Текст книги ""Фантастика 2025-188". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Алиса Чернышова

Соавторы: Олег Лукьянов,Илья Тё,Арина Остромина,Анна Кондакова,Матильда Старр,Мстислава Черная
сообщить о нарушении

Текущая страница: 176 (всего у книги 350 страниц)

Глава 12

– Так ведь это хорошая новость! – радостно воскликнула я. Посмотрела на мрачного инспектора и уже не так уверенно спросила: – Хорошая же, да?

– Ну… Это как сказать. Насколько я смог разобраться, магические свойства самой лавки каким-то образом смешались с заклинанием перемещения. И теперь, чтобы вернуться обратно, нам придется наторговать на пять тысяч гульденов.

Я задумалась.

Пять тысяч гульденов…

Звучит, конечно, серьезно, но в общем-то, кажется, не так уж и страшно. Если учесть, что в предыдущем мире лавка «выписала» мне целых тысячу золотых монет, сумма в гульденах выглядит куда более скромной. Если уж флакончик со средством стоит целых двадцать. Это тебе не медные монеты в золотые складывать.

– Ну, это вполне осуществимо, – бодро заявила я. – Мне не привыкать. Я уже работала на подобных условиях!

Инспектор устало посмотрел на меня.

– И как? Получилось? Смогла вернуться в свой мир?

Я резко сникла.

– Нет, – пришлось признать очевидное. – Не получилось.

Я вспомнила, как бодро мы обменяли половину лавки на товары мошенника Коляшки, которые теперь годятся лишь на то, чтобы выбросить. Ну или поставить на видное место – как напоминание о собственной глупости.

– Нам еще и торговать теперь особо нечем! – напомнила я инспектору. – И если бы вам не приспичило купить этот идиотский колокольчик!..

Он хмыкнул и достал из кармана купюру, помахал ею.

– Считайте, что я все это купил.

Я недоверчиво прищурилась. А разве так можно? Разве зачтет лавка такую покупку? Впрочем, проверить стоило.

– Ладно, давайте сюда, – вздохнула я, забирая деньги. – А вот все то, что вы отдали аферисту, оно теперь ваше. Вы это честно купили!

Я говорила нарочито громко. И хоть обращалась к инспектору, слова эти предназначались лавке. Пусть осознает, что у нас тут все по правилам.

Теперь следовало проверить, сработало ли. Я подошла к сундуку, открыла крышку и заглянула внутрь… И с облегчение выдохнула. Весь товар, который мы выменяли на колокольчик и прочую ерунду, снова оказался на месте.

– Получилось!

Я принялась расставлять амулеты и флаконы на полки. Видеть их не полупустыми было приятно.

И вдруг меня осенило. Я резко выпрямилась и радостно уставилась на инспектора.

– Постойте-ка! Вы же можете просто все это купить, и мы сразу отправимся обратно!

– Вряд ли, это сработает, – инспектор не спешил разделять мой энтузиазм. Я решительно направилась к коробочкам и положила купюру в ту, что предназначалась для гульденов.

Точнее, не положила. Вредная купюра зависла в воздухе, в нескольких сантиметрах от коробки. Какое-то время я еще пыталась ее затолкать, но быстро поняла тщетность этих усилий. Зато в “свою” коробочку купюра легла как миленькая.

Ну вот! Только я обрадовалась возможности одним махом избавиться от всех неприятностей сразу – и новое разочарование. Видимо, придется действовать по старинке – ждать покупателей, расписывать достоинства товаров и собирать выручку по крупицам.

Только вот сделать это будет труднее. Раньше лавка, по крайней мере, стояла в людном месте, а не в глухом лесу. Ждать, пока кто-то из местных деревенских снова решится отправиться в чащу за волшебным камешком для роста редиски, можно долго. Да и о рекламе в газетах можно забыть, вряд ли в близлежащих деревеньках есть собственные СМИ.

Все эти печальные мысли навалились разом, я почувствовала себя жутко уставшей. Самая тяжелая работа в мире – думать о том, как у тебя все плохо. Чертовски выматывает.

– Ладно, – сдалась я устало и потерла виски. – Утро вечера мудренее. Может, к завтрашнему дню что-то и придумаем.

