Текст книги ""Фантастика 2026-118". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юлия Зубарева

Соавторы: Мери Ли
сообщить о нарушении

Текущая страница: 207 (всего у книги 297 страниц)

Глава двадцать восьмая

Джил

Плечи опускаются, и я обреченно прикрываю глаза. Рука с моего рта пропадает, но его дыхание по-прежнему щекочет ухо:

– Неужели ты думала, что сможешь уйти из моей постели, а я этого не замечу?

Майкл обходит сиденье и садится напротив. Он полностью в боевой экипировке. За исключением черной неприметной куртки и столь же черной бейсболки. Бросает тяжелую сумку на пол между нами и ногой пододвигает её ко мне.

– Я не хотела тебя будить, – пищу я.

Чувство нервозности и стыда съедают меня изнутри.

– Я не спал.

Молчу, ожидая, что поезд уедет как можно дальше, и Майкл позволит мне отправится туда, куда я собралась. Бросаю взгляд на сумку и снова возвращаю к Майклу:

– Что там?

– Одежда. Для тебя. Если ты не заметила, то на тебе футболка, а на улице достаточно прохладно. Немного оружия, рация, еда и кое-какое письмо.

Меня поражает догадка.

– Ты знал? Знал, что я собираюсь в Крест?

Он пожимает плечами.

– Да. Понял ещё когда мы были в Кортрок. А в Хелл всё подтвердилось.

– Не понимаю.

И я, чёрт возьми, действительно не понимаю! Я была так осторожна, никому не проговорилась. Что я сделала не так?

– Джил, я провёл слишком много времени в режиме войны. Войны со всеми. Стараюсь всегда быть настороже. Я подмечаю, как меняется твоё дыхание и сердцебиение, когда мы говорим на те или иные темы. Твои взгляды, движения тела…

– То есть ты вычислил, что я поеду в Крест, по моему… дыханию?

Майкл криво улыбается.

– Не только. Несмотря на то, что за тобой никто не ходил хвостиком, я всегда знал, где ты и что делаешь.

– Следил?

– Отчасти.

– Я думала, ты дал мне свободу.

Майкл наклоняется вперед, упирается локтями в колени и тяжело на меня смотрит. Вглядывается в глаза так, словно в них сокрыта тайна мироздания.

– Я и дал тебе свободу. Я ждал, когда ты сама скажешь мне. Надеялся, что без подобного спектакля удастся обойтись. Мне хватает войны. И я хочу, чтобы между нами её не было.

Мне становится стыдно. Он всё знал. А я выглядела как дура всё это время. Ходила и думала, что мне удалось обмануть всех. Обвести вокруг пальца. Как бы не так.

Если Майкл решил вернуть меня в Хелл, то этому не бывать. Если он встанет против меня, то тогда война между нами обеспечена. Но я этого тоже не хочу. Мне было ненавистно обманывать его, и я желаю, чтобы этого больше никогда не было. Но моя цель стала болезнью, и её излечит только месть.

– Я не отступлюсь, – уверенно говорю я, поднимаю подбородок и пытаюсь объяснить. – Я не могу годами ждать мистера Хантера. Просто не могу.

– Успокойся…

– Я не могу быть спокойной, когда он…

– Успокойся. Я здесь не для того, чтобы тебя переубедить. Или вернуть в Хелл.

Ракс устраивается в углу моего сознания. Облокачивается о стену и выгибает брови. Интересно.

– А для чего? – осторожно спрашиваю я.

– Я помогу.

– Что?

– Если ты думаешь, что все мои слова, это пустой звук, то это не так. Я понимаю, что тебе нужно отмщение. И я помогу тебе.

– Это же глупо.

– Всё верно. Твоя выходка полнейшая глупость. Но по-другому ты просто не сможешь. Скинешь оковы и будешь учиться жить заново. У нас есть живой пример.

– Кто?

– Хантер. Он долгие годы ждал мести, и только свершив её, смог по-настоящему начать жить.

Перевожу взгляд на свои руки. Я уже искрутила свои пальцы. Слова Майкла о главе Хелл правдивы. Все знают историю о том, что он несколько лет вынашивал план мести. Он пытался добраться до моего деда и отомстить ему за смерть мамы Чарли. Все эти годы мистер Хантер никого к себе не подпускал, а потом пришла Саманта, и после свершения мести они стали семьей. Возвращаю взгляд на Майкла и непонимающе хмурюсь.

