Текст книги ""Фантастика 2025-188". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Алиса Чернышова

Соавторы: Олег Лукьянов,Илья Тё,Арина Остромина,Анна Кондакова,Матильда Старр,Мстислава Черная
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 350 страниц)

– Послушайте, мистер Соло, – холодно ответила Софи, – я понимаю, к чему вы клоните. Но советую вам впредь воздерживаться от провокационных вопросов…

Я не выдержал и повернулся к Питеру.

– Ну и как ты себе это представляешь? Как бы Ринг проник в Ронстад?

Питер улыбнулся, глядя мне в глаза.

– А очень просто. Обманул бы кордон на въезде и все.

– На въезде проверяют кодо, а Ринги не владеют кодо. Об этом ты не подумал?

– Он бы мог принять горсточку овеума, почему нет? – еще шире улыбнулся мне Питер.

Мы смотрели друг другу в глаза не меньше минуты, не моргая и не шевелясь, пока Софи на нас не прикрикнула:

– Мистер Соло, мистер Питон! Предлагаю вам продолжить свою дискуссию на перемене и…

Договорить она не успела.

Дверь распахнулась, и в кабинет вошла Ли Сильвер. Весь класс встал, приветствуя директора, но она на нас даже не взглянула.

– Софи, я прошу прощения, но это срочно, – обратилась она к черному волхву. – Нужен ваш совет.

Софи повернулась к ученикам:

– Сейчас все организованно идете в библиотеку, она тут рядом. Мисс Бланш выдаст вам учебники, письменные принадлежности и плечевые сумки. Потом у вас обед, столовая на первом этаже… И, пожалуйста, не шумите, – она оглядела класс и нашла глазами Хиннигана. – Остаетесь за старшего, мистер Хинниган. Проконтролируйте, чтобы никто не шумел.

Очкарик закивал, но при этом нахмурился, прекрасно понимая, что с поставленной задачей справиться будет непросто. Скорее, невозможно.

Так и вышло.

Как только Ли Сильвер и Софи покинули кабинет, начался галдеж. Хинниган вскочил и замахал руками, напоминая дирижера оркестра.

– Эй, тише будьте! Не орите! Сказали же, не орать! – Он заметался по рядам парт, вопя вслед ученикам, ринувшимся в коридор: – Ну не ори-и-те! И не бегите! Тихо! Пожа-а-алуйста!

– Заткнись, Клиф, – громко осадил его сосед по парте, поднялся и вышел.

Я и Дарт сидели, ожидая, когда суматоха схлынет. Возле нас остановился Питер Соло, наклонился к моему уху.

– Я могу сдать тебя в любое время, крыса Рингов, – потом выпрямился и посмотрел на Дарта, скривив презрительную мину: – Мой тебе совет, не связывайся с ним, Орриван. Он скоро утонет в дерьме, и тебя с собой захватит. Если твой отец узнает, с кем ты общаешься, он с тобой церемониться не будет, сам знаешь.

Дарт растянул губы в улыбке, выставил кулак и оттопырил средний палец.

– Ты куда-то шел, Питер?

Тот поджал губы и одарил Дарта злым взглядом. Развернулся и, распахнув ногой дверь, вышел из кабинета.

– Эй! – возмутился ему вслед Хинниган. – Ну неужели нельзя тише?! Стадо бар-р-р-анов. Сейчас разбредутся по всей школе, а мне потом отвечать.

Очкарик слишком много на себя брал.

– А вы чего уселись? Идите в библиотеку! – рявкнул он на нас.

Дарт снова выставил средний палец.

– Катись, заморыш.

Хинниган ткнул пальцем очки на вздернутом носу.

– Да пошли вы оба! – и тоже вышел.

В кабинете воцарилась тишина. И надо было отправляться вместе со всеми в библиотеку, но меня придавило к стулу так, что не подняться. Пока шел урок, симптомы лихорадки хоть как-то отходили на второй план, но сейчас она снова охватила тело. Голова адски горела, в ушах нарастал шум.

– Рэй, ты выглядишь так, будто сейчас в обморок свалишься, – хмыкнул Дарт. – Сотрясение мозга получил, точно тебе говорю.

Достал он со своим сотрясением мозга.

– Да нормально все, – я заставил себя подняться.

Но тут с ужасом ощутил, как огромная волна тошноты начинает набирать силу внутри меня, в районе желудка, и точно лава в проснувшемся вулкане, поднимается к горлу.

Нет, только не это.

Я зажал рот ладонью и ринулся из кабинета, расталкивая учеников в коридоре.