Инспектор понимающе кивнул, пожелал мне спокойной ночи и отправился к себе – то ли действительно решил спать, то ли вернулся к книгам.

Я последовала его примеру. Но как только открыла дверь и заглянула в комнату, вздрогнула и зажмурилась. Я совершенно забыла, во что превратила свой интерьер. Обстановка была прежней, да и с чего бы ей стать другой? Эклектичная абстракция, непонятные формы, изогнутые углы, а главное – кровать с таким наклоном, что даже самым тренированым акробатам было бы не под силу на ней уснуть.

Но я все же попыталась. Один раз, второй, третий… Какое там! Я упорно соскальзывала с нее, словно с горки в аквапарке. Да еще и одеяло (как оказалось, не из фольги, а из чего-то куда более колючего) шуршало так, что уши закладывало.

И ведь к инспектору на ночлег уже не попросишься. Как выяснилось, чудовищ в лесу нет, а значит, нет и повода просить защиты…

Убедившись в тщетности этих попыток, я задумалась: а нельзя ли выпросить у шкафа что-то вроде спального мешка. Или хотя бы палатки. Ну хоть чего-нибудь, что позволит мне не спать на этой абстрактной катастрофе! Покосилась на шкаф. Содрогнулась. Да уж, после того, что я с ним сотворила, вряд ли стоит ожидать от него чего-то хорошего. Боюсь, палатка окажется такой же жуткой, как и все остальное.

Я вздохнула и приготовилась к очередному восхождению на вершину кровати. И только тогда заметила, что в дверном проеме, сложив руки на груди, стоит инспектор и с неподдельным интересом наблюдает за моими попытками улечься спать.

Ну вот, меня застукали. Похоже, теперь придется признаться, что я не в таком уж восторге от нового дизайна мебели. Делать этого совершенно не хотелось, и вообще, нападение – это лучшая защита.

– А вам не кажется, что вламываться в комнату к одинокой девушке неприлично? – возмутилась я.

Хм, от тапочек, кажется, есть польза. Во всяком случае, аргумент пришел в голову незамедлительно.

– Ну во-первых, я не вламывался, дверь была открыта. А во-вторых, тут так грохотало и скрежетало… Я уж решил, что и впрямь в лавку вломились какие-то чудовища.

Ну конечно, скрежетало одеяло, а грохотала я сама, когда в очередной раз скатывалась со своей так называемой «кровати».

– Ничего особенного, просто небольшая разминка перед тем, как укладываться спать.

– Значит, моя помощь не нужна? – уточнил инспектор.

– Не нужна, – гордо ответствовала я.

– Тогда ладно.

Он пожал плечами, развернулся и уже собирался уходить.

– Погодите! – крикнула я. И кажется, окончательно сдалась. – Очень нужна! Пожалуйста, верните все, как было!

Инспектор демонстративно вздохнул, закатал рукава. Я окинула свое безумное творение прощальным взглядом и отошла в сторону. Обидно! Инспектору достаточно пальцами щелкнуть, Мартина по книжечке-самоучителю уже освоила заклинание иллюзий, а я…

Щелчка пальцами оказалось недостаточно. В руках инспектора появился белый шар жемчужно-серого мягкого света, будто граф достал луну с неба. Шар замерцал, и инспектор оттолкнул «луну» от себя. Свет коснулся стены, и будто ластик стер мое художество – в месте прикосновения стена восстановила привычный вид. Инспектор направил шар дальше, очистил стену, потолок, восстановил мебель. На комнату у него ушло минут пятнадцать по моим ощущениям.

– Доброй ночи, – улыбнулся он, благородно оставив комментарии при себе.

Во мне в этот момент боролись неловкость и здравый смысл. Победил, к счастью, второй.

– Подождите, – вздохнула я. – Уборную, пожалуйста, тоже.

Глава 13

Оказаться с любимым на необитаемом острове – дурацкая мечта. Правда, мне достался урезанный пробник: вместо райского острова глухомань в лесу, вместо виллы бревенчатый домик, да и на любимого инспектор не тянул, хотя глупо отрицать, что от его прямого взгляда у меня мурашки и учащенный пульс, а воображение все чаще рисует фривольные картины сладких поцелуев.

