Текст книги ""Фантастика 2026-118". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юлия Зубарева

– Видите этот купол? – не дожидаясь ответа продолжает свою речь. – Он находится под напряжением. Толщина стен, что окружают нас – два с половиной метра. Поверьте мне – это самое безопасное место в городе. Да что там в городе, на всей планете. Здесь вы в полной безопасности.

– А сколько городов осталось? – голос из нашей толпы, я даже не поняла, кто спросил, вроде Шарлотта.

– На данный момент мы поддерживаем связь с тремя городами, но есть и другие более маленькие и менее защищенные. Как показывает практика – не все согласны жить по правилам даже когда наступает конец света. Что сказать, люди удивительны в своей недальновидности. Об этих городах нам практически ничего не известно. Просто… как бы вам объяснить. Если вы захотите остаться здесь, то должны беспрекословно выполнять правила жизни, заведенные у нас. Это не какая-то прихоть, а вопрос выживания. Всего человечества.

– О Подземелье вы знали? – ну вот собиралась же молчать. Вопрос сам слетел с губ. Если он сейчас скажет неправду, то ни единому слову, сказанному ранее, верить нельзя.

– Конечно нет. Если бы мы знали, то давно бы помогли вам. В ближайшее время мы отправим отряды за гражданами Подземелья.

Чувствую, что после этих слов все начали расслабляться, но не я. Переглядываюсь с Самантой. Её бровь многозначительно взлетает вверх. Она пришла к тому же умозаключению, что и я. Они лгут нам – это ясно. Но зачем? Что им от нас нужно? Просматриваю всех в толпе, эти люди в какой-то степени стали мне близки. Даже Стейси. В очень маленькой степени, но тем не менее. Кажется, расслабились все, даже Рой Харли улыбается. Сестры стоят в обнимку. Как всегда. Линкольн смотрит на меня и слегка покачивает головой из стороны в сторону. Это заставляет меня нахмуриться. Что он имеет в виду? Отсутствующий взгляд Майкла устремлен в одну точку – на столб. Я уверена, сейчас он далеко отсюда, в своих мыслях. О чем он думает?

О чем вообще думаю я? Какая разница, что он делает? Я должна найти маму и убираться отсюда подальше. Как можно дальше. Куда, я ещё не знаю. Но в одном я уверена точно, здесь я не в безопасности, даже если это самое защищенное место на земле.

– Сейчас вас проводят в комнаты, подготовленные для вас. Отдохните. Целый день в вашем распоряжении. В скором времени состоится совет, и после вас представят главам правления. – поворачивается к мисс Пейдж, которая все время ни разу не уронила свою улыбку с лица – Через час сопроводи их в столовую.

Нас проводили в здание с маленькими окнами, которое мы видели с площади. По узенькой лестнице поднялись на второй этаж. Комнаты были только по правой стороне, с левой же и находились эти окна, освещая нам дорогу. Объяснили, что столовая находится этажом ниже. Туда нас проводят позже, а сейчас предложили занять свои новые комнаты. С самого начала коридора Пейдж открывала по одной двери и впускала кого-то одного внутрь. Шли дальше. Это продолжалось пока с ней не осталась только я. И это была последняя комната. Двадцатая.

– Располагайся. Внутри найдешь всё самое необходимое. – Стук ее каблуков я услышала только после того, как зашла в комнату, и она закрыла за мной дверь.

Холодок страха поднимается во мне. Самое защищенное место. Второй этаж, на котором ровно двадцать комнат и ничего более.

Я в ловушке. Сейчас понимаю это, как никогда ранее. Подземелье я хоть знала, его устои и правила. Здесь же совершенная неизвестность. Я – чужак, который находится в западне.

Комната маленькая, застеленная кровать и небольшая тумбочка возле неё. Справа прозрачная шторка, за ней туалет и что-то, напоминающее душевую кабину. Два полотенца висят на крючках у небольшого зеркала. В углу стоит… капельница. Зачем она? Ну ладно. Это не самое страшное, комнату освещает одинокая лампочка, это весь свет, что здесь имеется. Нет окна. Только дверь. И только сейчас я замечаю… нет ручки. Нет вообще ничего… Абсолютно гладкая белая дверь. Подхожу ближе. Всматриваюсь в неё. Не совершенно гладкая. В трех местах есть небольшие вмятины. Стучу тихонько по двери кулаком – металл. Толкаю, не поддается. Я заперта. Я не первый гость в этой запертой комнате. И кто-то пытался её выбить? Кто-то пытался выбраться? Удалось ли ему?

