Текст книги ""Фантастика 2026-118". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юлия Зубарева

Соавторы: Мери Ли
сообщить о нарушении

Текущая страница: 176 (всего у книги 297 страниц)

19. «Храбрый» мальчик

Хантер.

В город мы вошли, как только стемнело. Люди Саито Фудо рассредоточились вокруг стен Чёрной Пантеры, они обеспечили нам прикрытие извне. Майкл с отрядом преданных ему людей отправился на поиски групп Чёрной Пантеры, которые каждый день проверяли периметр в радиусе двух миль. Майкл располагает информацией о маршрутах, но не это главное. Основой того, что именно он пошёл в лес ночью, бесспорно являются его способности, он сможет заранее услышать приближение людей или не мертвых.

Ворота нам открыл Картер, он ещё с одним человеком, убрали постовых, и мы вошли незамеченными. Сейчас мои люди словно река растекаются бурным потоком по тихим, ночным улицам города. Всё проходит настолько гладко, что я начинаю ждать подвоха в любую секунду.

Картер, Майкл и Саито Фудо как никто другой знают расположение зданий внутри города, я же нахожусь здесь впервые. Мы заранее спланировали, какой отряд куда направится. Мы все работаем, как один слаженный механизм.

Останавливаюсь в самом сердце города у пафосной статуи Чёрной Пантеры. Смотрю на здание перед собой, именно под ним, по словам Картера, находится место, где держат маленьких "подопытных".

И тут начинается вакханалия, которую невозможно было избежать, но мы оттянули это время как могли. Люди выглядывают из домов и, видя военных из "вражеского" города, начинают паниковать. Крики, суматоха, плачь и истерики разносятся повсюду. Самые храбрые покидают жилища и стекаются на главную площадь.

Оборачиваюсь назад и ищу глазами Саито. Именно он должен успокоить народ, у меня же другая задача. До своей отставки он больше восемнадцати лет был одним из правителей этого города. Люди любили и уважали его в первую очередь за верность законам. Сейчас старик медленно подходит к столбу, который находится рядом со статуей и подносит рупор к губам: "Дети мои, всё это время вы жили во лжи под гнётом скрытого тирана и убийцы…" Как только он начинает свою речь, я оборачиваюсь к Картеру и Айзеку:

– Идём, времени мало. Показывай дорогу. – обращаюсь к Картеру, в ответ он кивает нам головой в сторону здания.

Мы втроём проходим за здание и идем параллельно стене. Потом Картер открывает замаскированную дверь, и мы начинаем спускаться под землю. Всё делаем быстро и бесшумно. Проходим странную комнату с больничными халатами, и стоит только нам открыть дверь, как оттуда вылетают двое охранников. Даже я не ожидал их увидеть, потому что не услышал заранее их шагов или разговоров. Скорее всего виной этому звукоизоляция.

Один с ножом бросается на Айзека. Секунда, и бездыханное тело летит на пол, а Айзек убирает его нож себе в голенище ботинка. Второй сам бросает лезвие на пол и выхватывает из-за спины автомат. Твою мать! Картер и Айзек прыгают в разные стороны, я же слегка наклоняюсь и бегу вперед на стрелка. Сбиваю его с ног, и он перелетает через меня. Думаю, он в шоке, такой скорости от человека парень явно не ожидал. Оборачиваюсь назад и вижу, как Картер склонился над скулящим от боли парнем и приподнял его голову с пола. Резкое движение рук, щелчок шейных позвонков, и этот охранник лежит со свернутой шеей.

Переступаем тела и идем дальше. Они ждали нас, значит мистер Морис в курсе, что мы здесь.

Проходим по узкому коридору, здесь стоит ужасный смрад от немытых тел и нечистот. По обеим сторонам расположены камеры, в клетках сидят люди и при виде трех вооруженных мужчин они начинают отползать, отходить как можно дальше от прутьев. Они в ужасе от непонимания того, что сейчас происходит.

Доходим до конца коридора, и Картер открывает дверь в белую, небольшую комнату, как я понимаю, это и есть та самая лаборатория, о которой ранее доложил Картер.

