Текст книги ""Зарубежный детектив 2026-9". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)"
Автор книги: Джон Вердон
Соавторы: Джон Бердетт,Алекс Никсен,Харим Ким,Джек Тодд
Жанры:
Полицейские детективы
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 70 (всего у книги 201 страниц)
Кимберли протянула мне трубку, и я набрал знакомый номер.
– Ямагатосан, у меня для вас есть работа.
Эпилог
Как только я оказался в Бангкоке, Викорн послал двух мордоворотов меня арестовать. А пока размышлял, что со мной сделать, засадил в камеру. Он знал не все, но достаточно, чтобы понять: на некоторое время я перестал быть полицейским, и именно в этот период Танакан вывернулся из его хватки, в результате чего из рук полковника уплыло дельце, которое поначалу показалось ему самой сладкой в жизни аферой. Теперь он решал, то ли выставить меня вон, то ли низвести на положение раба. Меня, однако, это нисколько не волновало. Он ведь не знал про козырь в рукаве. А пока я наслаждался одиночеством и незыблемым распорядком заключения. Даже не возражал выносить парашу, хотя от вони меня едва не выворачивало наизнанку. Считал это упражнением на буддийское смирение. Но через двое суток заскучал и послал полковнику записку на тайском: «У меня есть видео».
Не бывает так, что до человека нельзя достучаться, если он понимает, что огромный куш сам плывет в руки. И через час полковник Викорн ответил: «Что за видео?»
«Голая правда. Откровенная исповедь кхуна Танакана и кхуна Смита».
Моя реабилитация была такой же стремительной, как и падение. Я оказался в кабинете Викорна и сидел напротив него.
– Хочешь сигару?
– Вы же знаете, я не курю табак.
– В таком случае как насчет ганджи? Ребята взяли наркоторговца с грузом товара экспортного качества. Вот.
Он полез в верхний ящик и бросил на стол герметично закрывающийся пластиковый пакет с плотной зеленой растительной массой. Мне не хотелось ничего от него принимать, но насыщенный цвет травы и огромное количество бутонов поколебали мою решимость. Я потянулся за наркотиком, но Викорн своей тяжелой, узловатой старческой рукой прижал пакет к крышке стола.
– Где видео?
– В тайном месте.
– И что, они в самом деле выкладывают все начистоту? Как сговорились снять этот триллер с реальным убийством, как распределили роли и все такое?
– Да, причем голыми, на четвереньках, на подмостках в очень пикантных позах. Ямми расстарался, хоть ему и пришлось проделать долгий путь.
– Ты использовал Ямми?
– А разве можно было найти кого-то лучше?
– Хорошо. Сколько ты хочешь?
– Тридцать процентов на благотворительность плюс двадцать пять миллионов в качестве инвестиции в производство игрового фильма Ямми. На первый взгляд много, но вы ведь заграбастаете половину состояния Танакана, так что это, в сущности, пустяки.
– Покажи сначала запись.
– Я кажусь вам ненормальным?
– Ладно, если видео хорошее, как ты говоришь, я согласен.
– Тогда напишите. Хочу от вас честного слова.
Викорн нахмурился, затем вынул ручку, написал договор и подал мне. Я достал из кармана диск, подошел к его DVD-проигрывателю и включил питание.
Было приятно смотреть шедевр японца и слушать, как полковник фыркает от смеха и поздравляет меня. Агент ФБР со своим новым оружием стояла рядом с Ямми, а тот, воспользовавшись двумя камерами, сделал из печальной истории сказку. Он заставил Танакана и Смита исповедоваться нарочито медленно, словно они читали поэму на голой сцене перед разбитым слонами домом. Торжественными, выверенными голосами они рассказывали о мельчайших деталях договора с Дамронг и о своей темной страсти, заставившей их подписать с ней контракт. Ее подробными заметками мы с Ямми воспользовались в качестве сценария фильма.