Стараюсь дышать размеренно. Нужно успокоиться. Паника мне сейчас ни к чему. Вдох. Выдох. В поле зрения попадает щель между дверью и стеной. Они разного цвета. Стены более серые, выкрашены раньше, чем дверь.

У меня есть примерно сорок пять минут, до прихода Пейдж. Как она сказала. Присаживаюсь у тумбочки и заглядываю внутрь. Сменная одежда. Средства личной гигиены и даже зубная щетка. В упаковке. Твою мать, где они её добыли. Быстро разделась и встала под душ. И взвизгнула, когда меня окатило ледяной водой. Температура быстро нормализовалась. И я даже получила наслаждение, от смывания с себя всевозможного дерьма. Вылезла, вытерлась, расчесала волосы, оделась. Размер точь-в-точь подошел. Черные лосины, серая водолазка и комплект нижнего белья. А они времени даром не теряли, пока мы сидели в камере и заполняли анкеты.

Волосы распустила, давая им высохнуть, и обула свои ботинки. Я готова. К чему – не знаю, но чувствую это под кожей. Всё, что оставалось в тумбочке, переложила в свой рюкзак. В том числе и одно из полотенец. Я здесь ненадолго, а вещи очень даже ценные. Пригодятся.

Ещё раз осмотрела комнату. Нового ничего не обнаружила. Присела на кровать и тут же соскочила с неё. Обшарила все белье и облапала матрас от и до. Ничего. Легла и на протяжном выдохе улыбнулась.

Я выполнила обе установки, что дала себе ранее. Я добралась. Я жива. Это моя маленькая победа. В жилах бежит чистый огонь моей внутренней силы. Я – боец. Сейчас мне кажется, я способна на более рискованные и безрассудные вещи. Так и лежала с улыбкой на лице. Пока не открылась дверь, и на пороге не возникла Пейдж. Естественно, с улыбочкой и в другом платье, желтого цвета. Сколько их у неё? Она немного растерялась, так как я тоже ей улыбалась, как идиотка. Но ничего не могла с собой поделать. Тем более, когда она на секунду сгримассничала, словно съела что-то протухшее. Но быстро вернулась в исходную версию себя.

– Пора. – Я покинула комнату, оставив там все мои вещи. Она не разрешила мне их взять. Сказала, как только мы поедим, то вернемся "домой". По мне, так она рано начала называть так это место. Для меня – это точно не дом.

– Почему меня заперли? – подходим к двери номер девятнадцать, и она открывает её, обычным механизмом. Тем, что как раз должен быть внутри.

– У нас не принято просто слоняться по территории. Когда получишь работу, тогда и поговорим. Хорошо? – Мои вопросы раздражают её. Я это вижу, хоть она и отвечает с приклеенной улыбкой на лице. Две комнаты передо мной занимают сестры, следующую Линкольн, потом Рой. В самой первой Майкл, во второй Саманта, в третьей Стейси. Остальные расположились в центре. И вот теперь, мы все спускаемся по узкой лестнице на первый этаж. Собственно говоря, так же, как поднялись сюда. Это единственный выход и вход.

Первая дверь от лестничного пролета – это и есть столовая. Большая светлая и тоже белая. Как в псих больнице. Я как-то читала, белый цвет нейтральный и никак не влияет на психику, остальные же по-разному влияют на неё. Например, розовый – возбуждает. Голубой – усиливает депрессию.

Рассчитана столовая человек на сто примерно. Столы составлены в длинные непрекращающиеся линии. Для нас накрыли у самой двери, возле которой стоят два охранника с оружием. Как я поняла, всё это для нас? Больше здесь не было никого. Пусто. Еда уже стоит. Рассаживаемся, я очутилась между Самантой и Стейси.

– Джей, мне что-то не нравится всё это. Меня заперли. – тихий шёпот подруги, к сожалению, слышит и Стейси.

