Текст книги ""Фантастика 2026-118". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юлия Зубарева

Соавторы: Мери Ли
сообщить о нарушении

Текущая страница: 262 (всего у книги 297 страниц)

– Он с Шерри. Они сейчас у адвоката.

– У какого адвоката? Что он натворил?

Винс замолкает, и темное предчувствие заставляет меня напрячься:

– Винс? Что произошло? – напряженно спрашиваю я.

– На этот раз полиция ищет тебя, а не Джереми.

– Что?

– Тебя подозревают в убийстве…

– Что?! – кричу я, и все оборачиваются в мою сторону. Сбавляю голос до шёпота. – Что ты несешь?

– Уже официально выдвинуты обвинения. Ты якобы убила девушку в мотеле "Моя Рози" на краю города.

– Но это не правда.

– Рейч, у них есть свидетель. И ты сбежала, они вещают это по всем каналам.

– Что мне делать? – спрашиваю я и прикрываю глаза от безысходности.

– Сдайся. Я вытащу тебя. Обещаю тебе, я вытащу тебя! Подключу отца, да и у Шерри есть свои связи.

– Нет. Я уже была в участке. Мне не поверили.

– В каком участке?

– Винс, мне нужно подумать. Передай Шерри и Джереми, что со мной всё в порядке.

Нажимаю отбой и приваливаюсь лбом к сиденью передо мной. И что мне делать? Куда идти? Такого поворота я вообще не ожидала.

Снова звонит телефон, смотрю на дисплей. Номер не определен. Скидываю звонок. Открываю сумку и нахожу кошелек. Так, с наличностью проблема, а по карте меня выследят слишком быстро. По крайней мере, так показывают по телевизору. Выхожу на остановке, в двух кварталах от моей квартиры. Иду к ближайшему банкомату и снимаю все деньги. Захожу в маленький магазин техники, покупаю дешевый кнопочный телефон и новую симкарту.

Покидаю магазин и иду на остановку. Что делать? Что дальше предпринять? Если меня разыскивают, то домой и к знакомым мне путь заказан. Нащупываю в кармане куртки листок и достаю его. Выбора нет. Набираю номер и слушаю длинные гудки:

– Алло.

– Здравствуйте, это Рейчел. – замолкаю и жду реакцию.

– Здравствуй, Рейчел. – отвечает водитель пикапа.

– Простите, что беспокою Вас, но у меня проблемы.

– Уже наслышан. – грустно говорит он.

– Вы сказали, что ваш сын работает в органах, мне нужна его помощь.

– Ты же не совершала того, о чем говорят в новостях?

– Конечно же нет. Меня подставили и… мне больше не к кому обратиться.

– Хорошо. Ты сейчас где?

Я секунду молчу и думаю о том, что ему ничего не помешает вызвать копов и сдать меня. Сидя за решеткой, я ничего не смогу сделать. А тем более тягаться с сыном мэра. Но у меня нет выбора, как только довериться совершенно незнакомому человеку. Говорю адрес здания напротив меня и жду ответа:

– Хорошо, сейчас мой сын приедет за тобой.

– Спасибо вам. – искренне говорю я.

– Пока не за что.

– Я в вашей куртке, так он поймет, что я – это я.

– Он и так поймет, что ты – это ты. Твоё лицо по всем каналам мелькает. Жди, он будет в течении получаса.

Мужчина отключается первым, а я тяжело выдыхаю. Возможно, сейчас я совершила огромную ошибку. Стою на перекрестке и провожаю каждого прохожего подозрительным взглядом. Я несколько раз порываюсь, чтобы уйти с этого места, но тут же одергиваю себя. Если не этот человек, то никто не станет мне помогать.

Через двадцать минут до меня доносится вой сирены. О, Боже! Под бешеное биение сердца отступаю в переулок и пячусь назад. Всё-таки сдал! А как же слова о том, что нам надо быть более добрыми к людям? Такой же лжец, как и все вокруг. Но полицейская машина проносится мимо меня и исчезает за поворотом, в это же мгновение до плеча кто-то дотрагивается, и я вздрагиваю.

– Рейчел? – спрашивает меня стройный мужчина примерно тридцати пяти лет. – Я – Джон, и когда-то я покупал эту самую куртку для моего отца.

