Текст книги "Ангел-мечтатель (СИ)"
Автор книги: Ирина Буря
сообщить о нарушении
Текущая страница: 82 (всего у книги 108 страниц)
Глава 18.3
Хотя, справедливости ради, на этот раз не он сам пятен на нем насажал – утечка у внештатников случилась. А это еще одно доказательство для будущего процесса. Полученное совершенно независимым источником. Из которого, подойдя умеючи, можно и другие накопать.
Да какое там – копать? Сам кусок тротила в болото бросаю, чтобы не долго возиться. Дожился.
– Позвольте вопрос, – размахнулся я, как следует, перед броском. – Вы наш гвоздь вертлявый давно знаете?
– Давно, – снова оледенел у главного хранителя голос. – Знал. Как мне казалось.
– И со всеми его подвигами знакомы? – настаивал я. – Хотя бы из наших опусов?
– В общих чертах, – крайне сдержанно признал он.
– Думаю, не только в общих, – хмыкнул я, вспомнив те толпы народа, которые он водил к болтуну в ссылке. – И Вы всерьез думаете, что он хоть когда-то повернется к описанному в них месту спиной?
– Свойство меняться присуще не только людям, – размеренно произнес он. – Он, насколько мне известно, уже получил из того места все, что ему нужно.
– А говорили, что знаете! – уже без всякой натяжки рассмеялся я. – Он же просто физически не может от одного в пользу другого отказаться – ему все подавай! Не уверен, что обрадую Вас, но он и всех Ваших до сих пор своими считает.
– Тогда я тем более не понимаю, – сделалась размеренность в его тоне настороженной, – как он оказался …?
– Чтобы остановить взрывное устройство, – начал я объяснять, и вдруг понял, что говорю, большей частью, о себе, – нужно к нему приблизиться. Чтобы провода отсоединить. И ловите ответную откровенность, – встряхнувшись, вернулся я к главному хранителю, – речь идет о ликвидации не только Вашего отдела. Но и моего и … еще других, – ввел я откровенность в рамки разумной бдительности. – Вы полагаете, меня это не касается?
– Вы хотите сказать … – повисло в воздухе окончание его фразы.
– Я хочу сказать, – закончил я ее за него, – что у нас там дружная команда собралась, и что мы все делаем одно дело. Возникнет желание помочь – не стесняйтесь.
– Чем я могу помочь? – спросил он уже совершенно другим, куда более знакомым мне тоном.
– Для начала – сохраните все последние распоряжения, – предложил я. – В особенности, касающиеся внештатников. Сделайте копии и спрячьте в надежном месте – только в действительно надежном, в свете их новых полномочий.
– Зачем? – снова насторожился он.
– Странная просьба, правда? – хмыкнул я. – Документы – штука сильная, долгоиграющая. Вспомните наши опусы. Я Вам больше скажу: в ближайшее время Вы много чего странного услышите – о нас и от нас. Решать Вам – удивляться или довериться давно сложившемуся мнению.
Так, все – целителей сегодня не потяну. Меня титан мысли так не укатывал, как эти переговоры-уговоры с намеками и вторым дном. Вот сказал бы мне кто из орлов час назад, что буду я рваться в компанию Макса, балабола и стекляшек этих пронырливых – в вечный наряд на тренажеры вмиг бы улетел.
Но шутки шутками, а приказ отменять – последнее дело, и чтобы орлы мои на тех тренажерах на всю вечность не застряли, нужно им хоть какую-то фору перед встречей с титаном дать. Так что будет он каждое утро со мной один-на-один разминаться – трех своих орлов я, вроде как, стою. И его чуток вымотаю, и пару-тройку его примеры подхвачу – орлам сразу после разминки передам.
Я даже думал им прямую трансляцию включить, а потом решил – не с первого раза. От греха. Авторитет может не устоять, а там и до новой смуты недалеко.
Вот как чуял!
Пошел в лобовую – он меня лбом о землю приложил.
Зашел с фланга – он меня с другого встретил.
Сделал ложный выпад – он меня настоящим припечатал.
