Текст книги "Ангел-мечтатель (СИ)"
Автор книги: Ирина Буря
сообщить о нарушении
Текущая страница: 48 (всего у книги 108 страниц)
Глава 12.14
Причем зашел он без Винни и с таким измученным видом, что я даже обрадовалась, что он почти к концу рабочего дня вернулся. Во-первых, не придется долго ждать, чтобы узнать, что случилось; и во-вторых, меня опять начала мучить совесть. Лучше все же признаться ему, куда я завтра направляюсь, и тут же – пока он не впал в свое мрачное молчание – пообещать ему, что в следующий раз мы окажемся на земле вместе. Практика показала, что если ставить Винни перед фактом, у меня все получается.
– Что там у вас случилось? – приступила я к первой части своего плана, как только он закрыл дверь нашего зала свиданий. – Что вас задержало? Куда Винни одевался?
– Я не хочу о нем слышать! – ни с того, ни с сего снова вызверился мой ангел. – Ни слова! Ни звука! Мне его сегодня вот так хватило! – Он резко провел рукой над головой. – Говори, о чем хочешь – но не о нем!
Вот он сам это сказал! Нет, так проорал, что у меня наверняка в офисе свидетели найдутся. Как прикажете сообщить ему о завтрашнем посещении земли, если мне велено Винни не упоминать?
Я решила вообще больше ни о чем не упоминать – если мой ангел в раж входит, значит, с ним все в порядке. И совершенно незачем давать ему повод на мне свое раздражение срывать – он потом сам об этом пожалеет. И начнет грехи замаливать. Еще, глядишь, об утренней разминки откажется, чтобы возле меня крутиться.
Сработало. Утром он направился в офис все с тем же прищуром и плотно сжатыми губами. Не увидев там Винни, он еще больше помрачнел – и я даже пожалела, что не увижу сражение равных по мастерству соперников.
Нет, не пожалела – меня земля ждала.
Не успели они все выйти из офиса, как в нем материализовался Винни – меня даже жаром не обдало. Где же он прятался-то?
– Дорогая Татьяна! – В голосе его, во всем облике сквозила полная собранность, словно тоже перед схваткой. – У нас будет всего лишь час. Поэтому прошу Вас – никаких неожиданностей.
Едва дождавшись моего нетерпеливого кивка, он протянул мне руку.
На этот раз я выбрала Светкину веранду.
Где рядом со мной оказался уже Люк.
Который еще более напомнил мне сжатую до упора пружину.
Немедленно распрямившуюся в сторону двери в гостиную – даже ради приличия не дожидаясь меня.
Прошедшие три дня у меня словно в одно мгновение схлопнулись – мы словно только что оттуда вышли и вот снова вернулись в ту же сцену. С теми же персонажами в ней и даже на тех же местах.
Вот только Светка не на полу сидела, а на стуле рядом с Олегом. Вцепившись в него обеими руками.
А на ближайшем к Марине стуле, на самом его краешке, буквально на расстоянии вытянутой руки от нее, примостился Киса. Настороженно косясь на Люка.
– Ну? – вперилась в него тяжелым взглядом и Марина, все также стоящая в самом центре комнаты. – Зачем пожаловали?
Люк несколько мгновений пристально смотрел на нее, словно переваривая явно непривычную для его вечных расшаркиваний грубость.
Мне хватило этого времени, чтобы оказаться рядом с ним и потянуть его за рукав к свободным стульям.
Он встряхнулся, явно взяв себя в руки, шагнул вслед за мной и неторопливо уселся лицом к Марине – уже с выражением открытого оживления на нем, то ли делового, то ли охотничьего.
– Насколько я понимаю, – произнес он с полу-улыбкой, весьма подходящей к блеску в чуть прищуренных глазах, – мне предоставлена честь открыть второй раунд наших переговоров.
– Еще чего! – тут же вздыбилась у Марины уже немного менее пышная шевелюра. – Никаких переговоров у нас с вами не будет!
