Текст книги ""Зарубежный детектив 2026-9". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)"

Автор книги: Джон Вердон

Соавторы: Джон Бердетт,Алекс Никсен,Харим Ким,Джек Тодд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 175 (всего у книги 201 страниц)

Глава 50

ПОРТ-ГИБСОН, МИССИСИПИ

После встречи с Линнеей и Рио полицейский Терри Ломакс потерял всякий покой.

Разрешил им осмотреть машину Эбби Уолден, а потом пустил в бокс экспертов из ФБР, которые тоже обыскали авто, сфотографировали во всех ракурсах, погрузили на эвакуатор и увезли в Куантико, штат Вирджиния. И тогда Терри взялся читать о напарниках все, что только нашел.

Раскопал все серийные убийства и похищения, которые те расследовали, пока Линнея сама не стала очередной жертвой. Ломакс догадывался, что после таких событий кукушка улетела бы у любого, причем надолго, и в те несколько часов, что он провел с Линнеей, по ней было видно: она до сих пор не оправилась.

Он не забыл, как она ему сказала:

– Задержись ненадолго и напиши, пожалуйста, все, что помнишь о том дне, когда нашел машину. Прямо реально все. Никогда не знаешь, что вспомнишь и что ты вообще способен вспомнить, какие детали вдруг всплывут. Ты никогда не знаешь, что важно, а что нет, – до тех пор, пока эта важность не вскроется.

Терри принял к сведению слова много повидавшей коллеги и после первого же разговора с ней начал скрупулезно записывать все наблюдения.

И он не удивляется, когда она звонит, сидя в фэбээровском самолете из Нью-Йорка, и задает уйму вопросов о библиотеке имени Харриэтт Персон в Порт-Гибсоне.

Не удивляется и тому, что Линнея обещает прибыть на место через четыре часа.

* * *

По приезде она просит Ломакса прочитать ей все его заметки и показать фотографии, сделанные в «Субару» Эбби Уолден.

Затем Линнея и Терри отправляются к бару-ресторану «Эш-стрит», идут в парк через дорогу и сидят там на скамейках под палящим солнцем. Линнея настаивает, чтобы Ломакс повторил свои впечатления о том утре, когда нашел машину Эбби, а сама снимает это место с разного расстояния и под разными углами. Ей нужно, чтобы коллега не только вспомнил, что видел, но и помог ей представить, что видела сама девушка, когда выходила злополучной ночью из бара и шла к авто.

И тогда Терри понимает две вещи.

Во-первых, в ту неделю шли ливни, вот и роковой ночью на улицах был сырой асфальт, темный и скользкий. Ломакс даже помнит капельки воды на лобовом стекле пустой машины.

И во-вторых, авто стояло не возле бара, как Терри сказал поначалу, а возле библиотеки.

* * *

Ломакс представляет Линнею Диди Картер, с которой знаком почти всю жизнь.

Они вместе учились в средней и старшей школе, но потом Терри пошел играть нападающим за баскетбольную команду «Оле-Мисс», а Диди собралась учиться на медсестру в Университете имени Алкорна. Насколько Линнея понимает, всем этим планам не суждено было осуществиться, и одноклассники остались в Порт-Гибсоне.

И вот они стоят все вместе в фойе библиотеки, где работает Диди, а яркое солнце квадратными лоскутами лежит на бледном ковролине, которым устлано помещение.

Диди хорошенькая, с длинными фиолетовыми косичками – одну из них она задумчиво накручивает на палец, глядя на фото Эбби Уолден в телефоне Линнеи.

– Ой, нет, миз Рен, – говорит Диди. – Я ее не помню: все так давно было.

– Ты не запомнила симпатичную белую девушку? – уточняет Ломакс.

– Не такая уж она и симпатичная, – улыбается Диди, теребя косичку.

Линнея тоже улыбается: парень неплохо спародировал Рио. Когда-нибудь из него получится очень хороший полицейский.

Линнея пролистывает снимки и находит тот, который агенты ФБР сделали внутри машины Эбби.