– Меня тоже. Вообще всё странно. – Стейси наклоняется в мою сторону, практически роняя свой хвост в мою тарелку, с каким-то супом. Желудок урчит, но я жду, когда кто-нибудь первым попробует это. Не думаю, что они сейчас бы решили нас отравить. Ну чисто так, на всякий случай подстраховать себя стоит.

– Меня тоже. – Смотрю на Сэм и говорю. – они лгут, что не знали о Подземелье.

– Я знаю. Стейси всё слышит, ты же понимаешь? – посылает ей извиняющуюся улыбку.

– Плевать. Другой возможности у нас поговорить не будет. – отвечаю я.

– Нужно затаиться, делать всё, как они говорят. Пусть думают, что мы конкретнейшие идиоты. – неожиданно говорит Стейси, и теперь мы вдвоем смотрим на неё, выпучив глаза. Она же с аппетитом жует суп и посылает сексуальные улыбочки охранникам. Не думаю, что Майкл оценит её флирт. Хотя меня это вообще не касается.

– Боюсь, у меня на это нет времени. – не знаю зачем я это ей говорю.

– Почему? – стреляет глазами в Майкла, что сидит первым от выхода.

– Моя мама здесь. – говорю как можно тише.

– Не понимаю. – Саманта пихает меня под столом. Отворачиваюсь от Стейси и вижу приближающуюся Пейдж. Улыбка на месте.

– Это очень долгая история. Потом как-нибудь расскажу. – Стейси тихо смеётся и теперь смотрит на меня и никуда больше.

– Если ты думаешь, что мы теперь друзья… – не даю договорить.

– Никогда в жизни. Я быстрее подружусь с Пейдж. Просто мы на одной стороне. – говорю Стейси и она хищно улыбается.

– Согласна. – Стейси серьезна. В следующую секунду, появляется стервозная версия, и я закатываю глаза. Отменная актриса.

Тем временем Пейдж обходит стол и два раза хлопает в ладоши. Мы и так следили за каждым её шагом, так что это было зря.

– Дорогие друзья. Как вам еда? – выжидательно смотрит на всех по очереди.

– Очень вкусно. – Линкольн уже всё доел и развалился на стуле.

– Спасибо. – сестры практически в унисон сказали и кивнули головами. Переглянулись и засмеялись. Это даже немного комично выглядит. У них что, один мозг на двоих?

– Замечательно! Это лучшее, что я ела в своей жизни. Я вам так благодарна. – вот и концерт Стейси не заставил себя долго ждать. Запихивает в рот последний кусочек хлеба и отряхивает руки от крошек.

– Я рада, что вам понравилось. Джей? Что-то не так? Ты ничего не съела. – Пейдж складывает руки перед собой, словно учитель на экзамене. Дугой выгибает бровь.

– Нет, всё замечательно. – беру ложку и ем уже холодный суп. Вроде бы с каким-то мясом. Действительно вкусный. После жижи Подземелья, всё будет райской едой. С полным ртом улыбаюсь Пейдж и опускаю взгляд в тарелку. Она раздражает меня.

– Хорошо. Сейчас я провожу вас обратно в комнаты и примерно в течении пятнадцати минут вас навестят наши медики. Они осмотрят вас и заполнят формуляры. Такие есть у каждого жителя Черной Пантеры. Все готовы?

– Зачем медики? – голос Бобби тихий, но твердый.

– Обычная формальность. Мы переживаем за каждого гражданина. И… чуть не забыла. Вам принесут книгу правил. Прошу ознакомиться до завтрашнего утра. Это свод законов, который должен знать каждый и беспрекословно подчиняться. Если вас что-то не устроит в данной книге, боюсь нам придется попрощаться. А мне бы этого не хотелось. Важен каждый. – переводит взгляд на меня. – Джей, можешь доесть, остальные прошу за мной.

– Мисс Пейдж? Могу ли я тоже пока остаться? Не всё доел. – голос Майкла тихий с хрипотцой.

– Конечно, Майкл. Я вернусь через десять минут. – отвечает надзирательница.