Заметив, как время от времени, я улетаю в облака и начинаю улыбаться, тапочки принялись меня ругать, на чем свет стоит, но шепотом, чтобы ненароком не раскрыть мой сердечный секрет инспектору.

Чтобы не слушать их ворчание, я старалась проводить больше времени за прилавком, на своем рабочем месте.

Только вот этой самой работы у меня, увы, не было. После первых удачных пришедшим за Коляшкой селянам, я воодушевилась. В глухих местах скучно, оттого любые новости разлетаются от двора к двору особенно быстро. Я была уверена, что о нашей лавке заговорят, и скоро к нам придут соседи тех мужичков, потом соседи соседей – магию в каждый дом! Однако никто не пришел ни вчера, ни сегодня, и я начала подозревать, что и завтра тоже никого не будет.

И как торговать, когда единственные существа, которые хотят навестить нашу лавку, это те самые очень голодные комары, о которых рассказывали селяне?

Инспектор, казалось, не беспокоился. То ли от бессердечия, то ли хорошо скрывал. Мы с ним встречались за его столом на завтраки, обеды ужины. В отличии от моей вредной скатерки, его скатерть продолжала потчевать нас на уровне лучших ресторанов. Дважды мы выходили на прогулку: дошли до речушки и обратно, потом прошлись по едва заметной тропке, убегающей в самую чащобу, углубляться не стали, вернулись, обошли лавку неровным кругом и разошлись: я за прилавок, а инспектор в свою комнату.

К полудню третьего дня я окончательно убедилась, что ждать клиентов мы можем вечность. Кто-нибудь когда-нибудь до нас доковыляет, но это не точно.

И если я не хочу встретить в чертовом лесу старость и стать местной Бабой Ягой, то пора брать дело в свои руки!

Я хлопнула ладонью по прилавку и решительно встала.

Изобретать ничего не придется – пример Коляшки перед глазами. Мне срочно нужен такой же короб, раскладывающийся в прилавок. Набью самыми ходовыми для деревни товарами и пойду продавать.

Загвоздка заключалась в том, что никакого короба у меня не было. Зато у меня был шкаф, способный выдать и первоклассные доски, и качественный инструмент, и гвозди. Сколотить ящик не должно быть чем-то слишком сложным, тем более мне ни красота, ни ровность не нужны. Пусть будет кривоватый, косоватый и с зазорами, лишь бы товар влезал.

Воодушевленная, я отправилась к шкафу, выпрашивать все необходимое. Опыт уже имелся – для мастера Гастора он в свое время чего только не надавал!

Шкаф недовольно скрипнул (видимо, еще не отошел от того, что я с ним недавно сотворила), но когда я распахнула дверцы, выдал-таки стопку ровных досок, пачку гвоздей и солидный молоток с удобной деревянной ручкой. Даже пара плотницких перчаток была предусмотрительно приложена. Шкаф определенно заботился обо мне больше, чем я сама о себе.

Прикинув, что заниматься столярными работами за неимением мастерской лучше во дворе, чем в спальне, я взялась за первую доску и попыталась выволочь из комнаты, не вписалась в дверной проем застряла и уронила свою ношу. Хоть на пол, а не на ногу.

На шум выскочил инспектор и с немым изумлением воззрился на меня.

– Слушайте, – пожала я плечами, – Никто сюда не придет. А если гора не идет к Магомету…

Я сделала внушительную паузу.

Инспектор потер переносицу, устало вздохнул:

– Кто такой Магомет? И почему к нему должна идти гора? Спешу сообщить, горы вообще-то не ходят, стоят на месте.

Разница в культурном дискурсе, черти ее побери… Однако читать лекцию по устойчивым выражениям моего мира не было ни времени, ни желания.

– Именно, – подтвердила я. – Поэтому если гора не идет к Магомету, Магомет идет к горе. Я хочу сказать – нам надо самим пойти к деревенским жителям. Соберем товары в короб и отправимся продавать. Раз уж этот их Коляшка умудрялся впаривать местным свечки и бусины, мы справимся не хуже. У нас товары настоящие!