Переступаем порог, я оглядываюсь по сторонам, но не вижу никакой дополнительной двери. Оборачиваюсь к Картеру и вспоминаю слова Саито Фудо, я слышу их сейчас настолько чётко, словно он стоит за моей спиной: "Хантер, я не хочу тебя оскорбить, но ты должен понять… он прожил там уже почти три года. Это слишком долгий срок для верности".

– Где проход? – спрашиваю я.

Картер бросает беглый взгляд на медицинское кресло, которое стоит по центру комнаты:

– Именно поэтому никто не мог найти, где держат детей. – Картер делает шаг к креслу.

И только когда он подходит к нему, я замечаю стертые полосы в виде полумесяца на белом кафеле. Мне становится немного не по себе от того, что я усомнился в друге. Хоть это и было всего на мгновение, но всё же… было.

Картер с усилием отодвигает кресло и начинает спускаться по тёмной винтовой лестнице вниз. Я иду следом, за спиной слышу тихие шаги Айзека.

Стоит нам спуститься вниз, и я понимаю, что мы попали в ад. По-другому я не могу назвать это место. Это маленькое помещение больше похоже на подвал в старом заброшенном доме. Здесь царит полная антисанитария, начиная от того, что мы стоим на земляном полу и заканчивая грязными коробками с каким-то зерном. Наверное, это пища для детей. Бросаю быстрый взгляд по помещению и цепляюсь глазами за дверь, что находится напротив нас, приблизительно в десяти-двенадцати метрах.

Картер оборачивается к нам и прикладывает палец к губам. Я напрягаю слух и понимаю, что за старой, деревянной дверью есть люди, примерно человек шесть-семь. По их тихим разговорам понимаю, что две из них женщины.

Медленными шагами продвигаемся к двери, но я не могу не посмотреть по сторонам. Пять клеток расположены с одной стороны, пять с другой. Боже! Ничего ужасней в своей жизни я не видел. А повидал я многое. Эти дети, больше похожи на скелеты, они настолько худые, что под тонкой кожей я четко могу разглядеть их ребра и тонкие синие вены. Дети молча смотрят на нас. Я не представляю, что можно сделать с ребенком, чтобы заставить его просто молча стоять. Здесь находятся девочки и мальчики, на них ободранные лоскуты одежды, которые практически не прикрывают их тел. Но самое печальное в этой картине – это их глаза. Глаза, полные безысходности. Их уже ничего не удивляет и не трогает… они просто существуют. Это как данность, и они мирились с ней сколько? Неделю, месяц, год, два… Твою мать!

Отворачиваюсь от клеток и оказываюсь перед дверью. Айзек и Картер встают по обе стороны от неё. Я, держа в одной руке пистолет, протягиваю вторую к ручке и медленно открываю дверь.

Передо мной открывается следующая картина, не менее грязная комната, в центре которой стоит стол, за ним сидят четверо, в том числе и две женщины. Они едят. Этим тварям ещё и кусок в горло лезет? Они знают, что за стеной умирают дети… и они просто едят.

Этот мир не спасти. Возможно, и не стоит даже пытаться.

Ещё двое парней находятся на небольшом отдалении от входной двери. Как только эти двое хватаются за оружие, я, не раздумывая, делаю два точных выстрела в лоб каждому из них. Два тела практически одновременно валятся на пол, я перевожу пистолет на остальных и спрашиваю:

– Кто тут у вас главный? – мне нужен свидетель из персонала.

Тишина.

Они молча переглядываются друг с другом. Женщина, которой на вид лет сорок пять начинает плакать. Но мне плевать на её слёзы.

Ещё секунду жду ответа… его по-прежнему нет. Направляю пистолет на рыдающую даму и взвожу курок. От этого звука она выпучивает глаза, показывает рукой на одно из мертвых тел и трясущимся голосом говорит:

– Он, он главный.

Я с сожалением смотрю на "бывшего" главного. Жаль. Но это не проблема, возвращаю взгляд на женщину и говорю:

– Теперь главная ты. – на эти слова она начинает отрицательно качать головой. – Поднимай свой толстый зад, сейчас один из моих людей проводит тебя наверх, и там ты во всеуслышание расскажешь, чем ИМЕННО вы тут занимались, и что вашим покровителем является ни кто иной, как мистер Морис, действующий глава Чёрной Пантеры.

Рядом со мной появляется Картер. Именно он должен сопроводить свидетеля. Но женщина по-прежнему отрицательно качает головой и говорит:

– Я не могу, он убьет меня.

