Текст книги ""Фантастика 2025-157". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Анна Одувалова

Соавторы: Надежда Мамаева,Нина Ахминеева,Валерий Гуров
сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 348 страниц)

Глава 17

Дмитрий терпеливо ждал. Отодвинувшись от его мускулистого, тёплого торса, я сидела с закрытыми глазами. Так думалось легче. Ещё несколько дней назад, только от мысли, что этот мужчина опять ко мне прикоснётся, передёргивало.

Замуж за некроманта? Да ни за что и никогда! В том, что мнение не переменится была абсолютно уверена. Но буквально несколько минут назад, Рюрикович наглядно доказал: сегодня его ласки не вызывают отвращения. А поцелуи нравятся. Настолько, что я натуральным образом растеклась лужицей и хочу повторить. Желательно прямо сейчас.

Твёрдое мужское достоинство упиралось в бедро, мешало мыслительному процессу. Соскользнув с колен его величества, с удивлением обнаружила, что освещения в комнате нет.

Кто и когда выключил свет? Неважно, так проще.

Отойдя к стене, прижалась затылком к обоям, прикрыла отяжелевшие веки. Зацелованные губы приятно покалывало. В животе порхали бабочки. Да вот только врать самой себе – полный идиотизм. Я действительно не люблю Димитрия Иоанновича. И решение принимаю исключительно рассудком.

Что получу от брака с императором России? Первое и главное: ребёнка ждёт не одиночество и презрение, но открыты все пути. Многие женщины ради будущего детей идут на такие жертвы, что волосы встают дыбом. Вопрос: а чем, собственно, жертвую я согласившись стать женой Димы?

Этот мир чужой для меня. Здесь всё другое! Сейчас, когда стала главой боярского рода, каждый мой шаг, как по верёвке над пропастью. Того и гляди сорвусь. Да, у меня есть Або. Наставник, друг и просто моя ушастая прелесть. Но высшая сущность, как и я чужая здесь. Мы оба бродим в потёмках, правда лопоухий лучше ориентируется, но этого мало. Сегодняшний случай с розами и магическим истощением на кладбище – наглядный пример.

По какой такой глобальной причине я могу и должна отказать Рюриковичу? Если быть объективной, единственное, что конкретно напрягает и больше всего триггерит: мой неудачный первый секс с некромантом.

Скорее всего, другая на моём месте расправила бы плечи и гордо ушла в туман. Сильная женщина сама всё может! А дальше-то что? Флаг в кулак и с голой грудью на мчащийся бронепоезд?

Из-под ресниц посмотрела на Дмитрия. Всё так же сидит в кресле: рубашка белеет в темноте, поза расслаблена.

Умный, уверенный, сильный, красивый. А ещё хитрый, упрямый и интриган, каких поискать. Верю, что говорил со мной искренне. Но вот о чём умолчал – отдельная тема.

Взгляд зацепился за силуэт в окне. Приглядевшись, не удержалась и взвизгнула от ужаса. За мгновение некромант оказался рядом.

– Что? – выдохнул, обнимая и заслоняя спиной от неведомой ему опасности.

– Т-там м-мертвец, – мои зубы клацали, язык не слушался.

– Угу, – его губы нежно скользнули по щеке, не выпуская из кольца сильных рук, напомнил: – Помнишь, говорил про гостей?

Мертвец за окном не один⁈ Откуда они здесь взялись? Смертельно раненные люди приползли в мой особняк и пока мы тут целовались все померли? А почему поднялись? Решили стать немым укором бездушным хозяевам? Бред какой-то.

Я недоверчиво просмотрела на некроманта. Уж не знаю, что он увидел на моём лице, да вот только рассмеялся. Беззлобно, заразительно.

– Горе ты моё луковое, – невесомый поцелуй обжёг мне губы. – В твоём мире все женщины такие целеустремлённые?

– Ты о чём? – я упёрлась ладонями в его мускулистую грудь.

