Текст книги "!Фантастика 2024-114". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Глава 17. Все готово

День был сумбурным и непонятным, и я то боялась предстоящей свадьбы, то впадала в панику от того, что все отменится. Так что профессор Венивер даже пригрозила снова отправить меня на пересдачу.

– Кукудастр, – повторила я и сплела пальцы в узел, но стрелки на больших часах дернулись и застыли, а кукушка лишь высунула голову и захрипела.

Профессор вздохнула и кивнула Фирьену.

– Теперь вы, студент Шино.

С бытовыми заклинаниями он справлялся лучше остальных. Пятый уровень магии больше всего подходил для бытовых занятий, так что в этом крылось будущее Фира. Возможно, он будет строить корабли с попутным ветром в парусах, или освоит вентиляционные системы, так что в погребах и подвалах всегда будет свежий воздух, или найдет свое призвание в парикмахерском искусстве: его светлые волосы выглядели прекрасно – так, словно их слегка растрепал ветер. А может, Фир станет заправлять в каком-нибудь огромном дворце, потому что ему удавалось практически все. Вот и кукушка бодро выскочила из своего домика и пропела время.

– Прекрасно, – похвалила профессор Венивер. – Что ж, все свободны.

– А я? – возмутился Джаф. – Я даже не попробовал этот ваш кукудастр.

Кукушка вывалилась из часов, заголосила, отчаянно дергая крыльями, будто пытаясь сорваться с пружины и улететь на юг, а стрелки завращались как бешеные.

– Вот и попробовал, – вздохнула профессор. – Мало того, что пришлось двери чинить, так теперь и часы на свалку. Вам, Джафри, надо осторожнее применять свою силу. Зачет я поставлю, конечно, но бытовая магия – не ваше. Всего доброго, студенты.

Она окинула взглядом кабинет, и окна заблестели как свежевымытые, цветок на подоконнике втопорщил листочки, а когда профессор Венивер вышла, дверь закрылась плавно и без малейшего стука.

– Кстати, о силе, – сказал Эрт, перегнувшись через парту. – Джаф, ты свободен сегодня вечером?

– У меня уже есть планы, и вряд ли ты предложишь мне что-то более приятное.

Джаф глянул на Миранду, и та натянуто улыбнулась ему в ответ.

– Скорее всего, – не стал спорить Эрт. – Но ты ведь будущий патрульный.

– И?

– Братство, взаимовыручка, все такое…

– Скажи прямо, что тебе надо, – предложил Джаф, поднимаясь, и Эрт вдруг потянулся и потрогал его бицепс. – Ты чего? – возмутился Джаф, отдергивая руку.

– В общем, Изергаст собрался похоронить меня на кладбище за Академией, – вздохнул Эрт, и мы с Мирандой, переглянувшись, подошли ближе.

– Это что ж ты такого сделал? – удивился Ник.

– Ничего. Напротив. Мастер Изергаст сказал, что видит во мне явные надежды на повышение уровня. Но надо слегка подтолкнуть мою магию, – пояснил Эрт. – Тот гроб, что в его кабинете, мне уже как родной, и я не чувствую в нем единства со смертью.

– Я тоже, – поддакнула Миранда. – В прошлый раз отлично там выспалась.

– Да, подушечка удобная, – согласился Эрт. – И в целом темно и тихо. Не то что в мужском общежитии – вечно кто-то орет.

– Если ты про меня, то пение развивает легкие, – ответил Фирьен. – Я, может, тоже хочу повысить уровень.

– Но не посреди же ночи! Короче, Изергаст сказал, что закопает меня сегодня вечером, – продолжил Эрт и, взъерошив волосы, признался: – А мне как-то не по себе.

– Еще бы… Хочешь, чтобы я с ним поговорил? – Джаф повел плечами и размял пальцы. – В общем, я не против. Совсем сдурел.

– Нет-нет, – торопливо возразил Эрт. – У тебя есть лопата?

