Текст книги "!Фантастика 2024-114". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Олег Бондарев

Соавторы: Андрей Скоробогатов,Алексей Шеянов,Андрей Третьяков,Ольга Ярошинская,Дмитрий Богуцкий
сообщить о нарушении

Текущая страница: 286 (всего у книги 349 страниц)

– Мы летим, Серёж! Я и представить не могла, насколько классными могут быть полёты!

Сандра с места напротив с лёгкой снисходительной улыбкой наблюдала за нашими проявлениями восторга.

От дальнейших обнимашек, к сожалению, нас отвлекла девушка в строгом юбочном костюме, которая поставила на стол три подноса, судя по запаху, с едой. Сняв крышки, продемонстрировала содержимое: салат, отбивная, картофельное пюре и какой-то напиток.

– У вас есть ещё такие наборы? – не дала ей уйти Эльза. – Можно ещё хотя бы с десяток нам подать?

Глаза стройной разносчицы еды стали квадратными.

– Д-думаю, д-да, – сказала она, слегка заикаясь от неожиданности, и упорхнула.

– Ну вот, засмущали бедную стюардессу, – Сандра откровенно получала удовольствие от происходящего. – Представляю её глаза, когда вы всё это сожрёте! – и она захихикала в кулачок.

К моменту, когда мы расправились с первым подносом, на краю стола нас дожидались ещё десять. Взяв две порции, сразу отправил одну из них на пол как можно незаметнее для девушек. Вроде получилось. Благодарное тепло разлилось по ноге и исчезло, а снизу раздался треск ломаемого пластика. Чёрт, об этом я не подумал, надо было открыть угощение. Но теперь поздно. Взглянув вниз, обнаружил, что крышка подноса разломана в хлам, а содержимое уже полностью отсутствует. Даже морс был выпит. Аккуратно подняв то, что осталось, складываю к пустой таре и принимаюсь за еду. Эльза осилила четыре порции, а я семь. Всё-таки местные объёмы еды были довольно скромными, ещё парочку бы слопал.

После еды девчата откинули кресла и завалились спать. По-хорошему, мне следовало бы последовать их примеру, но море эмоций и впечатлений не давали уснуть. И я решил разобраться с наградами, которые нападали с кентавров-мутантов.

Было приятно, что пустышек не попадалось вообще. Доставая призы по очереди, изучал их и убирал обратно. В итоге мне попались одна синяя наградка и одна розовая! В синей оказалась «Крепкая кожа». Похоже, они падают чаще всего. Отдать кому из команды или прокачать себе до третьего уровня? Серьёзный вопрос, потом решу. Розовая была самого маленького размера, вдвое меньше той, что нашла Эльза. В описании говорилось, что она может разблокировать способность, и всё. Никакой магии, обидно. Хотя у меня же есть ментальная сила, которую я никак не разблокирую!

Тут же сдавливаю награду. На вопрос о том, что именно я хочу разблокировать, выбираю единственный пункт «Ментальная сила». Секунду подумав, принимаю эгоистичное решение и так же использую синюю награду с крепкой кожей. Помня вчерашний забег, я понимаю, что у меня будет больше шансов спасти друзей при настоящих проблемах. И разрешаю улучшение, тут же проваливаясь в сон.

Проснулся я от равномерного гула в ушах. Каждый находящийся рядом со мной что-то говорил, не открывая рта и даже не смотря в мою сторону. Не, если это так работает, то на фиг оно мне не сдалось! Постоянно слышать мысленный шум и мусор я не готов. Сделав небольшое усилие, попытался отгородиться от всепроникающего фона, и мне это неожиданно легко удалось. Но как только у меня это получилось, я услышал:

– Ух-ты ну-ты-ёпты! – раздался нежный детский голосок у меня в голове. Что-то слишком много голосов там звучит. – Неужели этот мудень стоеросовый сподвигся, на х*й, вкачать себе наконец «Ментальную силу»? Это же пи*дец, как классно, е*учий случай! Алё, приём, как слышно? Что молчишь, дебила кусок? Ау! Отвечай, пи*рила говностанская, якорь тебе в жопу!

Глава 11

Сергей

И что это сейчас было? Кто умеет так виртуозно думать на великом и могучем? Вокруг только англоговорящие ребята, и у них с матом ну вот совсем не кайф.

