Текст книги ""Фантастика 2025-188". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Алиса Чернышова

Соавторы: Олег Лукьянов,Илья Тё,Арина Остромина,Анна Кондакова,Матильда Старр,Мстислава Черная
сообщить о нарушении

Текущая страница: 86 (всего у книги 350 страниц)

Глава 4.4

Замерев на месте, я вгляделся в лица гостей.

Точнее, в маски.

Изучил хохочущих людей на террасе и тех, кто прогуливался в полумраке аллей, у фонтанов и статуй. Мои глаза искали до боли знакомого мне адепта, мелькнувшего среди гостей, и не находили его. Никого похожего.

Показалось?

После бессонных ночей и пережитого пекла в пещерах не такое покажется. Правда, пульс всё равно зашкаливал, будто я увидел дьявола. Даже ладони вспотели.

Херефорд. Ну нет. Какой Херефорд? Он не смог бы выбраться из карцера самостоятельно. Только если ему кто-то помог, а таких в Ронстаде не найдётся, они же там не совсем идиоты…

– Не желаете ли потанцевать, молодой человек? – произнесли за спиной.

От хрипловатого женского голоса меня мгновенно бросило в холод.

– Вы не смеете отказать даме в танце. Таков этикет, таковы правила.

Я сглотнул и медленно повернулся к женщине.

Худая и даже хрупкая, остроплечая, невысокого роста, в пышном серебристом платье и парике из чёрных волос, собранных в высокую причёску, украшенную пером.

Гипсовая белая маска полностью закрывала её лицо. От одного взгляда на неё мурашки ползли по спине: хищная полуулыбка, а в прорезях для глаз – тлеющее оранжевое пекло.

Я, конечно, догадывался, кто передо мной, вот только какого чёрта она сюда явилась?

Дама присела в глубоком реверансе.

Я кивнул и подал ей руку. Она мягко положила ладонь в кружевной перчатке на моё запястье, после чего мы вместе прошли обратно в зал.

Танцевать я не умел и никогда не учился – этот навык всегда казался мне одним из самых бесполезных, наравне с ковырянием в носу или киданием камней в воду.

Но тут пришлось выкручиваться.

Я положил руку на талию спутницы, чуть привлёк её к себе и… замер. Что дальше-то?

– А дальше тебе придётся ответить на мои вопросы, – отчеканила женщина. – И только посмей соврать.

– Мне не до этого, Софи. Давайте позже. Вы только поболтать пришли?

Я дёрнулся, чтобы уйти, но сильные руки Софи легко удержали меня на месте, ещё и пронзили парализующим эргом.

Она сделала это так хитро, что никто не заметил. Кроме меня, конечно. Пришибло на всю катушку, чуть ноги не подогнулись.

– Ах, тебе не до этого? Тебе не до этого?

– Софи… – выдавил я. – В чём… дело?

– В чём дело? – В её голосе зазвенела сталь. – Я искала тебя два века, а ты, оказывается, был у меня под носом. Лжец, вор и трус. – Её белая маска приблизилась к моему лицу. – Лжец, вор и трус, – повторила Софи напористым шёпотом. – Лжец, вор и трус.

Меня ещё раз пробило разрядом эрга.

Вокруг танцевали пары, играла музыка, звенели бокалы с шампанским, смех носился по залу, а мы стояли посреди всего этого шума и веселья. Стояли, находясь на грани кровавой схватки.

Я сжал зубы и процедил:

– Перестаньте это делать, иначе мне придётся ответить так, что мало не покажется. Мне сейчас не до вас, поэтому…

Она даже договорить мне не дала.

Последовал ещё один разряд, а за ним – ментальный удар. Голову охватило жаром, в висках застучало, и я снова еле удержался на ногах. Из меня чуть сознание не вышибло.

– Ты мне угрожаешь, засранец? – холодно уточнила Софи. – Ты смеешь мне угрожать?

Вот теперь я даже ответить ей не смог, скривившись от боли.

Да и что я мог ей ответить? Только глупо оправдываться.

«Ох, Софи, это вышло случайно, я всего-то выкрал Печати, обеспечил Рингов двухвековым превосходством, спровоцировал Великую родовую битву и развал Союза. Из-за меня погибли тысячи адептов, сгинули города, Ронстад стал тюрьмой… но в остальном я отличный парень!».

Софи прижалась ко мне плотнее, отчего боль снова прокатилась по всему телу.

