– Нет.

– В начале разговора вы упомянули мою дочь…

– Все верно, – кивнул Михаил. – В первом случае заказчицей преступления являлась боярыня Ирина Юрьевна Соболева. Многочисленные видеоматериалы тому бесспорное подтверждение, – словно тяжелые камни, бросил слова обвинения княжич. – Во втором – ее вина пока лишь косвенно подтверждается свидетельскими показаниями слуг боярина Стрелецкого. Но если делу дадут официальный ход, покушение на убийство главы древнего рода, скорее всего, будет доказано. Ваша дочь причастна, шансов на иное практически нет, – добавил ледяным тоном.

На высоком лбу Соболева появились бисеринки холодного пота. Он отлично знал, что случается с дворянами после официального обвинения в умышленном покушении на убийство: позорная жизнь, что гораздо хуже смерти.

– Не может быть! – ошарашенно произнес побелевший как снег боярин. – Моя дочь не способна на убийство!

– Я тоже раньше был в этом уверен, – с неподдельной горечью произнес юноша. – Мы столько лет сидели с ней за одной партой, – примолкнув, неодобрительно покачал головой, а после негромко продолжил: – Все видеодоказательства перепроверены мной лично. Факты таковы: Ирина нашла исполнителя преступления и оплатила услуги. Именно ваша дочь умышленно пыталась нанести непоправимый вред Софье Изотовой.

Прикрыв глаза, боярин Соболев несколько долгих мгновений сидел недвижимо. Информация просто-напросто не укладывалась в его голове. Если в первый случай с наркотиком он со скрипом все же мог поверить – мало ли, что у девушек стряслось, и дочь решила так жестко отомстить, – то для покушения на убийство оснований найти не получалось. Ирине просто незачем убивать отличного делового партнера отца и свою одноклассницу! Это какая-то фатальная ошибка!

– Я не могу поверить, что моя дочь желала убить, – попытался схватиться за соломинку надежды любящий родитель. – Может, просто трагическое стечение обстоятельств, и девочка оказалась не в том месте и не в то время?

– Сомнения развеять довольно легко, – холодно отчеканил княжич. – Есть два варианта: ваша дочь опрашивается сотрудниками отца в ходе официального расследования, либо она дает показания им же добровольно. И в том и в другом случае солгать не выйдет. Вы сами знаете, как проводятся беседы со свидетелями и подозреваемыми по резонансным делам, – заметив понимание в глазах боярина, помолчал, а после предложил: – Если Ирина уже вернулась из школы, то неплохо бы ее позвать, – и, многозначительно посмотрев на хозяина кабинета, замолчал.

В голове умудренного опытом мужчины тотчас пролетела стайка мыслей. Князь не вызвал лично, прислал сына. А это значит, что у дочери, да и у самого боярина есть шанс отделаться легким испугом.

Коротко кивнув, Юрий Ильич взял со стола свой телефон. Молчал пару мгновений, а после спокойным тоном произнес:

– Ты дома? Зайди прямо сейчас ко мне.

Нажав на отбой, медленно положил мобильный на столешницу. В кабинете воцарилась тишина. Не говоря ненужных сейчас слов, каждый мужчина думал о чем-то своем. Лишь мерно тикающие часы отсчитывали ход времени.

– Батюшка, вы меня звали? – раздался от дверей мелодичный девичий голос. – Рада вас видеть Михаил, – тепло улыбнулась однокласснику зашедшая в кабинет красавица. Умышленно небрежно заплетенная длинная коса, коротенькие белые шортики и симпатичная бледно-розовая футболка – боярыня Соболева выглядела сногсшибательно даже дома.

Повернув голову, Михаил встретился взглядом с той, которая столько лет была ему если не другом, то понимающим товарищем. Когда-то он даже испытывал к Ирине влечение, но все же решил, что не стоит.

Сердце кольнуло.

Кривовато улыбнувшись, княжич сдержанно кивнул. Не встал, не произнес слова приветствия. Но девушка не стала комментировать такое грубое нарушение этикета, лишь удивленно нахмурилась.

– Ирина, присядь, пожалуйста, – Юрий Ильич указал на свободное кресло у стола. Проводив взглядом послушно севшую дочь, он спокойно произнес: – У нас с Михаилом есть к тебе серьезный разговор.

Неожиданно боярыня густо покраснела. Затрепетав длинными черными ресницами, она закусила губу и опустила взор. Посидев так пару мгновений, глубоко вздохнула, словно перед прыжком в воду, а затем резко выпрямила спину и, обаятельно улыбнувшись вначале Михаилу, а после отцу, сказала:

– Слушаю вас.

– Сотрудники светлейшего князя Южного установили твою причастность к отравлению боярыни Изотовой наркотиком в ресторане. Факт преступления доказан, – скупо роняя фразы, Соболев смотрел, как лицо дочери каменеет. – Кроме того, против тебя уже начали давать показания слуги боярина Стрелецкого, – примолкнув, подался вперед и добавил проникновенным голосом: – Скажи мне, зачем?

Гордо вскинув подбородок, Ирина несколько мгновений смотрела куда-то за плечо отца. Затем перевела взгляд на Михаила и тоном уверенного в своей правоте человека произнесла:

– Я давно решила, что выйду за тебя замуж. Мы идеально друг другу подходим. От нашего брака непременно бы родился уникально одаренный ребенок. Род бояр Соболевых и князей Разумовских получил бы идеального наследника. Кроме того, я тебя люблю, – добавила чуть дрогнувшим голосом, а после, молниеносно справившись с волнением, холодно произнесла: – Изотова встала у меня на пути. Это были просто адекватные меры по устранению преграды.