– О твоей бурной деятельности на кладбище. Создавая конструкт, ты вливала правильный объем энергии, но её плотность была гораздо выше. Получился мощный концентрат. Отсюда последствие: магическое истощение. Кроме этого Або дал тебе схему призыва зомби с отложенным временем. Не знаю, как много могил обошла, но сейчас в твоём дворе сто шестьдесят восемь отличных мертвецов.

– Сколько⁈

Дима опять рассмеялся. С лёгкостью подхватив на руки, поднёс меня к облюбованному креслу, уселся. Мужская ладонь уже так привычно скользнула мне на живот.

– Я жду ответа, – мягко напомнил император.

В воздухе повисло молчание. Тщательно подбирая слова, я заговорила:

– В моём мире, браки, даже заключённые по великой любви, зачастую становятся невыносимыми для супругов. Как правило, причина одна: неоправданные ожидания. У меня есть свои ценности, характер сложился. Переделывать меня бесполезно и не стоит начинать. Я гарантирую хранить тебе верность, но любви не обещаю. Проще, да и правильнее, нам договориться сразу, на берегу, чем жить с постоянным чувством вины. Не хочу превратить нашу семейную жизнь в нескончаемые мучения.

– Я тебя услышал, – Дмитрий улыбнулся, но взгляд сбил с толку. Показалось, что в глубине плещется горькая печаль. Пошевелившись, император достал из кармана брюк колечко. Раскрыв ладонь, спокойно спросил: – Боярышня Апраксина готовы ли вы оказать мне честь и стать моей супругой?

– Да, – ответила я уверенно, но отчего-то ком встал в горле.

Прохладный металл скользнул на мой безымянный палец, потеплел и плотно прилёг к коже.

Это какой-то артефакт?

Спросить не успела. Неожиданно поднявшись, статусный жених поставил меня на ноги, глянул на наручные часы.

– Все договорённости достигнуты. С этой минуты ты моя невеста. Со свадьбой не вижу смысла затягивать. Нас ждут в храме. Если готова, то можем отправиться прямо сейчас.

Взор метнулся к настенным часам: три часа ночи. Волной захлестнули эмоции. Димитрий Иоаннович был уверен, что соглашусь. Мой будущий супруг отлично просчитывает ходы наперёд. Вот только не пойму – это восхищает или бесит?

– Действительно, нет смысла затягивать. Я готова.

– Домовые, верхнюю одежду мне и хозяйке, – распорядился император.

Через миг на диване появилась моя шубка и пальто государя. Мужчина галантно помог мне одеться, затем надел своё пальто. Выверенными движениями начертал в воздухе один символ, затем другой. Вход в туманный тоннель засветился призрачным зеленоватым светом.

– Пойдём, – Дима приобнял меня за талию.

– Подожди, а зомби? Они же табуном бродят по двору. И надо предупредить Або, что мы уходим.

– Ушастый уже знает. Что делать с зомби решим по возвращении. Без приказа ни один из них не покинет территорию постоянного места жительства своей хозяйки, – невозмутимо сообщил некромант.

– Это радует, – ответила я несколько нервно. Набрав полную грудь воздуха, выпрямила спину и вместе с некромантом синхронно шагнула в туманный тоннель.

* * *

В храме пахло благовониями: ладаном и чем-то ещё – нежным, лёгким, ненавязчивым. Пламя свечей изредка колебалось, оживляя фрески на древних стенах. В полутёмном помещении мы с Дмитрием были вдвоём. Стояли на расстоянии, лицом к друг другу. Но ни говорить, ни задавать вопросы мне не хотелось. Тишина. Только он и я. Происходящее казалось…правильным.

У него радужка стала золотистой. Как расплавленный янтарь. Красиво.

Не испытывая ни тени стеснения, я рассматривала мужчину, который вот-вот станет моим супругом. Не приближаясь, Дима ласкал меня глазами и улыбался.

