Текст книги ""Фантастика 2026-118". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юлия Зубарева

Соавторы: Мери Ли
сообщить о нарушении

Текущая страница: 277 (всего у книги 297 страниц)

– Чистая кровь, она же сможет помочь? Она вытащила меня и Серене поможет.

– Прости, но с того света она не в силах вернуть.

И снова боль. И снова скорбь.

Тони молчит и не мигая смотрит на лицо Серены. Берет её ладонь и нежно сжимает безжизненные пальцы. Потом начинает что-то говорить на неизвестном мне языке. Вторую руку кладет ей на живот, и его глаза наполняются влагой, слезы не падают, не стекают по его лицу. Они просто остаются в его глазах. Тони продолжает что-то шептать.

– Что он говорит? – спрашиваю у Рондо.

– Он произносит молитву влюбленного. Желает ей попасть в то место, где они встретятся и воспитают ребенка, который погиб вместе с ней.

Тони замолкает. Наклоняется и целует Серену в губы, потом в лоб. Встает и говорит:

– Идем. Надо чтобы кто-то присмотрел за ней.

– Младшего оставим. – отвечает Рондо.

– Хорошо. – говорит Тони, в его голосе неподдельная боль и восхищение. – Она так хотела исправить то, что мы натворили. – бросает на меня взгляд и продолжает. – И мы сделаем это.

Киваю ему в ответ.

– Времени нет. Бежим. – командует Рондо.

Пробегая лес, я подумала о том, что не прошло и двадцати минут, а погибло три человека. Точнее, убито три человека. Стоило нам присоединиться к остальным, Рондо дал указания младшему брату Кайлу, и тот без лишних разговоров направился в лес. После этого Киллиан связал руки мне, Тони, Рондо и старшему брату Калебу. Надел на нас мешки и повел на станцию. Я услышала стук металлических колес поезда. Слезы прекратили бежать безудержным потоком, но черную дыру в душе так просто не убрать.

Ублюдок Джон мертв.

Добродушная Серена мертва.

Нерожденный малыш тоже мертв.

Кто следующий в списке?

31. Итог

Рейчел.

Всё происходит словно во сне. Я толком не понимаю, что творится вокруг меня. С мешками на головах и с завязанными руками Киллиан довел нас до станции, а там уже началась одна из основных частей спектакля. Моры-охранники стащили с моей головы тряпичный мешок и убедившись, что я та самая личность с листовок, сопроводили нашу компанию в самый последний вагон. Но, прежде чем мы туда попали, нам пришлось пройти по меньшей мере двадцать идентичных помещений, и в каждом из них моё сердце готово было остановиться. Что же мы наделали? Люди больше не принадлежат себе, они всего лишь развлечение и подпитка для новых венцов природы – Моров.

В вагонах расположились люди всех возрастов, начиная от грудных детей, находящихся на руках у матерей, и заканчивая древними стариками, которые и передвигаться-то сами не могут. Практически на каждом из них надет ошейник, который прикован крупной цепью к полу вагона. Стальная цепь безумно тяжела, некоторые пленники согнулись настолько низко, что практически задевают головой пол. Складывается такое ощущение, что их шея сейчас не выдержит, а позвонки просто сломаются. Люди напуганы. Они пребывают в ужасе, ведь понимают, стоит им только сойти с поезда, их жизнь обречена.

Пока нас вели до нашего вагона, пленники склоняли головы и прикрывали глаза. Они хотели стать невидимыми, только бы эти чудовища не заметили их взгляда или даже дыхания.

В моей же голове постоянно крутились две мысли, которые я не могла выкинуть из головы.

Серена мертва.

Я – убийца.

Иду последняя из пленных, позади меня плетется Мор-охранник, который периодически тычет мне в спину автоматом. Делает он это не от того, что я медленно иду, нет, ему просто это нравится. Возвыситься над кем-то, думаю, именно так звучит его девиз на день.

Чтобы не смотреть на пленных, перевожу взгляд на свои связанные веревкой руки, они до сих пор в крови, но это никого не смущает, сейчас другое время и кровью тут никого не удивишь. Но сквозь красные засохшие подтеки я наблюдаю темно-синие тонкие полосы, которые рассекают мои пальцы посередине. На правой руке на среднем и указательном пальцах даже треснула кожа. Настолько сильно я сдавливала удавку на шее Джона.

