Текст книги ""Фантастика 2026-118". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юлия Зубарева

Соавторы: Мери Ли
сообщить о нарушении

Текущая страница: 186 (всего у книги 297 страниц)

Глава десятая

Джил

Несмотря на то, что Майкл и Убийца теперь являются одними из самых разыскиваемых преступников четырех городов, в Хелл мы въезжаем через главные ворота, и встречает нас сам Чарли. Он стоит у своей чёрной машины, сложив руки на груди и внимательно следит за нашим приближением. Мы останавливаемся. Водительская дверца нашей машины открывается, и Майкл выходит, Чарли сразу же отталкивается от бампера своего автомобиля, идёт ему навстречу, жмёт руку, что-то говорит и крепко, по-мужски обнимает названного брата.

Чарли – это более молодая копия своего знаменитого отца. Та же выправка, тот же взгляд и вечно скучающий вид. На нём, как всегда, безупречный костюм с белой рубашкой и парой расстегнутых пуговиц. Раньше он был тем ещё дамским угодником, постоянно менял девушек.

Выходим из машины, Истон поддерживает меня за руку, но стоит мне в очередной раз пискнуть от боли в ногах, как Майкл оборачивается и делает шаг в нашу сторону. Истон поднимает меня на руки, и Майкл останавливается.

– Добро пожаловать в Хелл, – приветствует нас Чарли, обводит всех взглядом, ловит мой и слегка кивает.

Я киваю в ответ, но быстро отвожу взгляд в сторону. Мне максимально некомфортно. Я вся грязная, одежды на мне практически нет, а та, что ещё держится на теле, выглядит как хилые лохмотья. За спиной Чарли стоят десятка два вооруженных людей, но ни один из них не смотрит на нас. Их взгляд направлен прямо. Военные безукоризненно делают вид, что ничего не замечают и не слышат.

Нас провожают в огромный дом, что принадлежит мистеру Хантеру. Чарли показывает наши новые комнаты и говорит, что мы можем оставаться, сколько угодно.

Располагаюсь в своей новой-старой комнате. Всё, как и прежде. Большая кровать, тумбочка, приоткрытое окно, шкаф и межкомнатная дверь, за которой скрыта ванная. Первым делом разматываю ногу и сжимая зубы, пытаюсь оторвать прилипшую ткань. Не выходит. Хромаю в ванную и забираюсь под душ. Теплая вода пытается смыть переживания последних дней, но ей удаётся только избавить меня от грязи и крови. Голова слишком тяжела, чтобы думать о чём-либо. Выхожу из душа и отрываю ткань с ноги. Роюсь в шкафу, достаю халат, накидываю его на себя и, открыв дверь, встречаюсь взглядом с Самантой Келли – супругой мистера Хантера. Её огненно-рыжие волосы распущены, она облачена в зеленое платье, которое подчеркивает яркость её глаз, а в них стоят слёзы.

– Девочка моя, – произносит она, подходит ко мне и начинает плакать. Обнимаю лучшую подругу мамы, тетя Саманта продолжает рыдать, а я не могу плакать. Вроде и время появилось, когда я могу скорбеть. Но ничего не выходит.

Слёз нет.

Чувств нет. Как и эмоций.

Внутри звенящая пустота.

Я просто хочу побыть одна.

Я устала.

Моя жизнь была идеальной и спокойной, но в момент, когда я застала Майкла в моей комнате в Подземелье, всё пошло коту под хвост. Меня закружило в водовороте ужасных пришествий, потерь, боли и отчаяния.

Около часа мы проводим в разговорах о маме, Саманта вспоминает былые времена, а я слушаю и восхищаюсь всем сказанным. Их дружбой, их опасными приключениями и отвагой. Она, словно мама, осматривает мои ноги и говорит, что критического ничего не произошло. Множество царапин и ссадин. Саманта уходит, и буквально через тридцать минут приходит Чарли.

