Текст книги ""Фантастика 2026-118". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юлия Зубарева

Соавторы: Мери Ли
сообщить о нарушении

Текущая страница: 261 (всего у книги 297 страниц)

Покидаю салон и иду в участок. Я уверена, что там мне действительно помогут. На входе меня встречает молодой лейтенант, который во всю уплетает розовый пончик. Он, кажется, только что проснулся, но при виде меня, настороженно спрашивает с набитым ртом:

– Что случилось, мэм?

– Я хочу дать показания. Признание…

– Какого рода?

– Я видела, как было совершено убийство. И… я… кажется, убила человека.

Парень сразу же хватается за рацию и кого-то вызывает. Пять минут, и я сижу в допросной, но то и дело бросаю взгляд на дверь. Мне кажется, что сейчас сюда ворвется монстр и утащит меня, снова туда. В тот чёртов мотель.

– Мисс Смит? Вы слышите меня? – врывается в мои мысли голос детектива.

Возвращаю взгляд к нему, мужчина примерно сорока восьми лет. На нём старенький, но ухоженный костюм серого цвета. На лице небольшая борода и усы, а ещё очки, в которые я не могу смотреть, так как вижу в них своё отражение. Напуганная девушка-убийца, вся растрепанная и в крови. Детектив не поверил ни единому моему слову. Да я бы на его месте и сама бы сомневалась в своих умственных способностях.

– Мисс Смит, прошу, скажите всё ещё раз, теперь уже для протокола. Я запишу всё на диктофон.

– Хорошо. – устало соглашаюсь я.

– Ещё раз сообщаю, вам доступен бесплатный адвокат, мы можем подождать его и начать допрос.

– Нет, не нужно.

– Начните всё с начала, пожалуйста. Но прежде ответьте мне на вопрос. Вы что-то употребляли?

– Нет, я ничего не употребляю. Никогда. – совершенно серьезно говорю я.

Но детектив пытается найти логическое объяснение моему рассказу. Не хочу его огорчать, но логикой тут и не пахнет. Но сумасшествием прет за версту.

– Может у Вас было эмоциональное потрясение, или же что-то другое, и Вам всё это просто померещилось?

– Нет. Я уверена, что видела… сын нашего мэра убил девушку.

Детектив нажимает на кнопку и начинается запись. Он снова смотрит на меня через чёртовы очки и, выгибая бровь, спрашивает:

– Вы утверждаете, что сын мэра – Тони Аллен, высосал душу из девушки?

Но я не успеваю начать рассказ. Взрывная волна выбивает дверь и разбивает смотровое окно-зеркало на миллионы мелких частиц. Волна сносит меня со стула, и я лечу на пол, но наручники, которыми я была прикована к столу, не дают возможности моему телу упасть до конца. Крик вырывается из меня, но я ничего не слышу. Меня оглушило напрочь, невообразимый свист в ушах не дает мне ничего расслышать. Но я вижу, как детектив делает слабые попытки подняться. Тут же в проходе появляются чьи-то ноги, поднимаю глаза и вижу того самого мужчину из леса. Что? Он жив… Его глаза нереально ярко сияют. Я чувствую, как холодок пробегает по моей коже. Выдыхаю и взор мне заслоняет белое облако пара, мне становится настолько холодно, словно меня закинули в морозилку и не собираются оттуда вынимать. То же самое я почувствовала там, в мотеле. Мерзкий пробирающий до костей холод.

Блондин наклоняется надо мной и что-то говорит, но я по-прежнему ничего не слышу.

Последнее, что я увидела – это голливудскую улыбку Тони Аллена. Следом удар по лицу, и я всё-таки отключаюсь.

2. Следи за братом

Рейчел.

За восемь часов до…

Быстрым шагом направляюсь в сторону своей квартиры и на ходу достаю сотовый. Нажимаю пару клавиш, и в следующую секунду до моего слуха доносятся гудки. Уже на втором гудке женщина берет трубку:

– Нет. Рейчел, ты не можешь так поступить. – категорически говорит Шерри.

– Но я ещё ничего не сказала.

– Если ты звонишь мне за час до твоей смены, то я делаю единственный вывод, ты решила отпроситься с работы. Я не права?

– Шерри, я заболела. – лгу я.

– Очередное враньё. Ты же знаешь, что сегодня поставка дорогущего вина, и я не могу позволить тебе филонить.