– Эээ, да, я Рейчел. – нервозно отвечаю я.

– Приятно познакомиться. Идемте со мной.

– Вы же не сдадите меня копам? – спрашиваю я. До сих пор не двигаюсь с места, ведь если я сейчас засомневаюсь в нём, то дам деру. В последнее время это у меня отлично получается. С момента, когда я открыла "чертову" дверь в мотеле, я только и делаю, что от кого-то убегаю.

– Я сам коп, поэтому такое пренебрежительное отношение к органам власти немного задевает меня.

– Простите.

– Я пошутил. Нет не сдам, иначе отец не простит меня никогда, а он почему-то уверен, что ты хороший человек, который не способен на такой поступок.

Конечно. Если бы он только знал, что именно я вонзила человеку нож в горло. Да, этот человек почему-то жив, но я не уверена, что я не убийца. Откидываю эти мысли и задаю очередной резонный вопрос:

– А как же этика? Вы можете потерять работу.

– Это только если Вы действительно совершили то, в чем Вас обвиняют. – Джон замолкает и внимательно всматривается в моё лицо, своими карими глазами. – Это так?

– Я этого не делала.

– Хорошо. Если мы докажем, что вы не совершали убийства, то я стану героем. А это мне только на руку. – он мило улыбается мне и указывает рукой куда нужно идти.

Джон подводит меня к припаркованному форду, и мы садимся в машину. В полной тишине едем по шумным улицам центра города. Примерно через пятнадцать минут останавливаемся возле небольшого особняка, и Джон говорит:

– Это мой дом. Сейчас мы зайдем внутрь, Вы примите душ, а после всё мне расскажите.

– Хорошо.

– Только правду, Рейчел. Иначе я не смогу Вам помочь.

Я просто киваю в ответ.

Спустя некоторое время после того, как я приняла поистине идеальный, долгожданный и умопомрачительный душ, мы сидим на небольшом диване в гостиной и разговариваем. Я рассказала Джону всё, начиная с того момента, как попала в мотель "Моя Рози". Он внимательно слушал меня и изредка задавал уточняющие вопросы. Он даже ни разу не посмеялся, не закатил глаза над тем, что я видела, как сын мэра Тони Аллен "заморозил" девушку одним лишь взглядом или дыханием. В голове я уже свыклась с мыслью, что это действительно случилось, но стоит это произнести вслух… в общем, я не удивлюсь, если Джон решит, что я сумасшедшая.

Но он молча сидит и смотрит на меня немигающим взглядом. Что он пытается разглядеть на моём лице? Я не до конца смыла с себя кровь? У меня выросли уши как у кролика? Почему он так странно смотрит? Не выдерживаю эту "войну" взглядов и спрашиваю:

– Что не так? Вы мне не верите? – и с замиранием сердца жду его ответ.

– Я… Рейчел, Вы же понимаете, как это звучит? – осторожно начинает он.

– Понимаю.

– Но я не думаю, что вы глупы. И я склоняюсь к тому, что если бы Вы решили солгать, то выбрали бы любую другую историю.

– Звучит, вроде, логично. – неуверенно соглашаюсь я.

– Вот именно. Может ещё чаю? – спрашивает Джон и кивает головой на пустую кружку, которая находится у меня в руках.

– Не откажусь.

Хозяин дома встает и забирает кружку, и в этот момент наши пальцы соприкасаются, и я сама не понимая почему, но отдергиваю руку, словно он обжег меня. Мы оба тактично делаем вид, что ничего не произошло, и я не повела себя как идиотка. Как только шаги Джона стихают в районе кухни, я могу позволить дать себе по лбу.

"Боже, Рейчел, ты не первый раз в жизни находишься наедине с красивым мужчиной. И с каких это пор ты стала скромнягой?" – я только что мысленно обратилась к себе, как к постороннему человеку, может я и правда неуравновешенная? И всё, что я видела в мотеле – это ничто иное, как разыгравшийся больной мозг? Что, если я действительно убила девушку? Как сумасшедший может понять, что он сумасшедший? Я думаю, каждый считает себя уравновешенным. Как я, например.

Нужно узнать у Джона, как именно убили девушку. Встаю с дивана и ещё сильнее запахиваю на себе мужской халат коричневого цвета. Делаю шаг в сторону кухни. Но замираю на месте.