– Но мистер Хантер не дал людей. Он сказал…

– Я знаю каждое слово, что он тебе сказал. И мы практически никого с собой брать не будем. Я не позволю страдать невинным. Люди Хелл не пойдут тебе на выручку. Они не могут. Но могу я. А так же Ральф и Убийца решили принять участие в этом деле.

Оборачиваюсь по сторонам, но не вижу их.

– Они в соседнем вагоне, – поясняет Майкл.

Как он всё это провернул? Я бежала на поезд, боясь опоздать, а Майкл за это же время успел собрать небольшой отряд и спокойно попасть в вагон. Ещё и сумку собрал. С вещами для меня.

– Я убью Гриро, – уверенно произношу я.

– Возможно. Но город мы точно вернем.

– Как мы попадем за периметр?

– А ты об этом не подумала?

– Думала, что мне помогут мутанты.

– Нет. Вышки сразу придут в действие. Они будут стрелять, не разбирая, мутант по ту сторону прицела или наследница Креста. Это очень опасно.

Пододвигаюсь к краю сиденья и спрашиваю:

– И как мы проберемся?

– Мы войдём в главные ворота.

– Что?! Это невозможно. Если ты думаешь, что нас не узнают…

– Они нас не узнают. Мы пойдём с последней группой прибывших. Убийца и Ральф за нами. Когда ворота закроют, ты должна приказать мутантам напасть на Крест. Пусть они атакуют противоположную стену от парадного входа. Там, где мы бежали, используя сгнившую вышку. Начнется паника и хаос. Сирена заставит нервничать каждого, в том числе и Гриро…

– Он точно в Кресте?

– Да. По данным Дина, он прибыл несколько дней назад.

План Майкла намного реалистичнее моего. И сейчас мне очень стыдно за то, что я не поделилась с ним своим замыслом. Я должна была догадаться, что он окажется на моей стороне. Ведь уже многократно Майкл ставил мои нужды выше своих.

– У меня к тебе просьба, – тихо начинаю я.

– Слушаю.

– Не тронь Истона.

Майкл хмурится, и я поясняю.

– Я долго думала о его мотивах и причинах перейти на сторону Гриро. И их нет. Гриро обманул и его. Не стоит всех карать за неправильный выбор. Гриро обманул многих, в том числе моих родителей, меня, мистера Хантера, тебя и весь Крест. А у Истона целая жизнь впереди. Я не хочу, чтобы он пострадал. Он не плохой человек.

Майкл молчит, гнетущая тишина напрягает перепонки. Но как ни крути, Истон не посторонний для меня человек и зла я ему не желаю. Пусть живет, но уже без меня.

– Хорошо, я его не трону, но только в случае, если у меня не будет иного выбора. У меня есть к тебе один вопрос.

– Какой?

– У тебя есть от меня ещё какие-то секреты? Что-то вроде этой прогулки?

Сердце замирает. Мне кажется, что он знает о том, что я не могу иметь детей. Я стараюсь об этом не думать. Но… я ведь сама советовала Кейт признаться Убийце. У меня ситуация противоположная, но Майкл имеет право знать. Если я действительно хочу быть с ним, то должна рассказать. А я хочу.

– Есть.

– Я слушаю, – Майкл тут же поднимает ладони вверх и добавляет. – Я не хочу знать все твои тайны. Если ты чего-то не хочешь говорить, то не нужно. Но важные моменты… мы должны ими делиться. Иначе все наши слова, сказанные друг другу, не будут ничего стоить.

– Я никогда не стану мамой, – сказав это, прикрываю глаза.

Я боюсь увидеть реакцию Майкла. Что, если его это не устраивает. Что, если он мечтал о ребенке? Даже где-то глубоко в душе.

– Хорошо, – отвечает он.

Распахиваю веки.

– Хорошо?

– Если не можешь, то не можешь. Возможно, это и к лучшему.

– Почему?

– Иди сюда, – говорит Майкл и протягивает ко мне руку.

Принимаю её и пересаживаюсь к нему на колени. Какое-то время он молчит, и я уже думаю, что Майкл ничего не скажет, но он говорит.

– Самое главное для меня, чтобы с тобой ничего не произошло. А так, мы можем взять ребенка из детского дома. Если ты захочешь. Если мы решимся на такой шаг.

Удобнее ныряю в его объятия и под стук колес и тепло Майкла проваливаюсь в полудрему.