– Марина! – резко оборвал ее Игорь. – Не нужно за нас говорить!
– Разумная мысль! – кивнул ему Люк. – Я тоже считаю – для этого, собственно, мы здесь и находимся – что для выработки оптимального решения, не вызывающего возражений ни у одной из сторон, каждая из них должна получить право высказать свои соображения.
А вот этот поворот мне очень понравился! Хоть здесь дадут слово сказать! … или он меня на своей стороне посчитал? Обойдется – я сама уже не пойму, на чьей я стороне. На нашей, понятное дело, но на ней я за всех и со всеми – значит, имею право каждого поддержать и дополнить …
– … и поскольку наше юное крыло, – продолжил тем временем Люк, – уже обрисовало, пока в общих чертах, – повел он успокаивающе рукой в сторону Игоря, – свою позицию, я думаю, элементарная справедливость требует сегодня дать слово человечеству.
Я закивала Марине, горя желанием начать оказание аргументированной поддержки именно с нее.
– Справедливость? – даже не заметила этого она, сверля Люка сузившимися до предела глазами. – Дать слово человечеству? Снизойти соизволили? А я повторяю – не о чем нам с вами говорить! Сначала они кампанию разрабатывают, как нас окончательно в рабство загнать, а потом милостиво позволяют высказаться по этому поводу? Вам полного одобрения хватит или благодарностью его приправить – глубокой?
– Марина, если бы не он, то мы бы об этих планах до сих пор ничего не знали, – совершенно неожиданно для себя поддержала я вовсе не ее – чертова справедливость!
– Какие интересные разделительные линии, – задумчиво произнес Люк, глядя в какую-то неведомую даль. – Мы, вы, они – такие короткие и такие емкие слова … Как только узнать границу между ними? – Он встряхнул головой, и взгляд его снова сфокусировался на Марине. – Надеюсь, я не слишком удивлю вас всех, сказав, что все миры создаются по нашему образу и подобию? Даже когда изначально мы планируем совершенно другой дизайн. Даже когда мы пытаемся изолировать его от непреодолимого притяжения центра. И поверьте мне, – обвел он внимательным взглядом всех присутствующих, – если, как я понял, этот мир все еще весьма далек от идиллии, то это всего лишь слабое отражение клубка противоречий у нас наверху.
– А Вы, правда, стояли у истоков нашего мира? – подала голос Дара, и все снова вставились на Люка. С нетерпеливым ожиданием – даже Марина.
– А, наш дорогой Макс иногда чрезмерно привержен официозу! – небрежно махнул рукой Люк. – Но в целом он прав – я действительно принимал … – дрогнули у него губы, – довольно активное участие в создании земли.
– А потом надоело? – уже пришла в себя Марина. – С чего это сейчас интерес вернулся?
Люк откинулся на спинку стула, и уже растянувшиеся в мечтательной улыбке губы его плотно сжались.
– Мой интерес к этому миру никогда не пропадал, – произнес он с легким намеком на горячность в голосе. – Чего не скажешь о возможностях. Но сейчас здесь сложились все условия для возвращения не моего интереса, а меня.
Он припечатал последнее слово с такой властной уверенностью, что все совсем притихли, озадаченно переглядываясь.
– Зачем? – Как и следовало ожидать, не поддалась его тону одна Марина. – Клубком противоречий поделиться? Подобие своему образу до совершенства довести?
По опыту общения с моим ангелом – и своего, и особенно Марининого – я ожидала резкого всплеска горячности в разговоре – Люк, однако, вдруг расплылся в широчайшей улыбке.
– О нет! – Он явно сдержал рвущийся наружу смех. – Этот мир всегда обладал своим собственным совершенством – чему Вы являетесь неоспоримый примером.
Слева от меня раздалось легкое хрюканье – я даже забыла, что там Тоша находится. Проследив за его взглядом, я увидела совершенно невероятную, невозможную по определению картину – Марина растерялась. Она даже в Тошу метнула испепеляющим взглядом чисто автоматически – испортив эффект хлопающими глазами.
