Текст книги ""Зарубежный детектив 2026-9". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)"

Автор книги: Джон Вердон

Соавторы: Джон Бердетт,Алекс Никсен,Харим Ким,Джек Тодд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 177 (всего у книги 201 страниц)

Глава 58

АХО, АРИЗОНА

– Нет, ты точно спятил! – рявкает Швайгер. – Ты чертов псих! А я-то думал, что сумасшедшая из вас Линнея Рен!

Они отошли от остальных и удалились в другое помещение – бывший чулан или исповедальню. Там пахнет песком и старостью, ушедшим временем. Лет в двадцать Рио привлекали некоторые идеи католичества, как, впрочем, и других вероисповеданий и религий, и он удивлен, что до сих пор помнит катехизисы и молитвы, которые будто эхом доносятся из темных углов и дальних комнат старой церкви.

– Нет, – стоит на своем Швайгер. – Нет!

– Эти двое местных знают окрестности, так что нам лучше разделиться на отряды. В одном буду я, Дивайн и Бэрроуз, в другом вы, Линнея и Эллис, а в третьем – двое ваших агентов и Гарсия. Так мы охватим больше территории, по крайней мере по трем основным дорогам и в районах между ними.

– Дивайн здесь на птичьих правах, – мотает головой Швайгер. – А вы вообще едва стоите на ногах.

– Поэтому я и стараюсь держать вас от Дивайна на расстоянии, вроде как он действует сам по себе. Так вы сможете откреститься от того, чем он занимается. Ну а со мной все будет нормально.

– Уж не знаю, заметили вы или нет, но Эллис от каждого раската грома и каждой вспышки молнии бросает в холодный пот, – саркастически смеется Швайгер. – Вот уж у кого не все дома! Мы не можем ни телефон отследить, ни посмотреть на местность с воздуха, ни установить наблюдение. Даже если мы в такой буре и наткнемся на УЦМ, что будем с ним делать? На каком основании задержим? В лучшем случае он уйдет от ареста, сославшись на правовые и этические нормы. А в худшем кто-то из ваших так называемых оперативников пострадает. Или погибнет. Мы уже не на Диком Западе, Рио. Мой ответ нет! Мы не готовы ни стратегически, ни тактически.

– План неидеален. Но он сработает: мы постараемся.

На лице Швайгера читается внутренняя борьба: с одной стороны, нужно делать свое дело, а с другой – поступать разумно, чтобы потом составить грамотные отчеты и не получить по шапке от начальства, которое их еще не раз перечитает. С другой стороны, пропала маленькая девочка, и даже если Швайгеру кажется, что искать ее уже поздно, – все равно надо. И проблема именно в этом: он думает, что они безвозвратно потеряли Руби.

Считает себя проигравшим.

– Мы ведь не знаем, вдруг она жива, – напирает Рио. – И даже не уверены, что ее похитил УЦМ. Дивайн сказал, что по обстановке возле трейлера ничего не понятно, и у Лукаса Китса ничего выведать не удалось. – Если его ударили током так же сильно, как и Адана, то он еще долго ничего не расскажет. – Есть также версия, что девочка убежала ночью в пустыню, причем выжила, оставшись совсем одна.

– И вы в это верите?

– Это сейчас не важно.

– Вы и раньше так работали? – Швайгер явно не убежден. – Пытались выставить себя героем. Без поддержки, без протокола, без плана. Вот и думайте, к чему это привело и вас, и Линнею.

– Мы оба живы.

Швайгер снимает очки и раздраженно стирает со стекол капли дождя. Без очков агент выглядит моложе, как ботаник, решающий сложную контрольную. Однако речь не о прошлом и не об абстрактных предположениях. Все по-настоящему.

– Что бы вы ни думали и сколько бы ни бушевала гроза, Энди Эллис не будет сидеть сложа руки и ждать, пока мы на что-то сподобимся, – напоминает Рио. – Она мать, потерявшая в пустыне дочь, и, если вы пока не готовы заявить, что девочку живой уже точно не найти и нет смысла рисковать, тогда позвольте нам поговорить с Энди, заставить ее нам помочь. Потому что она нам нужна. Все они нужны.

