Текст книги ""Фантастика 2026-118". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юлия Зубарева

Соавторы: Мери Ли
сообщить о нарушении

Текущая страница: 165 (всего у книги 297 страниц)

– Ладно. Но меня укусили в руку, а не в живот. – тем временем ложусь и делаю всё, как он велел.

Я нахожусь в неимоверном напряжении и вздрагиваю от холодного геля, что Макларен размазывает мне по животу. Смотрю на него и подмечаю каждую эмоцию на его лице: неверие, сомнение, скептицизм и в конце абсолютная уверенность.

– Поздравляю. – говорит он.

– С чем?

Доктор поворачивает ко мне экран, и я непонимающе смотрю на черный фон с белыми странными полосами.

– Поздравляю. Познакомься, это тот, кто спас тебя.

– Не понимаю. – продолжаю разглядывать странные линии на мониторе.

Макларен усмехается и кладёт свою холодную ладонь на моё колено.

– Джей, ты беременна.

Глава седьмая

Майкл.

Как только мы покинули палату, я подошел к Хантеру. Мои опасения спрашивать его о чем-либо в присутствии Джей были обоснованными, ведь ответ может быть абсолютно неожиданным.

– Ты видел это раньше. – говорю я.

– Лишь однажды. – безразлично отвечает Хантер.

– Что с ней будет? – спрашиваю и чувствую, как мои мышцы напрягаются, а руки сжимаются в кулаки.

– Она обречена. – он переводит взгляд на свои часы, но не смотрит на время. Хантер провалился в воспоминания. Моргает и возвращается в реальность. Смотрит мне в глаза. – Мне жаль.

– Обречена на что? – ярость поднимается во мне, и от непонимания ситуации я готов крушить всё на своем пути.

– Я ещё не уверен. Подожди немного, Макларен всё выяснит.

– У кого ты видел такие же глаза?

Хантер смотрит по сторонам, мы одни не считая Лори, который занят тем, что сидит на полу облокотившись о стену. Думаю, доктор его умотал, и мальчишка рад лишней минуте отдыха.

– Не здесь. – говорит Хантер и открывает первую попавшуюся дверь. В палате пусто.

– Лори не говорит. – говорю и вхожу вслед за Хантером.

– Но он явно отлично слышит… Такие же признаки я увидел шесть лет назад. Это была девушка, которая подарила мне сына.

Тишина. Слишком оглушительная. Что он этим хочет сказать? Так стоп. Я понимаю, что он мне говорит… но. Как это возможно?

– Ты хочешь сказать… – начинаю я, но Хантер перебивает меня.

– Я ничего не хотел сказать. Но единственный раз когда я видел подобное…

– У тебя есть сын?

– Да.

– И… жена?

– Нет. – снова смотрит на часы, но в этот раз на время. – Остальное вам расскажет Макларен, если моя догадка верна, конечно.

Вылетаю из палаты, врываюсь в другую и вижу, как Джей сидя на кушетке ошарашенно пялится на монитор. Переводит взгляд на меня, и одновременно из её глаз катятся слезы и появляется нежная улыбка. Подхожу к ней и обнимаю. Твою мать! У меня пропал дар речи.

За спиной слышу шаги Хантера и спокойный ответ Макларена: "Ты прав".

Он прав. Он прав. Он прав.

У меня будет… ребенок. У нас будет ребенок.

********************

Джей.

Я что улыбаюсь? Совсем с ума сошла. Миллион мыслей проносятся в голове, и ни одна не останавливается ни на минуту. Ребенок? Какой к черту ребёнок? Я не собираюсь ввести в этот жестокий мир малыша. Я даже не знаю, где буду жить завтра, через неделю и так далее. Так, Джей, остановись. Может это ошибка. Но Макларен сказал, что проверил всё три раза, и ошибка исключена. О Боже. Я буду… мамой. В моём роду с этим небольшие проблемы. Но… Но что? Я не знаю.

Смотрю на монитор и слышу, как распахивается дверь. Перевожу взгляд и в эту же секунду понимаю: "Майкл знает". На его лице шок. Таким я его увидела впервые, он кажется… уязвимым. Подлетает и обнимает меня, я же с удовольствием принимаю это и впитываю в себя каждый его вдох.