Проснувшись, получаю от Майкла термос и бутерброд. Пью теплый чай, откусываю от бутерброда и тут же чувствую терпкий вкус. А следом жар по всему телу. Перевожу взгляд на Майкла и понимаю, что он заботится обо мне куда лучше, чем я сама. Ракс довольно урчит, и рой пчёл улетает в неизвестность.

Майкл действительно думает обо мне. Не в каком-то там романтическом смысле, а в обычном. В земном. Он принес мне одежду, он не спрашивал, нужна ли мне специфическая еда, его поддержка.

Майкл немногословен, но его действия говорят о многом. О том, что я под защитой. О том, что я нужна ему и любима.

– Спасибо, – говорю я.

Майкл лишь кивает. Конечно, для него это обычные вещи, которые не стоят благодарности. Мимолетно улыбаюсь и снова впиваюсь в бутерброд зубами.

Вот как выглядит настоящий мужчина – тот, с которым безопасно.

– Поезд остановится у Креста через тридцать минут. Тебе нужно переодеться.

Быстро уплетаю бутерброд, запиваю его чаем и, взяв одежду, озираюсь по сторонам. Ухожу в тамбур и быстро переодеваюсь. Массивный свитер, другие ботинки и черная шапка. Возвращаюсь и только хочу спросить у Майкла, почему я одета не как он, меня осеняет – я его пленница.

– Я что – пленница?

– Только если нас узнают, но, надеюсь, до этого не дойдёт. Главное, попасть в Крест и пройти второй пропускной пункт. Дальше мы затеряемся в толпе паникующих. И естественно, пойдем за Гриро. Мы с тобой знаем, куда он побежит в случае нападения.

– В церковь, – на выдохе отвечаю я.

Майкл кивает.

Сумка практически пуста, но Майкл достаёт оттуда сложенный лист бумаги и убирает его в карман.

– Что это?

– Письмо, но об этом позже.

В вагон заходят Ральф и Убийца. И я рада их видеть.

– Кейт разорвёт тебя на порционные кусочки, когда узнает, – сообщает Убийца.

Ловлю его взгляд и спрашиваю:

– Как она?

Его глаза подозрительно щурятся, и он отвечает с небольшим запозданием:

– В порядке. А что – есть повод для переживаний?

– Нет, – тут же отвечаю я.

Отворачиваюсь от парней и смотрю в окно. Приказываю мутантам затеряться в лесу. Киваю Майклу, он достаёт рацию и предупреждает своих людей, скрывающихся в общине, чтобы те были готовы к новой компании.

Через несколько минут мы на скорости выезжаем из леса. У меня дух перехватывает от вида тысяч крестов. Один из них стоит в память о маме. Постепенно поезд останавливается. Стоянка длится не больше пятнадцати минут. Майкл даёт мне нож, и я убираю его в ботинок. Пистолет за пояс джинсов. Выбираемся из вагона. С поезда в итоге сходит около двадцати пяти человек. Движемся в сторону ворот, дыхание спирает от скорой опасности. Момент настал.

Сжимаю пальцы в кулаки и ниже опускаю голову. Меня могут узнать. Каждый из тех, кто идёт рядом, может раскрыть нас ещё до того, как мы войдём в ворота. Створки открыты. Их всегда распахивают, чтобы люди могли быстро попасть за защищенный периметр. Когда мы оказываемся в городе, меня начинает колотить. Майкл идет позади меня и придерживает за плечо. Перед нами уже маячит второй пропускной пункт. На первом приезжие никогда не останавливаются. Он работает только для тех, кто приходит в город случайно, без предупреждений. Люди выстраиваются в длинную шеренгу. Всех перед нами проверяют. Досконально досматривают.

От нервов начинает мутить.

Ракс удовлетворенно потирает руки и хищно скалит зубы. Он сыт и доволен, а адреналин в моей крови даёт ему силы.

– Давай, – говорит Майкл.

Глубоко вдыхаю, прикрыв глаза, нащупываю нить. Тяну за неё и подзываю Ракса. Приказываю ему, чтобы мутанты атаковали противоположную стену. Я досконально проговариваю все приказы. В голове рисую картину и чувствую прилив сил.

Ракс отдаёт приказ.

Сейчас!

Открываю глаза и ещё ближе продвигаюсь к пропускному пункту. Я только что специально подвергла город нападению мутантов.

Очередь продвигается. Мы с Майклом четвертые.