– У меня нет времени.

– Я не могу…

– Но ты могла тогда, когда дело касалось убийств ни в чем не повинных детей! А за свою шкуру испугалась.

– Простите, простите, меня… но я не могу этого сделать.

Снова направляю на неё пистолет и выпускаю пулю на свободу. Последний взгляд женщины был настолько жалок, что не успевает её голова соприкоснуться с поверхностью стола, я перевожу пистолет на мужчину, который сидит рядом с ней.

– Поздравляю, у тебя повышение.

– Эээ… я…

– Если ты скажешь: "я не могу", то я выстрелю и в тебя… только не в голову. Но поверь мне, после этого ты сам попросишь пристрелить тебя окончательно. Можешь не сомневаться. В любом случае, нам нужен только один свидетель, остальных придется убрать. На твоём месте я бы согласился не раздумывая.

После этих слов начинается сплошная какофония голосов трех оставшихся "свидетелей". Как легко бывает заставить людей сделать выбор, именно тот, который нужен тебе. Эта троица наперебой начинает закладывать мистера Мориса, и я киваю головой Картеру. Он проходит вперед и забирает всех троих. Они, кажется, немного успокоились. Конечно, ведь они не знают, что как только они выступят перед жителями Чёрной Пантеры Картер их тут же уберет. Так же, как и всех, кто имел хоть малейшее отношение к этим зверствам.

Как только он уводит их с собой я оборачиваюсь к Айзеку:

– Теперь дети. За дело.

– Я не уверен, что они смогут выйти сейчас к людям. – обеспокоенно говорит он.

– Мы им объясним.

– Но это дети.

– Они никогда не были детьми… у них отобрали это право. Ты понимаешь, что на месте этих самых детей могли оказаться Чарли и Майкл? – я замолкаю на мгновение, давая Айзеку понять, что его единственный, любимый племянник мог быть здесь и страдать так же. – И для того, чтобы у них появилось детство, мы выведем детей наружу и покажем толпе, что именно их уважаемый мистер Морис проворачивал за спинами всех. Это будет последний выстрел в пучине доказательств его вины.

Айзек молча разворачивается и идет к одной из клеток. Я делаю то же самое, только подхожу к другой клетке, убираю пистолет в кобуру и присаживаюсь на корточки. Смотрю на этих маленьких измученных созданий и впервые в жизни не знаю с чего начать разговор.

В этой клетке восемь детей, пять мальчиков и три девочки, которые жмутся в правом углу. Я тяжело выдыхаю и начинаю говорить как со взрослыми людьми:

– Мне нужна ваша помощь. Для того, чтобы вытащить вас отсюда, мне нужно, чтобы вы пошли со мной наверх. – поднимаю руку к замку и срываю его с клетки.

От этого звука дети начинают жаться друг к другу ещё ближе, но один мальчик выходит на шаг вперед и… с вызовом смотрит на меня.

– Отлично, значит ты тут самый храбрый.

Он ничего не отвечает, только свирепо смотрит на меня и сжимает свои маленькие кулаки. Обвожу взглядом детей ещё раз и только сейчас обращаю внимание, на то, что у двоих из них янтарные глаза. Возвращаю внимание к "храброму" мальчику и говорю:

– Посмотри на мои глаза. Я тоже не обычный человек, и я пришел вам помочь. Если ты хочешь, чтобы я вытащил вас отсюда, то кивни.

Но мальчишка поворачивается ко мне спиной и отходит в угол, где прячутся девочки. Так, надо попробовать другой подход. Вижу, как они расступаются перед ним и…

Твою мать!

Они не прятались, они скрывали тело… тело ещё одного ребенка. Он мертв. Я не знаю как давно, но это точно мертвый ребенок. "Храбрый" мальчик с трудом поднимает мёртвое тело и подходит ко мне. Сейчас нас разделяет только решетка. Мальчишка смотрит на меня, и я вижу, как секунда за секундой его глаза становятся влажными. Он по-прежнему молчит, но я понимаю, он мне поверил.

Я открываю клетку, и мальчик переступает через порог, оборачивается смотрит на своих друзей по несчастью, он кивает им головой, и они по очереди выходят за пределы своей тюрьмы. Я протягиваю руки к "храброму" и говорю:

– Я помогу.