Порой мне кажется, все снова идет нормально. Однако это не так, потому что никогда ничего не было нормально. Исчезла иллюзия неразрывной связи, рассыпалась моя целостность. Вчера, едва сознавая, что делаю, я купил бронзовую фигурку бога Ганеша в образе слона, чтобы использовать в качестве пресс-папье на столе. Ни минуты не проходит, чтобы я не вспоминал Гамона. Постоянно нахожу какой-нибудь предлог, чтобы отправиться в храм медитировать. Но и после этого вижу его повсюду. В мозгу непрерывно звучит: «Когда срываешь последний покров, понимаешь, что в основе человеческого сознания любовь и больше ничего. Мы сходим с ума оттого, что постоянно ее предаем. Трудно с этим жить, но, думаю, надо постараться».
Еще одно небольшое замечание. Несколько ночей назад ко мне приходила Дамронг, а у меня не было сил ей сопротивляться. Во сне (будем для собственного успокоения называть это сном) фигура в шафрановом одеянии с автоматом на плече подняла руку, словно желающий мира Будда, и исчезла. Я проснулся будто от толчка – подле меня мирно спала Чанья.
Из всех только один Викорн постоянно напоминал мне, что дома меня ждет любящая беременная жена. Кто бы мог подумать, что он способен беспокоиться о моем душевном равновесии.
Я вспомнил об агенте ФБР, о чьей внезапно вспыхнувшей страсти почти забыл благодаря недавним событиям. И, обуреваемый сильным желанием творить добро, пригласил ее в «Дон Жуан», где Лек участвовал в репетиции предстоящего представления кабаре транссексуалов. Я тайком провел ее в зал, где мы сели в глубине бара и слушали, как Лек и его приятели кричали, смеялись, импровизировали и отпускали грубые шуточки по поводу того, как Пи-Лек скоро пойдет под нож. Желая утешить, я взял Кимберли за руку, но она быстро отдернула ее. Наверное, рассердилась за то, что показал, как прекрасно ее возлюбленный вписывается в мир трансвеститов и как непроницаем этот мир даже для меня, не говоря уже о женщинах фарангах. Но я ошибался.
Позже, потягивая спиртное на Пат-Понге, она сказала:
– Очень мило с твоей стороны, Сончай, но ты опоздал. Прошла неделя, и я повзрослела. Знаю, разные культуры формируют отличных друг от друга людей. Американцам это трудно осознать, потому что империя, не осмеливающаяся назвать себя по имени, не желает, чтобы мы знали, что есть другие культуры. Но я не глупа – поняла, что он не способен меня любить. Черт, может, он и в самом деле дух в человеческом обличье? И еще я поняла: если снова хотя бы раз отвергну любовь, то превращусь в очередную бесполезную зануду, живущую только на работе. Вот такая западня подстерегает в Штатах людей, особенно тридцатипятилетних одиноких женщин. Мы странное сочетание – наверное, даже несовместимое, – но я хочу проверить. После операции Лек не сможет служить в полиции, а мне невыносима мысль, что он станет продавать свое тело в каком-нибудь баре на Четвертой сой. Поступлю, как страдающий от любви белый мужчина: буду посылать ему деньги, чтобы он не занимался проституцией, а он станет время от времени ко мне приезжать, только, конечно, это будет уже не он, а она. Меня внезапно осенило: ведь у меня есть деньги – то, что ему требуется. И только подумай: на днях мне удалось его рассмешить – так что общение между разными видами до какой-то степени возможно. Согласен? Думаю, мы подружимся. Не надо недооценивать чарующую силу моей страны: Лек ждет не дождется, когда увидит Голливуд и Большой каньон. Если хочешь помочь, не спускай с него глаз и посылай мне отчеты. – Кимберли улыбнулась.
Вот и все, фаранг, за исключением одной небольшой детали: я так и не узнал, кто прислал мне диск с видеозаписью смерти Дамронг.
Искренне ваш в Будде Сончай Джитпличип.
Приложение
Эротика инкорпорейтед – Специальный доклад
Новые технологии превратили Уолл-стрит в рынок порнографии
Тимоти Иган («Нью-Йорк таймс»), 4576 слов
Опубликован: 23 октября 2000 г.
Поправки прилагаются.