Вдруг что-то неуловимо изменилось, показалось, что кроме нас здесь появился кто-то ещё: незримый, могущественный. Сердце забилось чаще, но страха не возникло. Уж не знаю откуда пришло понимание: всё так, как должно быть.

– Готов ли ты взять в жены эту женщину? – послышался тихий, но полный силы голос.

– Да, – громко и уверенно ответил император. – Я Димитрий Иоаннович Рюрикович беру в жены Александру Петровну Апраксину. Клянусь до последнего вздоха любить, защищать и хранить ей верность.

Как только отзвучало эхо его слов, статную фигуру некроманта окутало золотистое свечение. Он словно разом стал выше, ещё больше раздался в плечах и стал похож не на обычного человека, но на величественную статую…сурового воина, лидера.

– Готова ли ты взять в мужья этого мужчину? – спросил у меня всё тот же голос.

Прохладный ветерок налетел из ниоткуда, коснулся обнажённых участков кожи. Душу остро царапнуло беспокойство, стремительно переросло в тревогу.

Пред высшими силами он поклялся любить меня до смерти. Его чувство не взаимно. Правильно ли поступаю⁈

Вдохнув полной грудью, я задержала дыхание. Медленно выдохнув вместе с воздухом последние сомнения, твёрдо сказала:

– Да. Я Александра Петровна Апраксина беру в мужья Димитрия Иоанновича Рюриковича. Клянусь хранить ему верность и заботиться.

От макушки до пят пробежала тёплая волна. С изумлением поняла, что свечусь: восхитительно-серебряным светом. Чувствуя пристальный взгляд Дмитрия, посмотрела на него и остолбенела. В янтарном взоре его величества полыхала убойная смесь эмоций: страсть, нежность и…печаль.

– Ваши клятвы приняты, – неожиданно мощно пророкотал голос неведомого существа. – Брачный союз благословлён и скреплён высшими силами. Отныне вы муж и жена.

От прикосновения чужой энергии по телу пробежала дрожь. Краем сознания отметила, как отяжелел безымянный палец на правой руке. Отмерев, Дима шагнул ко мне. Легонько коснулся губами моих и сразу перестал светиться.

– Ну здравствуй, жена, – шепнул на грани слышимости.

– Привет, муж, – я смущённо улыбнулась.

– Я обещал тебе прогулку, пойдём на воздух? – супруг спрятал мою ладонь в своей.

М-да уж. Ночь у меня и так уже выдалась насыщенная. Но голову проветрить действительно не помешает.

Кивнув, я пошла за Рюриковичем. Уверенно проведя по тёмным, узким коридорам, Дима распахнул деревянную дверь, вывел на улицу. Отпустив руку мужа, посмотрела в небо: на тёмном небосводе мерцала россыпь созвездий.

Довольно улыбнулась. Неожиданно некромант встал предо мной. Заслонив собой красоту, накинул мне на голову капюшон, застегнул верхнюю пуговицу на шубке. Подмигнув, приобнял за талию и повёл…куда-то.

Остановившись неподалёку от края склона, я затаила дыхание: там внизу раскинулось озеро. Берега укутаны снегом, а в неподвижном чернильно-чёрном зеркале воды отражаются звёзды.

Красиво.

Дима стоял рядом. Мы не разговаривали, но молчание не тяготило, напротив, было уютным. Накопленная за эти безумные дни моральная усталость, неспешно отступала. Окончательно расслабившись, я прижалась головой к плечу свежеиспечённого мужа.

– Спасибо, – выдохнула и счастливо улыбнулась.

Дмитрий повернул меня к себе, наклонился, нежно поцеловал.

– Нам пора. Ты озябла, – крепко-крепко прижал к себе и отпустил.

Я наблюдала, как Дмитрий вычерчивает в воздухе сложные символы рун. И ловила себя на том, что где-то внутри формируется смутное беспокойство. Не понимая, что со мной происходит, тряхнула головой.

