Текст книги ""Фантастика 2026-118". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

4. Ответы

Рик остановил машину у дома Чейза, но не заглушил ее. Внимательно посмотрел на меня и сказал:

– Если Чейза нет дома, то спрячь Женевру у себя в комнате, никому о ней не говори. Пока что.

Я кивнула и выбралась из автомобиля, помогла выйти Женевре, и мы зашли в дом. На первом этаже никого не было, мы поднялись на второй и вошли в мою комнату. Я не знала, что Рик имел в виду, говоря, спрячь Женевру, явно не в шкаф я должна была ее засунуть, но что делать с незнакомой женщиной я не знала.

– Садитесь, может, вам что-нибудь нужно? Вода, еда? – спросила я неожиданную гостью.

– Воды. Благодарю тебя. – Она сощурила глаза. – А ты кто?

Я могла задать тот же вопрос, но не стала вести себя как тварь и просто ответила.

– Рэйвен, я тут недавно.

Лицо Женевры скривилось, она смотрела на меня с безграничной жалостью. Она подошла ко мне шаркая ногами и взяла за руку, крепко сжала пальцы и прошептала:

– Бедняжка. Мне так жаль.

Кажется, у этой дамы не все в порядке с головой. О чем ей жаль? Она меня видит впервые в жизни и не знает, кто я такая и что из себя представляю. Я как можно аккуратнее вернула свою конечность, неопределенно улыбнулась Женевре и удалилась из комнаты. Спустилась на первый этаж и отправилась на кухню, налила в стакан воды и вернулась. Женевра уже спала на моей кровати, аккуратно отставив ботинки в сторону и сложив ладони под щекой.

Ну отлично, теперь мне и из этой комнаты нужно будет переехать? Я закатила глаза и поставила стакан на тумбу рядом с кроватью. Слишком много женщин на один квадратный метр.

Я не стала терять время, взяла сменные вещи и ушла в душевую на первом этаже. Стоя под струями воды, я улыбалась. Боже, да я вообще отличный член команды! Я не облажалась. Рискнула и смога отбить машину у двух противниц. Да, я допустила ошибку, позволила подобраться ко мне и более того отобрать пистолет, но я все исправила без посторонней помощи и была горда собой как никогда раньше. Я не знала, для чего мы привезли сюда женщину, но чувствовала, что сделала что-то важное.

Когда я вернулась в комнату, Женевра по-прежнему спала, меня тоже клонило в сон, но кровать у меня в комнате была одна. Я взяла запасной плед и отправилась на первый этаж, разместилась на маленьком диване в гостиной и практически сразу же уснула, адреналин схлынул, и я осталась один на один с усталостью.

Проснулась от хлопка двери. Открыла глаза и села. В дом вошли Джек и Чейз. У Чейза руки были в крови, а на подбородке, возле старого шрама, красовался порез. Джек выглядел так, словно и не был за периметром. Чистый и опрятный, но немного уставший.

С верхнего этажа разнесся голос Женевры:

– Чейзер?

Чейз поднял взгляд и улыбнулся. Это выглядело настолько странно, он весь в крови и ссадинах улыбался так, что в глазах появился блеск. Я никогда прежде не видела на его лице подобного выражения, мне его даже не с чем было сравнить.

Женевра, несмотря на свой возраст и хромату, достаточно быстро преодолела ступени и бросилась в объятия Чейза.

– Привет, Женевра, – сказал Джек и помахал женщине рукой. – Я тоже тут.

Но она его не слышала, она отпрянула от Чейза и взяла его лицо в ладони, для этого ей пришлось тянуться наверх.

– Боже, как я молилась, как я молилась за тебя. Мой мальчик, мой маленький мальчик.

Женевра продолжала говорить, но слов уже было не разобрать, она пронзительно смотрела на Чейза и плакала. Слезы потоком стекали по морщинистым щекам, но она не обращала на них внимания.

Чейз смотрел на нее и дал время высказаться, а потом повел ее к дивану, на котором сидела я. Мне пришлось подняться и разместиться на кресле, Джек сел на облучок, наклонился ко мне и шепнул на ухо:

– Привет.

По шее пробежали мурашки, я ответила на приветствие, но потом позабыла о Джеке, все внимание было приковано к паре напротив. Женевра продолжала касаться лица Чейза. Каждое касание было пропитано благоговением и любовью.

– Ты замаралась в крови, – сказал Чейз и сжал трясущиеся ладони Женевры в своих.

– Это не важно, – ответила она и пожала руки Чейза. – Я так давно тебя не видела. Боялась, что не доживу до того дня, когда это произойдет.

