Текст книги "!Фантастика 2024-114". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Олег Бондарев

Соавторы: Андрей Скоробогатов,Алексей Шеянов,Андрей Третьяков,Ольга Ярошинская,Дмитрий Богуцкий
сообщить о нарушении

Текущая страница: 149 (всего у книги 349 страниц)

Глава 19
Время для хорошего кораблекрушения

Лестница. Визги, крики студентов и преподавателей. Чуть позде – звук сирены. Задний вход в здание. Что-то сверкнуло и воткнулось в дверной косяк в десяти сантиметров от моего лица, светясь синим цветом.

Дурацкая сумка! Бросить бы – но нет, я краем глаза увидел, как Сян достала из шкафа и аккуратно сложила туда, чёрт возьми, чистейший чёрный кружевной лифчик, а такое всенепременно следует донести в целости!

Затем мы бежали между университетских корпусов. Кто-то свистел нам вдогонку, кричал, а мы просто бежали, чуть не хохоча от азарта, свернули в какой-то переулок, пока не поняли, наконец, что ушли от погони.

– И как теперь? – я едва отдышался. – Окольными тропами, запутанным маршрутом? На же выследят до Янсена?

– Туда лезть не станут… Они наверняка уже проследили, что мы там сидим. Его квартал, я уже давно поняла, крышуют какие-то очень серьёзные ребята. Но… мы туда не поедем.

– А куда поедем? В лапшевню?

– В лапшевню, конечно же! В общем, я решила, что перееду к бабули Хо, сразу туда всё отвезём.

– Круто!

Ну тут я уже не удержался и устроил кратковременные обниманцы – не переусердствуя, так, чтобы было понятно, что на радостях.

– Ой, ты чего! Потом к Янсену, и пакуем вещи. Единственное… я беру ту комнату, что побольше! Пошли поймаем велорикшу,

– Идёт! – без колебаний согласился я.

В велоришке мы прочитали записку вместе. Она оказалась длинной.

«Дорогая Сян. Если ты попалась в эту ловушку, то знай, что я не имел возможности этому помешать. Антициклон – слишком серьёзная организация, и вряд ли тебе удалось уйти, и ты наверняка читаешь это либо перед смертью, либо перед пленением. Если же вдруг ты спасёшься и захочешь меня найти – НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО! Просто забудь, и не думай, не пытайся узнать, я сам о себе позабочусь, потому что я, чёрт возьми, нужен им. Теперь про Чана. У него есть тайна и секрет, который я до конца не разгадал, но я уверен, что он хороший человек, я понял это по голосу и по тому, что за парень платил за его лечение. Достойный и подходящий. Берегите друг друга и держитесь рядом. То, что мне удалось установить – его шаодани – потенциально двухкамерные, двухцветные…»

– Ого! – воскликнула Сян. – И ты молчал?

«…что может говорить о наличии двух энергетических тел. Эманация золотого шаоданя это стабилизирует. Его личность – синтетическая, возможно, сформированная самим ци, либо пришедшая…»

Последние иероглифы были написаны неряшливо, и записка на этом обрывалась.

– И ты молчал? Ты синтезирован из самого ци?

– Твой дядя несколько… преувеличивает, – решил я. – Но то, что я хороший и… достойный – тут однозначно.

– Ой, да иди ты… И как нам теперь дядю искать?…

Честно говоря, я понятия не имел, и пока решил отложить размышления об этом на потом. Мне удалось её приободрить разговорами на тему планирования переезда. А потом приехали, и как завертелось!

Удивительно, но сам переезд прошёл достаточно гладко, главным образом, потому что вещей было не так уж много. Пару предметов мебели отправил на грузовичке Янсен, наотрез отказавшись брать деньги в ответ, затем по наставлению бабули Хо охранники с рынка принесли матрас мне в комнату и здоровенную старую двухярусную кровать в комнату к Сян.

– Я наверх залезу! Только вот кого на первый этаж комнаты – кого селить? – спросила она шутливо.

– Ну, я мог бы попытаться напроситься…

– Нахал!

Вечером закатили прощальный пир в квартире у Янсена – в этот раз закусок было положено огромное количество.

После застолья меня позвал в сторонку Янсен и вручил нераспакованную коробку с новейшим телефоном.

– Чего? Не, я не приму.