Черт… только бы добежать!..

* * *

Я ворвался в туалет, налетев на какого-то парня и сбив его с ног. Кинулся к раковине – она сейчас была ближе всего.

Меня вывернуло прямо туда.

И столь болезненных приступов рвоты я отродясь не припомню, аж до слез. Ощущение, что внутри что-то переламывается и, скребя внутренности, выходит наружу, в глотке превращается в кашу с иголками… и все лезет и лезет, готовое порвать изнутри…

Я закашлялся и включил воду.

Надо было смыть с раковины всю эту дрянь: сизо-голубую субстанцию с вкраплениями кровяных сгустков. Треклятый овеум теперь лез из меня не только ручьями пота, и я боялся даже представить, что будет дальше.

– Питон… эй… тебе плохо? – опасливо спросили у меня.

Кажется, это был тот самый парень, которого я сбил с ног.

Не поворачиваясь к нему, я прохрипел:

– Мне нормально. Вали отсюда.

Повторять не пришлось, парня как ветром сдуло.

За спиной хлопнула дверь, и все стихло. Я пару минут постоял, склонившись над раковиной, громко сопя, сплевывая тягучую сизую слюну и дожидаясь, пока приступ схлынет. Потом сполоснул лицо и руки, пригладил взъерошенные волосы перед зеркалом.

Но лучше бы вообще туда не заглядывал.

Ужасный у меня был вид: серая, как у мертвяка, кожа, воспаленные покрасневшие глаза, безумный взгляд. С того момента, как я впервые увидел свое новое лицо, прошло не больше трех суток, а я уже успел обзавестись рассеченной бровью, порезом на подбородке, парой-тройкой смачных ссадин и даже сломанным носом. Хорошо, что следов практически не осталось, но лицо все равно выглядело далеко не таким свежим и холеным, как раньше.

Постепенно я превращал изнеженное тело Теодора Ринга в потрепанное и закаленное боем тело Рэя Питона. Даже хрупкие руки стали жилистей, а кожа на костяшках кулаков заметно огрубела.

Но этого, конечно, было мало для того, что я задумал. Капля в море. Нужно тренироваться так, чтобы трещали кости и ныли мышцы, нужно повышать индекс кодо, осваивать все тактики боя, какие только можно освоить. Нужно стать тем, кого не смогут удержать стены Ронстада…

Снова хлопнула дверь.

В отражении зеркала я увидел камердинера Бернарда.

– Мне сказали, что вам плохо, мистер Питон, – сообщил он.

Я обернулся, вытирая мокрое лицо рукавом рубашки.

– Со мной все нормально.

Камердинер покачал головой.

– К ночи начнутся галлюцинации. Очень неприятные галлюцинации, – он снова вынул из нагрудного кармана таблетки овеума. – Не хотите облегчить себе мучения?

Пилюли перекатились по его ладони в белой печатке и призывно стукнулись друг о друга.

Этот стук размножился в моей голове, я зажмурился, но воображение уже рисовало, как я подхожу к Бернарду, забираю у него таблетки и скопом отправляю их в рот, как они тают на языке, горько-сладкие, прохладные, а я блаженно улыбаюсь и уже не ощущаю себя человеком на последнем издыхании…

Я даже не заметил, как оказался рядом с камердинером и уставился на ладонь с таблетками. Во рту собралась слюна, как у голодной псины, дыхание участилось, а я все пожирал взглядом эти чертовы пилюли.

– Ну что же вы, мистер Питон? – негромко произнес Бернард. – Берите. Никто не узнает… никто-никто не узнает…

Чудовищным усилием воли я перевел взгляд на гладко выбритое лицо камердинера.

– Знаете, Бернард, что я вам скажу? Засуньте свои таблетки себе в…

– Я понял, мистер Питон, – остановил меня Бернард. – Тогда вам нужно поесть. Вы не завтракали сегодня утром, так хоть пообедайте. В столовой все готово.

Он говорил о еде, а сам держал раскрытую ладонь с овеумом у меня перед носом, поигрывая пальцами.

Это было невыносимо.

Я облизал пересохшие губы, бросил взгляд на таблетки и быстро вышел из туалета, буквально сбежал оттуда, чтобы не сорваться и разом не проглотить все, что мне предлагалось с таким сочувствующим видом.

* * *

До столовой, что находилась на первом этаже, я шел так быстро, будто боялся умереть голодной смертью. На самом деле, на еду даже смотреть не хотелось, хотя я уже и не помнил, когда нормально ел в последний раз.