– Мы можем продолжить давать оценку сложившейся ситуации, – пришел ей на помощь Люк, – но это не изменит факта ее существования. Так что давайте все же перейдем к обсуждению наших действий по ее исправлению. Ваши предложения? – Во избежание недоразумений он протянул Марине раскрытую ладонь.
– Нет ничего проще! – отпрянув от нее, Марина принялась рубить воздух своей. – Убрать всех ангелов с земли, чтобы духу их здесь не было! И тогда мы у себя сами порядок в два счета наведем!
– Всех? – заинтересованно прищурился Люк, и перевел взгляд на наших детей. – Вас устроит такое решение? А вас? – повернулся он ко мне и Тоше.
– Ага, сейчас, разбежался! – буркнул тот.
– Ни за что! – переглянувшись, хором объявили наши дети.
– Я здесь с Вашего полного согласия! – пискнул Киса.
– А Татьяну-то за что? – впервые подала голос Светка.
– Марина, ты совсем с ума сошла? – завершила я этот нестройный хор своим сорвавшимся от обиды аккордом.
На этот раз она принялась сыпать испепеляющими очередями, явно затрудняясь с выбором очередности цели. Хотя она бы справилась – я всегда в нее верила! – если бы Люк снова не вызвал огонь на себя.
– Похоже, Ваше предложение отклонено большинством голосов, – сокрушенно произнес он, откровенно смеясь при этом глазами. – В утешение хочу напомнить Вам, что этот мир создавался для людей, но ангелы трудились над ним рука об руку с последними. И следы их совместных усилий уже намертво сплетены в его картину. Поэтому отсечь его от половины создателей уже, как оказывается, просто невозможно.
– Это все очень интересно, – перебил его Тоша с подозрительной настороженностью и во взгляде, и в голосе, – но что Вы предлагаете?
– Для начала я предлагаю установить более тесную и прямую связь, – с готовностью отозвался Люк. – Со мной. События могут начать разворачиваться стремительно, и мы должны быть готовы к такой же реакции на них. Мне говорили, что Вы можете с этим помочь?
– Да, конечно, – туже загоревшись, закивал Тоша. – Большие массивы информации лучше через облако передавать.
– Через что? – озадаченно моргнул Люк.
– Да Вам это не нужно! – отмахнулся от него Тоша. – Это хранилище любых данных, его здесь просто так называют. Хотя, – удивленно скривился он, – название прямо какое-то символическое получается: облака-то, в принципе, где-то между нами расположены.
– Человечество хранит свою информацию в облаках, – медленно повторил Люк.
Глава 12.15
С самого первого взгляда на лице у него нарисовались выражение примерного ученика, старательно повторяющего за учителем урок, чтобы ничего в нем не пропустить. Вот только за маской всепоглощающего внимания то и дело безудержное веселье мелькало. Которое я уже однажды видела – также мельком – на лице Винни, когда Стас скептически поинтересовался, уверен ли он, что его их верховный правитель примет.
– Точно! – одобрительно кивнул ему Тоша, и затараторил дальше: – Мы будем туда загружать все материалы, которые вам эти конспираторы, – не глядя, мотнул он головой в сторону детей, – передавали, и вы с ними прямо там и ознакомиться сможете. А то эти архивы гонять – только батарею садить. С облаком Вам только доступ понадобится – и все мгновенно перед Вами.
– Мне понадобится доступ к информации, – повторил Люк дрогнувшим голосом, вытянув губы трубочкой и округлив глаза.
– Я Вам его предоставлю – не волнуйтесь, там ничего сложного! – небрежно махнул рукой Тоша, словно отбрасывая нелепую до смешного мысль. – Я Вам сейчас покажу.
Нагнувшись, он рывком открыл стоящий между ножками его стула рюкзак и вытащил оттуда ноутбук.