Нырнул в подсечку – он у меня на загривке оказался.
Вызвал орлов, велел увеличить состав патруля до четырех – у их будущей жертвы к двум рукам еще и две ноги оказалось.
Совершил захват – получил под дых.
Заехал локтем в бок – получил пяткой в голень.
Ткнул пальцами под ребра – получил ребром ладони по почкам.
Врезал головой в грудь – искры из глаз посыпались.
Еще раз вызвал орлов, велел увеличить количество патрулей до двух групп – при обнаружении объекта, первая группа в боестолкновение не вступает до подхода второй.
Вот это была настоящая тренировка! Самообладания – стоящий неподалеку эпицентр испускал волны поросячьего восторга.
Вызвал Макса с просьбой погасить эпицентр – пропустил еще один удар.
Прислушался – это просто в голове звенит или уже набат? Нет, вроде, обошлось.
Поднимаясь в очередной раз с земли на слегка дрожащих ногах и ощупывая языком слегка шатающиеся зубы, снова вызвал орлов. Добавив к прежним распоряжениям еще два: группы сменяются каждые шесть часов и обнаружившая объект не вступает в боестолкновение до прибытия второй – и меня. Как орудия неотвратимого возмездия.
К концу тренировки, правда, я его тактику, в целом, разобрал.
И к концу следующей – согласно своему приказу – заработал внеочередную увольнительную на землю.
Попробовал рвануть – не сработало, я же только орлов поощрил. Вызвал Зама, велел такой же приказ на меня издать.
А еще на следующий день даже титану пришлось мой прогресс признать.
– Мой дорогой Стас! – обратился он ко мне с предвкушением в голосе, – еще пару таких восхитительных дуэлей, и я, пожалуй, перестану противостоять Вам в пол-силы.
Неосторожно скрипнув песком на зубах, я предложил ему не откладывать полную силу в долгий ящик, но он уже ретировался.
Я повернулся к Максу – он заявил мне, что у него есть более важные дела, чем целый день бабуином по земле скакать.
Не понял – а бабуин знает, что младший по темному званию его за глаза обзывает?
На аксакала я только глянул – и рукой махнул. Этот мне даже в три силы самоуважение не восстановит.
И эпицентр всех возмущений уже к своим отчалил.
И воцарилась в ставке тишь и гладь. Даже Татьяна, если и поднимала глаза, то как будто из другой галактики смотрела.
Короче, пропал день.
И что обидно – хоть бы раз набат в голове ударил. Хотя должен был. Как потом выяснилось.
Для начала его предвестник от своих прилично позже обычного вернулся.
И мрачный, как темные после встречи с моими орлами.
Не понял – мы же, вроде, с главным хранителем все перетерли? За что сегодня эпицентр под разнос попал?
Вызвал его бывшего босса – узнал, что эпицентр не под разнос попал, а в струю, дернул же меня леший за язык про странные разговоры ляпнуть!
В том, что в эпицентре снова вирус графоманства забурлил, ничего особо странного не было – а то я не помню, как он в наших опусах к каждому разделу со своими комментариями выскакивал.
Но там речь только о его последнем на земле деле шла, и то нам всем впрягаться пришлось. А тут он на талмуд по всей своей скандальной биографии замахнулся? Единолично? С комментариями к каждому абзацу? А потом еще и в народ свой личный опус двинет? Прямо из ставки?
Если его снова куда-нибудь запрут, я только за – будет сам выкручиваться, а то уже обнаглел по самое не могу: сколько тех раз, понимаешь, было, когда я его вытаскивал!
Но с ним же и всех нас на допросы таскать будут – а если у кого фильтр трещину даст под давлением? Целители точно с низкого старта рванут два самых вкусных объекта посканировать. И Татьяна может снова с катушек сорваться – хватит с меня ее свободного плавания у аналитиков, чуть не поседел за те полдня.
Растормошить сонное болото, вывести из его глубин слизняков и гнилушек на чистую воду – поддерживаю двумя руками.
Сорвать мне операцию, ради которой я из своего отряда ушел – не будет этого!
Я не понял – почему набат не бьет?