– Я могу снести твою пустую голову один ударом, наглец, – прошептала женщина, – но сначала мы поговорим. Прямо сейчас. Я хочу всё знать. Всё от начала и до конца, понял? И если ты мне соврёшь ещё раз, то пеняй на себя. Живым ты от меня не уйдешь.

Она внезапно засмеялась, кокетливо и непринуждённо, взяла меня под локоть, впилась в рукав стальными пальцами и потянула в сад.

– Ох, вы так интересно рассказываете, – на ходу пробормотала она мягким и приятным голоском. – Забавные случаи из путешествий. Знаете, я тоже вам расскажу. В прошлом году я была в Сабасе… невероятная по колоритности страна. Вы были в Сабасе?..

Мы вышли в сад, миновали группу мужчин, покуривающих сигары и обсуждающих вчерашние скачки, прошли мимо уединившейся парочки на скамейке у фонтана, потом – по аллее кипарисов и фонарей.

Ушли максимально далеко. И всё это время я думал, что сказать Софи.

Наконец она подтолкнула меня с дорожки в сторону. Мы прошли по мягкому и влажному газону, скрывшись за кустами роз, в самой гуще сада, подальше от фонарей и лишних глаз.

Софи отпустила мой локоть, но тут же схватила за запястье. Неужели боялась, что я от неё сбегу?

Жуткая гипсовая маска опять приблизилась к моему лицу, глаза в прорезях вспыхнули ярче. Вот теперь Софи не скрывала бушующей внутри неё ярости.

Я отлично всё понимал, но это не меняло моих планов. Никакая Софи не испортила бы мою охоту, даже озлобленная и намеревающаяся грохнуть меня прямо тут.

– Пришли меня убить? Так чего возитесь? – спросил я почти непринуждённо. – Наверное, потому что я вам ещё нужен? Вы бы могли убить меня сразу, причём так, что я бы даже не понял, что уже умер, но вы ждёте… ждёте, когда я найду оставшиеся Печати. Всем нужен живой Рэй Питон… Хотя нет, не всем. Тут меня некоторые укокошить пытаются, но вам на это, конечно, наплевать. Вы или месть устраивайте, или Печати ищите. Пора бы уже определиться, что вам дороже.

Это была настолько открытая наглость с моей стороны, что я мог рассчитывать только на немедленную казнь от руки чёрного волхва. Однако, кроме моей смерти, Софи хотела ещё и информации.

Женщина сильнее сжала мою руку, её ногти до боли впились мне в кожу.

– Не пытайся заговорить мне зубы, Рэй. Ты уже достаточно натворил. Я хочу, чтобы ты рассказал мне всё, что знаешь. Для кого ты крал Печати? Кому из Рингов конкретно служил? Ты должен немедленно…

– Я не знаю, кому служил! Я не видел его лица! – перебил я её. Рывком высвободил руку, добавив уже тише и спокойнее: – Софи, пожалуйста… у меня нет времени на выяснение отношений… мне нужно вытащить Хлою. А вот потом можете меня хоть в порошок стереть.

Огонь демонических глаз Софи чуть померк.

Она даже удивилась.

– Хлоя? Эта та медсестра из школы Сильвер? Я ведь послала девочку к тебе только за одним. Чтобы она сообщила о возможности пригласить помощников на ритуалы. Она должна была сразу же уйти, покинуть дворец, но… только не говори, что ты… Рэй… нет. Неужели ты успел залезть ей под юбку?

– Вы мне мораль читать будете?

Софи шагнула назад.

– Хлоя, возможно, не до конца, понимала, с кем связывалась. Мне её жаль, но не больше.

– Поверьте, она понимала, с кем связывалась, получше вас.

– Мне всё равно, что у тебя с ней, и какие у неё проблемы. Тебе придётся ответить за свой обман и принять смерть от моей руки. Я говорю об этом напрямую, потому что клялась убить того, кто выкрал Печати. Я клялась на крови тысяч замученных адептов, а значит, исполню свою клятву во что бы то ни стало. Ты умрёшь, Рэй Питон. Ты и твоя сестра. Я знаю ваш мортем, он у вас общий. Но сначала ты расскажешь мне всё.

Я протянул Софи ладонь.

– Значит, хотите знать правду?

Она сняла перчатку.

– Хочу.

– Хорошо. Я покажу вам всё, что вспомнил совсем недавно, во время прохождения первого ритуала. Надеюсь, вы не слишком впечатлительны?

– Меня вообще сложно впечатлить.

Софи шагнула ко мне.

