Текст книги ""Фантастика 2026-118". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юлия Зубарева

34. Скала

Амели.

Смутно помню, как Лукас уносил меня от тела Тони, от моего единственного друга, от того, кто первым поверил в меня, не единожды хотел спасти… и спас. На тот момент я не понимала, каким балластом являюсь для раненого Лукаса. Он, истекая кровью, нес меня под градом пуль. А я рыдала. Билась в истерике. Не хотела оставлять Тони там. Совсем одного.

Помню, как пылающая яростью Королева откинула машину, которая начала по нам стрелять. Видела, как Фрэнк расчищал дорогу, он без сожаления уничтожал всех, кто попадался ему под руку. Я не знала, куда мы двигались. Мне было плевать. В тот момент ничего не имело значения.

Нам удалось сбежать из города. Королева и Фрэнк истекали кровью, их одежда была словно решето. Лукас практически терял сознание от полученных ранений. Я же до сих пор была просто балластом.

Я не понимала, куда Фрэнк ведет нас, но он уверенной походкой направлялся правее от арки (входа в город). Мы шли к вертолету. К той красивой черной птице, которую я приметила перед встречей. Лукас поставил меня на ноги, но слезы по-прежнему стекали по моему лицу. Я не могла их остановить. Я даже не старалась. Когда мы были уже в десяти метрах от вертолета, из-за него вышел Бенджамин Аллен. Я не могла отвести взгляда от его голубых глаз. Он так похож на Тони, от этого ещё больнее. Заметив нас, он тут же направился к Фрэнку и остановился в шаге от него. Всего мгновение Бенджамин молча смотрел на Мора, но все же задал вопрос, на который уже знал ответ:

– Где Тони?

– Он мертв. – сказал Фрэнк, и моё сердце пропустило удар. А потом начало ускоренно работать. Оно колотилось так быстро, что я подумала: "Оно не выдержит". В голове мелькали образы голубоглазого блондина. А потом всплыли его слова. Почему-то он поверил, что я смогу закончить войну. Он отдал жизнь за это. Тони отдал жизнь за меня.

Не понимая, что делаю, я отпустила руку Лукаса и подошла к Бенджамину Аллену.

– Мир возможен. – сказала тогда я.

– Мира не будет. – категорично ответил он.

Не знаю, что подтолкнуло меня. В тот момент страх отступил на задворки моего сознания, а жажда мести вышла вперед, высоко подняв голову. Я знала, что этот Мор очень влиятельный, наверное, самый влиятельный из ныне живущих. Но что-то в его глазах дало мне понять, что мы на одной стороне. Подошла ещё на шаг и обняла его. Он не ответил на моё объятие. Я этого и не ожидала. Привстала на цыпочки и тихо сказала:

– Я скорблю вместе с Вами. Но последнее желание Тони было сохранить мир. Мы должны это сделать, иначе его жертва… напрасна.

Отстранилась и ещё раз взглянула на Бенджамина. Он никак не поменялся в лице, всё такой же властный и бесконечно далекий. Но он передумает. В этом я была уверена.

Этот момент я запомню навсегда, ведь тогда упала последняя слеза по Тони Аллену. Я не знаю, с чем это связано, но я превратилась в нечто иное, чем была раньше. С того момента меня ведет одна единственная мысль, я желаю отомстить дяде.

Впервые в жизни я испытываю ненависть к дяде. Даже когда он отдал меня Боа, наказывал… я не испытывала этого. Я злилась, винила весь мир. Но сейчас виноват только он. Он убил Тони. Он хотел убить всех. В том числе и меня. И моего малыша.

В тот злополучный день вертолет Бенджамина Аллена унес нас от города Рэйне и от неслучившегося мирного договора. По дороге я умоляла Бенджамина Аллена и Королеву возобновить мир. Они были непреклонны, но Фрэнк наклонился ко мне и сказал, что он чувствует, как они сомневаются. Мне нужно дожать их, а для этого у меня как минимум должен быть план. На тот момент плана не было, и я попросила две недели. Всего четырнадцать дней. Это так мало. На тот момент Бенджамин и Королева были согласны на что угодно, лишь бы я заткнулась и дала всем обдумать то, что произошло.

