Текст книги ""Фантастика 2025-188". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Алиса Чернышова

Соавторы: Олег Лукьянов,Илья Тё,Арина Остромина,Анна Кондакова,Матильда Старр,Мстислава Черная
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 350 страниц)

Мгновенно догадавшись, к чему ведет Изао, мы с Дартом переглянулись.

Этого еще не хватало…

Глава 13. Манекены для битья

Никогда бы не подумал, что меня назовут манекеном для битья.

Под пристальными взглядами десятка учеников мастер Изао велел нам с Дартом подняться на подиум основного ринга и встать плечом к плечу. Сам же здоровенный азиат остановился напротив.

Он смотрел на нас, а мы смотрели на него – это длилось бесконечно долго. Странный поединок взглядов. Вокруг множилась тишина, тяжелела, и казалось, сам воздух уплотнился и наполнился горючим газом.

– Поклонитесь учителю, – прошептал один из парней, что ближе всех стоял у подиума.

Я скосил на него взгляд. Низкорослый тощий ученик, да еще и очкарик. Так себе советчик. Но Дарт, услышав его подсказку, сложил ладони у груди и отвесил поклон.

Изао поклонился ему в ответ.

В итоге и мне пришлось сделать то же самое.

– Техника эргов – это техника бесконтактного боя, – сказал Изао, оглядывая стоящих внизу учеников. – Любой адепт может овладеть четырьмя особыми приемами, перенаправляя часть кодо в эрг и активируя его словесным или мысленным ключом.

Дарт потер кулаки друг о друга и с тревогой посмотрел на меня.

– Чем выше индекс кодо, тем мощнее эрг вы можете применить, – продолжал Изао. – Но будьте осторожны, если вы обессилены в бою, лучше не тратиться на эрг, так как он способен исчерпать кодо полностью, а восстанавливать его придется долго. – Учитель повернулся ко мне и Дарту, напряженно ожидающих своей участи на другом краю ринга, и прищурился. – На этих двух… э-э… манекенах я покажу, как работает первый эрг. Он самый простой, но эффективный.

Изао выпрямился, широко расставил ноги, чуть согнул их в коленях и развел руки в стороны. Я напружинился, готовый отскочить в сторону, поставить блок или дать отпор, ожидая чего угодно, но все же не того, что в итоге произошло.

Учитель глубоко вдохнул носом и с неуместным упоением проговорил:

– Энергия концентрируется в кончиках средних пальцев и активируется ключом «ксипра». – Как только он произнес ключ, между его ладонями по воздуху мелькнул длинный белесый разряд. – После активации эрга нужно сразу его направить… – добавил Изао, – …и точно попасть в противника…

Он сделал резкий выпад, выбросив обе руки вперед.

Послышался громкий треск.

А дальше… дальше я не успел ничего понять. Осознал себя уже на спине, завалившись как подкошенный. По телу пронеслась судорога, позвоночник выгнуло, я вытаращился в потолок до боли в глазах, не в силах побороть внезапный паралич и ногтями скребя мягкий пол ринга.

Дыхание застопорилось, застряло между легкими и глоткой. Не получалось ни вдохнуть, ни выдохнуть, ни моргнуть, ни пошевелиться.

Тотальная беспомощность.

Паршивое чувство…

Не знаю, сколько прошло времени, но постепенно меня начало отпускать, судорога схлынула, и я смог вдохнуть. Сделал это так резко и глубоко, что засвистело в носу. Потом приподнялся на локтях, подполз к столбу на краю ринга и навалился на него лопатками и затылком.

Дарт до сих пор лежал, распластавшись на полу.

Он напоминал человека, которого привязали к невидимой дыбе и уже пытают. Мышцы напряглись под рубашкой, вены на шее и висках вздыбились, кожа побледнела, пальцы растопырились и, казалось, вот-вот оторвутся, разлетевшись в разные стороны.

Ученики у подиума с интересом разглядывали, насколько Дарту было хреново. На их лицах читались разные эмоции. От злорадства до сочувствия.

Изао же спокойно продолжал разъяснять:

– Это парализующий эрг. «Ксипра» высвобождает часть энергии адепта и создает искровой парализующий разряд. Данным эргом человека не убить, а вот обездвижить на время можно вполне.