Наши ладони соприкоснулись, и как только это произошло, я ощутил, как мощное кодо чёрного волхва проникает в моё тело и охватывает голову.

Глаза Софи жадно сверкнули в полумраке сада, жилистые пальцы сжали мою ладонь крепче. Ментальная фильтрация продлилась около минуты, потом женщина ослабила напор, пока не убрала его совсем.

Она отпустила мою ладонь и сняла маску. Лицо Софи выражало чудовищное потрясение.

Не глядя на меня, она прошептала лишь одну фразу:

– Не может быть…

– Софи, наденьте маску, пока никто не заметил, – попросил я.

Она будто меня не услышала – слишком сильным было впечатление от увиденного.

– Софи, я тороплюсь. Мне надо найти Хлою. Слышите?

Женщина подняла на меня глаза.

– Херефорд здесь. Я его освободила. Он здесь, Рэй. И готов убить тебя снова.

Значит, он всё-таки здесь, и мне не показалось.

– Он очень терпеливый, – ответил я. – Ни у кого нет столько терпения, как у него. Он наблюдает и ждёт, когда я найду Печати. И, кажется, я уже догадываюсь, кто хранитель перстня со скорпионом. Он прокололся даже раньше, чем я ожидал. Осталось его прижать, только не мешайте мне, ладно? Это личное.

Не дожидаясь реакции, я поспешил к дорожке, освещённой вереницей фонарей. Надо было срочно вернуться в бальный зал. Я уже отошёл на приличное расстояние, когда вслед мне донёсся ментальный шёпот Софи:

– Делай всё, что нужно, мой господин. Мешать не буду. Я лишь прикрою твою спину.

* * *

В зале я появился минут через пять.

Веселье продолжалось.

К выпивке, знакомствам и танцам добавились настольные игры, выступление артистов и полуголых сабасских танцовщиц. Хохот гостей стал громче, объятья парочек откровеннее, танцы жарче. Шампанское лилось рекой.

Пока я искал глазами того, кто был мне нужен, вскользь заметил и Хиннигана.

Он маячил у одной из боковых дверей зала, держа за талию ту самую рыженькую девушку в синем платье. Похоже, случайное знакомство могло закончиться для Хиннигана вполне недурно…

В следующую секунду я начисто забыл про Хиннигана – моим вниманием завладел тот, кто украл трофей перед церемонией. Не вытерпел и стащил, чем сразу себя подставил.

Золотистая маска, голубое платье и белоснежный парик мелькнули среди толпы.

Девушка устремилась в сад.

Я взял два бокала шампанского с ближайшего стола и неторопливо двинулся следом. Вышел на террасу, спустился по ступеням и последовал за девушкой в голубом. Она свернула направо, в сторону статуй и фонтанов. Я пошёл туда же.

Девушка быстро удалялась в темноту сада, я не отставал.

Когда хохот гостей почти затих, приглушённый густой листвой, я услышал за спиной шаги.

– Эй, ты, – негромко, зато угрожающе сказали мне.

Голос принадлежал Георгу. Кто бы сомневался, что он попытается меня сегодня убрать. Не удивлюсь, что Матиаса он уже убрал. Кто знает, может, поэтому я не заметил моряка в зале?

Я остановился, но даже не оглянулся на Георга.

– Лучше тебе уйти, пока живой. Тобой я займусь позже.

Он усмехнулся. Послышались характерные щелчки взвода курка.

– Мне очень страшно, Теодор. Боюсь-боюсь. Вместо того, чтобы изображать крутого перца, выбери, куда ты хочешь пулю. В затылок или между лопаток?

– Я тебя предупредил.

– Да пошёл ты, грёбанный ко…

Больше он ничего не успел произнести. Не знаю, как именно Софи его устранила, но за моей спиной воцарилась прежняя тишина.

Так и не обернувшись, я пошёл дальше.

Голубое платье девушки мелькнуло около беседки, заросшей виноградной лозой. Я прибавил шагу и добрался до места всего за пару минут. Остановился у входа, крепче сжав бокалы с шампанским. Внутрь беседки входить не стал, хотя чувствовал, что девушка там, в тенях виноградной листвы.

– Хочешь шампанского, Сильвия? Перед смертью можно и выпить.

Последовал раздражённый выдох.

– Я не пью это сладкое дерьмо.

– Предпочитаешь виски?

– Предпочитаю твою кровь.

– Где Хлоя? Скажи мне по-хорошему.

