Текст книги ""Фантастика 2026-118". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юлия Зубарева

13. Пожинай плоды

Я пустота…

Я ничто…

Я умерла…

Умерла там, на "Арене смерти" примерно час назад. Моя душа осталась именно там… рядом с Роем. Она лежит и так же, как и Рой истекает кровью.

Моя оболочка сейчас находится в машине, которая увозит меня всё дальше и дальше от моей души. И с каждой пройденной милей, я всё больше начинаю понимать урок Хантера. То, что он заставил меня сделать в кабинете – это цветочки, по сравнению с тем, к чему именно привела моя оплошность. К смерти Роя.

Я отдала бы сейчас что угодно, только бы вернуться назад и изменить события того дня. Я бы осталась в "замке" и не покинула его ни при каких обстоятельствах. Но слишком много "бы", случившегося не изменить, и сколько бы раз я не прокручивала в голове моменты, они останутся именно такими.

После того, как закончился бой, Хантер утащил меня в какую-то каморку и говорил мне о том "Что вытащит меня, спасёт…" Но меня уже не спасти. Я этого не хочу. Чтобы со мной ни сделал мистер Морис, я заслужила всё это и даже больше. Возможно, моё подсознание думает, что боль, которую мне причинит глава Чёрной Пантеры, хоть как-то притупит мою вину.

Так же, Хантер пытался внушить мне " Ты не одна. Слышишь меня? Ты не одна!" Но это звучит глупо. Я одна. Теперь я определенно одна. И этого ничто не изменит. Я старалась объяснить Хантеру, чтобы он не пытался вытащить меня, но он повторял одно и то же. Он злился… таким я видела его только однажды, обычно Хантер собран и не показывает своих эмоций, но этот момент был исключением. Не вижу смысла в его желании спасти меня. Я приношу людям только боль и страдания. Без меня всем будет лучше. Единственное, о чём я сейчас сожалею, так это о том, что больше не увижу мальчиков. Что им скажут? Куда пропала тётя Саманта?

– Милая, улыбнись. – говорит мистер Морис и растягивает губы в подобии милой улыбки, но это по-прежнему выглядит, как оскал обезумевшего зверя. – У тебя начинается "новая жизнь", полная увлекательных моментов. Уж поверь мне.

Он сидит со мной на заднем сидении внедорожника и посылает на весь салон флюиды победы. Он снова впереди. Как такому ублюдку удается всегда выходить победителем? Думаю, именно такие люди и способны на это. Он готов подставить кого угодно, убить, предать. Ему не важно, что придется сделать ради того, чтобы по-прежнему остаться у власти и лишний раз показать свою значимость. У меня закрадывается сомнение, что Хантеру удастся свергнуть главу Чёрной Пантеры. Хантер проигрывает Морису в одном – ему есть что терять. Он уязвим, Морис – нет.

Я просто сижу и смотрю невидящим взглядом на сиденье перед собой. Я не пытаюсь ничего сделать: ни придушить Мориса, ни сбежать. Возможно, причина этому пистолет, направленный мне прямо в голову. На переднем сидение находится телохранитель Мориса, который мне сразу же сказал: "Лишнее движение, и пуля подпортит твоё личико". Мне вроде и плевать на его угрозу. У меня просто нет сил. Я с трудом дышу, через силу вентилирую воздух.

Я даже не поняла, за какой промежуток времени мы доехали до Чёрной Пантеры. Сейчас я иду в сопровождении двух амбалов. Они проводят меня в комнату, где я "жила" раньше. Она выглядит, как тюрьма. Там нет окон, но есть дверь, которая запирается снаружи. Выбраться оттуда нет возможности, так же, как и нет смысла стараться это сделать.

Сейчас мы проходим мимо статуи, она находится в самом сердце города. Это красивая искусно созданная черная пантера, она словно крадется и, кажется, вот-вот прыгнет на свою жертву. Рядом расположен столб, именно здесь, в этом самом месте мистер Морис наказывал свою родную дочь Джей. Её били плетью, пока она не потеряла сознание.

Вот я уже в комнате. Стоит мне только переступить порог, как дверь захлопывается, и с лязгом задвигается засов. Ну вот и всё. Я вернулась. Бездумно прохожу к кровати и ложусь на неё. Подтягиваю колени к груди и беззвучно плачу. Слёзы текут и текут, но в какой-то момент и их не остаётся. Но я продолжаю плакать… Уже без слёз, но по-прежнему с неподъемной болью внутри.