Я сидела рядом с Лукасом и бинтовала его ранения. Слава богу, пули прошли навылет. Две в левую руку и одна в ногу. Я не знаю, как он бежал со мной на руках. Лукас объяснил это всего одним словом – адреналин.

Прошло две недели со смерти Тони Аллена.

Моего единственного друга больше нет в живых. Он спас меня. И я отомщу за него. Из кожи вон вылезу, но добьюсь мирного договора, даже если для этого придется воплотить мой план в действие. А план появился через два дня. Меня словно озарило, я тут же рассказала всё Лукасу, и он нехотя, но поддержал меня. После поведала об этом совету. Они, мягко говоря, были не в восторге, но меня больше не волнует мнение посторонних людей. Смерть Тони сломала что-то внутри меня. То, что заставляло меня всю жизнь пресмыкаться перед кем-то. Больше я не собираюсь так жить.

Не знаю, откуда во мне силы просыпаться каждый день. Но я делаю это. Четырнадцать дней я открываю глаза и смотрю на Лукаса, который не оставляет меня ни на мгновение. Я благодарна ему. Если бы не он, я бы расклеилась и никогда не собралась.

Вот и сейчас открываю глаза и чувствую его рядом. Он как всегда сидит на кресле возле кровати и читает книгу. Именно так он проводит свободное время. А я ведь даже не знала, что он любит читать. Я ещё многое о нем не знаю, на это у нас будет ещё целая жизнь. Но я точно знаю, что он для меня. Идеальней человека вселенная не могла бы мне подарить.

Смотрю на Лукаса, он отрывается от книги, бросает взгляд на наручные часы и смотрит на меня.

Время вышло.

– Привет. – говорит Лукас.

– Доброе утро. – слегка улыбаюсь. – Как там Аннабель?

– Скорбит.

Из нашего города, помимо меня и Лукаса выжили Аннабель и совет, остальные были убиты. Также погибли практически все, кто присутствовал на большой встрече.

Через три дня после неудавшегося мирного договора у ворот Флэнтона появился Фрэнк. Он пришел просто попроведовать меня. Мы не друзья с ним, да даже не знакомые, но нас объединяет потеря. Мы разговаривали около трех часов. Со слов Фрэнка, первый выстрел был предназначен Королеве. Потом пошел обстрел всех. В числе первых погиб тучный мужчина, девушка-советник, которая была его глазами, сбежала. Потом погиб тринадцатилетний мальчишка, пуля прошла сквозь глаз. Не считая нас, выжили всего трое представителей городов и одна советница. Арчибальда не нашли. Ни его тела, ни останков. Ничего. Тело Тони доставили в город его отца и похоронили так же, как он похоронил свою семью. Мне было больно слышать о смерти Тони, но каждое сказанное Фрэнком слово заставляло меня убедиться, что дядя не может уйти от наказания в этот раз.

Люди в городе приняли меня в качестве временного правителя. Когда мы входили в город, совета ещё не было здесь, так же и машин с телом Боа. Письмо, которое я писала для граждан Флэнтона, ещё никто не видел.

Сойдя с вертолета, мы с Лукасом вошли в ворота, и я приказала собрать людей на площади, там, где проходили праздники. Было ещё слишком рано, но улица оказалась забита до отказа. Лукас говорил мне, чтобы я отдохнула, а только потом произнесла речь, но я была на пределе и не собиралась ждать момента. Момент всегда здесь и сейчас. Не нужно придумывать лишнюю воду. И я говорила. Долго. Каждое слово – надрыв. Сначала я рассказала, как Боа спас меня, потом – как совет принял мою кандидатуру на временный пост правителя. Как на нас напали, и о смерти Мора, который пожертвовал собой, чтобы спасти меня. Я рассказывала так красочно, что некоторые тихо плакали, но все молчали, никто не смел перебить меня, и, когда я уходила с помоста, то услышала хлопки, которые увеличивались и увеличивались, пока бурным потоком не прошлись по всей площади.