Что-то не так.

Тишина.

Ни единого звука не разносится в доме.

Это подозрительно.

Я окончательно стала параноиком.

Поднимаю полы халата и медленно, шаг за шагом ступаю по ламинату в сторону кухни. По-прежнему тишина. Передо мной дверь, протягиваю руку и тихо дюйм за дюймом открываю её. Сердце разгоняется, но я продолжаю отворять дверь. Готово. Переступаю порог и вижу, что две чашки стоят на столе, но Джона на кухне нет.

Так, так, так. Куда он делся? Как только я оказываюсь на середине кухни, то тут же нахожу глазами дверь на улицу. Она наполовину стеклянная, точнее верхняя её часть из стекла, а нижняя из серебристого металла.

Именно там и стоит Джон. Он с кем-то разговаривает по телефону, при виде меня Джон машет рукой и слегка улыбается. Кстати, улыбка у него что надо.

Фух.

Облегчение накрыло меня такой мощной волной, что если бы не стол, за который я сейчас держусь рукой, меня бы смыло в океан панической атаки.

После пары раз счета до десяти и обратно я наливаю нам свежий чай и отправляюсь обратно в гостиную. Вот же паникерша. Подхожу к дивану, на котором мы ранее сидели и ставлю чашки на маленький журнальный столик, сажусь на своё место и жду Джона. Пора выдохнуть и немного расслабиться, иначе я рискую сделать глупость. А сейчас это последнее, что я могу себе позволить.

– Предпочитаю кофе. – доносится до меня тихий, но уверенный голос брюнета из темной части комнаты.

4. Мистер «Киллер»

Рейчел.

И вот, спустя шесть часов я сижу в совершенно другом доме, в абсолютно иной гостиной. Но на мне по-прежнему надет огромный коричневый мужской халат, который принадлежит Джону. Я настолько сильно измотана, что сейчас мне совершенно плевать, где я и с кем. Я просто безумно хочу спать, веки опускаются помимо моей воли.

Тем временем воспоминания уносят меня в дом Джона. Это было… страшно и нелепо. Я словно попала в дешевый триллер. Как только я узнала, что брюнет нашел меня, пробрался в дом и ведет себя, словно он хозяин вселенной, не успела я опомниться, открылась дверь кухни, и в гостиную вошел Джон, его лицо в одну секунду изменилось. Сначала оно было спокойным и умиротворённым, а потом напряженным и даже немного злым. Он в одно мгновение выхватил свой пистолет из-за пояса и направил его на брюнета, но стоило мне перевести взгляд на непрошенного гостя, я увидела, как его рука всё в той же черной кожаной перчатке сжимает рукоять такого же оружия. Только пистолет направлен не на Джона, а на меня. Его спокойный и холодный голос до сих пор пробирает меня до дрожи: "Опусти пистолет, иначе её мозги разлетятся по твоей гостиной". Он сказал это и просто ждал, я видела, как Джон засомневался. Он боялся за меня, совершенно незнакомого ему человека, и в следующую секунду за него беспокоилась уже я.

– Ты, – обратился ко мне брюнет. – Выходишь за дверь и садишься в мою машину, как она выглядит ты знаешь.

– А если нет? – со страхом в голосе спросила я.

– Если нет, то я пристрелю его. Потом поеду к твоему брату и сделаю то же самое с ним. Дальше отправлюсь к твоей приемной матери и направлю пистолет четко ей между глаз. Следом найду твою…

– Я поняла, поняла. – говоря это, я ненавижу и боюсь его всей душой. Оборачиваюсь к Джону и с сожалением смотрю на него. – Прости меня за то, что втянула тебя в это.

– Не говори глупостей. Ты меня никуда не втягивала. – говорит Джон, не сводя взгляда с брюнета.

– На выход. – холодный голос заставляет меня поёжиться. Босая, только в одном лишь халате направилась к двери.

– Рейчел? – доносится голос Джона, но я не оборачиваюсь, а просто продолжаю двигаться вперед. – Я найду тебя.

