Текст книги ""Фантастика 2026-118". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юлия Зубарева

Соавторы: Мери Ли
сообщить о нарушении

Текущая страница: 260 (всего у книги 297 страниц)

Глава девятнадцатая

Кладбище рядом с девяткой стало таким большим, что скоро на этом клочке земли не останется свободного места.

Большое количество захоронений показывает, что девятка в упадке. Свежие бугры влажной земли не дают забыть минувшие дни ни на мгновение.

Прощаться с любимыми, родными, знакомыми… всегда больно. Но, если не собрать волю в кулак и не суметь попрощаться, то дальнейшее существование оставшихся с трудом можно будет назвать жизнью.

Сегодня здесь собралось очень много людей. В битве за остров и с заключенными погибло непозволительное количество жителей и защитников девятки. Но база всё же осталась на плаву. Как и её предводитель.

Сегодня Закари уже связался с островом и поговорил с Робином. Там всё относительно тихо. Пленные и дубликаты стали более доверчивыми. Детей разбудили, и главная задача Робина достать для них всё необходимое. Закари благодарен отцу, что тот когда-то обзавелся таким другом как Робин.

Сегодня вечером Зейн уезжает на восьмерку. Закари сообщил ему об этом за час до общей панихиды. Братьям удалось поговорить. Алекс была права, если бы этот диалог состоялся несколько лет назад, то многих неурядиц удалось бы избежать. Зейн рад покинуть девятку, он, как и старший брат, понимает, что здесь он всегда будет на вторых ролях. Зейну пора научиться брать ответственность за себя и свои поступки. Закари дает ему эту возможность, как и свою безоговорочную поддержку.

С завтрашнего дня жители девятки начнут отстраивать ворота и снова возводить новые дома. Из старых построек остались только церковь и дом Келлера. Всё остальное было уничтожено.

Их жизнь не закончилась, она продолжается.

Скрепя сердце и роняя слезы, выжившие продолжают бороться за своё существование на планете Земля. Несмотря на то, что человек больше не является главным хищником, всё же он способен дать отпор новому виду.

Комья земли громко падают на крышки гробов, Алекс стоит перед могилой, которую закопали до этого. Она смотрит на холм и с ужасом понимает, что её волка уже начали пожирать черви. Ему, в отличие от людей, гроба не досталось, только место на этом кладбище. Против воли Алекс думает о том, что она не смогла попрощаться с мамой, с Джери, с Волком. У неё словно на линии судьбы написано терять всех неожиданно и безвозвратно.

Молодой священник – тот, что был на свадьбе Нео, читает общую панихиду, переходя от одной могилы к другой.

Плач и скорбь.

Слезы и прощания.

Люди ведут себя по-разному, кто-то тихо и практически безмолвно прощается с ушедшими, другие же, наоборот, рыдают навзрыд и бросаются к могилам. Каждый скорбит так, как умеет. Это не та ситуация, когда есть возможность удержать лицо и не скатиться в истерику. Алекс была бы рада разрыдаться, но не может. Она стоит перед могилой Волка, мысленно просит у него прощения и обещает, что никогда не позабудет лучшего из друзей, что у нее когда-либо были.

Нео берет Мэйси под руку и уводит в сторону, ему скоро выходить на дежурство, он не хочет оставлять молодую жену там, где нет места улыбкам или тихому смеху. Задача Нео и пятерых юнцов – обеспечить тюрьму необходимым. Вскоре она снова начнет функционировать. И снова станет местом заточения для сброда. И уже есть первые претенденты на нахождение там. В основном это ученые с острова. Дальше – больше, к сожалению.

– Не верю, что у тебя действительно был волк, – говорит Лари, стоя по левую руку от Алекс.

Она бросает взгляд на Закари, который стоит рядом с братом и смотрит, как очередной гроб опускается под землю.

– Да. Он был моим другом и опорой, – признается Алекс.

– Жаль, что мне не удалось с ним познакомиться.

Алекс кивает словам Лари, она бы тоже хотела познакомить их. Она хочет сказать, что её существование с Волком было в какой-то степени лучшим промежутком её жизни, но оставляет эти мысли при себе. Это будут знать только двое, она и волк.