И вот сейчас я жду момента, когда придут Бенджамин Аллен и Королева. План. Он у меня есть. И я уверена, что он сработает. Топот ног по ступеням означает, что в доме мы не одни. Лукас откладывает книгу, поднимается на ноги и быстро покидает комнату. Встаю с кровати, умываюсь и возвращаюсь в комнату одновременно с Лукасом, который говорит:

– Они здесь.

– Отлично.

Надеваю строгий черный костюм, собираю волосы в хвост и в сопровождении Лукаса иду к административному зданию. Именно здесь я приму уважаемых гостей. Захожу внутрь, совет из четверых уже в сборе. Бенджамина и Королевы нет.

– Кто встречает Бенджамина и Королеву? – ни к кому конкретно не обращаясь, спрашиваю я.

– Мы послали секретаря. – отвечает Гарри. (я запомнила их имена, наконец-то).

Молча разворачиваюсь и ухожу. Секретаря? Идиоты. Таких гостей не могут встречать секретари. С Лукасом подходим к воротам, он кивает охране, и они отворяют двери. Бенджамин и Королева передо мной. То, что они любезно дождались моего появления, говорит о многом. Они точно пришли с миром, ведь будь иначе, ворот уже давно не было бы на месте.

Уверенным шагом подхожу к ним и крепко пожимаю руку.

– Приветствую Вас. – смотрю за спины гостей. – А где Фрэнк?

– Его сегодня не будет.

Так он должен был мне помогать. Не зря же Тони сказал ему это.

– Хорошо, прошу. – идем к зданию.

Люди шарахаются от Мора и Аномальной. Я их понимаю, эти двое могут уничтожить город, если пожелают, но они не захотят. Я знаю, чего хочет каждый из них. И я дам им это.

Садимся за стол.

– Амели, я проделал этот путь только из уважения к тебе. Но у меня мало времени.

– Мне много не нужно. Мистер Аллен, вы хотите отомстить за сына и выполнить его последнюю просьбу?

– Ты знаешь ответ. – не моргая смотрим друг другу в глаза. – Да.

Киваю головой в знак согласия. Перевожу взгляд на Три.

– Королева, я знаю, что мир вам нужен для выживания, так почему Вы позволяете одному человеку заставить Вас свернуть с этого пути?

– Я дала всем шанс. Вы им не воспользовались.

– Не воспользовался только правитель одного города. – напоминаю я.

– Я знаю. – кивает Аномальная.

Не испытываю страха, который ощущала большую часть своей жизни. Я уверена, что они согласятся. Наклоняюсь ближе к уважаемым гостям:

– А что, если правитель города Скала согласится на все ваши условия? Я вам гарантирую отмщение за смерть Тони и открытие городов Скала и Флэнтон для Аномальных и Моров.

– Как ты можешь давать гарантии за Скалу? Ты там даже не проживаешь. – говорит Бенджамин.

Кладу руки на живот.

– Этот ребенок не только наследник Флэнтона, но и наследник Скалы. Мне нужно всего-то… свергнуть дядю.

– И ты это сделаешь? – интересуется Бенджамин.

– С удовольствием. Но мне нужна ваша помощь. В случае выигрыша каждый из нас получит то, чего желает. Остальные города готовы к миру, у нас только одно препятствие, и я устраню его.

– Скала неприступна. – говорит Бенджамин. – Поверь, я это знаю.

– А что, если я знаю, где вход в эту непокорённую крепость?

Сейчас мне даже не нужно умение Фрэнка, чтобы понять – они согласны.

Бенджамин посмотрел на Королеву, она ответила на его взгляд. Всего секунда, и они вернули своё внимание мне.

Бенджамин Аллен, встал с кресла и, поправляя сверкающие запонки, произнес:

– Я согласен, что мир нам всем необходим. Особенно сейчас, когда более мелкие города разобщены из-за смерти их представителей. Я могу дать Моров, ресурсы. – пронзает меня взглядом. – Я дам тебе всё, но Максвелл должен жить… он должен дышать ровно до того момента, пока я не пожелаю обратное.

– Согласна.