Он секунду думает и отдает мне холодное, безжизненное тело.

Пока Айзек вскрывает остальные клетки и освобождает детей, я смотрю на белое лицо мальчика. Стальной узел сворачивается у меня внутри, этот ребенок младше моего Чарли, и он, так и не увидев жизни, покинул её внутри вонючей клетки.

Если раньше я хотел смерти Морису по своим причинам, то сейчас всё изменилось. Он будет страдать так же, как страдали эти дети.

Как только мы вышли на поверхность, я понял, насколько обессилены дети. Двое из них просто свалились на холодную землю. Айзек быстро поднял их, и мы направились в здание. Вдалеке я слышу громкий голос Саито Фудо, он до сих пор толкает свою речь.

Мы входим в здание, и натыкаемся на бегущую Шарлотту. Ту самую, которая пронзила Роя копьём. Она останавливается и шокировано смотрит на девяносто трех полуобморочных детей. Обращаю внимание, что её правый рукав немного запачкан кровью.

– Какого хрена? – говорит она и переводит на меня взгляд. – Так это всё правда?

– Как видишь. Шарлотта, нам нужны одеяла, и место, где можно разместить детей.

– Хорошо, идем за мной. – тут же отвечает она.

Как только Шарлотта проводила нас в большую столовую, то тут же куда-то исчезла. Вернулась минут через пять и притащила всевозможные одеяла простыни, даже полотенца. После направилась за едой. Принесла только хлеб и воду, раздала это детям и сказала есть медленно, иначе им будет плохо. Я же до сих пор держу маленькое тело на руках. Шарлотта подходит ко мне и говорит:

– Это все дети или ещё есть?

Бросаю взгляд на ребенка на моих руках и отвечаю ей:

– Больше нет. – перевожу взгляд на неё. – Где Морис?

– Он заперт в своей комнате, вместе с Пэйдж.

– Кто его охраняет?

– Сначала это был отряд Саито Фудо, но как только Майкл вернулся и встал на пост, он никого не подпускает к дверям комнаты.

– Отлично. Ты останешься здесь.

– Нет! – выкрикивает Шарлотта. – Ты мне обещал!

– Кто-то должен остаться с детьми.

– Прости меня, конечно, но в это дерьмо я ввязалась только из-за твоего обещания! – говорит она всё так же громко, но потом становится очень печальной и следующие слова произносит шёпотом. – Не один ты хочешь мести.

– Айзек? Вызови сюда свой отряд, пусть они присмотрят за детьми.

– Будет сделано. – отвечает мне друг.

Отхожу от Шарлотты и направляюсь к "храброму" мальчику. Он стоит, закутавшись в какое-то покрывало и смотрит на своих друзей. Кажется, он старше всех остальных детей, ему на вид лет десять. Сажусь на корточки рядом с ним и говорю:

– Ты ещё раз должен мне помочь.

Мальчишка вскидывает на меня свои грустные глаза и внимательно слушает.

– Чтобы этот ужас закончить навсегда, мне нужно, чтобы кто-то из вас вышел со мной на улицу и встретился с толпой людей. Понимаешь? Иначе нам могут не поверить.

Он минуту раздумывает, но всё же кивает головой в знак согласия. Разжимает пальцы, и покрывало падает на пол. "Храбрый" протягивает руки к бездыханному телу, и я отдаю его ему.

В этот момент открывается дверь столовой, и входят подчиненные Айзека. Мы оставляем их с детьми и покидаем здание.

Как только бушующая толпа начала замечать одиноко идущего ребенка с трупом на руках, она смолкла. Айзек шел впереди, я замыкал нашу маленькую процессию. Между нами шел мальчик, смелости которого можно только позавидовать. Он пару раз оступился и чуть не уронил свою ношу, но он устоял.

Саито тоже перестал что-либо говорить. Слова здесь совершенно не нужны. Как только мальчишка дошел до старика и начал протягивать ему холодное тело маленького мальчика, Саито Фудо осел на колени и обнял ребенка. Он плакал… мужчина наконец-то добился своей цели и освободил детей. Он плакал так, что люди в толпе вторили ему.