Инспектор задумался, оценивая мою идею. Судя по хмурому лицу, идея ему не нравилась. Я отлично его понимала. Тащиться куда-то через лес и для меня далеко не самый любимый способ провести досуг. С детства ненавидела походы, да и вылазки на природу с шашлыками меня не прельщали. Мне и без природы хорошо, а шашлык, если уж приспичит, можно заказать в доставке.

– Или придумайте что-то лучше. Какой-нибудь магический приманиватель клиентов…

Я смотрела на него с надеждой: ну а вдруг!

Но инспектор лишь покачал головой.

– Боюсь, что и правда придется идти, так сказать, в народ. Только где мы раздобудем короб?

– Сделаем сами! Делов-то, пара досок, гвозди, молоток…

Инспектор еще раз вздохнул, уже не просто устало, а скорее обреченно, но кинул и закатал рукава, явив моему восхищенному взору крепкие, мускулистые руки.

Я не стала долго пялиться, разве что самую чуточку, и деловито спросила:

– А вы умеете? Ну вот это вот все… с досками и инструментами.

– Нет, конечно. Откуда бы? Но разве у нас есть выбор?

И то правда. У нас в наличии всего две пары рук, и тот факт, что они под плотницкую работу не заточены, ничего не меняет.

Перетаскал он все, выданное шкафом, быстро и обнадеживающе ловко, и, пока я ходила за последней пачкой гвоздей, даже приступил к делу.

– Держите доску ровно, – уверенно скомандовал он.

Я покорно ухватилась за край доски и прикрыла глаза – от греха подальше. Удар молотком вышел мощный и уверенный, но гвоздь все равно предательски согнулся, а доска чуть не выскользнула у меня из рук.

– Гвозди у них какие-то хлипкие, – кисло прокомментировал инспектор, извлекая гвоздь и с неодобрением его разглядывая.

– Да-да, конечно. Абсолютно очевидно, что проблема именно в гвоздях.

Инспектор взглянул на меня искоса, явно подозревая ехидство, и протянул молоток мне.

– Может, сама попробуешь? – предложил он.

Я решительно кивнула и взяла молоток. Очень скоро стало ясно, что я несколько переоценила свои плотницкие способности. Гвозди категорически отказывались вбиваться ровно, молоток то и дело съезжал в сторону, а доски будто нарочно скользили и разваливались.

Инспектор со вздохом забрал у меня молоток.

Уже к поздней ночи методом проб и ошибок (в основном, конечно, ошибок), нам все-таки удалось собрать нечто отдаленно напоминающее короб. Получилось кривовато, но достаточно крепко, чтобы не развалиться от первого же ветерка. Я с гордостью осмотрела результат нашей работы и осторожно постучала по нему.

– Вроде бы держится, – сказала я с облегчением. – А теперь вам нужно его поднять!

Он подошел к коробу и уверенно ухватился за края. Я с любопытством наблюдала, как напряглись его плечи и руки, и уже была готова аплодировать нашей общей победе.

Он поднял короб как культурист штангу, сделал пару шагов, но по его лицу стало понятно: победа явно далась ему слишком тяжело.

Да уж, проблема появилась там, где не ждали. Наш ящик получился таким тяжелым и неудобным, что даже пустым его поднять было непросто. А если загрузить туда товар?

– И как, скажи на милость, тащить его через весь лес? – устало спросил инспектор.

– Никак… – признала я растерянно.

Вот так и бьются надежды на лучшее. Моя прекрасная идея оказалась пшиком, пустышкой, и обидно даже не столько за потраченные впустую усилия, сколько за отсутствие любых других идей. Я почти физически ощутила, как уныние наваливается на плечи тяжелым одеялом, окутывает, придавливает к земле. Я опустилась на ступеньки крыльца и уставилась перед собой ничего не видящим взглядом, лишь мельком отметила, что уже темнеет, деревья на фоне вечернего неба превращаются в черные изломанные линии, появляются первые звезды.

Но вся эта красота не нашла в моей измученной душе никакого отклика.