Когда он входит в комнату, я стою у окна и смотрю на вооруженных людей, что окружили дом. Не то чтобы они появились только что, дом мистера Хантера всегда охраняется по максимуму, он не привык полагаться на случай.

– Как ты? – спрашивает Чарли. – Что-то нужно?

– Нет.

Поворачиваюсь к нему, и Чарли говорит, бросив мне кривую усмешку:

– Ты изменилась.

– А ты практически нет.

– Генетика.

– Спасибо, что принял нас, – искренне благодарю я и тут же понижаю голос до шёпота. – Но, наверное, не стоило впускать нас в главные ворота. Майкла и Убийцу теперь разыскивают…

Чарли не даёт мне договорить, перебивает:

– Майкл часть моей семьи, а семья самое главное. Мне плевать, ищет его кто-то или нет.

– Ты хороший брат.

– Лучший, – отвечает Чарли и слегка улыбается, но потом улыбка пропадает, и он говорит то, зачем вообще пришёл. – Джил, я отправил людей на разведку, в ближайшее время они вернутся со сведениями о местоположении, где находятся наши отцы.

Папа. Я так по нему скучаю. Несмотря на то, что я безумно люблю свою маму, с папой мы всегда были более близки. Даже в детстве, когда я чудила и делала мелкие пакости, он всегда был на моей стороне. Я всегда была его маленькой принцессой.

– А что потом? – спрашиваю я.

– Дальше будет видно, я не могу принимать решения, не имея всех сведений.

– Хорошо, – соглашаюсь я и прикрываю рот тыльной стороной ладони. Зеваю и глаза начинают слезиться.

– Отдыхай.

Чарли уходит, оставив на тумбочке мазь для ран на ногах. Но я даже не в силах нанести ее на стопы. Забираюсь в кровать, кутаюсь в одеяло и проваливаюсь в сон.

Глава одиннадцатая

Джил

Меня, Кейт и Истона поселили на втором этаже в доме-крепости. Мальчика из ужасного места поместили в доме для сирот, позже, возможно, его отправят в Подземелье. Мужчина, что был с ним в клетке, это его дед и он действительно умер. Испанки отказались идти с Майклом и где они сейчас, неизвестно. А вот женщина на цепи – Гретхен – вонзила в себя нож. Как только у неё появилась возможность, она оборвала свою жизнь, не моргнув и глазом. Это всё я узнала от Кейт, ведь Майкла я практически не вижу. Прошло уже четыре дня, и мне кажется, что он избегает меня. Или у него просто много дел. Но Истон всегда рядом. Каждую ночь он приходит в мою комнату, я честно пытаюсь заснуть, но меня мучают кошмары. В основном мне снится мама, иногда это люди из ужасного места. Истон сказал, что их называют аборигенами. Таких общин много, но той больше нет. Майкл убил всех. До последнего. От Убийцы Кейт узнала, что аборигены употребляют в еду мутантов. На короткий промежуток времени они становятся сильнее, буквально на несколько минут, но потом они испытывают райское наслаждение. Мясо мутирующих тварей – наркотик, который аборигены не способны прекратить употреблять.

Четыре дня в тишине.

Четыре дня под защитой.

Четыре дня терзаний по маме и мыслей о папе.

Каждый раз, когда я остаюсь одна, сознание уносит меня в дом моего детства, на первый этаж. Похоронили ли маму? Сожгли? Поставили крест за стеной? Что с ней сделали?

Эти вопросы не дают мне покоя. Они преследуют и днём, и ночью.

Вот и сейчас я поднимаюсь в кабинет Чарли, чтобы попытаться узнать, что сделали с мамой. Подхожу к нужной комнате, она соседняя от кабинета мистера Хантера, и тихо стучу в дубовую дверь.

– Джил, входи.

Конечно, он знает, что это я. Его слух так же превосходен, как и у его отца, моего папы и Майкла.

Открываю дверь и вижу, что он не один. Майкл стоит у окна и смотрит на внутренний двор крепости.

