Текст книги ""Зарубежный детектив 2026-9". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)"

Автор книги: Джон Вердон

Соавторы: Джон Бердетт,Алекс Никсен,Харим Ким,Джек Тодд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 105 (всего у книги 201 страниц)

Глава 19

Входная дверь громко хлопнула – Санми пришла в себя. Она все еще пребывала где-то между сном и обмороком. В комнату вбежала взбудораженная Ёнён и позвала ее нетерпеливым голосом. Санми до сих пор не понимала, как долго она пролежала в связанном состоянии почти без езды. С трудом сфокусировав внимание, она подняла глаза и посмотрела на девушку.

– Вы знаете Сон Ухён?

Как только Санми услышала вопрос, она поняла – Ёнён кипела от гнева, который, похоже, достиг критической точки. Удивительно, как она еще не взорвалась от того, что происходило у нее внутри.

Из пересохшего горла послышался надтреснутый голос:

– Сон Ухён?

– Да, Сон Ухён!

Кто это? Кто же? Впервые слышу это имя.

Несмотря на то, что Ёнён несколько раз четко повторила имя, в голове не появилось никакого отклика.

– Не знаете? Она училась с Минсо в одной школе.

Ёнён говорила быстро. Она больше не старалась сохранять дистанцию, как раньше. Ёнён села на колени рядом со связанной Санми и посмотрела на нее сверху вниз. Расстояние между ними еще никогда не было настолько ничтожным.

– Не знаю. Впервые слышу.

– И лицо не помните?

Санми усмехнулась: если она имени не знает, что толку, если вспомнит лицо. Как доказать, что это именно тот человек? Только она собралась открыть рот, как перед ее глазами что-то замельтешило.

Фотография?

Тусклое освещение не позволяло рассмотреть детали, поэтому Ёнён подсветила фото фонариком в телефоне. Лицо на фотографии ей знакомо не было. Санми внимательно пригляделась. Какая странная сцена запечатлена на кадре: несколько человек окружили одного, чувствуется напряжение, будто вот-вот произойдет что-то плохое. На лице девочки читался неподдельный страх.

– Что это? Как это связано с Минсо?

– Точно не знаете? – Ёнён резко выдохнула Санми в лицо.

– Да, не знаю. Что это вообще за снимок?

Ёнён убрала фотографию и направилась к двери, будто собиралась выйти. Но вдруг пробормотала:

– Вот так, не зная ничего…

– Что?

– Совсем не разобравшись, что к чему… Что вы со мной собирались сделать?

От удивления Санми, неестественно вывернув шею и не моргая, уставилась на девушку. Ёнён повторила:

– Не зная, как на самом деле все было…

«Совсем с ума сошла», – подумала Санми. Тут Ёнён закричала на весь дом так, что стены в комнате задрожали. «Вот уж точно дошла до ручки», – решила Санми.

– Это я-то ничего не знаю, что за бред? А ты что знаешь? Где достала эту фотографию? – из последних сил проговорила Санми. Но ответа не последовало. Ёнён молча стояла на месте без малейшего движения. Это выглядело подозрительно.

– Я спрашиваю, где ты взяла эту фотографию? И кто такая Сон Ухён?

Санми тоже охватила злость. Поначалу она думала, что выбраться из плена не составит труда, и не видела особых препятствий. Но вот прошло уже несколько дней, а у нее ничего не вышло. Приходится валяться на полу, извиваясь как червь, теряя терпение и последние силы. Теперь у нее не было никакой уверенности, что она сможет протянуть в таком состоянии еще несколько дней.

– Хорошенько подумайте!

– О чем?

– Значит, по вашим словам, Сугён совершила самоубийство, а я убила Минсо?

Санми ничего не ответила.

– Но сейчас мне в руки попала вот эта фотография. Девочка на ней – Сон Ухён. Я ее знаю.

– Ты ее знаешь? Откуда? Если она одноклассница Минсо…

– Меня с ней познакомила Чи Ынчжи, номер которой вы мне дали. Это точно она. Ынчжи сказала, что не дружила ни с Минсо, ни с Сугён, а просто их одноклассница из параллели.