Ладно, попридержу и я пока коней – выдавать эпицентру источник информации о нем точно не стоит – ограничусь наблюдением. Пристальным.
Вот совсем не понравилось мне то, что я увидел. Вечный балабол сидел до конца дня, как в воду опущенный. Болотную. По самые уши. И с такой мордой, как будто перед ним уже та новая ссылка открылась. Вместе с осознанием того, что он там не один, а со мной на пару.
И с глазами, уставившимися в одну точку с выражением, подходящим моему близкому к нему присутствию.
Допросить его в ставке – слишком много ушей.
Допросить мысленно – на голубом глазу от всего отопрется.
В отдельный окоп к нему наведаться – никакого правдоподобного повода.
Натравить на него Татьяну, чтобы по ушам надавала – дожился, отправлять вчерашнего курсанта обезвреживать взрывное устройство. Не определенной пока мощности.
Нет, лучше его темного патрона привлечь. Там только два варианта просматривается: либо тот бомбу замедленного действия нейтрализует, либо она его из строя выведет. Израсходовав при этом всю мощность. Если хватит.
Короче, оба варианта подходят. Вот завтра утром на разминке и перекинемся.
Перекинулся я с титаном мысли не тогда, не там и не тем, чем намеревался.
На разминку он не явился. Я только хмыкнул: в полную силу через пару-тройку тренировок? Ну-ну. По всем статьям, выложился он вчера до предела – и восстанавливаться уполз. И, похоже, за сутки даже пол-силы еще не наскреб.
Вот это греет. Причем, дважды – пропала необходимость вечно мордой в землю тыкаться и появилась возможность допросить все еще мрачный эпицентр. В тесном контакте и с применением всех подручных средств развязывания языка.
Глава 18.4
Поставленную задачу выполнил ровно наполовину. Чтобы завалить меня, любому хранителю еще с пол-вечности расти, но к этому вплотную подступиться тоже не вышло – в него словно стая леших вселилась.
Не я один, значит, тактику темного титана мысли изучал. Дожился – работаю перед вчерашними курсантами манекеном вместо того, чтобы их самих гонять. А этот, похоже, еще и принципы сосуществования со мной в ссылке решил отработать. Нет, с этим – пошел к Максу! Не исключено, что и его к нам туда подселят.
После разминки первый раз за все время пожалел, что мой день пришел к орлам наведаться. Вечный балабол, затихший в зловещей мрачности и внезапно взорвавшийся не словесным поносом, а кулаками во все стороны – это точно к набату. Как бы не пропустить.
Ладно, у орлов, вроде, ничего срочного нет – я быстро. Сразу за деревьями в инвертацию и одним прыжком в отряд.
Маневр был произведен в обратном порядке.
– Мой дорогой Стас, Вы не возражаете, если я составлю Вам компанию? – негромко квакнуло у меня в голове, как только я скрылся из вида ставки.
Я дернулся – вверх и в сторону от источника дискомфорта: по спине замаршировали ровные колонны сороконожек. А потом уже инвертировался. Автоматически – в ответ на неожиданно подкравшегося темного.
Где орлы – я не понял?!
– На подходе! – нервно грохнуло в голове в ответ.
Так, отставить переоборудование павильона – быть там полной модернизации. Силами всего вверенного мне подразделения. С ежедневными марш-бросками и к нему и назад. Пока каждый не отрапортует, что в схватке с титаном устоял. Вообще край разболтались!
– Что Вы хотели? – решительно расправил я плечи, чтобы сороконожек с ноги сбить.
– Я хотел рассмотреть с Вами гипотетическую ситуацию, – мгновенно отозвался титан мысли.
– Это еще какую? – насторожился я.
– Давайте представим себе, – начал он тоном типичного теоретика, рассматривающего любой объект на местности исключительно в полевой бинокль, – что нашим оппонентам удалось реализовать свой план, что неминуемо ведет к расформированию ненужных более подразделений. Ваши действия?
– Не будет этого! – уверенно ответил я – в больших делах проколов у меня еще ни разу не было.