Нечего себя понапрасну накручивать.

Улыбнувшись некроманту, взялась за его локоть и вошла в призрачный зеленый свет.

Глава 18

Зеленоватое свечение портала затухло. В комнате воцарился полумрак. Я стояла в изножье широкой кровати и растерянно хлопала ресницами. Это монументальное ложе абсолютно точно не моё.

Домовые поменяли? Но зачем?

Под ложечкой засосало. Тревожный взгляд метнулся на стену: вместо большого окна – узкая бойница. Сомнения разом отпали. Эта спальня не моя, чужая.

– Дима, почему мы не в особняке Апраксиных? – спросила обеспокоенно, поворачиваясь к императору.

Тот молча отошёл. Щёлкнул выключатель, яркий свет резанул по глазам. Проморгавшись, требовательно воззрилась на Рюриковича. С непроницаемым лицом он опустился в роскошное кресло. Закинул ногу за ногу, небрежно поинтересовался:

– Предположения есть?

Внутри всё свернулось в тугой узел, во рту пересохло. Неужели интуиция предупреждала именно об этом? Император меня запрет⁈

– Ты же обещал, – выдохнула я, всё ещё не желая верить.

– Люди лгут, – бросил он безразлично.

А я ведь ему поверила…

Лавиной нахлынуло отчаянье. Хотелось завыть от душевной боли и собственной глупости. Глуша рвущийся из горла крик, я закусила губу до крови, вонзила ногти в ладони.

– Ты беспринципная сволочь, – процедила сквозь зубы.

Он смотрел на меня безучастно, покачивал начищенным туфлем. Гнев клокотал, грозил пролиться наружу.

– Это всё? – лениво поинтересовался Дмитрий.

И тут меня накрыло.

– Ненавижу! – заорала я вовсе горло.

Не задумываясь, зачерпнула силы, резко замахнулась. Пламя сорвалось с руки, помчалось в этого лживого подонка. Радостно взревев, огонь жадно накинулся на кресло, скрыв под собой мужчину. В этот же миг поняла, что кто-то стоит за спиной, а предплечья крепко прижаты к телу. Дёрнулась, пытаясь освободиться

– Успокойся, уже всё, – шепнул государь и громче добавил: – Я не собираюсь сажать тебя под замок. Прости, мне надо было тебя разозлить.

– Что? – переспросила, не веря своим ушам.

– Ненависть ко мне, лучшая защита. Для тебя, – тихо сказал он. Разжав бульдожью хватку, обнял. Прижимая спиной к своей груди, ровным тоном попросил: – Посмотри на правую руку.

Убью гада! Сначала послушаю, а потом убью!

С трудом контролируя эмоции, подняла ладонь. На среднем пальце красовался перстень главы рода Апраксиных, а вот на безымянном теперь было два кольца. Но ни одно из них, не узнавала.

– То, что потоньше, я надел тебе при помолвке. Второе обручальное.

– И-и-и? – протянула многообещающе – кровожадно.

– Стоять надоело, – невозмутимо бросил этот самоубийца.

Подхватив меня на руки, направился к кровати. Улёгшись, положил голову к себе на плечо и крепко прижал.

Дать бы тебе по одному месту. Больно! Вот кто так делает⁈

Я сердито сопела. Дима лежал рядом и не шевелился. Злость потихоньку отступила. Но желание, что-нибудь отвинтить Димитрию Иоанновичу осталось.

– Хочется тебя придушить, – сказала я искренне.

– Верю, – он усмехнулся. Спустя короткую паузу, серьёзно сказал: – Показательная казнь глав родов остудила особо горячие умы. Но те, кому я категорично не нравлюсь в роли правителя, затаились и ждут удачного момента. Пока не вычислим заговорщиков и ты, и ребёнок в опасности. Разумнее всего спрятать тебя в надёжном месте, – почувствовав, как я напряглась, некромант нежно поцеловал меня в висок. – Но логика идёт вразрез с твоими желаниями.