Я нахмурилась. Это был обычный ноутбук – я даже вспомнить не могла, сколько я таких на земле перевидала и на скольких сама работала. В офисе у Сан Саныча я на них даже внимания не обращала – они там обычной деталью интерьера были. А вот сейчас он мне почему-то показался ужасно тяжеловесным и громоздким. Как первые печатные станки в музее.
Вот оно – незаметное, подспудное, иезуитское воздействие ангельской жизни! Я покосилась на Люка – он уставился на неуклюжего родственника небесных панелей с таким видом, с которым люди, наверно, на первый самолет смотрели.
– Зерно, оброненное в почву, не может втуне в ней пропасть, – произнес он наконец с самым настоящим благоговением в голосе.
– Ну, понятно! – язвительно разрушила последовавшее озадаченное молчание уже окончательно пришедшая в себя Марина. – Сейчас выяснится, что и компьютеры нам мудрые небожители принесли!
– Мудрые небожители, – перевел на нее все еще восхищенный взгляд Люк, – могут принести только мысль. Ее силу обычно недооценивают – а она нетленна и неуничтожима. Приятно вновь убедиться в этом – обстоятельства сложились куда лучше, чем я смел надеяться. – Он снова повернулся к Тоше. – Я возьму завтра с собой нечто похожее …
– Подождите! – подскочила я. – Зачем? А если …
– Я возьму свою машинку, – небрежно уточнил Люк. – Она под более чем надежной защитой.
– Вот! – ткнул пальцем Тоша в Марину. – Чтобы все так понимали, что пароли ставить нужно!
– Покажите мне, как работает Ваша, – придвинулся к нему Люк. – Я попробую настроить свою, чтобы обеспечить их совместимость.
– А право слова человечества уже, как я понимаю, закончилось? – презрительно бросила ему Марина.
– Ни в коем случае! – с крайне серьезным видом заверил ее Люк, непонятно с какого перепуга встав и отказавшись с ней лицом к лицу. – Оно едва только началось. Сейчас у нас осталось слишком мало времени, но завтра – я обещаю! – все мое внимание будет отдано Вам. Как я убедился, – он усмехнулся какой-то своей мысли, – в Вашем лице человечество обрело несокрушимого защитника, поэтому попрошу Вас подготовить предложения по его участию в нашем … – Он явно проглотил какое-то слово. – … освободительном походе. Но только реальные предложения, – с нажимом добавил он, – и завтра я полностью в Вашем распоряжении.
– Ну, тогда не обижайтесь! – прищурившись, процедила Марина с угрозой.
– И теперь, если позволите, – продолжил он, словно не услышав ее и проникновенно глядя на нее сверху вниз, – я бы предложил Вам провести остаток времени с Татьяной. Боюсь, Вы даже не представляете себе, как она ждала этой встречи … – Он обернулся ко мне за подтверждением.
– Выпроваживать меня?! – догнало его в полуобороте.
Мы со Светой вскочили одновременно. И одновременно оказались возле Марины. Обхватив ее с двух сторон, чтобы руками не размахивала, и потащив к выходу из гостиной.
– Вообще обалдели?! – запыхтела Марина, задыхаясь – от нашего крепкого объятия, хотелось надеяться, а не от возмущения. – Отпустили меня! Быстро! Я сама!
Мы ее и отпустили. Но только уже на кухне. После того, как Светка ногой дверь захлопнула.
Там она запорхала с места на место, ставя чайник на плиту и меча на стол заварник, сахарницу, тарелку с печеньем, конфеты и даже вазочку с вареньем – и бормоча что-то под нос, как заведенная. Мы с Мариной сели по разные стороны стола, старательно не глядя друг на друга. Меня нервный смех разбирал – а вот что в ней бурлило, мне узнавать не хотелось. Она – не мой ангел, она потом о сказанном не пожалеет.
Когда чай был готов, Светка осторожно, на вытянутых руках, поднесла мне чашку и поставила ее на стол, затоптавшись на одном месте. Но не приближаясь.
