Текст книги "!Фантастика 2024-114". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Олег Бондарев

Соавторы: Андрей Скоробогатов,Алексей Шеянов,Андрей Третьяков,Ольга Ярошинская,Дмитрий Богуцкий
сообщить о нарушении

Текущая страница: 158 (всего у книги 349 страниц)

Глава 33
Коллективные обниманцы и долг в три ящика «Морозного Деда»

День, несмотря на плохое самочувствие, пролетел незаметно – в мелких работах, помощи по дому, непродолжительное время урвал на просмотр всякой ерунды на ноутбуке. Сян вечером рассказала о том, что ей говорили Циановые Кулаки. Наплели, будто я умер, подсластили пилюлю тем, что станет в госпитале чуть ли не заведующей отделения ци-ортопедии, что будут хорошо платить и крышевать.

– И ты поверила? И согласилась? – спросила Дзянь.

– Конечно не согласилась! – нахмурилась Сян. – Дали подумать сутки…

– Я так и не поняла, как вы друг друга нашли? – прищурилась чертовка. – А? Значит, там был какой-то поток, и вы?…

– Я уже рассказала про это! – резко ответила Сян, а уши-то покраснели…

И у меня, наверное, тоже уши покраснели.

– Всё ясно! Когда вы друг друга нашли – вы целовались! – как-то злорадно прокомментировала Дзянь. – Жадно друг друга обслюнявили, так?

– Вовсе нет! – вспыхнула Сян.

– И быть такого не могло! – зачем-то поддакнул я.

– Вот и я говорю! Какие глупости ты говоришь, подруга!

– Друзья, пойдёмте спать!

Вечером я снова искал следы Потрошителя в сети. Забрёл очень-очень далеко и глубоко в ветках форума, нашёл несколько сообщений на форумах, в комментариях к фотографиям с чудовищной расчленёнкой, снятой с почтительного расстояния.

«Вокзальщика-квадрата порешили»

«Потрошок?»

«Он, походу»

«Кто-то вообще знает, кто он? Где живёт?»

«Чувак, не ищи его, и лучше сотри сообщения…»

И такое примерно в трёх местах. Закончить сёрфинг по сети решил на приятной ноте – нашёл в музыкальных файлопомойках ещё одну музыку из молодости Чана, группу «Осень и Весна», играющую какой-то затейливый металл.

А ещё нашёл, внезапно, Цоя. Да-да, того самого. Прослушал, пару раз пытаясь тихонько подпеть, чтобы не спалиться, но Сян в итоге снова забарабанила в стенку:

– А ну перестань! Что за жуть ты там слушаешь!

Проснулся я на следующий день, несмотря на новое состояние, в приподнятом настроении – потому что знал, что наконец-то отправлюсь на арену надзирателя Ди! Разумеется, всё портило полное отсутствие ци в организме. Наверное, примерно так чувствует себя человек, вдруг потерявший обоняние – вроде бы и ходит, и ориентируется нормально, но ощущение, что «что-то не то». Чего-то не хватает для полноты ощущений – вот так вот я за прошедшие недели успел привыкнуть к своим новым способностям.

Итак, одеться, лёгкая утренняя гимнастика на крыше в позе «антенны», здравствуйте, уважаемая бабуля Хо, лапшичка, а затем, едва я собрался вернуться в комнату – на узкой лестнице наверх встретились Сян и Дзянь, о чём-то проникновенно беседуя на женские темы.

Неужели так быстро помирились? Ну, Сян отходчивая, так что – не удивительно.

– Нет, Янсен со мной в такие дни никогда не был груб, скорее наоборот, недостаточно му… О, Чан, привет, – Сян прервала монолог. – Куда собрался?

– На тренировку. К надзирателю Ди…

– Погоди! – перебила меня Дзянь и обернулась к своей соседке, выкидывая на пальцах детскую считалочку. – Мы должны определить, кто его обнимает первой! Цу – е – фа! Я выиграла!

Ну и тут же запрыгнула мне на шею, а ещё за ухо зачем-то укусила. Вот чертовка!

Вообще, поймал я себя на мысли – в такие моменты она заводила даже порой больше, чем Сян. К Сян чувства были скорее романтичные с нотками благодарности, а вот к ней… Всё в голове стоял тот образ в первый мой день после пробуждения – в вызывающем полупрозрачном коктейльном платье, да различные переодевания, да шалости во время банных процедур. Ещё все эти разговоры про невинность… Хотя в последнем я всё больше сомневался, учитывая услышанное от её бывших коллег по фармакологии. Ещё и черты лица и повадки у неё были какие-то более европейские, отзывалось типаж из прошлой жизни.