– Вломить ему лопатой? – нахмурившись, уточнил Джаф. – Так-то вариант, но…

– Ты умеешь копать? – перебил его Эрт. – Наверняка умеешь, ты ведь из какой-то деревни. Огород, капуста там всякая, отхожие ямы…

– У тебя все меньше шансов, что я соглашусь, – заметил Джаф.

– Ты очень сильный, – польстил ему Эрт, снова потрогав бицепс. – Однозначно самый сильный в нашей группе, в академии, а может и во всей империи. А еще ты очень ловкий. И наверняка лучше остальных приспособлен к физическому труду. А если я повышу уровень до второго, то тоже стану патрульным, и, однажды, быть может, прикрою твою могучую спину. Так прояви же взаимовыручку прямо сейчас и откопай меня, если вдруг что-то пойдет не так.

Джаф задумался и почесал макушку.

– А как я пойму, что что-то идет не так? – резонно засомневался он.

– О, там будет Эммет, – успокоил его Эрт. – Он целитель и почувствует, если я стану задыхаться или впаду в панику от клаустрофобии, или у меня случится припадок…

– Главное, не бери с собой печенье, – посоветовала Миранда.

– Но я не уверен, что Эммет вообще хоть раз держал в руках лопату. С тобой мне было бы спокойнее. А еще Мисси будет за мной приглядывать.

– Вот ей не доверяй, – встряла я в разговор. – Она вечно предлагает мне самоубиться. Так что если ты и правда окажешься при смерти, то наоборот будет утверждать, что все в порядке.

– Так что скажешь? – спросил Эрт, с надеждой глядя на Джафа.

– Ладно, – буркнул тот. – Но лопаты у меня нет.

– В сторожке возле кладбища их полно, – сказал Ник. – Хочешь, я тоже пойду?

– Если боишься задохнуться, я могу тебе приток свежего воздуха организовать, – предложил Фирьен. – Девчонки, ай-да с нами. Закопаем Эрта, потом откопаем…

– Без нас, – ответила я.

– Будешь кукудастр тренировать? – с жалостью предположил Фир.

– Вроде того, – улыбнулась я.

Выходит, Изергаст решил отвлечь Эммета и Мисси, и это значит, что подготовка к свадьбе идет полным ходом.

***

После занятий меня поймала секретарша Родерика – мощная усатая женщина, рядом с которой я отчего-то робела, и, нежно, но твердо взяв под локоток, повела прочь.

– Я с вами, – заявила Миранда, шагая следом.

– Я рада, – ответила та. – Надеюсь, платье подружки невесты ты сама подберешь? Или это тоже на мои плечи?

Со стороны казалось, что плечи госпожи Грохенбаум удержат и все здание академии, если придется. Что ей какое-то платье? Однако выглядела женщина растерянной.

– Мне нужен список, – сказала она с тоской. – План. Нужен храм, кольца, музыка, торт и рассадка гостей, розовые лепестки и конфетки с предсказаниями…

– Обожаю эти конфетки, – сообщила Миранда. – Без них никак. На одной свадьбе мне нагадали любовь до гроба, словно и правда знали, что я стану некроманткой. Но куда вы нас ведете?

Мы прошли мимо приемной и кабинета ректора, спустились по лестнице. Железные пальцы Дебры Грохенбаум впивались в мой локоть так, словно она боялась, что я сбегу. Такая мысль у меня тоже была. Но стоило вспомнить, как смотрел на меня Родерик этим утром, и я понимала, что не смогу поступить с ним так жестоко.

Однако именно сегодня я пыталась осознать, как вообще возникла моя к нему любовь. Из чего она получилась? Из поцелуев его горячих губ, что знали каждый кусочек моего тела? Из сильных рук, в кольце которых я чувствовала себя защищенной от любых невзгод? Из взгляда пепельных глаз, в глубине которых всегда мерцали искры?

С Родериком я стала женщиной, с ним узнала то остро-сладкое наслаждение, которое хотелось испытывать снова и снова. Я вспыхивала от желания, стоило ему лишь коснуться меня или посмотреть тем особым взглядом, в котором горел тот же голод.

Во мне был огонь, как и в Родерике, и я и без теории стихий понимала, что плотская любовь и страсть значат для нас много. Я хотела его, а он меня, но для брака этого было бы мало.