– Амели, если у тебя есть существенный план, то рассказывай. – говорит Королева.

Улыбка помимо воли появляется на моём лице, достаю карту окрестностей Скалы и начинаю рассказ.

*************

После ухода Бенджамина и Королевы я отправила гонца с письмом к дяде. Я так долго с ним жила, что знаю, ему нужны безоговорочная власть и тотальное подчинение. А также он обожает, когда перед ним пресмыкаются. Я делала это слишком долго, смогу пережить и ещё один вечер. Я могу дать ему всё это, а ещё в придачу и город, который полностью обеспечивает продовольствием Скалу.

Через сутки вернулся гонец и принес ответное письмо. Читая его, я прям видела сверкающие триумфом глаза дяди. Он согласился на встречу. Дядя ждет побитую, потерянную Амели, на которую свалилось слишком много проблем. Он желает услышать, как я буду молить его о помощи. И я буду. В этом он не прогадал.

Ещё через два дня армия Флэнтона с поддержкой Моров и Аномальных отправилась покорять Скалу.

Армия осталась в десяти километрах от города. Люди дяди, которые патрулируют окрестности, сегодня не вернутся домой. Аномальные отследят каждого и возьмут в плен.

Хочу обойтись малой кровью, но, если перед нами встанет выбор, я сделаю его, не задумываясь.

Я, Лукас и небольшой отряд отправились одни. Этой ночью я должна впустить армию в свой родной город. Что это? Предательство? Недальновидность? Слепое безумие? Возможно. Но я не отступлюсь. Не в этот раз.

На расстоянии пятисот метров наш отряд встретили люди Скалы. Восемь до зубов вооруженных мужчин проводили нас в потайную дверь и заперли её с той стороны. Внутри оказалось ещё шесть встречающих. Двое из них остались у дверей, а четверо проводили нас в покои дяди. Когда я проходила по знакомым местам, что-то кольнуло в груди. Если план провалится, многие пострадают. Готова ли я взять ответственность за потери? За жизни людей, которые проживают свой день, не понимая, что уже сегодня ночью всё изменится? Их существование в моих руках. Это страшно.

Но все мысли исчезают, как только мы оказываемся перед дверью дядиного кабинета.

– Ты сможешь. – тихо говорит Лукас, бросаю на него благодарный взгляд и стучу в дверь.

В эту же секунду оттуда доносится голос дяди:

– Войдите.

Меня передергивает, хочется зажать уши и больше никогда не слышать этого голоса. Но я натягиваю милую улыбку и открываю дверь.

– Амели, – вздыхает дядя, сидя на стуле за столом. – Девочка моя. Я так рад, что ты жива.

Мерзкий лжец.

Вхожу в кабинет, Лукас за мной. Наша стража и охрана дяди остаются за стеной. Вновь включаю актрису. Я испугана. Мне до сих пор страшно. Я потеряна и не знаю, что делать дальше.

– Дядя, это было ужасно. – подхожу к нему и протягиваю руки для приветствия. Он сжимает мои ладони, а мне так и хочется вырвать руку и дать ему такую пощечину, чтобы он свалился со своего стула. Но вместо этого я зажмуриваю глаза, сжимаю дядины руки и говорю. – Я так испугалась. Меня чуть не убили, но Лукас спас меня. Боже, кто мог поступить так?

– Детка, не печалься. Всё позади. – переводит взгляд на Лукаса. – Лукас, я благодарен тебе, ведь Амели – это жемчужина нашей семьи.

Мне так мерзко слушать его. Слова настолько сильно пропитаны ложью, что она вязкой черной субстанцией стекает из его рта.

– Пройдемте в столовую? Амели, за обедом расскажешь мне, что привело тебя в мой дом.

– Да, конечно.

Проходим в соседнюю комнату. Располагаемся, дядя сидит напротив меня, а Лукас находится с правой стороны. В голове всплывают воспоминания, как я сидела за этим столом, а дядя и Боа решали важные дела, даже не давая мне возможности поучаствовать.

Они всегда считали себя властителями мира.

Они ошибочно думали, что умнее их никого нет.