Но – нет. Сян куда роднее. Ведь это она спасла мне жизнь – причём уже несколько раз. И обняла меня гораздо нежнее, заботливее как-то.

Ладно уж, потом разберусь.

– Тренировка – это хорошо. Полезно для ци. Только морду себе не разбей, а то уже надоело тебя по частям собирать.

– Угу. Потом – работать. А вечером…

– Вечером – пьянка! – провозгласила Дзянь. – Мы давно же собирались, так, подруга?

– Договорились, – кивнул я, чувствуя, что это не предвещает ничего хорошего.

– А ты и не приглашён! Это девичник! – вздёрнула нос Дзянь.

А Сян добавила:

– На самом деле – с твоей болячкой алкоголь будет очень вреден для меридианов. Шлаки будут плохо выходить. Я сама-то пью пиво не чаще раза в месяц… А тут ещё свадьба недавно была.

Она вдруг засмущалась. Да, воспоминания были те ещё.

– В общем, занимайтесь своим девичником, я встречу после мероприятия и провожу домой, – предложил я.

– Идёт!

Ну, что ж, Сян села завтракать перед работой, Дзянь напялила фартук и принялась резво шинковать овощи, а я пошёл к надзирателю Ди. Без трости шагать было одновременно и свободнее, и как-то… неуютно, непривычно. По-новому. Походка у малыша Чан Гуна определённо была какой-то другой, менее размашистой, при этом мышцы всё ещё не до конца разработались, но прихрамывал я уже значительно слабее, чем неделей ранее.

Звонить и писать надзирателю Ди я не решился, хотя телефон наверняка мог попросить у бабули Хо или раскопать где-нибудь в официальных контакта. Сказано «завтра» – вот с самого утра и пришёл, только рассвело.

Но дальше всё пошло не совсем по плану. Сначала дверь в тренировочный дворик оказалась заперта. Хмурый громила у соседнего магазина молча вопросительно кивнул, дёрнув подбородком, мол, «чего надо».

– На тренировку, – ответил я.

– Жди, – буркнул он. – У господина надзирателя утренний обход.

Ну, я и принялся ждать. Ждал десять, двадцать, тридцать минут. Прогулялся по соседним лавкам, обнаружил в лавке текстиля пожилую даму, ту самую из частного сектора, которая отсыпала нам с Сян пирожков после спасения Сяоху от электричества. Она меня тоже узнала:

– Ну, и как ты, Великолепный Чан? Болит головушка после той драки-то? Крепко тебе накостыляли!

– Нормально, спасибо. Только… – я вовремя остановился, чтобы не разболтать о своём новом недуге.

Ещё не хватало, чтобы через рынок по городу распространялись слухи о моей ци-неспособности.

– Что? Опять со своей Стрекозой разругался? Ей палец в рот не клади! Видала я, как тобой крутит, заставила на днях канистру воды тащить. Бедный мальчик, ещё недавно на коляске катала, а тут использует, как грузчика!

– Нет-нет, всё у нас в порядке! Это она так, можно сказать, любя.

– А, это у вас шалости… – расплылась в ехидной улыбке старушка. – Эх, молодёжь… какие только игры не придумают!

– Мне нужно идти! – засмущавшись от чего-то, я мигом сиганул обратно к воротам додзё.

И вовремя – гремя ключами, там открывал дверь Прасет Чапганг. Зыркнул на меня строго, шагнул, я попытался зайти за ним и сказал:

– Надзиратель Ди приглашал меня.

Но тот захлопнул калитку во двор перед моим носом.

– Ничего не знаю.

Правда, через пару минут, то ли позвонив надзирателю Ди, то ли просто пожалев меня – молча открыл и с кислым выражением лица пустил, бросив:

– На площадку без него – ни ногой. Переодеваться в комнате вон там. Воды из кулера больше одного стакана не пить. Фей-ю не давить и вообще не трогать.