– Полностью с Вами согласен, – подхватил он с не меньшей твердостью. – Но как мне кажется, хороший стратег всегда рассматривает три варианта развития событий: победу, поражение и паритет.
– Рассматривает – да, обсуждает – нет, – отрезал я. – И точно не с гражданскими.
– А как насчет тех, кто в отставке? – поинтересовался он.
– Зависит от причины отставки, – стоял я на своем.
– Ее причина никак не умаляет всего предшествующего ей опыта, – тоже уперся он. – Уважьте ветерана – какие действия Вы намерены предпринять в случае поражения?
Ветеранил он, ясен пень, в том самом бунте, в котором мы их наголову разбили. Похоже, хочет вычислить, где они напортачили – но вопросы ставит правильные.
Лично для себя я уже давно все решил – еще когда рапорт об отставке подал. Уволят отовсюду – уйду в леса.
Но тогда не успел определиться, в какие – на Совет вызвали.
А сейчас вопрос стал ребром.
Здесь партизанить без толку – внештатники рано или поздно след возьмут.
На другие уровни вход по рублю, а выход по десять – балабол вон только через логово темных выбрался.
А мне, если уходить, так с орлами – на перепрошивку мозгов я их не оставлю.
А с ними в логово темных – не удержу, они туда давно рвутся. Там все и поляжем.
Остается земля. Развернуться есть где, и места знакомые. И орлам ход туда не закрыт. Дам всем сразу увольнительную – протащат отца-командира.
– С отрядом на землю, – свел я свои размышления к более короткой формулировке.
– Тогда позвольте несколько расширить гипотетическую ситуацию, – помолчав, продолжил титан. – Насколько я понял из тех восхитительных текстов, которые передавались через меня нашей дорогой Татьяне, на земле присутствуют те, которые представляют для Вас некоторый интерес. Есть ли в Ваших планах место для них?
Нормально? Темный мне о будущий кадрах напоминает! Дожился – ведусь на провокации насчет поражения вместо того, чтобы видеть перспективу. При таком раскладе мы с орлами не отступаем, а выдвигаемся на выполнение новой задачи – протащат туда отца-командира без увольнительной.
– Имеется, – еще короче ответил я. – Прикроем.
– Как? – мгновенно на этот раз отреагировал он.
Не понял – это кто здесь кого щупает на предмет взятия в штат?
– Хотите знать, как, – поставил я его на место, – записывайтесь ко мне в отряд. Там Вас всему научат.
– У меня есть некоторые навыки, – сдержанно заметил он. – И я думаю, нам стоит объединить наши силы, но не сливать их. Поэтому и интересуюсь: Вы рассчитываете только на свои или не исключаете взаимодействия с другими?
– Смотря, с кем, – снова уклонился я от обещаний. – Это с Вашими, что ли?
– Командир, мы на месте! – запыхтело у меня в голове. – Только Вы говорили одного отлавливать, а тут двое шастают – обоих вязать?
– Отставить вязать! – рявкнул я, в момент вспотев – я же потом не разберусь, за кого им наряды с увольнительными выписывать! – Ограничиться наблюдением – пока один не останется, потом согласно ранее полученному приказу!
– Вы знаете, понятие наши и ваши уже довольно прилично размылось, – ответил мне вместо орлов титан мысли с легким смешком. – Вы найдете как своих сторонников, так и противников в обеих башнях.
Не понял – он там не один, что ли, на правильную сторону баррикады решил переметнуться? Если я темное логово сейчас изнутри раскачаю – это на расширение штата, а не расформирование потянет.
– Ну, тогда – по рукам! – начал прорисовываться у меня в голове план вербовки целой группы темных – и, похоже, совсем не мелких сошек.
– Я рад, что мы достигли, по крайней мере, предварительного соглашения, – поставил и титан мысли свою подпись под моим планом. – И больше не стану отнимать у Вас время – Вы уже почти пришли.
Я зыркнул по сторонам – точно, вон уже штаб-квартира за деревьями просматривается. Нормально? Под эти турусы на колесах забыл за оперативной обстановкой следить! Нет, я этого спеца по отвлекающим маневрам точно к себе в отряд переманю – будет противнику зубы заговаривать, пока мы того в оборот не возьмем.