Я все требовала чего-то большего, чего-то еще – заботы, внимания, нежности, и Родерик дарил мне их по мере сил. Но главное, что я наконец поняла – мне и самой хотелось заботиться о нем. Пришлось отправиться в хаос, чтобы осознать, что ради Родерика я готова на все.

Я хотела, чтобы он был счастлив со мной и спокоен, хотела чаще видеть улыбку, от которой на его щеке появляется ямочка, хотела обнимать его перед сном и целовать по утрам. Хотела… ребенка. Сердце вдруг сжалось, а потом забилось чаще, пока я, замирая от странной смеси ужаса и восторга, обдумывала эту мысль. Ребенок от Родерика. Славный мальчуган, серьезный и уверенный как его папа, с серыми глазами и сладкой улыбкой. Или, быть может, девочка, милая и шаловливая, которую он будет обожать всем сердцем…

– Ты в порядке? – Миранда заставила меня остановиться и посмотрела с беспокойством.

– Да, все хорошо, – успокоила я ее, и слезы, выступившие на моих глазах, испарились. – Я вдруг поняла, что очень хочу выйти замуж за Родерика.

– Самое время, – проворчала Дебра и постучала в зеленую дверь.

Она распахнулась тут же, словно хозяин ждал нас у порога. Может, так и было, уж больно картинно выглядел мастер Изергаст в своем халате и сверкающих туфлях.

– Моррен, мне нужен хоть какой-то план действий! – с отчаянием воскликнула Дебра.

Он посторонился, пропуская нас в дом, а потом взял Дебру за плечи и, склонившись к ней, произнес:

– Ты справишься. Все пройдет просто отлично. Задание плевое.

– Плевое, – повторила Дебра как зачарованная.

Впрочем, почему – как? Зеленые глаза некроманта светились магией.

– Сделать вам кофе? – предложила секретарша так неуверенно, будто это была не ее идея.

– Было бы славно, – улыбнулся Моррен и повернулся ко мне. – Как настроение, будущая жена Адалхарда?

– Прекрасно, – ответила я. – Я люблю Родерика и хочу за него замуж.

– Похвально, – одобрил Моррен. – А ты, моя неприступная некроманточка, чувствуешь флюиды романтики и любви, словно бы разлитые в воздухе?

– Не чувствую, – сказала Миранда.

– Это пока, – заверил ее Изергаст и втянул запах кофе, донесшийся откуда-то из коридора, в котором исчезла Дебра. – Храм почти готов, Родерик занимается им лично. Кольца будут. Музыка есть, угощение заказано, так что остались лишь мелочи.

Он пошел вперед, а мы с Мирандой – следом, и вскоре оказались на светлой уютной кухне, где уже хозяйничала секретарша. Она поставила на столик чашки с кофе и присела на один из плетеных стульев.

– Так что, мне заняться конфетками с предсказаниями? – спросила Дебра.

– Займись, – благосклонно кивнул он.

– А жрец? – завопила вдруг Дебра так, что Изергаст дернул рукой и пролил кофе.

– Уже есть, самый лучший, – проворчал он, и под его укоризненным взглядом пятно на полу тут же испарилось, словно от стыда. – А сейчас выберем платье для невесты.

– Даже есть, из чего выбирать? – не поверила я.

Взгляд, которым обменялись Миранда с Изергастом, был таким многозначительным, будто они что-то скрывали.

– Уверены, что эти платья подойдут? – спросила Миранда с нажимом.

– Придется слегка поколдовать над размером, – ответил Моррен, покрутив пальцами в воздухе. – Но я пригласил отличных портных, которые как раз сейчас занимаются этим вопросом.

Послышались приглушенные ругательства, смутно знакомые голоса:

– У Арнеллы задница примерно такая? – спросил один.

– Почем мне знать? Я ее не тискал. Может, у Кевина спросить?

– Должна влезть. А что с грудью?

Мастер Изергаст повел ладонью, и голоса стихли, однако вскоре в дверном проеме показался один из братьев Тиберлонов, то ли Вильям, то ли Киллиан. Забыла, на какой щеке у кого родинка.