– А ты ещё не одуплился, дятел недалёкий? Мудак ты, начинать с этой способки надо было, долбо*б! А то общаться, б*ядь, через Систему – тот ещё кайф, на х*й! Но ладно, сделал по красоте, молодец. Хоть теперь меня слышишь, недалёкий мой симбионт, якорь тебе в жопу!

– Граф? – неуверенно спросил я.

– Х*яф! А ты кого ждал, дубина стоеросовая? И вообще, где моя вторая, на х*й, порция вкусняшек? Ты мне по контракту, бл*дь, две должен!

– Граф, а ты не можешь разговаривать немного… повежливее?

– Вежливее – х*ежливее! Ваш язык создан, бл*дь, чтобы использовать его на всю катушку! Я просто кайфую от него, не мешай, кожаный мешок с костями! А ведь я, е*аный стыд, уже седьмого носителя меняю, к х*рам собачьим. И ни у одного пид*раса такого богатого языка, бл*дь, не было! Я кайфую, не мешай, пёс душный!

Я сидел и тихо… ох*евал, говоря языком Графа.

– Эй, ты, придурок, это твой язык. Граф-то тут причём, к еб*не фене? Не я его изобретал, в натуре. Но он ох*енный, я просто торчу!

Пипец. У меня на ноге живёт кот-матершинник. И он «торчит». Жесть.

– Да, внук, такого я за всю свою жизнь не встречала, а народу много повидала, в том числе и говорящего на «великом и могучем», – встряла бабка.

– О! Бабуля, ёпт! – детский голосок и содержимое его речей взрывали мой мозг своим дичайшим диссонансом. – Респект тебе за твоего дебила, неплохого уродца выносила, или как там это у вашего тупого вида происходит? Дай пять, старуха, дружить будем? Я так понимаю, ты тут пи*дец влипла, слиться не сможешь? Что, спасём это ничтожество от смерти, если что? Я так понимаю, мы сейчас оба на это говно завязаны.

– Конечно, уважаемый Граф! – голос Сергеевны был сухой и ровный. Сейчас что-то будет. – Или мне называть тебя Шваль? Не, шваль не катит… О! Быдло! Я буду звать тебя Быдлом. Поскольку любой уважающий себя граф знает, что можно использовать в приличном обществе, а что не стоит. Будешь отзываться на Быдло?

– Э, слышь, Шапокляк, ты чего, в пи*ду, начинаешь-то? Хорошо же общались! Что сразу Быдло-то, на х*й? Мне обидно, между прочим! И вообще, угораздило въ*баться в симбионта с двумя душами, пи*дец я фартовый!

Так, этот фарс надо заканчивать. Отправляю запрос Системе на обновление договора, в котором указываю, что он может материться не чаще пяти раз в сутки.

– Слышь, кожаный, ты совсем при*уел? Как это пять раз в сутки? Это значит никогда! Но х*й с тобой, отзывай дополнение. Я постараюсь. Бабуль, ну хоть с тобой, хоть часик в день попи*деть нормально сможем? Мы же оба влипли и должны выручать друг друга. О, б*я, целое предложение без этого великолепного матерного сленга выдал, вы видели? Скучные вы, пошёл я спать, в пи*ду вас обоих. В смысле, эээ… пошёл я спать, не скучайте!

У меня в голове, которая грозилась взорваться, наступила тишина. Да уж, смертельное сочетание – такой продвинутый симбионт-полиглот и умение читать мысли. Кстати, умение вроде ещё подразумевало, что я могу управлять мысленно. Надо будет потестировать. Но сейчас я, пожалуй, последую примеру котёнка и завалюсь спать. Это короткое общение вымотало меня не только морально, но и физически. Похоже, способка жрёт силы организма как не в себя, потому как, только проснувшись, чувствую смертельную усталость. Ладно, спать!

Бросив на пол кусок мяса из старых запасов и услышав короткое «О, респект, чувак, можешь, когда хочешь, быть не пи*орасом», проваливаюсь в сон.

Проснулся я от того, что меня подбросило на кресле. Взглянув в окно, обнаружил, что мы довольно быстро теряем высоту. Девчата уже не спали.

– Сань, мы что, падаем? – нервно спросил я у Сандры.

