Текст книги ""Фантастика 2026-118". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

6. Свобода в кандалах

В этот раз мы ехали намного дольше и в разных машинах, Джека и Чейза с нами не было и это напрягало. Всю дорогу я думала о том, а не решила ли Дженна скинуть балласт? В машине с нами – с женской частью беглецов из Ристалища – оказался мужчина. Возраст за пятьдесят, скорее ближе к шестидесяти. Выправка, идеальная осанка и разворот плеч вопили о том, что этот человек не простой смертный, скорее всего он всю жизнь был блюстителем или около этого. Цепкий взгляд, тонкие сжатые губы и аура опасности приводили меня в режим боевой готовности. Я действительно опасалась, что нас везут совершенно в другое место, нежели Джека и Чейза, а этому милому мужчине приказано перерезать нам глотки.

Сопровождающий не произнес ни одного слова. Но и нам в открытую поговорить не удавалось, стоило кому-то – Шанти, Вивиан, Келли или мне открыть рот, он тут же переводил на нас цепкий взгляд, и мы замолкали. Было невозможно игнорировать его присутствие, но время в дороге давало о себе знать не наилучшим образом. Я уже во всю клевала носом, Келли была собрана, кажется, ей наше разъединение с мужской частью команды не нравилось так же, как и мне. Вивиан успела вздремнуть, Шанти во всю зевала.

Часов у нас не было, окон в машине тоже не наблюдалось, поэтому приходилось ориентироваться только на стрелку своих биологических часов. И она уже загибалась. Даже наш конвоир дважды зевнул и это было для меня неожиданностью, в какой-то момент я и вовсе подумала, что он какой-то сверхчеловек.

Машина была удивительной в том плане, что я совершенно не понимала, с какой скоростью мы двигались и как часто поворачивали. Останавливались ли мы вообще?

Несколько раз мы с Келли переглядывались, несмотря на то, что я готова была вырубиться, мой организм сопротивлялся этому и подмечал каждое хоть и редкое движение чужака.

Взгляд Келли расфокусировался, она тоже была на грани ухода в царство сна. Я размяла шею, уселась поудобнее, стала разглядывать машину и поняла одно – она мне категорически не нравилась. Транспорт на Ристалище давал видимость свободы, силы и неуязвимости, эта же машина была похожа на склеп с дорогой обивкой. Больше всего меня удручала невозможность видеть то, мимо чего мы проезжали.

Машина остановилась, да, она точно остановилась, и мой сон как рукой сняло. Дверь отъехала, но мы не двигались с места. Мужчина обвел нашу четверку недовольным взглядом.

– Выходите.

Это было первое, что наш конвоир произнес. Дважды нас просить было ненужно. Выбравшись из машины, я тут же поежилась, спохватилась и снова залезла внутрь, схватила сумку с ворованными у Семьи Основателей вещами и снова покинула автомобиль. Предрассветные часы, на улице было холодно.

И мы явно находились не в Столице.

Вокруг не было ничего. Только дорога. Джек и Чейз стояли немного дальше и разговаривали. Их диалог был достаточно бурным. Второй машины не было. Дженна уже уехала? Волна облегчения от понимания того, что нас не собираются убивать и сбрасывать как балласт, чуть не сбила меня с ног. Которые, к слову говоря, жесть, как затекли.

Мы пошли в сторону Джека и Чейза.

– Где мы? – спросила я у них.

– Недалеко от города, который граничит со Столицей. Там будем ждать Розу, – ответил Джек, отворачиваясь от Чейза.

Я перевела взгляд с одного на другого. Они явно о чем-то спорили до того, как мы подошли. И по напряжению в воздухе было понятно – золотой середины они не нашли.

– На чем мы доберемся? – спросила Келли. – Ну, до города.

– Пешком. Там нет машин и эти, – Чейз кивнул на уезжающую черную субстанцию. – Там точно заметили бы. А нам это не нужно.

Мы пошли по дороге. Она не была идеально ровной, но ее можно было различить даже в такой тьме, что нас окружала. Я глазела по сторонам, но единственное, что видела, это тьму и пожухлую траву по бокам от дороги. Были ли вдалеке дома, деревья или что-нибудь еще, так и оставалось загадкой.

– Вы не похожи на друзей, – сказала Келли. – Вы двое и наследница.