– Прошу прощения, мастер Изергаст, – виновато улыбнулся он. – Возникла небольшая техническая заминка.

– Пейте кофе, девушки, – сказал некромант. – А потом займемся примеркой. Дебра, загляни в портал, быть может, Родерик придумает тебе какое-нибудь задание помимо конфет.

Значит, церемония будет там, на жарком тропическом острове? Я улыбнулась от предвкушения и отпила кофе, не чувствуя вкуса.

– Арнелла Адалхард, – задумчиво произнесла Миранда. – Не боишься?

Я мотнула головой. У меня больше не было ни страхов, ни сомнений.

***

В доме мастера Изергаста можно было потеряться. Ломаные коридоры приводили из комнаты в комнату, и оставалось только догадываться, как это все умешалось под скромной на вид крышей. А учитывая, что тут был и портал – светился себе в углу как еще одна дверь, – выходило, что у мастера Изергаста был свой собственный мир.

– Сюда не заходи, – сказал он, отодвинув меня от очередной двери, глянцево-черной и даже без ручки.

– Да, ты тут поосторожнее, Арнелла, – поддакнул Вильям, или Киллиан. – Я вот свернул не туда, так, чую, получил моральную травму до конца своих дней.

– Конец твоих дней может настать очень быстро, если ты не научишься держать язык за зубами, – заметил Изергаст.

Под примерочную он выделил довольно скучную на вид комнату: вдоль стен стояли массивные шкафы, напоминающие расставленные вертикально гробы, а под окном вытянулся роскошный диван, обтянутый кремовой кожей. На него они с Мирандой и сели – словно зрители в театре на первом ряду. А мне указали на дверь в углу, за которой я нашла вешалку с платьями, легкими и невесомыми, точно сотканными из паутины.

– Магия, – довольно сказал Киллиан. Или Вильям.

– Я забыла, кто из вас кто, – честно призналась я и спросила у близнеца с родинкой на правой щеке: – Ты ведь Вилли?

– Точно, – улыбнулся он и вдруг задрал рубашку, обнажая рельефный пресс. – Если забудешь, можешь по шраму отличить.

Едва заметный рубец под ребрами привлекал куда меньше внимания чем твердые кубики, как будто вылепленные на его теле талантливым скульптором.

– Хочешь потрогать? – предложил он, белозубо улыбаясь.

– Рубашку заправить, невесту не соблазнять, – приказал Изергаст. – И подружку невесты тоже.

– А что делать, мастер Изергаст? – возмутился Килли. – Всех девчонок разобрали!

– Да! – горячо поддакнул Вилли. – Всего две первокурсницы, и тех преподаватели застолбили.

– Вообще-то нет, – возразила Миранда. – Я с Джафом встречаюсь.

– Уверена? – засомневался Килли. – А то слухи разные ходят. С Джафом бы мы справились. Особенно на пару.

Близнецы направились к дивану и попытались устроиться по обе стороны от Миранды, но были выдворены прочь ледяным взглядом Изергаста. Побурчав что-то о несправедливости жизни и преподавательской этике, они уселись прямо на пол, скрестив ноги.

– Вперед, – сказал мне Вилли. – Если будет тесно или свободно, мы поправим.

– Даже погулять не с кем, – продолжал ворчать Килли. – Ладно еще мы, в патруле на практике. Оттуда можно в Фургарт умотать в свободный день. А о других вы подумали?

– Мне недавно докладывали о каких-то… веселых дамах, которых вы пытались протащить в мужское общежитие, – равнодушно сказал Изергаст, и я замерла у двери, прижимая первое платье к груди.

– Бедные девушки едва не получили сердечный приступ, когда на них накинулись ваши дикие духи, – возмутился Килли, которого я снова научилась отличать от брата.

– Зачем же вы их привели? – поинтересовался некромант.

– Из человеколюбия, которое вам не ведомо, – пафосно ответил Вилли. – Парням и развлечься-то не с кем!

