Текст книги "!Фантастика 2024-114". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Глава 31. Все позади

Мы шли к старой мельнице, и без хаоса все выглядело совсем по-другому. Серая пыльная земля, растрескавшаяся от сухости, поваленные безжизненные деревья, камни – пейзаж унылый, но вовсе не страшный. А может, так мне казалось от того, что Родерик держал меня за руку, и рядом с ним я ничего не боялась. Я все же уговорила его поставить меня на ноги, но он упорно переносил меня через малейшие препятствия и не выпускал моей ладони ни на мгновение.

Когда вдали показались стены мельницы, мое сердце забилось чаще от радости, потому что прямо над развалинами висело густое белое облачко, проливающееся веселым дождем.

– Эммет! – закричала я и собиралась припустить бегом, но Родерик меня удержал.

– Арнелла, тебе не стоит бегать, – неуверенно начал он и глянул на Изергаста будто в поисках поддержки.

– Может, это еще и неправда, – непонятно ответил тот. – Но дерзкий зародыш, кажется, жив, уточни у него.

Я так и не поняла, о чем они, а в голове билась одна только мысль – Эммет жив.

Он лежал на жерновах, лицом к небу. Дождь вымочил его насквозь, стекая ручьями по лицу, смывая кровь и грязь. Рядом со старым шрамом появился еще один, рубашка порвалась в клочья, и один ботинок куда-то подевался, но в его глазах по-прежнему было море.

– Эммет, – выдохнула я, бросившись к нему, а он сел и обнял меня.

Мокрый, холодный, живой… Я смеялась от радости, а дождь стекал по моим щекам точно слезы. Эммет, отстранившись, целомудренно поцеловал меня в лоб, а потом уткнулся лбом в мое плечо.

– Арья, я уж думал – конец, – пробормотал он. – Сплошной хаос, твари, а потом вдруг волна и этот свет… Где Джаф?

– Он ушел вместе с Айрис, – ответила я. – Но, может, вернется…

– Вот уж радость, – проворчал Изергаст, заходя в мельницу. – А это еще что?

Он ткнул посохом в прозрачный гроб. Солнечный луч разрезал облако, и ледяные грани заискрились словно хрустальные.

– Это я сделал, – помрачнев, сказал Эммет. – Не мог смотреть, когда Эрт такой…

Родерик подошел к гробу, взялся за него руками, и тот подтаял и раскололся. Сняв ледную крышку, прислонил к стене. Эрт лежал в сверкающем гробу, будто зачарованный принц, которого злая колдунья обрекла на вечный сон.

– Раны залечил? – деловито спросил некромант, разделяя свой посох на две половины.

– Все в лучшем виде, мастер Изергаст, – отрапортовал Эммет, вскакивая с жерновов.

– Тучу отгони.

Эммет повел рукой, и облако медленно уплыло в сторонку.

– Имя, – потребовал Изергаст.

Он коснулся тонкой косички за ухом и, вздохнув, стал ее расплетать, а мы с Эмметом растерянно переглянулись.

– Эретьен, – пробормотала я. – А дальше…

– Эретьен Гюльбери Максштифор Третий, – сказал Родерик, и мастер Изергаст страдальчески поморщился и посмотрел на гроб, будто прикидывая – стоит ли оно того.

– Еще и Третий, – вздохнул он. – Ладно, разойдитесь подальше.

– Вы сделаете ему привязку? – ахнула я.

– Еще чего, – возмутился Изергаст. – Будь это единственной возможностью, лежать белобрысому зародышу и дальше в гробу. Но я мастер смерти, и у меня с ней особые отношения.

Зеленые лучи вырвались из посохов, и мастер Изергаст крутанулся на месте, рисуя шестиконечную звезду, в центре которой оказался гроб с Эретьеном. Солнце ярко светило, но на старую мельницу опустилась тьма. Белые волосы Изергаста взметнулись, глаза загорелись, и я почувствовала к Миранде невольное уважение – как только она его не боится?