– Зак сказал, что принял по поводу тебя решение, – говорит Алекс.

– Какое?

Задавая вопрос, Лари вспоминает самый ужасный поступок, который совершил. Он никогда и никому не сможет об этом рассказать и надеется, что Закари Келлер придумал для него действительно суровое и жестокое наказание.

– Три года тюрьмы. Что ты сделал? Почему он…

– Всё нормально. Он должен был убить меня, а оставил в живых, – говорит Лари.

По резкости его слов Алекс понимает, что разговор исчерпан.

– После, ты сможешь жить в любом месте, подконтрольном Закари, – сообщает Алекс.

Лари кивает в ответ. Он надеется не выйти из тюрьмы и сгнить там, может, хоть так он сможет искупить вину за своё выживание.

Панихида продолжается. Постепенно на кладбище становится всё меньше и меньше людей, пока последним царство скорби не покидает молодой священник с охрипшим голосом и слезами в глазах.

Черная страница книги перевернута, теперь перед выжившими белый лист, и только они сами в силах раскрасить его в более яркие краски…

Эпилог

Четыре года спустя.

– Я выгляжу как…

– Как кто? – спрашивает Лекса у сестры и закатывает глаза. – Ты выглядишь как невеста. В день свадьбы так и положено.

– Это да, но…

Алекс крутится перед зеркалом и удивляется тому, что видит. Она уже настолько привыкла к брюкам и позабыла о платьях, что чувствует себя некомфортно. Словно влезла в чужую личину и притворяется кем-то другим. Она знает, что Зак не сбежит из-под венца, даже если она выйдет в своей обычной одежде. Алекс хочет, чтобы сегодня был запоминающийся день, и улыбается отражению, представляя, как у Зака отвалится челюсть, когда он увидит невесту.

– Ведь завтра я не буду столь привлекательной. Не будет этого макияжа. Платья. Все это выглядит как обман, – шепчет Алекс больше себе, чем присутствующим.

– Это нервы, – говорит Мэйси поглаживая огромный живот. – Я знаю.

Алекс бросает взгляд на дверь, она не заперта. Брукс зареклась, что больше с дамами, которым рожать со дня на день, в закрытом помещении не останется.

– Есть ещё шампанское? – спрашивает Алекс, прикасаясь ладонями к разгоряченным щекам.

– Прекрати пить, – говорит Ребекка и закидывает в себя новую порцию виски. – Ты выходишь замуж за моего брата, и ты не сделаешь этого в пьяном виде. Я не позволю.

Алекс так и не нашла общего языка с Ребеккой, они словно разговаривают на разных языках и сойтись в чём-то не могут. Но Алекс искренне жаль сестру Зака, она страдает по Рэнли по сей день.

– Она может, – говорит Герда и хищно улыбается. – А Зейн приедет?

– Да, – говорит Ребекка. – И притащит с собой свою копию. Но ты к нему даже не подойдешь.

Герда смотрит на Ребекку как на сумасшедшую и говорит:

– Подойду, и знаешь почему? Клео скучает по своему дяде, она сегодня уже около тридцати раз спросила, приедет он или нет.

Ребекка наливает себе новую порцию виски, Алекс и Лекса переглядываются, они обе думают о том, что Ребекка ни черта не запомнит с сегодняшнего мероприятия.

Приготовления невесты продолжаются, тихие смешки заполняют пространство комнаты, а Алекс начинает нервничать с каждой секундой всё больше и больше.

Зейн стал правителем восьмерки, но он никогда не принимает самостоятельное решение. Всегда советуется с братом. Два года назад он ездил на остров и в итоге познакомился там со своим дубликатом, имя которого Морэ. Дубликат сам его придумал, так как считал, что его окружает море, а не река. В итоге он уехал на материк вместе с Зейном и ещё несколькими людьми. Обучался там и стал другом правителя восьмерки. И по сути, он превратился из дубликата, в правую руку главы базы номер восемь.

Робин по-прежнему главенствует на острове. Лейзенберг руководит учеными. Ему удалось наладить разработку лекарства. Его не так много, но для людей, подконтрольных Закари Келлеру, вполне хватает. Лейзенберг усовершенствовал лекарство, оно больше не делает из людей "непобедимых", но излечивает сложные ранения и болезни.