– Может, сильно горячий? – залопотала она, сложив перед собой руки и тиская их. – Так я остужу! И сахару вот – может, насыпать? Сколько? Я вот и печенье испекла – не знаю, понравится ли … Если нет, то вот конфетки – шоколадные, помнится, самые любимые были …
– Ну, началось! – закатила глаза к потолку Марина.
– Свет, ты чего? – оторопела я, протягивая к ней руку – она отшатнулась.
– А ну-ка, села мне! – ткнула Марина пальцем в стул между нами. – И хорош комедию ломать!
Светка тяжело опустилась на стул, поставила локти на стол и подперла руками голову, косясь попеременно то на меня, то на Марину.
– Какую еще комедию? – забубнила она, ни к кому конкретно не обращаясь. – Это кому комедия? У меня голова как тронулась, так и не останавливается! Татьяна – ангелица, это кто такое выдержит?
– Ну ты, Свет, как скажешь! – чуть не поперхнулась я чаем. – Это же все равно я! Вот, – я снова раскрыла ей ладонь, – потрогай меня!
– Потом! – Она уже не отшатнулась, но все же слегка отстранилась. – Дай мне мозги в голове назад сложить.
– Как в меня вдвоем вцепились, – фыркнула Марина, – так ничего, а теперь дергается она!
– То не считается, – огрызнулась Светка, – я в тебя вцепилась. А ты? – вдруг рявкнула она на меня, впервые глянув мне прямо в лицо. – Если бы еще только ты! У нас же какая компания хорошая была – а теперь что выходит? Большая половина в ней – нелюди? У меня же теперь в семье крестница полу-ангелицей оказалась! И сын к такой же пристроился – а внуки пойдут, как мне с ними разговаривать?
– И что – компания хуже от этого стала? – тихо спросила я – от обиды у меня в горле запершило. – И Дара с Аленкой тебе уже не по нраву? Может, и Игорь тоже? Так вели Олегу от них подальше держаться – только он смелее тебя оказался! Марина, да скажи ты ей! – по привычке воззвала я к самому авторитетному голосу в нашей троице.
– А я тебе уже тысячу раз повторила, – громыхнул самый авторитетный голос, – что с ангелами отлично можно общий язык найти – если в узде их держать.
– То тебе можно, – отрезала Светка, – тебе вечно все с рук сходит. А обычному человеку – который всю жизнь ангелов бесплотными посланниками Божьими себе представлял – что делать?
– Свет! – Я взяла ее за дернувшуюся руку и крепко сжала, чтобы не вырывалась. – У нас всех, что, рога вдруг выросли? Изо рта огонь, из ушей пар, а из глаз молнии? Мы же не изменились – так в чем дело?
Светка с Мариной переглянулись – и лица их сделались одинаково непроницаемыми.
– Да нет, Татьяна, – снова повернулась ко мне Светка, – ты-то как раз изменилась. У тебя взгляд другой стал – словно ты много всякого повидала. Так ты расскажи-то! Что там с тобой было? Что там вообще происходит – ну, потом, после …
– Вот и я бы об этом послушала, – прищурилась Марина. – И в подробностях.
В подробностях получилось только на следующий день – в дверь вежливо постучал Люк и сообщил мне, что наше время истекло.
Мы вернулись за пару минут до окончания утренней разминки наших ангелов – он как раз успел мысленно напомнить мне о строжайшей тайне наших отлучек. И испарился.
На моего ангела отсутствие Лю … нет, уже, наверно, опять Винни, хотя он по возвращении так и остался в невидимости – а потом и ушедшего в главную ангельскую администрацию за отчетами Стаса – подействовало, как валерьянка на кота. Он ни минуты в покое усидеть не мог, принимая то одну, то другую нелепую позу, вздыхал, что-то бормотал себе под нос – и то и дело бросал на меня умильные взгляды.