– Мы и не друзья, – ответил Чейз, и я бросила на его профиль быстрый взгляд. – Мы – семья.

После слов Джека о том, что связывало Дженну и Чейза, его ответ еще больше меня смутил. О какой семье он говорил? О той, в которой родился? Или о той, которой не случилось?

Немного пропетляв, мы дошли до места, где дорога стала резко уходить вниз, вот там-то и был нужный нам город. Здесь не было больших зданий, самые высокие дома достигали пяти этажей. Тонкие улицы, на которых невозможно проехать на машине, но комфортно идти пешком. За пределами домов света не было, но внутри, за некоторыми окнами он горел, ходили люди. Джек объяснил существование этого города, хотя мы и не спрашивали:

– Таких городов несколько, они все находятся рядом со Столицей. Здесь живут люди, которые работают в Столице. На окраине, только с другой стороны расположена станция, куда каждый день приезжает транспорт и увозит рабочих в Столицу.

– Почему они не живут в Столице? – спросила Вивиан. Никто не обратил внимания, что Вивиан в кои-то веки не висла на Чейзе, она вообще шла максимально далеко от него.

– Некоторые переезжают, но жизнь там куда дороже, чем здесь. Не все могут себе ее позволить. Многие стремятся, продают свои квартиры и уезжают, но чаще всего возвращаются обратно, оказавшись в более плачевном состоянии, чем были до этого.

– Так странно, – рассуждала Шанти. – Мы, жители Синта даже не представляли, что есть люди, которые живут за пределами куполов, вокруг нашего вообще все выжжено. Даже если подойти к самому куполу, то не увидишь ничего, кроме потрескавшейся земли. Нет леса, рек, дорог, там ничего нет. А здесь люди живут совершенно иначе. Они вообще знают, что мы, жители Секторов, находимся практически в рабстве? Они следят за Играми на Ристалище?

– Знают о Ристалище и слышали про Сектора, – ответил Чейз. – Их не интересует жизнь секторантов, ведь они далеко отсюда и местные никогда не видели живых людей из Секторов. О Ристалище они знают, но даже не могут участвовать в ставках, потому что те суммы, которые являются нормой для Столицы, неподъемны для городов, окружающих ее.

– Это полнейшая дичь, – подытожила Шанти. – Жители городов свободны, а жители Секторов вечные пленники. Мы рождаемся и умираем под куполом, которого вообще не должно быть.

В разговор вступила Келли:

– Почему вокруг Секторов нет жизни? Что Семья Основателей сделала с природой? Я жила на окраине Сектора и каждый день видела то же самое, что и Шанти.

– За пределами Секторов обычная природа, есть дороги и площадки для приземления летунов, не тех, что камеры носят, а тех, что перевозят продовольствие. Купола в Секторах – это симуляция, то, что вы видели, было просто картинкой. Единственное, что было настоящим – небо.

– Хорошо, – начала я, офигев от того, что и это оказалось ложью. – Если вокруг обычных Секторов симуляция, почему вокруг Ристалища нет? Мы четко видели продолжение леса в день, когда бежали.

В этот момент мы дошли до двухэтажного дома, Джек и Чейз остановились, мы сделали то же самое.

– Нам сюда, – сказал Чейз и достал карточку из кармана, он вставил ее в отверстие на двери, и та со щелчком открылась.

Мы вошли в холл и отправились налево по коридору, пока Чейз не открыл еще одну дверь. Оказалось, что не все два этажа будут в нашем распоряжении, только одна квартира, с тремя комнатами и небольшой кухней, в которую вся наша компания одновременно не влезет.

Сил осталось мало, мы не спали всю ночь, но я хотела получить ответ на свой вопрос, и Чейз дал мне его:

– Из-за того, что часть купола на Ристалище периодически пропадает, я не знаю, как именно это делают, но это происходит. Купол приоткрывают и запускают в периметр новых кочевников. Именно из-за этого там нет симуляции. Если бы она была, рано или поздно кто-нибудь из Ристалища заметил бы, что картинка меняется.

Я остановилась на середине комнаты, все, кроме Джека, повернулись к Чейзу.

– Что значит запускают? – спросила я, по рукам пробежали мурашки.

– Я думала, что кочевники живут только на Ристалище, – вставила Келли.