Основная часть дубликатов и пленных перебрались на восьмерку и девятку. Некоторые решили уйти в мир. Держать их никто не стал, ведь они свободны.

В дверь дома Закари Келлера стучат, и тут же внутрь заглядывает Фиби.

– Алекс, пора.

Алекс в последний раз бросает взгляд на свое отражение. Длинное белое платье облегает ее до середины бедра. Тонкие бретельки, высокие каблуки, легкий, но аккуратный макияж, алые губы. Цвет помады отправляет Алекс в воспоминания о том, как Зак очень давно реагировал на этот цвет. Волосы отросли. Прическа изображает собой элегантный пучок, с парой выбившихся прядей у лица.

Она оборачивается в сторону двери, Лекса тут же сует ей в руки букет из ромашек, ещё одно напоминание о Заке. Порой Алекс думает, что он везде. В каждой мелочи, что её окружает. В каждом вдохе и выдохе. В каждом ударе сердца.

Алекс ловит себя на том, что нервничает. Да так сильно, что даже толпа зараженных не наводила на неё столь нервозного ощущения.

Но она счастлива.

Все эти четыре года Алекс всегда была рядом с Заком. Он даже советовался с ней в некоторых вопросах, касающихся города. Он даже не догадывается, насколько это было для неё ценно и важно.

Выйдя из дома, Алекс полностью отдается эмоциям, которые будоражат кровь.

У входа её ждет Лари, друг подставляет Алекс руку, и она элегантно опускает пальцы на сгиб его локтя.

– Ты выглядишь сногсшибательно, – говорит он и улыбается.

– Спасибо, – произносит Алекс, и они начинают движение по зеленой дорожке в сторону собравшихся гостей.

Если оглянуться, то можно решить, что вся девятка собралась на празднике. Много людей, детей.

Закари стоит у алтаря. Вокруг него построена цветочная арка. Он не сводит взгляда с Алекс, подмечает, что, чем ближе она к нему подходит, тем сильнее колотится её сердце, а щеки алеют. Ещё немного, и цвет щёк затмит собой алую помаду, которую он сотрёт поцелуями, как только представится возможность.

Эта свадьба произошла бы уже давно, но Алекс ждала, когда Лари получит свободу. Для неё было важным, чтобы единственный друг из её прошлой жизни повел её к алтарю.

Алекс и Лари останавливаются возле Зака, Лари передает руку Алекс жениху и отступает на шаг, становится рядом с Нео. Все присутствующие хотели бы, чтобы и Рэнли был здесь… но его место пустует.

Священник начинает говорить, но Алекс не слышит его, она во все глаза смотрит на Зака. Он безупречно прекрасен в черном смокинге и белой рубашке.

Алекс вспоминает, как увидела его впервые, тогда она пыталась запрыгнуть на Зака со спины и, наверное, отнять оружие. На что она надеялась тогда? Ни на что.

Перед глазами проносятся воспоминания жизни, которую они прошли вместе. Эти несколько лет были наполнены совершенно разными эмоциями. Они преодолели многое, и она знает, что дальше всё будет только лучше.

Алекс словно в сказке.

– Я буду оберегать тебя. Любить и считаться с твоим мнением, – шепчет Закари, пока священник продолжает зачитывать библию.

Взгляд Зака прямой и уверенный, а голос желанный и властный.

– И я буду любить тебя. Даже после смерти.

Они обмениваются кольцами и заключают брак поцелуем.

Этот день был один из самых счастливых в жизни Алекс и Зака. Но никто не знает, насколько они были счастливы после. О таком не пишут в книгах, не снимают фильмов, ведь это можно только прочувствовать на своей коже, на кончиках пальцев и в самом сердце.

Эпилог 2

Алекс и Закари стали родителями, через год после свадьбы. Алекс родила здорового мальчика, слишком шумного и взбалмошного. Закари всегда говорит, что их сын копия своей мамы, характер так один в один. От отца мальчик унаследовал голубые глаза и обаятельную улыбку Келлеров.

Алекс, Закари и их сын – Марсель живут в доме, построенном отцом Зака.