– Макларен сказал – ребенок. Но какой ребенок? Это же смешно? Или нет. Майкл, я не гожусь на роль матери. У меня и примера-то нет. – понимаю, что несу все подряд, но остановиться не в силах. Меня прорвало, слова неудержимым потоком покидают меня. – Это же надо подумать о том, где жить. Как жить. Я, кажется, не поняла, но Макларен говорит, что он уверен. А я нет.

Тихий смешок Майкла заставляет меня замолчать, и я просто сижу и улыбаюсь со слезами на глазах, уткнувшись в его рубашку. Почему плачу? Непонятно. Почему смеюсь? Тем более.

Майкл отстраняется от меня и берет моё лицо в ладони. Смотрит в глаза, и я вижу в его взгляде проникновенную любовь. Возможно, это и не так, но на меня прежде никто так не смотрел. Даже он.

– Всё будет отлично. – стирает большими пальцами слезы и нежно целует в губы. В этот момент я забываю о том, что мы не одни.

– Кхм. Это всё потом. Сейчас Макларен расскажет вам все тонкости этого дела. И я бы вам посоветовал не распространяться по этому поводу. – невозмутимо говорит Хантер и разворачивается.

– Ты уходишь? – интересуется у него доктор.

– Да. У меня встреча с Преподобным. – оборачивается и смотрит на меня. – Позже я приду за ребенком.

– Что? Зачем тебе мой ребенок? – спрашиваю я и инстинктивно закрываю живот руками.

В ответ слышу смешок главы Хелл и кажется, он только что закатил глаза.

– Твой ребенок мне не нужен. Я забираю мальчишку, которого ты вытащила из Подземелья.

Он даже не дает мне возможности что-то сказать. Хантер просто уходит и закрывает за собой дверь. Так, с этим я разберусь позже, а пока перевожу взгляд на Макларен и внимательно слушаю каждое его слово.

– Итак. Во-первых, примите мои поздравления. – начинает Макларен и присаживается на стул, смотря по очереди то на меня, то на Майкла. – Во-вторых, как только что сказал Хантер, никому не рассказывайте об этом. Понимаете… дитя, что находится под твоим сердцем… уникально. И многие захотят заполучить его, по разным причинам.

– Например? – настороженно спрашивает Майкл.

– Например… этот ребенок может быть спасением для людей. Кто-то подумает, что он – это панацея. Кто-то решит, что это угроза миру. Другие захотят использовать его как оружие. Много причин. И ждать от людей доброты и принятия… не в этом мире.

– Благодаря… ребенку. – запинаюсь на этом слове. Я до сих пор не верю, что это правда. – Благодаря ему я до сих пор не превратилась?

– Да. – отвечает старик и его глаза становятся печальными. – Всё дело в том, что пока ребенок находится в тебе, ты практически неуязвима, у тебя, конечно, нет таких способностей, как у Майкла и Хантера, но твоя регенерации – это нечто волшебное. Ребенок защищает тебя от внешних и внутренних угроз. На протяжении всей беременности ты будешь чувствовать себя замечательно. Но…

– Но что? – не дождавшись продолжения мы с Майклом спрашиваем в унисон.

– Как я понимаю, пока со мной всё будет в порядке, но что со мной станет, когда ребенок появится на свет? – допытываюсь я.

– Я не знаю, что произойдет именно с тобой. Подобное я видел лишь однажды. Девушке было девятнадцать лет, она забеременела "волшебным ребенком" и тоже была укушена не мертвым… но она не превратилась, из внешних признаков изменились только её глаза. Я наблюдал за её состоянием все семь месяцев и ещё до родов выяснил, что как только в её крови перестают работать клетки ребенка, она мутирует… то есть мы знали, что в момент, когда ребенок появится на свет, у девушки останется примерно неделя… неделя на жизнь. А после она превратится. – Макларен замолкает и снимает запотевшие очки. Мы же с Майклом молча смотрим на него.

– Но ведь не факт, что с Джей случится то же самое? – спрашивает Майкл и обнимает меня чуточку крепче, я же кладу голову ему на плечо и прикрываю глаза. Устала. Как же я устала от всего.

– Не факт. Но я бы сильно не рассчитывал на другой исход. В прошлом я проводил сотни тестов, как сохранить жизнь девушки… но всё это было впустую.

