Текст книги ""Фантастика 2026-118". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юлия Зубарева

35. Правосудие Бенджамина

Амели.

Ночь.

Настала ночь, которая изменит всё. Нахожусь одна в комнате. Лукаса и его людей нет, они ушли прочистить дорогу до выхода из Скалы. Сижу на кровати, которая когда-то в прошлой жизни, принадлежала мне. Держу в руках пистолет, направленный на дверь. Лукас сказал, если придет не он, а кто-то другой, стрелять, а потом задавать вопросы.

Так и сделаю. Не стану мешкать, как это было с Боа. Теперь я защищаю не только себя, но и ребенка, который находится под моим сердцем. Возможно, я беру на себя слишком многое, но в эту ночь изменится прежний ход вещей в мировом масштабе. Больше не будут существовать отдельные виды, появится единый Смешанный вид, который продолжит жизнь на земле. Понимаю, что для установки новых приоритетов должно пройти время, но это нужно сделать, другой возможности может не быть.

Ожидание убивает. В голову так и лезут мысли: "А что, если у них не получится?", "Если Лукаса поймают?", "Вдруг не удастся открыть дверь?" И миллион подобных "если" и "вдруг".

Тук. Тук. Тук.

Сердце замирает.

Открывается дверь, и Лукас входит в комнату.

Выдох.

– Всё чисто. – слегка запыхавшись сообщает он.

– Пострадавшие?

– Нет. Пока нет.

Невероятно тяжелая ноша спадает с плеч. Но это только на время. Расслабляться слишком рано.

– Хорошо. – говорю я.

Встаю с кровати и иду вслед за Лукасом. Мы сделаем это. Адреналин бежит по венам, сердце с утроенной силой разносит его по организму.

– Подожди. – говорю Лукасу, и он тут же останавливается. Добегаю до рубильника и врубаю сирену. Её вой разносится по Скале. Сейчас военные побегут к дверям, а мирные жители попрячутся по домам.

Бежим, что есть силы. Вот он, каменный коридор, темно, практически ничего не видно. Ступени. Последний поворот. Останавливаюсь. Трое людей Лукаса стоят у дверей.

Вот он момент падения дяди и начала новой эпохи.

Открываю дверь, и волна вооруженных людей Флэнтона врывается в Скалу.

Скала замечательное место, в плане того, что сюда невозможно попасть, но она словно ловушка, ведь отсюда и выбраться невозможно. Если враг попадет внутрь, то это будет просто местом общего захоронения. И сейчас я впустила врага.

Мои люди тонкой бесшумной змейкой забегают в Скалу. Следом мимо меня проносятся Моры и Аномальные, но я стою. Жду тех, кому обещала желаемое.

Бенджамин Аллен, Королева и Фрэнк входят в числе последних.

– Где он? – спрашивает отец Тони.

– Думаю, он в своих покоях. – отвечаю я.

Фрэнк встает рядом со мной и говорит:

– Отличная работа.

– Она ещё не закончена. – добавляю я.

На лице Фрэнка появляется дьявольская улыбка:

– Так давай закончим её.

В этот момент из Скалы начинают разноситься выстрелы. Прикрываю глаза. Без жертв не получилось. Пятитонный камень ложится на грудь, не давая вздохнуть. Перебарываю себя. Обратной дороги нет. Я заварила эту кашу, даже если она получается с комочками, нужно доварить её до конца.

– Идем. – говорю я, и мы направляемся в комнату дяди.

Прошло не больше пятнадцати минут, а Скала захвачена. Кругом находятся мои люди, Моры и Аномальные. Военные Скалы лежат лицом в пол с завязанными за спиной руками. Мирных жителей не вижу, надеюсь, они все дома, пережидают момент опасности.

Изначально Лукас со своей командой устранили постовых, потом сирена пригнала основную часть военных Скалы к воротам, и они тут же были ликвидированы, взяты в плен, захвачены. Проживающие здесь люди не ожидали, что такое когда-нибудь может произойти. Большинство мирных жителей были дома, по словам Лукаса, на данный момент со стороны Скалы семь пострадавших. Смертей пока не зафиксировано, но двое сильно ранены. Как бы грубо это не звучало, но пока всё проходит идеально.

Заходим в лифт и, под звук до сих пор разносящейся по всему городу сирены, поднимаемся наверх. У кабинета дяди больше двадцати вооруженных людей, они моментально направляют на нас автоматы. Лукас тут же закрывает меня своим телом… но выстрелов нет. Выглядываю из-за его плеча… это невероятно. Бенджамин Аллен использует свою силу. Он словно излучает свет всем своим телом. Рука поднята ладонью вверх, а люди, которые охраняют дядю, замерзают прямо на глазах. Бенджамин поднимает вторую руку и взрывной волной сносит два десятка людей в сторону.