В раздевалке, в небольшой канареечной клетке, действительно порхала та самая фей-ю. Странная тварюга. Глаза и рот – как у лягушки. Красивый хвост вуалью, как у золотой рыбки. Крылья светящиеся, перепончатые, как у миниатюрного дракона и крохотные – явно с такими в воздухе не удержишься. Но она парила в воздухе! Словно этих крыльев было достаточно, чтобы удержаться на вязкости ци. Вместо лап – короткие не то ласты, не то плавники. Развернулась на меня, взглянула каким-то тоскливым взглядом и тихонько пробулькала:

– Пу-пу-пу…

Что-то среднее между вздохом усталого офисного клерка и приглушённым кваканьем. В общем интересная тварюга, но трогать её, конечно, не стал. Просидел ещё полчаса, потыкался в телефоне. Дзянь скинула какое-то тупое вертикальное видео с танцующими подростками – и чего все помешались на этих вертикалках, вот в моё-то время такой ерунды не было!

Надзиратель Ди явился как всегда незаметно, тихо, а с ним – двое парней. Одного я помнил, он был охранником у подъезда Сян, второго тоже где-то видел. Они быстро приготовились к спаррингу с бамбуковыми палками.

– Значит, нулевой? Совсем?

– Почти.

Надзиратель Ди довольно кивнул.

– Итак, начнём некоторый комплекс процедур. Шлаки выгоняются, как известно, тренировками, силовыми нагрузками. Ударными, я бы даже сказал, нагрузками.

– В каком смысле – «ударными»? – немного напрягся я.

– Увидишь. Сперва – бег на месте десять минут, потом по кругу – трусцой. Подход из приседаний. Подтягивания на брусьях…

В общем, надо сказать, я оказался слегка разочарован первым занятием. Я много раз до этого прокручивал в голове, как это всё будет и ожидал каких-то волшебных приёмов, тайных умений и всего прочего – но ничего этого пока что не было. Я почувствовал, что попал в обычную тренажёрку под открытым небом, разве что с небольшим колоритом.

А парни с бамбуковыми палками, меж тем, порхали по арене – и при этом ни одного удара друг от друга не словили. Видимо, оттачивали технику уклонения.

Впрочем, надзиратель Ди меня в конце, всё же, удивил. После окончания очередного этапа тренировки он снова вырос во дворе школы, поманил меня пальчиком и показал на вершину одной из статуй архатов-воинов в середине двора. Это была парная статуя, изображающая двух сцепившихся воинов то ли в масках, то ли с головами зодиакальных животных.

– Залезай и вставай на дальнюю. В позу Танующего Журавля, – надзиратель Ди указал на другую статую. – И развернись к Основному Потоку.

– А я практикую подобное на крыше! – похвастался я… – Подглядел вон ту статую.

А сам приглядывался, как бы безопаснее забраться. Руки и ноги образовывали лестницу, а головы были с плоским затылком, таким, чтобы кое-как устоять обеими ногами.

– Похвально. Так ты лезешь, или не?

Я слегка замешкался, потому что по-прежнему слегка опасался высоты, но ослушаться надзирателя Ди было бы величайшей глупостью – забрался как миленький, перепрыгнул, да и позу нужную принял. Основание Основного Потока за парком с этой статуи было видно лучше всего – ни одно из соседних зданий не закрывало обзора. Как только залез и развернулся в нужную сторону – Надзиратель Ди тут же обернулся куда-то к зарослям и позвал пальчиком кого-то другого. Это оказался Сяоху, его то ли племянник, то ли просто прикормыш из юниоров.

В белом ифу, традиционной одежде для занятий, он выглядел непривычно взрослым, строго так кивнул, полон осознания собственной ответственности. А в руке у него тонкая бамбуковая жердь. Нафига?

– Подсоби. Ему надо выбить шлаки, как тогда. А мне пора идти.

Тут-то я и почуял неладное.

– Уважаемый надзиратель Ди. Вы точно уверены, что?…

Надзиратель не оборачиваясь погрозил мне пальцем, а сам отвлёкся на телефон и неспешно ушёл куда-то в здание. Мы остались одни. Мальчик залез значительно проворнее меня и встал на соседнюю голову в метре с небольшим от меня.

– Привет, малыш Сяоху, – сказал я. – Спасибо за трость. Пользуюсь с удовольствием.

– Добрый день, уважаемый господин Великолепный Чан, – коротко кивнул Сяоху. – Вы готовы?

– Н-нет, – признался я. – Но начинай. Ай!

Он размахнулся и врезал мне по голени жердью. Удар бы не то, чтобы сильным, но внезапным. Я инстинктивно замахал руками, закрылся, но кое-как удержал равновесие.