– Брось… забей. Вознаграждение за участие в тестировании двоящихся чакр.

– Да оно ж не стоит того! Сколько это в коинах? Пара сотен?

– Пятьсот… Не суть, мы, мне кажется, потом ещё пригодимся друг другу.

Потом он криво ухмыльнулся, глянул мельком на беседующих подруг и сказал вполголоса:

– Мне просто не хочется звонить через телефон Сян…

– Спасибо. Понимаю.

– В прошлом… В общем, всё в прошлом. Мне не до этого всего. Пользуйся на здоровье.

Последняя фраза прозвучала максимально стрёмно и странно. Чем или… кем он мне предлагал пользоваться? Не было ли это сейчас своеобразным джентльменским соглашением между прошлым и будущем парнем девушки? Развивать тему я не стал, просто крепко пожал руку.

– Спасибо! Долг я верну. Правда, пока звонить не смогу – у меня не нет регистрации и сим-карты?

– Я настроил внутренний мессенджер, будешь по беспроводной сети. А с регистрацией потом разберёмся.

* * *

Вернулся в комнату и лёг спать объевшимся – это же всё шло плюсом ещё к двойной порции волшебного золотого рамена… Сразу уснуть не смог, достал телефон и поймал слабенький сигнал публичной сети откуда-то с соседних домов. Вдруг вспомнил про сеть городских муниципальных порталов, и вдруг начал вспоминать. Увидев знакомые интерфейсы и заголовки, память Чана-подростка вдруг снова вылезла откуда-то и подсказала, куда и по каким ссылкам переходить. Вот – моя бывшая школа, оказалось, что старое здание разрушена, и теперь всех детей перевели куда-то на западную часть. Вот больница. Вот управление культуры, в котором работала мать…

Да уж, найти бы её. Наверняка же жива? Может, признает.

На самом деле, я уже попытался их обоих найти, ещё тогда, в пентхаусе у Янсена. Но и тогда, и сейчас поиски и отца, и матери, и деда малыша Чана не увенчались успехом. Мало того, что неудобно с телефона, сеть слабенькая, так ещё и информации попросту не было.

Уснул и проснулся я не особо выспавшимся. Но как же приятно просыпаться в своём собственном, отдельном, пусть пока и арендуемом жилье! Пусть и на матрасе, пусть и в предвкушении назревающей уборки. Слегка грустно, конечно, что Сян теперь где-то за стенкой, но плюсы у такого тоже были.

Сян с утра ушла работать – на весь день. А я занялся приборкой, снова сходил к гаражу, что вызвало очередной приступ дежа вю. Забрал пару вещиц, повесил полку в комнате. Ещё я починил старый кофейный автомат у бабули Хо, помыл фритюрницу и пошинковал овощи. Вечером пришёл посыльный от Янсена, молодой парнишка лет шестнадцати, такой же очкарик – я его видел ещё на презентации. Принёс уже знакомый старенький ноутбук, долго с ним созванивался, настраивал и допрашивал что-то у бабули Хо, а затем нашёл и воткнул мне роутер, а затем из роутера – кабель в ноутбук. А потом помог настроить и телефон.

– Пользуйтесь, господин Гун.

Так у меня появилась городская сеть. Ноутбук был тормозной, старенький, операционная система – незнакомая, какой-то новомодный линукс, поэтому привычных игрушек я не смог найти. Чуть-чуть полазил по энциклопедии, поизучал карту, зашёл на сайт Рейтинговой системы и освежил знания об альянсах и статусах.

Снова поискал родных и ничего не нашёл. Данные словно стёрли! Нашёл только пара старых заброшенных учёток на форуме, на которых были аватарки. Аватарки я вспомнил, сразу как-то потеплело. Как-никак – теперь они родные люди, и их обязательно стоит продолжить искать. А отец ещё и кровным родственником был тому «мне», русскоязычному. Дядей, получается.

Больше всего удивляло отсутствие брата – он же был ненамного старше меня, уж точно должен бы был зависать в сети, но – снова тишина.

Зато обнаружил какой-то мутный музыкальный архив, где когда-то слушал песенки – там нашёл «Happy Avenue» и тихонечко запустил.

– Чан! – крикнула через стенку Сян. – Ты там чего, дискотеку устраиваешь? Я не настроена плясать.