Войдя в просторную столовую с многочисленными столиками и зоной раздачи, благоухающей ароматами еды, я снова почувствовал на себе взгляды: кто-то смотрел на меня с опаской, кто-то с интересом, кто-то с тревогой, а кто-то с ненавистью. Равнодушных не нашлось.

– Рэй! – окликнул знакомый голос.

Дарт Орриван.

Он махнул мне рукой, а потом указал на место за своим столом и второй поднос с обедом. Для меня, что ли, прихватил? А еще на стуле я заметил плечевую сумку с торчащей из нее книгой по истории Бриттона, взятую в библиотеке. Видимо, тоже для меня.

Странно все это.

Я не собирался заводить здесь друзей…

– Так ты идешь, или что? – развел руками Дарт.

На себе я поймал еще парочку взглядов: из другого угла столовой меня изучали Питер Соло и еще какой-то парень, высокий плечистый бугай. Они переговаривались, посмеивались и при этом не сводили с меня глаз.

– Да пошел ты, Питон, – послышался обиженный бубнеж Дарта. – Чтобы еще раз я тебе обед притащил… Да я лучше сдохну.

Усмехнувшись, я направился к нему.

Этот парень мне нравился все больше. Было в нем что-то надежное и простое, бесхитростное. Дарт, несмотря на свое элитное происхождение, не вызывал во мне чувства недоверия, да и трусом не был. Хотя судить об этом еще рановато.

Я убрал сумку, повесив ее на спинку стула, и уселся напротив Орривана.

Тот уже ковырялся в тарелке с месивом, похожим на мясное рагу.

– У тебя совесть есть, вообще? – спросил он с набитым ртом. – Я, значит, зову тебя, будто ты мне позарез сдался, а ты у входа мнешься. Упрашивать еще тебя…

– Ладно, остынь.

Дарт оглядел мое лицо и поморщился.

– Совсем хреново, да? Мне Хью рассказал, как тебя в туалете скрючило. Может, все же в медблок?

– Нет уж, – отмахнулся я, – в медблок я пойду в самом крайнем случае. Там же залечат до смерти.

Дарт вздохнул, указав на меня ложкой.

– Ничего ты не понимаешь, дурень. Такие райские места нуждаются в нашем посещении.

С глубокомысленным видом он опустошил тарелку за считаные минуты, а вот мне кусок в горло не лез. Я нехотя затолкал в себя пару ложек рагу и запил это все стаканом воды, не притронувшись больше ни к чему: ни к салату из какой-то фиолетовой травы, ни к булочке с кремом, ни к лимонаду.

Мимо нашего столика медленно прошли Питер Соло и его здоровенный приятель.

– Слушай, Рэй, – наклонился ко мне Дарт, смотря им вслед. – Питер с тебя глаз не спускал, пока ел. Он тебя мысленно четвертовал несколько раз, это точно… Что ты ему сделал?

– Убил его брата, – коротко ответил я.

Дарт закашлялся, подавившись лимонадом.

– Ты же пошутил, да? – выдавил он. – Извиняй, но совсем не смешно.

– Ну… не совсем я убил, но это не меняет дела, – пришлось пояснить мне. – Так вышло. Феликс сам полез на рожон.

Дарт схватился за лоб.

– Ты порешил Феликса Соло? Он говнюк, конечно, и лично мне его не жалко, но сильный был адепт. Тогда понятно, чего Питер такой злой. Будь осторожен, я серьезно. Питер человек хитрый и упертый. Сталкивался я с ним пару раз и знаю, о чем говорю. Он сначала тебя будет изучать, искать твои слабости, а потом уже подставит так, что не подкопаешься. Перейти дорогу клану Соло не лучшая идея, дружище. Этих Соло в Ронстаде развелось, как тараканов… Еще и в дела Архитектора лезут наравне со всеми.

– Архитектора? – нахмурился я.

Дарт понизил голос до полушепота:

– Может, я чего не так понял, но, говорят, Архитектор нашел одну утерянную печать из тех пяти, о которых сегодня Софи говорила. Он собирается передать перстень одному из родов Ронстада, но не известно еще, какому патрицию конкретно.

Дарт так спокойно об этом говорил, будто речь шла об обычной побрякушке с рынка. И если он так легко растрепал секретную информацию мне, то, возможно, уже скоро о находке узнают не только во всем Ронстаде, но и в Лэнсоме.

Дарт внимательно на меня посмотрел.

– Думаешь, я трепло базарное, да? Я ведь только тебе сказал.

– Ты мне настолько доверяешь? – уставился я на него.