Казалось, ему наплевать, что перед ним валяется ученик, задыхающийся и стянутый мышечной судорогой. Изао на него даже не смотрел.

– Вам не кажется, что это слишком? – громко спросил я, но мастер и на меня не обратил внимания. Опираясь на столб спиной, я поднялся на ослабевшие ноги (судорога продолжала гулять по телу) и проковылял к Дарту.

– Эй, ты как?

Он все еще лежал, уставившись в потолок, подергиваясь всем телом, и только через несколько секунд задышал ровнее. Сначала прохрипел что-то нечленораздельное, покосившись на меня, но потом все же смог выдавить:

– По… порядок.

Я протянул ему руку.

– Вставай. У него в запасе еще три эрга.

Дарт слишком долго смотрел на мою руку, и я уже собрался ее убрать, но в последний момент он созрел: ухватился за ладонь, крепко сжал ее и, кряхтя, поднялся. Мы снова встали рядом, и что-то подсказывало мне, что следующий эрг будет куда более неприятным.

Изао тем временем обратился к тому самому тощему очкарику, что посоветовал нам поклониться в начале занятия.

– Твоя фамилия, ученик?

Парень вздрогнул, выпучил глаза, не сразу поверив в то, что учитель его заметил.

– Хинниган, сэр, – сообщил он быстро. – Клиф Хинниган.

– Принеси мне инвентарь, Хинниган. – Изао указал на низкую деревянную лавку у одной из стен, там стояла картонная коробка.

Очкарик сорвался с места и понесся исполнять приказ мастера. Через пару мгновений коробка была у него в руках, а парень во все глаза уставился на Изао, ожидая, какое еще зрелище он устроит.

Мастер вывалил на пол ринга деревянные кегли, штук пятьдесят. Кегли как кегли, вроде безобидные. Но вот этим-то они мне и не понравились.

– Внимание, ученики. – Мужчина снова принял стойку. Такую же, как в прошлый раз: расставил чуть согнутые в коленях ноги и развел руки в стороны. – Предыдущий эрг работает на расстоянии два-три метра, а этот эрг способен поражать в радиусе пятидесяти метров от адепта. Итак, второй эрг: кинетический. Он двигает предметы и активируется ключом «тихара». Манекены, приготовиться!

Изао вскинул руки вверх, и кегли поднялись над полом. Легкое движение указательного пальца – и деревяшки одна за другой полетели в нас. Дарт упал на пол лицом вниз, но это ему не помогло, кегли обрушились на него скопом.

Мне тоже досталось. Чертовы деревяшки прошлись по моему телу хлесткими ударами по ногам, груди, плечам. Неприятно и больно, но все же не особо эффективно, как по мне. Предыдущий эрг, и тот в бою больше пользы принесет.

Кегли, наконец, закончились, и Дарт приподнял голову.

– Все? – он, морщась, оглядел учителя, сел на полу и отряхнул одежду. – Мастер Изао, мы очень извиняемся, что опоздали, но, может, уже хватит?

– Это были всего лишь кегли, – сказал Изао, не обратив внимания на бубнеж Дарта. – С помощью кинетического эрга можно использовать любой неживой предмет, обнаруженный вокруг себя, если вам хватит кодо, чтобы его поднять.

Он снова взмахнул руками. Но ничего не произошло… хотя… не совсем…

С бешеной скоростью на нас двигалась деревянная лавка.

Я толкнул Дарта в сторону, сам отскочил в другую… Лавка пронеслась между нами буквально в нескольких сантиметрах от моего лица и грохнулась за пределами ринга, затрещав от удара.

– А дом так можно поднять? – благоговейно выдохнул Хинниган.

– Можно, но нужен огромный индекс кодо, – ответил Изао. – Даже не у каждого волхва такой есть.

Мы с Дартом в ужасе уставились на расколовшуюся лавку: а если бы эта штуковина угодила нам в головы?..

– Интересно, где Ли откопала этого мужика? – с гневом прошептал Дарт. – Он же чокнутый.

Тут я был согласен. Может, мастер он и хороший, но методы обучения у него явно варварские. Ладно я, мне не привыкать быть брошенным в дерьмо, но тот же Дарт, сынок из элитного клана Ронстада, рискует получить такую травму, что очнется идиотом, если очнется, конечно. Об этом Изао не подумал?