В памяти Санми начало кое-что всплывать. В тот день, как и в предыдущие, она ходила за Ёнён по пятам и видела, как та зашла в дорогой ресторан. Она не знала, с кем именно девушка договорилась встретиться. Прошло не более двух часов, как Ёнён вышла оттуда с двумя женщинами. И одна из них была похожа на школьницу с фотографии… Хотя тогда Санми смотрела издалека и лицо хорошо не разглядела, но в целом похожа.

– А вот она на фотографии, попавшей мне в руки в тот самый момент, когда я пыталась разузнать всю правду о смерти сестры. – Ёнён снова подошла к Санми и села перед ней. – Эта фотография вам тоже ни о чем не говорит?

Перед глазами Санми снова появилось фото. Сначала она решила, что это прежний снимок, так как фон, темнота и спины людей остались такими же. Но было и одно отличие. Санми уставилась на фотографию. Она слишком долго пребывала в связанном состоянии, поэтому находилась словно в тумане. Казалось, глаза обманывают ее, но она ясно видела: это Минсо в окружении четырех школьниц.

– Что… что это? Моя Минсо, почему? Почему она там? Что это за фотография?

– Значит, говорите, Сугён совершила самоубийство? Бред! – выругалась Ёнён, вставая на ноги.

Как только Ёнён собралась уходить, Санми закричала в полный голос и стала бить ногами об пол. Она голосила, брызжа слюной до хрипоты:

– Что это за фотография? Откуда она взялась? Что это значит? Кто эти четверо?

Но Ёнён закрыла дверь в комнату и вышла. Санми кричала, пока не поперхнулась, ощутив привкус крови в горле.

Ким Сугён совершила самоубийство. А моя дочь погибла от рук Ким Ёнён. А может, все совсем не так?

Мысль, что все может оказаться совершенно иначе, сдавила ей горло. После смерти Сугён дочь стала настолько тревожной, что не хотела выходить на улицу. Она ни с кем не встречалась, и даже их общение дома свелось к нулю. Минсо всегда была замкнутой, но не до такой степени.

В день похорон Сугён Санми спросила у дочери, пойдет ли она прощаться с подругой, но Минсо, укутавшись с головой в одеяло, не пожелала выходить из комнаты и лишь бросила в ответ:

– Нет.

Санми очень удивилась, ведь они были лучшими подругами. Она понимала, что тяжело принять смерть близкого человека, но не идти на похороны было выше ее понимания…

А что, если это не просто ссора двух подруг, и что-то действительно связывает их с этими четырьмя людьми на фотографии…

Санми прекрасно помнила, как вела себя и что говорила дочь в тот период. Ведь это были последние дни ее жизни. Минсо никогда не говорила ей о случившемся на снимке. Такого точно не было.

Но…

Санми вдруг вспомнила другой эпизод, который обрел теперь особую значимость. Тогда она посчитала, что это никак не связано с самоубийством Сугён, с которого все и началось. Это было еще до летних каникул. Как раз то время, когда ученики ходят в демисезонной форме, такой как на фото…

В тот день Минсо ушла из дома…

* * *

Сугён не совершала самоубийства. Не было самоубийства. Сугён не хотела умирать.

Выйдя из комнаты, Ёнён достала телефон и посмотрела на экран. Час ночи, но это не имело ни малейшего значения. Она уверенно держала телефон и с каменным лицом набирала чей-то номер.

В трубке раздавались монотонные гудки, Ёнён начинала закипать от гнева.

Когда перед ней снова появился N, она, конечно, удивилась, но не сильно, поэтому быстро взяла себя в руки. Обнаружив в конверте только один миллион вон, N был вне себя от ярости. Но, прикинув, что дом находится на окраине, в безлюдном месте, он снова вернулся. Его расчеты были верны. Ёнён стояла одна на том же самом месте, а в качестве оружия, дающего надежду на безопасность, держала электрошокер. Но для нее сейчас важнее всего было не это:

– Откуда у тебя эти фотографии?

Услышав вопрос, N ухмыльнулся:

– Я сам сфотографировал.

– Для чего ты это сделал?

– Отдавай оставшиеся девять миллионов.

– Не отдам.

– Мы же договаривались.

– Ты должен предоставить более достоверные доказательства, а не эти два фото. Этого недостаточно. От них никакого толка.

– Неужели? А мне сказали, они будут весьма полезны для тебя…

– Кто сказал?

– Этого тебе знать не надо, – сказал он с противной ухмылкой.