Рой, прости меня…

Молю… прости…

И забери меня к себе…

14. За кулисами

Хантер.

Захожу в кабинет и с силой захлопываю дверь. Мне не нравится чувство, которое я испытываю сейчас. Словно я допустил ошибку. Но я не ошибаюсь, больше нет. Не могу себе этого позволить. Слишком многое зависит от меня и моих решений.

Снимаю пиджак и бросаю его на кожаный диван, прохожу к столу и наливаю щедрую порцию виски. Выпиваю залпом и опускаю стакан на стол. От сильного удара стекло разлетается, и пара осколков впивается мне в руку. Вынимаю их и иду к своему креслу.

Сажусь, прикрываю глаза и откидываю голову назад. Итак. Подведем итоги. Морис получил то, что хотел. Я получил то, что хотел, но какой ценой? В голове тут же всплывает лицо Саманты… я её покалечил. Она больше никогда не станет прежней. Что-то внутри неё сломалось, и это нашло отклик во мне… в моей душе. Кто бы мог подумать, у меня ещё есть душа. И этот самый отклик не нравится мне всё больше и больше.

Открываю глаза и тянусь за рацией, зажимаю волну Айзека и говорю:

– Всё чисто, можете возвращаться домой.

В ответ слышу двойной щелчок пальцами, это означает: "будет сделано". Выдыхаю и отставляю рацию подальше от себя. Скоро я снова увижу своего сына. Не могу дождаться, когда уничтожу Мориса и смогу спокойно проводить время с Чарли. Я прекрасно понимаю, что, как только с горизонта пропадет мистер Морис, на его место придет кто-то другой, но с этим другим у меня не будет личных счетов, а значит, это не проблема.

Помимо моей воли я вспоминаю свой последний бой на "Арене смерти". В тот день Чарли исполнилось три месяца. Его мамы не было в живых уже два месяца, две недели и три дня. Она умерла, в страшных муках, которых не заслужила. В тот день "икс" я оставил Чарли с доктором, который принимал роды и пытался спасти девушку, которая значила для меня слишком много. Имя этого врача – Макларен. Только ему я мог доверить своего сына и не бояться, что с ним что-то может произойти.

На "Арене смерти" мы выступали вдвоём с Айзеком, против нас выставили двенадцать человек. Но именно в этот раз я шёл не для того, чтобы биться за свою жизнь, я шёл с четким намерением сражаться за жизнь моего ребенка. Всё было спланировано заранее. Мы с Айзеком дрались бок о бок до последнего момента. Когда на "Арене смерти" остались только мы вдвоём, я выдернул копьё из мёртвого тела и бросил его чётко в грудь главы Хелл. Он упал замертво.

И тут началась настоящая бойня. Человек, который спланировал всё это, отключил питание, и ток больше не бежал по кругу "Арены". За считанные секунды я и Айзек выбрались наверх и начали убивать любого, кто был в услужении у прежнего правителя Хелл. Мы были не одни к нам присоединились Эмбер, Чейз и Картер. На момент начала боя они были закрыты в своих комнатах. Но человек, задумавший изменить мир, тот самый, что отключил электричество, выпустил их и снабдил моих друзей оружием. В этот день "Арена смерти" была усеяна трупами так, как никогда раньше.

В тот день я не стал правителем Хелл. Я стал избавителем. Люди не могли больше жить в рабстве и пресмыкаться перед своими хозяевами. Они хотели жизни, и я им её дал. Во всех политических делах мне помогал один человек, который всегда скрывается от лишних глаз. Даже мои приближенные не знают кто это. А является этим человеком ни кто иной, как старый добрый Саито Фудо.

Именно он решил изменить мир, но не своими руками. Нет. Чужими. Таким образом, он поставил во главу одного из самых больших городов меня, но не ожидал, что после шести месяцев его наставлений и советов я начну править сам. Я предупреждал его заранее, и он был согласен, но не ожидал, что так быстро я стану полноправным правителем. По его словам, именно такие люди, как я должны протащить остатки человечества в дальнейший путь.