Пока учитель отвечал на дурацкие вопросы Хиннигана, я наклонился к уху Дарта.

– У тебя остались те стеклянные шарики с водой? Дарт с интересом на меня посмотрел.

– Есть парочка, – он мгновенно понял задумку и приткнулся ко мне боком, подставляя карман брюк.

Я сунул руку в его карман, пальцы нашарили ледяной сгусток. Спрятав в кулаке шарик, я отошел от Дарта. Мастер Изао наконец отделался от приставучего Хиннигана и повернулся к нам.

– А теперь я покажу самый сильный атакующий эрг…

И в этот момент мы начали свою атаку.

* * *

Дарт оббежал Изао справа и швырнул шарик ему под ноги, я же, не церемонясь, метнул прямо в голову. Затрещав, стекло раскололось, вокруг мужчины взорвались водяные брызги, и столь мощный двойной поток должен был сбить учителя с ног, но что-то пошло не так…

Изао даже не вымок.

Зато невидимая сила отшвырнула меня на канаты ринга. Проскользнув между канатами, я ударился об один из набивных мешков, потом о второй и третий, влетел в канаты другого ринга, в стену, в подушку для отработки ударов, еще в один мешок, во второй, третий…

Где приземлился, я не понял.

Перед глазами мелькнул потолок, следом голая стена, еще удар, искры в глазах и секундная темнота. Спиной я почувствовал, что сползаю куда-то вбок… на меня что-то валится… что-то тяжелое и плотное… я откидываю это и слышу кряхтенье Дарта. Он тяжело дышит рядом, перекатывается и поскуливает, в промежутках вставляя крепкие ругательства.

Казалось, все это растянулось во времени, но на самом деле произошло за считаные секунды.

– Итак, ученики, – донесся далекий голос Изао, – это был гравитационный эрг. Он активируется ключом «агникара». С помощью него можно перемещать живых существ, вроде этих манекенов для битья.

Ученики шутку оценили, из зала послышался дружный смех.

Вот же бородатый засранец…

Я поднял голову и огляделся. Откинул он нас нехило. Оказывается, мы вылетели в коридор, протаранив дверь, а полет остановила стена у окна. Еще б чуть-чуть, и ловили бы нас во дворе.

– Старый козел, – выдавил Дарт, поднимаясь и потирая ушибленный затылок. – А если у меня сотрясение мозга?

– Тогда тебя отправят в медблок. Ты же любишь туда ходить?

Мы вернулись в кабинет под веселый гогот учеников. Не смеялся только тощий очкарик Хинниган.

– Надо было сначала показать оборонительный эрг, мастер Изао, а потом гравитационный, – нахмурился он. – Чтобы дать им возможность защититься. А то так не честно.

Изао уронил на парня взгляд.

– Ты так думаешь?

– Да, – ни капли не смутившись, ответил Хинниган.

Учитель повернулся ко мне.

– Фамилия?

– Питон, – ответил я нехотя.

Изао перевел вопросительный взгляд на Дарта.

– Орриван, – многозначительно сообщил тот.

– Питон и Орриван, встаньте к остальным ученикам, – велел мастер. – Хинниган, вы тоже.

Пока мы шли до места, Дарт все бубнил:

– Вот сразу нельзя было по-человечески урок провести, что ли?.. Нужно обязательно какую-то хрень изобразить…

Дождавшись, пока все выстроятся и успокоятся, Изао объявил:

– А теперь я покажу вам четвертый прием, самый сложный в освоении и самый энергозатратный. Это щитовой эрг, способный отразить атаку предыдущих трех эргов. Активируется он ключом «асура вайу».

Он сделал круговое движение руками, и перед ним замерцало и расползлось розоватое свечение.

– Хинниган прав, именно его вы и будете осваивать в первую очередь, – добавил он веско.

Очкарик в конце шеренги закивал, делая серьезное лицо.

После этого Изао распределил двенадцать учеников по четырем боковым рингам, и я почему-то нисколько не удивился, что в напарники мне достались все те же двое: Дарт и Хинниган. Та еще дрянная компания. На нахальную рожу Дарта я уже с утра насмотрелся, а очкарик своим чересчур умным видом и нелепым выражением лица раздражал нещадно. И самое неприятное: именно у него что-то похожее на щитовой эрг получилось почти сразу.