Швайгер нацепляет очки обратно и смотрит в дверной проем на мнущихся в нетерпении союзников, ждущих от главного распоряжений – хоть каких-нибудь. А если их не поступит, эти люди сами возьмут дело в свои руки.

Когда агент переводит взгляд на Рио, тот понимает, что спор окончен.

– Ладно, – сдается Швайгер. – Выдвигаемся через пять минут.

Глава 59

АХО, АРИЗОНА

– Я тоже ненавижу дождь, – делится с Энди Линнея. – Всю свою жизнь. Я столько ночей провела под дождем в поисках… В надеждах. – Прислоняется к стене, слушая, как снаружи шумит ливень. – После грозы все даже пахнет по-другому.

– Это петрикор, – поясняет Энди. – Запах дождя. Я как-то сказала своей подруге Белле, что каждая капелька дождя – это крохотная гроза, и в каждой есть искорка молнии. А Белла раньше говорила, что во время бури пустыня оживает.

– Мысль красивая, но дождь мне все равно не нравится. – Линнея прислушивается к шороху ливня. – Хотела перед вами извиниться. Обычно мы гражданских не привлекаем.

– А вас привлекают постоянно? – переспрашивает Энди.

– Пожалуй. Я трудилась над множеством серийных убийств, – уклончиво отвечает Линнея, не называя точное количество и не уточняя, как человек способен превратить этот кошмар в работу и получать деньги на стольких смертях. – И ни в одном из них нет ничего нормального.

Она отходит в сторонку, берет музейную брошюру, рассматривает, отбрасывает в сторону.

– Люк выживет?

Энди не удалось ни увидеться с ним, ни поговорить: пограничный патруль увез его в Каса-Гранде еще до ее приезда вместе с Линнеей и другими агентами, и никто не потрудился рассказать Энди, как у Люка дела.

Линнея пожимает плечами, даже не пытаясь подсластить пилюлю, и Энди благодарна ей за это.

– По словам Дивайна, хотя Лукаса сильно ранили, он сражался до последнего. Впечатляет. Хорошо еще, что мы успели к нему вовремя. Вашей дочке повезло, что он оказался рядом.

– Вы называете это… везением? – Энди борется со слезами.

– Порой это оно и есть. – Линнея слушает дождь. – Знаете, не так уж сильно мы отличаемся.

– Сомневаюсь.

– Вы… особенная, избранная. С тех пор как в вас ударила молния. У меня тоже всегда был особый дар – раскрывать подобные дела.

– Тоже мне дар!

– Сама не в восторге, – соглашается Линнея. – У меня две дочери, которые годами страдают из-за меня и моих странных занятий. Понимаете, я всегда ценила свою избранность, может, даже считала, что не зарывать талант в землю гораздо важнее, чем быть матерью. Мне казалось, что, мотаясь по стране, я спасаю мир. Сейчас я уже не так в этом уверена. Хочу ли я стать обычной женщиной? Не знаю.

– Тогда мы совсем непохожи. Я никогда не хотела быть особенной. И никогда не хотела такой жизни для Руби.

Линнея улыбается, у нее даже почти пропадают шрамики на веках.

– Значит, вы лучшая мать, чем я. Вы всегда в первую очередь защищали Руби. Я знаю. Я вижу.

– И все-таки вы ничего обо мне не знаете, – качает головой Энди.

– Я знаю, что вы были сильной, очень сильной, чтобы и самой выжить, и дочь поднять. И знаю, что вам и сейчас надо оставаться сильной, даже сильнее, чем всегда. Мне нужно, чтобы вы сосредоточились на своем гневе, на боли от потери, потому что именно она и придаст вам сил. А еще мне надо побольше знать о Руби: так будет проще ее найти. Потому что, когда нам это удастся, я хочу, чтобы первой она увидела вас. Доверьтесь мне, именно вы ей сейчас нужны.