Не сдержав раздражения, Ёнён влепила ему пощечину. Упиваясь своей властью, мужчина совсем потерял контроль над ситуацией и не смог увернуться. Вскрикнув, он обрушился на Ёнён.

Она подняла вверх телефон, зажатый в руке, – на экране горел номер 112. Ёнён крикнула, что может запросто его обвинить не только в мошенничестве, но в шантаже и запугивании. N потребовал оставшуюся сумму. Наблюдая за ним, она вдруг поняла: не он главный, он всего лишь пешка, управляемая кем-то.

– Предоставишь более достоверные доказательства, и я сразу отдам оставшуюся сумму. В противном случае не мешкая заявлю в полицию. Мне нечего бояться, меня ничего не держит в этом мире, – заявила Ёнён, широко вытаращив глаза, чтобы не выдать дрожь в голосе.

N выругался себе под нос, но, поняв, что по-другому не выйдет, стал шарить в кармане. И вдруг он достал еще одну сложенную пополам фотографию.

– Здесь есть их лица. Тебе ведь это надо?

Взглянув на фотографию, Ёнён поняла, почему он решил приберечь на потом именно ее. И она ведь положила лишь часть денег. N тоже решил оставить напоследок самое важное. Только после того, как она передала ему деньги, фотография оказалась у нее в руках. Мужчина проверил, что сумма точно составляет девять миллионов, и пробормотал с довольным видом:

– Я могу поступать не только как мне прикажут. Это мое дело! Фотография все равно мне не нужна.

Все происходящее подсказывало, что за ним кто-то стоял и просто приказал выполнить всю грязную работу. А N в этот момент оправдывался, что ослушался приказа. Как только Ёнён взглянула на снимок, кровь прилила к лицу:

– Кто поручил тебе это снять?

– Кто? Два человека, – усмехнулся он, издевательски кидая отдельные фразы и наблюдая за волнением Ёнён.

– Два человека… Ты о ком? Говори сейчас же! – Ёнён подумала, что лучше ей на самом деле сойти с ума. – Где ты это взял? Кто они?

– Где взял… Сфотографировал.

– Зачем ты это сделал?

– Сугён сама попросила.

Как только из его рта вылетело имя сестры, весь мир закружился перед глазами. Потрясение от последней фотографии было еще сильнее, чем от первых двух: дыхание сперло. Она не могла поверить его словам.

Почему…

Решив больше не выдавать никакой информации, тип побежал – Ёнён кинулась вслед за ним. Но, конечно, упустила его. Дыхание быстро сбилось, дышать стало невозможно – она упала на землю. Сил не было даже перевернуться. Казалось, земля вибрировала под ней. На самом деле ее тело сотрясалось от обиды и злости.

Третья фотография повторяла предыдущую, только с другой стороны. Минсо окружили четыре школьницы. Лица трех известны.

Чи Ынчжи, Мин Чинхи и… Сон Ухён. Те самые, только в юности. Не веря своим глазам, Ёнён не могла оторваться от фотографии. Она опустила голову и усмехнулась. Как же ее провели! Все до единой. Последнего, четвертого человека Ёнён не знала, но того, что она выяснила, уже было достаточно. Ей тут же вспомнилось их гадкое вранье и тот спектакль, который они так нагло перед ней разыграли.

«Да, конечно. У нас было еще несколько подруг. Не толпа, конечно. Ну, вы знаете, девочки всегда ходят группами, а внутри них уже есть те, кто больше дружит между собой».

«На самом деле я очень удивилась, когда Ынчжи отыскала нас».

«Мы не знали особо ни Сугён, ни Минсо».

И Сон Ухён, которая сначала была их жертвой, а потом переметнулась на сторону преступников. Что все это значит? Теперь уже не так важно.

Сугён совершила самоубийство… Но не по своей воле. Убив ее, они не успокоились.

На всякий случай Ёнён сфотографировала на телефон все три снимка. Этих улик теперь точно будет достаточно. Она вернулась домой и перерыла весь ящик с инструментами. Она схватила острое шило, и ей сразу стало легче дышать. Она поднесла свое новое оружие к лицам Чи Ынчжи и Мин Чинхи на фото. Кончик шила дрожал в воздухе.