В лучах гексаграммы вспыхивали неведомые знаки, зеленые и сиреневые блики плавали по гробу и бледному лицу Эрта. Тьма все сгущалась, черты Изергаст стали резче, и он казался сейчас воплощением самой смерти – безжалостной и неумолимой. Он закрепил посохи на поясе, воздел руки, сложив пальцы в знаки, которых я не видела раньше.

– Эретьен Гюльбери Максштифор Третий, – шепотом подсказал Родерик.

– Эретьен Гюльбери Максштифор Третий, – гулко произнес Изергаст, и его голос пробрал меня до костей, а земля под ногами задрожала. – Вернись…

Он взмахнул руками и сложил пальцы по-другому. Звезда на земле вспыхнула ярче, а знаки в ее лучах замерцали.

– Эретьен Гюльбери Максштифор Третий, приказываю тебе – вернись…

Еще один знак длинными белыми пальцами. Вокруг гроба поплыл сиреневый свет.

– Эретьен Гюльбери…

Хриплый вздох, кашель, Эрт рывком сел в гробу, перевесился через край, и его вырвало прямо на черные брюки Изергаста.

– Да чтоб тебя, – выругался тот, опустив руки, и тьма стремительно развеялась. – Даже заклинание не дал договорить.

А я взвизгнула от радости и повернулась к Родерику, который о чем-то шептался с Эмметом. И это в такой момент!

– Получилось! – воскликнула я. – У него получилось!

– Как будто могло быть иначе, – буркнул Изергаст, сурово глядя на свои заляпанные штаны, и те, словно устыдившись, вмиг очистились от пятен.

– Мастер Изергаст, – прохрипел Эрт, выбираясь из гроба, и кинулся на грудь некроманта, крепко его обняв.

Изергаст положил ладонь ему на лицо и отодвинул от себя подальше.

– Не вздумай так больше делать, – приказал он, направляясь из мельницы.

– Вы вернули меня с того света! – воскликнул Эрт, следуя за ним. – Я шел дорогой смерти, но услышал ваш голос. Вы запомнили мое имя!

– Я его уже забыл, – возразил Изергаст и тут же, вопреки своему заявлению, возмутился: – Гюльбери – это вообще что?

– Ягодка из наших мест, – пояснил Эрт. – Мелкая, но очень сладкая. Мастер Изергаст, так у нас теперь с вами особая связь?

– Ты его точно нормально починил? – повернулся Изергаст к Эммету. – Проверь. Нет ли отеков, трещин в черепе, еще чего…

Эммет тщательно ощупал голову Эрта, провел ладонями по шее.

– Все идеально, – сказал он, и Изергаст тут же отвесил Эрту затрещину.

– Нет никакой связи. Ты некромант и ушел недалеко, а я мастер смерти.

Встряхнув белыми волосами, Изергаст пошел вперед, а Эрт, почесав затылок, огляделся и ахнул:

– Хаоса нет! Но как?

Он бросился за Изергастом, засыпая его вопросами, и мы пошли следом.

– Как ты умудряешься запоминать столько имен? – спросила я Родерика, а он снова держал меня за руку.

– Просто представляю за каждым именем человека, – пожал он плечами. – А какие тебе нравятся имена, Арнелла?

– Даже не знаю, – ответила я. – Если мне нравится человек, то и его имя тоже.

– Ты не устала? Хочешь, понесу.

– Прекращай это, Родерик, – потребовала я. – Понеси Эрта, если хочешь, он недавно был мертв.

Но потом я увидела впереди нечто такое, что остальное вылетело у меня из головы.

– Боги! – воскликнул Эммет. – Что это со Стеной?

***

Ветви, туго связанные воедино, расплетались. Стволы покачивались, отодвигались друг от друга, острые шипы прятались под кору. Это было похоже, как если бы воины, стоящие щитом перед вражеской армией, наконец опустили оружие, чтобы пойти по домам.

Стена протяжно скрипела, шаталась и рушилась. Когда они подошли ближе, ее по сути уже не было: деревья двигались, взрывая корнями землю, выбирая себе место получше. Одно ушагало почти к самой Академии, и над ним кружила стайка птиц, выбирая места для гнезд.