Да неужели⁈

Я раздражённо нахмурилась, но промолчала.

– Твой разум закрыт, однако эмоции считываются. Помолвочное кольцо – это артефакт. Оно зафиксировало твою лютую ненависть ко мне. Теперь даже самый опытный менталист, расспрашивая, не усомниться: у тебя ко мне нет и намёка на хорошее отношение.

– Почему считаешь, что меня непременно станут спрашивать о тебе? – торопливо спросила и тотчас прикусила язык.

Вот я…неумная. Ответ же лежит на поверхности. Студенты военной академии не раз видели нас с Дмитрием. Два и два сложить несложно. Наверняка поделились новостями с родителями. В общем, тесное знакомство императора и серебряной ведьмы – секрет полишинеля.

В родном мире по знакомству много чего делали, а здесь целое его величество! Так что, да. Гадкие отношения самое оно. Но тут другая засада: могут попытаться склонить в оппозицию.

– Похоже, отвечать нет необходимости, – губы мужа прошлись по моей скуле.

Я вывернулась из объятий Рюриковича, нависла над ним.

– Не боишься, что переметнусь в стан врага? – глядя в глаза, поинтересовалась задумчиво.

– При текущем положении дел, я гораздо выгодней тебе живым, – спокойно ответил Дмитрий.

Я окаменела. Пытаясь осознать услышанное, неверяще смотрела на его невозмутимое лицо.

– Ты считаешь меня продуманной, алчной сукой? – выдохнула шокировано.

– Запоминай, императрица. Иногда слова – это всего лишь констатация факта, без второго дна. Не прогнозируй мысли и поступки людей исходя из собственной реакции, – его величество улыбнулся. – У индейцев есть пословица: «Чтобы понять человека, надо две луны отходить в его мокасинах».

Прав. Но ей-богу, придушить хочется!

Резко села. Пряча нервозность, я поправила съехавшую набок шубу и принялась излишне долго поправлять подол платья на коленях. Встав с кровати, Дмитрий прошёл мимо жирного следа сажи, оставшегося от кресла. Остановившись у шкафа, распахнул створки. Взяв с полки саквояж, вернулся ко мне.

– Здесь деньги. Их хватит на полное погашение долга по кредитам Апраксиных. То, что останется – тебе на текущие расходы, – государь плюхнул сумку на постель. – Сегодня тебя вызывают на допрос. Если нет желания, можешь не ходить. Тайная канцелярия дело изъяла, с начальником отдела пообщались. Максимум, что ждёт тебя во время визита: извинения за беспокойство.

Покосившись на саквояж с деньгами, я глухо поинтересовалась:

– Я так понимаю, глупо спрашивать откуда знаешь про долги и про полицию?

Дима усмехнулся. Устроившись рядом со мной, помолчал, а после тихо сказал:

– Ты уже сейчас в центре пристального внимания глав родов. Как только беременность перестанет быть тайной, начнутся глобальные проблемы. Знаю, что в тебе дух бойца, но может, не стоит ввязываться в борьбу? Я обеспечу максимально комфортные условия. Спокойно родишь, а после представлю тебя подданным, как свою супругу и императрицу, – он повернулся и замер, ожидая ответа.

Бесспорно, его предложение разумно. Но нет. На собственном опыте знаю – у каждого успеха горький вкус соли. Раз стала женой императора, то для начала не помешает узнать этот мир… с изнанки. Ну а если совсем откровенно, то с таким мужем не особо и страшно ввязываться в драку. По всей видимости клятвы в этом мире не пустой звук.

Я положила голову на плечо Дмитрия, негромко спросила:

– Разве можно научиться плавать, не входя в воду?