– Спасибо. – устало говорю я и поднимаюсь с кушетки. – Есть ещё что-то безумно важное? Что не может подождать до завтра?

– Нет. – отвечает Макларен. – Иди отдохни. Тебе это нужно.

Еще раз поблагодарив его мы уходим. Сразу как только переступаем порог и оказываемся в коридоре, Майкл сгребает меня в охапку и как ребенка раскачивает из стороны в сторону. Говорит тихие слова поддержки, и меня накрывает волна. Волна паники, страха и непонимания. Почему моя жизнь не может быть простой? Зачем столько боли? Моя мама предала меня и променяла на мужчину, который её использует. Сенатор мучил меня долгое время и не только физически, столько лет он морально убивал меня, но я выжила. Всевозможные побеги, битвы и куча поражений. И всё это для чего? Для того, чтобы я явила миру дитя и сразу оставила его без мамы? Чтобы мой ребенок никогда не почувствовал материнской любви и ласки? Именно сейчас я понимаю людей, которые знают, что их ожидает смерть. Будь то болезнь или казнь… они все ощущают одно и то же. Всепоглощающая бездна пустоты. Начинает казаться, что я всё делала не так. Не так говорила, не так дружила, не так любила.

Слезы всё лились и лились. Я не в силах их остановить. Я вообще больше не в силах сделать что-либо. Истерика. Это определенно истерика. Слезы, животный вой, разрывающий мне горло, пальцы, которые до боли впиваются в руки Майкла.

Я не знаю, как долго мы простояли так, но именно тихие слова Майкла вернули меня на землю и я начала успокаиваться. Он – мой якорь, он это то, что возвращает меня к жизни.

– Майкл? – поднимаю к нему заплаканное лицо и вижу безграничную боль на его лице, но помимо этого, я четко различаю решительность. Он уверен, что меня можно спасти. Не хочу убеждать его в обратном. Мне пока ничего не известно. – Нам нужно вернуться домой. Там маленький Майкл, я не могу отдать его Хантеру.

– Идем. – наклоняет лицо ко мне и упирается своим лбом в мой. – Мы найдем выход. И это не обсуждается.

– Хорошо. – я не буду спорить. Если ему так проще… думать, что это не конец, то пусть так оно и будет. Но я понимаю, что не могу всегда выходить живой из всех передряг. И что-то мне подсказывает, что последняя ситуация именно та, с которой мне не справиться.

Быстро преодолели расстояние до дома, и только у входной двери я заметила, что нас никто не сопровождал. Куда делся наш конвой? Скорее всего это Хантер постарался.

В доме оказалось пусто. За исключением ребенка, который до сих пор сладко спал, укутавшись в одеяло, и Саманты, она сидела на кухне и читала книгу. На вопрос не приходил ли Хантер она отрицательно покачала головой и продолжила чтение не поднимая головы. Мы пришли в комнату и завалились на кровать по бокам от ребенка.

Смотря на эту картину как бы со стороны, моё сердце сжалось от понимания того, что это мог бы быть НАШ ребенок. Но такого не случится. Осознание того, что от меня сохранится лишь пепел и воспоминания Майкла, которые будут меркнуть, со временем не останется ничего. Абсолютно ничего… а потом, пустота.

Примерно через час пришел Хантер в чистом черном костюме и заявил, что он забирает маленького Майкла в Хелл. Меня уже начинает раздражать самонадеянность этого человека. Как только ребенок услышал это, то моментально спрятался за моей спиной и вцепился в кофту мертвой хваткой.

Вся эта драма происходила на кухне и при ней присутствовали все. Стейси уже наверное пять раз сказала, чтобы мы отдали ребенка и не портили отношения с таким влиятельным человеком. И естественно она то и дело бросала на Хантера игривые взгляды, но он ни разу даже не повернулся в её сторону и никак не показал, что услышал её слова. Он просто стоял и смотрел на меня. Брэдди молча что-то уплетал, сидя за столом и кажется не замечал всего, что происходило вокруг. Такова его политика, не лезь на рожон, целее будешь. Майкл стоял рядом со мной, давая тем самым мне поддержку, и я знала, что он будет на моей стороне… всегда. Рой ходил из стороны в сторону и периодически напоминал мне, чтобы я не повышала голос, что тем самым я пугаю маленького Майкла, а он и без моих истерик напуган до чертиков. Саманта молча наблюдала, переводя взгляд с меня на Хантера и обратно.