Последний дозор анимагов был завершен.

Арнелла шагала рядом, держа его за руку, и, кажется, толком не понимала – что сделала. Она считала избранным Джафа и прямо сейчас спорила с Морреном, который все не мог смириться с этой мыслью.

– Избранный – Джаф, – упрямо говорила она. – Это он оживил королеву, отдав ей всю свою магию. Иначе никакой огонь не помог бы.

– Мы точно не знаем, – возразил Моррен.

– Вам так невыносима мысль, что Джаф оказался героем? – совершенно точно уловила она. – Он ведь шел на верную смерть!

– Так он все-таки умер, – подхватил Мор, которому, похоже, просто нравилось ее подначивать.

– Нет!

– Моррен, не спорь с ней, – потребовал Родерик. – Не хочет Арнелла быть избранной – не надо.

– А Джаф, между прочим, сказал, что вы хорошо соображаете.

Арнелла что, пытается вызвать в нем чувство вины и воззвать к совести? Наивная душа! Как будто это когда-то могло сработать с Изергастом.

– Это ваша схема с мартышкой его надоумила, – продолжила она. – Чтобы убить нечто мертвое – сперва оживи.

– Так значит, избранный я! – обрадовался Моррен. – Так и знал.

– А еще Джаф сказал, что вы хитрая сволочь, – не выдержала она.

– Тут он тоже оказался прав, – покивал некромант. – Неплохой был малый. Земля ему пухом.

Арнелла едва не зарычала от злости, и Родерик вмешался:

– Мор, ей нельзя нервничать.

– Я научилась удерживать огонь, Родерик! Уж сегодня ты мог в этом убедиться, – сердито выпалила Арнелла, еще не понимая, что он волнуется совсем о другом. Как бы так ей сказать? – А Джаф жив. Он ушел вместе с Айрис.

– Попутного ветра в спину, – хмыкнул Изергаст. – А вот и моя неприступная некроманточка.

Миранда протиснулась между деревьями и шла навстречу с самым грозным видом.

– Ты! – выпалила она, стукнув Моррена по груди кулачком. – Ты запер меня в академии!

– И очень правильно сделал, – нисколько не смутившись, ответил он, обнимая ее. – Но ты, похоже, нашла брешь. Не ободралась об изгородь?

Миранда тоже его обняла, расчесала пальцами обожженные пряди, погладила правую щеку.

– Ты не должен был так поступать, – проворчала она.

– Должен, – возразил Изергаст. – Мне пришлось оживлять белобрысого зародыша сегодня. Смог бы я сделать это, если бы думал только о тебе?

– Ты умер? – ахнула Миранда, обращаясь к Эрту.

– Совсем ненадолго, – успокоил он ее. – Эммет сделал мне шикарный гроб, а мастер Изергаст позвал меня с того света, и я не мог не прийти. – Эрт слегка повысил голос: – Ведь он запомнил мое имя! И произнес его целых три раза!

Миранда обвела взглядом их крохотный отряд, и ее глаза заблестели от слез.

– Джаф жив, – быстро сказала Арнелла, бросив предупреждающий взгляд на Моррена. – А Ника сорвало… Пойдем, я все тебе расскажу.

– Сейчас, – кивнула Миранда и, встав на цыпочки, поцеловала Моррена в губы. – Дома поговорим, – то ли пообещала, то ли пригрозила она.

Родерик едва заставил себя отпустить ладонь Арнеллы, провел ее взглядом. Как же ей рассказать? А вдруг она не обрадуется?

– С Арьей все хорошо, – сказал Эммет, подойдя к нему. – Не волнуйтесь.

– А с тобой? – спросил Родерик, повернувшись к парню. – Ты в порядке, Эммет?

– Ну, я сломал свой посох, – вздохнул он. – Да, мастер Адалхард, я в норме. Я желаю вам счастья.

– Спасибо, – искренне поблагодарил он. – А посох мы тебе сделаем новый, лучше прежнего. Можешь обговорить на кафедре артефакторики, они тебе налепят снежинок или еще чего.