Сосредоточенная в долине широких улиц и вездесущих церквей принадлежащая Ларри У. Петерману сеть магазинов видеопродукции предлагает напрокат такие же видеозаписи, какие можно получить повсюду в стране: от классики Диснея до фильмов о сексуальных похождениях медицинских сестер. Бизнес господина Петермана бурно развивался, пока в прошлом году ему не предъявили обвинение в распространении непристойностей и перед ним замаячила угроза банкротства и тюрьмы.
Но непосредственно перед началом судебного заседания, когда адвокат мистера Петермана, господин Рэнди Спенсер смотрел из окна зала суда на отель «Марриотт» в городе Прово, ему в голову пришла мысль. Он послал в отель детектива выяснить, какие порнографические фильмы постояльцы могут смотреть по платному гостиничному каналу. Затем получил справку, какое количество платных передач эротического содержания раскупается жителями района у провайдеров кабельного и спутникового телевидения.
Обнаружилось, что жители округа Юта – места, которое часто называют самым консервативным районом страны, – непропорционально много смотрят именно таких фильмов, которые обвинители назвали непристойными и незаконными. Более того, «взрослое кино» попадает к ним гораздо чаще по кабельным и спутниковым каналам, а не из магазинов Ларри Петермана.
– С какой стати, – возражал адвокат, – предъявлять обвинения одному торговцу видеопродукцией, если тем же занимаются крупнейшие корпорации Америки, включая гостиничную сеть, где в совете директоров состоят такие люди как президент Олимпийского организационного комитета Солт-Лейк-Сити У. Митт Ромни и спутниковое вещание, которое активно поддерживает председатель «Ньюс корпорэйшн» Руперт Мердок?
– Я презираю подобные ленты, – заявил государственный защитник господин Спенсер, декларирующий себя приверженцем мормонов. – Некоторые из них откровенно грязного содержания. Но факт остается фактом: огромное число жителей округа Юта платят деньги, чтобы посмотреть порнографию. Это говорит мне о том, что мы совершенно нормальные люди.
Присяжным потребовалось всего несколько минут, чтобы вынести вердикт: господин Петерман невиновен по всем пунктам обвинения.
Это дело иллюстрирует, что происходит с индустрией, рамки которой раньше ограничивались торговлей в захудалых городских районах и чьи заправилы не мыслили, что их компании когда-нибудь окажутся на Уолл-стрит.
Совершенствование технологий позволило заказывать порнографию домой легче, чем пиццу, а решения судов обеспечили широкую юридическую защиту, и вот теперь американский бизнес продажи возбуждения сексуального желания посредством изображений оценивается согласно исследованию Форестера (Кембриджский университет, штат Массачусетс) в сумму между пятью и десятью миллиардами долларов. Более того, имеет собственную регистрацию в Комиссии по ценным бумагам и биржевым операциям.
Как бы это явление ни характеризовало американское общество, прибыль настолько велика, что среди главных распространителей секса в фильмах и он-лайн встречаются самые известные бренды.
Корпорация «Дженерал моторс», крупнейшая мировая компания, ежегодно продает фильмов эротического содержания больше, чем владелец империи «Хастлер» Ларри Флинт. По оценке дистрибьюторов порнопродукции, которую не подвергает сомнению дочерняя компания «Дженерал моторс» «ДирекТи-Ви», 8,7 миллиона американских подписчиков покупают у нее права на просмотр секс-фильмов по кабельным и спутниковым каналам примерно на 200 миллионов долларов в год.
Корпорация «Экостар комьюникейшн», второй по значению провайдер спутникового сигнала, в состав финансовых спонсоров которой входит и господин Мердок, согласно официальным и частным учетам оборотных средств зарабатывает больше денег, продавая через дочерние спутниковые компании «фильмы для взрослых», чем «Плейбой», старейший секс-бренд, сочетающий издание журнала, кабельные каналы и деятельность в Интернете.
Самая крупная информационная компания в стране «Американская телефонно-телеграфная компания» предлагает подписчикам своей широкополосной сети откровенно порнографический канал под названием «Горячая сеть». Она также владеет компанией, продающей видео сексуального характера почти в миллион гостиничных номеров. Один из пяти постоянных зрителей широкополосной сети «ATT» платит в среднем десять долларов за фильм, желая посмотреть то, что торговцы называют реальным, живым, а не изображаемым актерами всеамериканским сексом.