– Свою рунную шлюшку ты не получишь, Тео… хотя ты давно уже не Тео. Ты не Тео, и это меня огорчает!

Я выплеснул из бокалов напиток и пропустил через пальцы кодо, мутируя стекло в два небольших ножа.

– Да, ты права. Я не Тео.

В беседке опять выдохнули.

– Как ты меня вычислил?

– Давай, оставим это на потом. Сначала скажи, где Хлоя. Пока ты ещё живая.

– Вряд ли мы поговорим по душам. Раз ты не выполнил мои условия, мне придётся убить твою подружку. Но сначала отдам её охранникам, пусть развлекутся. Ты ведь уже получил от неё всё, что хотел. Не будь жадным, Тео.

Голос Сильвии внезапно сменил тембр, будто переключился звук, появилось множественное эхо. Странный эффект – то ли мужчина говорит, то ли женщина.

С таким я уже сталкивался, когда только прибыл во дворец, и теперь отлично знал, чего ожидать. Та паршивая тень, что напала на меня в моей же комнате, обладала невероятной скоростью, ловкостью и умением уходить от прицельных ударов.

Что ж, Сильвия. Посмотрим, как ты заговоришь, когда я сниму с тебя Печать.

* * *

Атаку скорпиона я почуял на каком-то зверином уровне.

Тихий выдох, движение воздуха, стук вражьего сердца, страх и отчаяние жертвы, попавшейся в ловушку, – не знаю, что именно я уловил.

Широкий шаг в сторону спас меня от молниеносного удара. Рука с кинжалом из слоновой кости мелькнула совсем рядом и скрылась в ночном мраке беседки.

В то же мгновение я метнул туда один из ножей. Вместе с ним в ту же сторону полетели множественные атакующие эрги, охватившие пространство шквальным кодо. Не прерываясь, я ударил ещё и стихиями, сначала мелкими ледяными осколками, потом – вихрем эфира.

Ну и на последок атаковал ещё и ментальным голосом.

– Попалась, сука.

Кодо во мне зашкаливало, как и гнев.

Давненько я не ощущал столько сил.

Беседка затрещала, полностью охваченная моими атаками, листья винограда взорвались клочьями, лозы полопались.

Сильвия вскрикнула, после чего послышался глухой стук падающего тела.

В моей руке тут же вспыхнул огонь, свет ворвался в темень беседки. Аморфная тень лежала у стены, наполовину скрытая во мраке, она то появлялась, то пропадала, будто мигала своим собственным отражением. В углу беседки валялись те самые платье, парик и маска.

Я подскочил к Сильвии, наступил ей коленом на живот и, приставив лезвие к глотке, нашарил руку с перстнем.

Эту тварь убивать было рано, пока Хлоя не найдена, поэтому я использовал не столь жёсткий вариант атаки, какой бы хотелось, да и кодо слишком явно не стал светить – гости могли заметить вспышки, а лишние свидетели ни мне, ни Сильвии были не нужны.

Мы остались с ней один на один, в тишине, прохладе и свежести сада.

Сильвия не имела поддержки со стороны императорской семьи и действовала одна, стараясь не демонстрировать то, что обладает Печатью, иначе свои же и отобрали бы.

Она играла по-женски хитро и жестоко, но в то ж время порывисто, с размахом и большим риском. Сильвия не имела союзников и рассчитывала только на себя, хотя я догадывался, кто был когда-то её сообщником, даже возможно, главным в их тандеме.

– Украшения больше тебе не понадобятся, – шепнул я, сдёргивая Печать с её пальца.

– Тео, – выдохнула Сильвия. – Тео… пожалуйста. Тео-о… не делай мне больно. Я не хочу, чтобы было больно. Пожалуйста.

Она дёрнулась, чтобы встать, но тут же напоролась на нож и сразу затихла. Драгоценный перстень отправился во внутренний карман моего пиджака. Вот и ещё одна реликвия в моих руках. Да, не совсем та, что мне нужна, но, возможно, она поможет мне отыскать последнюю Печать – ту, что со львом.

Я подобрал кинжал из слоновой кости, валяющийся на полу, и сильнее надавил коленом на живот Сильвии.

Та всхлипнула и повторила:

– Тео. Пожалуйста. Не делай мне больно. Прошу тебя… умоляю.

Я склонился над Сильвией, приставляя костяной клинок к её бледной и мокрой от слёз щеке.