После, старик Саито руками Преподобного и моими сверг ещё одного ублюдка. Сенатора, который правил Подземельем долгие восемнадцать лет, но и его время вышло. Гнездо разворошили, его убили, а люди разошлись по другим городам.

Дальнейший шаг Саито Фудо – продвинуть Майкла к власти в городе Крест. По его словам, Преподобный слишком труслив, но пока он не совершает ужасных поступков, Саито не будет его трогать. Старику и это удалось. Сейчас Майкл является правой рукой Преподобного, но по факту все ключевые моменты решает именно он.

И последняя ступень Саито Фудо – это свержение мистера Мориса и его приспешников. Это оказалось сделать сложнее, чем мы предполагали. Он постоянно уходит у нас из-под носа.

Я предлагал Саито просто пристрелить Мориса, но он разъяснил мне суть человеческой натуры. Морис не показывает себя перед своими жителями как тиран, или деспот. Он не настолько глуп, как Сенатор или прежний правитель Хелл. Наоборот, он отлично делает вид, что озабочен нуждами граждан. Но по факту, он нарушает один из самых главных законов. Закон о защите детей. Он проводит над ними опыты. Но без доказательств, нам никто не поверит. И мы не будем спасителями граждан Чёрной Пантеры, мы будем захватчиками. А если мы придем как завоеватели, то рано или поздно нового правителя Чёрной Пантеры уберут. Либо приближённые к Морису, либо сами граждане. В этом вся загвоздка. В неоспоримых доказательствах вины.

Но я помогаю Саито не из-за благодарности, что он выбрал меня семь лет назад. Это было не случайное стечение обстоятельств. Старик так не делает, он отменный стратег и просчитывает десятки ходов наперед. Он знал, что я не такой, как все. Саито понял это ещё тогда, когда увидел меня мальчишкой. Он знал Майкла и его приёмных родителей, они-то и посвятили Саито в "необычность" их ребенка. Старик сразу же взял это на заметку и просто ждал. Шли годы, и его пазлы сложились только тогда, когда он узнал, что именно Я питаю безграничную ненависть к мистеру Морису и сделаю что угодно, чтобы убрать этого ублюдка и спасти своего сына. Саито знает причину этой ненависти, и скоро об этом узнает сам Морис.

Открываю глаза и откидываю эти воспоминания как можно дальше. Они никакого веса не имеют. Не сейчас, когда прошло уже семь лет.

Встаю с кресла и иду за очередным бокалом. Достаю целый стакан и снова наполняю его янтарной жидкостью. Опять выпиваю и беру рацию в руки. Смотрю на неё в течении пяти секунд и зажимаю канал с Картером. Картер – это один из моей четверки. Именно он сейчас находится в Чёрной Пантере. Он там уже практически три года, прибыл он туда как беженец из Креста и устроился плотником. За это время он сблизился с какой-то девкой, которая работает у Мориса секретаршей. И так потихоньку он втёрся в доверие к приближенным мистера Мориса. Скажу больше, три недели назад он сообщил, что был в лаборатории, но не видел там никаких детей. Две недели назад он сказал, что слышал разговор врачей, и они говорили о скрытом этаже под тюрьмой. Но это могут быть только слухи. Он должен туда пробраться и выяснить всё наверняка. Но теперь это не единственная его задача.

– Картер. Мисс Келли прибыла в город? – спрашиваю я.

– И ты даже не спросишь, как у меня дела? – как всегда вопросом на вопрос отвечает Картер.

– Я знаю, как у тебя дела, давай ближе к делу.

– Да. Она в городе. Её заперли в комнате.

– Присмотри за ней.

После этих слов образуется тишина, и я с вызовом смотрю на рацию, которая в недоумении спрашивает меня голосом друга:

– В смысле?

– Присмотри так, чтобы никто не понял. Она должна остаться целой и невредимой до того момента, пока ты не найдешь доказательства.

Тишина. Ответ:

– Я пошлю к ней человека.

– Отлично. И… ты отвечаешь за неё головой.

– Понял.

– Как продвигается дело?

– Думаю, на следующей неделе мне удастся туда попасть. Лучше не спрашивай как.

– Не буду… Ты как там?

– Честно?

– Да.

– Скучаю по своей семье.

– Семья ждет тебя.

– Но тут такой случай… В общем, когда всё закончится, в Хелл я вернусь не один.