– Еще один прекрасный никуда не годный план, – вздохнула я. – Ничего у меня не получается… Что ни придумаю – ничего не работает. Мы никогда отсюда не выберемся…

Инспектор подошел ближе, по-простому сел рядом со мной, плечом к плечу. На миг мне показалось, что сейчас он меня приобнимет, погладит по голове, скажет что-то ободряющее.

С обнимашками – это я, конечно, погорячилась, но пара добрых слов для меня нашлась.

– Выберемся. И идея была хорошая. И вообще, кто нам мешает придумать что-то еще?

Солнце окончательно село, оставив вместо себя тонкий серпик луны, который тускло подсвечивал верхушки деревьев. Ветерок шевелил ветви ближайших кустов, и этот мрачноватый лес стал казаться почти приятным, даже уютным… Неужели только потому, что инспектор проявил ко мне простое человеческое участие? Идея, говорит, хорошая. А что касается “придумать еще” – так это я запросто!

– А если приделать к нашему коробу колеса… Вы умеете делать колеса?

Инспектор рассмеялся:

– Вот видишь, ты никогда не сдаешься, – и накрыл мою руку своей.

Обычный жест, который означает поддержку или…

…или что-то большее?

Я замерла, боясь шелохнуться. Ладонь инспектора накрывала мою, и это прикосновение заставило сердце сбиться с привычного ритма.

Тишина разом стала гуще, даже ночные шорохи леса словно притихли. Я не смотрела на инспектора, но физически ощущала его присутствие рядом – крепкое плечо, легкое дыхание.

Теперь мне не хотелось думать ни о тяжелом коробе, ни о том, как отсюда выбираться. Какая разница, если можно просто сидеть рядом и слушать, как шуршит листвой прохладный ветер…

И тут меня осенило. В один миг, словно включили свет в темной комнате, пришло совершенно очевидное и простое решение. Я резко подскочила, едва не опрокинув инспектора.

– Куда ты? – он явно растерялся от моей внезапной активности.

– Я сейчас! – бросила я через плечо и бегом рванула к шкафу.

Разумеется, по пути я споткнулась о кота, едва не грохнулась на пол – но все это такие мелочи, если есть цель.

– Шкафчик, миленький, дай мне готовый короб! Только легкий, складной, чтобы сразу мог превращаться в прилавок, а?

Неужели получится?

Когда я тянулась к створкам и открывала, пальцы дрожали. Я зажмурилась до боли и резко распахнула глаза – здоровенный короб стоял на полке, будто был на ней давным давно.

Рвано выдохнув, я поскорее вытащила его наружу, погладила по лакированной боковушке и тут же (чтобы не обиделся) погладила и шкаф:

– Вот спасибо тебе огромное! – Я облегченно вздохнула. – Спаситель ты мой деревянный!

– Ты с кем там разговариваешь? – раздался за спиной голос инспектора.

Он уже стоял в дверях и вопросительно смотрел то на меня, то на выданную шкафом конструкцию.

– Вот! – радостно объявила я. – Понимаете, я подумала, раз он может выдать доски и гвозди, почему бы ему сразу не дать готовый короб, нормальный и легкий?

Инспектор подошел ближе, присел на корточки, осмотрел мое новое приобретение и тяжело вздохнул:

– А сразу нельзя было так сделать? До того, как я весь день сражался с гвоздями и молотком?

И это вместо того, чтобы похвалить!

– Вы тоже могли бы догадаться, – буркнула я. – Я-то хоть сейчас сообразила.

Я была права, однозначно права, тысячу раз права! Но какой в этом толк, если мой инспектор хмурится? И вообще, победители могут позволить себе роскошь быть великодушными.

– А героический труд с гвоздями и молотком войдет в историю как пример вашей невероятной стойкости и терпения, – улыбнулась я. – Ну и моих не до конца продуманных идей…

Глава 14

Сборы начались сразу после завтрака и тут же показали, что торговля на вынос не будет простой.

Уложить товары в короб и пойти их продавать казалось задачей элементарной ровно до тех пор, пока я не начала раскладывать амулеты и хрупкие пузырьки с эликсирами.