Но это научило меня одной очень важной вещи – никогда недооценивай людей. Никогда не превозноси себя над окружающими, ведь в один момент весь твой карточный домик может рухнуть от дуновения ветерка, которому ты не придавал значение.

– Дядя, я не знаю, что мне делать. Люди в городе не признают во мне лидера, совет сомневается. Боа мертв, мирный договор более невозможен. Мне нужна твоя помощь. Ты так долго правишь Скалой, люди уважают тебя… научи меня быть тобой.

Теперь я говорю сплошную ложь, но дядя и не подозревает об этом. Его губы вздрагивают в попытке улыбнуться, но он сдерживает себя и говорит:

– Амели, я помогу тебе. Мы одна семья и твои проблемы – это мои проблемы.

Где же ты был, когда я молила тебя забрать меня от Боа? Какой же ты мерзкий.

– Королева развязала новую войну. Мы должны держаться вместе, Скала и Флэнтон будут единым фронтом в решающей битве.

Какой же ты идиот. Решающей битвы не будет.

– Думаешь мир невозможен? – спрашиваю я.

– Нет. – он снисходительно смотрит на меня. – Амели, ты очень молода и наивна. Аномальная специально выманила всех нас и хотела убить, чтобы беспрепятственно занять наши города. А мы поверили ей и попались в искусно созданную ловушку. Больше я не поведусь на разговоры о мирном сосуществовании.

– Да, думаю, ты прав. – хватит тратить время на пустые разговоры. – Я тут подумала, что могу сделать тебя советником. Ты будешь жить здесь, но так же сможешь управлять и Флэнтоном. Ты сам сказал, я слишком молода и наивна, боюсь, мне не под силу удержать власть, а вот ты сможешь.

Глаза дяди загорелись так, что можно осветить всё вокруг.

– Я уже предложила это совету. – вновь его губы дрожат, предвещая улыбку, но я обламываю это на корню. – Они сомневаются…

– В чём?

Смотрю на Лукаса, и тут начинает говорить он:

– Они боятся, что вы просто подомнете их под себя. Совет хочет ответных обязательств. По-другому они не согласны на то, чтобы одним из них был человек, который даже не проживает во Флэнтоне. – Лукас замолкает, дает дяде минуту на то, чтобы он сам пришел к нужному нам решению. – Вы знаете, что сможет усмирить их.

– Я должен признать ребенка. – шепотом говорит дядя. – Этого они хотят?

Наклоняюсь над столом и, не сводя с дяди взгляда, говорю:

– Да. Они согласны на тебя в совете, если ты признаешь моего будущего ребенка единственным наследником города.

– Но мой сын.

– Все знают, что Брион бесплоден. Тем более у тебя будет возможность растить моего ребенка, учить его, наставлять. Ведь я в правлении ничего не понимаю. Если ты сделаешь моего ребенка наследником, то наш народ и совет успокоятся, а мы сможем противостоять Морам и Аномальным.

– Я подумаю. – в сомнении говорит дядя.

– Хорошо. Дядя, – делаю жалкое лицо, такое, каким он привык его видеть. – Я не справлюсь без тебя.

Он кивает головой, мы с Лукасом поднимаемся и уходим из его покоев.

Как только дверь закрылась за моей спиной, я испустила тяжелый выдох. Как мне хотелось придушить его. Он хотел убить меня, а сейчас сидит и строит из себя дядюшку.

Отправляемся в комнату. Спустя час за нами приходит охрана дяди с письмом. Забираю конверт, возвращаюсь в комнату. Ответ. Руки немного трясутся. Лукас приходит мне на помощь и забирает послание. Вскрывает его и достает небольшой листок, молча читает, убирает листок обратно и смотрит на меня.

– Ну же, не томи.

– Он согласен.

– Фух. Теперь нужно заставить его признать ребенка наследником Скалы до полуночи.

– Нам не придется этого делать. Он приглашает нас на представление.

– Что за представление? – холодок пробегает по коже.

– Клетка.

Плечи опускаются вниз. Нет. Он неспроста решил показать мне клетку. Дядя что-то задумал. Мерзкое предчувствие дает о себе знать.