Рейчел – убийца. И это то, что исправить я уже не смогу.

Очередной толчок в спину. Меня прям подмывает развернуться и разнести лицо Мора в щепки. Но я понимаю, что должна быть покладистой и смирной. Боже! Откуда у меня в голове такие мысли? Когда я успела стать кровожадной? Видимо сегодня. Там. В Лесу.

И так по кругу. Какие бы мысли не появлялись в моей голове, все цепочки событий ведут к одному и тому же.

К лесу.

К смерти Серены.

К убийству Джона.

Тем временем нас ввели в последний вагон, здесь сидит не так много людей. Всего десять человек. Они так же прикованы, как и остальные, но тут я вижу шесть молодых мужчин и четыре крепкие девушки. Им всем не больше сорока. Но они, в отличие от других, не склоняют головы перед Морами, они, наоборот, провожают их нахальными взглядами. Рыжий, что сидит в самом углу, даже улыбнулся. Псих, наверное.

– Сюда. – рычит Мор, который толкал меня в спину всю дорогу.

Усаживаюсь на место рядом с Тони, а напротив нас расположили Рондо и Калеба. Киллиан остался стоять и прожигать нас неприязненным взглядом. Рондо он вообще пнул по ботинку, словно тот грязь под его ногами. Это его роль – высокомерного Мора, схватившего удачу за хвост. Один из охранников начал надевать нам ошейники, а двое других направили дуло автоматов нам в головы. Сижу у прохода и наслаждаюсь последними моментами без "ожерелья". Но Мор быстро это исправляет, надевает металлическое кольцо мне на шею и защелкивает его. Резко отпускает цепь, она звякает, падая на пол, и сильно дергает мою шею вниз. Моров это веселит, они отпускают шутки по поводу того, что в их коллекцию добавились новые шавки. Главный шутник отступает от нас и говорит:

– Итак, шавки, мой вам совет, не пытайтесь сбежать из поезда, вас тут же убьет энергией, которая защищает его. Так же советую вам молчать и не раздражать мой слух, своими мерзкими голосами. Если уж приспичит по нужде, то терпите до последнего, а потом можете позвать меня. Всё понятно?

Я молча киваю, остальные же из моей компании просто смотрят на говорившего Мора. Ну же, идиоты, мы должны доиграть всё до конца, и остаться в живых хотя бы до смерти Тобиаса.

Но наш подставной Мор Киллиан спасает парней и говорит:

– А это кто такие? – спрашивает он и указывает рукой на дальний угол вагона, туда, где сидят остальные пленники.

– А, это? То же самое отребье, что и все на этом проклятом поезде. Просто они из ополчения. Слышал про такое? Они типа работают с Бенджамином Алленом, с папашей вот этого сосунка. – отвечает Мор и указывает автоматом на Тони. – Этот вагон мы оставляем для тех, кто особо насолил Новому Императору и привозим их к нему. А там он смотрит: кого-то отправляет на "фермы", кого-то пытает, кого-то сразу казнит. В общем, он решает сам, как с ними поступить. Но за каждого пойманного такого, он дает нам право переселиться в новый город, любой на выбор.

– И куда переселишься ты? – поддерживает разговор Киллиан.

– Глупый вопрос. В Мор 23, конечно. Это жемчужина Новой Империи. – блеклый кивает головой в сторону выхода из вагона и говорит. – Идем, пусть сидят тут. Им всё равно никуда не деться.

Киллиан улыбается самой мерзопакостной улыбкой и отрицательно качает головой.

– Ну уж нет. Такой куш я не оставлю без присмотра ни на минуту.

– Ясно. – говорит Мор с львиной долей зависти. – Идемте, парни.

Не успевают они покинуть вагон, как поезд страгивается с места. Ну вот, путешествие началось.