– А что насчет вот этой книги? Может, девушка пришла сюда, осмотрела полки и взяла ее? – Линнея не упоминает, что Эбби наверняка просто пережидала дождь. Показывает на столик справа от большого окна, выходящего на улицу. На столике всегда лежит стопка книг на продажу. – Или купила какую-то из тех книг?

Потому что Эбби не хотелось ехать под дождем. Потому что она устала, ей было скучно или жарко.

Потому что на свете есть тысяча причин, о которых и не догадаешься.

И все же Эбби забредает в библиотеку, покупает старую книжку в мягкой обложке, а потом идет в соседний бар почитать – переждать грозу.

– Можно? – просит Диди и раздвигает фотографию, чтобы поближе рассмотреть помятый томик. Задумчиво поджимает губы и кивает на стопку книг. – Они тут и вправду залежались, некоторые нам пожертвовали местные. У нас свой фонд есть. Берем от пятидесяти центов до трех долларов за книгу. – Не снимая очков с фиолетовыми стеклами, Диди наклоняется к мобильному, разглядывая обложку книги, которую Линнея обнаружила в авто Эбби. Старый ужастик «Зов тьмы». Диди кривится: не ее жанр, а затем возвращается к компьютеру и что-то печатает. – Да, она, возможно, наша. У нас их как-то было три штуки, и одна, похоже, продана. Только никаких чеков нет, вы же понимаете, все за наличку. Причем совсем дешево.

– Да, и вправду дешево. – Линнея напоследок смотрит на зернистое изображение и закрывает его. – А вы знаете книгу «Твое сердце – звезда»?

– О, я ее читала. – Диди печатает что-то еще. – Безумно популярная. Тиражи были бешеные, но теперь они пылятся на полках.

– Ты не помнишь, сюда не заходил какой-то тип примерно в то же время? Купить книги или расспросить о них, – интересуется Ломакс.

– О них или о ней? – Диди опять крутит косичку.

– Вроде того, – кивает Линнея.

– Нет, но у меня график такой… странный. Непредсказуемый. – Диди поднимает глаза на одноклассника. Наверняка она уже сто раз видела его в форме, однако Линнея чувствует, что девушка теперь смотрит на полицейского Терри Ломакса совсем по-другому. – Вы ищете убийцу той девушки, чью машину нашли?

– Типа того, – отвечает Ломакс. Показывает на Линнею: – Расследование ведет она, а еще ФБР и другие ребята.

– Ух ты, прям как в сериале! – восхищается Диди. – Ту девушку показывали в новостях… и вместе с ней еще нескольких.

Ломакс кивает.

– Здесь никто не сплетничал о чужаках, гуляющих вокруг библиотеки?

– Ты так говоришь, как будто мы тут сидим, как в курятнике, и только и делаем, что перемываем всем косточки, – хихикает Диди. – Вообще-то мы работаем.

– Конечно, прямо плечом к плечу, – тоже смеется Терри и выразительно обводит глазами пустые полки и тихие, залитые солнцем залы. – Де́ржите оборону от наступающих книжных червей.

Линнея не может не согласиться. Библиотека Порт-Гибсона располагается в красивом, новом, почти необжитом здании, где до сих пор ощущается запах ремонта и свежей краски. Заведению не чужды и современные веяния: шесть компьютеров для посетителей стоят без дела.

Компьютеры и…

– Камеры, – выдыхает Линнея. Им очень не повезло: снаружи никаких камер нет, но… – Они здесь работают?

Она показывает за спину – на темный глазок объектива на дальней стене, смотрящий на дверь и лучащиеся солнцем окна.

– Да, ну, то есть у нас стоит несколько штук… – Диди следит за ее взглядом. – Я не знаю, куда передаются видео и как до них добраться, – морщится она и теребит очки. – Честно говоря, миз Рен, я даже не уверена, что эти штуковины подключены к сети и к компьютерам. Они не всегда работают.

– Мы ведь можем проверить?

– Ну да, можем, – поколебавшись, соглашается Диди.