– Прости. Но я действительно не могу.

– Я уволю тебя. – тут же говорит она.

– Не уволишь.

– Почему это? – с издевкой в голосе спрашивает Шерри.

– Ну, во-первых, меня обожают клиенты твоего маленького винного магазина. Во-вторых, я ценю свою работу, и лучше меня ты никого не найдешь. Ну, и в-третьих, ты же меня любишь. – с улыбкой заканчиваю я.

– Я такого никогда не говорила. – парирует она.

– Это и не нужно. Я это и без лишних слов знаю. Ведь я тебе как дочь.

Повисает недолгая пауза, а следом до меня доносится тяжелый выдох Шерри:

– Ты – мелкая манипуляторша.

– Не спорю.

– Если ты скажешь мне, что случилось, то я отпущу тебя. Только правду.

– Я приболела.

– Ты уволена.

– Хорошо, Шерри, это Джереми, он снова связался со своей бывшей, и сегодня она тащит его в нарко-компанию. Ты, как никто другой, знаешь, чем закончилась прошлая его поездка. – говорю это и понимаю, что она будет волноваться, но никогда этого не покажет. Шерри – железная леди.

– И ты поедешь с ними? – тут же спрашивает она.

– У меня нет выбора.

– Это не правда, выбор есть всегда.

– Шерри, ты же знаешь, я не могу по-другому.

Очередной тяжелый выдох на другом конце провода:

– Знаю. Передай Джереми, что как только я его увижу, то сверну ему шею.

– Обязательно передам.

– Ладно, я вызову сегодня Коди, надеюсь, он не разобьет ни одной бутылки, а иначе, я вычту стоимость каждой драгоценной капли из твоей зарплаты.

– Я согласна. – без споров соглашаюсь я. – Шерри?

– Да.

– Я люблю тебя. – вполне серьезно говорю я.

– Подхалимка.

Шерри первой кладет трубку, и это вызывает у меня улыбку. Обожаю её. Когда мне было девять, а Джереми всего три года, она забрала нас из детского дома. Это далось ей с огромным трудом. Ведь одиноким женщинам редко позволяют взять подопечных. После второго отказа, она наняла дорогущего адвоката и судилась со всем штатом. Но она свернула горы, и уже через полгода с начала слушаний мы поселились в её небольшом, но уютном доме в центре города. Шерри спасла нас и дала хорошее воспитание, но она очень закрыта на эмоции и чувства. Я всегда считала её старшей сестрой, нежели мамой. Своих родных родителей я плохо помню. Знаю только то, что папа ушёл от нас, когда Джереми исполнилось три месяца. Что случилось с мамой, я не знаю. Мне было шесть лет, когда мама сказала, что нужно срочно сходить в магазин. Я помню, как она наклонилась над кроваткой Джереми и поцеловала его, потом подошла ко мне и сказала следить за братом. Она вышла за дверь, и больше я её никогда не видела. Она не вернулась. Прошло уже больше восемнадцати лет, а я до сих пор слежу за братом. Вот такая я послушная дочь.

Со временем из моей памяти стерлись лица родителей, остались лишь крупицы воспоминаний о каких-то незначительных моментах. После того, как служба опеки забрала меня и Джереми из нашего дома, а мама так и не появилась, то всё имущество, которое у нас имелось, распродали. Оказывается, папа был игроком и набрал кучу кредитов, которые в скором времени проиграл в казино, на их уплату и ушли все деньги с продажи дома, мебели и даже фотоальбомов. Я всегда задавалась вопросом, кому придёт в голову купить чужие фото? Это же бред.

Подхожу к таунхаусу и бросаю взгляд на парковку, моя старенькая тойота синего цвета стоит на месте. Ну да, а кто бы её угнал без бензина? Кто-то вчера ночью слил всё под чистую, и с утра мне пришлось ехать на общественном транспорте. Ненавижу автобусы, люди там постоянно стараются придвинуться к тебе как можно ближе. А я предпочитаю держаться от них как можно дальше. Вот такой я человек, не очень-то жалую посторонних людей. Если сказать точнее, то вообще не люблю людей, они все странные, со своими тараканами в голове.