– Нет. Они везде по миру, их отлавливают и привозят на Ристалище, ведь там мы их периодически убивали, а для зрелищности жизни в тюрьме, они были необходимы.

Я опустилась на узкое кресло, смотрела перед собой, но ничего не видела. Жизнь на Ристалище не назовешь сказкой, но Семья Основателей специально делает ее еще хуже.

– Почему мы не встретили их в лесу возле Ристалища? – спросила Вивиан. – Вы даже не сказали нам, что мы можем их там увидеть.

– Ристалище один из Секторов, более приближенных к Столице, тут их постоянно отлавливают и их практически нет в округе, – сказал Джек. – Столица должна жить в безопасности. Это в приоритете.

Несколько минут все молчали. Не знаю, о чем думали другие, но мои мысли оказались пессимистичными. Я думала о том, насколько несправедлива жизнь. Мне благодаря стечению обстоятельств стало известно столько информации о мире, но людям, которые продолжают жить в Секторах, она покажется сказкой, они даже не поверят в это, потому что из поколения в поколение живут под банкой. Им даже не дают права узнать и выбрать другую жизнь. Жителям городов повезло больше, но есть у нас нечто общее, мы все существуем только на благо Столицы, Семьи Основателей и корпорации.

Голова больше не могла выдерживать новую информацию, мы разбрелись по комнатам. Келли и Вивиан были в одной, я и Шанти в другой, а Джек и Чейз в третьей.

Я проводила спину Чейза рассеянным взглядом и только потом пошла в комнату следом за Шанти. Чейз был в своих мыслях, если честно, я думала, что он решит поговорить со мной, хотя бы поцелует на ночь, но он этого не сделал. В этот день я начала понимать Вивиан, как никогда. И это оказалось неприятно.

Наша комната оказалось маленькой. Небольшая кровать, тумбочка, узкий шкаф и вешалка на стене у двери, а напротив расположилось окно с широким подоконником.

Мы с Шанти еще долго ворочались, но не разговаривали, мысли не давали покоя, а облачить их в слова было слишком тяжело.

Я проснулась через пару часов, за окном уже был день. Солнце встало, но его лучам мешали тяжелые облака, вот-вот должен был пойти дождь. Я присела на подоконник и смотрела на улицу, где изредка проходили люди. Напротив места, куда нас поселила Дженна, был дом с вывеской "Что душе угодно". В основном люди, которых я видела, заходили именно в это здание, спустя несколько минут выходили с бумажными пакетами. Возможно, там был магазин. Мне эта информация была ни к чему, но стало интересно, что же там продают и чем расплачиваются? Так же марками, как и мы на Синте? Или в этом мире без куполов другая валюта?

Я попыталась уснуть еще раз, но ничего у меня не вышло. Снова тихо выбралась из кровати и вышла из комнаты. Шанти спала, как убитая, даже бровью не повела, когда скрипнула дверь. В маленькой кухне я обнаружила Чейза. Он сидел за столом и смотрел на стакан с водой. На мгновение я замерла в дверях, мне не хотелось его тревожить.

– А вот и ты, – сказал он и поднял на меня взгляд.

– Всего лишь я.

Чейз нахмурился, я сделала вид, что не заметила этого. Вместо того, что я сказала, могла просто поздороваться, но нет же. Как оказалось, чувство самолюбия у меня не атрофировалось и оказавшись на месте Вивиан, я поняла, мне это место не нравится. У меня на него практически аллергия.

– Что происходит?

Ожидаемый вопрос, но я не знала, какие слова использовать, чтобы ответить на него и не потоптаться по своему неожиданно ожившему самолюбию.

– Все нормально, – ответила я, взяла еще один стакан, налила воды и села напротив Чейза.

Наши взгляды встретились, в его глазах я видела множество вопросов, в моих скорее их было больше.

– Почему ты вчера не хотела со мной танцевать?

Пожав плечами, я отпила глоток воды.

– Нам вообще не следовало все это начинать. Ты был прав, когда постоянно меня отталкивал. – Я не сводила взгляда с его лица, которое снова стало совершенно нечитаемое. – Все эти поцелуи, сонные объятия, взгляды. Это должно прекратиться.

В груди сдавило. С одной стороны, я не хотела, чтобы Чейз отдалился от меня, понимала, что какое-то время мне точно будет, как минимум, не по себе, а как максимум… даже думать об этом не хотелось.