Я же с головой ушла в работу, загнав все еще столь свежие и яркие воспоминания о земле и землянах как можно глубже в свой батискаф. Моя панель все еще работала в отложенном режиме, и после часа лихорадочной – куда быстрее прежнего – диктовки я смогла снова и снова перебирать их в памяти. Слово за словом, жест за жестом, взгляд за взглядом, словно едва утоливший голод – крошки, оставшиеся от случайно найденной краюхи хлеба, но смаковала я их все в том же батискафе – полная поглощенность Макса своей панелью вовсе не значила, что «жучок» тоже оглох и ослеп.
Мой ангел не угомонился и во время перерыва. Не успели мы расположиться в уютных креслах, в которых мне особо тепло земля вспоминалась, как он разразился слишком даже для него страстной речью о великом ангельском умении понимать и прощать, видеть истинную суть явлений за их кажущимся фасадом и высоко ценить чистосердечное раскаяние.
Макс язвительно попросил его привести примеры всего вышеперечисленного в отношении его течения.
Тень тоже встрял со своей вечной песней о необходимости проливать ангельскую благодать исключительно на достойных.
В отсутствие Стаса разорались они не на шутку, постоянно выдергивая меня из моей нирваны. И с каждым разом я все больше закипала: вон там, на земле, остались наши дети и близкие нам люди – не говоря уже обо всех остальных – остались без какой-либо защиты, кроме нас, а эти что творят? Там дети смогли всех вокруг себя сплотить, а этим все неймется друг друга лишний раз пнуть?
Хорошо, что перерыв, наконец, закончился. Осталось только Стаса дождаться – при нем они все и дышат-то через раз.
Глава 12.16
Стас, однако, тоже вернулся позже обычного – и тоже мрачнее тучи. Причина чего открылась, когда Тень вышел на свой личный ежевечерний моцион.
– Значит, так, – обвел Стас свинцовым взглядом всех оставшихся. – Тут ко мне наш великомудрый спец по технике подкатился. Пока вы там прохлаждались, – ткнул он пальцем в потолок, – он опять в оборудовании покопался. На случай экстренной связи, как мне было заявлено. Так что, как на экране все замрет – ждите друга.
Не сговариваясь, мы все, словно по команде, повернулись к единственному пустующему до самых недавних пор столу – панели на нем не было.
– Очень интересно! – не отошел еще мой ангел о целого дня свободы. – А если там все замрет, а потом так и заклинит? Кто за это отвечать будет?
– А вот меня больше интересует, – мрачно процедил Стас, играя желваками, – что там будет происходить до того, как все замрет. На мысли можно хоть блок поставить, а с этими новомодными цацками … – Он глянул вопросительно на Макса.
– Следует ли понимать, – прищурился тот, растягивая слова, – что на твоей панели может обнаружиться нечто такое, что ты от нас – опять – скрываешь?
– Ты это на что намекаешь? – начал багроветь Стас, приподнимаясь.
– Хватит! – резко хлопнула я ладонью по столу. – Вы все здесь одно дело делаете или уже забыли об этом? Вам о земле нужно думать, о том, как и чем ей помочь – а вы только повод ищете, чтобы очередную подножку друг другу подставить? Зачем вы здесь тогда? Я говорю раз и навсегда – хватит!
Они уставились на меня так, словно с ними мой стол заговорил. А ведь я для них здесь как раз и была всего лишь элементом интерьера – всегда на месте, всегда функции свои выполняет, всегда молчит. Ну и ладно – интерьеру уж точно глупо ждать, пока ему слово дадут. Ему его нужно самому брать – эффект полного остолбенения гарантирован, глядишь, и договорить успеет.
Первым пришел в себя мой ангел – выпрямился, расправил плечи, нос к потолку задрал и засиял такой гордой улыбкой, словно это ему, а не мне удалось Стаса дара речи лишить.
Его позерство сработало прямо в противоположном направлении, вернув Стасу этот дар приумноженным.