– Амели, мы не можем не пойти. – говорит Лукас.

– Я знаю.

Он подходит ко мне, крепко обнимает, утыкаюсь лицом в его плечо и закрываю глаза. Рядом с Лукасом так спокойно. Хочу спокойствия, обычной мирной жизни. Обнимаю его в ответ, и он начинает тихо говорить, нежно поглаживая меня по спине:

– Если что-то пойдет не по плану, держись рядом со мной. Я вытащу тебя отсюда.

– Хорошо. Лукас?

– Что?

– Я хочу тебе кое-что сказать. Но, наверное, сейчас неподходящий момент.

– Подходящего момента может и не быть.

– Ты прав.

– Я всегда прав. – его рука на спине замирает и Лукас тихо говорит. – И я тебя тоже.

Отстраняюсь от него, заглядываю в глаза. Он улыбается.

– Что ты имеешь в виду?

– Я тоже тебя люблю.

Вот теперь улыбаюсь и я. Сердце окутывает что-то светлое. Встаю на цыпочки и целую его. Лукас, прижимает меня к себе и отвечает на поцелуй. Под закрытыми ресницами закипают слезы. Лукас не представляет, что эти слова значат для меня. Я слышала их только от папы и то, это было очень давно, и воспоминаний об этом практически не осталось. Но Лукас дарит мне новые воспоминания, те, которые я буду хранить в душе и изредка доставать их, просто для того, чтобы полюбоваться и лишний раз улыбнуться.

Отстраняемся друг от друга. Смотря Лукасу в глаза, очень тихо говорю:

– Я действительно тебя очень люблю.

– Я знаю.

Улыбаясь и взявшись за руки, выходим из комнаты. Охрана ожидает нас. Спускаемся вниз. Толпа людей кричит. Я попала в прошлое. Сейчас выведут Тони, и он будет биться. Но нет. В клетке стоит Дюк, а против него Мор… погодите, я знаю его. Он был на большой встрече. Что происходит? Дюк видит меня и подходит к краю клетки.

– Амели. Это всё он. Прости меня.

Отпускаю руку Лукаса и подхожу к Дюку. Боже, он весь в синяках и ссадинах.

– Дюк, не дерись.

– Мне придется.

– Нет, не придется.

Не смотря на Мора, говорю очень тихо. Дюк меня слышит и выпучивает глаза:

– Мор, спасение уже близко, Бенджамин Аллен и Королева за стеной, в эту ночь они придут. Не убивай соперника. Прошу тебя.

Наблюдаю, как Мор склоняет голову набок и кривит губы, словно раздумывая. Не отрываю от него взгляда. Он поднимает на меня глаза и одними губами говорит:

– Хорошо.

Гонг. Крики людей. Топот ног. Лукас уводит меня на первый ряд. Толпа беснуется, но в клетке ничего не происходит. Соперники стоят в разных краях клетки, но не спускают друг с друга взгляд. Не делайте этого. Слышится треск, и из громкоговорителя разносится голос дяди. Толпа тут же стихает.

– Жители Скалы, я ваш правитель Максвелл, хочу рассказать вам главную новость. Моя племянница Амели носит под сердцем ребенка, которого я признаю наследником Скалы.

Абсолютная тишина, а потом люди начинают что-то кричать, кто-то вроде рад, кто-то нет. Простите, но выбора у вас не будет.

Очередной треск.

– Боя сегодня не будет, но завтра состоится праздник, на котором все вы сможете поздравить меня с новым назначением, отныне я не только правитель Скалы, но и главный советник Флэнтона.

Про главного вообще слова не было. Но пусть дядя потешит себя иллюзией. После слов о празднике народ оживился и начал аплодировать, кричать и топать ногами. Я, Лукас и наша охрана ушли под гомон толпы и направились в комнаты.

Дядя сделал всё, что от него было нужно. Теперь дело за мной. Открыть дверь и при этом заставить всех сидеть по домам. Я не могу захватить город, в которым родилась, при этом утопив его в крови невинных жертв.