Несмотря на большие деньги, которые приносит, и приносит легально, большим корпорациям секс, тема порнографии никогда не выносится за пределы залов заседаний советов директоров. Крупнейшие компании, поставляющие зрителю спутниковый и кабельный сигналы, ничего не предпринимают для продвижения на рынке продукции под литерой X, и она не отражается в годовых отчетах, кроме как в завуалированных эвфемизмах.
Ни одна из ведущих корпораций, таких как «ATT», «Тайм Уорнер», «Дженерал моторс», «Экостар», «Либерти медиа», «Марриотт интернэшнл», «Хилтон», «Он комманд», «Лодж нет энтертейнмент» или «Ньюс корпорэйшн», не желает обсуждать порнографическую составляющую своего бизнеса, как бы ни была велика в нем доля «фильмов для взрослых» и сколько бы миллионов держателей акций ни участвовало в этом предприятии.
– Разве можно? – удивляется представитель «ATT». – Это вроде свихнувшейся тетушки в мансарде. Всем известно, что она там, но никто об этом не говорит.
Отелям поставляемый по телевизору секс приносит гораздо больший доход, чем пиво, вино и закуски, продаваемые из мини-баров в номерах. Согласно двум ведущим в этой области компаниям до полутора миллионов гостиничных номеров, что составляет примерно сорок процентов всех гостиничных номеров в стране, оборудованы телевизионными системами, торгующими фильмами, которые обычно показывали только в кинотеатрах для взрослых. По оценке гостиничной индустрии, по крайней мере половина постояльцев отелей смотрят подобные фильмы, и это означает, что платный телевизионный секс приносит торговцам примерно 190 миллионов долларов в год.
В точках розничной продажи американцы ежегодно покупают или берут на прокат видеопродукции порнографического содержания на четыре миллиарда долларов и еще на восемьсот миллионов долларов – фильмов менее выраженной сексуальной направленности. Согласно данным двух торговых организаций это составляет около тридцати двух процентов доходов торговцев видеопродукцией. Такие сети, как «Тауэр рекордз», включают в так называемую эротическую категорию до пятисот названий, что гораздо больше, чем количество фильмов по истории или про динозавров.
В Интернете секс – одна из немногих тем, которые побуждают пользователей раскрывать номера кредитных карточек. Поданным интернет-служб оценки рейтингов, каждый четвертый пользователь сети, что составляет двадцать один миллион американцев, хотя бы раз в месяц посещает один из шестидесяти тысяч порносайтов, что гораздо больше числа людей, «заходящих» на спортивные или правительственные сайты.
Хотя некоторые интернет-торговцы сильно завышают оценки, аналитики службы исследований Форестера утверждают, что порнографические сайты в Интернете приносят ежегодную прибыль в размере около миллиарда долларов, учитывая доход компаний кредитных карт, поисковых интернет-машин и организаторов сайтов, и прочих в этой коммерческой пищевой цепи.
Расположенная в городе Боулдер, штат Колорадо, открыто управляемая компания владеет наиболее популярными интернет-порталами, откуда осуществляется быстрый переход к таким сайтам, как «Девственницы-шлюхи» и «Секс несовершеннолетних». Эта компания, «Нью фронтир медиа», торгует товаром, как всякая другая, и надеется, что через несколько лет ее видеосеть распространится на двадцать пять миллионов домов. Она работает с такими большими компаниями, как «Экостар» и «Ин деманд», – ведущим в стране дистрибьютором платных кинопросмотров, которым частично владеют «ATT», «Тайм Уорнер», «Адванс ньюхаус», «Кокс комьюникейшн» и «Комкаст».
Еще одна компания, «Лоджет нет», в которой председательствует Скотт С. Перерсон, ежегодно зарабатывает 180 миллионов долларов, продавая в номера гостиниц порнофильмы и другую «развлекательную» видеопродукцию. «Лоджет нет» является главным работодателем в городе Су-Фолс в Южной Дакоте, где расположена ее штаб-квартира. Она клиент финансового гиганта Артура Андерсена, и почти пятую часть ее акций держит нью-йоркская инвестиционная фирма «Ред коут капитал мэниджмент» на Парк-авеню.