Он улыбнулся.

– И вот ты здесь.

– Да.

– Не думал, что она пришлет тебя, а когда узнал, разозлился. Это опасно.

– Я рада, что она выбрала меня. Она знает, что я сделаю ради тебя все, что только можно.

Чейз кивнул и добавил:

– И что нельзя.

Она кивнула в ответ и печально улыбнулась, а потом ее взгляд изменился, стал взволнованным.

– Ты понимаешь, что это опасно? – шепотом спросила Женевра. – Если у тебя не получится, то вся система рухнет. И что будет потом?

Обычный Чейз снова вернулся. Его лицо стало отстраненным и серьезным, то, о чем они говорили с Женеврой, было для него очень важно. Мне казалось, что я лишняя и не должна слушать их диалог, но я не смогла отказать себе в откровенном подслушивании.

– Понимаю, – ответил Чейз. – Ты знаешь, что это должны были сделать уже очень много десятилетий назад.

– Пытались. И где они все?

На это Чейз не ответил, но я и без его подтверждения поняла, что некие они уже давно мертвы. От их разговора у меня начала болеть голова. Тяжело внимательно слушать, когда ничего не понимаешь.

Они продолжали разговаривать так, что я еще больше запуталась в смысле их беседы. От слова совсем. Единственное, что мне стало ясно, что они были когда-то очень близки. Они относятся друг к другу лучше, чем большинство родных, которых мне доводилось повидать. В какой-то момент я почувствовала себя настолько лишней, что мне стало стыдно за развешанные уши. Я поднялась и пошла наверх. Чейз и Женевра даже не заметили моего ухода, но не Джек, он пошел за мной.

– Рэйвен? – окликнул он меня на втором этаже.

Я обернулась и прямо спросила:

– Ты хочешь поговорить о том, что произошло вчера?

– Я бы предпочел поговорить о том, чего вчера не произошло, – сказала он и криво ухмыльнулся. Его взгляд снова, как и вчера опустился на мои губы.

Вот черт!

Я решила сказать ему все как есть. Нам еще работать в одной команде, и я не хотела, чтобы остались какие-то недосказанности. Как там велела Шанти поступать со своими страхами? Смотреть им в лицо. Это я и собиралась сделать.

– Джек, я вчера выпила и…

Он тут же прервал меня:

– Только не говори, что все дело в алкоголе.

– Конечно нет. – Я обвела его фигуру взглядом. – Ты себя видел? Ты и без алкоголя достаточно симпатичный.

– Красивый.

– Пусть будет так. Просто я не знаю, стоит ли нам делать то, чего вчера не произошло. Я не хочу испортить погоду в команде.

Джек кивнул и глубоко вздохнул.

– Хочешь правду? – спросил он.

Обычно, после этого вопроса следует что-то неприятное, но я все же рискнула.

– Да.

Джек был максимально серьезным, кажется, я прежде не видела его таким.

– До вчерашнего вечера я никогда, ни единого раза не смотрел на тебя как на девушку. Ты была… просто была. Но вчера, когда ты смеялась, шутила со мной, я неожиданно, кажется, для нас обоих, увидел тебя. И мне понравилось то, что я увидел.

Щеки краснели на глазах. Я чувствовала их жар и мне стало неловко, от слов Джека. Я тоже никогда не смотрела на него в сексуальном подтексте. Мне никто никогда не говорил подобных слов, а услышать их оказалось очень приятно. На Синте не было таких моментов, как влюбленность, нежность и прочие мягкие чувства. Люди сходились там по двум причинам. Безысходность, принуждение. Все.

– Мне приятно это слышать, – тихо сказала я.

– А мне приятно смотреть на тебя. Но, возможно, ты права. Не будем мчаться. Подождем, присмотримся друг к другу и, может быть, завершим то, что вчера прервали незваные свидетели.

– Я ничего не обещаю, – сказала я. – Сама не знаю, что мне сейчас нужно.

Джек снова улыбнулся и кивнул.

– Я тебя понял.

Я ушла в комнату и забралась в кровать, укуталась в одеяло и насладилась душевным спокойствием. На тот момент у меня все было хорошо. Я долго прокручивала минувший разговор в голове и поняла, что мне нравится подход Джека. Он не давил на меня, не устроил сцену, не перешел в агрессию. Он выслушал меня и сказал свое слово. Наверное, именно так и поступают адекватные люди. Разговаривают разговоры.

Где-то через час пришла Келли, она тихо постучалась и тут же заглянула в комнату.

– Ты одна? – спросила она, ее взгляд обежал комнату.

– Да.