Энди переваривает слова Линнеи и наконец позволяет себе прочувствовать боль и ярость – заплакать.

– Вы верите, что она еще жива?

– В большинстве случаев это не так, но у нас случай особый. Необычный. Так что да, я считаю, она жива. Со мной так и было.

– Как?

– Меня похитил серийник, Энди. Тот самый, которого я выслеживала, – такой же, как тип, укравший вашу дочь. Не знаю, чего хотел мой похититель, но уж точно не убить – по крайней мере далеко не сразу. Ему нужно было, чтобы я пожила подольше. Чтобы стала свидетельницей его гадкого поступка, который никогда-никогда не забуду. И мне кажется, что монстр, забравший Руби, мыслит примерно так же. Может, мы не понимаем и никогда полностью не поймем, почему он такой и почему творит подобные вещи, – да он и сам вряд ли осознает, но я подозреваю, что дело отнюдь не в вас. А в ней.

Энди не нравится, куда ветер дует, и она напрягается.

– Не понимаю, о чем вы.

– О Руби. – Линнея отталкивается от стены и подходит к собеседнице. – Я прочитала сотни сообщений, электронных писем и постов в интернете, собранных Тассой Линскотт за последние два года. Там говорится о вас, о «Черном свете», есть даже имейлы Макса Конроя, и мы докажем, что некоторые из этих текстов отправлял серийник. Однако если присмотреться, то увидишь закономерность – вполне себе четкую. Во всех сообщениях и постах прослеживается одна тема, Энди. Вы и ваша дочь. – Линнея кладет руку на плечо Энди. – Подонок знает вас… и знает Руби.

Энди стирает с щек слезы. Ей не нравится эта женщина со шрамами на веках и, наверное, никогда не понравится, но надо ли вообще ее любить? Энди нужна ее помощь, и, возможно, Линнея единственный человек на земле, кто способен сейчас что-то сделать.

Линнея на все пойдет, чтобы спасти Руби.

– Я так старалась ее защитить, – вздыхает Энди. – Так старалась скрыть правду.

Она достает телефон – аккумулятор, как всегда, почти сел. У мобильного Руби тоже батарея заряд не держит, как, впрочем, почти у всех электроприборов в их хозяйстве.

– Руби родилась особенной, – признаётся Энди, ища фотографии, которые хранила под семью печатями и показывала только Стивену, Белле и, наверное, больше никому.

Снимок за снимком – их всего семь.

Новорожденная Руби.

А вот она же все последующие годы: в одной позе, под тем же немилосердным освещением, в котором ничего не утаишь.

Энди поворачивает телефон экраном к Линнее и, глотая слезы, говорит:

– Вам нужно кое-что увидеть.

Глава 60

ГРОЗА

Он нашел ее.

Почти поймал, когда вломился в трейлер, – конец страданий близок.

Я сезон дождей.

Но его остановили мужчина и собака, дали отпор, и он на мгновение потерял свою молнию, а потом и девочку – она выскочила во тьму грозы.

Теперь ему все сложнее сосредоточиться и вообще думать: в голове зашумело, накалилось, мозг попал под чудовищное давление. В буре чувствуешь себя таким маленьким, ничтожным, а ведь хочется, наоборот, ощущать себя всемогущим.

Я сезон дождей.

Над голой пустыней яростно вспыхивают молнии, и от каждого разряда сердце оживает, и кажется, что девочка теперь тоже это чувствует: время тянется дольше, она взрослеет, дотягивается до своего дара – «цветов молнии» и электрических крыльев.

С каждой грозой она становится сильнее, с каждым сезоном дождей обретает могущество. Правда, она не богиня – пока. Сейчас девочка совсем одна в эпицентре бури, как и он.

Перепуганная малышка, потерявшаяся в ливень.

Из темноты ему чудится ее крик и лай чертовой собаки.

Она не может далеко уйти, да и не пойдет – без мамы ей никак.