– Мы довольны тем, что делаем, – заявила Энн Паркер, представитель «Лоджет нет», акции которой выставляются в Системе автоматической котировки Национальной ассоциации дилеров США. – Мы достойные, объединенные в корпорацию граждане. Участвуем в местной благотворительной деятельности.
Самый крупный провайдер откровенного порновидео и содержательного наполнения интернет-сайтов «для взрослых» компания «Вивид интертейнмент груп» из Ван-Нуйса, штат Калифорния, основателями и основными владельцами которого являются Стивен Хирш и Дэвид Джеймс, недавно получила такие банковские инвестиции, что объем ее доступных в будущем году открытых акций свидетельствует о том, что компания в итоге станет первым порномиллиардером.
– Бизнес развлечений «для взрослых» на крутом подъеме, – сказал президент «Вивид» Билл Ашер, чей кабинет располагается в новом здании из стекла и гранита рядом с инвестиционными компаниями и компаниями, вкладывающими деньги в рискованные проекты. – В наши дни много людей зарабатывают большие деньги. Кто-то должен взять над ними контроль. И мы решили: почему бы не мы. И теперь рассматриваем себя как законный двигатель отрасли.
К удивлению господина Флинта – он начинал порнографическую карьеру с продажи фотографий низкого качества обнаженных девушек, на выручку от которой организовывал свои стрип-клубы, – его конкурентами по ежегодному десятимиллиардному рынку взрослых развлечений стали ведущие компании страны, члены директоров которых считаются американской коммерческой элитой.
– Мы в низшей лиге по сравнению с такими компаниями, как «Дженерал моторс» и «ATT», – говорит Флинт. – Но меня не удивляет их успех. Я всегда считал, что сильнее желания выжить только желание заниматься сексом.
Джон Бердетт
Крёстный отец Катманду
Посвящается Нит
От автора
Я признателен Дэвиду Джайлеру за его бесценные замечания, а также Дугласу Мэйсу, который научил меня всему, что я знаю о камнях падпарадша.[85]85
Падпарадша – разновидность редкого и ценного розово-оранжевого сапфира. Термин является торговым, в геммологии его не употребляют. Переводится как с санскрита «цвет лотоса». Сапфиры такого цвета добывают на Шри-Ланке.
[Закрыть]
Третий вид страдания и боли, которую испытывает в этом состоянии душа, обусловлен тем, что встречаются крайности – божественное и человеческое.
Темная ночь души.
Должен же быть какой-нибудь выход…
Боб Дилан.Бессменно на сторожевой башне.
Глава 1
Наш век – век нарастающего психоза. Я готов, фаранг, простить тебе твою психическую неуравновешенность, если ты простишь мне мою. Но об этом позже. А сейчас я в седле мототакси и с грохотом несусь в сторону сой 4/4, что рядом с Сукумвит, где произошло славненькое – просто мечта – убийство. Мой босс, полковник Викорн, позвонил и сообщил приятную новость: он желает, чтобы дело расследовал я, потому что жертва, как говорят, некий супербогатый, суперзнаменитый американец из Голливуда, и он не хочет, чтобы это убожество, детектив Сукум, напортачил с прессой. К детективу Сукуму мы еще вернемся. А пока, фаранг, если нет возражений, нарисуй меня в своем воображении: тропический ветер силой восемь баллов[88]88
По шкале Бофорта. Условная шкала для визуальной оценки силы (скорости) ветра в баллах (от 0 до 17); разработана и предложена английским адмиралом Фрэнсисом Бофортом в 1806 г.
[Закрыть] треплет мне лицо так, что из глаз текут слезы, в ушах щекотно, и я несусь в наш самый знаменитый район красных фонарей, где меня поджидает внушительный по размеру, но совершенно мертвый человек с Запада.