Соседний с ними дом занимает Герда, её муж Уилл и Клео. Большую часть времени Клео находится в доме отца, она любит проводить время с Марселем.

Ребекка так и не встретила мужчину, который смог бы стереть из её памяти Рэнли. На виду у всех она обычная, веселая, а порой и невыносимая девушка, а наедине с собой – одинокая и несчастная.

Зейн продолжает править на восьмерке, сейчас он достаточно осознал всю тяжесть ответственности главы базы и уже принимает решения самостоятельно, но это касается только его базы. В более глобальных вопросах он по-прежнему советуется с Закари и Робином. В одну из поездок Зейн был тяжело ранен, после того как его доставили на восьмерку, к нему приставили медсестру, которая не отходила от него месяц, пока он восстанавливался. Зейн называл её ангелом. Через три месяца она стала его женой. У них будет три ребенка, все девочки.

Лекса живет в периметре девятки, она счастлива и воспитывает сына. Доминик стал очень похожим на своего отца. За все эти годы за Лексой ухаживали несколько мужчин, она принимала ухаживания, но отношения каждый раз останавливались, не дойдя до интимной близости. Насилие над ней оставило свой след.

Семья Нео и Мэйси выросла на двоих человек. Дочь Милена, и сын Деймон. Нео продолжает быть правой рукой Закари Келлера и его лучшим другом.

Лари не нашел для себя места на девятке, в итоге он стал работать в тюрьме, которая носит гордое имя – Падение. Сначала он был надзирателем, но в итоге стал главой тюремной администрации. До конца своих дней он стоит на страже порядка и законов, установленных тремя правителями – Закари, Зейном и Робином.

Все они открыли новую эпоху.

Эпоху тумана.

И только спустя десять лет стала известна причина появление тумана.

Никто не мог подозревать, что человечество падет из-за деревьев.

Но именно так и произошло.

Через десять лет с момента прихода тумана, люди Робина наткнулись на странный сигнал по радиовещанию. Им удалось выследить место, где люди просили помощи. Они нашли их, и одним среди восьми спасенных оказался научный работник одного из когда-то влиятельных ведомств по охране окружающей среды.

Он-то и рассказал, что люди сами себя погубили.

За неделю до появления тумана, группа людей из сорока восьми человек направилась вдоль Флориды, дальнейших их путь должен был простираться к Мексике. Эта команда была собрана, чтобы истребить опасные деревья. Самое ядовитое, что придумала природа – манцинелловое дерево. В переводе с испанского его название означает – маленькое яблоко смерти. Но не сами плоды столь губительны для мира, а древесина, которую нельзя жечь или рубить. Огромная роща, через которую не пройти, не покалечив себя, простиралась на километры. Группа этих людей должна была выкорчевать опасный лес, но как утверждает научный работник, из-за одного человека, из-за его неосмотрительности рухнула цивилизация. Роща, которую охраняли, загорелась, и ядовитый дым стал распространяться вокруг. Те деревья, которые не сгорели, стали вырабатывать фермент, который и стали в итоге величать Т001.

Пожар потушить не удалось, потому что все, кто был на километры вокруг, погибли ужасной смертью. Их кожа слезала с плоти, а плоть с костей.

Люди возомнили себя венцами природы, и она их чуть не истребила в ответ.

Проводя научные эксперименты Лейзенберг вынес вердикт, что туман не развеется ни при их жизни, ни при жизни их детей. Произойдет ли это когда-нибудь, так и осталось загадкой.

Эпилог 3

Пятнадцать лет спустя…

Отодвигая ветки от лица, мужчина продолжает пробираться по густому лесу. Позади него ещё восемь человек его отряда.

Мужчина продвигается вперед и прислушивается к звукам возни впереди. Его команда уже три недели выискивает эту группу зараженных. Но они словно чувствуют, что по их следу идет охотник, который посвятил свою жизнь кредо убийцы чудовищ.

Тихий свист слева заставляет мужчину обернуться, взгляд его зеленых глаз моментально находит человека среди деревьев. Тату открытой пасти волка, как и обычно, скалится на его шее, светлые волосы острижены короче, чем он раньше позволял себе.