– Отлично, – кивает Ломакс. – Пока мы разбираемся с видео, расскажешь, как живешь с тех пор, как вернулась сюда. Как вообще дела, – заговорщицки шепчет он, наклонившись к девушке, как будто они во всем здании не одни и кто-то может подслушать. – А если от наших поисков будет толк и мы найдем что-то полезное миз Рен, то отметим вечером в «Макси».

Диди серьезно смотрит на него из-за темных стекол очков.

– Приглашаете на свидание, мистер Ломакс?

Он косится на Линнею и снова поворачивается к Диди Картер, одаривая ту милейшей улыбкой.

– Сто процентов.

Глава 51

ТУСОН, АРИЗОНА

Рио помнит, как впервые встретился с Линнеей.

Он проработал в ФБР всего три года, когда попал в пятый отдел поведенческого анализа – тот относился к подразделению поддержки расследований и операций группы реагирования на чрезвычайные происшествия. Рио приняли туда не благодаря великому сыщицкому опыту или раскрытому громкому делу, а потому, что он ждал перевода в тактическую команду по спасению заложников и параллельно проходил контртеррористическую подготовку в ОПА–1.

У него уже был допуск к секретным документам, а также слава блестящего тактика и стратега, поэтому Адан прекрасно справился бы с работой по спасению заложников. К тому же он свободно говорил на трех языках: английском, немецком и испанском, отлично стрелял и легко общался с людьми.

Все его любили.

Все, кроме Линнеи Рен.

К тому моменту, как они пересеклись в ОПА, она уже слыла городской легендой – детектив из Нью-Йорка, которая сделала себе имя, помогая участкам по всей стране раскрывать пропажи без вести и убийства. Подход у нее был необычный, нетривиальный, неповторимый, но почти всегда беспроигрышный. Несколькими годами ранее она прошла обучение под эгидой ФБР и с тех пор стала этаким радаром бюро, а потом кто-то в столице решил пригласить ее консультантом на полставки в ОПА – впрочем, такому повороту обрадовались не все.

Проблема заключалась в том, что Линнея не любила работать в командах, да и вообще с людьми, поэтому, когда Рио встретил ее в рейгановском аэропорту, он ей тоже не понравился.

В тот день в Вирджинии было влажно и липко, как в южноамериканских джунглях. После изнуряющего перелета из Покипси Линнея выглядела неважно, и Рио дежурно спросил, не хочет ли она сначала заехать в служебное жилье, прежде чем отправиться в штаб ОПА в Куантико. Это была большая ошибка.

Линнея не хотела.

– Простите, агент Рио, я оценила, как вежливо вы намекнули мне, что я паршиво выгляжу, но, если не возражаете, я лучше сразу приступлю к работе.

Он рассмеялся – и вызвал у нее еще большее недовольство.

– Смотрю, вам весело, – процедила Линнея. – Похоже, вам выпал несчастливый жребий приехать сюда и познакомиться со мной первым. Я понимаю, среди вас, агентов, полно тех, кто считает мое присутствие в лучшем случае блажью начальства, а в худшем – угрозой их так называемой работе в поле.

– У вас репутация профессионала, детектив Рен, – возразил Рио. – Видите ли, я и сам новенький в группе реагирования, меня даже не перевели в ОПА–5. Я прохожу обучение в ОПА–1 и просто предложил подсобить. Не было никакого жребия. Я слишком мало знаю, чтобы судить вас или кого-либо еще. Сегодня я обычный водитель.

Она окидывает его долгим цепким взглядом, к которому Адан в отличие от многих коллег успеет за годы привыкнуть. Позже он поймет, что Линнея оценивала его, впервые всматривалась в него, пытаясь разгадать, кем он был раньше и что успел повидать.

– Вы когда-нибудь расследовали убийство, агент Рио?

– Нет, – честно отвечает тот. – Ни разу.

– А на чем специализируетесь? Чем обычно занимаетесь?

Ему не хотелось увядать под ее взглядом, поэтому Рио ответил вопросом на вопрос:

– Мне сказали, что вы пятнадцать лет проработали полицейской. Вы хоть раз использовали оружие на службе? Стреляли в живого подозреваемого?