– Татьяна, ты здесь давай не зарывайся! – тут же обрушил он его на меня. – Не тебе о сплоченности рядов говорить – я еще с твоей попыткой саботажа не разобрался!
– Не сметь так с моей … – ринулся мой ангел усугублять свое обычное воздействие на Стаса.
– Так давай разберемся! – перебила я его, чтобы они снова не вернулись в ту самую привычную колею, из которой я их только что случайно выбила. – Я хотела остаться на земле. Я могла там остаться. И вернулась я не для того, чтобы опять наблюдать, как вы пасочками в песочнице бросаетесь. Не прекратите – я уйду! Мне Винни слово дал. – Так, завтра первым делом сообщить ему об этом.
У Стаса на лице отразилась крайне напряженная работы мысли – причем, похоже, одной, направленной на прочесывание каких-то воспоминаний.
Макс разглядывал меня с непонятно расчетливым выражением – словно подыскивая мне новое место в своем видении мира.
А из моего ангела как будто весь воздух выпустили – он сник, жуя губами и стреляя в меня глазами с обидой, упреком и надеждой одновременно.
К вечеру в нем определенно победила надежда – он принялся заглаживать вчерашнюю грубость с таким рвением, что мне некогда было думать ни о своем сегодняшнем побеге на землю, ни о завтрашнем его повторении.
– Мир? – еще и утром спросил он меня для верности.
– Мир, – заверила я его, решив, что если уж и ругаться, то за все свои тайные свидания с землей сразу.
Следующее началось прямо с того, на чем мы прервались со Светкой и Мариной. Не получилось у последней Люка сразу в свое полное и безраздельное распоряжение заполучить.
Он действительно захватил с собой прозрачную ангельскую панель и присел возле Тоши, взмахом руки предложив ему вытаскивать свой ноутбук.
– Это займет всего несколько минут, – бросил он Марине, извиняющимся жестом дернув плечом, и поднял панель.
– Это … что? – хрипло каркнул Тоша, когда по ней тут же побежали змеящиеся линии.
– Это сканер, – рассеянно обронил Люк, не отрывая глаз от экрана. – Дайте-ка мне код доступа к этому Вашему облаку.
– Это у нас такое есть? – потрясенно выдохнул наш фанатичный поклонник земных технологий.
– Разумеется, – удивленно глянул на него Люк. – Во всех подразделениях, занимающихся сбором и анализом данных. Уж Вам-то, я надеюсь, не нужно напоминать, что мысленные стиль общения намного эффективнее словесного?
На лице у Тоши отразилась отчаянная борьба. Конец ей положил короткий взгляд на Аленку – все наши дети уже сгрудились вокруг них с Люком, с любопытством разглядывая панель.
– А мне такой можно? – потребовалось все же короткому взгляду более материальное подкрепление.
– Боюсь, пропажу сканера будет нелегко объяснить, – неуверенно покачал головой Люк.
– Вокруг нас наблюдатели все время крутятся и аналитик к ним впридачу – тут же настучат, – решительно вступила в разговор Дара, глядя при этом на Игоря, глаза которого бегали вдоль линий на экране с охотничьим блеском.
– Мы его здесь поставим! – отчаянно тряхнул головой Тоша. – А охрану вашу – вокруг дома, чтобы ни одна ищейка не просочилась!
– Здравствуйте-пожалуйста! – всплеснула руками Светка. – А Сергею я что скажу?
– Замаскируем, – лихорадочной скороговоркой заверил ее Тоша. – Под стекло. На картине. Я ее сам нарисую. Сегодня. И сам повешу. Завтра.
– Это Ваши несколько минут? – перебил его язвительный голос Марины, нарочито обращенный к одному только Люку.
– Да, действительно, давайте пока просто настроим наши машинки, – спохватился тот, и добавил поникшему Тоше: – Но я подумаю над Вашим предложением – не исключено, что оно сможет дать нам дополнительные преимущества.
В глазах его появилось весьма знакомое мне – по другому лицу – мечтательное выражение.