Поднимаюсь на второй этаж и достаю ключи. Но это было зря, так как дверь оказалась не заперта. Значит, Джереми здесь. Отлично. Открываю дверь и вхожу в гостиную. На маленьком диванчике раскиданы вещи. Напротив него включенный телевизор, там вещают какие-то новости. До меня доносится звук журчания воды. Он в душе.

Скидываю с себя обувь и пальто. Ставлю сумку у входа и вижу возле дивана бюстгальтер. Ну уж нет! Быстрым шагом иду на кухню и на всю мощность включаю холодную воду. В ответ на это действие слышу крики из ванной комнаты и ухмыляюсь.

Через три минуты из душа выходит Джереми, а за его спиной прячется та самая Лола. Фу. Меня даже имя её бесит.

– Джереми, я сказала тебе не таскать ко мне в квартиру своих шлюх. – спокойно говорю я.

Джереми, кажется, опешил, но быстро пришел в себя и встал на защиту "прекрасной дамы":

– Это же Лола. – наивно лепечет он.

– Я и говорю. Шлюхам проход закрыт.

– Рейчел, не начинай. – говорит Джереми и хмурит брови.

– Лола, не могла бы ты нарисовать ветер? Мне нужно поговорить с братом.

Лола молча выходит из-за спины Джереми. Её голое тело обмотано моим полотенцем. Придется его выкинуть. Тем временем Лола собирает свои вещи, которые разбросаны по полу, и снова удаляется в ванную. Я строго смотрю на Джереми, а он только и делает, что закатывает глаза. Типичный подросток. Гормоны вместо мозгов.

– Джереми, она уже один раз тебя подставила, не повторяй своих ошибок.

– Она изменилась.

– За месяц?

– Не важно сколько времени прошло, мы любим друг друга. – вот на эту фразу уже я закатываю глаза.

– Джереми, это не любовь. – медленно произношу я.

– Тебе-то откуда знать?

– Не перегибай. – предупреждаю его. – Ты сегодня не едешь в мотель вместе со своей "любовью".

– Еду. – спорит со мной брат.

– Нет! – повышаю я голос.

– Да! – кричит Джереми, для полноты картины не хватает, чтобы он топнул ногой.

– Тогда я еду с тобой. – с приторной улыбкой говорю я.

– Да ты издеваешься. Мне не нужна нянька!

– Ещё как нужна! В прошлый раз, когда ты посетил подобное место, тебя посадили за распространение наркотиков!

– Но я этого не делал.

– Я знаю. Ты хоть понимаешь, что только благодаря Шерри ты сейчас на свободе, а твоё дело замяли? Не думай, что она будет вытаскивать тебя каждый раз из дерьма, в которое тебя так и тянет вляпаться.

– Знаю.

– И это всё из-за Лолы!

На этой фразе молодая девушка двадцати лет выходит из ванной и зло смотрит на меня. Её коротко стриженные черные волосы мокрые, в остальном она выглядит куда пристойнее, чем пять минут назад.

– Я ничего не делала. – тихо говорит она.

– Ой, не строй из себя благодетель, это ты подкинула ему в карман травку. И даже не отрицай этого!

– Я испугалась. – говорит "моя головная боль" и делает такое виноватое лицо, что даже лучшие актеры современности не смогут соревноваться с ней, но я знаю, что это ложь.

– Лола, иди уже. – устало говорю я.

– Джереми, я буду ждать тебя. – сладким голосом поёт Лола, подходит к моему брату, встает на цыпочки и целует его в щеку.

– Я скоро буду. – говорит мой брат, смотря на девушку телячьим взглядом. Втюрился – идиот. Мог же найти кого получше.

– Лола, где проходит вечеринка? – задаю я вопрос.

– Эээ…

– Если ты не скажешь, я тебе… – но мне даже не приходится угрожать, Лола начинает тараторить.

– Мотель на севере города. Четыре мили по одиннадцатому шоссе, там увидишь табличку "Моя Рози".

– Если ты мне солгала…

– Она сказала тебе правду. – снова вступается за неё брат.

– Лола, тебе уже пора.

Как только за спиной девушки закрывается дверь, я ухожу на кухню, и Джереми следует за мной. Наливаю себе кофе и сажусь за стойку, которая напоминает барную. Держу ароматный напиток и сквозь пар от него смотрю на брата:

– Джереми, я тебе не враг.

– Я знаю.