Глава 20

В больнице он представился супругом Сон Усон. Никто даже не проверил его имя и кто он такой. Для персонала он был лишь мужем пострадавшей. Все остальное не имело значения.

Посыпались вопросы, как именно жена получила травму. Он почувствовал, что персонал с подозрением смотрит на него после рассказа. Он описал все как было. Когда он зашел домой, жена истекала кровью, видимо, ударившись обо что-то головой. Похоже, в его отсутствие в их квартиру кто-то проник. Когда мужчина добавил, что является ее супругом, в глазах сотрудников больницы сразу появилось подозрение.

Нет, они не сомневались, что он муж, но явно считали именно его виноватым в нанесении увечья пострадавшей. Он выпалил, что сейчас же заявит в полицию. Он собирался это сделать еще в машине скорой помощи. Но, сидя рядом с женой, лежавшей без сознания, он позабыл обо всем. Никому не было дела до его объяснений. В тот самый момент, когда он уже собрался набрать номер полиции, жена вдруг пришла в себя.

К счастью, состоянию Сон ничего не угрожало. Падая, она сильно расшибла голову об угол журнального столика, поэтому и было так много крови. Но жизненно важные органы не пострадали.

Он сразу спросил, что с ней случилось, – она все объяснила простым падением. Поэтому муж передумал звонить в полицию. Еще чуть-чуть, и он бы все усложнил своим заявлением о преступнике, проникшем к ним домой и напавшем на жену. Стоит полиции получить подобный звонок, как они сразу заводят дело, даже если им позже сообщить, что это была лишь потеря сознания.

Одежда жены вся испачкалась в крови, поэтому он поехал домой, чтобы привезти ей необходимые вещи. Его охватило такое чувство, будто всего за несколько часов он попал из рая в ад.

Перед входной дверью мужчина на секунду замешкался, почувствовав, как его охватил страх. Стоит ему войти – перед глазами предстанет лужа крови. Взявшись за ручку двери, он снова испытал потрясение, как в тот момент, когда увидел Сон, лежавшую на полу без чувств.

В гостиной по-прежнему горел свет. Засохшая лужа крови безобразно испачкала пол, бросаясь в глаза под ярким светом ламп. Он сильно зажмурился. Ему не хотелось переживать все заново, все, что он чувствовал несколько часов назад.

Несмотря на усталость после длинного рабочего дня, мужчина быстро принялся за дело. Переборов себя, в первую очередь он решил убрать лужу крови, от вида которой становилось не по себе. Он пошел за тряпкой на кухню.

Муж вернулся в гостиную и, сев на корточки, стал с усилием оттирать с пола кровь. В этот момент он обнаружил на полу телефон жены. Похоже, она уронила его, когда падала. Мужчина сразу представил себе, как это произошло.

Она была одна и упала так, что разбила себе голову.

Почему же, когда Сон падала, она не выставила руки в стороны, и как можно было так сильно ушибиться? Пол, что ли, скользкий?

Если это так, то надо принять меры предосторожности на будущее.

Дрожащими руками муж вытирал подтеки на полу, а дойдя до телефона, положил его на журнальный столик. Вдруг его взгляд остановился: на журнальном столике стояла любимая кофейная чашка его жены. Он отодвинул ее подальше от края и снова взялся за тряпку, но тут внезапно остановился. Мужчина поднял голову и снова внимательно посмотрел на чашку перед собой.

Что-то было не так…

Он снова опустил голову и посмотрел на тряпку в руках. Она была полностью пропитана красно-бурой кровью. В этот момент муж понял, что не так, бросил тряпку под ноги, поднялся и направился на кухню. На руках виднелись следы крови, но, зайдя в кухню, он совершенно не думал о том, чтобы смыть их.

Его взгляд был прикован к такой же кофейной чашке, стоявшей в раковине. Он заметил ее еще тогда, когда доставал тряпку. На этой чашке остались следы губной помады.

Мужчина повернулся и снова посмотрел на чашку на журнальном столике. На ней не было никаких следов, а к кофе практически не притронулись, – в раковине же чашка стояла пустая. Присмотревшись внимательно, он заметил блеск коричневой жидкости, оставшейся на ободке ситечка в раковине. Значит, этот кофе вылили.

Жена не собиралась никуда выходить из дома, да и обычно она не красит губы. Но след на чашке весьма яркий.