– Вот это фокус. – говорит Королева. – А я хотела по старинке, оторвать руки, ноги и всё остальное.

Перевожу на неё взгляд. Да, она действительно сказала это на полном серьезе.

– На это нет времени. – говорит Бенджамин. – В кабинете трое. Но я чувствую запах страха, и от одного он особенно сильный.

– Да воняет не хило. – вносит свою лепту Фрэнк.

– Фрэнк. – говорит Бенджамин, Мор молниеносно оказывается возле дверей и распахивает их.

Вижу ноги дяди, который прячется за спинами двух солдат. Мужчины напуганы. Они не предполагали, что двадцать человек позволят кому-то пробраться в кабинет.

Совершенно не страшась оружия в их руках, Бенджамин, лениво поправляя запонки, выходит вперед.

– Я пришел сюда не для того, чтобы разбираться с посредственными людьми. Мне нужен только Максвелл. – дает секунду на раздумье. – Если вы сейчас опустите оружие и уйдете, то я позволю вам жить в этом городе. Да я в принципе… позволю… вам… жить. – говорит Бенджамин таким голосом, от которого становится прохладно. Военные переглядываются между собой и словно сговорившись, отступают в разные стороны. Дядя стоит с пустыми руками. Он даже не подумал взять оружие. От досады прикрываю глаза. Сейчас, видя дядю и Бенджамина Аллена вместе, я понимаю, насколько он мелкий и совсем нестрашный. Аллен – вот кого действительно нужно бояться.

– Максвелл. – говорит отец Тони.

Дядя пытается выиграть битву взглядов, но терпит поражение, отводит глаза в сторону и говорит:

– Бенджамин, я тебя не приглашал.

– Я обычно и не жду приглашения.

Тишина. Напряжение в комнате возрастает с каждым вдохом. Дядя не выдерживает и начинает быстро говорить:

– Чего ты хочешь? Скалу? Забирай, она мне не нужна. Люди? Пожалуйста, они твои.

Бенджамин шефствует по кабинету, проходя мимо дядиного стола медленно проводит по нему указательным пальцем. Смотрит на руку и растирает невидимую пыль.

– Мне никогда не нужна была Скала. У меня есть замечательный город – Триумф, который находится под открытым небом и не заставляет меня жить как крота. – переводит взгляд с пальцев на покрасневшее лицо дяди. – Я пришел сюда не ради твоего города.

– Забирай что тебе надо…

– Я пришел, чтобы отомстить за смерть моего единственного сына. – он сказал это так, что сердце сжалось до микроскопических размеров.

Дядя повышает голос:

– Но я его не убивал.

– Его убили твои люди. – спокойно отвечает Бенджамин.

– Это ложь!

Бенджамин ударяет ладонью по столу, и он просто раскалывается надвое. Всё валится на пол в импровизированную воронку, а вокруг руки Бенджамина разбегается холод, который начинает потрескивать. Клубы пара вырываются у меня изо рта. Еще ближе прижимаюсь к Лукасу и сильнее сжимаю его руку.

– Ты так самонадеян, что отправил своих военных в форме с надписью "Скала". Это каким идиотом надо быть, чтобы предоставить мне такие улики? Или ты надеялся, что в живых никого не останется?

– Меня подставили.

Бенджамин подходит к дяде и в прямом смысле слова смотрит на него сверху вниз.

– Я чувствую, как от тебя разит враньем и страхом. – дальше опускает голос до шепота. – Тони рассказывал мне, как провел год в Скале. И сначала я подумал, что поставлю тебя… в твою же клетку… против Мора. Например, Фрэнка.

Дядя бросает взгляд на Фрэнка, а тот машет ему пальчиками в знак приветствия. Бенджамин отступает и говорит:

– Но я понял, что это несправедливо.

– Несправедливо. – соглашается дядя.

– Моему сыну не дали шанса выжить. А я дам тебе эту возможность. – дядя сглатывает, Бенджамин обращает взгляд голубых глаз на меня. – Амели?

– Да.

– Покажи мне дамбу.

– Но меня не было на дамбе в тот день! – кричит дядя и отступает назад. – Не я стрелял в него. Не я! – дядя указывает рукой на меня. – Это её муж! И она!

– Всё, что происходит в твоем городе – это твоя ответственность. – отвечает Бенджамин, смотря на меня. И кажется, что эти слова он произнес для меня, нежели для дяди. Совет на будущее?