– Я хочу, чтобы ты был счастлив.

– Но я счастлив с Лолой.

– Тебе это только кажется.

– Ты же счастлива с Винсом. Почему тебе так сложно поверить в наши отношения с Лолой?

Я молчу. Тут мне нечего сказать. Винс – сын владельца гостиницы, которая находится по соседству с винным магазином, в котором я работаю. Так мы и познакомились. Примерно пару лет назад он пришел к нам за вином, которое Шерри добыла с огромным трудом. Мы заключили договор на поставку этого поистине редкого вина через наш магазин, и так мы стали видеться чаще и чаще. Потом начали спать вместе. И до сих пор это делаем. Но счастлива ли я с ним? Возможно.

– Рейч? – спрашивает Джереми.

– Что?

– Ты счастлива?

– Вполне.

– Мне нужно идти. Если ты решишь ехать, пожалуйста, я тебя умоляю, не следи за каждым моим шагом.

– Я сделаю всё возможное, чтобы тебе было стыдно, и тебя выкинули из этой компании. Например, станцую пьяный стриптиз или что-то в этом роде.

– Ты этого не сделаешь. Кстати, сегодня там будет Тони Аллен.

Если эта информация должна была меня удивить, то должного эффекта не произошло. И по-этому я спрашиваю:

– Это кто?

– Сын мэра – Бенджамина Аллена. Ты что, новости совсем не смотришь?

– Мне некогда смотреть новости. Сын мэра, интересно. И что он там забыл?

– Ну, вообще-то, это он всех собрал.

– Почему не в своём огромном особняке? А у чёрта на рогах.

– Чтобы папа был не в курсе, конечно.

– Ясно.

Джереми ушел, а я так и осталась сидеть на кухне и думать. Я, словно надоедливый родитель, который не дает подростку оттянуться с друзьями. Обещаю себе, что это единственный раз, когда я посещу такое заведение. Я просто должна убедиться, что всё нормально. Побуду там часик, успокою свои нервы и поеду домой. Может ещё успею заскочить в магазин и помочь с приемкой вина, Коди точно нужна помощь. А то с его помощью я могу остаться без зарплаты, у него ведь всё валится из рук. Коди – равно недоразумению.

В течении часа я приняла душ, выкинула полотенце, в которое ранее была замотана Лола. Высушила свои светло-русые волосы и оставила их распущенными. Немного подкрасила тушью глаза и нанесла невидимый блеск на губы. Естественно, я захватила с собой подарок Шерри, без него я не покидаю стен своей маленькой квартиры. Это маленький складной нож. Она вручила его мне, примерно три года назад, когда ко мне на улице пристал пьяный. Я как раз выходила ночью из магазина, и тут откуда ни возьмись появился пьяный и уверенный в своей привлекательности мужчина. Я заехала ему по яйцам, быстро прыгнула в машину и умчалась домой. Но после этого у меня появился какой-то страх того, что я беззащитна. Я купила себе газовый балончик, он всегда находится у меня в сумке, а Шерри подарила нож и велела пользоваться им и не мешкать. Она велит всегда выбирать себя. В любых ситуациях.

Беру телефон и звоню Винсу:

– Детка, привет. – на слове "детка" меня просто передергивает. Я уже миллион раз просила его не называть меня так, но он, видимо, решил, что это круто.

– Привет, ты заправил мою машину? – спрашиваю я.

– Да. Для тебя, что угодно. Может сегодня встретимся?

– Не получится, я занята.

– Тогда когда?

– Винс, я не знаю, я позже тебе позвоню.

Кладу трубку и одеваюсь. Черные джинсы, черная футболка, следом серый объемный свитер. На ноги ботинки без каблука и пальто.

Ещё пять минут, и я еду в злополучный мотель. Лола не солгала, как только я въезжаю на парковку, то в глаза тут же бросается дешевая вывеска "Моя Рози". Выхожу из машины, прихватив с собой сумку. Так, получается, что Тони Аллен выкупил на ночь этот мотель полностью, потому что веселье в самом разгаре. Молодежь пьет, танцует, тут и там парочки зажимаются, а я ведь ещё не вошла внутрь. Поднимаюсь по бревенчатому крыльцу и с тихим звоном колокольчика открываю входную дверь. Прохожу по первому этажу, все двери открыты, люди ходят в хаотичном порядке. По очереди заглядываю в каждую комнату, но Джереми нигде нет. Но тут мой взгляд падает на высокого блондина, который улыбается так, словно его снимают в рекламе зубной пасты. К нему подходит высокая стройная блондинка и виснет на его руке:

– Тони, вечеринка обалденная! – кричит она, чтобы он мог её услышать сквозь шум музыки.