– Понял-понял. Гашу!

Время было позднее, клонило в сон, и я захлопнул ноутбук.

В общем, на второй день после переезда, еще не встав с постели, я вновь озаботился наболевшим вопросом – как мне легализоваться?

Бог с ними, с кредитами и микрозаймами, пока справляюсь без них. Ем я у бабули теперь бесплатно, а скоро и первая получка будет. А лечит меня Сян. Но я не могу даже начать полноценно родственников искать. Ибо я им – кто? Верно, неведома зверушка без записи в базе всеобщего социального капитала. Никто. И я даже приблизиться не могу к переходу из города, сразу проблемы начнутся. А хочется посмотреть, что там снаружи.

И, хотелось бы получить права на электроколесо, например.

Какие есть варианты?

Можно пойти сдаться в комитет по делам пострадавших, но это место мне не нравится тем, что первым делом меня вывезут из города в лагерь для беженцев, в Новый Восточный Район, или что там теперь вместо него, до установления личности. И не факт, что когда-нибудь уже оттуда выпустят, если действительно установят. И испытывать описанную Сян цингу, энергетическое голодание вдалеке от Основного Потока, я как-то не готов. Мне в целом и тут хорошо.

Другой вариант, всякая откровенная нелегальщина через конторы строительства Стены с подделкой личности. Ну, тут вообще никаких гарантий, особенно с учетом моих теплых отношений сложившихся с заметной частью местного криминала. Такую личность мне сочинят, что правительство на меня дрон с ядерной бомбой не пожалеет. Нафиг.

Значит, остается что?

– Сян! – постучал я к ней в комнату.

– М-м?

– Пошли!

– Куда? Солнце еще даже не встало!

– Составишь компанию. Пришла пора мне потерпеть кораблекрушение.

Я услышал как Сян заворочалась в постели и пробурчала:

– Ну, офигеть у тебя планы, конечно. Прямо с утра. А я хочу спа-а-ать…

– Ладно, спи.

Уработалась она вчера знатно – было аж четыре клиента, правда, пока что все – из рыночников, условно «свои». Поэтому сегодня договорилась, что выйдет на работе попозже. Если информация Янсена верна, а скорее всего – это так, потерпевшим кораблекрушение выдают почти полные гражданские права, кроме права голосовать на выборах и открывать некоторые формы предприятий, кажется. И выдает этот статус местная береговая охрана. Все будет решено внутри города, и далеко от Потока удаляться не придется.

Значит, нужно идти к берегу.

Сначала я позвонил Янсену – с внутреннего мессенджера на ноутбуке, и проконсультировался ещё раз.

– Я поузнавал, рекомендуется напрямую к катеру полиции не лезть, – посоветовал он. – Говорят, что скрутят.

– И что же делать?

– Найди кого-то из местных, лучше – посерьёзней. Смотри, кто побогаче, через него и общайся.

Ладно. План понятен. Я оделся, взял трость и спустился вниз.

Бабуля Хо уже суетилась на кухне. Или еще суетилась. Что-то ни разу не замечал, чтобы бабуля хоть раз удалялась прилечь. Всегда шуршит на кухне, всегда на ногах, и лапшевня, хоть и открывается в девять – по факту открыта «для своих» круглосуточно. Она вообще когда-нибудь спит? А ведь кроме нас у нее других помощников практически и не бывает… Так, только практиканты из кулинарных курсов разные.

– Далеко собрался? – приветствовала меня бабуля из-за плиты.

– Да вот, думаю, до моря пройтись.

– И что, не позавтракаешь даже?

Пришлось сесть лапши посербать. Лапшичка отличная, как всегда, но мне на месте уже не сиделось.

– Ты смотри там, – бросила мне бабуля между делом. – Береговые все себе на уме, у них там все не так как в городе.

– Ага, – отозвался я. – Понял.

– А смену твою я на выходной передвину.

– Да я ж только посмотреть, прогуляться, – удивился я. – Вечером поработаю.

– Ага, ходил один такой прогуляться, – сварливо отозвалась бабуля. – Всего-то через шесть лет вернулся.

Ну, справедливо, чего уж там…

Отнес посуду в мойку, помыл и пошел на выход. А там едва рассвело. Да, эк меня сегодня подорвало ни свет ни заря. Уж больно вопрос животрепещущий! Вздохнул наполненный ци воздух и пошел, опираясь на трость в сторону юго-восточную. К берегу.