– Это как?

– Хантер, я здесь уже почти три года. Моя жизнь не встала на паузу, она по-прежнему идет, и я, кажется, встретил кое-кого. Ну как, кажется. Чёрт! Короче, я буду папой. Жесть, это даже звучит неправдоподобно.

– Поздравляю. Это секретарша Мориса? Ты серьезно?

– Я серьезно.

– Надеюсь, ты ей ничего не рассказал?

– Нет.

– Отлично. До связи.

– До связи.

Ставлю рацию на стол и снова наполняю стакан. Одна из раздражающих вещей в моём организме – это невозможность напиться. Это бесит. Но горечь напитка немного успокаивает нервы и заставляет собраться с мыслями.

15. Доктор, ваш выход

Саманта.

С трудом открываю глаза, этому препятствуют слипшиеся от слез ресницы. Только стоит мне осознать, где именно я нахожусь, весь ужас произошедшего обрушивается на меня. Эта лавина боли не дает мне дышать. Эта паническая атака заставляет меня сползти с кровати на пол и подтянуть колени к груди. Зажимаю голову между ногами и пытаюсь дышать.

Но ничего не выходит.

Пытаюсь сконцентрироваться на чём-то хорошем, и в голове сразу же всплывают лица Чарли и маленького Майкла.

Болезненный вдох.

Хриплый выдох.

Рваный вдох.

Тяжелый выдох.

И так по кругу, пока дыхание не нормализовалось. Поднимаю голову и открываю глаза. Ну вот и всё. Я дышу… только зачем?

Мои мысли занимает смерть Роя, и, как бы эгоистично это не было, я пытаюсь отстраниться от этого. Стараюсь не думать. Но это настолько пустая трата времени, что в итоге я бросаю попытки и снова окунаюсь в пучину боли.

Слышу шаги в коридоре и заставляю себя встать на ноги. Кто-то медленно отодвигает засов и открывает дверь. Сука! Ненавижу её! Срываюсь с места… но тут же замираю. В проёме стоит Шарлотта и с широченной улыбкой на губах смотрит на меня. Из-за её физиономии я и сорвалась с места. Но остановил меня громила, который находится за спиной этой маленькой твари и снова тычет в мою сторону пистолетом.

Я не понимаю, почему я держусь за свою жизнь. Что меня останавливает от того, чтобы нарваться на пулю? Инстинкт самосохранения? Здравый смысл? Я не знаю ответа.

Шарлотта перешагивает порог и произносит:

– Давненько не виделись.

– Надо было убить тебя там, в лесу. Когда ты вернулась.

– Да, это была ваша ошибка. – Шарлотта издает наигранный смешок и продолжает. – А ведь Стейси вам говорила сделать это, и она неоднократно повторяла своё предложение. Нужно было послушать её, а не эту жалостливую овечку Джей.

– Да ты сумасшедшая! Рой не сделал тебе ничего плохого…

– Мне плевать! – кричит Шарлотта и встаёт прямо передо мной. Яд так и сочится из её рта. – Слышишь?! Мне плевать, что он сделал, а чего нет! Я знаю, что он дорог Джей и от его смерти она будет страдать… Не так, конечно, как страдала Я… когда она не спасла мою сестру.

– Ты действительно сумасшедшая! Она ничего не могла сделать! Это Морис виновен в её смерти! Как ты этого не понимаешь?

Шарлотта меняется в лице, приближается ко мне на шаг и шипит:

– Мистер Морис предупредил меня.

– О чём?

– О том, что ты именно это и скажешь. Хмм… вы такие предсказуемые. Ну, да ладно, оставим лирику на потом. Дэйв? Нам пора. Веди её.

Шарлотта разворачивается и выходит из каморки, в которой я вскоре сгнию. Громила по имени Дэйв кивком головы показывает мне: "Выходи". И я слушаюсь. Не вижу смысла спорить или противиться.

Мы проходим по узкому коридору. На меня нахлынывают воспоминания. Как только мы вышли из Подземелья, то через несколько дней очутились в Чёрной Пантере. Нас было двадцать человек. Как нам объясняли, что именно мы являлись счастливчиками, которые найдут спасение для всего Подземелья. Ведь на тот момент мы даже не подозревали, что люди все эти восемнадцать лет жили на поверхности.