– Да, отлично вышло. – безразлично отвечает он.

– Я могла бы тебя отблагодарить… – начинает она, но я не хочу слушать эти пошлости. Думаю, не она одна решит его сегодня отблагодарить, он же сын мэра.

Поднимаюсь на второй этаж и в третьей комнате нахожу Джереми, он абсолютно трезв, сидит в компании трех парней и двух девушек, одна из которых, естественно, Лола. Чёрт. Может я действительно перегибаю палку? Как только Джереми замечает меня, то с вызовом вздергивает подбородок, на что я показываю ему средний палец и выхожу из комнаты. Встаю на общем балконе, который объединяет весь второй этаж и смотрю на вакханалию, которая происходит внизу. Мне даже в пальто прохладно, а там девушки уже почти в купальниках танцуют. Раньше я тоже посещала подобные места. Когда я была подростком, мы с моей лучшей подругой Дакотой колесили по пол ночи по разным вечеринкам. Я никогда не пила, не люблю, чтобы мой рассудок был затуманен, а вот Дакота да, она не отказывала себе в веселье.

– Красотка, почему одна? – справа подходит парень и протягивает мне красный пластиковый стакан.

– Нет, спасибо.

– Это поможет тебе стать веселой.

– Я сказала – нет.

Он пожимает плечами и уходит. Вот почему я не люблю людей, они не видят границ и всегда пытаются нарушить их.

В мотеле я провела примерно два часа, просто ходила с первого этажа на второй и обратно. В основном я просто наблюдала за людьми. Интересно то, как на человека действует алкоголь, вроде бы только что была адекватная интересная личность, но стоит употребить не в меру, и практически каждый превращается в жалкое зрелище.

Так, надо найти Джереми и узнать, поедет ли он со мной домой. Захожу в комнату, где видела его последний раз, но там его не оказалось. Иду дальше и дальше. Открываю дверь за дверью, но его нигде нет. Передо мной остается последняя комната. Открываю дверь и замираю с открытым ртом. Что за…

В комнате только двое: Тони Аллен и девушка, та самая блондинка, которая жаждала его отблагодарить. Я не могу оторвать взгляд от пары, они стоят, парень держит безжизненное тело девушки. Она свисает с его рук, словно поломанная кукла, но не это самое странное. Его лицо склонилось к девушке, но губы не касаются её губ. Он что-то с ней делает. Я наблюдаю, как её тело замерзает прямо у меня на глазах. Бегло обвожу взглядом комнату и понимаю, что вся мебель покрыта инеем. Но это невозможно. На улице не так холодно. Прикрываю глаза и снова распахиваю их.

Но картина осталась прежней.

Ничего не изменилось.

Рингтон моего телефона раздается неожиданно громко, это выводит из ступора, и я вздрагиваю. Так же это отвлекает блондина от его занятия. Тони разводит руки в стороны, и тело девушки с громким стуком падает на пол. Она замерзла. Твою! Мать! Она, окоченела! Выдыхаю облако пара и разворачиваюсь, чтобы бежать вниз, но парень успевает схватить меня за рукав, я быстро выворачиваюсь и моё пальто остается в его руке, а сумка падает на пол. Единственное, что моё зрение успевает заметить, так это нереальную яркость голубых глаз. Выскакиваю за дверь и хлопаю ею. Несусь вниз и на лестнице врезаюсь в Лолу.

– Где Джереми? – запыхавшись спрашиваю я.

– Он уехал.

– Что?

– Мы поругались, и он уехал, поздравляю, тебе удалось разругать нас.

Обхожу её и оборачиваюсь назад, Тони не преследует меня. Отлично. Бегу на парковку, но моей машины нет. Чёрт! Джереми уехал на моей тойоте. Бросаю взгляд наверх, и вижу, как злосчастная дверь "морозильной" комнаты открывается, и там появляется сын мэра. Он оглядывает толпу, я с замиранием сердца быстро сажусь за первую попавшуюся машину и на корточках продвигаюсь в сторону леса. Хоть бы не заметил. Хоть бы не заметил. Я даже не пытаюсь проанализировать, что только что произошло. Я этого не понимаю. И не уверена, что хочу понять.