Это последние слова, которые он мне сказал. И что-то внутри меня кольнуло в самую душу. Он не должен этого делать. Я боюсь, до добра это не доведет. Джон был действительно добр ко мне, и это удивительно, но всего лишь за один вечер он стал для меня спасением. Ведь он поверил моим словам, не усомнился даже там, где сомневалась я сама.

Как только я села в машину, мой преследователь тут же занял водительское сидение, мы плавно выехали на дорогу и смешались с небольшим потоком машин. Я бросила последний взгляд на дом Джона и увидела его на крыльце. Отвернулась и подавила в себе желание заплакать. Ненавижу слезы, они показывают слабость и беспомощность, а я не такая. По крайней мере надеюсь на это.

Мы ехали очень долго и единственное, что мне сказал мой похититель: "Никогда больше так не делай, это в твоих же интересах". Что именно он имел в виду, я не знаю. Не делать чего именно? Не угонять его машину? Не сбегать? Не выполнять его приказов? Я не знаю. Но и уточнять не собираюсь.

Сейчас я сижу в огромной гостиной, на большом диване серого цвета и пытаюсь не уснуть. Брюнет сказал сидеть здесь и не шастать по дому. Ждать, когда он придет.

Я не поняла, когда успела лечь на диван и уснуть. Разбудил меня громкий хлопок. Распахиваю глаза и быстро сажусь на диване. Мой взгляд падает на НЕГО, брюнет стоит передо мной. Обычные синие джинсы и серая футболка, перчаток нет. Была уверена, что с ними он не расстается никогда. Сейчас он выглядит как обычный мужчина, но он совсем не такой. Как же обманчива внешность. Ногой толкает в мою сторону большую черную спортивную сумку и говорит, скорее даже приказывает:

– Переодевайся. У тебя пять минут.

Разворачивается, уходит налево и поднимается по винтовой лестнице на второй этаж. Сажусь на пол возле сумки и достаю содержимое. Чего тут только нет. Начиная от принадлежностей личной гигиены, нижнего белья, до одежды, есть даже небольшой сотовый телефон. Он дал мне телефон? Странно всё это. Переодеваюсь тут же возле дивана. Надеваю нижнее белье, натягиваю синие спортивные штаны, черную футболку и полосатые носки. Носки – это самая яркая вещь. Они теплые, мягкие, в толстую красно-белую полоску. Собираю волосы в хвост и жду. Эээ… мне до сих пор нельзя ходить по дому или уже можно? Ну, брюнет сказал, пока ОН не придет. А он пришел. Из этого следует, что теперь я вольна передвигаться по дому.

Иду вслед за мужчиной на второй этаж. Не могу не отметить, что здесь всё очень дорогое, начиная от сверкающего покрытия пола до шикарной люстры, которая освещает огромную гостевую. Медленно поднимаюсь по лестнице и попадаю в широкий коридор, по обе его стороны по две двери, но я уверена, что мне нужна дверь, которая напротив меня. Она слегка приоткрыта.

Вдох, выдох.

Нужно выяснить, что происходит, иначе я могу сойти с ума от своих же догадок.

Открываю дверь и вижу до банальности обычный кабинет. Большой стол, на нём ноутбук и куча каких-то бумаг. Кто он вообще такой? Киллер и секретарша в одном лице? Дальше осматриваю помещение, у стены небольшой диван, а возле него искусно изогнутая статуя чего-то там. Современное искусство – это полный отстой. Ну по большей части, конечно. За столом из коричневого дерева сидит брюнет и просматривает что-то в ноутбуке:

– В следующий раз стучи. – неожиданно произносит он.

– Хорошо.

– Садись. – говорит брюнет и указывает на диван.

Я покорно прохожу и опускаюсь на мягкое сиденье. Жду. Но брюнету, кажется, плевать, что я здесь. Он занимается какими-то делами. То и дело заглядывает в ноутбук, а потом делает пометки в блокноте. Так, я больше не выдержу:

– Что происходит? – спрашиваю я.

– Минуту. – холодно произносит он.

Тяжело выдыхаю и складываю ладони на коленях. И снова жду. Проходит минута, а я всё жду. Думаю, прошло уже минут десять. Встаю и иду в сторону двери.

– Стой. Садись обратно. – всё также спокойно говорит он.

Возвращаюсь к дивану и сажусь. Смотрю в голубые глаза, и мурашки пробегают по мне. Но я преодолеваю страх перед этим человеком, вздергиваю подбородок и расправляю плечи:

– Что происходит?