Дошел до района Старого порта от Центрального рынка где-то за минут сорок. Мимо малоэтажного сектора рыночников, района олимпийской школы. Кланы были более-менее дружественные, народу на улицах было немного, и дошёл без приключений. Лишь опять рядом со Стадионом меня окрикнули, свистнули, но я проигнорировал, и меня решили не останавливать.

Рядом с районом Янсена выбрал скамейку, сначала потыкав в нее тростью – вроде бы, безопасная, не хищная, и сел, отдышался. Затем пошёл снова. Дома появились повыше, старенькие, годов семидесятых постройки и почти покинутые. Миновал группу хмуро взглянувших мне вслед парней – как и борзым псам, таким лучше не смотреть в глаза, если нет времени разбираться потом с неприятностями. Пересёк достаточно оживлённый проспект Победы – тот самый, ведущий к Новому Восточному району. Затем – снова малоэтажка, снова ни души, почти хибары. Из-за домов внезапно пахнуло морем и я понял, что наконец добрался.

А вот и море и солнце, едва выбравшееся из-за гор, бросает свой свет на барашки волн.

Ух, как давно я тут не бывал! Семья Чана море не особо любила, и радости морского отдыха не ценила и практически никто из семьи тут не бывал. Сказать по правде, места для променада тут не было предусмотрено, да и для купания тоже, берег каменистый, сплошные деревянные пирсы да причалы и лодки, лодки, лодки береговых. «Морских цыган», народов моря, которые жили на этих лодках, никогда в жизни не сходя на берег, если это они не заливают, конечно. А с них станется налить в уши сухопутному всякой чуши, что уж там, репутация у них заслуженная.

На входе меня молча осмотрел высоченный худой парень и пропустил, даже не спросив, откуда и куда я. Я прохромал вдоль лодок, встречая с них одинаковые черноглазые взгляды загорелых владельцев, их жены суетились под брезентовыми навесами, дети играли на причалах. А я шел и прикидывал, к кому безопаснее обратиться с моей просьбой, и при зрелом размещении делал вывод, что без разницы, все будет одинаково ненадежно.

А потом я увидел эту лодку. Лебедя среди щук, гоночный катер среди ржавых барж, обиталище истинного искателя приключений среди унылых пристанищ обитателей повседневных будней.

У этой лодки была носовая фигура! И не просто носовая, а резная, золоченая, в виде огромной четырехгранной стрелы устремленной вверх! Борта вызывающе красного цвета, весело блистали свежестью покраски. Тент не из банального брезента, а из свежайших пальмовых листьев. Желтый фальшборт, полосатые боновые мешки, чтобы не помять борт при причаливании, старинный рогатый адмиралтейский якорек блистал начищенным металлом на носу.

Лодка-красотка!

Капитан этой замечательной лодки, сам тип не менее замечательный, возлежал в тени под навесом в шезлонге в одних выцветших шортах до колен с десятком карманов на каждой штанине, смуглый, черноглазый парень, с черным хвостом волос собранным на макушке, с золотыми серьгами в ухе, брови и ноздре. Длинные тонкие усы только подчеркивали образ пирата Южных морей. Татуировка в виде стилизованных под орнамент из морских волн поднималась от блестящего браслета на правом запястье до плеча, как узорчатый рукав. На стене надстройки прямо над ним висели белые оскаленные челюсти какой-то морской твари.

Настоящий морской волк.

Единственной контрастной деталью в его явно тщательно выстроенном образе, оказалось цветное изображение на его левом плече – мультяшная, расслабленно развалившись ногу на ногу лягушка, надувала через трубочку огромный мыльный пузырь.

Глядя на эту внезапную лягушку я даже, неожиданно для себя заулыбался.

Парень вопросительно уставился на меня, когда я остановился на причале напротив лодки.

– Привет! – продолжая улыбаться я помахал рукой. – Отличное сегодня утро.

– Привет, – задумчиво отозвался парень. – И то верно.

– Меня зовут Чан Гун.

Парень покивал, но никак не проявил какой-то особой реакции на мои слова. Чуть погодя и сам представился:

– Я Тям Чупрадикт.