Тихий стук колес и мерное укачивание должны бы клонить в сон. Но ничего подобного не происходит. В голове снова и снова проносится картина в лесу. Это навсегда останется в моей памяти черным пятном, которое невозможно вывести. Как я смогу сказать Шерри и Джереми, что убила человека? Боже. Нет, Рейчел, прекращай об этом думать. Сначала надо выжить, а то вдруг… и рассказывать не придется. Бросаю взгляд на Киллиана, он сидит на небольшом отдалении от нас и смотрит строго перед собой. Он единственный, кто не прикован, и это дает хоть малейшее чувство защищенности. Перевожу взгляд на Рондо и Старшего, они тоже молча сидят и смотрят на Тони. Бросаю взгляд на Аллена младшего. По нему и не скажешь, что он только что потерял любимую девушку.

– Тони. – тихо говорю я, сама не понимая, что хочу до него донести.

– Что тебе?

– Мне жаль. – как бы я его не ненавидела, я понимаю боль, которую он испытывает. Даже если Аллен не показывает этого, я знаю, ему чертовски плохо.

Тони прикрывает глаза и говорит:

– Мы встретимся.

– С кем?

– С Сереной и нашим малышом. Они будут ждать меня на той стороне.

Он что поехал головой? Этого только не хватало. Но следующие его слова ставят меня в ступор.

– Понимаешь, мы не люди и у нас другая вера. Совершенно другое понимание того, что происходит после нашей смерти. Я успел произнести молитву, которая доставит Серену в Святую Нишу, и там она будет ждать меня.

– Но она человек. – с болью в голосе говорю я.

– Это не имеет значения. – он начинает злиться. – Это не имеет никакого чертова значения! Она будет там! Ждать меня! Поняла?

Я решаю не лезть ему под кожу, несмотря на то, что, мягко говоря, я недолюбливаю его, такого никому не пожелаю. Но, кажется, он успокаивается и говорит настолько тихо, что мне приходится наклониться к нему, чтобы разобрать слова.

– Как это у вас называется? Карма? Я отнял у тебя нерожденного ребенка и убил ту девушку в мотеле "Моя Рози", она ведь тоже была кому-то дочерью, сестрой, возлюбленной. И теперь кто-то свыше, ваш Бог или наши, но кто-то покарал меня за мои деяния. Я бы хотел скорбеть так, как это делают люди, но я не знаю как. – поворачивается ко мне и смотрит прямо в глаза. – Рейчел, мне очень жаль, что по моей глупости ты потеряла ребенка. Сейчас… мне искренне жаль. И я не прошу прощения… просто знай, что если бы я мог что-то изменить, то изменил бы.

– Но ты не можешь.

– Не могу. Я просто пытался доказать отцу, что я могу быть тем сыном, каким он хотел меня видеть. В тот день, когда я похитил тебя с кладбища, отец выгнал меня из кабинета, как последнего слугу. Он и Адам всегда были на одной волне, даже когда ненавидели друг друга, они думали в одном направлении и всегда могли исправить свои ошибки, не прибегая к помощи других. Я же… Да что я. Я просто приносил отцу новые проблемы, часто подрывал его авторитет и делал ужасные вещи. И только сегодня я понял, как ошибался.

Тони замолкает и опускает голову вниз. Протягиваю окровавленную руку к нему, беру его ладонь и слегка сжимаю пальцы, начинаю говорить так же тихо, как это делал он:

– Просто чувствуй, вспоминай о Серене самое лучшее и надейся, что она попадет в мир, которого она заслужила. Плачь. Кричи. Освободи свои эмоции. Так скорбят люди.

Но он молчит. Склоняет голову ещё ниже и до боли сжимает мои пальцы в ответ. Больше мы не говорим. Так проходит около минуты. А потом я наблюдаю, как капли его слез падают на грязный пол вагона и разлетаются вдребезги. Так скорбит Тони. Молча, сожалея о своих деяниях.

Несколько часов проходят в тишине. Но потом голос парня с шикарной рыжей шевелюрой из дальних рядов заставляет всех нас обернуться.

– Ты Рейчел?

Киллиан молча кивает мне головой, и я говорю:

– Да.

– Отлично. – произносит парень, снова откидывается на спинку кресла и перебирает в руках цепь.

– Что происходит? – спрашиваю я у Рондо.

Тот в свою очередь изгибает губы в ленивой улыбке и произносит:

– Это действительно люди Бенджамина. Не думаешь же ты, что он отправит в Мор 23 кучку необученных сопляков? Если бы вас не было в видении Лорел, то здесь вас тоже не было бы, и делом бы занялись опытные люди. Они специально сделали так, чтобы их поймали. Приказ Аллена.