Через минуту Айзек забрал "храброго" мальчика и унёс его в здание. Второго ребенка, который больше никогда не увидит солнечного света, унесли в соседнюю комнату. Завтра его тело предадут огню, а Преподобный сколотит очередной крест, в память об ушедшей детской душе.

Саито Фудо берет себя в руки, снова подносит рупор к губам и произносит:

– Неужели Вам и этого недостаточно? Вы своими глазами увидели и услышали показания людей, которые работают на мистера Мориса, они подтвердили, что действующий глава Чёрной Пантеры нарушал много законов, но он преступил САМЫЙ главный закон – "Закон о детях". Он истязал их и ставил многочисленные опыты, в ходе которых дети умирали. Но сегодня нам удалось это прекратить.

Саито Фудо замолкает и ждет реакцию толпы.

Толпа ведома, и стоит только паре рук начать хлопать в поддержку слов старика, как остальная масса поддерживает, и мы становимся свидетелями самых бурных аплодисментов с момента, как прежний мир рухнул.

Саито поднимает руку вверх, и все замолкают.

– Завтра состоится смертная казнь Флинта Мориса.

И толпа вновь начинает ликовать.

Оборачиваюсь к Картеру и спрашиваю:

– Где девушка?

– Какая? А, она в комнате, не переживай за ней всё время присматривали.

– Кто присматривал?

– Шарлотта.

– Твою мать!

– Что?

– Ничего. Покажи мне, где сейчас находится Саманта.

20. Ты видишь в темноте

Саманта.

Шарлотта вылетает из комнаты и замирает напротив двери. Я вижу её лицо и могу сказать одно, она прибывает в шоке, но быстро приходит в себя и уверенным шагом удаляется за пределы моего обзора.

Я до сих пор лежу под тяжелым телом "доктора", чувствую, как его кровь покрывает всё моё оголенное тело. Напрягаю каждую частичку себя и пытаюсь столкнуть. Не получается. Но я не прекращаю попыток, упираюсь пяткой правой ноги об матрас и на выдохе отталкиваюсь. Ещё немного. Ну же! Давай!

Кажется, паника подкрадывается ко мне. Я практически голая… на мне лежит труп… дверь открыта. Я совершенно беззащитна.

Закусываю нижнюю губу и толкаюсь ногой ещё раз. У меня получается. Ещё немного, и я чувствую, как склизкое тело соскальзывает с меня и с глухим стуком ударяется об пол.

Откидываюсь на спину и стараюсь усмирить своё дыхание. Не паникуй! Саманта, возьми себя в руки! Моё внимание привлекают крики на улице. Они то появляются, то снова наступает тишина. В какой-то момент мне даже показалось, что я слышала голос Саито Фудо. Что там, происходит? Праздник? Восстание? Меня это не касается. Единственное на чём я могу сейчас сконцентрироваться – это открытая дверь. Смотрю на неё и предпринимаю попытку спустить левую ногу с кровати. Минуты утекают, но мне удается скинуть ногу на пол… точнее на тело. Отлично. Так, дальше нужно сесть. Но единственное, что у меня выходит, так это три раза подняться на локтях, но руки совершенно не держат меня, и я в очередной раз валюсь на кровать.

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Да когда уже прекратится действие препарата?

Лежу на спине и смотрю на потолок. Я совершенно выбилась из сил. Боковым зрением замечаю движение в дверном проходе и тут же перевожу взгляд туда.

При виде человека, который появился передо мной я зажмуриваю глаза и начинаю тихо плакать. Я не понимаю, от радости это или от стыда. Но знаю одно, я не хочу, чтобы он видел меня такой.

– Шшш… не плачь. – слышу я тихий голос Хантера возле себя.

**********

Хантер.

Быстрыми шагами преодолеваю расстояние от площади до здания, в котором мы оставили детей. Картер показывает дорогу, и мы поднимаемся на второй этаж. По правую сторону от меня находятся двери, и все они закрыты, кроме одной.

Ускоряю шаг и заглядываю внутрь. Твою мать! Саманта нагая, вся в крови и обрезках одежды лежит на кровати и смотрит в потолок. Бросаю взгляд на пол и вижу тело мужчины в больничном халате. Скорее всего труп. Если же нет, то скоро будет.

Перевожу взгляд на Саманту, и сердце пропускает несколько ударов. Она секунду смотрит на меня, а потом с силой зажмуривает глаза и начинает… плакать.