Уже третьи.

Я и Ракс становимся рядом и оба смотрим через мои глаза.

Опасно.

Мы уже вторые.

Мы следующие.

Боже…

И тут над городом разносится вой. Сирена срабатывает вовремя. И несмотря на то, что я ожидала её, всё же вздрагиваю и хватаюсь рукой за куртку Майкла. Военным больше не до нас. Они срываются с места и быстро бегут на ближайшую вышку. В общей суматохе пробегаем мимо второго пункта. Несемся дальше. Нам нужно в церковь.

Церковь очень значима для моего города. Раньше там жил Проповедник, бывший глава Креста. Там же проходят заседания и находится пункт управления городом. Но, кроме этого, под землёй есть комната, своего рода бункер, и Гриро рванет туда.

Отдаю Раксу ещё один приказ, чтобы мутанты не убивали людей. Только испуг. Ничего более.

Паника. Суматоха. Крест выглядит как центр ада на земле. Люди толпятся у всевозможных зданий. Пытаются спастись. Попасть внутрь.

Мы с Майклом продолжаем бежать. Бросаю взгляд назад и замечаю Ральфа и Убийцу, они следуют за нами по пятам. Хоть бы с ними ничего не случилось.

Иногда врезаемся в толпу, кто-то тянет меня за руки и волосы. Другие пихают, третьи наступают на ноги и отдавливают пальцы. Кто-то сильно тянет меня за руку. Ракс взвивается, и мы поворачиваемся к преграде. Истон.

– Ты жива? – только и успевает спросить он.

Вырываю руку из его захвата. Кто-то снова врезается в меня и отодвигает от парня. Но я вижу, как за спиной Истона возникает Убийца. Пара движений рук и Истон осаживается на землю.

Майкл тянет меня дальше сквозь толпу и говорит:

– С ним всё в порядке.

На улице становится намного меньше людей. Уже беспрепятственно бежим в нужную нам точку Креста. Из-за дома выбегают военные. Увидев нас, один кричит:

– В укрытие!

Опускаю голову, натягиваю шапку практически на глаза, и военные пробегают дальше. Местные жители им неинтересны. Они бегут на спасение Креста. Как и мы.

Оказавшись перед церковью, я останавливаюсь.

Шок.

По ступеням взбегает Гриро. Он орёт в рацию. Отдаёт приказы. Словно имеет на это право. Ублюдок!

Рука сама тянется за спину, но Майкл ловит её и говорит:

– Не при всех.

Встряхиваю головой и медленно иду к ступеням. Вхожу в приоткрытую огромную дверь и вижу толпу, что прячется внутри. Мысленно приказываю Раксу отозвать мутантов. Суматоха нам больше не нужна. И я не хочу, чтобы мутанты погибли. Так же, как и люди.

Прохожу по самому центру, мимо скамеек и испуганных людей. Никто даже не обращает на меня внимания. Всматриваюсь в лица. Я ведь их всех знаю. Так или иначе я знакома практически с каждым. Но сейчас им не меня. Они в ужасе. Когда-то и я так боялась мутантов. Даже больше.

Гриро среди этих лиц я не вижу. Но знаю, где он. В подвале. Крысы всегда бегут в темные укрытия.

Он уже спрятался в своего рода бункере, о котором знает только власть. Вот только он не власть. Не в этом городе.

Дыхание после бега успокаивается. Но адреналин ещё бушует во мне. Сегодня. Сегодня я верну наследие родителей. Этот город будет жить и процветать в их честь. Это минимум, что я могу сделать.

Спускаемся вниз, и Майкл останавливается напротив двери.

– Трое, – говорит он.

Буравя потертую дверь взглядом, спрашиваю:

– Гриро?

– Там.

Майкл отодвигает меня в сторону, достает пистолет и пинает дверь.

Ровно два выстрела. Ровно два падающих тела.

Эти потери осаживаются на моей совести. А моя совесть и так стала черной после смерти мамы. И с каждым днём она только больше темнеет.

Гриро стоит передо мной. Он быстро зажимает рацию и кричит:

– Все в церковь!

Майкл стреляет, и рация разлетается в руках Гриро. Лже-глава города выхватывает пистолет из кобуры и стреляет в меня. Ракс чувствует опасность, и я отдаю ему ключи. Моё тело присаживается вниз. Пуля пробивает стену. Бросаюсь на противника и врезаюсь в его тело с такой неконтролируемой силой, что при соприкосновении Гриро и стены я слышу треск его рёбер.