– Ясно. – говорю я и надеюсь, что Бенджамин действительно рассмотрел все возможные варианты развития событий.

А что, если каждое наше действие ведет именно к тому развитию событий? К тому, что увидела Лорел? По рассказам Киллера, на его памяти не было ни одного видения, которое бы не сбылось. Так или иначе, всё происходит в точности, как предначертано. Даже наше с Тони падение в реку случилось. И я бы действительно умерла, если бы не спасатели, которых вызвали люди с моста, и не доза "чистой крови". Что если в ближайшем будущем Киллер… Нет. Нет. Нет. Даже не буду думать.

Смотрю в окно и наблюдаю, как солнце опускается за горизонт, а в вагоне не загораются никакие огни. Мы сидим практически в полной темноте. Ехать нам примерно двое суток. Надо поспать. Каким-то образом нужно заставить себя уснуть. Нужны силы и здравый ум. Дергаю цепь, но она, естественно, не поддаётся. Откидываю голову назад, прикрываю веки и пытаюсь уснуть. Долгое время мне не удается этого сделать, но усталость берет своё, и я проваливаюсь в темноту.

************

Мне что-то постоянно снилось, но при пробуждении я так и не могу вспомнить, что именно. Всё ещё темно. Практически все спят, но только не Рондо и Киллиан. Они, видимо, роботы и сон им чужд. Проходит ещё пара часов, и я понимаю, что нещадно хочу в туалет.

– Киллиан? – тихо зову его я.

– Что?

– Мне нужно в туалет.

– Прям очень?

– Да.

Мор встает и направляется в ту сторону, откуда нас привели, и покидает вагон. Но спустя пять минут возвращается обратно с ключом от оков. Я рада, что хоть на минуту освобожусь от ошейника. Вся шея исцарапана и болит. Киллиан легким движением снимает его с меня и ведет в туалет по узкому проходу. Но стоит нам только подойти к уборной, он открывает дверь, пропускает меня вперед, заходит следом и прикрывает дверь.

– Я и сама справлюсь.

– Не сомневаюсь в этом.

– Тогда выйди.

Киллиан закатывает голубые глаза и объясняет мне таким тоном, словно я несмышленый ребенок:

– Если бы ты была повнимательней, то заметила бы камеру, которая красуется над нашей головой в тамбуре. И если мы хотим, чтобы нам верили, будто вы мой волшебный билет, я не должен и глаза с тебя спускать. Так что садись и делай свои дела, я смотреть не буду.

Да плевать, когда я была в плену, то ходила по нужде и при десятках незнакомых мне людей. Сейчас не время для скромности. Так что я снимаю штаны и быстро делаю свои "дела". Встаю, надеваю штаны и хочу затянуть шнуровку на них, но шнурка больше нет. Он остался в лесу на шее Джона. Чёрт, я смогу не вспоминать об этом хоть несколько минут? Прежде чем выйти из туалета, спрашиваю Киллиана:

– В вагоне тоже есть камера?

– Да.

Начинаю нервно поправлять кофту и тихо говорю:

– Они слышали, что мы говорили.

– Нет. Эта модель только картинку показывает. И даже если кто-то из них может читать по губам, это тоже у них не выйдет. Вы постоянно говорите, наклонив голову вниз. Так что всё в порядке.

Выдыхаю с облегчением.

– Мог бы и раньше сказать.

– Не видел смысла лишний раз с вами разговаривать. – высокомерно говорит Киллиан.

Бросаю на него свирепый взгляд.

– Шутка. Я давно смирился, что люди и Моры на одной ступени эволюции. У меня жена человек, так что… Пошли.

Покидаем туалет и идем обратно. Сажусь на своё место, и Киллиан быстро пристегивает меня. Уходит вернуть ключ и быстро возвращается. Просовываю пальцы между ошейником и шеей, пытаюсь хоть как-то облегчить давление металла на израненную кожу, ничего не выходит. Поезд останавливается, моё сердце тоже.

– Мор 16. – говорит Рондо. – Сейчас прибудет пополнение.

Смотрю в окно, кромешная тьма, ничего невозможно разглядеть, но даже через толстый слой стекла я отчетливо слышу истошный женский плачь и мужские крики.