– Но имейте в виду, если вы вдруг с Арьей поссоритесь, – нахально ухмыльнулся Эммет. – Или, допустим, умрете…

– Я его оживлю, – пообещал Моррен. – Иди уже в лазарет, Эммет Лефой. Там от тебя будет прок. И ты, ягодка, дуй следом. Делай все, что он скажет. Молча и беспрекословно.

Эрт нахмурился, но пошел с Эмметом.

– Ягодка? – донеслось до Родерика. – Больше не белобрысый зародыш?

– Что сказать, он выделяет меня из прочих, – небрежно ответил Эрт.

Патруль с постов уже вернулся, и Родерик с тяжким сердцем прошел мимо тел, укрытых черными покрывалами. Моррен тоже ушел в лазарет. Хоть друг и не любил возиться с ранеными, но мог заставить смерть отступить и задержать жизнь, висящую в этом мире на волоске.

Возле храма путников в горьком одиночестве сидел Киллиан Тиберлон, спрятав лицо в ладонях, и у Родерика сердце сжалось от боли. Он замер, не зная, что делать. Подойти? Утешить? Возможно ли это вообще?

– Достал! – выкрикнул Вилли, выбежав из-за плеча, и Родерик выдохнул, а сердце забилось как прежде. – Из императорских запасов! Самое лучшее!

Килли поднял голову и, посмотрев на Родерика заплывшим глазом, улыбнулся:

– Мастер Адалхард! Хаоса нет!

Родерик молча кивнул, а Вильям плеснул эликсир на платок и, присев, приложил его к рассеченной брови брата. Килли шикнул:

– Печет!

– Терпи, – приказал Вильям, обрабатывая ссадины, покрывающие его лицо. – А то нас будет слишком легко отличить.

– Тебе просто нравится рубашку задирать перед девчонками, – уличил его Килли. – И хвастаться шрамом.

– Так и есть, – легко согласился Вилли.

Родерик зашел в храм. Светильник, который он зажег сам, висел на прежнем месте. Быть может, он все же правильно поступил, когда не стал дожидаться благословения путников? А может, вся его жизнь лишь череда ошибок.

– Хотите задать вопрос? – спросил жрец, появившийся из тени. Обычный усталый мужик, в глазах которого не было ни всезнания путников, ни особой мудрости. – Помолитесь, и вам укажут дорогу.

– Не надо, – ответил Родерик. – Я сам найду свой путь.

–

Мы вернулись в академию, когда уже совсем стемнело. Выгрузились из ладьи, которую лихо приземлили братья Тиберлоны. Мисси выскочила на нас из-за изгороди с душераздирающей песней, но мастер Изергаст взмахнул рукой, сложив пальцами таинственный знак, и привидение снесло вдаль точно ураганом.

– Нет сил сегодня на ее страдания, – со вздохом прокомментировал он, приобнимая Миранду. – Надо будет пройтись по землям хаоса, осмотреть пядь за пядью и сжечь все кости. Быть может, Мисси не единственный дух, что найдет свой покой. Но даже если она такая одна, оно того стоит.

– Вдвоем пойдем, – согласился Родерик. – Ты ищешь останки, я жгу.

– А еще надо собраться и обсудить официальную версию событий, которую мы представим во дворец, – продолжил Изергаст.

– Может, стоит наложить заклятие немоты на самое слабое звено? – предложила Миранда, выразительно глянув на Эммета.

– А что я? – возмутился он. – Может, ты первая всем разболтаешь!

– Миранда умеет хранить секреты, – возразил Изергаст. – Мартышкино платье яркий тому пример.

– О чем это вы? – нахмурилась я.

– Вот именно, – покивал он, и они с Мирандой многозначительно переглянулись.

Когда только эти двое успели обзавестись общими тайнами?

– Арью нельзя делать избранной, и я полностью с этим согласен, – заявил Эммет. – Ее начнут таскать по дворцам, использовать в борьбе за трон, а ей это все сейчас не надо.

– Мне это в принципе не надо, – буркнула я. – Но избранный Джаф, а я была всего лишь огнем.