Парень явно делал это не впервой и знал своё дело. Похоже, это был его путь культивации – с позволения серьёзного родственника легально отоваривать бамбуком практиков постарше.

– Не меняйте положения рук, господин Чан, – посоветовал Сяоху. – И не закрывайтесь. Иначе мы потратим время на то, чтобы подняться.

– Зараза! Ну, продолжай, чего стоишь.

Он выдерживал паузу. Потом была ещё пара ударов, по разным частям ног, бёдер и боков – достаточно слабые, сошло бы за массаж. А вот затем удар был сильнее. Значительно сильнее – но я не упал. А ещё я заметил, как в руке Сяоху на миг вспыхнул циановый шаодань. Получается, парень хренанул меня тростью и при этом удержал меня, чтобы я не свалился!

– Ай! Хватит, блин!

– Нужно сделать минимум десять подходов.

– У меня уже сплошные синяки!

Это было не столько больно, сколько обидно! Мне с наслаждением и с сосредоточенно-ответственным выражением лица надирал задницу какой-то мальчуган. Мне, адепту-практику второго уровня! Но, тем не менее, я экзекуцию выдержал. Остаться без ци было куда противнее. Надзиратель Ди, деловая колбаса, появился, когда я, постанывая от синяков, уже переодевался.

– И что, он не упал?

– Не упал, дядюшка Ди, – сказал Сяоху.

– Ступай, – скомандовал он мальчику и повернулся ко мне. – Следующий раз – через три дня. За это время – найди место для пробежек. Бегай каждый день. Можно в парке, лучше всего – стадион, но там надо договариваться с олимпийцами, тут я тебе не помощник. И ещё – медитация около потока.

– Кварцевание, понятно, – попытался пошутить я, но меня опять не поняли.

– Что? Кварц… хм, мне ничего не известно о его способности помогать меридианам.

– Нет, простите, надзиратель Ди. Спасибо за… показательную порку. Я поковыляю домой.

– Я рад, что ты ходишь без трости, – видимо, попытался он меня приободрить напоследок.

Да, моя трость. Я мог ходить без неё, но при этом как-то уже и привык. Знать бы, где она… Потерялась во время того безумия в ресторане.

Тело ныло нещадно – и непонятно, то ли от ударов, то ли от ударных физнагрузок. Дело было нечего – прошагал квартал по внутренней улочке, проталкиваясь между покупателями, торговцами, самокатчиками и парнями с тележками. Всё тот же хмурый молодой парень у вывески со стрекозой хмуро кивнул, кто-то на ступеньках крикнул:

– Эй! Он без очереди!

– Ты чего, – сказал кто-то другой. – Это же тот самый Великолепный Чан, парень Стрекозы… ему положено без очереди.

Парень⁈ Вот как! Да уж, слухи и сплетни развиваются куда активнее наших с Сян отношений. Интересно, что Сян сама думает об этом?

– Сян! – забарабанил я в дверь.

– Занято!

– Сян, это я, Чан!

– Чего тебе надо, у меня рабочая смена⁈

– Мне больно! Меня побили!

– Твою ж налево, что с тобой? Кто тебя избил?

– Малыш Сяоху!

– Щас, погоди.

Спустя полминуты щёлкнула дверь замка. За ширмой одевался Прасет Чапганг, я заметил краем глаза – ну и шрамы у него на плечах и руках.

Сян сказала в полголоса:

– Говори потише, а то сплетни пойдут о том, что ты совсем нулевой, и тебя избивают подростки. Давай, падай на кушетку.

– Госпожа Гинчен, я приду завтра, – сказал Прасет и ушёл с каким-то непривычно-виноватым видом.

Что-то я даже заревновал на миг. Но не, не похоже, что у них что-то есть. Хотя этот хмырь явно мог на неё запасть. Молодая, активная, красивая.

Нет, ну нафиг. Ревность – не путь культиватора.

– «Госпожа», значит, – всё-таки пробормотал я.

– И нечего ревновать, у него переднесрединный меридиан забит, с печенью и поджелудкой проблемы, говорит, три года питался только острыми куриными крылышками и пивом… Мать моя, а чего это у тебя так… синячищи!

– Всё во имя великой цели – выбивание шлаков…

Белое пламя шаоданя Сян слегка облегчило мои страдания.

– Спасибо… сколько с меня? – спросил я, поднимаясь с кушетки через пятнадцать минут.