Я приближаюсь к цели. Мотожокея почти не приходится торопить: он, чтобы не попасть в пробку на перекрестке Четвертой сой с Сукумвит, сворачивает на тротуар, лавирует между длинными рядами торговцев едой, активно насыщающих только что проснувшихся шлюх с площади Нана (время около одиннадцати утра), проносится между продавцом манго и фонарным столбом, привычным прыжком возвращается на мостовую так, что седло крепко поддает под зад, и, наконец, чтобы свернуть в переулок (тоже под номером четыре), притормаживает. Невольно задумаешься: что означают две четверки: если их сложить, получится счастливое число «восемь», но, согласно поверьям жителей Гуанджоу, которые в качестве необходимого составляющего глобализации завоевывают весь мир, две четверки символизируют двойную смерть.
Ну вот мы и у цели. Две патрульные машины и фургон судмедэкспертов приветствуют вас своим видом в это прекрасное утро на стоянке у дома, где сдают дешевое жилье.
И еще меня ждет Лек, мой длинноволосый помощник – катой, то есть транссексуал, который для решающей операции по смене пола то ли еще не набрался мужества, то ли не собрал достаточно денег. Не глядя в мои неестественно блестящие глаза (я медитировал всю ночь), он сообщил вполголоса, что детектив Сукум прибыл до меня и уже сторожит труп как свою собственность.
Старина Сукум на ползвания выше меня, и в деле продвижения по службе мы с ним конкуренты. Как лесной плотоядный зверь, он склонился над жертвой с таким видом, словно убийство – дело его рук. Но разве можно его винить? Профессиональному риску заболеть некрофилией подвержен каждый, кто служит в убойном отделе. И теперь я не сомневался, что мой конкурент распустил слюни над богатым трофеем, словно наткнулся в канализации на алмаз Кохинор. Согласно шкале ценностей, которую нам привили в курсантской школе, это убийство с любой точки зрения можно было назвать «руанг яй» – значительным. Мне стало интересно, как Сукум воспримет мое обременительное присутствие. Наверное, удастся огорошить его.
Лек провел меня мимо будки охранника на парковочном этаже, одновременно служившей входом в десятиэтажный дом с квартирами ниже среднего, построенный в спешке пятнадцать лет назад с целью нажиться на сексуально озабоченных белых мужского пола лет за сорок. Это был беспроигрышный бизнес-ход: за первые три года дом окупился, а затем превратился для своих хозяев в медовую реку. Краска на стенах вздулась и местами отслоилась, обнаружив белую штукатурку; повсюду попадались надписи: «Шел бы ты, фаранг, куда подальше» (на тайском), «Сарли, мне было с тобой так хорошо прошлой ночью» (на английском).
Кабина лифта оказалась совсем крошечной – даже такие некрупные люди, как мы с Леком, оказались в ней в смущающей близости. Столкновение ароматов нашей парфюмерии выдавало наши ориентации: Лек не мелочился – пользовался духами «Шанель № 5», которые выклянчивал у моей матери Нонг, а я – мужественным, типа «в плен не беру», эксклюзивным одеколоном от Армани.
– Возможно, это случай для агента ФБР, – предположил я в лифте.
– Бедняга застряла в Виргинии, – ответил мой помощник. – Сломала руку во время боевой тренировки. Дралась одновременно с двумя инструкторами. Оба, конечно, проиграли, а она так и не смогла сделать между ними выбор, потому что все еще влюблена в меня. Только не говори ей, что я тебе рассказал про это.
– Кимберли? Неужели?
– Она прислала мне письмо по электронной почте.
Кимберли Джонс, агент ФБР, – моя приятельница и приятельница Лека. Впрочем, больше Лека, чем моя. Это долгая история. Мы расследовали вместе с ней несколько случаев международного характера, и она влюбилась в моего помощника. Этот факт смутил ее до чертиков: не стала ли она, благодаря любви к транссексуалу, лесбиянкой? Боюсь, фаранг, в твоей культуре мало найдется такого, что позволило бы разобраться в этой головоломке. Вот она постоянно мне и звонит.
Коридор на четвертом этаже привел нас к номеру 422, где стояли двое полицейских в форме.