– Нет! Ты не можешь его забрать! – опять на крик перехожу я.

– Могу. – спокойно отвечает Хантер. Разговаривать с ним, все равно что со стеной, только Хантер немного упрямее будет.

– Но он не хочет! И… значит я тоже поеду в Хелл. – я уже не знаю, что сказать, чтобы этот невозмутимый человек ушёл и оставил нас в покое.

– Ты не можешь. – говорит Хантер.

– Могу!

– Нет. – тяжело вздыхает и подходит ко мне ближе на шаг. – Я объясняю тебе последний раз, и если после этого ты не изменишь своего решения, я насильно заберу мальчишку, и ты его больше никогда не увидишь. И если кто-то будет мне препятствовать… скорее всего умрет.

Чувствую, как Майкл напрягся возле меня, и Хантер переводит на него взгляд.

– Майкл, не глупи. – говорит он и снова смотрит на меня. – Во-первых, здесь ему жить не безопасно. Сразу после нападения на Подземелье, как только я прибыл в Хелл, меня там ожидал незваный гость, по совместительству твой отец, между прочим. Он отлично знает, что мальчишки у меня нет, следовательно он сделает всё возможное, чтобы достать его. А кроме как в Кресте ему быть негде. Надеюсь, ты понимаешь к чему я веду. Люди, что работают на Преподобного – это убогие сопляки, которые даже себя защитить не в силах, а его и подавно. И как ты думаешь, долго ли Гарольд Эшвуд будет скрывать за своими стенами дитя, которое по его мнению опасно для жителей? Правильный ответ – примерно месяц. Как только Морис перестанет отправлять провизию для Креста, ровно месяц уйдет на то, чтобы местные жители ощутили потерю кормильца и начали голодать. – пока он говорит, я понимаю, что он прав, но не могу расстаться с этим ребенком. – Во-вторых, мы с тобой знаем, что Майкл не обычный малыш, в этом городе навряд ли найдутся люди, которые примут его. Но в Хелл… там есть все условия для его жизни. Он мне нужен не для создания вакцины или оружия, это прерогатива глупцов – ожидать спасения в этом мире. Его нет. И не будет. – понижает голос до шепота, так чтобы слышали только я и Майкл. – Для меня важна только тайна. О существовании этого ребенка не должны узнать люди. Если они поймут, что есть один чудо-малыш, они найдут и другого. Рано или поздно, но найдут. А я этого допустить не могу.

– Но я могу поехать с ним. – уже тихо говорю я.

– Нет. Не можешь. Единственный человек, который может спасти тебя или хотя бы попытаться – это Макларен. А он не при каких обстоятельствах не вернется в Хелл. – так же тихо продолжает Хантер.

– Но ты можешь приказать ему.

– Прости, но это человек, которому я не собираюсь приказывать.

Тишина. Оглушительная и вязкая. Я понимаю, что Хантер прав, но от этого не становится легче. Поворачиваюсь к маленькому Майклу и сажусь на корточки, так что наши лица теперь на одном уровне. Беру его ладони в свои и смотрю в невероятно красивые глаза, полные страха.

– Не бойся. Ты должен поехать с Хантером. Он не будет тебя… – ребенок не дает мне договорить и обнимает меня крепко, самозабвенно. Чувствую его слезы и пытаюсь сдержать свои. – Обижать.

– Ты же говорила, что не бросишь меня.

Эти слова, сказанные тихим шепотом, разрывают мне сердце, и я даю волю слезам. Они просто стекают потоком по лицу, но не приносят и грамма облегчения. Наоборот, огромный черный ком внутри не дает нормально дышать.

– Я не бросаю тебя. – как объяснить ребенку, что здесь он в опасности. О том, что я его никогда не брошу, но сама уехать тоже не в силах. – Я люблю тебя.