– Стойте! – вспомнил я еще и ранее поставленную задачу. – У меня к Вам тоже вопрос есть: Вы можете этого своего вечно не в ногу шагающего угомонить? Его уже опять понесло?
– И что с ним не так? – не понадобились титану дальнейшие объяснения.
– К перу опять пристраивается! – передернуло меня при воспоминании о весе и объеме дополненных болтуном опусов. – Список своих подвигов составлять! Это же готовая инструкция по подрывной деятельности получится! А куда он ее потом рассовывать начнет и куда его самого потом упекут?
– А, ерунда! – с явным облегчением хохотнул титан. – Это был всего лишь повод, чтобы в архив попасть. По моей просьбе – так что не беспокойтесь!
Нормально? Собрат по окрасу обманным путем проникает в хранилище документов под грифом по свистку матерого темного! Чего-то я совсем сдаю – упреждающие маневры пропускать начинаю.
– А Вы там что забыли? – рыкнул я, скорее, на себя.
– Оказалось, что довольно многое, – не менее резко ответил титан. – В частности, яркость впечатлений и ощущений. Но об этом как-нибудь в другой раз. Да, и еще одно, – взял он голос под контроль. – У нас определенно появилась необходимость в более тесных и, главное, непредсказуемо частых контактах. Так что я немного подправил все ваши машинки для подачи сигнала о них. Если вы увидите, что изображение на экране замерло – это значит, что у вас есть минута до моего вызова и вам нужно обеспечить конфиденциальность разговора.
Сороконожки у меня на спине исчезли.
Не понял – мы под чьим началом только что силы объединили? А если орлы пронюхают, что темный не просто в их ряды затесался, а уже отцу-командиру приказы отдает?
– К бою! – рявкнул я им, чтобы разнюхивать некогда было.
Задержался я у них в тот день.
Новые вводные поступили – само собой, обдумать нужно. Но уж больно разношерстные – с виду никак между собой не стыкуются. Так бывает, если за операцией с трех разных точек следить, не владея ее стратегическим планом. Дожился – в рядовые исполнители на линии соприкосновения перевели!
Ладно, у меня тех операций за спиной выше крыши – сейчас увяжем нестыкуемое.
С вопросами о моих планах проще всего – тактику мою выпытывал. Из того разгрома, что мы им когда-то учинили, ясен пень, что у них не то, что наступательная – оборонительная на обе ноги хромала. С тех пор они, правда, на обходных маневрах насобачились – хоть в моих с ними стычках, хоть во всех недавних переговорах с титаном. И если он хочет свои приемы с моими объединить, то пусть засунет свои приказы … в общем, подальше – я на все их гарцевание тоже не издалека смотрел.
А вот архив – это точно не про будущее столкновение. Что ему в прошлом могло понадобиться? Если хотел там раскопать, как мы их к ногтю прижали, то стратег из него хреновый. Военная наука с тех пор на месте не стояла – кто сейчас теми допотопными методами бой ведет? В то время даже инвертации еще не было!
Не говоря уже о невидимости, мгновенной мысленной передаче приказов и управлении боем на расстоянии – из точки, дающей обзор всех задействованных сил. Похоже, он сам это понял – потому ко мне сегодня и подкатился.
Ну, и панели же эти – что-то слишком сложный вариант сигнальной ракеты. Можно такой же прямой мысленный вызов послать и подключиться через минуту – в чем проблема? Чует мое сердце, что неспроста титан с земли рванул, как только услышал, что я эти стекляшки сейчас крошить буду. Такая замрет – сигнал вызова не один только адресат увидит. Кого же это титан информировать собрался о персональном контакте?
Глава 18.5
Под подозрение сразу попадали двое. С Татьяной – трое. Но Макс, скорее всего, отпадает – с его места и моя панель, и я сам только в профиль просматриваются. У Татьяны позиция для слежки идеальная, но мотив отсутствует. Титан с ней после земли всего двумя словами при запуске панелей перекинулся и с тех пор даже не глянул ни разу в ее сторону, а предположить, что она передает свои наблюдения своему балаболу, а тот титану – слишком сложная схема.