Не отводя взора от одноклассницы, Михаил хмурился, однако говорить не торопился.

– Ты сейчас серьезно? – негромко поинтересовался у дочери ошарашенный ее словами Соболев.

– Вполне, – та оторвала взгляд от княжича и невозмутимо посмотрела на отца. – Ты всегда говорил: если чего-то желаешь добиться, не стоит взирать на преграды, хорошо все продумай и действуй. Правда, рассказывал не мне, а брату, – Ирина грустно хмыкнула. – Но я ведь тоже член древнего рода Соболевых! А значит, не должна поступать иначе!

Закончив эту пылкую речь, девушка расправила точеные плечи. Сейчас она походила на прекрасную статую.

Не глядя на дочь, глава рода Соболевых задумчиво побарабанил по столешнице пальцами. Ирина, в целом, сказала правду. Да вот только, увы, неверно поняла, о чем он с юных лет толковал сыну. Речь шла о силе духа, необходимости тщательного анализа, решительности. Однако дочь почему-то сделала вывод, что, идя к цели, имеет право ни много ни мало безжалостно убивать всех, кто встал на пути.

– Михаил Игоревич, нет смысла производить официальный опрос. Вина моей дочери очевидна, – потухшим голосом сказал боярин. – Как глава рода, я готов понести любое наказание. Это касается и Ирины, – добавил твердо, глядя исключительно на княжича.

Юрий Ильич понимал – младший Разумовский уже знает решение князя. Фактически он и приехал-то только для этого: озвучить волю владыки. Мысленно вознеся короткую молитву, боярин Соболев застыл в ожидании.

– Я имею полномочия огласить вам вердикт, – и поза, и голос Миши были наполнены величием и важностью. – Боярыня Изотова не стремится придавать делу огласку. Напротив, желает ее избежать, – Соболев едва заметно выдохнул и чуть расслабился, но юноша не обратил внимания. – Поэтому светлейший князь считает возможным разрешить конфликт иным способом. Главе рода будет назначено наказание в виде штрафа, размер уточнят позднее. Ирина же должна незамедлительно принести извинения боярыне Изотовой и не мешкая покинуть территорию России. Вернуться ей дозволяется только после достижения двадцатипятилетия.

– Без возражений принимаю решение светлейшего князя, – твердо произнес Соболев. – В который раз убеждаюсь, что владыка нашего княжества бесконечно мудр. Разумеется, я, как и моя дочь, принесу глубочайшие извинения боярыне Изотовой, искренне надеясь на прощение.

– Изгнание? – прошептала Ирина, переводя взор с отца на Михаила и обратно. На лице девушки впервые промелькнули тревога и испуг. – За любовь и желание родить наследника лишиться всего?! – она неверяще посмотрела на невозмутимого княжича.

– Похоже, в твоих умственных способностях я сильно ошибался, – огорченно покачал головой Соболев. – Что ж, поясню: иначе ты отправишься на императорские рудники. Благодари светлейшего князя за избавление тебя от такого сомнительного удовольствия, а меня от несмываемого позора! – в тоне мужчины слышался металл. – В твое благоразумие уже не особо верю, поэтому боярыне Изотовой извинения принесешь по телефону. Встречаться с ней запрещаю, – процедил, неотрывно глядя на дочь. – Иди собираться. Улетаешь безотлагательно.

Ирина не стала спрашивать, куда отец ее отправит. Сейчас это не имело значения. Злость и ненависть к Изотовой клокотали и раздирали изнутри. Из-за этой выскочки не просто планы, а вся жизнь рухнула! Если бы Софья не пришла в школу, ничего бы не случилось!

Новенькая с первого взгляда не понравилась Соболевой. Однако, в отличие от глупой Стрелецкой, она предпочитала не воевать открыто. Постаралась вначале сблизиться с недругом, изучить болевые точки, а уже после – нанести сокрушительный удар. Однако выскочке Изотовой всегда удивительно везло. Ее словно оберегали высшие силы.

И вот теперь Ирине остается только смириться с наказанием. Иного выхода действительно не было.

– Я послушна вашей воле отец, – прошептала юная дворянка. – Боярыне Изотовой позвоню из своей комнаты, – коротко вздохнув, добавила: – Перед тем как начать собираться.

Грациозно встав, красавица выплыла из помещения и аккуратно закрыла за собой дверь.

Проводив стройную фигурку взглядом, княжич удивленно качнул головой. Неторопливо поднявшись, довольно сухо попрощался с боярином Соболевым. Михаил выполнил задание и теперь, согласно правилам, должен немедленно удалиться.

Сев в автомобиль, Миша сразу же позвонил отцу. Обстоятельно передав содержание беседы, получил такую желанную похвалу и удовлетворенно улыбнулся. Несколько дней подряд он не зря работал вместе со своими сотрудниками. Как и обещал, Михаил нашел врага Софьи, и теперь являлся гласом могущественного князя. Юноша испытывал нешуточную гордость за себя. Отец в него вновь поверил!

Быстро просмотрев отправленные Софье сообщения, сердито поджал губы: она их по-прежнему не открывала. Не отвечала и на звонки. Набрав еще раз выученный наизусть номер, послушал безразличные гудки, а потом, зло швырнув мобильный на сидение, завел двигатель.

Через несколько мгновений ярко-красный спортивный автомобиль мчался по городским улицам. Сжимая руль, Миша играл желваками.

– Да и не нужна ты мне! – бросил княжич неизвестно кому и нажал на педаль газа.

Он целенаправленно ехал по хорошо известному маршруту.