Видя, что ни у меня, ни у Дарта ничего не выходит, он ударился в разъяснения, тут же демонстрируя все жестами.

– Да вы не так руки ставите… надо вот та-а-ак… а потом во-о-от, – он растопырил пальцы на обеих руках и выставил их вперед.

– Может, ты заткнешься? – поморщился Дарт. – Без тебя разберемся.

Но Хинниган так увлекся, что пропустил его реплику мимо ушей.

– А еще вы не так произносите ключ… его надо произносить, только когда почувствуете, как кодо перешло в пальцы… оно покалывает… надо чувствовать… вот ту-у-ут покалывает…

Очкарик собрал пальцы щепотью и сунул под нос Дарту. Зря он это сделал.

Тот с раздражением двинул его в плечо кулаком, а кулак у него здоровый.

– Если еще раз мне в лицо полезешь, у тебя в другом месте покалывать начнет, понял?

Хинниган схватился за плечо и, недолго думая, толкнул Дарта в грудь. Очкарик был вдвое меньше противника, но надо же, не испугался. И пока они разбирались, кто из них должен заткнуться, я решил воспользоваться советом Хиннигана.

Отошел к краю ринга и сосредоточился, стараясь уловить внутри себя хоть какое-то движение силы, ощутить ее в ладонях и пальцах, уловить то самое покалывание. Ради этого я даже прикрыл глаза.

Где-то на фоне продолжали орать друг на друга Дарт и Хинниган, чуть дальше слышались выкрики словесных ключей на разные голоса, еще дальше – шорох рукавов и штанин кимоно, топот босых ног… скрип канатов… покачивание мешков на крюках…

А потом я уловил шелест и перелив неуместных здесь звуков, вроде шума воды, ее перекатывания по камням и руслам. И все отчетливее во мне нарастал этот звук, все сильнее, все напряженнее становился, собираясь в комок внутри головы и уже оттуда растекаясь потоками по венам и артериям, по самым тонким капиллярам, заходя в каждую клетку… покалывание… едва заметное, на уровне нервных окончаний… Я ждал чего-то такого.

И в голове засела мысль испробовать другой эрг, совсем не тот, что заставил отрабатывать Изао. Какой там был у него словесный ключ? Агникара, кажется. Агникара…

– Рэй? – услышал я. Так далеко, что показалось сначала, что это эхо. – Рэй… какого черта ты делаешь?..

Я открыл глаза.

Ни Дарта, ни Хиннигана рядом не было.

– Питон! Перестань! Совсем сдурел?! – крикнули откуда-то сверху испуганным голосом Дарта.

Я задрал голову. Все одиннадцать учеников висели в воздухе под потолком метрах в трех от пола и с ужасом таращились на меня.

– Эй… – больше я ничего не смог из себя выдавить.

Кто-то положил руку мне на плечо, и я обернулся.

На меня смотрел мастер Изао.

– Высвободи кодо в пол, – сказал он почти неслышно, прикасаясь к моим ладоням. – Направь его туда, вниз… вниз… успокойся. Они просто дети, верни их на место.

Я посмотрел в его глаза.

– Вниз… вниз… – прошептал Изао. – Вниз, мой мальчик… дави кодо вниз… ты не сможешь с ним справиться сейчас… его слишком много. Вниз, дави его вниз… контролируй.

Он закрыл мне глаза ладонью, продолжая нашептывать: «Вниз… вниз…»

Звуки потоков постепенно гасли в голове, пока наконец не исчезли совсем.

– Хорошо, вот так, – сказал Изао уже громче, долго и шумно выдохнул. И только потом убрал ладонь с моего лица.

Меня обступила толпа учеников. Хинниган, как и остальные, смотрели с ужасом, а вот Дарт злился и пыжился высказаться. Продержавшись с минуту, он все же выдал:

– Ты сволочь, Питон! Мог бы сразу предупредить, что ты фортис, а не изображать хрен пойми кого…

– Урок окончен! – рявкнул мастер Изао. – Следующее занятие завтра после двух. Не забудьте переодеться в форму. Свободны! – Затем он повернулся ко мне и сказал, понизив голос: – Я сообщу об инциденте доктору Сильвер. Но ответь, давно это у тебя?

Я сглотнул и уточнил опасливо:

– Давно что?