– Доброго утра, Серёж! – отозвалась она. – А имя «Сань» мне нравится даже больше Александры, есть в нём что-то интимное! – она хитро посмотрела почему-то не на меня, а на Эльзу. – Нет, мы приземляемся, скоро сядем.

Ну, это хорошо. Получается, что мы летели почти четырнадцать часов, нереально долго. Зато сколько событий, кот-матершинник только чего стоит!

– Чего сразу кот-то? И вообще, я белый и пушистый! – на этот раз детским голоском не было озвучено ни слова мата, прогресс! – О! Ты оценил, нах? Я же крут? Я самый крутой! И прекращай называть меня котом, я совершенно другого вида. Хотя, б*я, в вашем крутом убогом языке нет названия моего. Вот как так-то? Обидно, реально. Ладно, пусть будет супер-кот-мутант-симбионт! Как тебе? Я изобрёл новое слово на вашем языке для обозначения своего вида! Кто молодец? Я молодец! Что замолчал? Это потерял дар речи от восхищения, на х*й? В смысле, потерял дар речи от восхищения? Ну, я так и знал. Хорош, не паникуй ты, это всего лишь воздушная яма, самолёт не падает, а приземляется. Что ты, в самом деле?

– Заткнись! – рявкнул я на весь салон.

На меня тут же устремились десятки пар глаз, требуя объяснения. Я прижался к ушку Эльзы и прошептал:

– Эльза, милая, я потом тебе всё объясню, сейчас подыграй мне, типа мы поссорились и сразу помирились!

– Да пошёл ты! – на этот раз рявкнула уже она. – Придурок!

Честно говоря, это было так неожиданно, что я воспринял её спич как ответ на свою просьбу. Слишком быстрая реакция, слишком. Но всё стало понятно через секунду. Она бросилась мне в объятья и заколотила ладошкой по моему плечу. Ещё через секунду она разрыдалась, и сквозь слёзы послышалось:

– Ну вот за что ты так со мной? Я тебе всю душу отдала, а ты!

Не зная, что она спасает меня, всего лишь отыгрывая необходимую в данный момент роль, поверил бы безоговорочно. Кто же ты такая на самом деле, милая очаровательная и желанная Эльза? Какие ещё секреты и умения ты в себе скрываешь?

– Слышь, чувак, самка хочет спариться! – детский голосок Графа опять раздался у меня в голове. – Ты что, реально так и будешь её динамить? Я отсюда чувствую запах её желания, аж сам завёлся. Кстати, мог бы мне и самочку из моего мира прихватить. Когда теперь туда попадём, я хз, а мне голодай и тебе завидуй? Иди, вые… в смысле, трахни её уже!

Я заскрипел зубами. Параллельно отыгрывая уже свою роль, взял Эльзу за подбородок и поцеловал. Поцелуй с её стороны вышел очень искренним, но весьма неумелым, что нереально удивило меня. Оторвавшись, она положила голову на моё плечо и замерла. Окружающие начали терять интерес к нам практически моментально.

– Так, Правнук, а теперь рассказывай, что это, к чертям собачьим, было? – напарница явно злилась. На меня, на себя, на весь мир. И её шёпот в ухо звучал угрожающе.

– Красотуль, ты прости меня, пожалуйста, у меня образовалась некоторая проблемка, – тоже шепчу ей на ухо. Надеюсь, со стороны это выглядит как воркование влюблённых. – Я тебе обязательно всё расскажу и даже покажу, но когда останемся наедине.

– Ты что, сейчас пытаешься меня соблазнить? – её удивление выглядело искренним. – А как же согласие Ани и Оли?

– А вот с этого места поподробнее, откуда ты знаешь об этом?

– Земля слухами полнится, а я всё-таки один из самых крутых разведчиков Ковчега, – выкрутилась она.

– Ладно. Отвечаю по пунктам. Ты меня сводишь с ума с нашей первой встречи, но, боюсь, с твоей стороны это лишь профессиональное умение, не более. И я не понимаю, когда ты искренна в своих проявлениях чувств, а когда играешь. С этим разобрались?

– Вполне, я даже спорить не буду, – прошипела она мне в ухо. Явно злилась уже совсем серьёзно.

– Помнишь портал, где мы чуть не погибли от огромных насекомых и где ты нас всех спасла? – немного польстил ей. Но именно немного, она реально была на высоте.

– Конечно. Продолжай.

– В этом портале я заработал опухоль, которую не понимает наша медицина. Это тоже помнишь?