А вот сам балабол и в стратегически подходящем месте находится, и с титаном в теснейшем, как выяснилось, контакте состоит, и против руководителя операции уже не раз взбрыкивал, и от комментариев удержаться не может – просто идеальный информатор о моей бессловесной реакции на каждое слово титана.
Короче, опять все уперлось в источник всех сбоев.
И опять никакого набата в голове.
Вместо него мне поступил доклад от орлов – с рапортом о внеочередном наряде на тренажеры. От обоих патрулей. В полном составе.
Пришлось дождаться их, чтобы добавить пару личных слов к приказу. Дожился – напоминаю орлам, что в моем отряде никому не позволено ронять его доброе имя.
Короче, вернулся в ставку не в самом лучшем расположении духа. С ходу сообщил всем подозреваемым о новшестве в панелях и даже высказал пару предположений, пристально следя за их реакцией – пусть хоть один глаз дернется!
И тут же понял, что титан мысли не просто на обходных маневрах насобачился, а на многоуровневых.
Пока я в отряде застрял, у него была куча времени, чтобы свое персональное всевидящее око приструнить. Вместо этого он выдвинул против меня сидевшую прежде в засаде силу, обеспечив неожиданность ее броска двумя беспокоящими залпами с флангов.
Сначала Макс выбил меня из колеи ленивым замечанием, что новшество в панелях, возможно, направлено против меня лично.
Затем балабол добавил мне амплитуды с другой стороны.
А затем выступила Татьяна. Причем, там, что у меня только бессловесная реакция обнаружилась. И как на ладони у всевидящего ока титана. Прямо хоть транслируй!
Нормально? Прямая трансляция на все логово темных главы силовой структуры, уставившейся с отвисшей челюстью на вчерашнего курсанта, читающего ему морали!
Оказалось, что все это время она не в далеких эмпиреях летала, а крайне внимательно наблюдала. За всеми. И дел великих ни за кем не заметила. И если таковые в самое ближайшее время не появятся – уйдет назад на землю. На пару с титаном.
Я не понял – следующие указания, что делать, мне уже прямо люди на земле давать будут?
Прямо вспотел, новые вводные анализируя.
Вторая попытка побега.
Хотя и не массовая.
Но безвозвратная.
Без Татьяны титан не вернется.
Она у него – отмычка к двери на землю.
Что он там планирует?
До сих пор все сражения он только проигрывал.
Союзников на земле у него нет.
Их с Татьяной найдут в считаные дни.
Через них выйдут на мелких.
Конец подполью на земле.
Оставшиеся здесь попадут под расследование.
Татьянин псих сбежит, чтобы рвануть за ней.
Путь у него один – мои орлы.
От расположения отряда его отбросит.
Но они на ежедневном патрулировании.
Может там с ними договориться.
Максу титан наверняка пути отступления подготовил.
Силовую структуру возьмут, от греха, под стражу.
Орлам придется дать приказ, чтобы не отбивали.
А уходили с психом на землю.
В ссылку всем вместе отправляться незачем.
Конец подполью здесь.
Чего-то я не понял – я зачем титану про уход в леса докладывал? Чтобы там все, кроме меня, оказались?
Никаких других вариантов развития событий до следующего дня у меня так и не появилось.
Так же, как и хоть сколько-то разумного объяснения, зачем титану мысли переправлять Татьяну на землю.
Так же, как и набата в голове.
Но прямо у меня под боком все еще маячил его предвестник.
Прямо на следующий день на разминке выставил его против себя, провел основательную артподготовку для смягчения линии обороны – и только собрался, уже в ставке, взломать ее, вызвав его в переговорку, как у него панель замерла.
Похоже, гарнизон подкрепление запросил. Хотя нет – судя по лицу, с него отчет по вчерашнему демаршу стребовали. Не вопрос – встречу разведгруппу ее же собственным маневром – я орлов по тактике наблюдения инструктировал, когда этот болтун еще только глаза открыл. На земле. В своей первой на ней жизни.