Он задумался, обхватив пальцами бороду, а потом и вовсе от меня отвернулся, будто забыл, что я стою рядом и жду ответа.

– Мастер Изао?..

– Иди-иди, урок окончен, – отмахнулся он, даже не взглянув в мою сторону.

* * *

Занятие по родовому этикету должно было пройти на третьем этаже.

Пока я шел до кабинета «№ 59», настроение успело порядком испортиться. Из головы не выходили картины подвешенных в воздухе учеников класса, встревоженный взгляд мастера Изао и этот нарастающий звук потока в голове.

А еще дала о себе знать лихорадка. Накатила тошнота, мороз пронесся по коже, рубашка стала влажной от пота, а она и без того пребывала не в очень приличном состоянии после утренней драки и испытаний эргами.

В глазах мельтешило.

Западное крыло кишело учениками разного возраста, по лестницам проносились группки совсем малолетних пацанов, лет семи, тут же встречались явные старшеклассники моего возраста и середнячки лет четырнадцати. Все они куда-то спешили.

Казалось, один только я шел медленно, заставляя себя передвигать ногами и идти ровно.

У выхода на третий этаж мне стало совсем дурно, пришлось навалиться на перила, выравнивая сбившееся дыхание. Я, конечно, осознавал, что слезть с овеума будет тяжело, но надеялся хоть на какую-то помощь со стороны Сильвер, а она вообще себя не проявила, чтобы ускорить процесс выздоровления.

У нее, конечно, и своих дел полно, но зачем тогда с важным видом она обещала избавить меня от зависимости?..

Злой и нервный, я вошел в кабинет и уселся за ближайшую парту у двери.

И как только меня заметили остальные ученики, принялись коситься, а некоторые, вообще откровенно пялились как на диковинного зверя. Единственный, кто на меня не смотрел – это Дарт. Он сидел за последней партой, отвернувшись к окну. Хинниган, устроившись на другом конце кабинета, листал толстенную книгу, но все же изредка и он на меня поглядывал.

Если честно, подмывало встать и громко спросить: какого хрена они так смотрят? Ну поднял я их в воздух… случайно.

Не специально же.

А уставились так, будто я их убить хотел, порезать на части и пожарить.

Не выдержав, я решил ответить им тем же. Начал пристально смотреть на тех, кто смотрел на меня. Сработало. Под моим взглядом одноклассники отводили глаза и принимались делать вид, что заняты суперважными вещами, вроде почесывания затылка и изучения вида собственных пальцев.

– Это ты Рэй Питон? – спросили за спиной.

Я медленно обернулся.

За партой сидел долговязый рыжий парень, и недобрый у него был взгляд. Парень, конечно, отлично знал, что именно я и есть Рэй Питон.

– А что? – прищурился я.

– Меня зовут Питер. Питер Соло. – Он зло улыбнулся.

– Ну и что? Я должен испугаться?

Долговязый привстал и наклонился, приблизив ко мне лицо.

– Готовься ответить за моего брата Феликса, самоубийца.

Я молча оглядел его вытянутую потную физиономию, тяжелый, как у Бартоло, подбородок, злой прищур и, ничего не ответив, отвернулся. Парень остался сидеть позади меня, а я затылком ощущал, как он кромсает меня взглядом.

Питер Соло.

Значит, мне повезло попасть в один класс с братом Феликса. Или это не совпадение? Скорее всего – нет, потому что таких совпадений не бывает. Бартоло в последний момент умудрился впихнуть в школу Сильвер представителя своего клана, чтобы меня достать. Кажется, в кабаре он говорил еще про какую-то племянницу, но даже если и так, то она обучается в восточном крыле и в ближайшее время не способна устроить мне подлянку.

В отличие от этого парня.

Погрузившись в мрачные мысли, я не заметил, что на меня смотрит кое-кто еще. Рядом, сложив руки на груди, остановился Дарт Орриван.

Они что сегодня, сговорились все? Этому придурку что опять надо?

Ничего не разъясняя, он плюхнулся рядом со мной за парту и остался сидеть, будто его сюда кто позвал.

– Слушай, Питон, ты, конечно, та еще жестокая сволочь, – сказал он. – Зато с тобой не соскучишься. Порой выть хочется с таким папашей, как у меня. А ты весь такой… необычный, что ли.