Как только мы попали в Чёрную Пантеру нас разместили именно в этих комнатах. Проходя сейчас мимо комнаты, в которой жил Рой я помимо воли останавливаюсь и провожу ладонью по двери, но тут же получаю толчок в спину. Оборачиваюсь и зло смотрю на Дэйва, но он невозмутимо смотрит в спину удаляющейся Шарлотте, а мне взмахом пистолета указывает идти вперед. Подчиняюсь и ловлю себя на мысли: "Почему он молчит? Ещё вчера он угрожал мне словесно". Да плевать.

Выходим на улицу и огибаем здание. По ярко светящему солнцу понимаю, что сейчас примерно обед. Солнце не перестало утром вставать на небосводе. Смерть Роя ничего не изменила, остальная жизнь продолжает идти своим чередом. От этого становится тошно и обидно.

Обходим вокруг здания и идем параллельно кирпичной стене. Не доходя до конца здания Шарлотта останавливается и открывает дверь. А ведь если не знать, что она там есть, её и не найдешь. Она замаскирована настолько профессионально, что её нереально отличить от стены.

– Давай, заходи. – говорит Шарлотта и отступает в сторону. – Я буду ждать вас здесь.

– Куда мы идем? – спрашиваю у неё.

Шарлотта выгибает дугой бровь и с очередной мерзкой улыбкой сообщает:

– На допрос. Не за красивые же глазки тебя захотел мистер Морис, а за сведения, которыми ты располагаешь.

– И вы думаете, что я всё расскажу?

– О, я не думаю. – Шарлотта склоняется ближе ко мне и шепотом произносит. – Я это знаю.

Как только она отклоняется, Дэйв снова толкает меня в спину, и я начинаю движение вперед. А точнее вперед и вниз, узкая лестница выводит нас в странную комнату, здесь ничего нет, кроме вешалок с больничными халатами и ещё одной двери на противоположной стороне.

Чёрт! Только сейчас я понимаю, что именно из этого места меня вытащили Джей и Майкл. Именно здесь находится тот самый "доктор"… Нет, нет, нет. Я не могу пойти туда.

Я останавливаюсь и смотрю на громилу, он тут же понимает, что я не двинусь с места, видимо, это написано у меня на лице. Он убирает пистолет, прячет его в кобуру, которая находится на ремне джинс. Я тут же срываюсь с места и пытаюсь отобрать пистолет. На это действие верзила просто смеётся и заламывает мне обе руки за спину. Теперь он находится за мной и склоняясь к самому уху шепчет:

– Давай без глупостей. Смирись, иначе будет только хуже.

Толкает меня вперед к двери, которая расположена в другом конце комнаты. Открывает её, и мы входим в длинный коридор. Смотрю по сторонам, и обрывки воспоминаний появляются у меня в голове. Я однозначно была здесь. Я помню эти клетки, что расположены по обе стороны коридора. Но раньше тут практически никого не было, сейчас же они до отказа забиты людьми всех возрастов. Хотя нет, не всех, здесь нет детей, но куча подростков и стариков. В каждой клетке примерно по пять человек.

Когда верзила проводит меня мимо них, заключённые, все как один подходят к решеткам и молча провожают меня безразличным взглядом. Боже! Сколько они уже находятся взаперти? За что они здесь и для чего?

А мы всё идём и идём, пока не упираемся в самый конец коридора. Стоит нам только подойти к стене, как она открывается, образуя собой проход в белоснежную лабораторию. Ну, по крайней мере, мне кажется, что это лаборатория.

– Здравствуй, Саманта. Как провела ночь на новом месте? – самодовольный голос мистера Мориса заставляет меня обратить на него взгляд.

Но я не отвечаю ему, не вижу смысла. Просто смотрю на него со всем презрением, что находится внутри меня. Тут моё внимание привлекает кресло, за которым сидит мужчина. Он расположен спиной к нам, а перед ним находится небольшой стол. Я наблюдаю за его манипуляциями, он протягивает руку и берет большой пустой шприц, после этого его рука пропадает из поля моего зрения. Но вскоре я вижу, что он наполнил его жидкостью ядовито зеленого цвета. Мужчина отодвигает кресло, встает и оборачивается к нам.