Все покинули столовую. За исключение меня, Майкла и одного амбала в дверях. Кажется, во мне он уже дыру прожег своим взглядом. Смотрит с такой ненавистью. Или мне только кажется, за что ему ко мне так относиться? Я его даже не знаю. Скорее всего, это мой талант. При этой мысли поднимаю взгляд на Майкла. Он не ест.

– Не надо, Джей. – говорит серьезно.

– Ты о чём? – не поняла я.

– Веди себя покорно. Не иди против их системы. Следуй указаниям. – делает паузу и хмурит брови. – Будь жива.

– Спасибо, что вернул Саманту живой… И вернулся сам. – возможно, это я сказала зря. А вдруг это последняя возможность сказать ему что-либо.

– Это моя работа. – так мы и разговариваем не смотря друг на друга.

– Я не могу здесь надолго остаться. – стараюсь говорить ещё тише и прожигаю взглядом ложку в руках. – Если Сенатор жив… он найдет меня. И тогда я пожалею о том, что ещё жива. – поднимаю глаза на него. – Я должна найти маму и уйти из этого города. Как можно скорее.

– Не будь дурой. – он зол. Сжимает челюсти и делает долгий вдох через нос. Пытается себя успокоить. – Тебе не найти свою маму здесь и тем более не сбежать вместе с наркоманкой.

– Пошел ты, Майкл. – он не имеет права так говорить. – Она – это всё, что у меня в этом мире есть. Я её подвела. Из-за меня она страдала годами. Вообще, это не твоё дело. – отодвигаю стул и встаю. Он делает то же самое. Охранник напрягся и сильнее сжал пистолет в руке. Майкл обходит стол и преграждает мне дорогу.

– Я тебе не враг. – стоит так близко. Его губы почти дотрагиваются до моих. Чувствую каждый его выдох и сердце набирает обороты. Стучит как сумасшедшее. Смотрю на его губы и ловлю каждое слово. – Ты не понимаешь… Сенатор – это не самое страшное в этом мире. Есть люди гораздо хуже. И…

– Майкл? – голос Пейдж прокатился по столовой так неожиданно, что я вздрогнула и отпрянула от него. – Что происходит?

– Ничего. – отступает от меня и идет на выход. Я не могу сдвинуться с места. Он что-то хотел мне сказать. Что-то важное. Эта чёртова Пейдж всё испортила.

– Джей, идем. – смотрю на Пейдж, в то время как она смотрит на мою нетронутую тарелку. Следом на еду Майкла и поджимает губы.

Не дожидаясь повторного приглашения, двигаюсь к выходу и единственное, о чём я могу думать, так это ОН, его слова и моё неадекватное состояние, когда он рядом. Майклу ничего не нужно делать, чтобы вывести меня из равновесия, просто быть где-то недалеко. Этого вполне достаточно.

Глава шестая

Медсестра практически сразу пришла ко мне. Улыбчивая молодая девушка по имени Сара. Она взяла у меня кровь из вены, пробирок десять примерно. Всё время щебетала, о том, как нам повезло оказаться в этом прекрасном городе. Какие здесь милые и добрые люди. Странно, я таких здесь не заметила. Говорила о каком-то празднике на следующей недели. В общем её было невозможно переслушать. Также измерила мне давление и температуру. Расспросила про шрамы и болезни из детства.

– Почему вас так интересуют мои шрамы? – это первое, что я сказала с момента её прихода.

– Как бы это объяснить. Смотри, если тебя укусил не мертвый… ммм, в общем это стандартная процедура. – всю веселость с неё как рукой сняло.

– Кто бы сомневался, что ты мне скажешь хоть что-то.

– Вот это наша книга правил. Ознакомься. – передала мне томик листов на двести примерно.

– Много же у вас правил. – отвечаю я.

– Это очень серьезно. Только благодаря этим правилам мы живы и процветаем. – Собирает свои вещи в небольшой чемодан и встает в полный рост. – До завтра.

– Завтра ты опять придешь? – отложила "самую важную книгу" в сторону.

– Конечно. С результатами анализов. И каждый день буду мерить тебе давление и температуру. – говорит как само собой разумеющуюся вещь.

– А ты только ко мне приходишь или к другим прибывшим тоже? -интересуюсь.

– На мне вас трое. Но ты не переживай, я уделю максимальное время всем. – будто я об этом переживаю.