– Чего⁈

– Ну, я же отнял у тебя рабочее время…

– А. Два мороженых. Три.

– «Морозный дед»⁈ – вдруг вспомнил я. – У меня были любимые, а у тебя?…

– Да! Шикарные мороженки! Только я их давно в продаже не видела.

– Идёт. Замётано.

Надо записать в список самых важных задач – найти залежи этих мороженок и принести Сян пару ящиков.

– Слушай… – вдруг обернулась она ко мне. – А давай-ка мы сгоняем в госпиталь через… минут сорок, ок? Ещё двоих приму, и сходим. Сейчас Дзянь ещё позовём.

– Что, прямо сейчас? Вот так вот сразу? Ты не боишься, ведь глава циановых говорил что-то о том, чтобы тебя там надолго оставить?

Сян вздохнула.

– Боюсь, конечно. А чего бы нет? Чем раньше, тем лучше. Они же там беззащитные. Наверное.

– И то правда, – кивнул я. – А как мы туда проникнем?

– Есть одна идея… Хоть и немного рискованная.

Я вздохнул. Ну да, ну да. Всё предвещало наше уже ставшее классическим «что может пойти не так»?

Глава 34
Китайский зажим стетоскопом

В общем, идея состояла в следующем. Была у Сян одна давняя приятельница по имени… в общем, для русского уха это имя звучало максимально неблагозвучно, хоть и переводилось как «мудрая и ароматная». Она трудилась работницей неотложки, и был у этой приятельницы, скажем так, небольшой должок перед Сян.

– Она один раз изрядно накосячила, из-за чего её должны были уволить. Я выгородила её перед дядюшкой, а он прикрыл перед господином инспектором.

Карет в городе было немного, потому что все уже давно пользовались услугами местных ци-лекарей вроде Сян или разных знахарей-алхимиков. Но, тем не менее, особо тяжёлые, как тогда, в случае с рестораном, обслуживались скорой помощью, а на реанимацию и для сложных операций отвозились в госпиталь.

В общем, мне вызвали скорую.

Сян залезла туда вместе со мной прямо в рабочем халате. По дороге в карету заскочила Дзянь, а дальше… дальше Дзянь переоделась в халат той самой девушки с неблагозвучным для русского уха именем Мудрая-и-Ароматная. Красивой, надо сказать, достаточно миниатюрной и достаточно ароматной. Причём, если медсестричка тактично отвернулась к нам спиной, будучи одетой под халатом в спортивный топик, то Дзянь, абсолютно не смущаясь меня, стащила футболку через голову и неуклюже от стеснённого пространства, в различных позах принялась надевать халат. Который был ей, к тому же, на несколько размеров меньше.

И лишь спустя секунду мне на глаза легла ладошка Сян.

– Отвернись! – строго буркнула она. – Девушки переодеваются, разве не видишь?

Я так и не понял, был ли в курсе водитель, или всё же девушка его предупредила, перед тем, как залезть под лавку, на которой я лежал. Успешно там поместилась, ещё и загородилась ящиком с медицинскими инструментами.

На удивление – это сработало. На въезде на злополучную парковку дверь открылась, в салон сунулась морда в солнцезащитных очках, спросила хмуро:

– А чего вас двое?

– Так… усиленный наряд, – нашлась Дзянь.

– А у него что?

– Ци-аппендицит, – сказала Сян. – Ещё и побили.

– Помираю – не могу, – прокомментировал я.

Выглядел я всё ещё действительно весьма побитым.

– Хм… ладно, – сказал он и что-то буркнул по рации.

Шлагбаум открыли, въехали на подземную стоянку, только проехали мимо того самого выхода, где мы выбили двери – поехали к приёмному покою.

Но не доехали.

– Выпрыгиваем, – скомандовала Сян и добавила: – Спасибо, Мудрая-и-Ароматная!

Карета ехала медленно, что позволило нам выпрыгнуть прямо на ходу. Сян шагнула к входу, открыла вход карточкой – тут я удивился, ну, ничего себе, оказывается, пропуск сохранился и действует! Или это Янсен помог? Он запросто мог бы что-нибудь ломануть. Потом Сян махнула нам рукой, мол, проходите. Мельком осмотрел новые двери, свежезапененный косяк, следы разрушения, отстал на пару шагов, а потом меня едва не сшибли открывшейся дверью из кабинета. Я упёрся в физиономию крепкого такого не то медбрата, не то санитара, выросшего из боковой двери.