Я сезон дождей.

Я заберу крылья сияющего ангела.

Я сам – сияние, свет и ярость.

Глава 61

АХО, АРИЗОНА

Рио восхищен Уэйленом и надеется пережить его гнев: тот сверлит их с Дивайном глазами и посылает куда подальше.

– Я пойду только с Энди, – заявляет он.

Дивайн хмуро ухмыляется, косится на Адана и пожимает плечами:

– Ладно, тогда можете вообще никуда не ходить.

– Думаете, вы сами здесь сориентируетесь? – напирает Уэйлен.

– Нет, – признаёт Рио. – Но, поверьте, с вами или без вас, мы очень постараемся. Мы хотим, чтобы вы нам помогли. Вы нам нужны. Однако уступок не будет.

– А пистолеты вернете?

– Да, – кивает Адан. – Я, кстати, хотел спросить, нет ли у вас в трейлере еще?

– Легальных? – уточняет Уэйлен.

– Заряженных, – отвечает за всех Рио.

– Тогда да, такие имеются, – расплывается в улыбке Уэйлен.

Глава 62

АХО, АРИЗОНА

Прежде чем идти на поиски, Энди напоследок останавливается в дверном проеме, куда не проникает ливень.

Она уже не помнит, когда в последний раз сама выходила в грозу, не помнит, когда ощущала на лице дождевые капли. Наверное, это случалось разок-другой после рокового удара молнии в Вирджинии, но Энди не уверена.

Руби и вовсе никогда не бывала под дождем.

Когда они спешили сюда из Тусона, Энди оказалась запертой в чреве грохочущего вертолета, где невозможно ни говорить, ни даже думать – только сидеть в полном молчании, пока лопасти рокочут вместе с громом, а толстая сталь защищает пленников от стихии.

Там было безопасно.

А в пустыне тебя ничто не убережет. Там только ветер, дождь и молния.

Энди смотрит, как черное небо разрезают длинные ломаные полосы, и старается подавить дрожь.

Пожалуйста, пусть у меня получится, пусть я окажусь сильнее, чем о себе думаю.

Она не успела осознать ни свою скорбь, ни смерть Стивена, ни то, что случилось с Люком. Не осознала, что бросила Беллу в Тусоне и что Руби пропала. Навалилось слишком много всего, и если Энди позволит себе это прочувствовать, сердце может не выдержать. Однако, несмотря на боль и панику, бегущую по венам, словно табун вороных лошадей, она не даст ей волю – сама окунется в проклятую грозу и утонет.

Из задумчивости ее вырывают Рио и Линнея.

– Энди, мы разделились на отряды, чтобы охватить территорию побольше, – сообщает Адан, тихонько подойдя к ней. – Будем тщательно прочесывать окрестности – это эффективно, но медленно. Мы не уверены, что человек, которого мы ищем, еще в Нью-Корнелии, не знаем точно, какая у него машина и есть ли она вообще и какие дороги и ориентиры ему знакомы. Линнея упомянула, что вы просчитывали сценарии на случай, если появится Макс Конрой и вы с Руби окажетесь порознь. Если девочка выскочила из трейлера, убежала и сумела оторваться от преследователя, то куда она пойдет дальше?

Энди не понимает, пытается ли он вселить в нее надежду, отвлечь или просто заставить ее ощутить себя важным членом поисковой группы, но чувствует к нему благодарность.

– Есть одно место, – отвечает Энди, – недалеко от нашего трейлера.

– Уэйлен Бэрроуз сказал, что вы умеете выживать своими силами, – кивает Рио, не уточняя подробностей.

– Да.

– Хорошо, – подытоживает Адан, достает из кобуры пистолет и отдает его Энди. Хотя ясно, что тот уже заряжен, она все равно на всякий случай проверяет и только потом прячет оружие под рубашку.

Энди чудится, что на запястье Рио набито нечто похожее на крылья ангела.

С тех пор как Энди показала фотографии дочки, Линнея не произносит ни слова, лишь наблюдает за происходящим ранеными глазами.