– Конечно. С ней проблема? Это последствия? Ты умираешь? – в её глазах отразился неприкрытый ужас, а у меня на душе стало тепло. Она за меня переживает!

– Нет, Эльза! Всё хорошо, я в порядке, – продолжал шептать ей в ухо. – Дело в том, что там ко мне прилип симбионт. Помнишь котят, что жрали саранчу, а потом один вывернулся наизнанку, атакуя?

– Воу-воу, полегче, чел! – блин, этот детский голосок вроде спать собирался. – Не я к тебе прилип, а ты своей ногой вызвал судорогу симбиоза. Я не просил меня бить на нужной скорости движения, придурок! Это только твоя вина, козёл, и не смей её на меня перекладывать! Мне и без тебя кайфово жилось! Еды было в сто раз меньше, да, но зато какие самочки…

– Конечно, помню, – голос Эльзы наложился на вопли тупого котея, но суть обеих речей я таки смог уловить.

– Так вот, теперь один из этих милых котиков – мой симбионт. Та опухоль – это кот. И он говорит со мной мысленно. Я в споре с ним вспылили заорал на весь самолёт. К сожалению, в толпе я не готов показать его тебе, но, когда будем наедине, обязательно тебе продемонстрирую этого гадёныша. Точнее, он сам появится, у него полноценный интеллект, и он сам принимает решения.

– Красавчик, правильно всё понял, кожаный. Но больше не обзывайся, или контракт поправить?

– Звучит так, как будто ты хочешь остаться со мной наедине и совратить. Я, возможно, даже и не против, но в курсе про твоё обещание, потому забудь.

– Да, братан, трахни её, она же течёт прямо сейчас, меня нюх никогда не подводит! Уединись где угодно и наделай ещё кучу кожаных придурков.

– Заткнись, не мешай! Ты же спать ушёл! – шепчу я, но Эльза услышала.

– Это ты котику?

– Да, хоть ты мне и не веришь. Ещё он только что сказал мне, что ты мокренькая и хочешь меня. Представляешь, как я живу?

– Хм-м, а я начинаю тебе верить. Я действительно возбуждена дальше некуда, и ты, в силу своей молодости, никак об этом узнать не мог, – с абсолютно невинным выражением лица добила меня Эльза. – Поцелуй меня? – закончила она совсем внезапно и нелогично, закрывая глаза. – Это же твои обязательства не запрещают?

Я склонился к ней, и она впилась в мои губы, как будто прощаясь, ну, или не знаю. Я ведь действительно весьма неопытен. Оторвались мы друг от друга только спустя минут восемь, и мои рвущиеся штаны не хуже котёнка «кричали» мне: «Тащи её в подсобку!».

– Ну, а ты мне не верил. Слушай Графа, кожаный! И у тебя будет куча шикарных котят! Ну, точнее, кожаных недоразумений.

– Замолчи, – прошептал я устало. Этот поцелуй вытянул все силы и эмоции, оставив внутри лишь лёгкое раздражение, желание и неудовлетворённость.

Оказывается, пока мы выясняли отношения и целовались, самолёт приземлился, и сейчас мимо нас скользили на выход те, кто находился в задней части салона. Джон с рябой тактично оставили нас одними из первых.

А вот Сандра оставалась сидеть, с каким-то мазохистским любопытством наблюдая за происходящим между мной и Эльзой. У меня возникло ощущение, что она тоже чертовски заведена, но хочет не меня, а мою спутницу. Да ну к чертям, привидится же!

– Да ты вырос в моих глазах, лопоухий! – опять этот детский голос Графа. – Ты прав, эта сучка тоже течёт, как ненормальная, думаю, всё кресло залила. И ты прав. Она хочет твою самку, у вас от однополых отношений тоже появляются котята? Ну, в смысле, кожаные малявки.

Я проигнорировал вопрос своего симбионта, встал и направился к выходу. Оглянувшись, убедился, что действительно оба кресла, где сидели девчата, имели пятна. Да, жёстко. Они, перехватив мой взгляд, тоже обернулись и, не смущаясь, пошли за мной к выходу, взявшись за руки.