Тот дёрнул бровями, увидев меня.

– Привет… О, я помню тебя. Ты лежачий был в палате… на спецтерепии, да? А недавно в стриме видел, как тебя, кажется… Великолепный… Так, а вы, девки, чего…

Тут он напрягся, заметив моих сопровождающих. В следующую секунду мы отработали чётко – я сделал подсечку, Сян подскочила, зажала ладонью рот и коснулась белым пламенем ци – он тут же прекратил сопротивляться, размяк, ослаб… Тут подоспела и Дзянь, сунув ему под горло откуда-то взявшийся скальпель – в машине из ящика вытащила, что ли?

– Халат! Быстро! Снимай!

Две дамы быстро разоблачили крепыша и вручили мне его предмет гардероба. Затем Дзянь сунулась в дверь подсобки и выскочила со стетоскопом, повесила мне на шею. Трофейный, получается.

Дальше – была прогулка по коридору.

– Расслабленней, веди себя расслабленней…

У лифтов мы встретили пожилую даму, врача, Сян кивнула:

– Зрась-ть… Так вот, я ему говорю, что проникающие травмы меридиана лёгких не лечатся простыми ингаляциями, а он – мне на третьем курсе говорили, на третьем…

Нажали на кнопку этажа и поднялись этажом выше.

– Откуда ты знаешь, на каком эти гаврики этаже? – спросил я в лифте.

– Они точно в этом крыле, – спросила Сян. – С травмами мягких тканей и переломами лежали либо тут, на втором этаже, либо в крыле напротив, но сигналы все идут отсюда. Видимо, у них…

Двери лифта открылись. Тихо играла какая-то лютейшая, тупая электронная попса из аудиоколонки, а в холле…

Ну, надо ли говорить, что холл оказался полон Циановых Кулаков. Трое, пятеро, семеро, не меньше десятка, в общем. Парочка прямо напротив входа резалась в го за журнальным столиком, один точил внушительных размеров тесак. Большинство же тут же уставились в нас, напряглись.

Я вздрогнул на миг, но вида не подал, лишь залихватски помахал трофейным стетоскопом и продолжил импровизированный диалог с Дзянь, не подавая внимания.

– … Ну так что, клизму пациенту Ли в двадцать пятой будешь ставить?

– Хлопни меня по заднице. Сильно, – пробубнила Дзянь.

Ну – как я могу отказывать даме. Хлопнул, звонко и смачно, Дзянь заливисто и неестественно захохотала.

– Ха-ха, брат Гоудян, какой ты забавный!

Циановые пиджаки смерили нас взглядом, полным одновременно и презрения, и интереса – и расслабились. Я услышал откуда-то из угла:

– Погоди, а это не… Смотри вон на того.

Удалось удержаться – не дёрнуться, не повернуться, мы прошагали дальше. Похоже, нас пока ничего не выдавало. Сян на нашу театральную постановку не обратила никакого внимания, сосредоточенно шагала чуть впереди, я видел, как её взгляд бегает по содержимому палат, там, где двери открыты. Везде лежали, разумеется, Циановые Кулаки – последствия нашего с Дзянь погрома в ресторане. Я понял – Сян ищет троицу. На миг обернулась, в её глазах я заметил испуг.

И что-то там так никого и не было. Мы дошли почти до конца коридора, после чего остановились у одной из закрытых дверей. Рядом стояла табуретка – пустая, охранник, сидящий на ней, курил у дальнего окна, потом подорвался, рванул к нам.

– Э-э, куда!

– Клизму делать! – я снова повертел в руке стетоскоп, и охранник опешил, видимо, не знал, как выглядят клизмы.

Его замешательства нам хватило, чтобы открыть дверь и залететь в комнату.

Мы лишь немного ошиблись. Там лежали не Шан, Пенг и Ю, а совсем другой наш старый знакомый. Бычаро Лангхо собственной персоной! В эластичных бинтах на ногах, перебинтованной головой, с гипсом на руке, с капельницей и с кислородной трубкой в ноздре. Он дремал, продрал глаза не сразу, сначала один, потом другой. Увидел нас, его глаза округлились, он замычал, дёрнулся, привстал, загудев трубками. В плече под белой больничной футболкой загорелся циановый шаодань – тускло, как будто сломанная лампочка. Потянулся загипсованной рукой к катетеру в вене – за это время рядом с ним, сбоку у изголовья, уже села Дзянь, уткнув скальпель ему в толстую шею.