Но я не могла стать второй Вивиан и ходить за Чейзом повсюду, смотреть на него щенячьим взглядом и пускать слюни. Я много думала над диалогом, который состоялся у него и Дженны. То, каким голосом он спросил про жениха, то, как она поддела его по поводу невесты, и он промолчал. Конечно, я понимала, что Чейз мне ничего не должен, мы так и не стали парой, у нас даже секса не было, но я уже чувствовала, что привязалась к нему. Чем быстрее мы прекратим обманывать сами себя, тем нам же будет легче. Мне так уж точно.

– Нет, – сказал Чейз, и нахмурилась уже я.

– Что – нет?

– Я был не прав, когда отталкивал тебя. Думаю, мы потеряли много приятных моментов. Я в этом уверен.

– Но я больше в этом не уверена.

– Почему?

Видимо, все же придется потоптать свое эго. Я не хотела юлить или лгать Чейзу, он не заслуживал этого от меня. Он никогда не был мне обязан, свою часть сделки, что нас связала, он выполнил уже давно. Сколько раз он спасал мне жизнь? Если бы не Чейз, Велас изнасиловал бы меня еще там, в царстве Клеопатры. Да что говорить, Чейз спасал меня даже от кошмаров. Он вытащил меня и Шанти из Ристалища. Я ему задолжала и решила расплатиться правдой.

– Я разговаривала с Вивиан, – сказала я.

– О чем?

– О ком. О тебе, разумеется. – Как только я сказала это, то тут же вспомнила репортаж, который видела. Если история Шанти о муже была правдива, то может, и история Вивиан тоже? – Вы с ней… были близки?

Я почувствовала, как Чейз отгородился от меня.

– Я считаю, что мы с тобой не должны это обсуждать.

– Почему?

– Потому что, это только между мной и Вивиан.

– Значит что-то было, – прошептала я. – Почему не продолжилось?

Чейз молчал, он внимательно смотрел на меня, я отвечала ему тем же.

– Потому что мне продолжение было не нужно. Я не понимаю, куда ты ведешь, но скажу тебе, что у меня были женщины до того, как я встретил тебя, но это уже не имеет никакого значения. Нет смысла даже говорить об этом.

– Но она тебя любит, – сказала я, хотя не имела на это права.

Чейз глубоко вздохнул.

– Я знаю, но ничего с этим поделать не могу, – сказал он. – Мы с Вивиан договаривались изначально. У нас был секс, несколько раз. Никто никого не принуждал. Но я еще раз напомню, тебя это не касается. Это никак не может повлиять на то, что происходит между тобой и мной.

Не думала, что мне будет настолько неприятно то, что у Вивиан и Чейза был секс. Меня даже немного затошнило. Хотелось встать и пройтись по кухне, но она была так мала, что я бы металась, как раненый зверь в клетке.

– Я чувствую себя отвратительно, – сказала я.

– Иди ко мне, – позвал Чейз, но я отрицательно покачала головой.

– Это еще не все.

– Слушаю.

Мне нравилось то, что Чейз не отмахивался от моих тараканов, а решил рассмотреть каждого по отдельности. Я бы им лапки повыдергивала, что б они меня не раздражали, а Шелби стал их разглядывать.

Следующая часть разговора оказалась для меня более неприятной.

– Ты и Дженна.

Мне даже не пришлось задавать вопрос, но на пару ударов сердца лицо Чейза изменилось.

– С самого детства мы думали, что станем мужем и женой. В Семье Основателей это обычная практика. Какое-то время мы прочно свыклись с этой идеей. Несмотря на то, что мы были детьми, каждый из нас знал, что будет впереди. В момент, когда Дженне исполнилось бы восемнадцать, мы должны были обвенчаться. Если бы очередь наследования когда-то дошла до нее, то наследницей, а точнее, главой Семьи Основателей стала бы именно она, я бы всегда был на вторых ролях. Мы много времени проводили вместе, пытались узнать друг друга, найти общий язык. И мы его нашли, но не так, как того пожелала Семья. В итоге мы стали союзниками, которые решили, что Сектора должны быть свободны и знать, что происходит в мире, а не жить в неведении. Мы были солидарны и в том, что Ристалище не должно быть игровой ареной, вместо этого должна появиться нормальная тюрьма, как было раньше. Куда отправляют преступников, но не издеваются над ними. Мы решили, что наследие мира, а точнее, живое оружие, люди из капсул не должны принадлежать Семье Основателей и корпорации, потому что с помощью этих людей, они собираются свергнуть власти стран, что находятся за морем.