Я рефлекторно отступаю назад и упираюсь спиной в Дэйва. Твою мать! У них что, нет других докторов? Почему именно этот ублюдок должен находиться здесь? Длинное мерзкое лицо, того самого "доктора" ничего не выражает, словно он видит меня в первый раз, но его глаза… это смесь сумасшествия и предвкушения.

Морис начинает говорить, но я не могу оторвать взгляд от лица больного ублюдка, который часами разглядывал и трогал моё тело. Тошнота подкатывает к горлу, а страх расползается под кожей, как паразит. Кажется, ещё секунда и я сойду с ума. Вот куда может привести один неосторожный поступок.

– Саманта, думаю тебя не нужно знакомить с нашим лучшим доктором. Как мне известно вы и так "близко" знакомы. – очередная мерзкая ухмылка появляется на лице мистера Мориса. В следующую секунду его лицо становится серьёзным, и он переводит взгляд на Дэйва. – Сади её в кресло.

Бросаю взгляд на центр лаборатории, там стоит странное сооружение. Это что-то вроде смеси из врачебного кресла и кушетки. Дэйв толкает меня в центр, но я начинаю упираться, брыкаться, хвататься за руки громилы, лишь бы не попасть в это кресло. После бесцельных попыток я всё-таки оказываюсь в кресле. Ничего не успеваю понять, но мои руки тут же приковывают к подлокотникам.

– Доктор, ваш выход. – произносит мистер Морис.

– Что вы собираетесь делать? – спрашиваю я и пытаюсь выдернуть руки из оков.

– Милая, это называется допрос. Сейчас ты мне расскажешь всё, что есть в твоей голове.

– Я не скажу вам ничего.

– Такая же самоуверенная и глупая, как Джей. – мистер Морис разочарованно качает головой и продолжает свою тираду. – Эта сыворотка развяжет тебе язык так, что ты мне расскажешь всё, даже если что-то забыла. Сейчас доктор поставит тебе укол и введёт содержимое в вену, через несколько секунд ты впадешь в транс и не сможешь мне солгать. Ты будешь настолько правдива, насколько это только бывает возможным. – Морис снова переводит взгляд на "доктора" и кивает ему головой, тем самым давая знак действовать.

Перевожу взгляд на свой ночной кошмар, и время замедляется. Я снова попала в этот капкан. Я ничего не могу сделать. Я прикована и единственное, что сейчас в моих силах – это молиться о том, чтобы всё не повторилось вновь… чтобы этот ублюдок не зашел дальше. Не изувечил мою душу до конца.

Мужчина медленно, шаг за шагом приближается, и я вижу, как его мёртвые рыбьи глаза бегло обследуют моё тело, тошнота вновь появляется, и я зажмуриваю глаза, чтобы не видеть его.

Вздрагиваю от прикосновения холодных, липких пальцев к своему лицу. Так называемый "доктор" нереально медленно убирает волосы с моей шеи и плеча, после наклоняет мою голову набок.

Резкая боль пронзает шею, и громкий крик вырывается из меня. Это больно, словно мне в вену вставили иглу и запускают обжигающую лаву в мою кровь. Я чувствую, как сыворотка растекается внутри меня.

Кричу ровно до того момента, пока не понимаю, что сознание начинает покидать меня.

Нет!

Стоп!

Я не могу остаться без сознания в одной комнате с этим моральным уродом! Но проходит секунда за секундой, и мои глаза закрываются.

Тишина… она практически идеальна. За исключением глухих голосов вдалеке. Но мне настолько всё безразлично, ровно до того момента, когда я начинаю слышать свой голос. Не понимаю, что именно я говорю, но я это определенно делаю.

Потом меня вновь поглощают тишина и темнота.

Я теряюсь в своём разуме.

Но это ненадолго.

Я словно выныриваю в реальность из ледяного чана с водой. И снова крик заполняет пространство. Но это безмолвный крик. Я как рыба на суше, открываю рот, но ничего не происходит. Я только чувствую, как мои связки натягиваются до предела.