– Ну мало ли. Я ведь обещала, что поговорю с Чейзом? Ну вот, он ждет тебя в кабинете.

Я быстро поднялась с кровати.

– Ты как? – спросила я.

Келли прикоснулась к затылку и поморщилась.

– Нормально, шишка немного побаливает. Бывает, что я теряю сознание, сегодня это произошло одновременно с ударом по голове. В нашей работе бывают такие моменты. Травмы не самое страшное, самое страшное – не вернуться. Давай быстрее, Чейзу еще к Ханту идти. А тот ждать не любит.

Келли ушла так же быстро, как появилась, а я отправилась в кабинет Чейза. Постучала и после позволения вошла. Он сидел на кресле и кивнул мне на соседнее. Я опустилась, и он начал говорить, а я офигевала с каждым сказанным им словом. Я даже напрочь позабыла о неловкости после сцены на первом этаже.

– Я благодарен, что вы доставили Женевру в целости. Эта женщина воспитывала меня, пока я не оказался в Ристалище. Она работала на моего отца, была няней его детей. Его родных детей. Таких, как я, воспитывали в другом месте, и все мы были рады, когда появилась Женевра.

– В каком Секторе ты жил? – спросила я, и поняла, что я о нем вообще ничего не знаю.

– Ни в каком. Я жил в Столице.

– Не понимаю.

– Столица, это место, где сосредоточены основные силы корпорации, там же проживает Семья Основателей. Тем, кто живет в Секторах мало что рассказывают об этом месте по простым причинам. Столица живет совершенно другой жизнью. У них нет купола…

– Что? – я почти взвизгнула. – Ты бредишь. Купола спасают нас от радиации, от того, что произошло в далеком прошлом. Это все знают.

Чейз отрицательно покачал головой.

– Это знают те, кто живет в Секторах. Большего им знать не положено.

Пару мгновений я раздумывала над информацией, которая сшибла мое осознание мира с ног.

– То есть, – начала я. – Радиации не было?

– Была. – Чейз сжал переносицу пальцами. – Но она была необычной. Планета на самом деле начала загибаться. Люди, в большинстве своем стали болеть, они заражались от воздуха, которым дышали. Половина планеты погибла. Еще двадцать пять процентов стали кочевниками.

– Погоди, кочевники – это люди?

Херня какая-то.

Я вообще подумала, что никакой Келли не было, мое тело до сих пор лежит на кровати, а все это сон. Я ущипнула себя за руку, почувствовала боль и откинула предыдущую мысль. Чейз действительно говорит все это. Может, его сильно ударили по голове?

– Были ими, да, – подтвердил он. – Но они не сразу приобрели такой вид, какой имеют сейчас. Эволюция.

Я подняла руку ладонью к Чейзу. Мысли путались, и я боялась упустить, что-то важное.

– Зачем тогда купола? – спросила я.

– Чтобы удерживать людей. Корпорация поставила купола и стала спасителем всего и всех.

– Но это не так?

– Может, и так. Мы не знаем, что случилось бы, если бы они этого не сделали. Может, люди не смогли бы снова стать единым организмом, и каждый бы бился сам за себя. Возможно, мы бы уничтожили друг друга, и сейчас бы никого не осталось. Только кочевники. Они своих не трогают.

– Может, – с сомнением проговорила я. – Мне сложно поверить, что радиации не было. Точнее была, но не в том понимании, которое я знаю. Это странно.

– Сразу же никто не верит. Это нормально.

Так, ладно. Порассуждать я смогу и потом. Если все, что говорит Чейз, правда, то у меня появилась возможность понять, что на самом деле происходит вокруг. Прямо сейчас он дает мне недостающие пазлы, и я не собираюсь отказываться он них.

– И что было дальше? – спросила я, внимательно рассматривая мужчину перед собой.

– Корпорация и Семья Основателей захватили себе огромную часть выжившего мира. Они придумали угрозу за куполом и поддерживают слух о ней по сей день. Они распределили по Секторам обязанности, которые позволяют столице существовать с привилегиями, о которых секторанты даже не подозревают. Жизнь в Столице почти не изменилась со времен обычного мира. Но время шло, и люди в Секторах начали поднимать бунты, были недовольства. Поэтому было придумано Ристалище.

– Тюрьма должна была остановить бунты? Это максимально тупо.

– Нет. Надежда.

– На что?

– На удачу, – моментально ответил Чейз. – Надежда на победу и возможность переехать в другое место. Для того, чтобы люди стали надеяться по-настоящему, на Ристалище разместили камеры и стали транслировать жизнь в тюрьме на экранах по всем Секторам. Когда секторанты начинали маломальские волнения, то случайным образом кто-то из местной тюрьмы получал победу и уезжал в лучшую жизнь. Пару раз им даже позволили забрать семьи.