Черт. Как он ушел от прямого ответа? Но часть его рассказа заставила меня задать следующий вопрос:

– Как свергнуть?

– Этого я не знаю.

Чейз замолчал, он смотрел на меня так, что казалось мог заглянуть в самую душу, а я не знала хочу ли его туда пускать.

– Иди ко мне, – снова позвал он.

И в этот раз я не спорила, села к нему на колени и свернулась клубочком, Чейз продолжил говорить:

– Мы были близки с Дженной, но я не смогу объяснить тебе, что это была за близость. Мы никогда не касались друг друга, это было запрещено до свадьбы. Но мы много разговаривали, иногда мне казалось, что она знает меня лучше, чем я сам. Нас растили с мыслью – вы муж и жена. Я был выбит из колеи, увидев ее, но это далеко не романтические чувства. Если бы у меня была сестра, то я бы мог сравнить то, что чувствую к Дженне. А так, это все предположения.

Если Дженну и Чейза не связывали любовные трепыхания бабочек, то я выглядела сейчас не в лучшем свете. Определенно.

– После того что ты рассказал, я чувствую себя ревнивой идиоткой. Хотя ревностью никогда не страдала. – И это действительно было так. Я никогда никого не ревновала, всегда считала себя выше этого чувства. Ошибалась.

Чейз поднял мое лицо за подбородок и взглянув в глаза, серьезно сказал:

– Я не хочу, чтобы ты ревновала или думала о чувствах других. О наших скорее всего никто не позаботится, только мы сами. Только ты и я.

– Звучит как тост.

Наши лица приблизились, и мы поцеловались. Касание губ было нежным и неторопливым, словно весь мир и время принадлежали нам. Я пересела, оказавшись лицом к лицу с Чейзом. На мгновение я отпрянула от него, посмотрела в глаза, провела большим пальцем по шраму на подбородке. Помнится, это было первое, что я увидела на его лице.

– Пообещай, если что-то будет не так, ты мне сразу же об этом скажешь, – шепотом попросила я.

– Все будет так, как надо.

– Пообещай.

Чейз перехватил мою руку и немного сжал пальцы.

– Обещаю.

Теперь уже я его поцеловала. Все началось нежно и мягко, но с каждым движение наших тел, с каждым касанием и вдохом, поцелуй становился все более голодным и жарким. Чейз опустил руки мне на ягодицы и резко придвинул к себе. Я почувствовала силу его желания и потерлась. Назад и вперед. Назад и вперед. Чейз простонал мне в губы и еще сильнее сжал ягодицы. Я запустила пальцы ему в волосы и немного потянула назад. Мои движения становились резче, я так хотела избавиться от одежды, голова шла кругом.

– Пошли, – прошептала я в губы Чейза и поднялась на ноги, они тут же немного подкосились.

Чейз поднялся следом, но из кухни мы так и не вышли. Идти было некуда.

– Все комнаты заняты, – сказал Чейз со смешком.

– Это бесчеловечно. – Я обернулась. – Может Джека выгоним?

– Ты готова потом выслушивать от него об этом на протяжении долгих лет?

Желание немного схлынуло, я подошла к Чейзу, привстала на цыпочки, и мы еще раз поцеловались. Я впитывала каждое касание и старалась запомнить, каково это – желать и быть желанной. Вообще мне казалось, что мы слишком много думаем. Порой мысли только мешают.

Сквозь туман возрождающегося желания я услышала стук. Отпрянув от Чейза, тут же спросила:

– Это Роза?

Он отрицательно покачал головой.

– Она бы так быстро до нас не добралась.

Стук повторился, он был более настойчивым.

– Разбуди остальных, – прошептал Чейз, взял кухонный нож и пошел к входной двери.

Я быстро побежала по комнатам. Решила начать с Джека, к счастью, он не спал, я побежала дальше, успела распахнуть дверь нашей с Шанти комнаты, как со стороны входа в квартиру прозвучали выстрелы.