– Я поеду с ним. – голос Саманты как гром среди ясного неба. Ловлю её взгляд и говорю одними губами: "Спасибо". В ответ она просто кивает. В это же время Хантер смотрит на Сэм и ничего не говорит, не выдержав его взгляда, Саманта спрашивает: "Что?" И в ответ получает лишь: "У тебя пять минут", она тут же бежит в комнату.

Это было самое сложное… отпустить ребенка, к которому прикипела всей душой. Он стал мне настолько родным и близким, что я не представляю свою жизнь без него. Было много слез и теплых слов. Маленький Майкл даже обнял Майкла… неуклюже и со стеснением, но это было настолько мило и неожиданно.

Саманта быстро собрала свои вещи и спустилась вниз, как оказалось, Рой тоже уезжает. Когда он сказал, что не отпустит Сэм туда одну, я заметила, с каким интересом Хантер разглядывал Роя. Так же он попросил передать записку его отцу, он, оказывается, сейчас лежит в госпитале, так же как и Дженни. Они сильно пострадали, когда выбрались наружу, как раз в тот момент, когда напали твари, но они живы и это главное. И вот так мы и остались: я, Майкл, Брэдди и Стейси.

Дом опустел…

Душа опустела…

Глава восьмая

Было время, когда мне казалось, что жизнь наладилась. Например, благодаря «закону о детях», я стала неприкосновенна во всех смыслах, но это было известно очень узкому кругу людей. Преподобный позволил нам жить в Кресте и даже принял Майкла на службу. Точнее сказать, он его с трудом уговорил вернуться на пост главы защиты периметра. Майкл сначала не соглашался, мне кажется, у него развилась паранойя по поводу того, что я могу пропасть и больше не вернуться. Или же со мной что-то случится, а его не будет рядом. Но я рада, что здравый смысл взял верх. Мы все понимаем, что от него будет намного больше пользы за периметром, на охране мирных жителей. Ведь он это делает лучше всех.

Я тоже вернулась к своим обязанностям… работа в госпитале. Но больше у меня язык не поворачивается называть это работой. Каждый божий день уже на протяжении трех недель вместо приветствия Макларен выкачивает из меня кровь и проводит какие-то тесты. Я даже не интересуюсь его успехами. Не хочу тешить себя очередной надеждой. Пусть всё идет своим чередом. После того, как Макларен берет у меня кровь, я иду помогать ему с пациентами, но он то и дело проверяет мои зрачки, пульс, температуру и так далее. Иногда дает мне выпить какую-то дрянь, или же вводит это через шприц или капельницу. Каждый раз он говорит, что это возможно то самое "спасение", но дальше просто тишина. И я понимаю, что это был очередной провал.

На следующий день, после того как Хантер забрал Саманту, Роя и маленького Майкла, я навестила Пола и Дженни. Тренер выглядел вполне сносно, в отличие от девушки. Её лицо… на данный момент всё в кровавых бинтах, ясно одно – она не станет прежней красавицей, но по словам самой Дженни – это последнее, что её интересует.

Она тихо плакала, когда рассказывала мне о смерти своих близких… это было кошмарно. Но она не винит меня в этом. Новость о том, что Сенатор мёртв, не доставила ей особой радости, она так же, как и я посчитала, это слишком легким исходом для такого морального ублюдка.

Пол был немного расстроен, что Рой уехал не попрощавшись, но тренер никогда не падает духом и уже решил, что останется жить в Кресте и как только выздоровеет, то сразу же переговорит с Преподобным по поводу тренировки его людей. Как оказывается, он тоже в курсе, что местные блюстители порядка – это по сути обычные гражданские с небольшой физической подготовкой. И я уверена, Пол сделает из них настоящих профи.

Каждый день Саманта выходит на связь через кабинет Хантера и рассказывает мне о маленьком Майкле. Он по-прежнему молчит, но больше не плачет. Так же Сэм сказала, что теперь она по сути работает няней не только для Майкла, но и для сына Хантера. Это дает определенные привилегии, но частые встречи с главой Хелл напрягают её.

Рой же себе места не находит и постоянно пытается следовать за Сэм по пятам. Он не в восторге, что она стала много времени проводить в обществе Хантера и его приближенных. У ребенка очень тяжелый характер, по её словам, он весь в отца – упёртый и не признает авторитета никого, кроме Хантера.