Пыхтит – явно велено воду не лить, ограничиться фактами.
Покраснел от натуги – явно велено дать более детальный ответ.
Глаза закатил – явно велено свои комментарии при себе оставить.
Щеки раздул от важности – явно велено описать свой личный вклад в демарш.
Глаза забегали – явно велено подвести итог демарша.
Обмяк – явно либо одно, либо другое, либо одно и другое признано неудовлетворительным.
Так, в переговорку. Сейчас я его, с двух сторон обработанного, дожму.
Моя панель замерла.
Ладно, сначала дожму титана – балабола слушать, не держа его за горло, никакое равновесие не выдержит.
– Вы куда это Татьяну отправляете? – ударил я без расшаркиваний полным пакетом накопившегося запала.
– Не совсем понял, о чем Вы, – озадаченно отозвался титан.
– Она тут вчера намекала на некие данные Вами обещания, – подтвердил я ему факт демарша.
– Ах, это! – явно расслабился он. – На землю, разумеется. Однажды. В недалеком, как я надеюсь, будущем. И предваряя Ваш следующий вопрос – рано или поздно мы все там окажемся. Следующая битва произойдет именно там.
Ладно, принято. Однажды все там будем – устраивает. Так, как панель очнется, орлам новый приказ: один патруль титана караулит, второй – меня. Чтобы к следующей битве не опоздать. А то она, как та давняя, закончится.
– Перехожу ко второму пункту, – нащупав возможность прорыва в одной точке, добавил я напора. – В прошлый раз был договор, что Вы дадите более подробную информацию о том, что Вам понадобилось в нашем архиве.
– А Вы там бывали? – начал тянуть он время.
– Это к теме не относится, – отрезал я.
– Еще и как относится! – горячо не согласился он со мной. – Архивы – особенно в их материальном виде – это волшебное место. Казалось бы, просто горы старых, иногда чуть ли не рассыпающихся от древности, документов – но если не просто пробегать по ним праздным взором, а вчитаться, используя воображение, они вдруг начинают говорить. Живым голосом, полным ярких красок и вибрирующим от эмоций.
– О каком конкретно документе идет речь? – вернул я ему его инструкцию болтуну обойтись без воды в показаниях.
– Ах, вижу, мне не удалось Вас убедить! – досадливо цокнул он языком. – Тогда позвольте привести более близкий Вам пример. Из ваших увлекательных текстов у меня сложилось впечатление, что Вы не слишком жалуете этих ваших внештатников. А почему?
– Я наши внешние границы от наскоков стерегу, а они у своих блох ищут, – коротко ответил я – не хватало еще темного посвящать во всю глубину трений между нашими силовыми структурами. – Не вижу связи с архивами.
– А напрасно, – взял он назидательный тон. – Ведь когда-то вы с ними составляли единое подразделение.
Вот сейчас совсем не понял – это меня с внештатниками только что на одну ногу поставили?
– Вы что несете? – заклокотал у меня голос при одной только мысли об этом.
– Вы все правильно расслышали, – снова зацокал он языком, но уже с сочувствием. – Разделили вас настолько давно, что свидетельства этого наверняка только в архивах и сохранились. Я, к примеру, знаю, когда и с какой целью, а Вас это никогда не интересовало?
Нормально? Я, конечно, помню, что не прямо здесь на свет появился и что мой отряд и до меня существовал – но мордой меня в это тыкать?
– Это дела, как Вы сказали, прошлые, – послал я подальше унизительные намеки. – Разделили и разделили – не сошлись, видно, в подходах. Сейчас каждый из нас своим делом занимается.
– Опять абсолютно с Вами согласен! – обрадовался он непонятно, чему. – Но в свете нашего общего мероприятия, не считаете ли Вы этих внештатников угрозой ему?
Я хмыкнул про себя – если дойдет до стычки с внештатниками, угроза не нам замаячит: все мои вышедшие в отставку орлы вмиг налетят с рапортами о зачислении их назад в отряд.