Тям Чупрачо, едва не ляпнул я, но к счастью, удержал эти неуместные слова за зубами. Ну и имечко с фамилией!

– С чем пожаловал, Чан? – поинтересовался Тям. – Прогулка по каналам? Рыбалка? Чего пожестче?

О как. Сразу к делу – ценю такой подход!

– Чего пожестче, – согласно кивнул я.

– И что бы это могло быть? – Тям тут же сел на своем шезлонге, обратившись в слух.

– Думаю, начать можно с небольшого кораблекрушения, – жизнерадостно сообщил я.

Тям понимающе покивал:

– Кораблекрушение, это можно. Кораблекрушение, это хорошо… Я не против. Но, тут сам понимаешь, не все зависит от одного человека. Нужно спросить старейшин.

– Так давай спросим.

Кто я такой, чтобы вставать на пути почтенного обычая?

Мы выждали полчаса и пошли в собрание старейшин. Утреннюю планёрку, так сказать.

И что-то я даже не особо удивился, когда это собрание обнаружилось в зале для ожидания посетителей в здании здешней береговой охраны, недалеко от портового управления. Собственно, кроме десятка стариков и старушек, рассевшихся на пластиковых стульях вдоль стен, там никого и небыло. Парочка из них была в старой поношенной форме береговой охраны, со значками ветеранов за выслугу лет и наградами за спасение людей на воде.

Ага! Теперь, кажется, мне становится понятно, как здесь все устроено.

– Вот, – показал на меня Тям, когда старейшины соизволили сосредоточить на мне общее внимание. – Это Чан Гун. Ему нужно кораблекрушение.

Старейшины некоторое время разглядывали меня, отчего мне стало как-то неудобно, а с чего бы? Потом, тот, что в форме сказал:

– И зачем мальчику из почтенной семьи Гун кораблекрушение?

– Потому, что он не из тех Гунов, – легкомысленно махнул рукой Тям и умолк под раздраженным взглядом старейшины.

– Я давно здесь не был, – произнес я осторожно. – И я не знаю, где теперь мои близкие. Я хотел бы их найти. Но для поиска в городских архивах нужна городская регистрация.

Когда не знаешь, что сказать – говори правду. Старейшины покивали, запереглядывались, соображают небось, сколько я тут им наврал.

– Н-да, – произнес наконец старейшина в форме, потирая седой подбородок. – Стремление сына достойной семьи. Были бы сейчас прежние времена… Но теперь все так сложно.

– Я понимаю, – быстро отозвался я. – И готов всецело облегчить вашу ношу. – Я практик первого уровня, правда, ещё не зарегистрированный.

– Хм-м, – задумчиво отозвался старейшина.

– Белут-Нага-Лаут, – вдруг прохрипела одна из старух.

Чо? Это на каком языке сейчас было сказано? Но, старейшина словно не обратил на старуху внимания, продолжая степенно размышлять.

– Белут-Нага-Лаут, – повторила старуха и ветеран береговой охраны наконец обратил на нее внимание:

– Ну, что ты заладила, старая? Какой еще Белут-Нага-Лаут. Ты его видела? – он показал на меня морщинистой ладонью. – С тросточкой ходит!

– Я то вижу, а ты ослеп давно, – непочтительно махнула рукой старушка. – Мальчишка вам тут всем нос утрет.

Все опять с сомнением разом посмотрели на меня. Я на всякий случай улыбнулся и кивнул.

– Хм-м, – снова протянул старейшина, потирая подбородок. – Ну, может ты старая, и права. Кому как не потомку семьи Гун совладать с морским драконом Белут-Нага-Лаут?

– Да-да, конечно, – легкомысленно отозвался я.

Так! Стоп! Дракон? Чего⁈ Опять? Теперь ещё и морской?

– Какой еще дракон⁈ – завопил я.

– Внешняя гавань, пролив между берегом и островом недоступны народам моря уже третий год, – объяснил старейшина. – И вообще никому недоступна, с тех пор как там поселился Белут-Нага-Лаут. Мы обращались к правительству и они прислали парусный учебный фрегат с автоматическими пушками, но и он не одолел дракона, едва убрались живыми, потеряв мачту.

– Дракон!

– Ну, да, морской дракон, – кивнул старейшина и расплылся в довольной улыбке. – Здоровенная скотина.

– Вы это серьезно?