Мы оказались посреди огромной огороженной территории с длинной дорогой, на которую приземлился наш летательный аппарат. Поверх всего забора тянулась «колючка», как её тут называли. Специально обрезанная жестяная полосочка с двусторонними шипами, намотанная цилиндром. Если попадёшь в такое, выбраться самому практически нереально. Не расстоянии двухсот метров друг от друга располагались наспех сколоченные вышки, на которых дежурили по двое-трое бойцов.

Нас провели к довольно большому стеклянному со всех сторон зданию. Непонятно, как стекло выжило столько лет, но оно было целым. Причём здание встроено в забор, и снаружи стёкла тоже были не повреждены! Чудеса да и только.

Внутри строение было символически разделено на три помещения деревянными полусгнившими перегородками мне по пояс. В одной комнате однозначно узнавался барак: куча спальников, рюкзаков и прочего личного барахла. Во второй отгороженной комнате можно было опознать столовую: длинный стол, две плиты на дровах, мойка и кулер. Третье, самое маленькое помещение явно было штабом. Там мы все и собрались. Жёсткие неудобные стулья не давали расслабиться, а атмосфера и постоянные выстрелы со стен прямо заставляли сжимать булки и быть постоянно готовым ко всяким проблемам.

– Рад приветствовать всех собравшихся, – начал Джон. – Площадь вокруг городка зачищена на относительно безопасном расстоянии, нам ничего не угрожает. Район ближайшей шахты в Ковчег локализован, уже огорожен и тоже практически зачищен. Сейчас ранний вечер по местному времени, мы можем скататься туда на экскурсию, но смысла не вижу.

Он взял початую бутылку минералки и залпом выдул больше половины.

– Моё предложение таково, – продолжил он, слегка отдышавшись. – Сегодня вечером и ночью наши войска дочистят зону, укрепят периметр, а завтра с утра мы войдём в шахту спуска и попробуем проникнуть вниз. Есть желающие высказаться?

Но все молчали, лишь согласно гудели.

– Тогда Сандра разместит вас всех в спальном отсеке. Это ни разу не гостиница пяти звёзд, но переночевать можно будет комфортно. Сандра, задание ясно?

– Так точно! – точёная фигурка девушки поднялась над сидящими и приложила руку к голове.

А у неё реально зачётные данные, да и мордашка чудо как хороша. Как-то раньше, за всеми этими проблемами, я совершенно не обращал внимания на внешность своей провожатой. А теперь был просто удивлён, шокирован и очарован. Не хотелось бы, чтобы Эльза и Сандра стали любовницами, игнорирующими мужчин, но, по совести, буду за них рад и буду завидовать. Обеим. Блин, гормоны достали, о чём я думаю?

– Вот я и про то же! – Граф, как обычно, услышал похабные мысли и нарисовался. – Оплодотвори их обеих, лучше самок не найдёшь. Поверь мне, я разбираюсь! Особенно эта, сисястая. Эльза, кажется, её зовут. Вообще высший пилотаж. Главное, не тупи!

– Хорошо, Граф, оплодотворю, – процедил я сквозь зубы. – Главное, ты сейчас исчезни и старайся прилюдно не говорить мне под руку. Ты же не хочешь, чтобы нас спалили?

– Упс, точно, братан! На х*й всех, в смысле, никто не узнает, всё будет зае*ись, ой, круто! Я стараюсь, ценишь?

– Ценю. Испарись!

– Вот что ты такой бука? О, какое слово придумал вместо пид*раса, оценил? Так вот, что ты такой бука? Я же о тебе забочусь. Думаешь, приятно нюхать твои гормоны, когда ты раздраконен, но не удовлетворён? Это же жесть, вонь мерзкая. А я симбионт как-никак. И от тебя хрен куда денусь. Если только сбежать, но совсем не выйдет, через почти сутки вашего времени мне придётся вернуться, иначе сдохну. В вашем мире же нет саранчи, которая спасает при отсутствии напарника? И потому это полный пизд… полная жопа. Или нюхать твою неудовлетворённость, или сдохнуть. Так себе выбор, б*я буду, то есть чесслово!

Улыбка на моём лице расползалась всё шире, уж очень забавно получалось у Графа пытаться не материться.

Тем временем ко мне подошла Сандра.

– Пойдём, я покажу тебе место, где ты будешь спать.

Мы зашли в соседнее огороженное пространство, которое я для себя обозвал казармой. Эльза уже валялась в подобии кровати, весь её системный шмот лежал в изголовье. Оказывается, мне полагалось место рядом с ней. Наши два коврика со спальниками были впритык друг к другу. Поблагодарив Сандру взглядом, раздеваюсь и залазаю в свой спальник.