– Я не переживаю. – отворачиваюсь от неё к стене и закрываю глаза. Мне нужно подумать. – Сара? – оборачиваюсь обратно.

– Что? – уже стоит возле двери.

– У вас есть медицинский блок? Или что-то типа этого, где вы держите больных? – стараюсь выглядеть не особо заинтересованной.

– Конечно. – Разворачивается и стучит в дверь.

– А где он находится? – сердце ухает о ребра.

– В здании, что находится за этим сектором. Оно огромное, мимо, как говорится, не пройдешь. Выкрашено в голубой цвет, с эмблемой медицины на входной двери. – Показывает пальцем на кармашек в районе груди белого халата. Изображение красного креста в черном круге.

Открывается дверь, и Сара машет мне на прощание.

Она действительно приходила каждый день. И каждый раз брала кровь. Выпускали нас только в столовую. Три раза в день. Теперь у каждого была своя еда. С учетом нужных витаминов и минералов, согласно анализам. Помимо медсестры приходит Пейдж и опрашивает нас на знание их правил и законов. Она говорит, что я хуже всех продвигаюсь в обучении. День, ночь – все смешалось. Так прошло восемь дней. Из одной тюрьмы я попала в другую.

Мы с ребятами договорились вести себя тихо. По крайней мере до совета. Спросите почему его до сих пор не было? Нам говорят, что один из глав Черной Пантеры сейчас отсутствует. Все решения принимаются только в полном составе. Я не знаю, правда это или нет. Но терпение моё на исходе. С каждым днем нервы начинают сдавать. С каждым щелчком замка моей двери я вздрагиваю. Каждый день перед сном смотрю на фото и прошу маму потерпеть ещё. Ещё один день. И так каждый раз.

Саманта решила бежать со мной. Это она сказала мне вчера. Я не уверена, что хочу этого. Это будет моя ответственность. Возможно, здесь лучше, чем там, куда отправлюсь я. Стейси всё так же заигрывает с охранниками. Со всеми. Она говорит, что один да проколется. С Майклом я больше не разговаривала. Скажу больше, стараюсь даже не смотреть в его сторону. А когда все-таки нахожу его глазами, вижу одну и ту же картину. Он смотрит только в тарелку, даже после того, как она оказывается пуста. Он словно натянутая струна, одно движение и последует взрыв. Линкольн говорит, что Майкл отдалился от всех. Ни с кем не пытался заговорить все эти трапезы, не считая первой. Также не отвечает, если ему задают какие-то вопросы. Да, нет. И не более этого. Я знаю, что ему известно намного больше, чем нам. Ещё я знаю, что он ничего не скажет даже если спросить. А я уже пыталась.

Каждый день после вечерней трапезы я нахожу в тумбочке новый комплект одежды. Идентичный той, что сейчас на мне. И они пополняют запасы мыла и зубной пасты. Каждый день. И сегодня не исключение. Начинаю убеждаться, что вмятины на двери оставил предыдущий жилец. Пытаясь выбраться с этого порочного круга.

Вечер. Сижу на кровати и смотрю на фото. Это мой якорь. Чтобы я не забывала, зачем я здесь.

Бум. Бум. Бум. Слышу глухие удары в коридоре. Бум. Бум. Треск электричества или что-то похожее на это. Тишина. Подхожу к двери и прислушиваюсь. Тишина. Шаги. Цокот каблуков. Пейдж. Гул голосов. Я их узнаю. Рой, Саманта, сестры. Их выпускают. Открывается моя дверь, и я почти выпадаю из комнаты.

– Прошел совет. Вам разрешено передвигаться по этажу и выходить на площадь, где стоит статуя Пантеры. Завтра вас представят главенствующим лицам нашего города. – Пейдж сообщает всё это, разворачивается и уходит. А я так и стою с открытым ртом.

Выхожу в коридор и смотрю на всех. Они растеряны, как и я. Саманта и Рой идут ко мне. Я возвращаюсь в комнату и сажусь на кровать. Кажется, это какая-то уловка. Столько времени держали нас взаперти и тут раз, и решили выпустить? Странно всё это.