Они расступились, пропуская нас в квартиру, где уже ждал дородный американец ростом не меньше шести футов. Он полусидел (или полулежал – как тебе удобнее представлять, фаранг) на кровати в одних гигантских шортах, поверх которых, словно требуха в лавке мясника, вывалились его внутренности. (Кровать была настолько узкой, что кое-что даже свешивалось на пол – оставалось только удивляться, как он здесь умудрялся заниматься сексом.) Трагедия этого центрального персонажа настолько приковывала внимание, что мелкие тайские полицейские с командой судебных экспертов казались чем-то вроде греческого хора.
Но вот вперед выступил Сукум.
Детектив Сукум Монтри – тайский коп лет тридцати с небольшим, недурен собой, честный и правильный, когда его не обуревают страх, враждебность или жажда наживы. Впрочем, все мы такие. Но в тот момент я заметил в его глазах огонек человека, решившего, что настало время обоим соперникам сбросить фиговые листки товарищества и, обнажив свои мужественные члены, выяснить, кто главнее. Что ж, у меня для него хорошие новости: благодаря вывертам своей больной психики я сегодня metas – это слово на санскрите означает «само добротолюбие».
Однако очень важно не испортить людей. Я сообщу ему благую весть, что сегодня мне плевать на повышение – а может, и до конца жизни. А пока предлагаю оценить внешний вид Сукума.
Черный пиджак, черные брюки, белая рубашка и узкий розовый нейлоновый галстук (розовый, потому что сегодня вторник, а для нас, тайцев, каждый день недели соответствует определенному цвету). Все вещи сугубо рядовые, то есть недостаточно хороши, чтобы заподозрить в них подделку. Пиджак узок в плечах, жмет под мышками и весь морщинит, хотя я не сомневаюсь, что его только вчера отутюжили (наши гениальные подделки образцов французской и итальянской высокой моды никогда не бывают настолько бездарными. Портной Сукума, если он у него есть, скорее всего китаец, причем старой школы, привыкший экономить ткань).
– Доброе утро, детектив. – Я обратил внимание на положение его рук, когда он поклоном здоровался со мной (ладони сжаты и подняты точно на уровень губ, пауза выдержана ровно столько, сколько следует). Я ответил ему точно таким же приветствием. Сукум кашлянул. – Очень любезно с твоей стороны примчаться мне на помощь.
Я пробормотал что-то неопределенное, вызвав улыбку Лека.
– Разумеется, я оценю твой особый вклад. – Сукум имел в виду мое знание английского языка, который я перенял у клиентов матери, и половину белой крови, что давало мне уникальную возможность проникать в загадочное западное сознание.
– Да ну?
– Конечно. Но не будем отвлекаться – к делу.
– Согласен.
Сукум понизил голос почти до шепота.
– Буду говорить прямо: неписаное правило, что, если убит белый, дело ведешь ты, применимо лишь в том случае, если убийца тоже белый. И не действует, если фаранга завалила тайская шлюха.
Я сунул в ухо мизинец – оно еще зудело после гонки на мотоцикле – и выковырял немного серы.
– Неужели? Прости меня, кхун Сукум, но разве в том, что ты сказал, нет нарушения логики? Ведь до окончания расследования неизвестно, кто убийца – фаранг или таец.
– Так и знал, что ты скажешь именно это, – огрызнулся детектив. – Но здесь явно дело рук тайцев.
Я демонстративно повел глазами вдоль страшной раны, тянущейся от солнечного сплетения почти до паха. Убитый был настолько крупным мужчиной, что миниатюрной тайской девушке пришлось бы встать на цыпочки, чтобы ударить ножом под нужным углом. Я скептически покосился на Сукума.
– Согласен, нужны определенные усилия, – кивнул тот. – Но ты же знаешь наших девчонок: если их понесет, то уж ничем не остановишь. Может, он требовал от нее анального секса, и она взбесилась. Шлюхи в наши дни стали очень разборчивыми.
– Я слышал, убитый знаменит.
– Намекаешь, что его заказали? Но если даже так, заказ скорее всего исполнил таец. В Таиланде девяносто девять и девять десятых процента заказных убийств совершают тайцы, – патриотично заявил детектив.