Мы по-прежнему живем вчетвером, Брэдди и Стейси я практически не вижу, зато они целый день находятся в компании Майкла. Но так будет не всегда, скоро выпишут Пола и он тоже будет жить с нами. А после реабилитации и Дженни присоединится.

В общем, на протяжении трех недель моя жизнь стала стабильной. Утро в пустом доме. Разговор с Самантой, под ужасно приготовленную еду Брэдди. После, поход в госпиталь и манипуляции Макларена. Дальше работа с пациентами. Встреча с Полом и Дженни. Снова пустой дом. И долгожданное возвращение Майкла с работы.

И только приходя вечером домой, я даю волю своим эмоциям. В течение всего дня я улыбаюсь и на вопросы о том, как я себя чувствую, даю один и тот же ответ: "нормально". Но это не так. Мне… горько. Горько от того, что маленький Майкл далеко от меня. Саманты тоже нет рядом, а я бы так много хотела ей рассказать. Она ведь даже не знает, что я скоро стану мамой.

Стану мамой. Это мысль не покидает меня никогда. Я с ней просыпаюсь и засыпаю, думая о будущем ребенке. Сейчас, лежа на кровати, я смотрю на свой живот и не вижу никаких изменений. Уже три месяца я ношу под сердцем малышку… да… я почему-то уверена, что это девочка. Хотя Макларен говорит, по теории вероятности, скорее всего у меня появится мальчик. Да чёрт с ним и с его теориями. Это девочка. Я думала об имени, которое дам ей при рождении, но ничего путного в голову не приходит.

Тихий стук в дверь заставляет меня насторожиться и достать пистолет из-под подушки. В доме никого нет. Но я сомневаюсь, что кто-то с плохими намерениями стал бы стучать в дверь. На всякий случай навожу оружие на вход.

– Войдите.

Медленно открывается дверь, и в комнату просовывается блондинистая голова Стейси. Опускаю пистолет, и она плавно входит. Естественно, виляя своими бёдрами, словно она на подиуме. Раньше я думала, что она так завлекает парней, но нет. Она просто такая, "флиртунья" до кончиков ногтей.

– Привет. – подходит к кровати и садится на краешек.

– Привет. Ты что-то сегодня рано.

– Да так, пустяки, небольшое недомогание. – улыбается мне, но я вижу грусть в её глазах.

– Стейси, что случилось? – я задаю этот вопрос только потому, что она всем видом дала понять, что хочет о чем-то поговорить. То отводит взгляд в сторону, то сжимает и разжимает пальцы на руках.

– Всё отлично. У меня есть работа, дом, семья… которую я так давно хотела. Кажется, что всё замечательно, но…

– Стейси, не томи, если ты хочешь о чем-то поговорить, то давай.

Ёрзает на кровати и разглядывает свои ногти. Так… я начинаю напрягаться…что-то случилось. Блондинка переводит на меня печальный взгляд и спрашивает.

– А как у вас с Майклом? Всё хорошо?

– Да. – отвечаю я, но этот вопрос настораживает меня ещё больше. Смотрю на неё и понимаю, что не хочу услышать то, что она мне скажет. – А должно быть как-то иначе?

– Ой. Нет, конечно. Я рада, что у вас всё хорошо. На самом деле, я думала, что ты ещё на работе и хотела кое-что забрать. Вот и всё.

Я просто молча смотрю на неё и моё первое желание – попросить её уйти… сейчас же. Что это? Интуиция? Возможно. И я должна была её выслушать. Но…

– И что же ты хотела забрать? Из моей комнаты.

– Если быть точной, то из вашей комнаты. – поднимается с кровати, так же плавно покачивая бёдрами, подходит к шкафу и открывает его. В это же время я чувствую, что мои легкие сдавило, и я не могу сделать вдох. Жду, что же она достанет из шкафа. С полки, где хранятся вещи Майкла.

Закрывает дверь, оборачивается ко мне лицом и сжимает в кулаке… что это?.. трусы?

Тонкая материя моего самообладания готова дать трещину. Но я собираю себя воедино и отрываю взгляд от её руки. Смотрю в глаза и тоже поднимаюсь с кровати.

– И когда ты успела это здесь оставить? – внешне я невозмутима, но ураган эмоций проносится по венам. Меня словно режут без ножа.