– Странно бы было ожидать от тебя иного, – некромант хмыкнул. – Помолвочное и обручальное кольцо, кроме нас с тобой никто пока не увидит. Захочешь узнать подробности, потряси своего ушастого. Про энергетические потоки он знает всё. Ещё момент. Столько зомби тебе точно не нужно. Конструкт дематериализации Або я передал. Уничтожай мертвецов поочерёдно. Максимум девять в сутки. В противном случае, возможно магическое истощение.

– Спасибо, – потёрлась щекой о его пальто.

Если опустить момент с «разозлением», от некроманта вижу лишь искреннюю заботу. Стоп. Димитрий Иоаннович, как-то уж слишком хорошо меня прогнозирует. Когда настолько успел узнать мой характер?

– Есть вопрос, – я плотно переплела пальцы. – В тему о мокасинах. Когда умудрился походить в моих?

Дима вновь встал с постели, протянул руку, помог подняться. Поправив капюшон, обнял и признался:

– В тот день, когда мы с тобой пошли на сумеречный уровень, привратник передал мне последние тринадцать месяцев твоей жизни. Так что было время тебя узнать, жена.

– Оу, – я озадаченно качнула головой.

– Нам пора, – Дмитрий отпустил меня с искренним сожалением. – Магической защиты в этой комнате нет. Тоннель построишь с легкостью. Уходим поодиночке. Ты к себе, я во дворец.

Почему так? Кто ж его знает.

Кивнув, я уверенно начертала в воздухе руны. Захватив портфель, подошла к входу в портал. Обернулась, спросила:

– Когда тебя ждать?

– Позовёшь, приду, – ответил он невозмутимо, но во взоре затаилась грусть.

«Не заставляй чувствовать себя гадиной!» – взмолилась я мысленно.

А вслух сдержанно обронила:

– Договорились, – и шагнула в призрачное сияние.

* * *

Москва. Кремль

Рюрикович вышел из портала в своей спальне.

«Она не доверяет мне. Абсолютно. С такой лёгкостью поверила в предательство! Вот же дерьмо», – размышляя, он стянул пальто, раздражённо кинул его на кровать.

Посапывающий в кресле Воеводин, сменил позу. Неожиданно отнюдь не сонным голосом, верный друг поинтересовался:

– Совсем хреново?

Дима неопределённо пожал плечами, принялся расстёгивать рубашку.

– Она хоть в этот раз тебя выслушала? – в интонации Максима звучало сочувствие.

«Более чем. Даже вышла за меня, – некромант мысленно горько хмыкнул. – Прости, друг, но рассказывать о её беременности и нашей свадьбе я пока не готов».

Сняв рубашку, император сжал ткань в руке. Направляясь к ванной, холодно обронил:

– Да. Мы поговорили. Предлагаю эту тему закрыть, – становившись у двери, распорядился: – Позвони Нарышкину. Пусть придёт.

– Незачем ему звонить, – задумчиво ответил Воеводин. Поймав вопросительный взгляд государя, пояснил: – В приёмной уже мается. Ждёт, когда его величество соизволит проснуться, – мимолетно улыбнулся и строго добавил: – Что случилось не знаю, мне не говорит.

Император задумался. Взъерошив волосы на затылке, приказал:

– Распорядись насчёт завтрака. Через десять минут выйду к Нарышкину, – и скрылся за дверью.

Раздевшись, государь быстро принял душ. Энергично вытершись большим полотенцем, прошёл в гардеробную, смежную с ванной. Одеваясь, мужчина понимал, что нервничает…из-за беременной жены.

«Мы только с ней расстались. Неужели уже во что-то вляпалась? Быть того не может. Но мало ли», – сунув ноги в туфли, Дмитрий посмотрел в зеркало: волосы влажные, всклокоченные.

Самодержец неодобрительно поморщился. Торопливо расчесавшись пальцами, он утратил интерес к далёкой от идеала причёске и отправился выяснять, с чем пожаловал начальник тайной канцелярии.

Завидев императора, граф Нарышкин вскочил с диванчика, низко поклонился. Усевшись в кресло, император отработанным жестом установил мощный купол тишины, обронил:

– Садитесь, граф. Чем вызван ваш столь ранний визит?