Спустя минуту Шпион оказывается у меня под боком, тесно прижавшись. Хорошо, что между нами аж два спальника, я бы точно не сдержался и, наплевав на окружение, начал её домогаться. Так, выдыхаем, засыпаем. Но сон не шёл. Эльза ёрзала, тёрлась об меня шикарной попкой, мешая уйти в царство Морфея.

– Слышь, кожаный! Ты так и будешь об неё яйцами тереться? Может, уже впердолишь как следует?

Фраза Графа приземлила меня. Обняв девчонку, постарался максимально остыть и тихо проваливаюсь в сон. Ведь завтра я попаду в Ковчег не через портал, а через древнейший механизм, физически связывающий мою родину с Землёй.

Глава 12

Эльза

Просыпаться категорически не хотелось, мне было тепло и уютно. Чья-то рука крепко прижимала к себе, слегка сжимая правую грудь. Стоп, что? Я вскочила, сбрасывая остатки сна. Рука, от которой я млела несколько секунд назад, отлетела, и я увидела, что она принадлежит Серёже. Вот же негодяй! Хотя не скажу, что мне не понравилось. Да и он же во сне – попробовала я отмазать его. Оправдание мне самой понравилось, и я успокоилась.

Мягко потормошив парня, заставила его проснуться. Как только он открыл глаза, ласково чмокнула его в щёку и пошла приводить себя в порядок, смакуя ощущение руки на своей груди.

Сергей

«Я так люблю и ненавижу тебя» – слова из какой-то крутой древней песни как нельзя лучше описывали моё отношение к утреннему стояку, который сегодня проявил себя во всей красе. Сука! Ещё и этот безухий кролик вчера весь день подливал масла в огонь. Как итог, сегодня болят яйца, всерьёз так.

– А я тебе говорил впердолить, помнишь? – детский голосок Графа реально помог, от утреннего стояка моментально не осталось и следа. – И я точно не кролик! Ладно котёнком меня обзывать, хоть это и не так, но кроликом? Тебе что, одеяло спалить?

– Не ворчи, Граф. Я любя.

– Любя он… Лучше бы подругу свою отлюбил, не мучался бы сейчас. Впрочем, нас ждут великие дела. Вставай, тварь бесхребетная! Боже, я обожаю ваш язык, он прекрасен и многогранен. Как в нём можно играть словами! Любя – отлюби. Невероятно просто! Жрать дай! – внезапно закончил он.

Я тут же достал две котлеты из своих запасов и положил их рядом с собой. Они исчезли с интервалом в секунду.

– Годится, братан! Можешь же, когда захочешь, мляха-муха! – судя по голосу, он всё ещё доедал вторую порцию. – Мляха-муха – это же не ругательство? Я подсмотрел, так выражаться можно, и не спорь со мной!

– Конечно, ругательство, просто завуалированное, – не согласился я с малышом. – Но ты делаешь огромные успехи.

– Эй, придурок, ты кого малышом сейчас обозвал? Мне по вашему летоисчислению девятьсот тридцать два года. У меня внуков почти триста штук, а количество дальних потомков я даже примерно не знаю. Правда, и смертность у нас на планетке дикая… Да и пару для слияния в наше время найти почти нереально, все погибли, мать их, этих богомолов. А без симбиоза мы чахнем жёстко. Если бы я тебя не встретил, и не состоялся бы твой удар ногой, думаю, года через два я бы кончился. Остальных жалко, – почти по-человечески вздохнул котёнок. – Не выживут.

От дальнейшего разговора меня отвлекла Сандра, которая пригласила на завтрак-брифинг. За столом пока сидели только Джон и трое военных в форме и с оружием. Я тоже уселся, а Сандра упорхнула, похоже, за Эльзой. Еды было много, правда, какой-то недоделанной, кажется, просто сублиматы. Впрочем, логично, мы не на пикник выехали. Пока я набивал пузо невкусной едой, к столу подтянулись Эльза с Сандрой и противная тётка.

– Ближайший спуск подготовлен, зачищен и очищен, – взял слово Джон. – Через полчаса выдвигаемся туда. Надеюсь, инженеры как раз разберутся с механизмами открытия гермодверей. Вы как, морально готовы? – обернулся он ко мне с Эльзой.