– Дела плохи. Куда-то увели Линкольна. Все остальные здесь. Зачем они нас выпустили сейчас? Могли это сделать утром. Я не понимаю. – Саманту не остановить. Щеки раскраснелись, глаза лихорадочно бегают от меня к Рою.

– Ты решила бежать? – спрашивает Рой, он невозмутим.

– Да. – роняю ответ.

– Снова? – легкая улыбка скользит по его губам.

– Один раз вышло. Так что… – пожимаю плечами.

– Когда? – допытывается он.

– Не знаю. Сначала найду маму. А там посмотрим. Я ещё не решила.

– Ты когда-нибудь думала… что не найдешь её? – голос Сэм печален.

– Стараюсь об этом не думать. – беру Саманту за руку и сажу её рядом с собой. – Ты не обязана идти со мной и подвергать себя ещё большей опасности.

– Давай сначала найдем твою маму. А дальше посмотрим. Хорошо? – сжимает мою ладонь и поворачивается к Рою.

– Может выйдем на площадь? Осмотримся?

– Хорошая идея. Идем. Возможно, Линкольн там.

Покидаем мою комнату и выходим в пустой коридор. Мы не одни, кто решил выйти на улицу. Все двери открыты. Проходя мимо комнаты номер один, вижу Майкла. Он лежит на спине на кровати и смотрит в потолок.

– Ребят, идите, я вас догоню.

– Ты куда? – спрашивает Саманта, киваю головой в сторону Майкла. Она расплывается в улыбочке и играет бровями. – Ну, ну.

– Иди ты. – закатываю глаза и перешагиваю порог комнаты. Переступаю с ноги на ногу, не знаю с чего начать разговор. Но Майкл спасает меня от этого.

– Зачем пришла? – все так же смотрит в потолок.

– Пппривет? – неуверенно говорю.

– Это вопрос? – свешивает ноги с кровати и садится, смотря на меня. Пробегаю глазами по комнате – идентичная моей. – Выкладывай. Что тебе нужно?

– Помощь. Мне нужна твоя помощь. – три шага, и я стою перед ним. Ему приходится задрать голову, чтобы смотреть мне в глаза.

– Я тебе ничем не могу помочь. Всё что мог, я уже сделал. Вытащил тебя из Подземелья. Спас от не мертвых. Не бросил в лесу. Доставил сюда в целости и сохранности. На этом всё. Дальше ты сама по себе. – Смотрит в глаза, и его лицо опять ничего не выражает. Но я вижу синяки под его глазами. И вообще вид у него не очень.

– Ты что, вообще не спишь? Выглядишь так себе. – легкая улыбка касается его губ.

– Ты что переживаешь? Я польщён. – Сажусь на кровать рядом с ним. Моё бедро касается его, и я прожигаю это место взглядом.

– Помоги мне ответами. Ты знаешь гораздо больше всех нас вместе взятых.

– Зачем мне тебе помогать? – кладет руку возле моей буквально в миллиметре. Я чувствую тепло, что идет от него. Теперь не могу оторвать взгляд от его руки. Одно движение и я…

– Потому-что ты спасал меня не раз. – поднимаю взгляд на его лицо. – Даже когда этого не хотел. Ты хороший человек.

– Лесть. Не думал, что ты докатишься до этого. – кривит губы. – Задавай вопросы. Если смогу, то отвечу. Все равно это уже не имеет значение.

– Хорошо. Сколько ты прожил в Подземелье? – стараюсь понять по лицу правду он скажет мне или нет.

– Чуть меньше года.

– До этого?

– Здесь. – снова осматриваю комнату. – Не в буквальном смысле здесь. Я имею ввиду, в Черной Пантере.

– Ты хорошо знаешь Сенатора? – от воспоминания о нем сердце начинает колотиться как бешеное. Даже на расстоянии он внушает мне страх.

– Достаточно. – уклончивый ответ.

– Ты работаешь на него? – теперь сердце замирает. Это важно для меня. Знать, что он не на той стороне.

– Нет. – отвечает он.

– Как появились не мертвые? – миллион вопросов крутится в голове. Хочу задать их все, но не понимаю, с чего начать.