Откидываюсь на спинку кресла и закрываю глаза. Молюсь о том, чтобы у нас получилось, и весь этот кошмар закончился. Когда Тобиас предстанет передо мной, я не буду мешкать. При первой же возможности сделаю то, что должна. Иначе этот ужас никогда не прекратится.

Через несколько минут в наш вагон приводят ещё троих мужчин и одну женщину. Она плачет и с криками пытается вырваться из хватки Мора-охранника, который тащит её по проходу. Удар прикладом под ребра заставляет её сжаться в комок и тихо постанывать. Моры пристегивают людей и быстро уходят. Поезд трогается, и буквально через пять минут девушка, которая рыдала начинает смеяться и говорит:

– Тупые блёклые ублюдки. – делает паузу и продолжает. – Киллиан, привет, ты же знаешь, что к тебе это не относится.

Киллиан в ответ хмыкает и приветствует новую пленную:

– Привет, Рене, не думал, что ты сама пойдешь на задание.

– Бенджамин сказал, предоставить четверых, но самых лучших. А кто лучше меня? Правильно, никто.

Что-либо разглядеть в такой темноте практически невозможно, но видимо Рондо увидел вопрос на моём лице и пояснил:

– Рене – старшая сестра его жены. Она управляет северным отрядом ополчения.

– И подчиняется Бенджамину. – дополняю я.

– Все подчиняются либо Аллену, либо Тобиасу. В наше время другого варианта нет. Если ты не в одном из этих лагерей, то ты труп. А так… есть небольшой шанс остаться в живых.

На этом наш разговор заканчивается. Какое-то время я слышу, как пленники из дальних рядов шушукаются между собой.

Проходит ночь и наступает утро. Я чувствую себя разбитой и измотанной. Едва солнце встало из-за горизонта, снова пришел Мор-шутник и бросил каждому из нас по куску хлеба. Всё это сопровождалось тупыми шутками и его мерзким смехом. Хлеб я съела без раздумий, мне нужны силы и неизвестно, когда нас снова покормят. И покормят ли вообще. Останавливался поезд ещё несколько раз, но в наш вагон больше никого не заводили. Так проходили минуты, часы.

Снова стемнело и я уснула, уронив голову на плечо Тони. Спустя какое-то время меня разбудил громкий крик Мора.

– Шавки, подъем! Приехали!

Открываю глаза и бросаю взгляд в окно. Поезд ещё движется, но уже очень медленно. Уже привычный стук колес сейчас звучит как отсчёт секунд до момента икс. Едем по городу, и я понимаю, что это и есть Мор 23. С прибытием, Рейчел.

Я надеялась, что с нас снимут оковы. Но оказалось, что нет. Мор-шутник, отстегивал нас по одному, но не снимал ошейник, а открывал замок, что был у основания пола, а после сцеплял нас в одну длинную-предлинную шеренгу. Если вы когда-то видели фильмы, как ведут заключенных, это выглядело точно так же, только нас скрепили не за руки и за ноги, а за шею. Медленным гуськом выходим из поезда. С каждым шагом моя решимость только растёт. Но также появляется нервозность, руки начинают дрожать, а сердцебиение ускоряется.

Яркое солнце слепит. От долгого сидения всё тело затекло, а ноги стали ватными. И несмотря на то, что мы уже на улице, я чувствую, как земля продолжает качаться, словно мы до сих пор едем. Прикрываю глаза и оступаюсь. Начинаю падать, но меня удерживает ошейник, который практически отрывает мне голову. Чёрт! Это больно. Рондо находится у меня за спиной и быстро помогает мне принять вертикальное положение. Чертова цепь. Ненавижу её. Так мы и идем, шеренгой вдоль города. Мимо нас постоянно проходят Моры-охранники с автоматами. Доходим до огромного здания, наверное, это когда-то был завод или что-то типа этого. Большую часть нашей цепочки отстегивают и ведут внутрь. Все, кто был в последнем вагоне, включая меня, остаются на улице.

– Идем дальше! – кричит Мор, и наша шеренга начинает движение вперед.

Оглядываясь по сторонам, я понимаю, что этот город защищен намного лучше, чем тот, из которого нам с Джоном удалось сбежать. Ну вот мысли опять возвращаются к нему. Пошёл вон из моей головы!