Между нею и Рио опять случается мимолетный молчаливый диалог – Энди замечает и понимает.

Они молятся… они молятся.

– Ладно, пойдемте искать вашу девочку, – говорит ей Рио.

Глава 63

АХО, АРИЗОНА

Фары пикапа вдруг выхватывают из темноты черные солнечные панели – в грозу они кажутся дьявольски громадными и зловещими.

– Тут можно еще подальше проехать, – говорит Энди сидящему за рулем Швайгеру. Сзади примостилась Линнея. Они с трудом пытаются различить что-нибудь сквозь ветер и дождь в темноте, разрезаемой вспышками молний. – Лишь бы не влететь в панели.

– Или не сорваться в карьер, который указан на карте, – добавляет Швайгер. С Энди он не разговаривает, а цедит слова сквозь сжатые зубы. Хотя она не понимает, почему с Рио и Линнеей он общается весьма напряженно, но подозревает, что причина в ней самой. А как бы агент себя повел, узнай он, что Адан дал ей пистолет? – Буду нарезать круги, насколько хватит бензина. Если ваша дочь здесь, то увидит свет фар и выйдет к нам.

– Нет, вряд ли, – возражает Энди. – Она не выйдет, пока не увидит меня. Только меня.

– Тогда давайте это устроим, – предлагает Линнея. – Выйдем из машины и прочешем каждый клочок земли, пока не отыщем Руби.

– Слишком долго, Линнея, – ворчит Швайгер.

Тем не менее она распахивает дверь, не дождавшись, пока он остановит машину, и командует Энди, чтобы тоже выпрыгивала.

– Мы быстро.

Швайгер скрипит зубами, но не возражает. Ливень хлещет в открытые двери, и Энди задает агенту тот же вопрос, что и Линнее:

– Агент Швайгер, вы многих людей находили живыми?

Он вцепляется в руль так же крепко, как сжимает зубы, а смотрит только вперед, вдоль лучей фар, теряющихся во мраке.

– Вы весьма находчивы, Энди. Надеюсь, дочь взяла с вас пример.

– Я задавала другой вопрос, и вы мне не ответили.

– Знаю, – кивает Швайгер.

– Тише, я что-то услышала! – шикает Линнея, высовывает голову под дождь, и он на мгновение словно смывает с ее глаз шрамы. – Это что… лай?

* * *

Разумеется, Энди совсем забыла о Чили.

О смешной доброй собаке.

О напряжении, о тоске, о страхе. Энди не пришло в голову рассказать о собаке Люка, а агенты не догадались спросить. Все так сосредоточились на Руби, что ни у кого не осталось времени проверить трейлеры Энди и Лукаса, не было ли там животных.

Если Чили здесь, значит, и Руби тоже. Точно.

Энди несется сквозь тьму – Линнея и Швайгер следом, – не чувствуя, как острые струи дождя ранят лицо, и не видя, что вспышки молний окрашивают мир в черно-белые тона, а агент достает пистолет. Швайгер требует остановиться, снизить темп. Энди плевать – на все плевать, кроме слабого гавканья, прорывающегося сквозь громовые раскаты.

Она бежит в самый эпицентр грозы, чтобы спасти дочь.

Глава 64

НЬЮ-КОРНЕЛИЯ, АРИЗОНА

Они уже в двух милях от трейлера Уэйлена Бэрроуза, где достаточно оружия, чтобы вторгнуться в маленькую страну, когда сам Уэйлен что-то замечает и требует сейчас же, прямо здесь, повернуть.

Рио так и делает.

Въезжает на узкую дорогу, превратившуюся в липкую глиняную трясину.

Гарсия в церкви нисколько не преувеличил: пустыня ожила, ее расчертили маленькие речушки, каких несколько часов назад еще не было, мощные вздувшиеся потоки воды извиваются, как змеи. Но у массивного «Сильверадо» Уэйлена хватает мощности, чтобы прорваться дальше, раскидывая мокрый песок, подобно морскому пароходу, и подсвечивая капли дождя яркими фарами.