Любой, кто хоть раз паковал чемодан перед отпуском, отлично знает эту магию вещей: вроде бы хочешь положить всего пару платьев и туфли, но потом вспоминаешь, что нужен фен, косметика и… Когда начинаешь укладывать вещи, они категорически отказываются помещаться, расползаются по сторонам, и молния не сходится.

А здесь задача была куда хитрее: как сложить все так, чтобы при ходьбе ничего не разбилось, не помялось и не превратилось в бесполезный мусор? Через полчаса утомительных попыток я обессиленно уселась на пол рядом с коробом и с грустью оглядела хаос на прилавке.

– Как успехи? – выглянул из своей комнаты инспектор.

Он-то, ясное дело, уже давно был готов и теперь наблюдал за моими метаниями, словно болельщик на трибуне.

– Ничего особенного, – проворчала я. – Просто пытаюсь запихнуть сюда сотню бутылочек, пару десятков амулетов и коробочек так, чтобы они не передавили друг друга. Кстати, у вас не завалялось немного упаковочной бумаги, воздушной пленки, пенопласта?

– Нет. Но я могу попросить все это у шкафа, если ты сможешь объяснить мне, что такое, к примеру, пенопласт.

Я глубоко вздохнула и отправилась договариваться со шкафом сама. Это явно проще, чем объяснять инспектору, как выглядят упаковочные материалы из моего мира. Учитывая, что он потом пойдет пересказывать мои объяснения шкафу, получится типичный “испорченный телефон”. Даже представить страшно, что именно инспектор может притащить в результате – рулон колючей проволоки?

Объясниться со шкафом и мне было непросто. Кое-как, размахивая руками и рисуя в воздухе фигуры, я растолковала, что от него хочу. Шкаф долго думал, тихонько поскрипывал и в итоге выдал мне охапку чего-то пушистого, легкого, больше всего похожего на вату. Не бог весть что, конечно, но хоть так.

Подхватив эту воздушную гору, я вернулась в торговый зал и увидела, что инспектор уже колдует над коробом. Я решительно шагнула вперед:

– Вы там все перепутаете!

Он даже не отреагировал, спокойно забрал у меня вату, кивнул в сторону прилавка – не мешай мол.

Ну-ну, посмотрим, что у вас получится!

Однако уже через десять минут все было аккуратно и компактно упаковано. Так аккуратно и компактно, что мне стало обидно. Я-то целое утро на это потратила! Хотя… без моей ваты он бы точно не справился.

Я достала из-под прилавка стопку исписанных листов.

– А это что такое? – удивился он.

– Прайс-лист, – отрапортовала я. – На всякий случай переписала цены. Здесь мне лавка их подсказывает. Смотрю на товар – и уже знаю цену. А будет ли это работать на расстоянии – неизвестно.

Инспектор посмотрел на меня с уважением:

– Очень предусмотрительно.

Я зарделась и даже начала гордиться собой, но он добавил:

– Дай-ка сюда. Вдруг потеряешь?

Я бы обязательно обиделась, но на это у нас не было времени. И все же сказала не без ехидства:

– Что ж, с этим разобрались. Осталась одна мелочь. Куда идем-то? Направо, налево или куда глаза глядят?

Увы, и этот вопрос не застал инспектора врасплох.

– А становитесь-ка за прилавок, любезная. Разве не видите – у вас покупатель.

Я, хоть и удивилась, но все же заняла свое привычное место. Улыбнулась самой «продавцовой» улыбкой, какую только смогла изобразить:

– Чем могу помочь?

Раз уж он решил поиграть в магазин, находясь в этом самом магазине, кто я такая, чтобы мешать. Да и самой было интересно, что он задумал.

– Покажите мне карту местности, – объявил инспектор самым будничным тоном.

– Шутите? Откуда у меня может быть карта этой глухомани?

Он вздохнул с таким видом, будто ему приходится объяснять очевидное ребенку.

– Просто карту местности. Магическую.

– У нас в лавке такого точно нет.

– Так попросите у сундука, – подсказал инспектор. – Скажите, под заказ. Это обычная практика.

Я бросила на него недоверчивый взгляд, но к сундуку все же обратилась. В конце концов, когда-то он и правда выдавал мне товары, которые я просила. Брошюрка для начинающих магов, комплект «Свежо и чисто»… Только вот выдавал с явной неохотой и после долгих уговоров.