– Ну так что? Поговорим о моей рунной подружке? Или ты всё ещё не хочешь разговаривать со мной по душам? Так где Хлоя?

Трясущиеся губы Сильвии зашептали:

– Я всё тебе расскажу, всё, что было. Только пообещай, что оставишь меня в живых. Можешь убить всю мою семью, мне не жалко… я даже «спасибо» тебе скажу. Начни с Георга, он самый бесполезный.

Я убрал остриё от щеки Сильвии и нацелил в её правый глаз. Опустил клинок, максимально приближая его к зрачку. Пленница застыла, в ужасе вытаращилась на свой же кинжал, она перестала дышать от страха и ожидания скорой смерти, но пока что мне нужно было от неё только одно.

– Повторяю вопрос. Где Хлоя?..

Глава 4.5

Сильвия безотрывно смотрела на остриё клинка и молчала.

Смотрела и молчала.

Казалось, она передумала говорить. Её зрачки расшились от страха, она даже моргнуть боялась. Стальной нож я отложил в сторону, а вот костяной оставил над правым глазом Сильвии. Освободившейся рукой обхватил её под подбородком, пропустил через ладонь кодо и…

…темнота.

Ничего.

Я не увидел ничего, ни одного её воспоминания, будто заглянул в беспроглядный колодец, в чёрный лабиринт из бесконечных стен.

Моё кодо натолкнулось на преграду и вернулось обратно в ладонь.

– Ты не сможешь, – прошептала Сильвия, продолжая глядеть на остриё кинжала. – Ты не увидишь моих мыслей. Скорпион даёт мне защиту от ментальной фильтрации.

– Скорпиона у тебя уже нет.

– Но защита осталась. Ты ничего не сможешь с этим поделать.

– Почему не смогу? Я легко вырежу тебе глаз, а разговаривать ты сможешь и без него.

Сильвия покосилась на меня.

– Если ты сделаешь мне больно, я закричу. А если я закричу, то нас обнаружат, а потом тебя немедленно арестуют. Я скажу, что ты пытался меня изнасиловать. Скажу, что ты извращенец и покушался на кровную сестру. Мне поверят. И знаешь почему? В своё время газеты расплодили про тебя разные слухи… а слухи… слухи, Тео, люди помнят намного лучше чем законы… ты же знаешь.

Её губы дёрнулись в усмешке.

Без действия Печати тёмный плащ, окутывающий Сильвию мраком, исчез, а сняв платье, она осталась в одном нижнем белье и чулках. Если б нас кто-нибудь сейчас увидел, я бы точно не отвертелся.

Только Сильвия не спешила звать на помощь.

– Так чего не кричишь? – спросил я. – Свою же семью боишься? Они ведь не знали, что скорпион у тебя, правда? Они ж тебе голову оторвут, если узнают. Всё верно?

– Не твоё дело, – сквозь зубы процедила Сильвия. Её щёки раздулись от напряжения, правое веко нервно дёрнулось. – Без меня ты Хлою не найдёшь, её здесь нет, и тебе придётся поверить мне на слово… придётся… придётся поверить. Только мои слова и ничего больше.

– Нет уж. Ты не из тех, кому я поверю на слово.

Я отбросил кинжал в сторону.

Сильвия почуяла неладное и задёргалась, вцепилась ногтями мне в плечи, попыталась оттолкнуть ногами, закряхтела от натуги. Пришлось сильнее на неё навалиться и крепко зажать ей рот, пригвождая затылок к полу.

Указательным и средним пальцами я быстро нарисовал на шее пленницы сильную успокаивающую руну. Сильвия тут же обмякла, уронив руки в стороны и перестав сопротивляться.

Я медленно выдохнул и сел рядом, навалившись спиной на перила беседки.

В этот момент неподалёку послышался кокетливый девичий хохоток и бормотанье. Я замер, напряжённо вслушиваясь в голоса, женский и мужской.

– Уверена, вас зовут не Джон. Признайтесь, ведь так?

– Признаюсь. Да и вас вряд ли зовут Беатриса, угадал?

– Угадали. – Девушка снова засмеялась.

– Но ведь это нисколько не мешает нашему знакомству, правда?

– Нисколько… Джон.

Показалось, что мужской голос мне знаком. Чёрт, неужели это Дарт? Ну вот надо же было ему притащиться именно сюда.

– Джон… подождите, – выдохнула девушка уже совсем близко. – Мне кажется, вы торопитесь… Джон… ох боже… вы торопитесь…

– Нет, это я ещё очень медлю.