Он бросился осматривать все комнаты. Никого не было. Если после преступления кто-то и прятался в квартире, то, пока он отвозил жену в больницу, этот человек уже сбежал.

Вдруг в глаза бросился почти пустой шкаф для обуви. В нем была лишь одна пара тапочек, если не считать его ботинки, которые он забросил туда, заходя в квартиру. Чаще всего в этом шкафу царил беспорядок. И даже когда там было относительно прибрано, то всегда стояло три-четыре пары обуви. Но сегодня Сон, похоже, навела там идеальный порядок.

«Дорогой, не пиши никаких заявлений в полицию. Не надо! Глупо и стыдно получится. Я сама поскользнулась и упала, когда шла из туалета. Вдруг закружилась голова. Видимо, при падении ударилась головой и потеряла сознание» – это были слова Сон, схватившей его за руку в больнице, когда он уже собирался звонить в полицию.

Выходит, она солгала.

В это самое время в квартире раздался громкий звук, заставив его вздрогнуть. Это вибрировал телефон жены. Подойдя к журнальному столику, он увидел на экране неизвестный номер. Внизу экрана появилось сообщение, которое жена ранее отправила на этот номер: «Онни[172]172
  Форма обращения между женщинами при разговоре младшей со старшей. Дословно означает «старшая сестра».


[Закрыть], все нормально?»

Сообщение было отправлено три дня назад, десятого марта. По телу пробежали мурашки – тот самый день, когда жена обманула его, сказав, что одна выходила на улицу, чтобы немного проветриться. Значит, интуиция его не подвела и жена с кем-то встречалась.

Уже было далеко за час ночи.

Кто звонит в такое время? Может, тот, кто недавно побывал в нашей квартире и сбежал?

В сообщении жена обращалась к собеседнице «онни»… Не надо забывать про следы помады на чашке. Мужчина с легким волнением взял в руки телефон и хрипло ответил:

– Алло.

По ту сторону трубки молчали.

– Алло. Говорите…

– Это номер Сон Ухён? – Из трубки послышался резкий женский голос.

Сон Ухён – так звали его жену до студенческих времен, до того, как она сменила имя. Сон говорила, что не осталось никого, кто бы знал ее под старым именем. Как-то раз он спросил, зачем она поменяла его, и жена ответила, что оно слишком похоже на мужское.

– Верно. А вы кто?

– С кем я говорю?

Следы помады на чашке. Значит, в квартире побывала женщина. А жена не сказала об этом. Между ней и гостьей точно что-то произошло. Может, это и есть та женщина?

– Я муж Сон Усон, точнее Сон Ухён.

– Можете позвать к телефону Сон Ухён? Это очень срочно.

– В такое время? По какому вопросу?

– Мне надо срочно спросить у нее кое-что.

Голос был немолодой, но собеседница вела себя как глупый подросток. Звонить в такое время – все равно что забыть обо всех правилах приличия. Голос женщины становился нетерпеливым и возбужденным.

– Жена сейчас никак не может подойти к телефону. Если вы скажете, в чем дело, я ей передам, – сказал он, еле сдерживаясь, но женщина продолжала настаивать:

– Нет, мне надо лично ей это сказать. Передайте трубку, сейчас же.

Какая хамка! Мужчина снова взглянул в раковину:

– Вы встречались с моей женой десятого числа?

– И что?

– Зачем вы встречались и о чем говорили?

Мужчину всего трясло. Жена обманула его, но кто-то вдобавок к этому пытался причинить ей вред. Хоть в раковине стояла всего одна чашка, эта женщина могла привести с собой мужчину, который покалечил Сон. Тот мог ничего и не пить.

В телефоне повисла пауза.

– Алло? Сон Ухён недавно помогла мне, но мне стали известны новые факты, поэтому надо еще кое-что у нее уточнить.

– О чем вы?

Снова повисла тишина. Мужчина только сильнее убедился, что собеседнице что-то известно. Если б именно эта женщина побывала у них дома, разве она бы стала звонить после того, как нанесла Сон такие травмы? Он покачал головой.

В этот момент собеседница вздохнула с раздражением и произнесла нечто странное:

– Моя сестра, четыре человека, банда.

– Что?

– Передайте эти слова своей жене. Она поймет.