Встаю в полный рост и срываюсь с места.

Бегу в темноте, и меня подгоняет бешеное биение моего сердца.

3. Обвинение

Рейчел.

Мерное покачивание.

Мягкое одеяло.

Полная темнота.

Что ещё нужно для блаженного, мирного сна? Мне так тепло и уютно, единственное, что приносит дискомфорт, так это боль в горле. Пытаюсь вытянуть ноги, чтобы потянуться после сна, но они утыкаются во что-то твёрдое. Открываю глаза. Всё ещё темно. Так. Покачивание. Начинаю ощупывать руками всё вокруг себя, но мои ладони тут же натыкаются на препятствия.

И тут до меня доходит.

Я в машине, а точнее – в багажнике.

Как я здесь оказалась? И тут же вспоминаю всё: мотель, лес, полицейский участок.

До моего слуха доносятся быстрые свисты, проезжающих мимо машин. Чувствую, что начинаю паниковать. Темнота, я заперта. В голове тут же всплывают образы из детства, когда мы с Джереми были в детском доме. У нас была одна воспитательница, которая считала, что за мелкие провинности, лучше всего наказывать так: она запирала нас по одному в бельевой комнате и выключала свет. Это было не страшно, ровно до того случая, когда она забыла меня оттуда вытащить, и я провела всю ночь в кромешной тьме, плача и моля о помощи. На следующий день меня нашел наш охранник, который обходил всё здание интерната каждое утро. После этого я неделю молчала и боялась спать, я постоянно думала, что стоит мне только закрыть глаза, и я сразу же окажусь в этой комнате. Одна. В темноте.

Глубокий вдох. Медленный выдох. Шерри говорит, что в критической ситуации нужно успокоиться, если я не могу сделать это самостоятельно, то нужно начать считать до десяти и обратно. Я помню, что однажды спросила у неё, как долго нужно считать, она тут же дала мне ответ: пока не успокоишься. И я считаю. Считаю и считаю.

Но успокоение не приходит. Судя по тому, что я не чувствую, что машина останавливается или же поворачивает, скорее всего она движется где-то по шоссе. Так. Логика, от паники меня спасет только старая добрая логика. Ощупываю всё вокруг себя, ничего нет. Только я. Подтягиваю колено к груди и пытаюсь нащупать нож в обуви, его тоже нет. Развязываю шнурки на ботинке, снимаю его и крепко сжимаю в правой руке. Понимаю, это не оружие, но хоть что-то, что дает мне каплю уверенности в том, что я смогу дать отпор.

Глубокий вдох и пронзительно громкий крик. Как мне казалось, это должен был быть настолько громкий крик, что птицы повзлетают с деревьев на другом конце мира. Но из меня вышел только слабый, полуживой хрип. Хватаюсь левой рукой за горло, и слезы боли выступают на глазах. Чёрт! Меня же душили.

Рваное дыхание сотрясает меня. Паника начинает накрывать с головой. Замахиваюсь и бью рукой в крышку багажника. Начинаю пинаться ногами и бить руками, от этого дыхание становится ещё более частым. Мне страшно. Кислород заканчивается. Я ненавижу в этом признаваться, но мне действительно страшно.

Я даже не поняла, что машина остановилась. Это стало очевидным, когда меня резко ослепил яркий солнечный свет. Быстро сажусь в багажнике и пытаюсь проморгаться. Передо мной высокая фигура мужчины. Сначала я подумала, что это Тони Аллен, но как только зрение начало работать нормально, я увидела перед собой высокого брюнета, который смотрел вокруг себя, но только не на меня.

Встаю на корточки, резко выпрямляюсь и бросаюсь на него. Замахиваюсь ботинком, но это всё зря, потому что мужчина ловит меня на лету и заламывает мою правую руку, так что ботинок летит на землю.

Открываю рот, чтобы закричать, но вторая рука захватчика резко закрывает мне его. И я тут же вдыхаю запах кожи, в этом вина его чёрных перчаток. Он что, профессиональный убийца? Кто носит такие перчатки? Да никто.