Киллиан держится рядом с нами, но никак не выдает себя, он постоянно о чем-то разговаривает с одним из охранников нашего конвоя. Здесь вообще слишком много вооруженных Моров.

Доходим до огромного особняка. Трехэтажный белый дом, выделяется на фоне невысоких построек. Также я могу сказать, что раньше этот дом выглядел иначе. Никто бы в былые времена не стал портить такую красоту огромной броненепробиваемой стальной дверью и решетками на окнах. Полагаю, это именно то здание, где прячется Тобиас.

– Стоять! – кричит Мор-охранник и мы тут же подчиняемся.

Один из нашего конвоя и Киллиан подходят к двери особняка, спустя несколько секунд она открывается, и пара исчезает за ней. Мы так и стоим, пока дверь снова не открывается, и не выходит сам Тобиас. Сердце уходит в пятки. Скоро это случится. Страх подкрадывается и дышит мне в шею. Руки покрываются нервными мурашками.

Старик одет в белоснежное одеяние. Строгий костюм, но поверх него накинут белый плащ, который достает до земли. Присматриваюсь к нему повнимательней. Что это? Корона? У него, на голове, корона! Вот это самомнение. Предполагаю, что она из белого золота и вся усыпана бриллиантами. Вот индюк! Чертов Император Новой Империи!

Тем временем он медленно проходит с правой стороны шеренги, но держится на расстоянии от нас. Боится? Презирает? Останавливается на середине и указывает пальцем на троих людей из ополчения:

– Этот, этот и тот. Их казнить. Расстреляйте перед входом в мою личную "ферму", пусть отребье посмотрит, что происходит с теми, кто не преклонился передо мной.

Я слышу своё сердце, оно бешеным молотом бьется где-то у меня в голове. Моры-охранники начинают отстегивать троих пленных, один из них сверкает рыжей шевелюрой. Проходя мимо нас, он бросает на меня короткий взгляд, слегка улыбается и подмигивает. Его ведут на смерть, а он улыбается. Тошнота подступает к горлу. От меня сейчас зависит слишком многое. Огромная куча людей полагается на меня. Прикрываю глаза на секунду и сглатываю ком. Император движется дальше, как только его глаза останавливаются на лице Тони он начинает улыбаться и говорит:

– Мой дорогой внук, как я рад тебя видеть. А где?.. – обводит взглядом остальных и ловит меня глазами. Мне кажется, или цвет его глаз стал практически белым, нежели голубым. Надеюсь, это знак его скорой кончины. – Вот ты где. Рейчел и Тони, прошу вас проследовать в мою резиденцию. Остальных уведите на ферму.

Кивает головой своим Морам, и они отстегивают нас. Как только моя шея освобождается от ошейника, я вздыхаю с маленькой долей облегчения. Прикасаюсь пальцами к ранкам и вздрагиваю от неприятных ощущений. Тобиас поворачивается к Киллиану, кивает ему головой и говорит:

– Я признателен тебе за столь ценную находку. Отныне ты и твой род приближены ко двору до скончания времен.

Киллиан склоняет голову в знак признательности и что-то произносит на своём языке. Я не понимаю слов, но по лицу Тобиаса могу сказать, что ему они определённо понравились.

Император разворачивается и шефствует в свой особняк. Двое Моров-охранников, направляются в нашу сторону, но Киллиан опережает их, подходит к Тони и со всей силы бьет его под дых кулаком. Младший Аллен сгибается пополам и с хрипом падает на колени. Киллиан презренно произносит:

– Это тебе за то, что предал наш род. – плюет на землю рядом с осевшим Тони и сразу же куда-то уходит.

Подхожу к Аллену и помогаю ему подняться. Чувствую, как в спину упёрлось дуло винтовки. Это что их любимое занятие? Пихать меня в спину. В момент, когда Тони принимает мою помощь, я чувствую, что он вкладывает мне в руку что-то холодное. Рукоять ножа! Твою мать! Именно сейчас, когда мы у всех на виду? Да вы издеваетесь! Мне настолько страшно, что я сейчас выпущу металл из пальцев. И будь что будет. Нет! Адреналин заполняет меня до краев, сердце настолько быстро качает кровь, что у меня начинается переизбыток кислорода и кружится голова.