Видимо, она не знает, что на Сон напали. Кажется, эта женщина не преступница. Но она точно знает о моей жене такое, что неизвестно мне. После раздумий мужчина произнес:

– Сон… то есть моя жена сейчас в больнице. Поэтому трубку взял я, так что встретиться с ней сейчас невозможно.

– В больнице?

– Кто-то пытался навредить ей. Откуда мне знать, что это не вы?

В телефоне снова повисла пауза. Кажется, женщина опешила от этих слов. Голос, который еще недавно был настойчивым, стал спокойнее. После паузы женщина произнесла удивительную фразу:

– У меня есть фотография вашей жены.

– Фотография? Что за фотография? О чем вы?

Эти слова – «у меня есть фотография вашей жены» – заставили все его тело сжаться изнутри.

– Фотография со школьных времен… И мне нужна помощь Сон Ухён. Поэтому я и позвонила ей. Я… – женщина сделала паузу и вновь заговорила. – Может, мы встретимся и поговорим?

Услышав в голосе мольбу, он даже немного оторопел и произнес:

– У вас есть догадки, кто мог так поступить с моей женой?

На этот раз собеседница без замедления ответила:

– Возможно, ответ кроется как раз в этой фотографии. Вы взглянете на нее и, может, узнаете кого-нибудь. Давайте увидимся – я вам все объясню. По телефону всего не расскажешь.

У мужчины появились опасения – не попадется ли он на крючок, специально закинутый этой женщиной. Но сейчас он не мог положиться даже на свою жену. К тому же ему хотелось выяснить правду о ней. Мужчина поднес телефон поближе и ответил почти шепотом:

– Хорошо.

* * *

Женщина легко нашла адрес, который он сообщил. Время уже перевалило за три часа ночи, но незнакомку, видимо, это не беспокоило. Он специально позвал ее к себе домой. Если во время разговора мужчина почувствует что-то странное или поймет, что перед ним преступник, то сразу же схватит ее и заставит во всем признаться. В их жилом комплексе особый упор делался на безопасность: всю ночь дежурили охранники и повсюду были установлены камеры видеонаблюдения. В такой час другого подходящего места точно не найти, да и времени на поиски нет, поэтому его квартира была идеальным местом для такой встречи.

В квартиру вошла женщина весьма хрупкого телосложения. Свободного кроя куртка свисала с плеч, маленькая сумочка болталась на руке. Мужчина выдохнул: перед ним явно стоял не преступник, а наивная девушка, выглядевшая как безобидный ребенок. Но не это главное, важнее всего получить новую информацию о своей жене и преступнике. Женщина представилась как Ким Ёнён.

– Извините, что заставил вас прийти в такой поздний час ко мне домой. Я собираю вещи жене в больницу, никакое другое место в голову не пришло.

– Нет, все в порядке.

Ким Ёнён осторожно зашла и остановилась посреди гостиной, в которой был беспорядок. Журнальный столик у дивана стоял криво, а на полу до сих пор остались кровавые разводы. Мужчина подбежал, выровнял столик и сказал:

– Здесь жена ударилась головой и потеряла много крови. Во время уборки я совсем позабыл обо всем и не поставил вещи на место.

– Ясно…

Женщина вела себя достаточно скованно. Мужчина краем глаза оглядел гостью: она совсем не походила на преступника. Она аккуратно села на диван, и он направился на кухню. Оттуда мужчина предложил ей напитки: ромашковый чай, зеленый чай, кофе, воду или молоко? Женщина попросила кофе.

Фотография. Фотография. Фото… Внутри уже все горело от нетерпения. Он хотел как можно скорее принести ей напиток и увидеть злополучный снимок.

– Здесь на углу остался след крови, – заметила женщина.

Успокоившись, мужчина взял кофе из шкафа и в этот момент почувствовал нечто странное, но никак не мог понять, в чем дело. Думая об этом, он поставил воду греться и достал сахар. Вода вскипела – тут он понял: голос женщины был совершенно невозмутим, когда она говорила про следы крови. Но, подумав, он не посчитал это странным: ведь есть же люди, которые совершенно не боятся крови и в целом всегда остаются хладнокровными.

Мужчина налил закипевшую воду в чашку, кофе и сахар начали быстро растворяться, по комнате разнесся сладкий кофейный аромат – это последнее, что он помнил.