– Если ты сейчас замолчишь и успокоишься, то я позволю тебе ехать в машине. Если нет, то я вырублю тебя и отправлю обратно в багажник. – его голос настолько тих и спокоен, что от этого становится ещё страшнее. Зачем я ему? Кто он? Где я?

Так, мне нужно подумать.

Мысли хаотично прыгают от одной идеи к другой. Но самое важное то, что ни одну из них я не воплощу в жизнь, если останусь в багажнике. Утвердительно киваю головой, и брюнет тут же отпускает меня. Делаю шаг от него и оборачиваюсь.

– Кто ты такой? – хрипло спрашиваю я и тут же хватаюсь рукой за больное горло.

– Обувайся. – говорит он и в ожидании смотрит на меня.

Не могу отвести от него взгляд. Я однозначно вижу его первый раз в жизни. Высокий, примерно на голову выше меня, темные короткие волосы, небольшая щетина и жуткие голубые глаза, которые смотрят сквозь меня. Наклоняюсь вниз и надеваю ботинок, тут же понимаю, что на мне до сих пор огромная куртка, которую мне любезно дал водитель пикапа. Выпрямляюсь и бросаю взгляд в багажник.

– Если ты потеряла свой нож, то он у меня.

– Он мне нужен.

– Садись в машину.

Без споров обхожу автомобиль и открываю заднюю дверцу, но меня останавливает суровый голос:

– Вперед.

– Тут мне будет спокойней.

– Вперед.

Считаю, что спор мне сейчас не поможет и сажусь на пассажирское сиденье, по правую руку от жуткого водителя.

Брюнет садится за руль и запирает все дверцы одним нажатием кнопки на приборной панели, в следующую секунду машина плавно двигается с места.

Только сейчас понимаю, что мы находимся далеко от города, длинное извилистое шоссе уносит меня в неизвестном направлении. Бросаю несколько беглых взглядов на водителя. Он невозмутим. Я предполагаю, у него всегда такое лицо, и не важно, что именно он делает: ест пиццу или же сворачивает кому-то шею (в этих самых перчатках).

Не выдерживаю и спрашиваю:

– Ты кто?

В ответ тишина. Ясно, возможно мне лучше не знать, кто он такой. Но ведь по классике жанра, если я видела его лицо, то я уже считай труп. Твою мать!

– Куда мы едем? – очередная попытка.

Тишина.

– Где мы сейчас?

Молчание.

Бросаю эту затею, снова упираюсь взглядом в окно. Думаю, как мне сбежать от него. Я могу быстро нажать на кнопку, которая отопрет двери, следом тут же открыть пассажирскую дверцу и выпрыгнуть. Но даже если я себе не переломаю ноги при падении, то бежать некуда. На мили вокруг только поля и всего одна дорога. Мне даже до леса не добежать, я уверена, он поймает меня и снова бросит в багажник. Не могу опять погрузиться в замкнутую темноту. Запускаю руки в карманы и нащупываю маленький бумажный прямоугольник. Это номер телефона водителя пикапа. Он говорил, что его сын работает в правоохранительных органах. Значит, мне нужен телефон. Бросаю осторожный взгляд на брюнета за рулем и решаюсь задать ещё один вопрос:

– Долго ещё ехать?

Тишина. Кто бы сомневался.

– Я хочу в туалет. – и это не ложь.

Машина резко съезжает на обочину и тормозит. Брюнет нажимает на кнопку, и по салону разносится звук щелчка. Теперь я могу открыть дверь.

– У тебя минута. – говорит он, по-прежнему смотря в лобовое стекло.

Быстро покидаю автомобиль и обхожу машину. Бросаю взгляд в салон и ловлю холодный взгляд голубых глаз, которые смотрят на меня через зеркало заднего вида. Откидываю стеснение и делаю свои дела. Боже! Какое это облегчение.

Как только я выпрямляюсь в полный рост и застегиваю ширинку на джинсах, то вижу, как с противоположной стороны мчится ярко-желтая машина. Это шанс. Всё, либо ничего. Повторяю трюк из леса, откидываю осторожность и выхожу на середину дороги. Начинаю размахивать руками и бросаю беглый взгляд на черный седан, из которого только что выбралась. Сердцебиение набирает обороты, а нервы натягиваются так, что ладони покрываются липким потом, несмотря на то, что на улице достаточно прохладно.