– Ну этого точно не знает никто. Самая популярная версия – это попытка мировых держав прийти к единоправной власти. Был создан вирус. Биологическое оружие, направленное на уничтожение людей. Что-то вышло из-под контроля, и этот вирус попал в мир. Заражена была вся планета. Просто кто-то подвержен его воздействию больше, кто-то меньше. Те, кому не повезло превратились в не мертвых. Остальные же не изменились. Люди собирались группами, чтобы выжить и противостоять не мертвым. Так отстроились города. В местах типа этого, в тюрьмах, на закрытых станциях. Там, где уже была какая-то защита от внешнего мира.

– А не популярные версии? – от того, что он начал мне что-то рассказывать, ладони покрылись потом. Обтираю их о штаны и жду следующих ответов.

– Инопланетяне, проклятие, кто-то вообще думает, что та жизнь – это всего лишь сон и не более того. И ещё куча других.

– Что думаешь ты? – смотрю на Майкла. На его профиль и любуюсь им, пока он не переводит взгляд на меня.

– Я склоняюсь к самой популярной версии. Но знаю одно – истину мы не узнаем никогда. – поднимает бровь. – Да и в НЛО особо не верю.

– Другие города. Ты о них говорил. Где они и как далеко от Черной Пантеры? – молчит и пристально всматривается в моё лицо.

– Город, что я отметил на твоей карте – это Крест. В основном там живут верующие люди. Они готовы дать пристанище всем беженцам. Ещё один большой город поблизости – Хелл. Но туда бы я не советовал идти. Остальные намного дальше, я о них мало что знаю.

– Почему? Почему не советуешь идти в Хелл?

– Там не очень рады чужакам. Хоть это и большой город, все-таки он меньше Пантеры. Основной свод правил составлялся здесь, позже распространялся по городам партнерам. И только у Хелл приоритет – их правила и никакие другие. Точнее их вожака. И скорее всего, если ты когда-то туда попадёшь, то станешь рабыней.

– Я и так рабыня. – сказала тихо, но он услышал.

– Поверь мне, быть рабом в Хелл – это ужасно. Всё что было до, покажется тебе раем.

– Поняла. Другие города?

– Это самые ближайшие. Остальные входят в другой союз, с ними связи нет. Нет наших шпионов. Практически ничего не известно. Есть маленькие общины. Их не так много, но в основном это скитальцы, что ищут в этом мире свое место. Чаще всего они пополняют ряды не мертвых. – вполне серьезно отвечает он.

– Ты знаешь, где моя мама? – смотрю в упор на него и в уголке глаза скапливается слеза.

– Нет. Я её никогда не видел. – Черт. Точно. Достаю фото и подаю Майклу. Какая же я дура, раньше не могла додуматься до этого.

– Вот она. Сейчас, конечно, она не так сильно на себя похожа, но всё-таки… – на его лице шок. Глаза бегают с фото на меня и обратно. – Что? Ты видел её?

– Никогда в жизни её не видел. Кто это? – показывает пальцем на моего отца. При виде его у меня появляется слабая улыбка.

– Мой отец. Правда, я его не помню. Знаю только одно – он лучший человек на этом свете. Так всегда мама говорила. Пока была в себе, конечно. Я даже не знаю, жив ли он.

– Джей? – поднимаю взгляд от фото. – У меня для тебя две новости. Он жив. И он – худший человек на этом свете.

****************

После этих слов мы ругались. Сильно. Громко. С кучей оскорблений, с моей стороны. Да как он может так говорить о человеке, которого совсем не знает. Он ошибается. Это совпадение. Просто похожие люди. Я вылетела из его комнаты пулей и убежала к себе. В слезах. Я понимаю, что я держалась за облик великолепного человека годами. С детского времени приписывала ему самые лучшие качества. А Майкл всё разрушил. Мой карточный домик рухнул под его ногами. И собрать его я больше не в силах. Рыдания сотрясали меня, пока я не провалилась в сон. Сон, где Майкл стрелял в моего отца и при этом улыбался… Просыпалась дважды. Это не помогало. Только прикрываю веки, сразу вижу, как Майкл бросает нож в сердце моего отца. В следующий раз Майкл в роли не мертвого, разгрызает ему шею. И каждый раз я стою и наблюдаю за этим, не мешая ему, не препятствуя. Бездействую и молчу.