Линнея сникла и растерянно заморгала.

– Нет.

– Вот на этом я и специализируюсь, детектив Рен, – припечатывает Адан и, не давая ей опомниться, добавляет: – Если вы считаете нас всех неумехами, зачем тогда приезжать сюда и работать с другими агентами?

– Затем, что у меня есть дар, какого нет почти ни у кого, и если я сумею спасти хоть одну жизнь – оно того стоит.

– Вот и славно. Но… вы вроде не из таких.

– В смысле?

– Мне вас описывали как холодную, бездушную стерву. Похоже, насчет бездушной народ ошибся.

Всю дорогу до Куантико Линнея молчала. Рио тоже.

Через неделю она пригласила его на обед и рассказала о первой в своей практике жертве серийника, молоденькой Эрин Берн, и о человеке, который ту убил, – Брайане Уоллесе Мершоне.

Еще через две недели Рио попросил перевести его в ОПА–5, чтобы работать в паре с Линнеей Рен.

* * *

– Мне очень жаль, – говорит Линнея, когда Рио открывает глаза. – Так жаль, что ты и представить себе не можешь.

Он косится в окно, пытаясь оценить, какое время суток, который час, как долго он опять пролежал без сознания и сколько уже напарница сидит возле его кровати. Все будто смешалось, Адан то просыпается, то опять отключается, а закатное солнце бросает лучи на постель и пол. Вчера или позавчера заходил Швайгер. Они говорили о Линнее и их серий-нике.

– Тебе ведь нужно было поехать домой…

– Я и поехала – потому что ты, зараза, заставил дать тебе слово! Помнишь?

Он не помнит, но ему приятно, что она его послушала.

– Вообще-то ты и сейчас должна быть дома. – Рио пытается сесть.

– Прости, что бросила тебя здесь, и не только за это. За Стейнс тоже… Я не… я не смогла тебе помочь. Меня парализовало от страха. Я ничего не предприняла. – Линнея хватает его за руку и так крепко сжимает, что Рио морщится. – Больше никогда не оставлю тебя одного!

Линнея наклоняется и целует его в лоб – быстро, мимолетно и прохладно. Выглядит она и уставшей, и отдохнувшей, и даже по-своему обновленной, хотя мотается туда-сюда по стране. Ей было полезно заскочить домой.

– Мы слишком долбанутые, чтобы работать с кем-то еще, – продолжает Линнея.

– Точно, – улыбается Адан. Откидывает ей волосы через плечо и замечает, что на шее у нее по-прежнему покачивается фульгуритовый кулон Тассы Линскотт. – Как там Дэн?

– Злится на меня, и на полном основании, – но он понимает. Тоже волнуется за тебя и рад, что ты в порядке. Когда закончим, я его задобрю. Когда мы оба закончим с этим делом.

Рио пытается приподнять руки; они такие тяжелые, будто замурованы в бетонные плиты.

– Быстро я ничего не закончу.

– Три стакана текилы, и ты свеж как огурчик.

Упоминание о свежести навевает мысли о Стейнсе, о громе и молнии… о крови и боли… а боль Рио не забывает никогда.

– Я обсуждал со Швайгером дело. Лин, он сказал, что есть прогресс.

– Вообще-то и я не просто так шаталась по стране. Я тоже работала. – Линнея достает из висящей на плече сумки «Алису». – Мы хорошо постарались.

Теперь Рио видит в ее глазах знакомый блеск, огонек, уверенность, что головоломка наконец собирается и финал не за горами. И хотя Адану стоило бы чувствовать себя виноватым, он также ощущает облегчение: Линнея здесь, перед ним, и она вновь способна использовать свою интуицию, дар и проклятье, чтобы спасать чьи-то жизни.

– Мы с самого начала взяли верный след, – кивает Линнея.

– Я знал, что мы почти у цели.

– Да, – отвечает Линнея, кладет ноутбук на колени и открывает. – Ты не поверишь, насколько мы близко.

Глава 52

АХО, АРИЗОНА

Уэйлен точно знает, что Стивена Чао убил Люк Китс.