Выпрямляюсь и позволяю Раксу перекинуть тело Гриро через себя. Отхожу в сторону. И наблюдаю, как он пытается встать. Хватается за ребра, а я надеюсь, что хотя бы одно вспорет его внутренние органы. Он должен чувствовать боль. За всё то, что он совершил.

Бывший друг семьи смотрит на меня, широко раскрыв глаза.

– Это невозможно, – словно сам себе говорит он.

– Возможно, – произношу я.

Мой пистолет направлен на Гриро.

– Я думал, ты погибла.

– На радость тебе?

– Я скорбел!

– Лжец! Какой же ты лжец! Ты обманул всех. Маму, папу, меня, жителей Креста.

– Это было ради общего блага.

– Какого ещё блага? – не замечаю, как всхлипываю. – Ты убил их!

– Но…

– Замолчи! – кричу я, и Ракс вторит мне.

Голос настолько пугающий, что я сама внутренне вздрагиваю.

– Теперь буду говорить я. Ты хотел спасти город, но не удалось. Так как я обратилась и тоже несу ужаснейшую опасность для Креста.

Подступаю к Гриро и вижу всю борьбу, что творится внутри него. Он в замешательстве.

– И я буду жить здесь. Но ты с этим уже ничего не поделаешь.

Отхожу в сторону и указываю ему пистолетом на дверь:

– Выходи.

– Куда? – спрашивает он, вскинув подбородок.

На его губах кровь.

– Я покажу тебе то, чего ты боялся больше всего.

Он выходит. Я приказываю подниматься к колоколу. Он поднимается, следом иду я, а после Майкл. Подвожу Гриро в створке и открыв её, приказываю:

– Смотри!

Он поворачивается, а там, за стенами "его" города, в поле между крестами стоят тысячи мутантов. Они стоят в идеально ровных шеренгах, и я чувствую, как они хотят напасть на Крест, но я не позволяю, и они не двигаются с места.

– Джил, сюда идут, – сообщает Майкл.

Я не могу отвести взгляд от ошарашенного Гриро. Он подступает на шаг к "окну". Я всё так же держу пистолет у его виска. Майкл уходит вниз, сказав, что прикроет меня.

Проходят секунды, внизу слышны выстрелы. Майкл приводит свои слова в действие.

– Это моя армия.

– Это невозможно…

– По щелчку моего пальца они могут напасть на город и уничтожить здесь каждого.

– Для чего ты это делаешь? – спрашивает Гриро и оборачивается ко мне.

Смотрю ему в глаза. Когда-то я считала его одним из самых родных и близких людей на земле. Сейчас я его ненавижу. Каждой частичкой своего тела.

Кажется, я так же безумна, как и он.

– Я хочу, чтобы ты знал. Всё, что ты делал ранее… Убийство моей мамы, убийство моего папы. Это всё было зря. Оказывается, избавляться нужно было от их ребенка. Ведь настоящая сила во мне. Сила, с которой не сравнится ничто. Угроза будет жить в Кресте, но тебя уже не будет, чтобы стать спасителем.

– Ты – чудовище, – шепчет он и впервые за всё время, что я его знаю, он смотрит на меня с неприкрытой ненавистью.

– Да.

Взвожу курок и не могу нажать на спусковой крючок. Мне чего-то не хватает. Сейчас я убью человека. Не для самозащиты, а для успокоения себя.

Поможет ли мне это? Или раздавит?

Гриро видит мою неуверенность и бросается на меня. Поверх моей руки появляется большая и теплая ладонь.

– Закрой глаза, – приказывает Майкл.

Прикрываю веки и слышу выстрел.

За маму…

Звучит второй.

За папу…

Глава двадцать девятая

Джил

Семь дней.

Безумных и сумасшедших семь дней. Это то время, когда я вообще плохо понимала, что происходило вокруг.

После выстрелов, что мы совершили вместе с Майклом, он не дал мне увидеть тело Гриро. Майкл сгреб меня в охапку и быстро увёл из церкви. В голове шумело, а ноги отказывались идти. В итоге Майкл унес меня в дом, где раньше жила моя семья. Двери были забиты досками, а окно так никто и не вставил. Выломав доски, мы оказались внутри.

Дом-призрак. Вроде он и есть, но в то же время его нет.