– У тебя проблемы.

– Это я уже знаю. Но что именно к ним привело? Что произошло в мотеле? – кажется, ещё мгновение в неведении, и я начну его умолять. Мне действительно нужны ответы, но не от праздного любопытства, а для того, чтобы я могла наконец-то разобраться со всем этим недоразумением и вытащить себя со дна. Вернуть свою жизнь.

– Ты всё видела. И это ты должна рассказать Совету.

– Какому совету?

– На этот вопрос я не буду отвечать. Ты и так знаешь слишком многое.

– Я ничего не знаю. – начинаю злиться я.

– Через неделю ты расскажешь, что видела и большего от тебя не требуется.

– Если ты не расскажешь мне, что происходит, я ничего не скажу твоему Совету. – вот так, Рейчел, молодец, покажи ему, что ты – не кроткая овечка.

Ледяные голубые глаза неотрывно смотрят мне в самую душу и от этого становится крайне неуютно и беспокойно.

– Не советую шантажировать меня.

– А то? – с вызовом спрашиваю я и вздергиваю подбородок, но это всё напускное, на самом же деле, мне жутко от того, что моя жизнь зависит от этого мужчины. А я его совсем не знаю. Не доверяю и боюсь.

– Иначе я просто сдам тебя полиции. Тебя посадят примерно на двадцать лет. А я просто подожду следующего прокола Тони.

– Это ложь. – парирую я.

– Нет.

– Если бы все было так просто, то ты бы не тратил столько времени на моё возвращение. Это же глупо. Зачем тратить столько сил, если можно подождать "очередного прокола"? Следовательно, эти проколы очень редки и вообще не факт, что они ещё будут. Так что, я тебе нужна. – протараторила и замолчала. Не слишком ли много я беру на себя? Ничего не мешает ему достать пистолет и пристрелить меня. Но как бы мне не было страшно, я должна прощупать почву. Понять его… настолько, насколько это возможно.

Брюнет странно смотрит на меня, думаю, он не ожидал, что я вообще буду себя так вести. Скорее всего он думал, что я буду постоянно рыдать и молить его о пощаде. Так бы сделало большинство людей, но я не могу себе этого позволить. Просто не могу прогнуться под другим человеком. Психолог, к которому меня записывала Шерри, сказала, что это идет из детства, мне невыносима даже мысль, что мной будет кто-то управлять. Я вообще думаю, что такое они говорят всем: "У вас проблемы? Так это все из детства".

– Расскажи, что ты увидела. – говорит брюнет.

Я молчу какое-то время, но потом произношу:

– Как Тони убил девушку.

– А именно?

– Он… эээ… заморозил её. Я понимаю, что это звучит бредово…

– Это не бред. Именно так он её и убил, но полиция считает, что девушку убила ты. А именно, по свидетельствам сына мэра Тони Аллена, ты приревновала его к эффектной блондинке и зарезала её ножом, точнее, перерезала горло, а после сбежала. – брюнет отодвигает верхний ящик стола и достает оттуда прозрачный целлофановый пакет, а внутри него лежит мой нож. – Именно этим ножом ей перерезали горло, кроме твоих отпечатков и крови жертвы на нём ничего нет. А это прямая улика твоего участия в смерти девушки.

– Это ты меня подставил? Зачем? – недоумеваю я.

– Так надо. Не думай, что это что-то личное. Как бы это банально не звучало, ты оказалась не в том месте не в то время.

– Так ты подставил меня?

– Нет. Я тебя спас.

Мы молчим, и каждый думает о своём. Как я могу ему поверить? Голова идет кругом, но всё-таки я принимаю, как мне кажется, логичное решение:

– Хорошо, я выступлю перед Советом. А что потом? Ты меня убьешь? Меня всё равно посадят? Как я могу состязаться в слушании с мэром? Мне не выиграть.

– Меня это не касается.

– Зато касается меня. Я не буду тебе помогать, если ты не поможешь мне.

Он какое-то время смотрит на меня, потом отвечает:

– Хорошо. – снова отодвигает верхний ящик, убирает мой нож, достает лист бумаги и протягивает его мне. – Это правила, которые ты должна соблюдать, пока находишься в моём доме.