Разворачиваюсь и выхожу из кабинета, люди до сих пор не могут прийти в себя от холодной энергии Бенджамина. Копошатся в углу, куда Аллен откинул их. Прохожу мимо, заворачиваю и оказываюсь у лифта. Дожидаюсь остальных. Бросаю взгляд на дядю, который идет рядом с Фрэнком. Фрэнк что-то говорит дяде, его глаза расширяются от страха, а Фрэнк улыбается, словно сорвал куш.

Поднимаемся на дамбу.

Холодный ночной воздух. Тихий ветерок. И бешеный поток воды за обрывом.

– Амели, как ты можешь? Помоги мне. Это был не я. Мы же семья. – говорит дядя, проходя мимо меня. Если быть точной, то Фрэнк тащит его именно в то место, где в своё время стоял Тони.

– Ты виновен в смерти Тони, а он был для меня куда большей семьей, чем ты.

Бенджамин подходит ко мне и протягивает руку. Вкладываю в неё пистолет. Стараюсь не смотреть на то, что сейчас произойдет. Всё, что произошло сегодня, это всё будет висеть на моей совести.

– Максвелл, – устало говорит Бенджамин. – Я не убиваю тебя, прекрати так трястись. Я даю тебе возможность сделать правильный выбор.

– Какой? – доносится до меня голос дяди.

– Фрэнк?

Фрэнк возникает возле Бенджамина и подает ему рацию.

– Сейчас ты скажешь своим людям, что отдаешь город в правление Амели, а сам уходишь на покой. Ты сдаешься. Отступаешь. Поднимаешь белый флаг. Мне не важно, как ты это назовешь, но сейчас ты откажешься от города.

– Но это немыслимо… – начинает перечить дядя, но Бенджамин перебивает его:

– Или смерть. Выбор. Я даю тебе то, что ты не дал моему сыну. Поверь, через минуту я могу быть менее щедрым.

Дядя хватает рацию и прочистив горло говорит:

– Всем сложить оружие. Я Максвелл… отступаю. – бросает на меня ненавистный взгляд. – Город Скала теперь под полным подчинением Амели Уинслоу.

Фрэнк забирает рацию, Бенджамин направляет пистолет на дядю и стреляет ему в ногу.

Крик Максвелла разносится на мили вокруг. Он падает рядом с обрывом, зажимает рану. Его лицо исказила боль.

Закрываю глаза. Я не испытываю удовлетворения от его страданий. Думала, мне станет легче от мести, но сейчас я ощущаю себя такой же, как дядя и Боа. Сломанной. Морально покалеченной.

– А теперь прыгай. – говорит Бенджамин.

– Что? – переспрашивает дядя.

Ещё сильнее зажмуриваю глаза.

– Прыгай с дамбы. – повторяет Бенджамин.

– Но ты сказал…

– Я сказал, что через минуту могу быть менее щедрым.

Утыкаюсь лицом в плечо Лукаса. Мой дядя кричит, он молит меня остановить это. Но я не буду. Это правосудие Бенджамина. Я обещала ему. Но мне так плохо, голова начинает ехать кругом. Теперь дядя кричит, унижая всех нас. Но как только он произносит имя Тони, то в это же мгновение до моего слуха доносится ещё один выстрел. Снова крик дяди.

– Лучше прыгай. – говорит Бенджамин.

А потом удаляющийся крик дяди.

Отстраняюсь от Лукаса и смотрю на самый край дамбы. Никого нет. Он спрыгнул. Сделал выбор и спрыгнул.

Бенджамин, Королева и Фрэнк возвращаются в лифт и уезжают.

– Я это сделала. – сквозь ком говорю я.

– Мы это сделали. – поправляет меня Лукас.

Сажусь на камень и смотрю в ночь. Слез нет. Только на душе погано.

– Лукас?

– Я здесь.

– Я – чудовище.

Лукас садится передо мной и закрывает вид на темную ночь. Берет за руки и, не спуская с меня глаз, говорит:

– Это последний раз, когда ты такое говоришь.

– Но я…

– Ты не чудовище. Не монстр. Ты – Амели, девушка, которая смогла сделать то, что не удавалось никому целых сто лет.

– Я ещё ничего не…

Затыкает мне рот поцелуем. Отстраняется, берет моё лицо в ладони и смотрит так, как на чудовище никто никогда не посмотрит.

– Ты сделала всё, что было в твоих силах. И даже больше. На остальное нужно время.

В горле начинает першить, а глаза наполняются влагой.

– Спасибо.

– Тебе спасибо.

– Мне-то за что? – спрашиваю я.