– Конечно! – моя спутница захлопала глазками. – Не терпится убедиться, что мы с вашим народом находимся в одном и том же мире.

– Солидарен! – поддержал я спутницу.

– Тогда наедайтесь, и в путь, – закончил этот мини-брифинг Джон.

Совсем рядом с бараком, в котором мы находились, уже раскручивала винты так ненавистная мне машина под названием вертолёт. Хотя спасибо богам, летели мы недолго, меньше десяти минут.

После приземления наша команда в сопровождении четырёх бойцов охраны оказались на огромном кургане с какими-то раскопками в самой верхней точке.

По дороге вверх я осматривал местность. Куча битого бетона и кирпича, практически полное отсутствие растительности, редкие мелкие кустики не в счёт, и море ползающих насекомых – от едва заметных, до огромных паукообразных размером с две моих ладони.

Наверху холма шли настоящие раскопки, уже была вырыта шахта метров семь глубиной, на дне которой располагались огромные, метров пятнадцать в диаметре, круглые горизонтальные ворота.

– Верхние ворота шлюза, – просветила меня бабуля. – Под ними будет лифт и ещё куча подобных врат.

В этот момент крыша дёрнулась, что-то заскрежетало, и преграда начала расходиться, как лепестки объектива древнейшего фотоаппарата, видел такой в музее. Со стен вниз, наверно, от вибрации посыпались тонкие струйки песка.

Перед нами действительно предстала круглая площадка огромного лифта. Подошедшие научники, сыпля мудрёными терминами, сказали, что есть шансы запустить это древнее оборудование. Им только нужно подключить генераторы и ещё сделать тысячи неведомых манипуляций. На что Джон с рябой отправили их эти самые манипуляции исполнять.

Мы спустились на площадку лифта. Сандре пришлось помогать, а рябая даже пытаться не стала, сказала, что спустится, когда всё будет готово для погружения. Джон же на удивление ловко спрыгнул с почти шестиметровой высоты на площадку. Это был стальной диск с небольшим зазором вдоль стен. Казалось, что он просто парит по центру шахты. Но это ощущение исчезало, стоило внимательнее присмотреться. С пяти сторон были огромные шестерни, которые держали всю эту конструкцию. Судя по всему, они же использовались для вертикального перемещения.

С одного края возвышался металлический же постамент, скорее всего, управление лифтом. На нём было с десяток огромных кнопок и полтора десятка лампочек. Протерев его от пыли, я увидел, что надписи давно стёрлись, и какая кнопка за что отвечает, выяснить уже невозможно.

«Ангел, есть данные по управлению устройством?».

«Только общее описание. Технические характеристики без связи с серверами недоступны. Абсолютно точно известно, что левая верхняя кнопка – автоматический спуск, правая верхняя – автоматический подъём. Остальные используются для управления лифтом в ручном режиме».

Я озвучил эти данные, и Джон тут же передал их инженерам. А те время даром не теряли, вскоре поступила информация, что всё готово к спуску. Лампочки на тумбе заморгали и вдруг загорелись ярким ровным светом, а из-под ног раздался гул, отдающий вибрацией в ступни.

На площадку спрыгнуло полтора десятка бойцов, и их старший дал команду на старт. Лифт дрогнул и начал медленно опускаться, постепенно ускоряясь. Снизу раздался скрежет, устройство слегка притормозило, после чего опять начало набирать скорость. А скрежет повторился над нашими головами, и пятнышко неба исчезло, скрытое очередным гермозатвором. Это продолжалось минут пятнадцать, я уже перестал считать количество преград, отделяющих нас от поверхности. И вдруг лифт резко остановился, придавив всех нас к полу перегрузками.

Двое инженеров, находившихся с нами, засуетились и полезли вниз выяснять причину остановки. Вскоре они показались с паникой в глазах.

– Внизу всё затоплено, гермодверь открылась, и вода быстро прибывает! – закричал один из них. – Нужно срочно возвращаться! Иначе утонем.

Я с размаху вдавил нужную кнопку. Автоматика замигала разными лампочками, но лифт не тронулся с места. Никто не понимал, что обозначают эти огоньки, но нам срочно нужно было наверх!