– Необычный? – сощурился я: за такой комплимент можно и в рожу дать. – А твой папаша что скажет?

– Да ну его, упыря, – отмахнулся Дарт. – Родителей только через месяц сюда запустят. А пока можно и покуролесить, правда же?

Ответить я не успел, в кабинете появился преподаватель. Худая женщина в черном платье и шляпке с плотным слоем вуали…

Сердце екнуло.

Я сразу же узнал ее. Эту женщину невозможно было не узнать.

В кабинет вошла Софи. Черный волхв, что излечила меня после драки с Феликсом. Только какого черта она тут делает, да еще и в качестве преподавателя?..

Глава 14. Софи и тайна Пяти Печатей

Не знаю, заметила меня Софи или нет, ее лица я не разглядел.

– Никогда так близко черного волхва не видел, – буркнул рядом Дарт.

Интересно, что бы он сказал, узнав, что за последние несколько дней я видел уже двух черных волхвов. И очень близко.

Женщина остановилась у доски.

– Называйте меня Софи, – негромко сказала она. – Да, я черный волхв. Надеюсь, вас это никого не смущает?

– Ну как сказать… – снова пробурчал Дарт.

Софи тут же повернулась к нашей парте.

– Вы Орриван?

Дарт откинулся на спинку стула и с вызовом уставился на преподавателя.

– Да, а что?

– Вы очень гордитесь этим?

– А почему бы мне не гордиться?

Женщина вдруг смолкла.

Вуаль не давала увидеть, куда конкретно Софи смотрит, но нутром я почувствовал на себе ее пристальный давящий взгляд. Вот теперь она меня заметила.

После пары минут напряженного молчания Софи, наконец, отвернулась от нас и обратилась к классу:

– Вы наверняка уверены, что предмет, который я буду вам преподавать… лишний, не так ли? Что за родовой этикет такой? Но могу вас заверить, что это очень важный предмет. Мы изучим виды общественных и родовых связей, историю Бриттона и, собственно, светский этикет, чтобы сделать из вас джентльменов и, возможно, великих патрициев. – Женщина повернула голову к первой парте у окна и сказала жестко: – Вам не быть патрицием, если вы не прекратите ковыряться в носу прилюдно, мистер Купер.

Услышав свою фамилию, парень сначала замер с мизинцем в носу, потом мгновенно убрал руки от лица и сел ровно.

Софи кивнула.

– Итак. Я хочу, чтобы вы понимали, что без этих знаний вы не займете достойное положение в обществе.

– У нас и так нормальное положение, – высказался кто-то из учеников с задних парт.

Послышался короткий хохоток.

– Нормальное? – удивилась Софи. – Свое рабское положение вы, адепты кодо, называете нормальным?

Она взяла с учительского стола увесистую книгу в серой обложке (точно такую же до этого читал Хинниган) и показала классу.

– Это «История Бриттона», и для начала вы должны изучить ее от корки до корки. Книгу вам выдадут в школьной библиотеке на этом же этаже.

– А у меня уже есть! – поднял руку Хинниган.

Кто бы сомневался, что он не сможет смолчать.

– Я рада за вас, мистер Хинниган, – ответила Софи. – Так о чем говорится в первой главе этого учебника? Вы ведь читали, судя по всему?

Хинниган сидел за партой с каким-то куцым мрачным парнем. Тот открыл учебник, лежащий перед соседом, и вгляделся в первую страницу, хмурясь и пытаясь понять, что же там такого интересного. Хинниган встал и с маниакальным выражением лица принялся рассказывать:

– Там говорится о Пяти Печатях и Великой Родовой Битве доимперского периода, который…

– Именно! – вскинула руку женщина, и очкарик опустился на стул, сам того не желая: вот так просто Софи применила гравитационный эрг.

Заодно и Хиннигана заткнула.

А я сразу же вспомнил, как легко швырял меня по комнате черный волхв Херефорд, когда я только очнулся в новом теле. Тогда мне показалось это чем-то сверхчеловеческим, теперь же я и сам понимал принцип этой техники, осталось только ее освоить.

На доске за учительским столом сам собой развернулся холст с изображением Пяти Печатей – древних перстней с пятью родовыми гербами.

– Кто из вас слышал о Пяти Печатях? – спросила Софи у класса.