Что, твою сука мать, здесь произошло?!

Вхожу в комнату и двигаюсь в сторону кровати, ногой отпихиваю тело и присаживаюсь на корточки рядом с лицом Саманты. На мгновение тоже прикрываю глаза и говорю:

– Шшш… не плачь.

Но от этого её тело начинают сотрясать рыдания, и я вижу, как она пытается безвольной рукой прикрыть своё тело. Встаю на ноги и покидаю комнату, в проходе сталкиваюсь с Картером и испепеляю его взглядом:

– Если с ней…

– Нет. Шарлотта успела.

Обхожу его и пинком открываю соседнюю дверь. Раньше она была не предназначена для открывания внутрь.

Вхожу в идентичную спальню и хватаю покрывало с кровати. Возвращаюсь к Саманте, накрываю её и поднимаю на руки. Она по-прежнему не открывает глаза и продолжает тихо плакать. От её слез что-то внутри меня обрывается.

Выхожу с ней в коридор и смотрю на Картера:

– Мне нужна нормальная комната, где я могу остаться до утра.

– Идем. – без раздумий отвечает он.

Мы выходим на улицу и оказываемся в эпицентре толпы, но всем плевать на нас, люди расходятся по домам. Всё, представление окончено. До меня доносятся обрывки фраз о том, что они в шоке, негодуют о действиях мистера Мориса, но есть и те, кто не верит, что их предводитель оказался таким чудовищем. Они разговаривают о том, что это какой-то политический ход и таким образом Саито Фудо сместил мистера Мориса с заслуженного места.

Я не удивляюсь этим разговорам. Невозможно, чтобы все были на нашей стороне, так не бывает.

Проходим пару поворотов и оказываемся перед небольшим домиком. Саманта начинает дрожать, прижимаю её ещё ближе к себе и пытаюсь передать хоть частицу своего тепла. Картер поворачивается и серьезно смотрит на меня:

– Это мой дом. Внутри находится моя женщина, которая ждёт моего ребенка. Поэтому, я прошу тебя быть вежливым.

– Я не любитель обижать беременных женщин, и ты это прекрасно знаешь.

– Знаю, но посчитал нужным предупредить тебя. – он секунду медлит и говорит. – Идём.

Как только мы переступаем порог дома, в проходе появляется обеспокоенная миниатюрная блондинка. При виде нас она широко открывает глаза и спрашивает:

– Картер, что происходит? Кто это? – она инстинктивно опускает руки на живот, тем самым пытаясь укрыть ребенка, что находится внутри неё.

Я обращаю на это внимание, и в голове тут же всплывает образ Кейт, она была примерно на таком же сроке, когда Морис совершил то, что совершил. Ублюдок!

Картер выступает вперед и говорит ласковым тоном (я такого от него в жизни не слышал), это заставляет меня внимательней всмотреться в лицо женщине, которая смогла подмять Картера под каблук:

– Милая, я всё объясню тебе позже. Главное, не нервничай. – оборачивается на меня и указывает на дверь, что находится справа от нас. – Это гостевая комната, обычно там останавливается сестра Ребекки, но сейчас она пуста.

Картер подходит к двери и открывает её. Я с Самантой на руках вхожу в маленькую спальню. Здесь довольно уютно, если тебе пять лет, и ты девочка. Всё в бледно розовых тонах, даже небольшая кровать застелена покрывалом розового цвета.

– Нам нужен душ.

– Он за той дверью, полотенца и что-нибудь из одежды найдешь там или в шкафу.

В дверном проёме появляется обеспокоенная Ребекка:

– Может вам нужно что-то ещё? Ну, там вода или еда. Я могу приготовить.

Смотрю на неё с благодарностью и отвечаю:

– Спасибо за гостеприимство, но пока этого будет более чем достаточно.

– Хорошо, если что зовите меня. Кстати, меня зовут Ребекка. – она даже пытается улыбнуться.

– Приятно познакомиться, Ребекка. – говорю я.

Она ждет, когда я скажу своё имя, но я оставляю это на Картера. Ему многое нужно будет ей рассказать.

Картер забирает Ребекку, и они тихо прикрывают за собой дверь. Я тяжело выдыхаю и смотрю на девушку в моих руках:

– Саманта, ты сможешь принять душ?