Майкл по рации связался с Убийцей, и тот появился спустя пять минут. А я сидела на диване и молчала. А молчала я оттого, что облегчения не испытала. Я не испытала ничего, кроме презрения к себе. Я не лучше Гриро. Ни капли. И я могла думать только о том, если бы Майкл не помог мне, не накрыл мою руку своей, то сейчас от меня не осталось бы живого места. Я бы испепелила себя изнутри. Он разделил со мной ужас того, что я сделала.

Майкл ушёл. Его долго не было. Где он пропадал, я не знаю, хотя уверена, что перед уходом он сообщил об этом. Но я была настолько в своих мыслях, что пропустила мимо ушей всё, что он сказал.

Спасибо Убийце за то, что он не пытался со мной разговаривать. Он был ранен. Но жив. Люди Гриро наградили его глубокой резаной раной на правой руке. Позже к нам присоединился Ральф.

Время шло, я сидела и смотрела на трясущиеся руки. Было тихо, как в гробу. Я старалась не смотреть на обстановку в кухне. Но видела всё тот же стол, вот только на нём теперь были разрывные дыры от пуль. Как и на стенах, как и на диване.

Майкл вернулся. Но не один. Около дома собралось достаточное количество людей. В тот день я познакомилась с Дином. Он долгое время был в засаде у стен Креста. Именно от него Майкл и узнал, когда Гриро появился в городе. У дома собрались граждане города и с каждой минутой их становилось больше и больше. Майкл позвал их.

Он завёл меня на второй этаж, усадил на кровать в моей комнате и сел передо мной на корточки. Он очень долго объяснял мне, что я должна выйти к людям. Им нужно увидеть меня и понять – я жива. Я снова дома. Моя задача состояла в том, чтобы рассказать им правду, но немного прикрасить её в одном месте и кое о чём умолчать в другом.

– Я не знаю, что им говорить, – сказала я тогда.

Майкл достал листок бумаги и передал его мне. Развернув, я увидела размашистый почерк уверенного в себе мужчины. Мистер Хантер писал: «Если ты читаешь это письмо, то наши с Майклом подозрения оказались верны. В последний наш разговор в твоих глазах я увидел Майкла – твоего отца. Ты была так целеустремлена и опасна, как он. Так же я увидел в тебе Джей. Когда-то мы с ней не ладили, но я не могу не признать всю силу её духа, хитрость и умение выживать, даже когда мир ей сказал – нет. Ты очень на них похожа. А если это так, то Крест снова в наших руках. Ты сделала это и должна быть горда. Город твой. Но не до конца. Сейчас твоя главная задача – показать людям, что они не брошены. За ними всегда кто-то есть. И в данный момент это ты. Я просил бы тебя не раскрывать всех карт. Мутанты, Кортрок – это должно быть сокрыто от людей, живущих в Кресте. Лишние волнения сейчас ни к чему. Ты должна выступить перед ними и рассказать, что Гриро был предателем, но союз четырех городов выстоял, и Крест снова в „семье“. После выступления ты должна появиться в больницах, школах, бедных районах города. Можешь обещать им помощь „в пределах разумного“. Со следующим поездом прибудет мой человек, он поможет тебе вести дела. Пока на этом всё. Будем держать связь в письмах через Майкла».

Оторвав взгляд от письма, я не почувствовала какой-то уверенности, но Майкл заверил меня, что я должна это сделать. Должна рассказать толпе, что моих родителей больше нет и повинен в этом Гриро, который сошел с ума и решил сместить былых правителей.

Я это сделала. Я стояла на крыльце своего дома и говорила. Что говорила, помню смутно. Но Майкл сказал, что я была на высоте. Люди задавали вопросы. Я смотрела на толпу, а перед глазами была пелена. Я отвечала. Даже немного поплакала. Где-то улыбнулась. Майкл увёл меня в дом, расписал на листке, что и когда я должна сделать в ближайшее время. Пошагово. Вечером я не понимала смысла записки Майкла, а когда узнала, пожалела об этом знании.

На утро Майкл и Убийца уехали. Им нужно было что-то уладить. Я осталась с Ральфом. Он просил меня покинуть расстрелянный дом, но я отказалась.

За следующие шесть дней я побывала везде. Но первым делом посетила крест мамы. Я знаю, что она никогда не хотела быть сожжённой. Но оказалось, Гриро сделал именно это, прах и останки захоронили на самом отшибе кладбища, словно Гриро боялся её даже после смерти. Соседний крест с мамой – доктора Макларена. Она лежит рядом с тем, кто подарил ей двадцать лет жизни. Спасибо ему за это.