– Конечно. Ты спросил цену, вот она – цена. И, в любом случае, пока лодки не могут выйти в море никакого кораблекрушения не получится, сам понимаешь.

– Но я думал…

– А, что ты, собственно, думал? Ты думал, тут собрались мастера подделки записей и адепты должностных преступлений? Нет, парень, это не так, – покачал старейшина седой головой. – Наши кораблекрушения самые лучшие, образцовые кораблекрушения, самые надежные из всех, потому, что они настоящие. И другого мы не можем тебе предложить.

Я молчал в полном афиге. Дракон. Да вы охренели!

Глава 20
Железка для дракона

– Я так понимаю, – с сочувствием произнес старейшина, – что тебе нужно подумать? Тям, проводи почтенного потомка семьи Гун. Ему нужно время и место для глубокомысленных размышлений.

Тям потянул меня за плечо и увел оттуда.

– Давай, парень, – сказал он мне, когда мы вышли под уже вполне жаркое солнце. – Тебе нужно чего-то пожрать. У меня тут девушка недалеко работает, накормит от пуза.

Ну, мы и пошли.

Что я могу сказать о той еде? Воспоминания плохо отложились у меня в памяти, потому, что я, погрузившись в размышления, не особо обращал внимание на то, куда иду, где сижу и что ем. Каких-то обычных на этом берегу морских гадов под соевым молоком. Хотя, конечно, кое-что хорошее о той еде сказать стоит, ее действительно можно съесть раньше, чем она тебя смертельно ужалит. Это если поспешить и не дать ей застать себя врасплох.

В борьбе со вторым завтраком, пытающимся убить меня, я пришел в себя.

– Черт, как-же я это сделаю? – пробормотал я.

Девушка Тяма, подносившая нам еду, посмотрела на меня с сочувствием. Спасибо, дорогая девушка. Ну, хоть женщины меня любят… Почти все.

– Тям, – произнесла его девушка, и Тям вздохнув, спросил недовольно:

– Чего?

– Ему нужна твоя помощь.

Тям только страдальчески закатил глаза, мол отчего именно я тут почётная команда бесплатной «Скорой Помощи»? И я вполне мог его понять. Мне такое и самому бы не понравилось.

Но девушка прочно держала Тяма в ежовых рукавицах, и не дала ему спрыгнуть с темы.

– Тям!

– Ну, ладно, ладно. У тебя деньги-то есть, Чан? Зарядить батарею для двигателя лодки нужно на станции. Сплаваем на внешний рейд, поглядим там осторожно, издалека, что и как, ничего не найдем, ты и спрыгнешь с этой темы, до какого-то другого раза, когда будешь готов.

Хм. Ничего так план, с возможностью, если что, удалиться в закат, не теряя окончательно лица. Надо брать.

Денег у меня не было. Впрочем…

Ну – как не было. Вчера, шастая по порталам, я вспомнил кое-что. Просто в эту заначку разумный человек в моей ситуации лезть бы не стал. Наверное. Страшновато как-то, вдруг ее можно отследить, и непонятно к чему это приведет. Хотя, может, ничего и не случится… Впрочем, была – не была! Нужно действительно посмотреть самому, что там такое ужасное рыщет на внешнем рейде, чот мне даже интересно стало!

– У вас тут ловит? – поинтересовался я доставая свой новенький телефон, за который я безнадежно задолжал Янсену. – Отлично…

Вошел в финансовое приложение системы образования, оно за эти годы, похоже не обновлялось, ввел код ученика и логин из трех символов. Интересно, войду?

Вошел! И на счету оставались средства!

Я решил распотрошить мой старый счет моих школьных завтраков. Копейки, конечно, и валюта теперь непопулярная, но хороши копейки к обеду. Завтраки к завтракам так сказать. Копил на новый велик, а скопил на один заряд батареи для лодки, плывущей на охоту на дракона.

– Куда перевести?

– Вот это другой разговор! – обрадовался Тям доставая из широких штанин свой смарт.

После недолгих разбирательств с платёжными системами мы рассчитались и отправились к лодке за батареей. Оттуда на станцию энергозаправки. Эту здоровенную дуру-батарею пришлось тащить вдвоем за ручки с краев, потом переть обратно, устанавливать батарею в двигательный отсек.