Девушка открывает глаза и смотрит на меня какое-то время. Потом очень медленно отрицательно качает головой.

– Хорошо. Тогда я тебе помогу.

– Хантер. – это первое, что она сказала за сегодня.

– Что?

– Я… не хочу.

– Чего ты не хочешь? – недоуменно спрашиваю я.

Я понимаю, что ей тяжело говорить. Что с ней сделали? Не перебивая её, жду, когда она скажет то, что хочет. Саманта несколько раз сглатывает и, словно собираясь с силами, произносит:

– Я не хочу, чтобы ты трогал меня.

Как только она произнесла это вслух, всевозможные отвратительные мысли начали вгрызаться в мой мозг. Чтобы прекратить это, я задаю один лишь вопрос:

– Что с тобой сделали?

– Я не хочу… говорить. Не могу. – каждое слово она произносит с огромным трудом.

– Хорошо, но тебе нужно смыть с себя кровь. Если ты не хочешь, чтобы это сделал я, то могу попросить об этом Ребекку или найду другую женщину.

Саманта обдумывает мои слова, вскидывает на меня взгляд загнанного зверька и говорит:

– Ты.

– Отлично.

Несу её в ванную комнату и аккуратно опускаю на пол. С трудом, но девушке удается удержать вертикальное положение. Заглядываю в душевую кабину и поворачиваю оба крана. Как только начинает бежать теплая вода, я оборачиваюсь к Саманте. Она стоит и смотрит на меня, но мой взгляд цепляется за её руки. Она настолько сильно вцепилась в покрывало, что костяшки пальцев побелели.

– Я могу отвернуться. – говорю я, и Саманта слегка кивает головой.

Я отворачиваюсь и слышу шорох падающей ткани. Дальше до моего слуха доносятся слабые, неуверенных шаги босых ног по кафелю. Но она останавливается, так и не зайдя в душевую кабину.

– Хантер.

– Я здесь.

– Помоги.

Я оборачиваюсь и вижу, как Саманта пытается переступить небольшой порог, чтобы попасть под струи тёплой воды, но у неё не получается. Я просто беру её за талию и аккуратно ставлю под душ.

Я больше не вижу смысла отворачиваться, тем более, Саманта, кажется, вообще меня не замечает, она предпринимает попытки смыть с себя кровь, но её координация настолько плохая, что она способна выводить только слабые круги по животу.

Скидываю с себя оружие и отцепляю рацию. Переступаю порог душевой и оказываюсь рядом с девушкой. Она вскидывает на меня голову и смотрит мне чётко в глаза. С нас стекает вода, но я могу только смотреть в глаза девушки. Она окончательно сломлена. И это моих рук дело, когда она узнает, что это я приказал Шарлотте убить Роя, она возненавидит меня. Но без этого маневра, мы бы не выиграли войну. Очередная жертва, на которую я пошел.

– Хантер.

– Я только помою тебя. Хорошо?

– Л-ладно.

Беру мыло и намыливаю руки, Саманта наблюдает за моими движениями. Подхожу к ней ещё ближе и поднимаю её лицо, теперь она смотрит мне в глаза, а не на мои руки. Нежными движениями провожу по щекам, и кровь вперемешку с пеной медленно стекает по её лицу. Дальше смываю кровь с её рук, шей. Медленно провожу руками по ключице, груди и талии.

Чувствую, что моя одежда полностью промокла. Снова беру в руки мыло, растираю его между ладоней и возвращаю руки обратно к Саманте. Опускаюсь вниз и слышу, как сердцебиение девушки ускоряется.

Не сейчас. Не в таком состоянии.

Медленно снимаю единственную вещь, что была на ней – это бежевые трусики, и откидываю их за пределы душевой.

Поднимаю одну её ногу и сгибаю в колене. Саманта начинает терять равновесие и, чтобы не упасть, кладет свои руки мне на плечи. Намыливаю её ногу и опускаю вниз. То же самое проделываю со второй и поднимаюсь.

– Прости меня. – произнося это, понимаю насколько долго я не говорил этих слов и насколько долго не хотел их говорить.

– Ты не виноват.

– Виноват, но об этом потом.

– Хорошо.

Я выключаю воду и дотягиваюсь до полотенца, которое висит возле душевой. Обтираю тело девушки и закутываю её в него.