Мужчина с тату кивает, и его отряд врывается на поляну, схватка оказывается суровой, Одинокий Волк – так стали называть предводителя охотников после ухода в леса – садится на поваленное дерево и достаёт из ноги осколок дерева, вонзившийся в нее. Он не переживает о том, что может подцепить какое-то заражение или же истечь кровью. Это невозможно, как и многое другое в его жизни.

Волк уплывает мыслями в день, когда сделал выбор против самого себя. Он оказался слабаком и так не смог сделать то, что собирался.

Он сделал выбор против себя и очутился в аду. Он весь горел, ему было настолько больно, что его не могли удержать никакие ремни.

Тогда он изменился.

Он больше не смог жить с дорогими ему людьми. Он стал очень агрессивен. На всех и вся. Его злость стала переходить границы разумного, когда он сцепился с одним из охраны периметра. Тогда будущий Одинокий Волк чуть не забил парня до смерти.

Он нашел, как выпускать демона, живущего в нём, на свободу и приносить при этом благо тем, кто не просил его об этом.

За эти пятнадцать лет об Одиноком Волке узнали многие. Можно сказать, что о нем стали слагать легенды. Прозвище появилось из-за реалистичной и устрашающей татуировки на его шее. Прежде чем покинуть близких, он попросил одну особую девушку нанести рисунок на его тело. Эта метка – дань уважения и признательности животному.

– Волк?

Мужчина выныривает из своих мыслей и смотрит на Адама, одного из тех, кто в итоге примкнул к его небольшому отряду.

– Что?

– Мы тут кое-что нашли. А точнее, кое-кого.

Волк поднимается с поваленного дерева и направляется в противоположную сторону леса. С каждым шагом инстинкты охотника оживают, и мужчина с трудом сдерживает себя, чтобы не перейти на бег.

Пройдя около сотни метров, Волк видит картину. Трэвис, ещё один из его команды, держит под руки брыкающуюся рыжеволосую девушку. Она сыплет на Трэвиса отборными ругательствами, но стоит ей заметить главаря, она успокаивается. Опускает взгляд на его шею и вскидывает зеленые глаза.

– Волк, тебя-то я и искала, – говорит рыжая мелодичным голосом и посылает охотнику милую улыбку.

Впервые со дня введения вакцины Волк ощущает интерес к противоположному полу. Даже та, которой он дорожил долгие годы, не смогла обратить на себя внимание зверя, который заменил нутро мужчины.

– Зачем? – спрашивает Волк.

– У меня для тебя работа, – говорит рыжая и изворачивается так, что Трэвис присвистнув смотрит на свои пустые руки.

Волк не замечает, что его губы складываются в улыбку хищника.

Но это уже совсем другая история, о которой мы никогда не узнаем.

Мери Ли
Холод

1. Голубоглазый блондин

Рейчел.

Глубокая ночь.

Жуткий темный лес.

Луна спряталась за тяжелыми чёрными тучами, и я с трудом могу различить очертания деревьев, но адреналин выполняет свою задачу на сто пять процентов.

Шаг, второй.

Вдох, выдох.

Я бегу настолько быстро, что уже не чувствую ног. Они на автомате передвигаются, хотя я даже не успеваю подумаю об этом. Мои мысли совсем в другом месте, а точнее, в дешевом мотеле на краю города. То, что я там увидела – не поддается никакому объяснению. Мне не могло померещиться. Нет, мне не показалось! Если бы это был обман зрения, то сейчас за мной бы не гнался "он".

Я же не сумасшедшая…

Надеюсь, что нет.

Хотя…

Лёгкие плавятся, словно их облили жидким оловом. Ну же, Рейчел! Давай! Ты можешь! Беги! Беги! Кажется, я слышу за спиной звуки шагов. Чёрт! Или мне это только почудилось? В голове всё смешалось. И сейчас я не в состоянии понять, что именно нужно принимать на веру.

Шаг, ещё один. Всё! Больше не могу. Останавливаюсь у огромного дерева и приваливаюсь к нему спиной. Начинаю сползать вниз по стволу, но заставляю себя оставаться в вертикальном положении. Если я сейчас позволю себе сесть, то не уверена, что потом смогу встать. Сгибаюсь пополам, упираюсь ладонями в колени и пытаюсь отдышаться. Так проходят секунды, но облегчения в теле я не чувствую, только понимаю, что ноги начали нещадно болеть. Зря я остановилась.