Все подняли руки. И я тоже.

В свое время мне довелось учиться в школе при церкви, единственной бесплатной школе Лэнсома, куда меня, как и остальных сирот приюта, определили в семилетнем возрасте. Правда, в школе я больше выживал, чем учил уроки, но историю о Пяти Печатях в общих чертах знал даже я и, если честно, считал ее сказочной легендой, а не правдой.

– Эпоха Пяти Печатей – великая эпоха доимперского периода! – провозгласила Софи. Ее глаза вспыхнули за вуалью. – Двести лет прошло с той поры. Сгинула та эпоха. Двести лет назад построили вокруг нас крепостные стены и обрекли на прозябание. И что же теперь, ученики?.. Что нам остается?

В кабинете повисла тишина, все молчали, даже Хинниган.

Не услышав ответа на свой странный вопрос, женщина вздохнула.

– Нам остается лишь достойно нести свое бремя, адепты. До тех пор, пока не падут крепостные стены Ронстада, пока не восстановится справедливость и не воцарится новая эпоха Пяти Печатей, нам остается склонить головы перед могуществом императора и династии Рингов, чья власть сохраняется вот уже двести лет благодаря Перекрестному договору. Нам остается лишь… быть достойными своего бремени.

И тут поднялась рука.

Это Хинниган в очередной раз решил высказаться.

– Да, мистер Хинниган? – обратилась к нему Софи.

– Эпоха Пяти Печатей не может воцариться снова, это невозможно, – произнес он. – Осталась одна Печать, у Рингов. Остальные утеряны навсегда.

– Хм. Кто вам такое сказал?

Хинниган указал взглядом на раскрытую перед собой книгу.

– Так в учебнике написано.

– Вы верите всему, что написано в учебниках, мистер Хинниган?

Тот нахмурился (смутить этого умника было не так-то просто).

– Тогда зачем вы потребовали изучить «Историю Бриттона» от корки до корки, если там вранье? – спросил он.

Глаза Софи снова сверкнули за вуалью, Хинниган поежился и мгновенно сел на место. На этот раз добровольно.

– Затем, мистер Хинниган, чтобы вы научились отличать ложь от правды, – ответила женщина. – Из учебников мы знаем, что в эпоху Пяти Печатей люди и адепты кодо сосуществовали на равных. Пять метрополий, пять городов и пять великих патрициев сотрудничали на благо своих народов. Они владели пятью древними артефактами. Пять великих родов жили в мире, умудряясь делить ресурсы. Ринги из Лэнсома, Дювали из Эгвуда, Орриваны из Ронстада, Сильверы из Фориата и Баумы из Юни-Порта. Но когда-то все заканчивается. Поколения сменяют друг друга, и на смену одним патрициям приходят другие, с другими целями. Закончилась и эпоха Пяти Печатей.

– Вы о Великой Родовой Битве? – спросил Хинниган.

Софи кивнула.

– Конечно же о ней. И вот в чем правда. Ринги развязали междоусобную войну, но накануне битвы бесследно исчезли четыре печати. Осталась только одна – у Рингов. И началась бойня, каких земля Бриттона еще не видела. Первым покорился Эгвуд, вскоре и Ронстад, а вот Фориат и Юни-Порт сопротивлялись до последнего и были разрушены до основания. А когда битва закончилась, Ринги заставили тех немногих выживших из великих родов подписать Перекрестный договор, приняв единую власть лэнсомской династии и провозгласив империю. Адепты смирились и позволили запереть себя в Ронстаде. Их назвали оскверненными, неугодными… Бриттон разделился на чистых и грязных. На них и нас. Отныне великие пять искусств кодо стали называть пятью грязными искусствами. Великая была битва… бесславен был ее финал…

– Ага, говорит так, будто сама там была, – хохотнул Дарт мне в ухо.

И как Софи умудрилась его услышать?..

В гробовой тишине она направилась к нашей парте, и пока шла, стук ее каблуков становился все громче.

Подойдя, она наклонилась к Дарту.

– Я была там, мистер Орриван, и видела все своими глазами.

– Не понял, – прищурился Дарт. – В смысле – были там? По-настоящему? Вам что, двести лет?

Голос Софи внезапно стал скрипучим, от него мороз пронесся по коже:

– Мне намного больше, мистер Орриван. И лучше вам никогда не увидеть, как сильно долгая жизнь отразилась на моем лице.