В руке здоровяка загорелся второй шаодань.

– Тише, тише, – сказал я. – Мы пришли поговорить. Будем считать, ты победил меня тогда, в ресторане, идёт? Бой окончен, время для дипломатии.

– Хм, – скривившись выдохнул он. – Ну, давай. Давай, поговорим, малой.

Дзянь медленно убрала скальпель. Лангхо покосился на нее, усмехнулся, и шаодань в его плече погас.

– Ты же понимаешь, умник, что вы теперь отсюда не выйдете, а? – пробурчал он – Не выйдет. Что я своим парням скажу – то с вами и будет.

– А зачем тебе это? – спросил я. – Мне показалось, тебе на меня наплевать, ты просто выполнял приказы своего босса.

– Кого? – не понял Лангхо.

– Джи Панга.

Лангхо скривился.

– Босса… Тоже мне босс. Этот говнюк слинял за кордон, сидит там в отеле, удаленное управление осуществляет, под лунный чай. Кому он теперь сдался…

– То есть… Нет босса? Так у Кулаков теперь разброд и шатания? Анархия?

– Это ненадолго, – он отвернулся в сторону. – Это верно, что мне на тебя, по правде говоря, насрать. Если ты не будешь совать нос туда, куда не следует.

Интересно, он знает о том, что тогда случилось с машиной, которая везла меня в саркофаге? Тогда в ресторане, скорее всего – ещё не знал, а теперь наверняка знает о том, кто меня спас, и делает хорошую мину при плохой игре. Что ж, решил я, это оставим на сладкое.

В этот момент в комнату ввалилось трое парней – тех самых, что сидели в холле. В руках у двух были мачете, а у третьего в ладони горел циановый шаодань.

Сян вскочила, встав в защитную стойку. Дзянь поднялась, но тут же спряталась за спинкой кровати Лангхо. Интересно, о чём она думала? Выпрыгнуть через окно? Да сейчас! Палата была для непростых больных, тут ещё до Катаклизма были запаянные рамы с пуленепробиваемыми стёклами.

Но всё решилось проще.

– Мы беседуем, – бросил вошедшим Лангхо и кивнул.

Двое тут же поняли и вышли, один, с шаоданем, остался в комнате. Сян села обратно на край кровати, успокоилась.

– И что… много ваших сейчас здесь, в больнице? В смысле, в палатах?

– На вас хватит, – усмехнулся Лангхо. – В основном – нулёвки, но полдюжины первого уровня ты уложил. Ну и что, какой у тебя сейчас уровень? Тоже четвёртый, выходит?

Он прищурился, выжидая ответа.

– Допустим, – кивнул я, хотя это было не совсем правдой.

Точнее, учитывая моё нынешнее состояние – совсем неправдой.

– Что-то мне подсказывает, что где-то ты парень, смухлевал. И сейчас мне врешь. Ну да ладно. Вот эта девка мне скорую вызвала. И спасла от смерти… от рук сам знаешь кого. Если бы я тебя насмерть отмудохал, мне бы… Мда. О чём ты поговорить хочешь?

– Расскажи всё, как есть. Кто такой Джи Панг. Кто такой Лидер Три. Что такое Антициклон…

На этой фразе Лангхо рявкнул последнему оставшемуся в дверях:

– Выйди! – а потом закашлялся.

– И главное – где они держат дядюшку Цао? – добавила Сян.

– Много слишком хотите знать, детки, – прокашлялся Лангхо. – А такие долго не живут. Ладно, про Антициклон сразу скажу – даже не пытайтесь ничего искать.

– Это почему?

– Это потому, что они снаружи. Очень, очень серьёзные ребята. Может, спецслужба. Или триады. Или секта. Или какая корпорация. Про Лидера слышал – но только позывной этот. Какие у них были договорняки с Джи Пангом – не знаю. И куда они увезли местного директора – понятия не имею. Вообще, с тех пор, как мы захватили госпиталь – его судьба всегда висела на волоске. Не знаю, как он тут так долго продержался, Джи Панг его зачем-то держал тут.

Я кивнул, что ж, это походило на правду.

Вообще, Лангхо производил впечатление мужика прямолинейного, слегка тормозного, но не тупого. Но я почувствовал, что он не врёт.