Уэйлен точно знает, что полусумасшедший, но дьявольски умный молодой мужчина неспособен устроить у себя взрыв газа – такого не может быть, потому что не может быть никогда.

Нет, Уэйлен ни на минуту в такое не поверил. Не было там ни бракованного баллона, ни электрической искры, ни проблем со шлангами. Не было и загадочного призрака из прошлого Энди.

Все пошло через одно место, как только приехал Люк Китс. Погром в трейлере Энди. Болезнь Беллы. Взрыв автодома Стивена.

Без всяких сомнений, вся чертовщина в Нью-Корнелии – дело рук улыбающегося скользкого типа.

Уэйлен только сейчас понял, как это доказать, причем не только Энди, но и властям. Сколько раз ему говорили, что не важно, веришь ты во что-то или точно что-то знаешь, главное – уметь доказать.

А если дело дойдет до суда, там будут смотреть лишь на конкретные улики.

Найти их – та еще задачка.

* * *

Раз Энди нет и некому привезти ему пиво и виски, Уэйлен садится в свой пикап и едет в Ахо, в одинокий магазинчик при заправке: вдруг на стеллаже между моторным маслом, просроченной лапшой и вяленой говядиной отыщется уцененный алкоголь. Любимого ирландского «Маллоя», конечно, нет, зато в протекающем холодильнике обнаружились крохотные бутылочки «Джека Дэниэлса» и упаковка из шести банок «Будвайзера». Уэйлен планирует вернуться в пустыню, выпить для храбрости и тогда решить, стоит ли самому соваться к скользкому типу, снующему между своим трейлером и автодомом Энди на другом конце Нью-Корнелии, или же отправить в аризонский Департамент общественной безопасности анонимные и весьма содержательные электронные письма.

Выходя на закате из магазинчика, Уэйлен видит возле своего пикапа высокого плечистого незнакомца. Волосы короткие и седые. Он небрежно облокачивается на капот «Сильверадо», скрестив руки на груди и наблюдая за Уэйленом сквозь очки-авиаторы с зеркальными стеклами, хотя на улице уже почти стемнело.

В машине два незарегистрированных пистолета, в кобуре на поясе легальный револьвер «ругер», а на пояснице – «глок», но Уэйлен не сможет ни до одного добраться достаточно быстро: в руках-то виски и пиво. Бросить бутылки тоже не вариант: незнакомец успеет его застрелить. Можно, конечно, просто рвануть в сторону и попытаться сбежать, однако мужчина не из тех, от кого так просто удрать даже в молодости, когда Уэйлен еще был крепким, стройным, да и вообще другим человеком.

Незнакомец поднимает руки – пустые, но ясно, что оружие у него есть.

– Вы Уэйлен Рэй Бэрроуз?

Говор северо-восточный, может, бостонский.

– А вам-то что? – огрызается Уэйлен. Останавливается примерно в пятнадцати футах, чувствуя через тонкий пакет, что пиво запотевает.

– Расслабьтесь, мистер Бэрроуз, – говорит незнакомец, не опуская рук. – Вдох-выдох, дружище. Кстати, если хотите глотнуть пивка, чтобы успокоиться, то пожалуйста. Я бы и сам не отказался. – Смотрит на кобуру с «ругером». – Только не дергайтесь. Идите медленно, не торопитесь. Не хватало еще, чтобы вы пострадали. Поставьте пакет на асфальт и держите руки так, чтобы я их видел.

– Я ничего плохого не сделал. Не нарушил закон. Вы не имеете права.

Незнакомец отступает от пикапа, но к Уэйлену не приближается.

– Я имею право просто поговорить с вами, и именно этим мы сейчас и занимаемся. Перетираем терки. Прямо здесь, в людном месте, у всех на глазах. Никто из нас не скрывается.

«Людное место» – пустая улица, где никого, кроме них двоих, и нет.

У Уэйлена подрагивают руки, по лицу стекает пот.

– Меня будут искать! – выпаливает Уэйлен. Получается неубедительно. Даже жалко. – У меня планы на вечер.

Незнакомец делает пару шагов вперед.