Я долго рассказывала маме о том, что со мной было за последнее время. Говорила, что скучаю. Очень скучаю по ней. И я призналась маме, что не знаю, как мне жить дальше. Гриро больше нет. Как и цели. Я всё растеряла. Город мне никто не отдаст. Это стало ясно из письма мистера Хантера. Да если быть честной, это к лучшему, что я в двадцать лет могу сделать? Я этому не обучалась и даже понятия не имею, что входит в обязанности главы города. Очень многое. А я это не потяну.

Я потеряла цель, город, себя.

Как было велено мистером Хантером, я побывала в больнице, учебных учреждениях, в бедных районах Креста. Я разговаривала с людьми, рассказывала, что всё будет хорошо. Пообещала отстроить ещё один медблок. Там я казалась живой, а внутри медленно умирала. Но это хоть как-то скрасило унылые дни. Я была занята и на самокопание оставалось куда меньше времени.

У меня больше не было цели. Устремлений. Я сделала, что хотела. Вернула город семье. Отобрала из рук самозванца наследие родителей, а что дальше? Я не знала.

Жить без цели, быть растерянной и не знать, что делать завтра, всё это удручало.

На вечер седьмого дня я напилась. Сильно. Шла в сторону дома и шаталась из стороны в сторону. Хорошо, что была глубокая ночь и меня никто не видел. Ральф плелся позади. Всё это время я с ним практически не разговаривала.

Через час я отправила его ещё за порцией алкоголя, а когда он ушёл, подожгла дом родителей, по рации вызвала Дина, который тоже остался здесь. Я стояла на приличном расстоянии от огня и наблюдала, как в ночи полыхает дом моего детства. Все хорошие и плохие воспоминания сгорали следом за обстрелянными досками.

Это больше не мой дом.

Вроде мне тогда стало легче. А может и нет.

Дом потушили, но восстанавливать его – пустая трата времени. Дин сказал, что его снесут позже. Через пару-тройку дней.

Пусть сносят.

Мы с Ральфом отправились спать в больницу. Я устроилась в палате, а он у двери. Практически так же, как было в Хелл. Засыпая, я думала о том, что скоро будет мой день рождения.

Праздник…

В честь рождения меня.

Ещё три дня пролетели со скоростью света. Больше я не напивалась. Из палаты я переехала в свободный маленький дом на другом конце Креста. Связалась с Хелл по рации. Но мне удалось поговорить только с Самантой. От неё я узнала, что Майкла в городе нет. Он в Кортрок. Я испытала чувство тяжелое и поганое. Ревность. По поводу Кейт ничего неизвестно, Саманта сказала, что она также работает в библиотеке. Убийца разгребает дела в Хелл. Чарли собирает чемоданы. Куда? Это тоже сокрыто семью печатями.

***

Настал день моего рождения.

Обычный. Ничем не примечательный день.

Мне безумно не хватает Майкла. Сегодня мне исполняется двадцать лет. Мама и папа собрали бы всех моих друзей и знакомых. Но сегодня этого не будет. Родителей больше нет. Кейт и Убийца в Хелл. Истон за решеткой, как и ещё несколько человек. Неизвестно, где находятся Майкл и Чарли. Рядом только Ральф.

– Может, сходим куда-нибудь? – спрашивает он.

– Настроение не то.

– Так нужно это изменить, у меня для тебя есть подарок. Вчера приобрёл.

Ральф встаёт с места и уходит в комнату, которую занял. Возвращается с маленькой коробочкой. Молча подаёт её мне.

– Ну и что там? – спрашиваю я и не замечаю, как начинаю улыбаться.

– Не знаю подойдут ли, но… открывай.

Снимаю маленькую серую крышку и двумя пальцами достаю желтый носок. Смех разрывает меня, так что на глазах выступают слёзы. Ральф вторит мне. Даже Ракс улыбается.

Смех граничит с истерикой, но мне нравится этот звук.

– Я его сохраню, на случай… – сквозь хохот начинаю я.

Ральф перебивает.

– Нет уж, носи, просто носи их. На ногах.

С улыбкой искренне благодарю его:

– Спасибо тебе.

– С днём рождения.