– Ну, во-первых, ты вроде не балабол. А во-вторых, давал обет неразглашения, как и все мы. За стенами школы болтать не будешь.

Я кивнул.

От обета неразглашения никуда не денешься, это правда. Да и болтать я не собирался, но все же взял информацию к размышлению. И, если честно, уже о ней размышлял…

Но тут в столовую вошел Хинниган.

Без очков, бледный, как смерть. Парень прижимал ладонь к разбитым губам, с пальцев на рубашку капала кровь. Он подслеповато сощурился и сел за ближайший пустой столик у входа. Никто из парней не обратил на очкарика внимания, никто даже не спросил, что случилось. Всем было на него наплевать.

– Этот балбес, видимо, не тот вопрос кому-то задал, – усмехнулся Дарт.

Только мне было совсем не смешно. Никаких сомнений: это дело рук Питера Соло.

Я поднялся из-за стола и направился прямо к очкарику. Вблизи его лицо выглядело куда более удручающим: ударили его сильно, и не один раз.

Увидев, что я иду к нему, Хинниган собрался вскочить, но не успел. Я положил руку ему на плечо, заставляя прижать зад обратно к стулу.

– Кто это сделал, Клиф?

Хинниган что-то пробубнил себе в ладонь.

– Ты можешь внятно мне сказать, кто это сделал? – переспросил я.

Он мотнул головой, продолжая молчать.

– Это Питер Соло?

Парень распахнул глаза, в них отразился ужас пережитого избиения.

– За что он тебя?

Хинниган наконец убрал ладонь от лица, разлепил губы, судорожно сглотнул. С его носа потекла кровь, закапала прямо на стол.

– Я услышал кое-что в туалете, – еле слышно ответил он. – Питер и его рунный ведьмак обсуждали тебя… хотели сегодня ночью тебе слепую руну выслать. Я собирался подождать, когда они уйдут, но они меня заметили…

Рядом со мной остановился Дарт, прищурился, оглядывая избитую физиономию Хиннигана.

– Слепую руну? Это против правил школы, – возмутился он. – Ли быстренько вычислит того, кто это сделает. Да и действует такая руна недолго, но вещь мерзкая. Ослепнуть не слишком-то приятно.

Я похлопал Хиннигана по плечу.

– Иди в медблок, Клиф.

– Директору бы сказать…

– Нет, не надо директору. Сами разберемся.

Парень пропустил мою фразу мимо ушей, продолжая смотреть мне в глаза.

– Питер сказал, что хочет твоей позорной смерти… чтобы ты мучился в агонии, – добавил он дрожащими губами. – Клан Соло тебя люто ненавидит, Рэй… даже мне было страшно все это слушать.

Я покосился на Дарта, уже понимая, что у того от нетерпения чешутся кулаки. Он бросил наши сумки Хиннигану на колени.

– Покарауль.

Очкарик мгновенно понял, что мы собираемся сделать.

– Нет… не связывайтесь с Питером, – замотал он головой.

Но мы уже направились к выходу из столовой.

* * *

Питера Соло и его рунного ведьмака мы нашли на втором этаже, у кабинета «№ 38», где должен был пройти урок по продвинутым искусствам. Увидев меня и Дарта, Питер ткнул помощника в бок и что-то быстро ему сказал. Тот кинулся проверять двери ближайших кабинетов.

Одна из аудиторий оказалась открыта.

Именно там Питер и ведьмак поспешили скрыться.

– Вот козлы, – ругнулся Дарт.

Я ожидал, что дверь в кабинет будет заперта, но та неожиданно легко отворилась.

– Подожди, подстрахуемся малость… – Дарт остановился на пороге, опустив руки вниз.

На кончиках его пальцев зародился огонь. Он пополз выше, к запястьям и локтям. Через несколько секунд его руки овивали тонкие языки пламени. Дарт сомкнул ладони перед собой, а потом резко выставил их вперед. Пламя полыхнуло метра на два, расширяясь и охватывая приличную площадь у двери.

За стеной послышался сдавленный стон, и что-то глухо ударилось о пол. Вот теперь мы вошли, не опасаясь, что на нас навалятся прямо у порога.

Огляделись.

Кабинет казался пустым, да и спрятаться здесь особо было негде. Справа у двери валялся чуть почерневший от пламени стул.

– Им и хотели огреть, – поморщился Дарт.

Я запер дверь изнутри и прихватил ключ, сунув его в карман брюк. Дарт пошел по рядам с партами. Я быстро проверил большой учительский стол и подсобку за ним – никого.