– Спрячь в рукав. – тихо говорит Тони и напоследок сжимает мне руку.

Делаю, как сказано и выпрямляюсь в полный рост. Тони делает то же самое. Одновременно получаем толчок в спину и идем в сторону белого особняка. У меня так трясутся руки, что кажется я всё-таки уроню этот чертов нож! А если нас будут проверять? Нас по-любому будут проверять! Сейчас я понимаю, что это Киллиан передал нож Тони, когда ударил его. Боже, сейчас нас разоблачат! Я понимаю, что начинаю паниковать, но это ничем уже не исправить. Мне страшно. Я в самом опасном месте. Через минуту предстану перед Мором, от которого мы скрывались больше семи месяцев. А моего Киллера нет рядом и поэтому я чувствую себя до ужаса уязвимой. Конечно, они нас досмотрят перед тем, как начнется разговор или пытка или что там ещё может начаться. Или нет? Нас же обсмотрели с ног до головы перед тем, как посадить в поезд. Надеюсь, что не будут. От этих мыслей и адреналина начинает болеть голова. Металлическая дверь открывается, один Мор входит первым, второй толкает нас вперед, и мы оказываемся в… дурдоме? Внутри тоже всё белого цвета. Абсолютно всё, начиная от стен и потолков, заканчивая маленькими вазами на белом камине. Охрана проводит нас на второй этаж и открывает обычную белую дверь в очередную белую комнату. Я словно попала в детскую раскраску, вот сейчас кто-то возьмет кисть и облагородит этот белый дом красками. Комната огромных размеров, но здесь нет ничего, кроме большого дивана, кресла и стола, который находится между ними. Всё это, естественно, белого цвета. Из этой комнаты две двери. Через первую мы вошли, а вторая находится на противоположной стороне. Моры-охранники не входят внутрь. Оставляют нас здесь и закрывают за собой дверь.

Ну вот и всё. Мы на месте.

– Тони. – начинаю я, но он перебивает меня.

– Ничего не говори.

Замолкаю и осматриваюсь по сторонам. Лучше ослепнуть, чем всю жизнь смотреть на белоснежное… всё. Стены давят на меня, кажется, что с каждой секундой они становятся всё ближе и ближе. Прохожу вперед и сажусь на край дивана. Незаметно поправляю нож в рукаве и пытаюсь успокоить дыхание.

Вторая дверь открывается и оттуда заходит Тобиас. Но он не один. Сногсшибательная, высокая брюнетка с голубыми глазами. В противовес Тобиасу она одета в черный костюм. Подведенные черным глаза, шпильки и высоко собранный хвост. Если бы время было другое, я бы подумала, что она модель и причем одна из самых красивых и востребованных в своём круге.

– Тони, познакомься, это твоя сестра по матери – Аида. – произносит Тобиас и расплывается в улыбке.

– Это двойняшка Адама? – спрашиваю я.

– Вообще-то он мой двойник, близнец. Называй как хочешь, но я первая родилась. А потом уж он. – хриплый голос Аиды и блеск глаз, заставляют меня нервничать намного больше. Стоило ей только открыть рот, сразу же стало понятно, кто здесь босс. И это не тот старик с короной на голове. – Тони, тебе придется пойти со мной. Сейчас ты выступишь перед жителями Мор 23 и скажешь во всеуслышание, что ты переходишь на сторону Нового Императора Тобиаса и отрекаешься от своего отца – изменника Бенджамина Аллена.

Она разворачивается и идет, Аида даже не может предположить, что кто-то не собирается выполнять её приказы. Когда она понимает, что Мор не следует за ней, то останавливается, оборачивается, приподнимает изящную черную бровь и, смотря на Тони, говорит:

– Что-то непонятно? – елейным голосом спрашивает она.

– А если я этого не скажу? – интересуется Тони.

Её улыбка становится злой и беспощадной, я вижу в чертах её лица и даже в манере говорить… своего Киллера.

– Поверь мне, ты не хочешь знать этого.

– Тони, иди. – говорю я, и брюнетка бросает на меня заинтересованный взгляд.

– А шлюшка Адама дело говорит.