– Не все испытывают надежду, смотря на бойни на Ристалище, – с привкусом презрения бросила я.

– Да. Но что во все времена помогало удерживать власть сильным мира? Рядом с надеждой всегда должен быть страх. Страх попасть в это место и умереть страшной смертью. Ристалище стало не только местом, куда скидывали шлак и возмущающихся, неугодных и протестующих, но и отличным заработком.

– Да. Это я знаю. У нас на Синте многие ставили последнее, чтобы испытать… удачу.

А в словах Чейза есть доля истины.

– Эти крохи не интересуют корпорацию. А вот ставки, которые делают в Столице, это уже другой разговор. Все, что вы ставили в Секторах, не уходило дальше мэра.

Я схватилась за виски.

– У меня голова пухнет.

– Но ты должна дослушать все до конца, а потом у тебя будет время понять, чему верить и встать ли на нашу сторону.

Хорошо. А кто стоит на другой стороне?

Я не успела задать этот вопрос вслух, Чейз продолжил:

– В целом, порядок вещей не менялся уже… примерно двести лет. Семья Основателей разрастается, корпорация укрепляется. Сектора загибаются. Мир вернулся к обычному течению. Все стало так, как было до краха. За небольшим исключением. Столица не единственное место, пригодное для жизни. За морем есть страна, там люди живут в совершенно других условиях.

Боже… Мы не единственные? Есть еще другие люди, которые живут под открытым небом и вольны передвигаться куда захотят?

– Откуда ты это знаешь? – с придыханием спросила я.

– Я ведь сказал, что жил в Столице.

– Это я помню, но море, другая страна…

– У меня были возможности слышать и видеть. Я сын первого наследника Семьи Основателей.

Чейз замолчал, давая мне возможность переварить то, кто он есть на самом деле. А я просто смотрела на него и моргала. Мыслей не было. Ноль. Мне вообще казалось, что он все это придумывает. Потом решила, что это правда. А потом опять передумала. А что, если он все врет? Зачем? Хрен знает. Но все, что Чейз сказал, больше похоже на сказку, а я их не люблю и никогда не любила.

– Это ведь неправда? Тебя, как одного из Семьи Основателей никогда бы не отправили на Ристалище.

– Если бы я был одним из законных детей, разумеется, нет. Но моя мать никогда не была женой наследника. Как и мать Джека.

– У вас один отец?

– Да. Матери разные. У наследников вообще очень много бастардов. Они не привыкли отказывать себе в плотских утехах.

– И за что тебя отправили сюда?

– Это Женевра постаралась. Меня должны были убить, я нарушил правило, которое стоило бы мне жизни.

– Что за правило?

– Я открыл капсулу. И сделал кое-что еще, но это не столь важно.

Снова какие-то капсулы.

– Что это? Капсулы?

– Об этом мы поговорим потом. Давай по порядку. Меня отправили сюда, потому что даже Семье Основателей нельзя вмешиваться в ход Игр и жизни на Ристалище, это чисто детище корпорации. Женевра спасла меня. Когда я попал в этот Сектор, то долгое время жил с Изгоями, одного из них ты видела перед нападением кочевников. Они обучили меня всему, но самое главное, они жили в шахте, и там я прятался несколько лет. Они объяснили, как выжить в этом месте, и я выжил. Попал в Клан Феникс и нашел себе команду, которая, как и я, хочет выбраться отсюда. Но дальше наши пути разойдутся.

Неожиданная концовка. Хотя, о чем это я, у меня уже глаза на лбу от каждого слова Чейза.

– Почему ваши пути должны разойтись?

Он впервые за весь разговор отвел от меня взгляд, но быстро вернул.

– У меня свои планы, из-за которых не стоит рисковать другим.

– Хорошо. Кто знает о том, что ты хочешь сбежать отсюда?

– Келли, Вивиан, Рик и Джек, – на последнем имени Чейз немного сощурил глаза.

– А Хант?

– Нет. И не должен знать.

– Почему?

– Он не может покинуть Феникс и не позволит, чтобы купол пал. Ведь тогда люди, которые живут здесь, просто уйдут. Он останется один. А это его самый большой страх.

– Почему он не может уйти из Феникса?

– Скажем так, он заключил сделку, не понимая ее последствий. Цифра его номера на запястье – три. И всегда будет такой. Взамен, он вечный пленник Феникса.

Так вот причина его нахождения в Фениксе, вот почему Хант не посещает Игры, а просто раздает приказы.