– Ваше величество, вы приказали незамедлительно докладывать обо всём, что касается серебряной ведьмы, – с достоинством произнёс руководитель спецслужбы и сел на прежнее место.

– Что-то случилось? – невозмутимо поинтересовался Дмитрий, однако внутренне напрягся.

– Сегодня в третьем часу ночи, на горячую линию тайной канцелярии начали поступать звонки от встревоженных граждан: все как один они утверждали, что по пригородной дороге в город Владимир направляется толпа кровожадных зомби. Служба быстрого реагирования выехала для проверки информации, – граф Нарышкин поправил галстук, кашлянул, прочищая горло и отрапортовал: – В настоящий момент все ожившие мертвецы находятся на территории Владимирского особняка боярышни Апраксиной. По предварительным подсчётам их там более ста пятидесяти единиц. Согласно протоколу, я обязан немедленно принять меры по ликвидации зомби. Однако счёл своим долгом прежде уведомить вас.

«Зомби? Всего-то?» – промелькнула мысль у государя.

Про себя облегчённо вздохнув, он ледяным тоном сообщил:

– Правильно сделали. К особняку Апраксиной не приближаться. Александру Петровну не беспокоить. Если начнут поступать претензии от родственников восставших покойников, придумайте удобоваримое объяснение.

– Будет исполнено. Ваше величество, боюсь, что журналисты такую сенсацию без внимания не оставят. Может настойчиво им рекомендовать написать что-то из ряда: «усопшие массово поднялись и явились выразить своё почтение уникальной серебряной ведьме»?

«Ну и фантазия у Нарышкина. Разом двух зайцев ловит: и народ успокаивает, и рейтинг ведьмы в их глазах поднимает. Вот что значит опыт», – император усмехнулся, согласно кивнул.

Спустя короткую паузу, приказал:

– Провести скрытую проверку князя Иволгина, боярина Силантьева и графа Бестужева. Особо обратить внимание: как тесно общаются меж собой, насколько лояльны к короне.

– Ваше величество, есть опасения? – начальник тайной канцелярии мгновенно собрался.

Не торопясь отвечать, Дмитрий устремил взор в окно. Во время вчерашнего короткого диалога, опечаленная своим проколом высшая сущность не стала скрывать фамилии аристократов, приславших Саше розы. Один бы подарил двадцать пять корзин – не страшно. Даже двое не критично. А вот трое и получилась убойная доза аллергена для беременной от некроманта.

«Скорее всего, главы этих родов не устраивали проверку для серебряной ведьмы. И более чем вероятно, действовали каждый сам по себе. Но проверить эту троицу не помешает», – император вновь посмотрел на графа.

Скупо улыбнулся и лаконично ответил:

– Интуиция.

– Понял, – без тени улыбки, отрапортовал Нарышкин. Остро глянув на государя, немного подумал и смело сказал: – Мой государь, для меня не секрет, что вы лично знакомы с серебряной ведьмой. Я обязан спросить, какие у вас сложились отношения?

– В благонадёжности Александры Петровны ничуть не сомневаюсь. Ко мне, как к правителю, серебряная ведьма не питает антипатии, – уверенно ответил император.

– А как к человеку? – осторожно поинтересовался опытный особист.

– Полагаю сами скоро узнаете, – холодно обронил государь.

И мысленно добавил:

«Заодно вычислишь всех тех, кому на руку ненависть Саши ко мне».

Демонстративно свернув купол тишины, Рюрикович без слов дал понять, что аудиенция закончена. Тотчас поднявшись, Нарышкин поклонился, учтиво попрощался с самодержцем и ретировался.

Тяжко вздохнув, Дима с грустью посмотрел в окно. Жена его не ненавидит. Но, увы, и любви не предвидится.

«Насильно мил не будешь», – как заезженная пластинка крутилась одна и та же мысль в голове некроманта.