Забираю лист и разворачиваюсь, но понимаю, что я даже имени его не знаю:

– Как я могу к тебе обращаться? Как тебя зовут?

– Тебе не нужно этого знать.

– Почему?

Он не отвечает.

– Тогда я могу называть тебя так, как захочу?

– И как же? – спрашивает он.

– Ты похож на киллера. Буду называть тебя Киллер.

– Хм…

– Не нравится? – спрашиваю я.

– Нет.

– Вот и отлично.

Покидаю кабинет и спускаюсь вниз, но тут вспоминаю про телефон, который он положил в сумку. Беру его и возвращаюсь к кабинету. Останавливаюсь перед дверью и поднимаю руку, чтобы постучать, но останавливаю себя, просто вхожу внутрь и с порога говорю:

– Ещё пара вопросов.

Он поднимает на меня суровый взгляд. Думаю, я начинаю его бесить.

– Мне можно позвонить близким? – с замиранием сердца спрашиваю я.

– Да, этот номер не отследить. Но если ты скажешь что-то лишнее…

– Да, да. Ты убьешь всех, кого я знаю. – делаю паузу и чувствую, как ком в груди давит на меня. – Я просто хочу узнать, как у них дела.

– Я тебя предупредил.

– И ещё вопрос. Я неделю буду жить… здесь?

– Можешь занять любую из трех комнат на втором этаже.

– Но их четыре.

– Одна из них моя.

Так, вот в его комнату я ни ногой, ни рукой. Боже, упаси.

– И ещё вопрос.

– Ты всегда так много говоришь?

– Вообще-то нет. Я могу свободно передвигаться по дому? Я есть хочу и…

– Можешь ходить везде, кроме кабинета и моей спальни. – немного повысив голос отвечает Киллер.

– Хорошо.

Ухожу вниз и сажусь на диван, возле которого до сих пор лежит спортивная сумка, а поверх неё халат. Джон, может позвонить ему? Сказать, что я жива. Номер его отца я запомнила. Нет. Сначала Шерри, набираю номер и жду ответа:

– Алло, если вы что-то продаете, то катитесь в ад.

– Шерри.

Мгновение тишины, шарканье и звук закрывающейся двери:

– Рейчел? – шепотом спрашивает она.

– Да, это я.

– Ты где? Скажи, я приеду за тобой.

– Я не могу сказать. Прости, я просто звоню тебе, чтобы ты не волновалась.

– О, я ещё как волнуюсь. Ты что, с ума сошла? Тебя ищут по всему штату.

Мне становится так спокойно от звука её голоса. И не важно, злится она или нет. Не считая Джереми, она – мой самый близкий человек.

– Я знаю. Я не совершала этого.

– Даже если и совершала, мне плевать! Я наняла Мэтта, адвоката, который помог в прошлый раз Джереми, он сказал, что сможет всё разрулить.

– Спасибо.

– Так что не высовывайся. Как я могу с тобой связаться?

– Пока никак, я сама буду тебе звонить, как только смогу. – делаю паузу и прикрываю глаза. – Я люблю тебя. Прости, от нас с Джереми только проблемы.

– Я знаю, что любишь. У всех есть проблемы.

– Как Джереми? – спрашиваю я.

– Винит себя. Говорит, если бы он не пошел на ту вечеринку, то ничего бы не произошло. И ещё он порвал с Лолой.

– Наконец-то. – с истинным счастьем выдыхаю я.

– Нет, ты послушай, она дала показания, что видела, как ты бежала с верхнего этажа, а в руках у тебя был нож.

– Это враньё.

– Это сучка допрыгается. – зло говорит Шерри и, тут же смягчая голос, спрашивает. – Рейчел?

– Да?

– Я с тобой. Всегда на твоей стороне, что бы ни произошло.

– Пока. – говорю я, не дожидаясь того, что расплачусь, как маленькая девочка.

– Пока. – отвечает Шерри.

Кладу трубку и пытаюсь сглотнуть ненавистный комок, но ничего не выходит. Надо осмотреться, отвлечь себя от грустных мыслей. Обхожу первый этаж, тут есть всё: небольшой зал со спортивным инвентарем, гостиную я успела разглядеть ранее, дальше кухня, она настолько прекрасна, что я думаю, не поселиться бы мне здесь.