– Я не сомневался. Читал про ваши скромные планы. Все посты на секретном форуме, все подпольные обсуждения, как вы с друзьями свергнете правительство и похитите президента. Читал о восстаниях, о пришельцах. О снежном человеке, о теориях заговора. У вас там всегда все запутано. – Еще два шага. – Знаете, Уэйлен, я хочу, чтобы вы кое-что запомнили, причем надолго. – И еще два. – Вы никогда не услышите выстрел, который вас убьет. Никогда. – Последние шаги, и теперь мужчины оказываются на расстоянии вытянутой руки, однако незнакомец пока не потянулся ни за пистолетом, ни за шокером, ни за шприцем с ядом. – В общем, если бы меня интересовало это информационное говно, которым вы друг друга кормите, мы бы сейчас здесь не разговаривали.

С трудом держась на ватных ногах, Уэйлен медленно опускает пакет на теплый асфальт, даже притом, что визави залезает внутрь и достает две банки пива. Одну кидает Уэйлену, а вторую с громким щелчком открывает сам.

– Вы кто? – дрожащим голосом спрашивает Уэйлен. – Какого черта вам от меня надо?

Незнакомец одним глотком отхлебывает полбанки, закрывает глаза и блаженно улыбается, будто это самое вкусное пиво в мире.

– Меня зовут Дивайн, и мне ни черта от вас не надо. Я только хочу поговорить о человеке, которого вы, скорее всего, знаете. Вернее, о двух людях.

– Вы точно никуда меня не увезете?

Человек по имени Дивайн улыбается – холодно, бесстрастно. Уэйлену эта улыбка кажется зловещим оскалом.

– Сегодня нет – если вы расскажете мне все, что знаете, о Стивене Чао и Одри Энн Эллис.

– Об Энди?

– Именно, – по-прежнему жутко улыбается Дивайн и даже не моргает.

Уэйлен открывает брошенную собеседником банку и осушает ее двумя огромными глотками, радуясь, что можно во что-то вцепиться, чтобы руки так не дрожали.

Вот уж для кого это пиво самое вкусное в жизни.

Он понятия не имеет, кто такой Дивайн, кто его послал и зачем, но если Уэйлен и знает то, что интересует визави – нечто не известное больше никому, – то он даже рад в кои-то веки поговорить с представителем власти, имеющим реальные полномочия и готовым его выслушать.

По улыбке собеседника Уэйлен понял достаточно.

– Полагаю, вас интересует еще и Лукас Китс, – говорит он, хватая новую банку пива.

Глава 53

ТУСОН, АРИЗОНА

Все кусочки головоломки лежат на воображаемом столе, напарникам надо лишь соединить их в понятную картину.

Тасса Линскотт. Макс Конрой. Стивен Чао. Одри Энн Эллис.

Руби Эллис.

Клуб «Черный свет».

Не все кусочки сложатся – всегда так бывает, но Линнея считает, что у нее их достаточно.

Она уже видит…

– Итак, – начинает Линнея, – Тасса, Стивен Чао и Энди Эллис выжили после удара молнии и вступили в сообщество таких же бедолаг в Техасе. Получилась одна большая счастливая семья.

– Счастливая, пока одного из них не избили до полусмерти, – поправляет Швайгер.

– Мистера Итана Чармаса, – уточняет Рио. – До состояния комы его довел Макс Конрой, сожитель Энди.

– А главное, отец ее дочери Руби, – подхватывает Линнея. – Типичный контролирующий тиран. Ревнивец. Нарцисс. Скорее всего, Конрой заподозрил, что у Энди интрижка с Чармасом – уж не знаю, было так на самом деле или Макс нафантазировал, – и избил соперника. После инцидента клуб распался, народ разъехался кто куда. И Конрой с тех пор разыскивает Энди и дочь.

– Вообще он подходил под портрет нашего серийника, причем настолько хорошо, что мы поехали за ним в Нью-Мексико, однако нашли его убитым – тем же способом, что и остальные семеро жертв.

– УЦМ поработал и здесь. Но зачем ему Макс? – недоумевает Швайгер.