Фарами, которые наконец выхватывают автодом, погрязший в зарослях алоэ, кактусов и агавы.

– Это… – начинает Дивайн.

– Кто-то из наших? Из Нью-Корнелии? – заканчивает за него Уэйлен. – Нет. Однозначно. Неделю назад его здесь не было. Черт, да его даже вчера не было!

Рио молча гасит фары, резко сдает вправо и продирается сквозь опунцию. Если бы кто-то наблюдал из окна трейлера, то потерял бы «Сильверадо» из виду.

– Ни хрена себе! – охает Уэйлен, словно только что выиграл в лотерею. – Это «Солис»! Я был прав!

– На сколько людей он рассчитан? – интересуется Рио.

– Четыре спальных места, – отвечает Уэйлен.

– Как думаешь, наш там один?

По статистике, серийные убийцы очень редко работают в паре, таких насчитывается меньше десяти процентов. Рио знает, что УЦМ, скорее всего, в трейлере один, либо вместе с девочкой.

– Не факт, – говорит Адан.

– Ладно. Черт, темно, хоть глаз выколи, – шипит Дивайн, проверяя, заряжен ли AR–15, позаимствованный с импровизированного оружейного склада Уэйлена. – Ни черта не вижу. Надеюсь, они тоже.

– Пригнись, – командует Рио. – Ты вправо, я – влево.

– Встречаемся сзади или у морды? – спрашивает Дивайн.

Рио прикидывает, как лучше, и оба варианта ему не нравятся. Вокруг трейлера кромешная мгла, никакого освещения. Ночью под дождем он совершенно невидимый, лишь иногда его вырывают из мрака все более редкие вспышки молний.

Гроза усиливается, и Рио не знает, хорошо это или плохо.

– У морды, – решает он. – Ты обследуешь кабину. Я побуду у двери, попробую ее. Если заперта, подходи ко мне, я взломаю.

– Как? – уточняет Дивайн.

– Радикально, – отвечает Рио, вскидывая на плечо длинноствольный пистолет, взятый из автодома Уэйлена. – Не забывай: внутри может быть девочка.

– А как же я? – вклинивается Уэйлен.

– Сидите здесь, – распоряжается Рио. – Если подойдет кто-то непохожий на нас, – показывает на себя и Дивайна, – стреляйте.

– Пока не остановите, – добавляет тот.

– Да, – соглашается Адан, – пока угроза не исчезнет. Пока гад не сдохнет.

Глава 65

НЬЮ-КОРНЕЛИЯ, АРИЗОНА

Сперва Энди находит собаку – раненую, но живую; она лежит на боку под одной из солнечных панелей.

А вот Руби нет.

Нет, нет, нет, нет!

Когда наконец подтягиваются остальные, Энди качает питомицу на руках.

– Это Чили, собака Люка, – поясняет Энди, перекрикивая ветер. – Чили с Руби были не разлей вода.

Линнея садится на корточки и осторожно проводит руками по мокрым окровавленным бокам собаки.

– Она сильно ранена. Шерсть сожжена, ее опалило, как самого Китса в трейлере. Как и других.

– УЦМ, – тяжело дыша, констатирует Швайгер. Он навис над ними, включив карманный фонарик, чтобы слегка разогнать умытую дождем тьму, окутывающую солнечную электростанцию. Агент по-прежнему не опускает пистолет – водит дулом вслед за лучом света.

– А еще я нашла вот это! – сообщает Энди за ревом ветра. – На шее у Чили.

Свой фульгуритовый кулон.

– Руби считала его волшебным, – рассказывает Линнее Энди. – Может, она оставила его Чили, чтобы он ей помог? Защитил ее?

Линнея хватает Энди за руку и сжимает ее.

– Значит, она была здесь, Энди. Она была здесь, и, скорее всего, живая.

– Где же она сейчас? – прорывается сквозь ветер голос Швайгера. – Где, черт побери?