– Давайте это оставим на завтра, – сказал Родерик. – И кости, и трон, и все прочее. А сейчас нам всем надо отдохнуть.

– Можно собраться у меня, – щедро предложил Изергаст.

– Отличная идея, давайте прямо с утра, – подхватил Эрт и удостоился слегка раздраженного взгляда наставника. Но Миранда держала Изергаста за руку, и он лишь молча кивнул.

Мы разошлись по домам, и Родерик предупредительно открыл для меня дверь. Я так устала, что готова была упасть на кровать в лохмотьях, воняющих хаосом, но Родерик отвел меня в ванную и помог раздеться.

– Знаешь, у меня есть одна идея, – пробормотала я, когда он вспенил шампунь на моих волосах. – Если уж так нужен избранный с огнем, то почему бы не сделать им Николаса?

– Он не был героем, – мягко возразил Родерик, массируя мою голову.

– Был, – упрямо сказала я, хотя едва не таяла от его нежных прикосновений. – Ник пошел за Стену, сражался с тварями. Он не заслуживает того, чтобы остаться в нашей памяти лишь тем, во что превратил его хаос. Ник не виноват! Он не был готов, как и все мы. Просто… Так сложилось.

Я не находила слов, как объяснить то, что чувствовала. Но то, что произошло, было так неправильно!

– Не волнуйся, – успокоил меня Родерик и, обняв, поцеловал в щеку. – Хорошо. Сделаем, как ты скажешь.

– Он стал совсем другим, когда его сорвало, – всхлипнула я. – Но Ник сопротивлялся! Он не виноват!

– Я знаю, – вздохнул Родерик. – Никто не виноват. Арнелла, девочка моя, не плачь.

Он обнял меня, развернул к себе, усадив на колени, покрыл поцелуями мое лицо.

– Прости, – всхлипнула я. – Весь день глаза на мокром месте. Как будто меня водники покусали.

– Мне стоит волноваться насчет Эммета? – с иронией спросил Родерик, и я быстро помотала головой. – Арнелла, я должен кое-что тебе сказать.

– Что еще? – выдохнула я.

– Это хорошая новость, – заверил он, убирая мокрую прядь с моего лица. – Я бы сказал – потрясающая.

– Мы победили королеву хаоса, – напомнила я. – Неужели есть что-то лучше?

Я погладила его щеку, побелевший висок, шрам на брови, коснулась губами теплых губ. Я все еще не до конца осознала, что произошло. Королевы больше нет, и хаоса тоже. И это значит, Родерику не надо ходить в патруль. А я? Раньше второй уровень не оставлял мне выбора, но теперь я могу заниматься, чем захочу.

– Я от этой новости просто в восторге, – признался Родерик, улыбнувшись. – Но не уверен, как ты отреагируешь.

– Говори уже, – потребовала я.

Его руки скользнули по моей спине, переместились на живот, аккуратно его погладили.

– Мы ждем ребенка, – прошептал он.

– Кто – мы? – не поняла я. – Мы с тобой? Я? Я беременна?!

Вытаращив глаза, я положила руки на живот, поверх сильных ладоней Родерика, а он вновь улыбнулся мне и кивнул, и в серых глазах вспыхнуло теплое пламя.

– Я знаю, ты не хотела спешить, – немного виновато начал он. – Но никто не подумал, что на огненную магичку таблетка не подействует. Не переживай, мы устроим так, чтобы ты смогла и дальше учиться…

Ребенок? У меня перед глазами все вновь расплылось.

– Только не надо все время меня носить, – улыбнулась я, смаргивая слезы.

– До кровати хотя бы, – попросил Родерик. – Можно?

Я улыбнулась и, обняв его, поцеловала. Маленький Адалхард. Мальчик или девочка, не важно. Я буду так любить его! Уже люблю.

– Ты ведь устал, – пожурила я Родерика. – Давай ты подашь мне халат, а дальше я как-нибудь сама доберусь.

– Я не настолько старый и больной, Арнелла Адалхард, – возмутился он. – И без халата вам гораздо лучше.