– Прости, я не хотела мешать, – говорю я, начинаю выходить и прикрываю дверь.

– Я уже ухожу, – говорит Майкл и оборачивается.

Встречаюсь с ним взглядом, но он быстро отводит глаза и уходит из кабинета, даже не сказав мне "привет". Да что опять между нами произошло? Отбрасываю мысли о Майкле, они и так периодически преследуют меня, и концентрируюсь на том, зачем вообще сюда пришла. Прикрываю дверь и сажусь на стул.

– Как ты? – спрашивает Чарли, перекладывая какие-то листы на столе.

Он занят, брови сведены к переносице, периодически Чарли делает какие-то пометки и снова переворачивает страницы. Не буду его долго отвлекать. Перехожу к делу, без лишней воды или недомолвок.

– Нормально. Я хотела спросить, ты не связывался с Крестом?

– Буквально три минуты назад.

– Ты не знаешь, что они сделали с… с мамой?

Рука Чарли замирает, он поднимает на меня взгляд и отвечает:

– Они сожгли её, поставили крест за стеной.

– Точно? – пищу я.

– Нет. Но так говорит временный правитель Креста. Как показала практика, ему верить не стоит.

– Понятно. – Встаю со стула. – Спасибо.

Вроде и узнала что-то, но от этого легче не стало.

– Джил, тебе станет легче, – говорит Чарли, словно прочитав мои мысли. – Но не скоро. Терпи.

Подхожу к двери, но ещё один вопрос всплывает в голове, и я не могу не задать его Чарли:

– Ты не знаешь, что с Майклом? Он, кажется, избегает меня. Или мне только кажется. Может я сделала что-то не так? Или… не знаю.

Какое-то время Чарли смотрит на меня, вертя между пальцами карандаш. И потом говорит:

– Думаю, это тебе скажет только сам Майкл.

Киваю и покидаю кабинет. Мне нужно поговорить с Майклом. Но я не понимаю, как именно будет протекать разговор. С чего он начнется и чем закончится. Он вернулся лишь недавно. Майкл вроде рядом, в кабинете нас разделяло несколько метров, но по ощущениям один метр был равен одной вселенной.

Очень близко и максимально далеко. Одновременно.

Подхожу к окну в коридоре и вспоминаю рассказ Кейт. Когда они уехали от общины аборигенов на достаточное расстояние, Майкл резко остановил машину и вышел из неё. Убийца и Кейт тоже выбежали и были свидетелями того, как Майкл водружал на себя уйму оружия. Не прерываясь, он приказал Убийце поехать обратно, через десять минут. Он был уверен, что я там. Он обследовал обстановку, узнал, кто где находится и сколько аборигенов вообще внутри. На вопрос Убийцы, с чего он решил, что я там, он ответил, что увидел в клетке измаранную кровью штанину моей пижамы, ту, что я не успела вновь обмотать вокруг ноги. Ему нужно было, чтобы аборигены были уверены, что Майкл уехал, расслабились, и вывели меня из укрытия. А потом он побежал. И когда Кейт и Убийца подъехали к сараю на поверхности, то Истон уже выводил меня.

Возвращаюсь в комнату, там меня уже ждёт Истон. Он сидит на краю кровати с кружкой в руках.

– Принёс тебе кофе. Нынче он редкость, но в Хелл, кажется, есть вообще всё. Тем более в этом доме.

Сажусь рядом с ним и принимаю теплую кружку. С Истоном тоже что-то не так. Он стал более нервным и раздражительным. Он постоянно озирается по сторонам, словно ждёт что вот-вот кто-то да выскочит. С ним я могу поговорить. Прямо здесь и сейчас. Поворачиваюсь к нему и спрашиваю напрямую:

– Истон, что случилось? Тебя что-то беспокоит, но ты не говоришь мне.

Он какое-то время смотрит мне в глаза, тяжело вздыхает и отвечает:

– Кое-что случилось, но я не могу тебе сказать. Не сейчас.

Сжимаю его ладонь.