– Полчаса – максимум! – хлестко вернула его Марина на землю, и кивнула нам со Светкой в сторону кухни. – Пошли отсюда – я этих гаджето-зависимых видеть уже не могу.
На сей раз Светка обошлась без пародии на великосветский прием. Поставив чайник, она тут же уселась – все же напротив меня – и подперла голову кулачком.
– Ну, давай, рассказывай, – кивнула она мне с видом ребенка, ожидающего ежевечернюю сказку. – Все же там будем.
– Вот поскорее бы, – добавила Марина, покосившись на дверь в гостиную.
– Не спешите. – Я содрогнулась от воспоминаний о начале своей ангельской жизни. – Не знаю, как это у других происходит, но когда я очнулась, я понятия не имела, ни где нахожусь, ни кто я такая.
– Как не имела? – округлились у Светки глаза.
– А ей память вычистили, – избавила меня Марина от необходимости озвучивать ту первую экзекуцию.
– Как вычистили? – забегали у Светки круглые, как блюдца, глаза между ней и мной.
– Полностью, – яростно прошипела Марина, и я дала себе зарок никогда даже не пытаться узнать ее первую реакцию на эту новость.
– А как же …? – принялась подозрительно мерить меня взглядом Светка.
– А это мы ей память вернули! – Ярость на лице Марины сменилась выражением полного торжества. – Зачем, как ты думаешь, я тебя просила те воспоминания писать?
– Зараза ты, Марина! – вспыхнула Светка, стуча кулачком по столу. – Сказала бы тогда по-человечески – я бы совсем иначе, намного лучше написала!
– Вы все отлично написали! – накрыла я ее руку своей – она даже не вздрогнула, расчувствованно моргая. – Главное, что у вас все получилось – я действительно все вспомнила. Все, до самой мельчайшей подробности – вон Марина меня проверила! – усмехнулась я, вспомнив ее допрос на нашей первой небесно-земной видео конференции.
– Ну, ладно, – проморгавшись, Светка даже грудью на стол навалилась, ловя каждое мое слово. – А потом?
– А потом я училась, – пожала я плечами. – Специальность без образования нигде не дают.
– Как училась? – качнувшись назад, снова захлопала глазами Светка,
– Лучше всех, – хмыкнула Марина. – Она же вечно отличницей была.
– Ну да, – усмехнулась я, вспомнив ажиотаж вокруг моих невольных ангельских открытий. – Могла бы и не стараться. После распределения мы с Ана … – Ура, можно больше себя постоянно не контролировать! – … мы с моим ангелом планировали на землю вернуться, но его прямо перед ним арестовали.
– Как арестовали? – подпрыгнув, Светка зажала рот обеими руками.
– За распространение подрывной литературы, – снова принялась откусывать слова Марина. – Коей сочли наши свидетельства об ангельском вмешательстве в жизнь людей.
– И которые ты заставила моего ангела распространять, – не удержалась я.
– Как заставила? Как подрывной? – булькнуло из-под Светкиных все еще прижатых к лицу ладоней.
– Не важно, дело прошлое, – нарочито проигнорировав меня, ответила Марина только ей. – И представь себе: она еще тогда могла к нам вернуться, но отказалась – без своего болтуна!
– Так понятное дело, – опустив руки, удивленно глянула на нее Светка. – Я бы Сергея тоже не оставила – это тебе только не понять!
Марина закатила глаза к потолку, шумно выдохнув и качая головой.
– Спасибо, Свет! – сглотнула я комок в горле. – Одним словом, напросилась я на дальнейшее обучение – что-то вроде стажировки. А мой ангел пока нашел способ из ссылки сбежать – ему, кстати, Ви … Люк в этом помог …
– Да ну! – глянула Марина на дверь с удвоенным предвкушением.
– … и тогда-то мы и узнали о заговоре, – закончила я, прямо видя перед собой тот сеанс сплошных откровений в помещении Лю … Винни.
– Каком заговоре? – произнесла одними губами Светка.