Точно. Дарт Орриван.

Зашуршало платье, и девушка сладко простонала:

– Застёжка левее… ещё левее… да… но вы всё же торопитесь…

Я прикрыл глаза и произнёс ментально, обращаясь к Дарту:

– Вали отсюда, старик. Тут уже занято.

Дарт меня услышал. Он настолько хорошо меня услышал, что не сдержался и заорал:

– Ай! Господи! Вот это оглушило!

– Джон? – запаниковала девушка. – Джон? Что с вами?

Дарт прокашлялся и выдавил:

– Знаете, меня оглушило… от вашей красоты. Когда я увидел вашу красоту, то… э-э… меня оглушило, да. Чёрт… до сих пор в ушах звенит.

– Ох, Джон, вы так чувствительны.

– Сам порой удивляюсь, насколько я чувствителен. И, знаете, Белла…

– Беатриса.

– Да, точно… Беатриса… – Дарт опять прокашлялся. – Знаете, всё-таки я действительно слишком поторопился. Давайте просто прогуляемся? Вы не против пройтись по аллее?

– Конечно. Давайте прогуляемся, тут ведь так красиво. Но лучше вам запомнить, где застёжка.

Девушка опять засмеялась, Дарт подхватил её смех. Голоса отдалились, и я с облегчением выдохнул.

Надо было быстрее решать загвоздку, пока сюда не явилась другая парочка с желанием уединиться.

Сильвия находилась не в полной отключке, а в полусознании, но ни говорить, ни двигаться не могла. В таком состоянии я бы мог увидеть её воспоминания, главное, суметь до них добраться, и у меня возникла идея.

Если Печать со скорпионом даёт защиту от ментальной фильтрации тому, кто носил эту самую Печать, то вполне возможно, что эффект защиты уходит только тогда, когда перстень надевает кто-то другой.

Это была всего лишь догадка, но проверить не помешало бы.

Я вынул из кармана пиджака перстень и провёл пальцем по изображению скорпиона. От соприкосновения с тёмной реликвией жжение пронеслось по всей руке.

Что же со мной будет, когда я надену Печать? Надеюсь, не потеряю сознание, как после паука, или не сдохну от боли.

Я осторожно взял перстень двумя пальцами.

И тут услышал голос Софи.

– Нет, Рэй, не стоит этого делать, – она бесшумно вошла во мрак беседки. – Ты готов рискнуть всем ради того, чтобы узнать, где Хлоя? Ты столько боролся, чтобы вот так похоронить свою свободу? Есть риск, что я не смогу снять с тебя Печать. Ты осознаёшь, что делаешь? Рэй, ты осознаёшь?

– Осознаю, Софи, – кивнул я. – Если что, будьте готовы отрубить мне палец или даже руку. И сделайте так, чтобы к беседке больше никто не сунулся.

Софи помолчала.

– Хорошо, – наконец ответила она, развернулась и исчезла так же незаметно, как появилась.

Я бросил прощальный взгляд ей вслед и без промедления надел Печать на указательный палец левой руки.

* * *

Как только перстень оказался на моей руке, прозвучали четыре глухих щелчка.

Из внутренней части кольца один за другим выскочили шипы и пронзили палец до самой кости.

– Ч-ч-ёрт… мать её… мать её… – Я прижал руку к животу и стиснул зубы, заставляя себя заткнуться.

Печать впилась в меня намертво. По руке потекла кровь.

На людей реликвии не действовали так жутко, как на меня. С другой стороны, полноценный чёрный волхв вообще не смог бы надеть на себя ни одну из Печатей, а я мог, хоть и с адской болью.

Оставалось только стерпеть, а терпеть я умел.

Возможно, не так хорошо, как Херефорд, но умел.

Я убрал руку от живота и оглядел себя. Кровь уже успела обильно запачкать жилет, но это было не так важно. Моя левая рука превратилась в полупрозрачную тень, а через несколько секунд и всё остальное тело провалилось во мрак, будто покрылось им, как панцирем.

Боль в пальце исчезла.

Я легко поднялся на ноги. Быстро и ловко, да ещё и с ощущением, что не чувствую собственного тела. Будто притяжение к земле для меня уменьшилось вдвое, а сам я превратился в привидение или духа, в неясный образ.

Поверх смокинга на мне появился теневой плащ, нижнюю половину лица теперь скрывала повязка. Предплечье левой руки стягивал серый ремень с ножнами.

А неплохо.