– Хорошо. Ты знаешь, я всегда рядом.

Истон печально кривит губы и еле слышно произносит:

– Всегда ли?

– Что это значит?

Он грустно улыбается и заправляет прядь волос мне за ухо. В этот момент открывается дверь, и на пороге возникает Майкл. Он переводит взгляд с меня на Истона и обратно. Мне становится неловко. Почему каждый раз, когда я с Истоном, и появляется Майкл, я чувствую себя предателем? По отношению к обоим мужчинам. Полнейшая нелепость.

– Привет, – пищу я.

Но Майкл не смотрит на меня, его взгляд остановился на Истоне и прожигает того. Если бы я не знала, что безразлична Майклу, то давно бы решила, что он ревнует.

– Ты должен быть на тренировке.

– Я был, но решил попроведовать Джил.

Майкл входит в комнату, ставит на прикроватную тумбочку какой-то пузырёк и сухо бросает:

– Это для ног.

– Спасибо, – искренне благодарю я. Моим ногам уже намного лучше, но это благодаря мази, которая сегодня закончилась.

– Не за что, – отвечает Майкл мне, а дальше обращается к Истону. – У тебя пять минут.

Майкл уходит так же быстро, как появился ранее. Нужно с ним поговорить. Вот только я не знаю с чего начать разговор.

Меня так и тянет в сон. Последнее время я практически не сплю. За отведенные пять минут Истон рассказывает, что сходил к своему деду, и тот был, мягко говоря, не очень рад этому визиту. Истон до десяти лет жил в Хелл, но уехал в Подземелье сразу после смерти тети, которая воспитывала его. Единственный родственник отказался от ребенка, и у него не было выхода, только отправиться туда, где он сможет жить, а в дальнейшем и работать. Стать независимым. Он не хотел возвращаться в Хелл, но из-за меня он снова здесь.

Дверь открывается, и в комнату влетает Кейт, играет бровями и говорит мне:

– Переодевайся. Через час мы идём в бар.

С чего это?

– Я не пойду, – отвечаю я, но она уже не слышит, так как после приказа испарилась.

Кейт – это торнадо.

– Она пытается быть хорошей подругой, – говорит Истон, вставая с кровати.

– Она – лучшая подруга, и ей совсем не нужно пытаться.

Истон наклоняется, нежно целует меня в губы и, извинившись, уходит на тренировку. Иду в ванную и, быстро помывшись, одеваюсь. Светлые джинсы, черный топ, куртка и ботинки. Еле как всовываю ноги в армейскую обувь и выхожу из комнаты. Бар. Может это как-то отвлечёт меня. Кейт выныривает из своей комнаты и, взяв меня под руку, тащит из дома. Оказавшись на улице, она сообщает:

– Сегодня мы должны напиться.

– Не думаю.

– Нет. Ты, наоборот, слишком много думаешь. Сегодня мы выпьем за самую замечательную маму – Джей, за то, какую дочь она воспитала и сколько добра сделала за годы правления Крестом. Потом мы выпьем за Рика и Ронду, мы с тобой их практически не знали, но я думаю, что Майклу и Убийце это пойдет на пользу. Чарли сказал, что они были вместе два года. После этого мы поднимем бокал за чертову жизнь, что осталась позади, а следующий бокал будет за новые начинания, и последняя стопка – та, что уже будет проситься обратно, будет выпита за долгожданную смерть моего отца.

– Твой папа умер? – в шоке спрашиваю я.

– Да. Наконец-то. Надеюсь, он попадёт в ад.

Останавливаемся у бара, вывеска гласит "Кейт".

– Не думай, это не в мою честь, этот бар построил мистер Хантер ещё до того, как твоя мама сбежала из Подземелья. Он назвал бар в честь его первой любви – матери Чарли, говорят, что когда-то она хотела иметь свой бар. Но кто знает, правда это или нет? Кстати, Кейт, – показывает кавычки, – убил твой дед. Ублюдок. Но начало истории достаточно романтичное.