– Ну, все, готов отчалить, – сообщил довольный Тям, когда мы закончили возню с этой неподъемной фигней.

Похоже, он и одной зарядке батареи рад.

– Тогда – поплыли.

И мы тихо, на электродвигателе, отошли от причала, и я даже ни разу за борт не свалился.

Солнце было уже высоко, от борта лодки на отбрасываемую носом волну падала двойная тень, вторая, побледнее – была от факела Основного Потока. Негромко хлюпал в воде винт, гудела силовая машина.

– Я видел у тебя там и бензиновый двигатель, – сказал я. – Какая тебе от него польза здесь?

– Пока у нас эта тварюка не завелась, – отозвался Тям, придерживая штурвальное колесо, – я далеко ходил. Дайверов возил, охота на хищников глубин, все такое. Один раз чуть до Вьетнама не доплыл! А теперь, хрен без масла, стою на приколе шесть дней из семи. А я только женится собрался…

– На вот этой твоей девушке? – я не сразу запомнил ее имя.

– Пераварти, ага, – недовольно отозвался Тям.

Запомним, подумалось мне, имена будущих жен важных людей стоит помнить.

– Мне кажется, она за тебя и так бы уже вышла, – предположил я.

– Конечно, – без тени сомнения отозвался Тям. – Еще как. Но свадьбы у цыган моря дорогие. А без свадьбы нам нельзя.

Мда. Попадос.

– Может, лодку по суше в другое место перевезти? Волоком, так сказать?

– Экий, ты Чан, приколист, – Тям усмехнулся в усы, – А нас прям так и ждут в том другом месте. Там свои цыгане есть, либо банды…

Нда, безысходно как-то. Может и я, если бы мне с Сян не повезло, мыкался бы сейчас так же без дела и работы. А точнее – и не очнулся бы до сих пор. Или Циановые братки бы меня к делу приставили, знать не хочу, что у них там за дела такие.

Стало как-то сумрачно, на воду вокруг опустилась тень, хотя небо оставалось ясным.

– Погода не портится? – обеспокоенно спросил я озирая потемневшие воды.

– Да нет, – нахмурившись, отозвался Тям, взглянув на свою татуировку.

На ней узорчатые волны явно сменили свой порядок, с тех пор как я смотрел на ее в последний раз.

– Не должна… – проговорил он, потом вдруг вздрогнул, что-то понял.

Медленно повернул голову назад и посмотрел вверх, туда где должно было быть солнце. И прошептал, что-то среднее между руганью и молитвой.

Я посмотрел туда же, и мне тоже невыносимо захотелось молиться, или ругаться матом. Причём – на русском.

Над нами загораживая солнце, висела на длинной шее, огромная голова, в ореоле зеленого пламени, с огромными рыбьими глазами, шипастый гребень, начинаясь над жабрами, уходил по шее под воду.

Взгляд у этих глаз был тупой и такой… плотоядный, что ли.

Ну, да, это был именно он, Белут-Нага-Лаут, морской дракон внешнего рейда, нависал прямо над лодкой и, похоже, с удовлетворением прикидывал, с какого конца нас удобнее начинать есть.

Да чтоб вас всех!

Зеленое пламя мерцало меж рядами его клиновидных зубов.

Тям долбанул ладонью по здоровенной красной кнопке на пульте перед штурвалом, а другой рукой дернул. рычаг скорости на себя, лодка с места рванула вперед, выбросив морду дракона шесть дымовых шашек.

– Сука-а, – в восхищении прошептал я, увидев, как бесконечно огромное серебристое как у селедки тело медленно и величаво струится из красного дыма, выброшенных шашками, прямо в оставленную нам кильватерную волну. – Какой же он огромный!

– Эт точно! – прокричал Тям сквозь бьющий в лицо ветер, закручивая штурвал вправо. – И он, скотина, еще и быстрый!

Лодка легла на другой курс, и тут же оттуда, где мы как раз должны были бы быть, вылетел дракон в мощном фонтане воды. Нас засыпало падающей с неба соленой водой.

Реально быстрый.

– Надо уйти на мелководье! – прорал Тям. – Там ему негде развернуться! Самое время, золотой мальчик, вытащить из кармана какую-нибудь семейную реликвию и охренячить его по башке до полного изумления!