Я поднял с пола стальной нож и сунул его в теневые ножны, однако ничего не получилось. Клинок никак не хотел в них держаться, его выбрасывало. Тогда мой взгляд упал на лежащий у ног кинжал из слоновой кости.

Так вот почему Сильвия пользовалась именно им – обычную оружейную сталь скорпион не принимал.

Я взял костяной кинжал, и тот легко вошёл в ножны, закрепившись в них, как влитой. Отлично. Теперь пришло время проверить свою догадку насчёт снятия защиты от ментальной фильтрации.

Стянув маску с глаз, я убрал её в карман пиджака под плащом, после чего снова склонился над Сильвией.

Моя правая ладонь легла на её лоб, влажный и горячий.

Кодо пронеслось по руке и проникло в тело Сильвии, свободно и пластично. Значит, моя догадка оказалась верной – не зря я рискнул и надел Печать. Сменив хозяина, перстень снял защиту с предыдущего владельца.

Я прикрыл глаза, погружаясь в память Сильвии.

Проник так глубоко, насколько позволял мой навык ментального чтеца.

Темнота.

Выдох…

…кто-то ударил меня по лицу, не сильно, но неприятно.

– Ты совсем дура?! Ты зачем это сделала?! Кто тебя просил? Это покушение на наследника! Ты в своём уме?

Кожа горит от пощёчины, и я прижимаю к лицу ладонь. Всхлипываю от обиды, потом ещё раз, уже громче, со стоном боли, не сдерживаю слёз и шепчу:

– Тео, прости. Тео, я думала, так будет лучше. Думала, что всё получится, и ты будешь доволен. Я не знала, что он проверяет еду на своём псе. Откуда я знала? Я не знала, Тео…

Сквозь пелену слёз я смотрю на младшего брата Теодора. Разъярённого, как дьявол, с покрасневшей от злости физиономией.

Он ещё молод, но уже настолько властен, порочен и жесток, что даже Георг рядом с ним кажется образцом добродетели.

Они с детства ненавидели друг друга и боролись за благосклонность деда, но Георгу повезло больше. Его отец Фердинанд имел вес при дворе, а Гораций вечно отсиживался в тени. Теодору приходилось самому себя отстаивать. И чем больше он старался, тем сильнее отдалялся от семьи и более жёстким становился, ненавидя всех вокруг.

А теперь Теодор ненавидит и меня.

Я тоже себя ненавижу. Дура! О чём ты думала, Сильвия? Ты всё испортила! Пресвятая Дева, ну почему всё так вышло? Хотела помочь брату, а что получилось? Георг не просто остался жив, он ещё и догадался, кто его пытался отравить…

Дверь в кабинет неожиданно распахивается.

На пороге стоит Георг, за ним – его отец Фердинанд и целый отряд охраны.

– Сильвия, зря ты это сделала, – чеканит слова Георг, переступая порог кабинета. – Ты надеялась, что я не вычислю отравителя? Ты одна на кухне сегодня крутилась. Одна из тех, кто хотел бы моей смерти. А теперь тебе придётся отправиться в тюрьму. Судить тебя будут за покушение на наследника и, скорее всего, приговорят к казни. Закономерный финал.

Я отшатываюсь от него, но меня окружают солдаты.

Фердинанд молча ухмыляется – он на всё готов, чтобы его сыночек сел на трон, даже жизнь отдаст, если понадобится. Так и пусть горит в аду, сволочь.

– Вообще-то, Сильвия исполняла мою просьбу, – вдруг чётко и громко произносит Теодор. – Это была моя идея. Мне очень жаль, Георг… мне очень жаль, что вместо тебя сдох твой пёс.

Георг резко поворачивает голову в сторону Теодора и щурится.

– Твоя идея?

Он удивлён, даже ошарашен. Не тем, что Теодор попытался его отравить, а тем, что он признался, взяв мою вину на себя.

Фердинанд качает головой и смачно хмыкает.

– Допрыгался, Тео. И что теперь тебя ждёт, знаешь?

– Ничего, – просто отвечает Теодор.

Ему совсем не страшно: глаза блестят превосходством, губы кривятся в усмешке.

– Я ведь тоже наследник, как и Георг. Предлагаю всё решить не судом, а дуэлью. Если, конечно, Георг не боится.

– Да кто тебя боится, слабак? – вскидывается Георг.

– Тихо! – Голос Фердинанда оглушает кабинет. – Охрана, выведите Сильвию!