– Возможно.

Входим в бар, и я сразу замечаю стол, что стоит в самом дальнем углу. Там сидят Убийца и Истон. Кроме этого стола, заняты ещё три из семи имеющихся. Молодые люди и девушки попивают напитки и бурно что-то обсуждают. Трое танцуют в самом центре под медленную музыку, что разносится по бару из большой колонки у стойки. За стойкой бармен. Подходим к нашему столу и располагаемся. На мой вопросительный взгляд Истон отвечает, что Майкл отпустил его, но завтра с самого рассвета Истона ждёт изнурительная тренировка.

Меня подмывает спросить, придет ли Майкл, но я лишь молча бросаю взгляды на входную дверь. Истон уходит за стаканами, и Убийца говорит, не смотря на меня:

– Он не придёт.

– Почему? – тихо спрашиваю я.

– Не в его стиле так справляться с потерями. Как и в моём.

– Но ты здесь.

Кейт перекидывает белые волосы через плечо, закидывает ногу на ногу и немного склоняется к Убийце.

– Так это же я его пригласила. Как он мог мне отказать? Мужчина с самым странным именем на свете уже по уши в меня влюблён. – Кейт подмигивает ему, а Убийца, не моргая, смотрит на неё с совершенно скучающим видом.

Истон подходит и ставит на самый центр стола огромную бутылку виски и четыре стакана. Этикетки на бутылке нет, и Кейт поясняет:

– Это необычное пойло, эта "детка" из запасов самого мистера Хантера. Чарли дал.

Убийца разливает по бокалам янтарную жидкость, и я думаю о том, что скорее всего не дождусь тоста за смерть отца Кейт. С меня ещё тот собутыльник. Кейт встаёт на ноги, мы все тоже поднимаемся, она говорит:

– Я хочу выпить за женщину, которая изменила всё. Много лет назад она открыла людям из Подземелья правду. Она, по сути, спасла всех, кто там жил. Она осчастливили одного из самых достойных мужчин нашего мира, она дала жизнь моей единственной подруге и воспитала её честной и доброй. – Замолкает, и на глазах подруги выступают слезы, а у меня образуется ком горечи и гордости размером с вселенную. – Выпьем за Джей Хелену Моррис, пусть она будет спокойна, – смотря на меня заканчивает. – Но она всегда будет жить в наших сердцах и мыслях.

Кейт приподнимает бокал выше, и передаёт слово Истону:

– Я не так много знал маму Джил, но она была удивительной. Мне жаль, что она больше не с нами. Я бы хотел узнать её ближе, показать, что я достоин дочери Джей Хелены Моррис.

Я удивлена, но даже Убийца говорит пару слов:

– Я многое слышал о Джей, в основном от Майкла, и хочу сказать ей спасибо за то, что она спасла тогда маленького мальчишку и показала ему, что этот мир ещё не совсем прогнил. – Убийца поднимает бокал выше. – За Джей.

"За Джей!" – повторяют все хором, и лишь я тихо шепчу, – "за маму".

Не замечаю, как бутылка становится наполовину пустой. Мы пили за Рика и Ронду, Убийца рассказал, что они были одними из лучших людей, с которыми ему посчастливилось служить. Не идеальными, но человечными. Со своими пороками, но храбрыми и отзывчивыми.

Мы пили за смерть отца Кейт, потом ещё за что-то, я уже и не помню.

Истон и Кейт танцуют, а мы с Убийцей смотрим на то, как они двигаются под быструю музыку. В баре немного народу, но все взгляды прикованы к Кейтлин, она двигается плавно и красиво. Завораживающе.

– У тебя есть настоящее имя? – спрашиваю я у Убийцы, попивая воду.

– Есть, – отвечает он, но не смотрит на меня, его пристальный и немного прищуренный взгляд следит за каждым движением моей подруги.

– Не скажешь какое?

– Нет.