– А если он выйдет за пределы Клана? – спросила я.

– Умрет.

Я удивлена, что Хант не свернул мне голову у себя в кабинете, когда я ткнула его носом в то, что он не выходит за периметр.

– И ты бросишь его тут? Вот так просто?

– Я не говорил, что это просто. Но будь у Ханта шанс выходить за пределы Феникса, он бы оставил меня здесь. Не задумываясь.

Я отчего-то возмутилась.

– Так нельзя.

– Рэйвен, несмотря на то, что жизнь в Фениксе довольно сносная, не думай, что вокруг тебя одни одуванчики. Хант бы отправил тебя за ворота, если бы не мое противоречие его убеждению, что ты обуза и только тащишь команду на дно. Он бы оставил тебя у Клеопатры, продал кому-то. Ханту плевать на всех, кроме Ханта.

Я больше не могла сидеть. Встала и начала расхаживать по кабинету. Чейз так складно все рассказывал, что я начинала верить ему. Но как все это возможно? Как удалось скрывать то, что творится в мире, от Секторов?

– Погоди. – Я остановилась. – Ты сказал, что люди превращались в кочевников, что воздух был ядовит, но были те, кто остался прежним. Почему? Сейчас воздух опасен?

– Сейчас он не опасен, точнее опасен, но не для тех, кто живет в Секторах и Столице. В твоем Секторе производят важный компонент вакцины, которая была изобретена еще до краха одним безумным стариком. Вакцину вводят всем при рождении. Это первый препарат, для многих он единственный за всю жизнь.

– Я думала, синтетик – это наркотик.

– Так и есть. В чистом виде, да. Остальные компоненты делают в других Секторах, чтобы не было возможности украсть рецепт вакцины. Синтетик вообще необходим Столице для капсул.

Да блядь! Что ни предложение, то открытие века.

– Кому нужно его красть?

– Другой стране.

– Вот черт! Чейз, я правда запуталась. Во всем. То есть, все, что я узнала за свою жизнь, – это вранье? За пределами куполов есть жизнь? Там есть люди? Такие же, как и мы?

– Да.

Я снова начала ходить, кажется, даже проговаривала что-то шепотом. Мысли бились друг о друга, разбегались и опять сталкивались.

Нужно все это обдумать. Хорошенько обдумать.

Я остановилась и снова посмотрела на Чейза.

– Хорошо. Как уйти с Ристалища?

– Мы ждем, когда купол опустится. Помнишь, в день нападения кочевников купол замерцал?

По рукам пробежали мурашки, и я ответила с придыханием:

– Да.

– Есть несколько человек, которые хотят вытащить меня отсюда. Они и передают мне некоторые данные, благодаря им я вытащил отсюда Джека, но этот идиот вернулся обратно. Они смогут вырубить купол. Обесточить его, и мы сможем уйти.

Покинуть Ристалище? Серьезно? Я практически онемела от этой новости, единственное, что удалось из себя выдавить:

– Когда?

– Через три месяца. В полночь. Завеса опустится всего на минуту.

Я снова села на кресло и сдавила виски пальцами. Голова сейчас точно взорвется и мои кипящие мозги разлетятся по кабинету.

– Куда ты пойдешь? – спросила я.

– В Столицу.

Мне стало максимально грустно от мысли, что он уйдет. Нас по-прежнему ничего не связывает, но…

– А я?

Пару мгновений Чейз молча смотрел на меня.

– Ты можешь пойти со мной. – Казалось, Чейз вовсе не хотел это говорить.

Я сглотнула горечь и задала вопрос, на который до этого не получала ответа. Но сейчас он стал важен, как воздух. Предыдущий разговор был полон открытости со стороны Чейза. Он ответил на все вопросы, которые я задавала.

– Зачем ты меня спасаешь?

Чейз ответил спустя два удара сердца.

– Кого-то же я должен спасти.

Снова не прямой ответ. Как только речь заходит об этом, из него клешнями не вытянешь правды. А нужна ли она мне, эта правда? Да. Необходима.

– Почему именно меня?

– Потому что я этого захотел.

Я кивнула, Чейз посмотрел на часы.

– Мне пора к Ханту, можем продолжить разговор в другой раз.

Я поднялась и направилась к двери, но остановилась, так и не коснувшись ручки. Обернулась и поймала взгляд Чейза.

– Спасибо, что рассказал все это. И я благодарна… что ты захотел спасти меня.

Я вышла быстрее, чем могла бы сказать еще что-то лишнее. В этот вечер у меня были новые мысли, на которые я потратила все свободные часы.