– За то, что ты появилась в моей жизни. За то, что перевернула её. За то, что…

Теперь я не даю ему договорить, с улыбкой на лице обнимаю так крепко, как только могу, он отвечает мне тем же.

Эпилог 1

Это было сложное время. В маленьких городах царил хаос, их правителей не было в живых. Они пошли заключать мирный договор, но так и не вернулись. Скала была захвачена альянсом Флэнтона, Аномальных и Моров. Об этом судачили в каждом городе уже через пару-тройку дней.

Внутри Скалы проходила перестройка. Практически все жители были против Амели в качестве главы города. Она не была этому удивлена. И через четыре дня после того, как освободила пленных и уничтожила клетку, она добровольно отдала правление в руки Дюка. Ведь кто, как ни он, знает всю подноготную Скалы. В ответ на это Дюк согласился на мирное сосуществование среди видов, а также отдал Амели рисунки Тони Аллена, те самые, что вырвал из блокнота в день её отъезда из Скалы. Амели, не раздумывая, отдала изображения Бенджамину. Он долго рассматривал очертания своего сына. Не только в этот день, но и очень долгое время после.

Амели и Лукас вернулись во Флэнтон.

Ещё через неделю, три самых больших города открыли свои двери для… всех. Флэнтон, Скала и Триумф послужили примером того, что слова Королевы о мире не были пылью. Аномальные стали обживаться в городах, устраивались на работу. Учились жить в социуме.

Ещё через четыре недели состоялась вторая большая встреча, и на этот раз мир был достигнут. На бумаге, но всё же.

Бенджамин Аллен так и не сказал Лорел, что Тони больше нет в живых. Он будет нести эту тяжесть в сердце один. Как всегда один.

Спустя год Фрэнк стал Королем "ничего". Так как Королева больше не являлась Королевой по сути. Её подопечные разошлись по городам, но она навсегда останется в история как Королева Три. Они живут в Триумфе. Фрэнк не упускает возможность называть Три – Моя Королева и никак иначе. Пока у них нет ребенка, но они усиленно стараются изменить это.

Эпилог 2

Пять с половиной лет спустя…

Амели сидела на капоте машины и крутила в руках остро заточенный карандаш. Лукас уже в который раз привозит её в разрушенный город, Амели нравится рисовать природу, которую уже долгое время никто не трогал. У Лукаса в данный момент более важная задача, он снимает Ребекку с дерева. Ей всего пять лет, а она лазает как взрослая.

Королева оказалась права, Амели была беременна девочкой. Ребекка родилась семимесячной. Девочка была очень слаба, но благодаря врачам и молитвам выжила. Она – борец с самого рождения.

Амели бросает взгляд на дочь и своего мужа. Это самая красивая картина в мире. Семья. Мы должны ценить время, которое нам отведено на этой планете, ведь никто не знает, есть ли "другая сторона" и как она выглядит.

Мир достигнут. Города открыты для Аномальных, людей и Моров. Прошло уже больше пяти лет, как Мертвая война закончилась. Но это не значит, что все довольны таким раскладом. Есть и те, кто не рад происходящему в мире. Амели это больше не волнует. Она выполнила просьбу Тони. Она сделала то, на что никогда бы не решилась, не появись он в её жизни.

Так должно было произойти.

Амели со своей семьей живет во Флэнтоне. Этот город действительно стал для неё родным. Лукас построил для них свой дом, а тот, где она раньше жила переделали под библиотеку. Там собираются люди, которые хотят уйти от своей жизни и погрузиться в историю, которая спасет от весенней хандры.

Амели по-прежнему правит Флэнтоном, прислушивается к своим советникам, узнает мнение Бенджамина и принимает решения, которые пока приносили городу только пользу. Сидя там, на капоте машины, Амели смотрела на девочку, которая совсем не напоминала своего родного отца, и сочувствовала её участи. Ведь это совсем не просто – держать в руках власть. Очень не просто, приходится делать вещи, которые ты не хочешь. Которые могут сломать тебя. Искалечить.

Сейчас она не может показать слабость, люди надеются на неё. Но она всегда может быть слабой маленькой девочкой рядом с Лукасом. Несмотря на то, что мирное время настало, оно может прекратиться в любой момент. Всего один промах, и Мертвая война поднимет опущенную голову вновь.

А пока…

Амели слезает с капота машины и направляется к семье. Ребекка с разбегу врезается в её ноги и крепко обнимает, Лукас притягивает к себе и нежно целует.

Если бы для таких моментов ей пришлось пройти всё сначала, она бы сделала это. Не раздумывая.