Я даже не обиделся на «золотого мальчика», потому что момент и впрямь был именно тот самый.

Вот только никакой реликвии у меня за душой не было. За душой у меня полтора шаоданя разного цвета и неустойчивых свойств, и все. Я даже толком не научился переключаться между цветами. И, мне кажется, бить дракона кулаком в зубы – не самая светлая идея в сложившейся ситуевине.

Но я все равно начал перекачивать ци из даньтяня, полного до сияния после тарелки бабулиной золотой лапши, в шадоань, зажженный в правом кулаке.

Охренячить не охренячу, но оружие последнего шанса у меня будет…

Мы мчались к берегу, разбивая носом лодки волны, пришлось присесть до уровня борта, чтобы не промокнуть насквозь.

Мы явно проигрывали эту гонку. Дракон явно и неотвратимо нагонял.

Бить его нельзя, но бить надо. И чем? И как?

Да, блин! Что делать-то! Или… Я же могу ударить и не самого дракона.

В памяти пролетела помятая машина, подброшенная в переулке могучим пинком Лангхо. Мне бы сейчас что-то такое же!

– Тям! – выкрикнул я. – Есть, что кинуть в него? Что-нибудь тяжелое!

– Бочка! – выкрикнул Тям. – Бочка на корме!

Я побежал на корму по настилу на дне качающейся лодки и увидел ржавую железную бочку, примотанную цепью к одному из столбов навеса.

Я спешно начал отматывать цепь, но было уже поздно, сбоку за бортом из воды показалась огромная голова и сферический желейный глаз размером с ворота гаража сфокусировался на мне.

Сука! Я от испуга выбросил в шаодань кулака всю ци заряженного даньтяня и всадил кулак в бочку.

Бах!

Бля-я-а-а!

Кажется, я руку сломал…

Но, бочка унеслась в полет, сорвавшись с цепи и с оглушительным чмоком влетела прямо в зрачок огромного глаза как в центр огромной мишени!

Глаз мгновенно захлопнулся чешуйчатым веком. А потом и голова как-то быстро отстала. Все, вот он, дракон, далеко позади, терятся в полном изумлении. Даже как будто уменьшился в размерах. А вот и молчаливо исчез среди волн совсем.

Я напряженно всматривался в волны. А вон, вижу, по следу на воде, дракон пошел на разворот к открытому морю.

А вода вокруг лодки из темной глубины быстро окрасилось в яркую лазурь мелководья. Мы выбрались.

Я ощупал костяшки пальцев. Не, вроде ни одной не сломал.

– Вот же, блин, – проговорил Тям отирая пот со лба. – Еле ушли…

– А что было в бочке? – спросил я потирая ушибленный кулак.

Тям невесело усмехнулся:

– Мое цыганское счастье.

Я немного подумал и сказал:

– Не понял.

Тям вздохнул и добавил:

– Мой выкуп за Пераварти.

– Там золото, что ли, было⁈

Капитан яхты некоторое время колебался, но ответил:

– Не, кое-что потяжелее.

Интересненько! А, что у нас тяжелее золота? Свинец, разве что. И нафига на лодке бочка полная свинца? В таких же, вроде, отходы атомной промышленности в океан сбрасываются?

Гм! Опа…

Ну, не плутоний же там был, пополам с ураном, верно же?

Размышляя, не следует ли мне обратится в самое ближайшее время к радиологу, я проговорил:

– А родители Пераварти случайно с атомной… энергетикой не связаны?

Дурацкий вопрос, я сам понимаю.

– Нет, – засмеялся Тям. – Но они знают людей, которые знают других людей, и вот уже они…

Да блин! Так, это у нас тут контрабанда технологических отходов в полный рост? А может, еще и нелегальное их захоронение? Или, ведь для кого-то это отходы, а для кого-то и топливо. Для замкнутого цикла, например. Кто знает, какие ещё страны за моё отсутствие освоили эту технологию – внешний мир за шесть лет безнадёжно поменялся.

– Вот блин, – прошептал я.

Чем дальше, тем сложнее все. Что-то какие-то совсем оглушительные перспективы вырисовываются. Можно и не совладать с последствиями-то. Такие дела незаметно не делаются. Стопудово тут у очень серьезных ребят есть подвязки, а я в это дело обеими ногам влез. Как выбираться-то буду? Палевно!