– Знаешь, ты отличный собеседник. – Говорю я, и Убийца приподнимает уголок губ, но эта реакция не на мои слова, а на звонкий смех Кейт. – Думаю, мне пора домой.

– Тебя проводить? – спрашивает он, не отрывая взгляда от танцующей Кейтлин.

– Нет, я сама. Скажешь Истону, пусть веселится.

Убийца всё же отрывает свои глаза от Кейт и смотрит на меня.

– Я ему передам.

– Убийца, мне жаль твоих друзей, – тихо сообщаю я.

– Мне жаль твою маму, – отвечает он.

Киваю и медленно выхожу из бара. Свежий воздух приводит меня в большее чувство, и я направляюсь к дому. Иду, периодически смотря по сторонам. Кажется, у меня развивается паранойя. Я не чувствую себя в абсолютной безопасности. Истон рассказал мне, когда я просыпалась ночью и не могла заснуть, о том, что теория Майкла и Чарли заключается в следующем: Гриро, будучи настоящим убийцей моей мамы, постарается заполучить меня до возвращения папы, во что бы то ни стало. Ведь, не будь меня у него в плену, то ему будет нечего предложить отцу взамен на свою никчемную жизнь.

Я по-прежнему не могу поверить, что всё подстроил мистер Гриро.

Он был мне как дядя. Останавливаюсь во внутреннем дворе. Тут я играла с Майклом и Чарли. Они были старше меня и в основном отрабатывали какие-то приёмы, которым их обучал мистер Хантер, а я носилась вокруг них и визжала. То ли от радости, то ли от чего-то ещё. Эти воспоминания из детства одни из многих счастливых моментов моей жизни. Мне посчастливилось родиться в моей семье. У меня всегда были лучшие блага, я никогда не голодала и не знала бед. Я была любима. Улыбаюсь своим мыслям и вздрагиваю от голоса Чарли:

– Твоя улыбка – это нечто прекрасное.

– Ты всегда был отличным льстецом, – отвечаю я и оборачиваюсь.

Он выходит из тени дерева и встаёт рядом со мной.

– Не льстец, а дипломат.

– Как скажешь. Я вспоминала, как мы играли здесь. – Снова улыбаюсь воспоминаниям и спрашиваю. – Уже поздно. Почему не спишь?

– Я был у Майкла, кое-что нужно было обсудить.

– Как он?

Чарли поворачивается ко мне и говорит:

– Джил, ты всегда можешь спросить это у него. И многое другое тоже. Не нужно искать тех, кто станет переговорщиком между вами. Ты больше не ребенок, он и подавно. Поговорите. И всё станет намного проще.

Смотря на Чарли и не скажешь, что он может давать какие-то советы глупым девушкам. Он этого и не делает. Только я удостоена лишних слов с его стороны. Чарли выглядит как неприступная скала с абсолютно непроницаемым лицом. Но с самого детства мы сблизились, как родственники. Чарли постоянно называл меня сестричкой-истеричкой. Когда я была маленькой, то была ещё тем проблемным ребенком. И я тоже отношусь к нему как к старшему брату.

Но к Майклу я так относиться не могу.

Если б я только смогла.

А ведь было всё намного проще. Для всех.

– Не думаю, что он скажет мне в чём дело, – в итоге говорю я.

– Ты попробуй и узнаешь. – Чарли удаляется, но останавливается и, не оборачиваясь, говорит. – Он сейчас в своей берлоге.

– Это где? – спрашиваю я, словно собралась к нему идти. Но я не собираюсь. Вовсе нет.

– Мэтью? Проводи Джил к Майклу.

Из тени выходит, видимо, Мэтью и кивает мне.

– Это кто? – спрашиваю я у Чарли.

Он отвечает:

– Это Мэтью, он ходит за тобой с момента прибытия в Хелл.

– Я и не знала.

– Значит, Мэтью делает свою работу на отлично, – говорит Чарли, удаляясь от меня.

– Зачем ты приставил его ко мне?

До меня доносится ответ Чарли:

– Кто сказал, что это сделал я?