Инженеры заметались, начали разбирать верхушку постамента. Я отошёл, чтобы не мешать им. Они что-то кричали друг другу, толкались, психовали и паниковали. Я же, как и остальные, спокойно наблюдал за их работой, если её так можно назвать. Пару раз одного из них явно ударило током, во второй раз он отлетел, дымясь. Эльза тут же бросилась к нему, но он оказался живучим и встал сам, приглаживая вставшие дыбом волосы и нещадно чесавшись. Тряхнув головой, он бросился обратно к пульту.

Тем временем вода начала переливаться на площадку, на которой мы стояли. Я вполголоса предупредил Графа, что скоро будет очень мокро, но в ответ услышал лишь ленивое хмыканье. Джон схватил подобие наладонника, только много толще и без экрана.

– Это рация, внук. По ней можно общаться без дополнительного оборудования в виде вышек сотовой связи, – просветила меня Сергеевна.

Джон что-то прокричал туда, но в ответ мы услышали лишь шум и треск. Он опустил руку с прибором, в его глазах застыли безнадёжность и смирение.

А вода уже затопила обувь и сейчас подбиралась к коленям. Холодная, зараза! В пульте что-то заискрило, я через воду почувствовал слабый удар током, и огоньки погасли. Учёные безнадёжно опустили руки и медленно повернулись к нам.

– Простите, но это было всё, на что мы способны, – произнёс один из них. – Похоже, мы все уже трупы, просто не знаем об этом.

– Внук, у меня есть идея! На скорости ты, скорее всего, сможешь прорубить перегородку. Я смотрела, там всего сантиметров пять или шесть. Системный меч точно прорубит на твоих-то скоростях! В крайнем случае у тебя их много – один сломается, возьмёшь другой. А сейчас приободри людей!

– Так, все снимаем тяжести, складываем в одну кучу! Остаёмся в минимуме одежды. Вода холодная, так что шевелимся как можно меньше, чтобы жидкость вокруг тела создавала нагретую «прослойку», это уменьшит теплопотери. Если теряется чувствительность конечностей, наоборот, шевелимся активнее, разгоняя кровь по телу. Скорлупу, что над нами, я вскрою, потому паниковать не надо.

– Серёж, но лесенка совсем гнилая, – ко мне подошла подрагивающая Эльза. – Не уверена, что она тебя выдержит, да и всех нас.

Лесенка? Какая ещё лесенка? Я планировал всплыть вместе с уровнем воды, а потом рубить люк. И тут я действительно увидел лестничку, тоненькую и насквозь ржавую. Побежал к ней, хлюпая системными ботинками по воде и разбрасывая брызги. Подёргал – вроде держит. Аккуратно поднялся к самой гермодвери, ура! Конструкця не развалилась и не оторвалась. И тут я обнаружил небольшой люк, возможно, даже рубить не придётся! Внимательно осмотрел, но не нашёл никакого подобия замка, лишь приваренную железную ручку. Я надавил на крышку, и она с противным скрипом приподнялась. Да быть не может, чтобы всё было так просто! Поднажав, я полностью открыл узкий проход. Взобравшись наверх, достал фонарь и посветил в сторону следующей преграды. Лесенка, такая же гнилая, похоже, вела к следующему люку. Я наклонился и рявкнул в отверстие:

– Поднимайтесь сюда, только по очереди, чтобы лестница выдержала!

Первой забралась Сандра, следом Эльза. Хорошо, что жирная тётка с некрасивым лицом не поехала с нами, она точно не забралась бы, доставив нам кучу хлопот. Следом поднялся Джон, техники, и под конец вылезли все солдатики.

Лестница выдержала всех. Умели строить предки, ничего не скажешь!

По следующему перегону первым лез уже один из воинов. Крышка так же легко распахнулась, и мы постепенно забрались на вторую площадку. Потом на следующую, ещё и ещё. Учёные старательно закрывали каждый люк, хотя лично я смысла в этом не видел. Вряд ли этим спуском в Ковчег когда-нибудь кто-то сможет воспользоваться. И вот после очередного подъёма в лицо ударил яркий свет открытого неба. Техники просто пластом лежали, приходя в себя, подъём дался им совсем нелегко. У солдат тоже языки были на плечах, и это учитывая долгий отдых между подъёмами с люка на люк. Больше всех меня поразила Сандра. Являясь обычным человеком, она была бодра и свежа.