– Затем, что УЦМ тоже ищет Энди, – поясняет Линнея, – а Конрой, надо отдать ему должное, пытался ее предупредить. Мы знаем, что он отправлял запросы и электронные письма. Мы говорили с Тассой Линскотт, и она показывала нам свою почту. В сети еще осталось вялое сообщество выживших после удара молнии, и среди них уже распространилась весть, что объявился какой-то тип, зацикленный на таких жертвах и, в частности, на Энди.

– Почему именно на ней? – напирает Швайгер.

– Потому что в сообществе ее хорошо знали. Она уникальная. Особенная. Молодежь назвала бы ее инфлюенсером. О ней ходили слухи. – Линнея нажимает на кнопку, и на экране «Алисы» появляются новые и новые фотографии – целая толпа выживших, у которых по коже разбегаются фигуры Лихтенберга, «цветы молнии». – Шрамы Энди, вот такие ожоги, не прошли и, похоже, светились. Остались отметинами навсегда.

– А теперь эти отметины – почерк УЦМ, целый ритуал, – добавляет Рио.

Швайгер смотрит на изображения; вот-вот протянет руку и дотронется до них.

– Ладно, что там с остальными членами клуба?

– Тассу Линскотт мы отмели, – отвечает Рио. – Вайнона Парсонс умерла задолго до убийств. Минни Руиз живет с сестрой в Реддинге, Калифорния, там же и работает в сетевом ресторане «Черный медведь». Коул Пархэм с супругой обосновались в техасском Мидленде; они пока отказываются с нами разговаривать. Билли Такер был наркоманом, а когда клуб распался, пропал с радаров – ищем. И наконец, Итан Чармас: родственники, вернее, их адвокат говорит, что Итан до сих пор лежит в коме, причем не в больнице, а дома, где ему организовали просто безбожно дорогой уход. Ваши опера повторно опросили этих людей, но остались еще десятки, если не сотни других, кто так или иначе общался с членами клуба онлайн.

– Но среди них лишь одна Энди Эллис, – хмыкает Линнея, – и лишь один УЦМ.

– А если он и вправду почти подобрался к ней, то нападать на вас в Стейнсе было… – начинает Швайгер.

– Глупо? – заканчивает за него Рио.

– В лучшем случае рискованно и необдуманно, – смягчает агент.

– Да он просто псих! – фыркает Линнея. – А еще очень упертый, хитрый и беспощадный. После того как СМИ раструбили о нашем расследовании, этот тип в курсе наших изысканий. Наверное, решил, что напасть на нас – оправданный риск, чтобы хотя бы выиграть драгоценное время.

– Однако он сам выдал нам примерный временной интервал между вылазками, а заодно и номера машины, которые попадут на камеры и засветятся на пограничном пункте на трассе I–10 между Нью-Мексико и Аризоной. А еще мы можем расспросить молодую пару, которую вы встретили в Стейнсе.

– Да, он выбирает кемпинги и зоны отдыха вроде той, что в Стейнсе, – кивает Линнея. – Мы давно подозревали, что у него трейлер или фургон – что-то просторное, габаритное, мощное и, главное, с закрытым кузовом, чтобы перевозить жертв на большие расстояния. Когда я еще раз пересмотрела записи со всех тамошних камер, включая дорожную на I–10, за несколько часов до и через несколько часов после нападения на Рио, то сузила круг поисков до тридцати возможных фигурантов.

Линнея неторопливо показывает фотографию за фотографией. Одну, другую, третью.

Вполне вероятно, что Линнея видела авто серийника в Стейнсе или на шоссе, где он ехал позади, пусть даже сейчас она слабо это помнит – лишь отголосок, намек, призрак.

– Вот получше снимки, – продолжает Линнея. – Я встречалась в Порт-Гибсоне с Терри Ломаксом, и мы добыли видео с камер в библиотеке, рядом с которой обнаружилась машина Эбби. Я просмотрела те ролики и не без помощи «Алисы» нашла вот что.

Новые и новые изображения. Целая гора однотипных фото.