Визг шин разносится по округе, и вот желтый автомобиль тормозит немного позади меня. Одновременно слышу, как хлопнули водительские дверцы в обеих машинах. Нет уж! Я не вернусь к этому Киллеру. Быстрым шагом иду к желтой машине, но тут же замираю на месте.

Какого хрена?!

Тони Аллен идет в мою сторону и растягивает губы в тошнотворно милой улыбке. Как он оказался здесь? Это не может быть совпадением.

– Знаешь, – говорит он, и улыбка тут же покидает его лицо. – Ты доставила мне уйму проблем.

Я начинаю пятиться назад. Почему-то моё подсознание решило, что с брюнетом я в большей безопасности, чем с блондином. Тони бросает взгляд мне за спину и недовольно поджимает губы. От этого моя уверенность в правильном решении только возрастает. Шаг за шагом и я упираюсь спиной в тело водителя. Его руки в черных перчатках ложатся мне на плечи, и он разворачивает меня лицом к себе. Он по-прежнему беспристрастен, но, кажется, его взгляд стал чуточку суровее, если это вообще возможно:

– В машину. Живо.

Молча обхожу его и бегу в машину. Сажусь на пассажирское сиденье и оборачиваюсь назад. Двое молодых мужчин, просто стоят и смотрят друг на друга. Они знакомы. Однозначно. Но вот кто они? Друзья? Враги? От обилия новых вопросов у меня начинает болеть голова. Бросаю взгляд на приборную панель. Ключи в машине. Он не забрал ключи.

Не раздумывая, перебираюсь на водительское место. Секунда, и черный автомобиль с ревом срывается с места. Разворачиваюсь и слышу, как галька на окраине дороги разлетается в стороны. Еду в обратную сторону, туда, откуда мы двигались ранее. Бросаю взгляд в зеркало заднего вида и вижу, как Тони бежит к машине, а брюнет неподвижно стоит на середине дороги и просто смотрит мне вслед.

Адреналин бежит по венам, и я давлю педаль в пол. Скорость немного приводит меня в чувство. Я понимаю, что как только один из них поймает меня, то свернет мне шею. Вздрагиваю от звука рингтона. Оборачиваюсь назад и вижу на сиденье свою сумку. Что она здесь делает? Я же выронила её в мотеле. Одной рукой держу руль, второй дотягиваюсь до сумки и перетаскиваю ее на водительское сиденье. Достаю телефон и вижу, что номер не определен. Секунду думаю и всё же беру трубку.

– Да. – на выдохе говорю я.

– Останови машину. – холодный голос брюнета, заставляет меня поёжиться.

– Нет. Откуда у тебя вообще мой номер? – на языке вертятся ещё как минимум десяток вопросов, но я знаю, он не ответит, а я только больше загоню себя в паническое состояние. А мне нужна трезвая голова.

– Это не важно. Важно то, что как только Тони поймает тебя, ты – труп.

– А ты?

– Я не пытался тебя убить. – секунда тишины. – Разворачивай машину.

Да, он не пытался меня убить, но и не сказал, что не собирается этого делать в будущем.

Бросаю трубку и сжимаю руль двумя руками. Если я сейчас перевернусь, то это будет самая глупая смерть. Постоянно поглядываю в зеркало, но так и не вижу желтый автомобиль. Может он солгал, и Тони вообще не преследует меня. Боже, куда я вляпалась? Что вообще происходит?

Доезжаю до города и бросаю машину на первой же попавшейся заправке. Дохожу до остановки, и сажусь в автобус. Люди поглядывают на меня, я достаю из сумки небольшое зеркало. Ого! Я похожа на бомжа. Лицо грязное, но уже не разобрать кровь это или грязь. Волосы в полнейшем раздрае. Но самое страшное – это мои глаза. Бешеный взгляд выдает меня с головой.

Начинаю размышлять. В полицию мне нельзя, первая попытка провалилась. Они, кто бы ОНИ не были, достали меня оттуда в течении часа. Почему не убили? Ничего не понимаю.

Достаю телефон и звоню Джереми, до меня снова доносится его голос на автоответчике. Скидываю и набираю Винса, он берет трубку после первого гудка:

– Рейчел? Какого хрена происходит? Ты где? – слишком взволнованно говорит Винс.

– Я в автобусе. Где Джереми?