– Джей, ты не подумай… – начинает оправдываться блондинка.

– Уже подумала, так… когда? – иду ближе к ней, Стейси пятится к двери. Но её взгляд такой… беззащитный.

– Не сердись на Майкла. – как только блондинка произносит его имя, моё сердце начинает кровоточить. Нет. Этого быть не может. Кто-то разрывает мою душу на мелкие частицы и раскидывает в разные стороны. Боль… я думала, что испытала её достаточно, но это не так. Это новый вид боли, ранее неизведанный мной. – Понимаешь, просто ему было одиноко, и мы были уверены, что ты больше не вернешься.

Сердце отбивает бешеный ритм, и маленькая Джей внутри меня кричит. Кричит так громко и отчаянно, что я готова зажать уши. Только это меня не спасет.

– Я пыталась его утешить и всё получилось само собой, я… прости меня. Мне так жаль… – слезы Стейси, которые покатились по лицу, совершенно не трогают меня.

– Убирайся. – спокойно говорю я, но в любую секунду готова сорваться и просто выцарапать ей глаза.

Стейси мнётся на месте и теребит черное кружево в руках, но не уходит. Я же больше не могу смотреть на неё и закрываю глаза. Кажется, меня сейчас вырвет. Ком боли уже в самом горле, и я не в силах остановить слезы, которые просачиваются сквозь закрытые веки. Чувствую её руку на своём плече… это что, утешительный жест? Открываю глаза и стряхиваю её руку и что есть мочи кричу.

– Убирайся!!!

Она разворачивается и с поникшей головой покидает мою спальню. Просто кучкой падаю на пол и закрываю живот руками.

Слезы…

Истерика…

Крики…

Но этого не видел никто.

Меня просто сломали… всего лишь одна фраза сломала меня.

Я и вообразить себе не могла что Майкл… МОЙ Майкл может так со мной поступить. И плевать я хотела на то, что он думал, что я больше не вернусь. Прошел месяц… так мало времени…

Он предал меня.

Он уничтожил меня.

Он растоптал мою душу.

Кое-как собрав себя по частицам, поднимаюсь и иду в душ. Хочу смыть с себя всё, что узнала. Стоя под струями теплой воды, я ещё немного поплакала, но это уже было больше похоже на скулеж раненого зверя.

Я четко решила, что хватит всем пользоваться мной. Помыкать. Управлять. Достаточно!

Теперь у меня нет иного выбора, как остаться в живых и вырастить свою девочку в любви. Хоть это и будет только любовь матери… без отца.

Мне больше не нужен никто. Когда ты один, то и боль причинить некому. В каком-то извращенном смысле это тоже свобода.

И теперь я свободна…

*****************

Майкл.

Сегодня был адски тяжелый день. Три набега не мертвых в районе, который патрулировал мой отряд. К счастью, обошлось без потерь со стороны живых. Но складывается четкое ощущение того, что кто-то просто натравливает тварей на Крест.

Брэдди направился домой, а я иду на встречу с Преподобным. Он в срочном порядке "пригласил" меня к себе.

Единственное, что я сейчас хочу, так это уйти домой. Там меня ждет Джей. Только благодаря мысли о НЕЙ, улыбка появляется на лице. Не думал, что можно так скучать по человеку. Оказывается можно.

Проходя по храму Возрождения, я задумался о том, что все эти люди пришли сюда не просто так. Они таким способом ищут помощи. Когда не остается надежды, возрождается вера. Пока я не впал в такое состояние, но не исключено, что в скором времени я тоже поселюсь на этих скамьях и буду молиться и просить всех богов, которые когда-либо были, о помощи и спасении. Спасении Джей и малыша.

Вхожу в кабинет, и Преподобный тут же поднимается с места и подходит ко мне. Подает руку в знак приветствия, и я сразу понимаю, что ему что-то нужно. Он никогда так не делал. Здороваюсь с ним и сажусь за стол. Преподобный забирается на своё кресло. Он никогда не думал, что оно выглядит нелепо, в нищенской комнате "трон". Или тем самым он пытается показать, что он здесь "босс"? Так никто и не спорит.

– Майкл, как поживает Джей? Как малыш? – спрашивает Гарольд и складывает руки перед собой.