Коллаж прошлых событий – время и место. Пара секунд здесь, размытый кадр там.

И вот…

Лицо…

Темноволосый мужчина, попавший на пять кадров из… скольких?

Из сотен? Тысяч?

– Серийник выцепил Эбби в библиотеке, – делится догадками Линнея. – Случайно? Или он уже проследовал туда за девушкой? На улице шел дождь? Держу пари, он встречает большинство жертв в библиотеках и книжных магазинах – в тихих местах, где нетрудно подойти к незнакомке – любой, пусть даже он и не выслеживал ее специально, выведав через клуб или еще через кого-то, что она выжила после удара молнии. Возможно, он пользовался казенными компьютерами в библиотеках, чтобы рассылать электронные письма, находить бывших членов сообщества, держать руку на пульсе нашего расследования. Я скормила «Алисе» эти данные, чтобы она хорошенько покопалась, не попадал ли он на камеры неподалеку от тех мест, где, как нам кажется, девушек похищали. – Она в последний раз смотрит на изображение. – По-моему, ему нравятся тихие места… когда нет грозы.

– Места вроде Нью-Корнелии в Аризоне, – конкретизирует Рио. – Это примерно в ста пятидесяти милях отсюда, там в приграничье люди живут тесной общиной далеко, очень далеко от цивилизации. Те немногие, кто там обитает, говорят, что у них редчайшие заболевания или проблемы, очень похожие на симптомы, которыми страдают те несчастные, в которых попала молния.

– Изолированное местечко у черта на рогах, – добавляет Линнея, – идеально, чтобы спрятаться. – Замолкает, изучая топографическую карту Нью-Корнелии, открытую на экране. – Еще один плюс: там почти нет дождей. – Переводит взгляд на Швайгера. – Нет ни дождей, ни гроз, ни молний.

– Мы зацепились за цифровой след Стивена Чао, и он привел нас в Нью-Корнелию: туда доставляли экзотические растения, – говорит Рио. – Также Чао искал в интернете Конроя и, наверное, даже связывался с ним. Больше того: Стивен пробивал по базам человека по имени Лукас Китс, бывшего полицейского из Миссури, в которого молния вряд ли ударяла. Другой информации о нем у нас пока нет.

Швайгер молчит, и в этой тишине слышится невысказанный вопрос, терзающий Линнею и Рио.

Китс и есть УЦМ?

– Между тем, – подхватывает Линнея, – Дивайн просмотрел сверхсекретный правительственный список потенциально опасных людей и нашел там Уэйлена Бэрроуза, который придумывает теории заговора. Он тоже живет в Нью-Корнелии и неделю назад устроил масштабные поиски инфы на Конроя и Китса в сети. Дивайн поехал побеседовать с ним лично. – Смотрит на часы в телефоне. – Наверное, прямо сейчас уже разговаривает.

– Вы и Дивайна в это втравили? – ворчит Швайгер.

Линнее плевать на его недовольство.

– Сейчас самый важный вопрос: почему двое незнакомцев, живущих в жопе Аризоны, носом землю роют, чтобы побольше узнать о нашем бывшем главном подозреваемом? И о новом тоже, о пока неизвестном нам Лукасе Китсе. Совпадение? – Она жмет на кнопку ноутбука. – «Алиса» так не думает.

– Самое правдоподобное объяснение: они наводят справки ради Энди Эллис, – предполагает Рио.

– Эллис жива-здорова и прячется в Нью-Корнелии, – вклинивается Швайгер.

– И именно туда направляется УЦМ, а может, уже добрался, – пожимает плечами Линнея. – Говорю же, он где-то близко.

– Тогда нам надо срочно ехать туда. – Швайгер лезет за телефоном. – Найти Эллис, найти Чао.

– Увы, Стивен Чао мертв, – огорошивает Рио.

– А Энди сейчас не в Нью-Корнелии, – добавляет Линнея.

– Что?! – охает Швайгер, так и не приложив трубку к уху. – А где тогда?

– Прямо здесь, в Тусоне, – отвечает Линнея и закрывает «Алису». – Всего-то в десяти милях отсюда.