Свет подсвечивал Изергаста со спины, так что я почти не видела его лица, но зеленые глаза вспыхнули в тени ярко, как фонари.

– Не с кем, – задумчиво повторил он, прикрыв глаза.

– А ведь мастер о’Хас утверждает, что плотская любовь – отличный способ предотвратить срыв, воодушевленно продолжил Вилли. – Если бы вы и правда заботились о студентах, то не закрывали бы территорию академии.

– Ты молодец, – медленно сказал Изергаст. – Обратил мое внимание на проблему.

– Вы… меня похвалили? – ошарашенно пробормотал Вилли. – И что, не будет ни сарказма, ни подколок, ни издевательств? Ни даже зародыша мага?

– Помолчи теперь и насладись моментом. Скорее всего, больше он не повторится, – сказал Изергаст и обратил на меня свой взор. – Арнелла, меряй.

– А наши имена вы почему не запомнили? – ревниво спросил один из Тиберлонов, когда я скрылась за дверью, оказавшись в довольно просторной коморке, где нашлись и вешалки, и пуфик, и куча каких-то веревок и ремней.

– Если однажды ты выйдешь замуж за моего друга – запомню, – пообещал Изергаст. – Миранда, хочешь чего-нибудь? Может, отправить этих остолопов за чаем?

– А ее имя вы почему запомнили? – снова поинтересовался кто-то из братьев. – Она-то за Адалхарда не вышла. Хоть и собиралась.

– Если однажды ты будешь вызывать во мне такие же желания как она…

– Не надо, – торопливо ответил Тиберлон. А потом с укором добавил: – А ты говорила – с Джафом.

– Так и есть! – воскликнула Миранда, но в ответ раздалось лишь фырканье.

Я быстро выбралась из формы, развесив ее на крючки, и попыталась влезть в первое платье, но оно едва не затрещало по швам.

– Тесное, – громко пожаловалась я.

Миранда проскользнула в примерочную без стука, забрала у меня платье и вышла назад, а я взяла следующее.

В это я уместилась, но даже без зеркала понимала – не мой фасон: слишком пышная юбка, бант на талии, дурацкие рукава, мода на которые давным-давно прошла. В третьем платье я рискнула выйти, и братья синхронно присвистнули, но некромант покачал головой.

– Вы что, не могли нормально ткань растянуть?

– А как по-другому? – возмутился Вилли. – Если там изначально той ткани на куклу. Откуда вообще у вас эти платья?

– Не твоего ума дело, – отрезал Изергаст. – Давай следующее, Арнелла. В этом ты выглядишь, надо признать, эффектно, но в невесте должна быть какая-то загадка. Слишком прозрачное.

– Погоди, покрутись еще, – попросил Килли, – вот тут, на свету.

Но я уже сбежала в примерочную и поскорее стащила платье через голову, сгорая от стыда. Четвертое тоже забраковали. Ткань в нем была какая-то неравномерная, и я казалась пятнистой.

– Давайте третье оставим, – предложил Вилли.

– Вот, – Килли протянул мне первое платье. – Слегка увеличил размер.

Теперь я в него уместилась и с опаской вышла на всеобщее обозрение. Братья синхронно кивнули, Изергаст задумчиво потер подбородок, а Миранда с умилением всплеснула руками.

– Мне надо зеркало, – сказала я, расправляя ткань на бедрах. – Уверена, у вас полно зеркал, мастер Изергаст.

Однако они оказались лишь в его спальне, и я чувствовала себя очень странно, лежа на широкой кровати, укрытой прохладным черным шелком, и глядя на свое отражение в потолке. Изергаст заверил, что на черном фоне я сумею рассмотреть все детально, и не соврал.

Платье было прекрасным: тонкая ткань слегка просвечивала, но все стратегические места прикрывала вышивка. Открытые плечи, спущенные рукава, облегающий силуэт – я выглядела стройной и женственной и нравилась самой себе как никогда.

– Оно идеальное, – прошептала я и, сев, требовательно спросила: – Мастер Изергаст, в нем точно никто не умер? Поклянитесь!

– Клянусь, – ответил он. – Что ж, кажется, все готово.