Сама ты шлюха длинноногая! Тони делает пару шагов вперед и бросает на меня последний взгляд, прежде чем скрыться за дверью. Вот и всё, один на один с врагом. Тобиас садится на кресло и указывает мне на диван. Опускаюсь на мягкое покрытие и выжидательно смотрю на Императора.

– Положи нож на стол. – говорит старик.

Это как гром среди ясного неба. Нет! Я не могу отдать ему нож. Металл словно прожигает мне руку, пальцы вспотели, и я боюсь выронить оружие.

– Какой нож? – как можно спокойнее спрашиваю я.

Страх окончательно пробрался в меня и поселился там. Ну вот и всё. Как можно воевать с тем, кто всё знает наперед? Было ли вообще видение Лорел? Или она просто поехала головой до конца.

– Тот, что Тони дал тебе. Видишь ли, то, что сегодня произойдет… я всё знаю. Айда видела это и предупредила меня о ноже. И о многом другом тоже. Не глупи и положи его на стол. Мы же с тобой просто поговорим.

Я не двигаюсь. Он всё знает. Удастся ли Рондо выбраться из заточения? Или об этом ему Аида тоже рассказала? Что будет с Тони? Что сейчас Тобиас сделает со мной?

– Рейчел, я бы не хотел портить наши с тобой отношения. Смотри. – откидывает полы плаща и достает нож стального цвета. – Вот этот нож я приготовил для тебя. Это ручная работа, сделанная лично для меня. Такого второго в мире нет. А ты что принесла?

Прикрываю глаза и достаю нож из рукава. Совершенно обычный нож, темного цвета рукоять и сталь на конце. Сейчас или никогда. Со стариком я смогу справиться. За все шесть месяцев, что мы прятались по бункерам, Киллер многому меня научил, в том числе и как управляться с ножом, пистолетом, автоматом и так далее. Я многое знаю, я смогу. Встаю с дивана и наклоняюсь над столиком, который разделяет меня и Императора. Но в последний момент отталкиваюсь ногами от пола и бросаюсь на Тобиаса. Замахиваюсь и опускаю нож прямо в районе сердца Мора. Но старик ловит мою руку, которая так и не успевает нанести решающий удар. Он так сильно сжимает мою кисть, что я чувствую, как кости начинают хрустеть. Это с виду он старик, но под этой оболочкой скрывается нечеловеческая сила. Второй рукой он бьет меня по лицу, и я падаю на пол. Нож куда-то улетел. Неужели я думала, что справлюсь? Глупая! Глупая!

– А теперь садись и ответь на мои вопросы. – зло говорит Тобиас.

Сажусь на диван и ищу глазами своё оружие, но не вижу его.

– Итак, где сейчас Бенджамин?

– Не знаю.

– Как поживает Лорел?

– Не знаю.

– Где Адам?

– Не знаю.

И так продолжается какое-то время. Тобиас просто задает мне всевозможные вопросы, а я отвечаю одно и то же.

Звук стрельбы на улице, заставляет меня надеяться, что это Рондо сбежал, и они идут сюда. Но Бенджамин рушит мои ожидания.

– Это казнь предателей. Не обращай внимание. Продолжим. Что Бенджамин собирается предпринять?

Не выдерживаю этих глупых вопросов и задаю свой:

– Ты думаешь, что он сказал бы это мне?

– Я думаю, он бы поделился этой информацией с Адамом, а тот сказал тебе.

– Неправильно думаешь.

– Ох, Рейчел. Ты же понимаешь, что так или иначе я найду вас всех. Тебя и Тони поймали.

Так, стоп. Он сказал "поймали". И только сейчас я понимаю, что он не знает о том, что нас не ловили, мы сами сюда пришли. Новый луч надежды прорезает тьму страха. Надо выиграть время и найти подходящий момент для нападения. Моего ножа нет. Но Тобиас крутит в своих морщинистых ладонях белый клинок, предназначенный для меня. Возможно, именно этот нож и принесет всем нам избавление. Итак, Рейчел, ты снова в игре. Собираюсь с мыслями и начинаю:

– Если я скажу тебе правду обо всём, то… ты сохранишь мне жизнь?

– Я подумаю. – высокомерно заявляет Император.

– Мне этого недостаточно.