– Всё нормально. Может ближе к делу?

– Да, конечно. Через неделю в нашем городе состоится приём. Прибудут мистер Морис с супругой и ещё несколько высокопарных людей. Вы с Джей должны быть на вечере.

Молча смотрю на него и не понимаю, какого ответа ожидает от меня Преподобный. "Спасибо, за приглашение", "Мы обязательно придём", "Это честь для меня".

Я не могу заставить Джей увидеться со своими родителями. На неё и так свалилось слишком многое. Она конечно храбрится и делает вид, что всё наладилось. Но я понимаю, что это не так. Даже, когда она с улыбкой на лице говорит, что всё отлично.

Наклоняюсь вперед и складываю руки так же как Преподобный и, смотря четко ему в глаза, отвечаю: "Нет".

– Майкл, вы должны прийти. Понимаешь… я и так нажил себе врага в лице Флинта. Сейчас же я пытаюсь наладить наше общение. Ты же знаешь, что без поддержки Чёрной Пантеры Крест долго не протянет. И единственная просьба мистера Мориса – это повидать дочь и узнать, как она поживает вдалеке от родителей.

Смех вылетает из меня, и я смотрю на главу Креста, как на идиота.

– Вы что, серьезно ему верите?

– Нет. Конечно нет. Я прекрасно понимаю, что его главная цель – это проверить здесь ли мальчишка, которого мы украли из Подземелья…

– Не украли, а спасли. Вы наверное это хотели сказать?

– Да. Прости. Я нервничаю, потому что от твоего ответа зависит, состоится ли этот вечер. Если бы мы никак не зависели от Черной Пантеры, я бы не согласился на это никогда. Ты сам знаешь моё отношение к детям и их безопасности. Они наше будущее. Они те, кто будет вершить историю нового мира. А мистер Морис погубил слишком много невинных душ.

– О чем вы тогда думали, когда согласились на план Хантера? Вы же понимали, в случае провала, вам не видать поддержки от Черной Пантеры. И вы всё равно пошли на это.

– Я был уверен, что Хантер сместит Мориса и поставит своего человека во главе Черной Пантеры. И я до сих пор верю, что он сделает это. Не сейчас, так позже.

– Не исключено. – тут я готов согласиться с Преподобным, если Хантер поставил цель, он придет к ней несмотря на препятствия.

– А сейчас мистер Морис должен быть уверен, что я сожалею о своём необдуманном поступке. И что я снова его верный друг.

– Хантер в курсе этой встречи?

– Да. Тем более он тоже прибудет.

– Я подумаю. Завтра дам ответ. – говорю я, а Гарольд протяжно выдыхает.

– Хорошо.

И я ушел. Ненавижу политиков. Они как склизкие черви, так и норовят обмазать всех вокруг своим дерьмом. На пороге дома я увидел Стейси, которая только возвращалась домой. Странно. Она сегодня вернулась раньше и сказала, что плохо себя чувствует.

– О, Майкл, ты только идешь домой?

– Да.

– Я тоже. Проторчала в госпитале. Чувствую себя уже лучше, спасибо, что спросил.

Не отвечаю, захожу в дом и иду прямиком в спальню.

Она пуста. Джей нет. Ушла куда-то. Ладно, приму душ, от меня несет смертью и смрадом тварей. Скидываю с себя грязную кофту, открываю дверцу и… замираю у открытого шкафа. Тут только мои вещи. Что за…

Выхожу из комнаты и, стоя в кухне, вслушиваюсь в звуки, окружающие меня. Стейси в своей комнате, нервно ходит туда-сюда. Брэдди сидит за столом, тут мне не нужно прислушиваться, я вижу недоумение на его лице.

Шаги… второй этаж… комната Саманты и Роя. Преодолеваю лестницу и без стука вхожу во внутрь.

Джей. В огромном халате, с босыми ногами останавливается в центре комнаты. Мокрые волосы рассыпались по плечам и спускаются ниже поясницы. Облегчение волной проносится по мне, и я наконец спокойно выдыхаю, ровно до того момента, когда она оборачивается. Джей выглядит как всегда. Невероятно красивая и сильная, но аура напряжения так и витает в воздухе. Её взгляд… разочарование, печаль и злость.