Хруст…

Резко выпрямляюсь и упираюсь затылком в ствол дерева. Зажимаю рот ладонью и вслушиваюсь, но бешеный стук сердца не дает мне сосредоточиться на звуках вокруг себя. Обвожу взглядом лес и ни черта не вижу. Но тут замечаю плывущий свет между деревьями, он стремительно несется с правой стороны и убегает налево. Отлично, значит шоссе уже близко. Осталось только добраться до него и тормознуть первую попавшуюся машину.

Хруст…

Это мне точно не показалось. Я здесь не одна. Кто-то все-таки преследовал меня. Теперь я точно уверена, то, что я увидела – это не плод моего воображения. Жесть! Куда я вляпалась? Меня там вообще не должно было быть.

Зачем я остановилась? Уже была бы у дороги, а, возможно, сидела бы в теплом салоне автомобиля и уезжала как можно дальше от этого места.

Хруст…

О, боже. Он рядом. Стоит за этим самым деревом. "Он", "оно", я не знаю, что именно охотится за моей спиной. Но сомневаюсь, что это человек. Мне нужно попасть в полицию. Они помогут. Опускаю взгляд вниз и различаю очертания ветки, она размером с мою руку. Медленно опускаюсь вниз и бесшумно беру её.

Хруст…

Поднимаю ветку вверх, и сжимаю так сильно, словно от этого зависит моя жизнь. Скорее всего, так оно и есть.

Каждая мышца в теле напряжена до предела. Адреналин и страх смешались в термоядерный коктейль. Сжимаю ветку ещё сильнее и… передо мной появляется высокая, черная фигура – это мужчина. Замахиваюсь веткой и со всей силы бью ему по голове. Но мужчина не упал без сознания, как я надеялась. От удара, в который я вложила все свои силы, его голова просто слегка отклонилась в сторону. Замахиваюсь ещё раз, но противник с лёгкостью выбивает палку у меня из рук.

Не дожидаюсь его дальнейших действий, отталкиваюсь от дерева и бегу в сторону шоссе. Шаги за спиной. Они ближе и ближе. Шуршание опавшей листвы всё громче и громче. Он больше не скрывается, а смысл? Я видела его. Я видела, что он сделал. Провожаю взглядом очередную машину, что быстро проезжает мимо, примерно в одной десятой мили от меня.

Толчок в спину, и я лечу на землю. От столь мощного удара весь воздух выбивает из легких. На короткий промежуток времени я оказываюсь дезориентирована. Чувствую, как на ноги в районе бедер давит вес его рук. Он держит меня и не дает даже отползти. Сколько в нём силы?

– Да успокойся ты. – зловеще шипит мужчина.

– Отпусти меня. – говоря это, я не была уверена, что он послушает. Точнее, я была уверена, что он этого не сделает. Но, как только я поняла, что меня больше не держат, тут же начала подниматься на ноги.

Снова тишина. Слышно, только моё в конец сбившиеся дыхание. Я быстро встаю, и очередная машина, что проезжает мимо, освещает лицо… того существа, от которого я бежала. Снова срываюсь с места, но не успеваю сделать и десятка шагов, как меня снова валят на землю. Теперь поверх меня находится тело, которое явно весит больше двухсот фунтов.

– Я хотел по-хорошему. – шипит он мне в шею.

Оттягивает мои волосы назад, а после резко втыкает лицом в землю. Если бы не куча пожелтевшей листвы, то он точно разбил бы мне нос. Перехватываю его руку и тяну её к своему лицу, слышу треск моих волос и чувствую, как слезы боли собираются на глазах. Как только его рука появляется в поле моего зрения, я, не раздумывая, кусаю его за запястье. Сжимаю челюсти со всей силы и мой рот наполняется металлическим тошнотворным привкусом.

– Сука! – кричит он и выдергивает руку из моего захвата.

Эта заминка дает мне время скинуть его с себя. Тянусь к ботинку, но тут же получаю звонкий удар по лицу. От этого я снова падаю на землю и начинаю скулить.