Открываю глаза и утыкаюсь взглядом в белоснежный потолок. Уходят секунды, и я понимаю кто я и где нахожусь. На меня накатывает паника, я не могу пошевелиться. Что за чёрт!? Я полностью обездвижена. Единственное, что в моих силах, так это смотреть на потолок и надеяться, что я не рассказала Морису о том, что его интересует больше всего… о детях. Но его голос тут же рушит мою надежду, словно карточный домик:

– Так, так. Очень интересно. У Хантера есть сын. Кто бы мог подумать? И он тоже необычный ребенок. Это же гениально! Мне нужны эти мальчишки, я уверен, что именно они являются ключом к моим исследованиям. Именно они помогут мне сделать смертоносных солдат, которые практически неуязвимы! Это успех! – на секунду он замолкает и подходит ко мне, теперь я отлично вижу воодушевленное лицо мистера Мориса. – О, дорогая, не плачь. Ты только что принесла мне лучшую новость за последние несколько лет.

Я даже не чувствую, как слезы текут по моему лицу. Морис вытирает их и обращается к Дэйву:

– Унеси её в комнату. Дай какой-нибудь еды и воды. Док, ты пока присмотри за ней. Её здоровье очень важно. Завтра мы повторим процедуру, и я уверен, узнаем ещё много нового.

Дэйв отстегивает мои руки, это я понимаю по звукам, которые слышу. Потом переваливает моё тело через плечо и выносит в коридор, который мы преодолеваем за считанные минуты и выходим на поверхность. Там нас встречает Шарлотта. Она присаживается на корточки, и теперь наши лица находятся на одном уровне. Только моё вверх ногами. Шарлотта отодвигает мои волосы, чтобы полностью видеть меня и спрашивает:

– Ну как? Тебе понравилось? Мистер Морис будет это продолжать до тех пор, пока ты не сойдешь с ума. – она выпрямляется в полный рост и обращается к громиле. – Идем, Дэйв.

И мы идем. Моё тело раскачивается из стороны в сторону словно маятник. Пытаюсь сконцентрироваться на шагающих ногах Дэйва, так меня немного меньше мутит.

Как только громила заносит меня в комнату, то тут же опускает моё окоченевшее тело на кровать и без лишних разговоров выходит за дверь. Шарлотта следует за ним. Звук задвигающейся щеколды даёт понять, что я одна. Делаю протяжный выдох и зажмуриваю глаза. Со всей силы пытаюсь пошевелить хотя бы пальцем, но ничего не выходит. Так проходят минуты, и я начинаю мёрзнуть. Мне настолько сильно холодно, что зубы начинают нещадно стучать друг о друга.

Снова шаги за дверью, и звук щеколды. Медленные шаги по комнате. Я знаю, кому они принадлежат. Зажмуриваю глаза и снова пытаюсь привести своё тело хоть в какое-то движение.

Шаги затихают…

Приоткрываю глаза и натыкаюсь на пристальный взгляд "доктора". Он остановился в шаге от кровати и сел прямо на пол. Он просто смотрит на то, как моё тело сотрясают судороги. Я же смотрю на него в ответ. Не могу закрыть глаза, меня не покидает ощущение, что стоит мне только моргнуть, и он уже окажется в сантиметре от меня.

Так продолжается несколько минут, но для меня время потеряло свой счет. Может это были часы, я не знаю. Знаю только то, что мне безумно холодно и страшно.

Новые шаги тихой поступью оповещают о том, что пришла Шарлотта. Твою мать! Это последние люди на земле, которых я хочу видеть.

– Док? Прекрати на неё пялиться как маньяк. От твоего взгляда у меня отвращение. Фу… мерзость какая. – с истинным отвращением говорит Шарлотта и накрывает меня одеялом. – Док, ты можешь идти. Я сама за ней присмотрю. У нас много общих тем для разговора.

Ублюдок поднимается на ноги и делает шаг в мою сторону, но Шарлотта встает между нами:

– О, нет. Мистер Морис сказал, пока не трогать её. У тебя потом будет достаточно времени.

"Доктор" бросает на меня последний взгляд и удаляется из комнаты. Шарлотта ставит стул на место, где только что сидел ушедший. Она опускается на него и блаженно улыбается. Я просто закрываю глаза. Но уши я закрыть не в силах. Поэтому мне приходится слушать, как Шарлотта рассуждает о том, как бы сложилась жизнь Роя, если бы он не умер.

Как же я ненавижу её!

Как же я ненавижу "доктора"!

Как же я ненавижу Мориса!

Как же я ненавижу себя…