– Это официальная статистика? Возможно, ты прав, кхун Сукум. Не возражаешь, если я осмотрюсь?
В основном я глядел на убитого американца. Его длинные седые волосы были забраны на затылке в хвостик, благодаря седой бороде и без того массивное лицо казалось еще шире. Рот полуоткрыт, из уголка губ слегка сочилась кровь. Я окинул взглядом помещение. Мое внимание привлекли книги. Вспомнил, что Сукум вообще не владеет английским.
Я невольно сделал два шага к полупустым книжным полкам, где вперемешку стояли романы и киносценарии, и впился глазами в томик рассказов Эдгара По. Чтобы Сукум не заметил, как я нахмурился, повернулся к нему спиной. Мое удивление еще больше возросло, когда я прочитал другие названия. Едва оторвал от книжной полки взгляд и некоторое время расхаживал по комнате, стараясь не смотреть на книги. На мгновение задержал глаза на дешевом телевизоре с лучевой трубкой и стоящем ниже на полке DVD-проигрывателе. И, сцепив руки за спиной и не останавливаясь, обратился к детективу:
– Кхун Сукум, окажи мне услугу – выполни мою причуду. Будь добр, открой рот убитого и скажи, нет ли внутри камешка или насекомого. Или того и другого.
Сукум подозрительно покосился на меня, открыл великану рог и сунул внутрь пальцы. Оттуда вывалилось большое черное насекомое и кусочек гальки. Детектив со страхом уставился на меня. Я прочитал в его газах и ненависть, и зависть.
– Во имя Будды, как тебе это удалось?
– И еще: посмотри-ка, что там у него на макушке в области родничка. Потяни за волосы, да не жалей сил.
Сукум сделал, как я просил, и от головы американца вместе с волосами отделилась верхняя часть черепа. Стали видны мозги жертвы – все еще ярко-красные под защитной оболочкой, но лишенные нескольких складок в левой доле.
Сукум посмотрел на меня дикими глазами, я же отвел взгляд и стал рассматривать грязный кофейный столик, на котором были оставлены пластмассовая ложка и бумажная тарелка. Сукум невольно поежился. Лек весь светился, восхищенный моим блестящим талантом сыщика. Я только пожал плечами. Дрожащей рукой Сукум вернул макушку убитому, стараясь, чтобы все встало на место, и боясь надавить крепче, как опасаются повредить хрупкую головоломку. Затем поднял голову.
– Не представляю, как ты это проделываешь. Видимо, помогает твоя кровь фаранга.
Мне было жаль его: на глазах амбиции сдулись, как лопнувший шарик, потенциальный гонор рассыпался в крошево. Сукум сделал над собой усилие и нехотя признал:
– Согласен, дело – твое. Убийца явно белый. Среди тайцев настолько ненормальных не найти.
Я покачал головой и воскликнул:
– Нет-нет, дорогой кхун Сукум, я не помышляю вставать между тобой и твоей мечтой стать сержантом уголовной полиции! У меня в мыслях нет ничего подобного, приятель. Рассматривай меня в качестве резерва. Вот номер моего личного мобильного телефона. Звони, если зайдешь в тупик. Договорились?
Лек потянул меня за рукав – хотел по секрету сообщить что-то конфиденциальное.
– Мне пора. Вскоре встретимся и все обмозгуем. Я не против, чтобы на папке с делом стояла твоя фамилия. Самому мне ничего не надо, кроме чести оказать помощь в раскрытии такого впечатляющего убийства. – Я улыбнулся, позволяя моему помощнику увлечь меня из комнаты. Однако на пороге задержался и повернулся к Сукуму. – Я понимаю, у тебя уже появились какие-то соображения. Но на случай если это каким-то необъяснимым образом ускользнуло от твоего внимания, скажу следующее: убитый здесь не проживал. Нет ни одежды, ни других следов обитания – только несколько книг. Я бы на твоем месте навел справки в пятизвездочных отелях поблизости. – Сукум так мало знал о фарангах, что сам бы до этого не дошел. – Видимо, он снял это помещение, чтобы заниматься сексом, а сам остановился в шикарном номере в отеле «Дусит Тани» или каком-нибудь подобном.