– Дрянь! Я же хотел обойтись малой кровью.

Очередные фары освещают молодого, высокого блондина с кристально чистыми голубыми глазами. Его лицо – это олицетворение злости и презрения. Я ощущаю, как холод начинает пробираться под одежду и заполнять каждую частичку моего тела.

Машина уезжает, и я снова ничего не вижу, но чувствую, как в одно мгновение его руки появляются на моей шее и сжимают её. Он хочет меня убить! Воздух перестает поступать в легкие. Одной рукой хватаюсь за его руку, а второй тянусь к ботинку. Я не умру! Не сегодня! Не в поганом лесу на отшибе города! Чувствую, как организм пытается использовать остатки кислорода, тело уже начинает дрожать, но я наконец-то дотягиваюсь до ботинка и достаю маленький складной нож. Жизнь научила меня быть готовой к любому дерьму.

Нажимаю на кнопку, и лезвие тут же появляется с тихим щелчком. Замахиваюсь и бью в шею, но промахиваюсь и попадаю в плечо.

– Ах ты, мразь! – кричит он и сдавливает мою шею ещё сильнее.

Перед глазами начинают прыгать разноцветные блики. Сейчас я потеряю сознание. Нет, не потеряю! Не могу позволить этому случиться. Прикладываю остатки сил и бью ножом ещё раз. Он достигает цели, и я чувствую, как что-то тёплое течет мне в рукав свитера. Это кровь. Но он продолжает усиливать сжатие пальцев. Мои руки безжизненно падают в траву, нож по-прежнему торчит из шеи противника, а кровь постепенно заливает меня.

Секунда, вторая, и его хватка становится слабее… мужчина падает на меня. Тяжелые, болезненные хрипы вырываются из горла. Сил на большее нет, я прикрываю глаза и пытаюсь собраться. Рейчел, твою мать! Вставай! Нет никакой гарантии, что он один.

Открываю глаза, вяло сталкиваю тело с себя и ложусь на бок. Смотрю на очертания лица мужчины. Боюсь отвести взгляд, кажется, как только я это сделаю, он придет в себя и опять набросится. Второго такого спарринга я не вынесу. Очередной свет фар накрывает нас, и только сейчас я осознаю… я убила его. Я действительно его убила…

Тяжело дыша, поднимаюсь на ноги и стягиваю с себя мокрый свитер. Сухими участками начинаю стирать с себя кровь, но я только размазываю её. Остаюсь в джинсах и черной футболке. Наклоняюсь к мужчине и заставляю себя прикоснуться к его запястью. Пульса нет. Руки начинают дрожать, не задумываясь, вытаскиваю нож из его шеи и снова прячу оружие в ботинок. Выпрямляюсь и иду в сторону шоссе. Через пару часов рассвет, нужно добраться до города. У меня не было выбора, либо я, либо он.

На дороге я уже десять минут, проехали три машины, и ни одна не остановилась. Я даже представить себе не могу, как я сейчас выгляжу. Как оборванка? Как бродяга? Как убийца?

Но тут на дороге появляется старый пикап, я откидываю осторожность и выхожу на середину дороги. Расставляю руки в стороны и начинаю махать ими. Ну же, тормози! Пожалуйста!

Машина тормозит в паре метров от меня, открывается водительская дверь, и тут же из неё появляется пожилой мужчина.

– Ты что, с ума сошла? – кричит он мне и заглядывает обратно в машину, оттуда появляется уже с битой в руках. – Если ты решила ограбить меня, то пожалеешь об этом.

– Нет. – я поднимаю ладони вверх, показывая ему, что я абсолютно безоружна. – Мне нужна помощь. На меня напали. – и тут я начинаю делать то, чего не делала уже больше пятнадцати лет. Я молюсь… о том, чтобы он поверил мне. О том, чтобы увез меня как можно дальше отсюда.

– О, боже! – мужчина только сейчас различает кровь на мне и опускает биту. – Садись в машину. Я отвезу тебя в больницу.

– Мне нужно в полицию.

– Садись!