– Выйти сможешь сама?

– Да.

Она медленно покидает ванную и прикрывает за собой дверь. Тяжелый выдох, и я снова включаю воду. Только холодную. Снимаю с себя всю одежду и какое-то время стою под ледяными струями воды. Постепенно прихожу в себя и выключаю воду. Срываю со стены второе полотенце и быстро обтираю себя. Завязываю его на бедрах и выхожу в комнату.

Саманта стоит перед шкафом и осматривает содержимое:

– Не мог бы ты… мне одеться нужно. – её щеки розовеют, и это вызывает у меня улыбку.

Не собираюсь напоминать ей, что буквально пять минут назад я видел её абсолютно голой. Выхожу из комнаты и тут же натыкаюсь на Ребекку:

– Твою ж! О, Боже! Ой. – она поворачивается ко мне спиной и со смешком кричит. – Картер! Тут у меня дома голый глава города Хелл. Наверное, он ищет тебя. Да, думаю, тебя. Картер!

Появляется Картер и хмуро смотрит на меня:

– Мог бы и одеться.

– По этому поводу я и пришел к тебе. Мне нужна футболка и штаны.

– А твоя одежда где?

– Промокла.

– Хмм. Ладно.

Картер скрывается за дверью и через минуту выносит мне небольшую стопку одежды.

– На всякий случай два комплекта, вдруг опять промокнет.

Возвращаюсь к двери и тихо стучу.

– Входи. – долетает до меня голос Саманты.

Переступаю порог и смотрю на девушку, которая сидит на краю тошнотворно-розовой кровати. Ухожу в ванную и одеваюсь. Поднимаю рацию и вызываю Майкла. Узнаю у него, как обстоят дела. Он сказал, что Морис предложил ему уже все блага этого мира, лишь бы Майкл помог сбежать. Так же Майкл сказал, что пробудет там до утра, пока я не приду.

Дальше связываюсь с Айзеком и узнаю, что с детьми. Он сообщил мне, что Шарлотта помогла ему обустроить эту же самую столовую в огромную комнату. Они стащили туда кучу матрасов и одеял. Так же, детей помыли и немного покормили.

Также я связался с Чейзом и Эмбер. С детьми и городом всё в полном порядке.

Забираю с собой рацию, пистолет и вхожу в комнату. Саманта так и сидит на кровати. Выглядит она уже гораздо лучше.

– Что ты здесь делаешь? – спрашивает она.

– Я собираюсь спать. А ты?

– Нет, я имела ввиду, что ты делаешь в Чёрной Пантере? Что за крики были на улице? Я ничего не понимаю.

– Всё закончилось. Правление мистера Мориса подошло к своему логическому завершению. Город находится под нашим контролем, сегодня можем спать спокойно.

– Что? Ты это серьезно?

– Не думал, что я похож на шутника.

– Да, не похож. А Морис… он мёртв?

– Ещё нет. Завтра на рассвете его не станет.

– Это… лучшая новость.

– Да, наверное, так и есть. А сейчас ложись спать, нам вставать через четыре часа.

Саманта молча забирается на кровать и ложится под розовое одеяло. Я делаю то же самое, только с другой стороны. Мы лежим лицом друг к другу и смотрим в глаза. У меня в голове проносятся моменты её боли. Сначала случай в кабинете, когда я заставил её выстрелить в предателя. Потом – смерть Роя на "Арене", то, как она кричала и билась в истерике. Следом вспоминаю моменты сегодняшнего дня, Саманта вся в крови…

И это всё – моя заслуга. Когда-то она казалась мне забавной… сейчас же она для меня…

– Хантер.

– Да.

– Можешь не смотреть на меня так?

– "Так" – это как?

Она прикрывает глаза и улыбается.

– Спокойной ночи. – говорит она.

– И тебе. – отвечаю я.

***********

Саманта.

Резко открываю глаза и сажусь на кровати. Вокруг кромешная тьма, но я точно знаю, здесь кто-то есть. Я определённо не одна. И мне страшно. Оглядываюсь по сторонам, но единственно, что я вижу – это чёрный фон. Где я?

Тихий звук и шевеление рядом со мной. Я замираю. Стараюсь дышать равномерно, но ничего не получается. Если этот кто-то услышит меня, то тут же набросится.