– А какие у вас были договорняки с Троицей Северного Предела? И где она сейчас?

– И нафига они вам? – нахмурился Лангхо.

– Должок один есть.

– А, должок… Этажом ниже поищите свои должки. Эти щенки… – он снова закашлялся. – Они все говнюки, конечно. Циановая молодёжь. Молодые отморозки на байках, мы такими же были шесть лет назад. Просто оказались слишком близко к Эпицентру.

– А после? Как они стали такими?

Мне показалось, что предложение поковыряться в прошлом – отличный способ наладить контакт и подойти к вопросам о настоящем.

– После… Ну, они выросли и стали нас… стеснять. Мы их послали пасти северные кварталы, они и нам не мешают, и кассу свою имеют. Ю – двоюродный брат Тао-кнута, если ты не знал, и мне на него плевать. А Шан мой младший. Брат в смысле. Вот за него я жопу любому порву, и тебе тоже. На остальных двоих мне пофиг, что угодно делайте.

Я аж вздрогнул. Шан – младший брат Лангхо⁈

Мучительно попытался оживить в памяти сцену моего избиения толпой старшаков за день до Катаклизма. Толком не удалось – за такое время, даже с учётом, что была шестилетняя кома, воспоминания сотню раз трансформировались, смешались со снами и затёрлись.

Был ли среди них тогда Лангхо? Наверняка – был. Кто-то огромный там точно стоял, совсем рядом, возможно, он даже и не напинывал меня собственноручно, потому что был старше даже остальных старших братьев, а просто следил, насколько хорошо те сделают работу.

Но гораздо важнее была информация про братца Тао-кнута, он прямо особо выделил – «мне на него плевать». Судя по всему, раскол у них был уже серьёзный…

Похоже, я слишком надолго завис и задумался, и допрос здоровяка продолжила Сян.

– Почему Джи Панг умчался из города? Он что, боится?

– Конечно боится! – Лангхо хрипло посмеялся и повернулся ко мне. – Только не думаю, что тебя, малой. Ты что, девкам своим не сказал?

А я и не сказал всю правду. Только что «мне помогли сбежать».

– Потрошитель, – сказал я, и Сян вздрогнула. – Мне помог Потрошитель.

Дзянь аж с лица спала. А Лангхо продолжил.

– Знаешь, как его звали? Чжао его звали. Он был самый матерый среди молодых. Ещё до того, как рвануло. Чинил байки, мы с ним доезжали до самого Фучжоу… Друзьями были, считай. И он из нас оказался ближе всех, как раз заезжал в парк на байке. Когда рвануло. Три чакры открылись в первые же дни. Потом четыре, пятая… Изменился почти сразу. Мы его не узнали даже. Ну и скоро нас нашёл Джи Панг.

– Кем он был? Откуда вообще?

Лангхо неуклюже нашарил рукой на тумбочке пачку сигарет с зажигалкой, вынул кислородную трубку из ноздри, Дзянь помогла ему закурить. Очень странно было курить в палате сразу после того, как только что нюхал чистый кислород, но мне уже было не привыкать к странностям этого города. Затянулся и продолжил.

– А он ещё до всего прочего держал половину порта, набережную, подземные туннели и прочее. Чжао мог уделать босса одной левой, но не стал, поверил. Босс умный, умеет складно говорить. Чжао стал делать самую грязную работу. Чистильщик. Решал вопросы радикально. То ли уже тогда это всё ему нравилось, то ли красная чакра уже расти начала и давила на мозги, хрен знает. То ли просто отвественный малый.

– Красная чакра!… – испуганно повторила Дзянь и аж сжалась вся.

– Ну… и что дальше? Как он стал Потрошителем? – спросил я.

– Ну, умом-то он понимал, что столько смертей – это уж не нормально. Видимо, что-то пытался сделать. Примерно через год после катаклизма… да, как раз замочили вторую тварь – объявилась у него девушка. Малышка Сю её звали. Она работала в магазине париков и накладных ресниц тут рядом, за углом. Красивая краля… повадился к ней ездить. Она его, типа, удержать пыталась. В человечьем обличьи. Любили друг друга – да, безумно. Джи Панг это дело через год просёк и Малышку Сю то ли прирезал, то ли увёз на материк. А он за ней поехать не смог. Вот так твой брат… – тут он сделал многозначительную паузу, пытаясь поймать мою реакцию, – и стал Потрошителем.