Дарт невольно вжался в стул, но его спас очередной вопрос Хиннигана.

– А почему черные волхвы так долго живут?

Софи резко выпрямилась и обернулась на него.

– Дело в происхождении и индексе кодо… однако это не тема нашего сегодняшнего урока.

– Скажите, что такого особенного в Пяти Печатях? – а это уже спросил я.

Мой интерес был чисто практический. Хотелось выяснить, как род Рингов умудрился заставить сильных адептов покориться, неужели только за счет какого-то мутного перстня? Или было что-то еще?

Не верил я в эти сказки.

Услышав мой голос, Софи задумалась. Потом развернулась, прошла к доске с холстом и уже оттуда мне ответила:

– Это не просто какие-то «мутные» перстни, мистер Питон. Это древние артефакты, созданные тысячелетия назад. Они покоились в пяти гробницах, в Горах Царей, и каждый из перстней имел силу благословлять на могущество. Ринги выбрали свой удел, и теперь благословение печати нерушимо, пока принадлежит им.

– Но ведь не только печать все решила? – покачал головой я. – Никогда не поверю, что адепты потерпели поражение только из-за потери перстней, пусть даже таких древних.

Софи долго молчала. И в кабинете стало так тихо, что все услышали, как урчит желудок того самого Купера, который в начале урока ковырялся в носу.

– Нет, потеря печатей лишь ослабила веру адептов в свои силы, – наконец ответила Софи. – Исход битвы решил дериллий – металл, подавляющий кодо. Ринги нашли его залежи там же, в Горах Царей, но хранили свой секрет до поры до времени. Пока однажды не подготовились основательно. Ошейники и цепи из дериллия, повозки, обитые пластинами, латы и доспехи, кольчуги и оружие, клетки с прутьями из него же…

Софи с тихим выдохом повела плечами, будто вспомнила что-то жуткое, что видела лично.

– О дериллии все знают, – не отставал я (и, похоже, уподобился занудливому Хиннигану). – Но было ведь что-то еще, о чем не написали в учебниках?

Женщина опять замолчала. Казалось, разговоры о тех событиях причиняли ей физическую боль.

Выдержав длительную паузу, она сказала.

– Да, кое о чем в учебниках не написано, вы правы, мистер Питон. Вы ничего не найдете там о харпагах. А они появились именно в тот день. В день Великой Родовой Битвы, и их пришло очень много. Эти прожорливые твари набросились скопом. И продолжают это делать каждый месяц, ослабляя и без того ослабленный Ронстад. Ринги подготовились основательно, они разрушили все, что считалось нерушимым…

И тут преподавателя перебил хрипловатый голос Питера Соло:

– А если бы кто-нибудь из Рингов появился в Ронстаде, что бы вы сделали?

На это женщина ответила быстро и уверенно:

– Ни один из Рингов не смог бы сюда попасть.

– А если бы смог? – настаивал Питер.

Мне же захотелось развернуться и кулаком заставить гада заткнуться. Он демонстративно давал мне понять, что знает о моем секрете и в любой момент может меня сдать. И если он сделает это, то подпишет мне смертный приговор прямо тут.

– Хм, – пожала хрупкими плечами Софи, – даже если кто-то из Рингов вдруг окажется в Ронстаде, его должны будут поместить под стражу, а потом отправить в Лэнсом, чтобы избежать конфликта с имперским родом. Нарушать Перекрестный договор чревато последствиями.

– Это официальная версия, – усмехнулся Питер. – А что бы вы лично сделали, Софи? Что бы вы сделали, если бы увидели Ринга прямо перед собой? Убили бы его, верно? Наказали бы род Рингов за измену, ведь так? Вы бы уничтожили его, не раздумывая? Убили бы?

Я сжал под партой кулаки.

Вот сейчас… прямо сейчас он сдаст меня со всеми потрохами.

Видя, как накручена Софи после воспоминаний о Великой Битве и предательстве Рингов, Питер отлично понимал, что способен одним лишь словом натравить на меня черного волхва, и Софи может не сдержать силы и прикончить меня на месте. Прямо за этой партой. Ей терять нечего, она практически бессмертна и непобедима. И никакая Ли Сильвер ей не указ.