В дверь стучат. Ральф моментально превращается в воина и с пистолетом идёт к двери. Сердце замирает, я надеюсь, что это Майкл. Он вернулся из Кортрок и первым делом пришёл ко мне. Ральф приоткрывает дверь, поворачивается ко мне и, нахмурившись, говорит:

– Там женщина.

Женщина?

Поднимаюсь с места, отставляю коробочку и иду к двери. Ральф открывает её шире, и я вижу красивое лицо с тоненькими морщинками вокруг глаз и в уголках губ. Блондинка с высокой элегантной причёской мне не знакома. Она очень внимательно смотрит на меня. Разглядывает, и в итоге я не выдерживаю:

– Здравствуйте, вам помочь?

– Ох, нет, – отмахивается женщина и только сейчас я замечаю, что она в облегающем платье бежевого цвета. Посреди дня в таком точно не ходят.

– Вы ко мне?

– Джил? – спрашивает она.

– Да.

– Тогда к тебе. С днём рождения и с возвращением домой. Мне жаль твоего папу, – говорит она и протягивает мне свёрток.

Принимаю его и хмурюсь. Я не помню эту женщину.

– Кто вы?

Она улыбается и отвечает:

– Меня зовут Стейси, когда-то я была близким другом твоего папы. Ты очень на него похожа. Ещё раз с днём рождения.

Женщина быстро уходит, а я так хочу её остановить и расспросить о папе. Но не делаю этого. Скорее всего, потому что Раксу она не понравилась. А я ему доверяю.

Возвращаюсь в дом и сажусь за кухонный стол. Разворачиваю свёрток и нахожу там… косметику. Очень мило, но я этим не пользуюсь. Но подарок даёт понять, что женщина по имени Стейси очень состоятельная. Такой роскошью обладают единицы.

– Тут ещё подарок, – говорит Ральф, смотря на часы. – Майкл просил передать, если не прибудет к полудню.

Забываю про косметику и подскакиваю к Ральфу. Он снова уходит в свою комнату и возвращается с коробкой. Уже более большой, чем была от него. Распаковываю со скоростью света и улыбаюсь, смотря на аккуратно сложенную белую мужскую рубашку. Достаю её, и оттуда выпадает маленькая карточка. Прижимаю рубашку к себе и поднимаю бумажку. Всего два предложения: "Я даже представить не могу, как сексуально ты будешь в этом выглядеть. С Днём рождения!"

Заглядываю в коробку и нахожу там… браслет с черными бусинами, не веря глазам, беру его в руку. Точно – он. Этот браслет я сделала Майклу, когда практически выстрелила ему в голову. Это было так давно.

Он… сохранил.

– Когда-нибудь я тоже заставлю кого-нибудь так улыбаться моим закорючкам, – произносит Ральф.

Мою улыбку сдувает. Спрашиваю:

– Майкл приедет?

– Думаю, нет.

Стоит Ральфу ответить, как дверь открывается, и в дом входит Майкл, в обычной военной одежде. Откладываю рубашку в сторону и с разбегу запрыгиваю на него.

– С днём рождения, малышка, – говорит он и нежно целует меня.

Ральф ретируется со скоростью света. А я отвечаю на поцелуй.

Прошло так мало времени, а я соскучилась, будто не видела его годами.

– Почему тебя так долго не было? – с какой-то детской обидой спрашиваю я.

– Теперь я здесь. Приехал за тобой.

Отстраняюсь.

– Что?

– Ты поедешь со мной в Оплот? Я всё там приготовил. Думаю, нам будет лучше жить именно там. Это своего рода сюрприз. Но если ты против…

– Это твоя мечта…

– Моя мечта стоит в этой комнате.

Сердце сжимается от предложения Майкла. Жить с ним, вдали от жутких воспоминаний. Это похоже на сказку.

– Я не могу. Я только вернула город…

– И на этом всё. Большего ты тут не сделаешь. Хантер не позволит.

И Майкл прав. Я затухаю.

– Я понимаю, но это наследие моих родителей, и я не могу всё просто бросить и уехать, – шепчу я.

Майкл лениво улыбается и, убрав прядь волос мне за ухо, говорит:

– Можешь. Этот город, люди, кресты за стеной – это не наследие твоих родителей. Вовсе нет. Ты… ты их наследие. Ты та, кто может не просто вернуть Крест. Ты можешь вернуть мир людям. Решать только тебе. Но я был бы рад уехать с тобой в Оплот. Но, повторяю, решать тебе.