Я тяжело выдыхаю и иду к пикапу. Мужчина уже находится за рулём, наклоняется в сторону пассажирской дверцы, открывает её, и я сажусь в салон. Внутри машины витает слабый запах сигарет и каких-то трав, почему-то это меня успокаивает, и я откидываюсь на сиденье. Позволяю себе на секунду почувствовать, что я в безопасности.

Пикап трогается с места, а я бросаю последний взгляд на лес. Сердце замирает. Странное движение между деревьев заставляет меня ближе наклониться к окну. На этот раз показалось. Там просто лес. Ничего нет. Никого нет.

– Дочка, что случилось? Как ты оказалась в такое время одна в лесу. – дружелюбным голосом интересуется старик.

– У вас есть телефон? Можно позвонить? – вопросом на вопрос парирую я.

– На заднем сиденье.

– Спасибо. – оборачиваюсь назад и беру черный маленький телефон.

Набираю номер и слушаю нудные гудки, а потом беззаботный голос моего брата: "Привет, это Джереми, можете оставить сообщение, но скорее всего я его никогда не услышу. Покааа."

– Джереми, это Рейчел. Возьми трубку. Это срочно!

Так и не дождавшись ответа сбрасываю звонок и смотрю какое-то время на дорогу. Я убила человека. Как я могу быть такой спокойной? Это шок? Сомневаюсь. Перевожу взгляд на мужчину за рулем и спрашиваю:

– Можно я сделаю ещё один звонок?

– Да, конечно. – он тянется правой рукой назад и достает оттуда огромную куртку цвета хаки. – Надень, ты вся дрожишь.

И только после его слов я замечаю, что мои руки и ноги находятся в каком-то безумном треморе. Беру куртку из его рук и натягиваю её на себя. Набираю ещё один номер и жду ответа:

– Да. – сонный голос парня.

– Винс, это я.

– Рейчел? Какого черта? Ты время вообще видела? – недовольно бормочет он.

– Да. Прости. Джереми не с тобой? – спрашиваю и скрещиваю пальцы на руке, в надежде, что мой нерадивый брат уехал к нему.

– Нет.

– У меня к тебе просьба.

– Слушаю.

– Мне нужно, чтобы ты съездил ко мне на квартиру и проверил там ли Джереми. И моя машина, он уехал на ней. Проверь машину.

– Детка, давай, как только солнце встанет, я первым делом заскочу к тебе.

– Винс, это срочно! – не выдерживаю я и повышаю голос.

– Рейч, Джереми уже большой мальчик, он сам справится.

Его слова злят меня, прикрываю на секунду глаза и говорю:

– Винс?

– Да?

– Пошел ты!

Нажимаю кнопку отбоя и убираю телефон туда, откуда взяла. Через лобовое стекло на меня смотрит город, в котором я прожила всю свою жизнь.

– Рейчел? – осторожно произносит мужчина за рулем.

Я настороженно вскидываю на него взгляд.

– Ты по телефону говорила своё имя. Так куда тебя отвезти? Можем доехать до твоего дома, я только позвоню супруге, чтобы она не волновалась. – слишком дружелюбно говорит водитель. Не думала, что в этом городе ещё остались хорошие люди.

– Нет. Нет. Увезите меня в ближайший полицейский участок. Пожалуйста. – отвечаю и закутываюсь ещё глубже в огромную теплую куртку.

– Хорошо.

Через десять минут старый пикап притормозил у небольшого участка на краю города. Солнце уже раскинуло свои лучи, и сейчас я отчетливо могу разглядеть свои руки. На них бурые разводы засохшей крови.

– Приехали.

Начинаю снимать куртку, но мужчина останавливает меня.

– Нет, оставь себе. – достает из кармана листок и передает мне. – Если нужна будет помощь позвони мне.

Недоумённо смотрю на старика и спрашиваю:

– И всем вы так помогаете? Вы же не знаете меня, а вдруг я – серийный маньяк? Или убийца?

– Серийный маньяк скорее всего не попросил бы меня довезти его до полицейского участка. – он замолкает и сводит широкие, покрытые сединой брови, на переносице. – Если люди будут чуточку добрее, от этого никто не умрет. Кстати, мой сын – капитан полиции, и если вдруг… в общем, можешь позвонить мне.

– Спасибо. – искренне благодарю его я и беру листок.