К моему огромному удивлению, когда сундук открылся, на дне лежал сложенный вчетверо лист плотной пожелтевшей бумаги.

Я осторожно взяла его в руки и присвистнула.

– Пятнадцать золотых монет за кусок бумажки!

Инспектор, не моргнув глазом, отсчитал деньги и забрал бумажку у меня из рук.

Что-то в последнее время он очень уж легко сорит деньгами.

– Может, пора начать экономить? – осторожно спросила я. – Что мы будем делать, когда ваши финансы закончатся?

Он пожал плечами и невозмутимо ответил:

– Тогда будете брать товары для личного пользования. Это бесплатно.

Я несколько секунд потрясенно молчала, а потом с возмущением выпалила:

– А почему же сейчас мы так не поступили? Почему я не взяла эту карту бесплатно, для личного пользования?

Инспектор только пожал плечами, не удостоив меня объяснениями.

Ну конечно, он специально это делает! Тратит деньги, чтобы помочь мне побыстрее наторговать нужную сумму. Помогает, как тогда, с кольцом. И снова это вызвало у меня смешанные чувства. С одной стороны – заботится. А с другой… Хочет, чтобы я вернулась домой? Устал от моих дурацких идей и неуклюжих экспериментов с магией? Обидно как-то.

Я, конечно, не подарок, но и не такое уж наказание! По крайней мере, мне так хочется думать.

Инспектор тем временем аккуратно развернул бумажку и задумчиво уставился на нее. Я подошла ближе, любопытство все-таки победило душевную драму. Бумажка, конечно, была старинной, потрепанной, очень аутентичной, но все еще абсолютно пустой.

– И что, эта ваша карта правда покажет дорогу? – тихо спросила я, вытянув шею и почти касаясь его плеча.

– Должна.

– А она знает, что должна?

Я разочарованно посмотрела на чистый лист и уже хотела возмутиться, но тут бумага подернулась дымкой, и прямо на глазах начали прорисовываться контуры.

Сначала возникла крохотная копия нашей лавки, причем не просто схематичная, а самая настоящая трехмерная миниатюра. Даже маленькие ставенки, крыльцо, скамеечки были на месте, и все это выглядело так объемно и реалистично, что мне немедленно захотелось потрогать пальцем, проверить, из чего сделано.

– Ничего себе! – прошептала я, восхищенно склоняясь ближе.

– Смотрите дальше, – улыбнулся инспектор и указал на карту.

От нашей лавки расходились дорожки, подсвеченные спокойным желтовато-зеленым светом. Вот и лес, все его перекрученные деревья и тропинки, словно настоящие. И даже тоненький ручеек с переливающейся водой. Я завороженно смотрела, как карта прорисовывает дальше, и вдруг, словно по волшебству, далеко на краю листа появились три деревушки. Они были очаровательные, крошечные, с аккуратными крышами, белыми домиками, заборами и огородами. Казалось, что если очень-очень сильно приглядеться, то можно даже разглядеть местных жителей, гуляющих по дворам.

Вот это да! Навигаторы из моего мира и рядом не стояли. Там максимум стрелка с надписью «Вы находитесь здесь» и гнусавый голос: «Через двести метров поверните направо». А тут – просто волшебство!

Инспектор аккуратно свернул карту и спрятал ее в карман:

– Ну, теперь хотя бы понятно, куда идти. Нам пора!

– Пора, – вздохнула я и, вспомнив, добавила: – Только вот надо собрать тормозок в дорогу.

Пока я упаковывала бутерброды, инспектор занялся коробом, проверил, хорошо ли все закрыто, надежно ли держатся ремни, а потом взгромоздил короб на плечи, чуть пошатнулся, но быстро поймал равновесие и выпрямился.

– Ну как? Тяжело? – спросила я беспокойством.

– Нормально.

Верю, как же! Я уже хорошо изучила характер инспектора. Он скажет: нормально, даже если будет висеть на краю пропасти.

Что ж, пора было отправляться в наш странный поход. Пусть и с тяжелым грузом, но зато с картой и бутербродами. По-моему, могло быть и хуже.