– Нет! Тео! – Я отталкиваю от себя солдата и кидаюсь к брату. Обнимаю его крепко-крепко и шепчу: – Тео… не надо… Тео, пожалуйста…

Он молниеносно вкладывает мне что-то в руку и отталкивает.

– Выйди!

Я никогда не забуду его лицо в тот момент: решительное, злое и в то же время обречённое.

Он уже знал, что Фердинанд не простит ему покушение на своего сына. Фердинанд никогда ничего не прощал и мстил особенно жестоко – об этом знали все. Знал и Теодор.

Меня выводят за дверь кабинета, но я так и не решаюсь разжать кулак и посмотреть, что в последний момент передал мне Теодор. Стою у стены, как истукан, а слёзы беспрестанно льются по щекам.

За дверью слышится звон клинков.

Значит, дуэль.

Георг согласился на поединок вместо суда. Он знал, что Теодор плохо владеет холодным оружием, и не боялся проиграть.

Я прижимаю кулаки к груди, склоняю голову и начинаю молиться. Только бы он остался жив. Господи, сделай так, чтобы он остался жив. Я молюсь так жарко и неистово, что не замечаю, как проходит время. Прихожу в себя, только когда мимо меня по коридору проходят Георг и Фердинанд. За ними устремляется охрана, а я остаюсь одна, никому не нужная.

– Тео! – Я врываюсь в кабинет и вижу лежащего на полу Теодора.

Живого. Слава Богу, живого.

Он смотрит в потолок и прижимает скомканную скатерть к ране на шее. Ткань насквозь пропиталась кровью, по руке багровые потёки, но, кажется, брата это не особо волнует. Он смотрит в одну точку перед собой.

– Фердинанд не дал Георгу меня прикончить, – шепчет он с ненавистью, – но пообещал, что я ещё пожалею, что родился на свет. Сказал, я даже не представляю, что меня ждёт.

– Тео, прости… прости, бога ради. Это всё из-за меня.

Я опускаюсь рядом с ним на пол и только сейчас вспоминаю, что в руке всё ещё держу вещицу, которую брат отдал мне перед дуэлью.

С замиранием сердца разжимаю занемевшие пальцы.

На моей ладони лежит золотистый перстень. Невероятно красивый, завораживающий своей необычностью. На его внешней стороне изображён скорпион с крупным жалом. Не знаю почему, но он внушает страх.

Вот теперь Теодор поворачивает голову.

– Никому про него не говори. Слышишь, Сильвия? Никому и никогда. Если кто-то из семьи узнает, что эта штука у меня, её отберут… её сразу же отберут. А я не хочу, чтобы Печать досталась Георгу или дяде.

– Откуда это у тебя? – Я не свожу с кольца глаз, хочется даже надеть его, хотя перстень слишком массивен для женской руки.

– Украл у Херефорда. Он ни за что не догадается, кто обворовал его тайник, да и открыто выяснять не будет, потому что если дед узнает, какую ценность хранил у себя Херефорд, его кинут к остальным волхвам, а он туда ой как не хочет. Он будет землю жрать, но туда не пойдёт. Верный пёс Рингов припрятал ценность от самих же Рингов. Да за такое ему светит только вечное заточение.

По спине проносится холод.

Херефорд внушает мне ужас даже больше, чем дядя Фердинанд. Зачем такого опасного волхва держат при дворе? Тадеуш совсем сошёл с ума.

Я провожу пальцем по рисунку скорпиона на перстне.

– Тео, но я всё же не пойму… что это?

Теодор отворачивается от меня и снова смотрит в потолок.

– Это то, что возведёт меня на трон, сестра. Сохрани перстень у себя, пока Фердинанд за мной наблюдает. Мало ли что. И поклянись, что никому не скажешь. Никому из нашей дрянной семейки. Поклянись, Сильвия. Поклянись.

Я до боли сжимаю перстень в кулаке.

– Клянусь, Тео. Никому из нашей семьи. Никому. Никто не узнает…

Меня внезапно вырывает из воспоминания и швыряет в другое.

Снова темнота.

Снова выдох.

Снова пощёчина…

– Сильвия, приди в себя! Протрезвей уже! Сколько можно в себя заливать? Оставь стакан! Оставь! Дай сюда!

Из круговерти пространства на меня смотрит Фердинанд. Ненавижу его, всей душой ненавижу. Мечтаю, чтоб он поскорее сдох.

– Теодор нашёлся, – сообщает дядя.

И я как будто перестаю его ненавидеть.