Возвращаюсь наверх и, держа сумку в руках, открываю первую дверь. Обычная спальня, но я даже не представляю, сколько денег пришлось потратить на её обстановку. Вся комната в бежево-коричневых тонах, это смотрится стильно и уютно одновременно. По центру стоит большая кровать, по периметру два небольших шкафа с витиеватой вырезкой на дверцах, но самое главное – это балкон. Бросаю сумку на кровать и иду к панорамному окну, открываю боковую дверь и "ого" – это же райское место. Просторная лоджия, с двумя удобными креслами и журнальным столиком между ними. А вид? Он прекрасен! Здесь-то я и проведу всё время.

Возвращаюсь в комнату и разбираю вещи. Слышу, как желудок начинает возмущаться, корчась от голода. Спускаюсь вниз, прямиком иду на кухню. Когда я говорила, что хочу есть, то совершенно не преувеличивала. Открываю холодильник и понимаю, что он практически пуст, достаю хлеб, бекон и два оставшихся яйца. Мне хватит, а мистер "Киллер" пусть ходит голодный. Начинаю готовить яичницу, когда до меня доносятся уверенные шаги со стороны гостиной, держа лопатку в руках, оборачиваюсь и…

Да твою же мать! Сколько можно? Передо мной стоит Тони Аллен и не менее шокировано смотрит на меня. А я вдыхаю полные лёгкие кислорода и на выдохе кричу:

– Киллер!

Тони достает телефон и прикладывает его к уху:

– Я её нашел. – уверенно говорит он, не отрывая от меня взгляда.

Но тут же появляется Киллер, выхватывает у него телефон и нажимает отбой.

– Это я её нашел, а не ты. – говорит он.

Что происходит? Они знакомы, это я поняла ещё в прошлый раз, но какого хрена Тони делает у Киллера дома?

– Что тебе нужно? – спрашивает брюнет.

– Папа пригласил тебя на ужин. – Тони бросает на меня взгляд. – Сегодня вечером.

– Передай Бенджамину, что у меня дела.

– Даже если на ужине будет Лорел? – ехидно интересуется Тони.

Это имя словно подкосило невозмутимого Киллера, челюсть напряжена, а взгляд обещает кровавое убийство. Кто она такая? Любовь всей его жизни? Подруга детства? Дочь?

– Во сколько? – холодно спрашивает Киллер.

– В восемь. И да, прихвати с собой свою собачонку.

– Ты можешь не говорить отцу, что она здесь.

– Могу… но я скажу. И ты понимаешь, что если оставишь её, то он придет и избавит меня от этой "головной боли."

Этот ублюдок назвал меня собакой и головной болью, да ещё и в одном предложении. Как же он меня бесит. Всё из-за него! Тони убил девушку и повесил это преступление на меня. Пытался придушить меня в лесу. Из разговоров я понимаю, что и он хотел меня поймать, вот только не успел. Придурок.

– Убирайся. Если Лорел не окажется на ужине, я закопаю тебя, и твой папочка никогда не найдет останков своего драгоценного сына.

– Хм. Ты по-прежнему такой злой и страшный. – Тони делает шаг к Киллеру и оказывается с ним нос к носу. – Но я тебя не боюсь.

– И зря.

Тони ехидно улыбается, разворачивается и, больше не произнося, ни единого слова уходит.

Я заставляю себя дышать ровно, но то и дело срываюсь на короткие судорожные вдохи. Оборачиваюсь к плите. Черт! Еда. Я забыла, а теперь от бекона и яиц остались только огарки. Вонь горелого разносится на всю кухню. Бросаю сковороду в раковину, оборачиваюсь обратно к Киллеру и говорю:

– Вы знакомы.

Он молчит, и я продолжаю:

– Что ему нужно от тебя?

– Чтобы я отдал тебя. – отвечает он и гипнотически смотрит мне в глаза.

– Ты это сделаешь? – спрашиваю я.

Он молча уходит, а я остаюсь наедине со своими мыслями, по-прежнему держа лопатку в руках. Нужно позвонить Джону. Я не могу доверить свою жизнь и оставить её в руках Киллера. Я ему совсем не доверяю.