И тут из-за оконной портьеры выскочил бугай-ведьмак с уже готовой начерченной руной черного цвета. Она темнела в солнечных лучах и летела точно мне в грудь.

– Эй! – крикнул Дарт.

Огненный шар от его ладоней пронесся между мной и ведьмаком. Руна вспыхнула сиреневым пламенем и сгорела в воздухе, а следующую руну ведьмак нарисовать не успел. Я ударил его ногой с разворота, угодив точно в живот. Здоровяк взмахнул руками и, не удержав равновесие, повалился назад, схватился за шторы, но они не смогли остановить его падение. Ведьмак еще и затылком о каменный подоконник приложился.

В это время я искал глазами Питера, он должен был появиться.

И появился он прямо за спиной Дарта.

– Сзади! – крикнул я, но было уже поздно.

– Ксипра, – между ладонями Питера мелькнула молния парализующего эрга, и Дарт, передернувшись всем телом, повалился на пол прямо под ноги врагу.

Значит, Соло отлично знал эрги, а ведь на уроке у мастера Изао у него ничего не получалось.

Притворялся, говнюк.

Питер перешагнул захрипевшего в судорогах Дарта и направился ко мне.

– Зря ты сюда пришел, Питон, – холодно сказал он. – Теперь тебя будут собирать по костям.

Я бегло оглядел кабинет. Вокруг только дерево и бумага: мебель, отделка и книги, а мне нужен был металл или хотя бы стекло. Ничего не оставалось, как устроить погром.

Я схватил один из стульев и швырнул в окно, чуть не угодив в голову поднимающемуся с пола ведьмаку. Тот отшатнулся в сторону. Стекло с грохотом и скрежетом взорвалось осколками, стул вылетел на улицу. Я кинулся к подоконнику, сгреб куски стекла в кулаках и развернулся к приближающемуся Питеру, краем глаза следя еще и за ведьмаком.

Ладони пронзило болью.

Стекло в моих руках накалилось, и я метнул его в сторону противника. Оно мутировало прямо в воздухе, и в Питера полетели сюрикены. Две угодили ему в плечо, три пронеслись мимо и с глухим стуком воткнулись в стену.

Я приготовил второй кулак со стеклом, сжал ладонь сильнее, и сквозь пальцы тут же просочилась кровь. Эту порцию сюрикенов я собирался отправить в ведьмака, если он решился бы подойти.

Но он не решился. Топтался у портьеры, поглядывая на Питера.

Тот тоже остановил наступление, застыл на месте, обхватив пронзенное звездами плечо.

– Рэй… его руна… – прохрипел с пола очнувшийся Дарт. Он с ужасом уставился куда-то мимо меня. – Руна, смотри…

И тут ведьмак сделал свой ход.

Его руна опустилась на меня сверху, будто давно ожидала приказа хозяина у потолка (скорее всего, так и было). У меня перед носом мелькнул сизый рисунок, глаза полоснуло болью, и что это значило, я понял секунды через три: пространство вдруг погрузилось в темноту. Я мотнул головой, поморгал, потер веки пальцами…

Ничего.

Я ослеп! Хренов ведьмак ослепил меня!

Вот ублюдок.

Выставив левую руку, я принялся обследовать пространство вокруг себя. В правой руке так и продолжал держать осколки стекла, готовый в любую секунду пустить их в дело. Наверное, выглядело это забавно, потому что совсем рядом засмеялся Питер. Зря он это сделал: мой кулак мгновенно его нашел. Бил я наугад, ориентируясь только на звук, но, судя по ощущениям, попал говнюку в район нижней челюсти. Он отскочил назад.

После этого все стихло.

Я замер, ловя всполохи звуков и любое движение воздуха рядом с собой. Сосредоточился, прикрыл бесполезные глаза, задержал дыхание…

Где-то за дверью кабинета галдели ученики… в разбитом окне еле слышно посвистывал ветер, колыхал шторы… под моими подошвами поскрипывали осколки…

Казалось, что я слышу даже, как неритмично бьется сердце моего врага.

Тук. Тук-тук. Тук-тук.

Питер боялся меня.

Даже к ослепшему опасался подойти близко, а я продолжал слушать его сердце, пока не нахлынуло странное чувство. Его я уже испытывал, ощущая потоки кодо внутри, невидимые переливы растущей силы и то самое покалывание, только не в пальцах, а по всему телу, в каждой клетке кожи, в каждом натянутом нерве.

– Эй, слепой олух, – услышал я голос ведьмака за спиной.

Но ударить он не успел.

– Агникара, – то ли прошептал, то ли подумал я.

Доски пола под ногами вздрогнули, послышался гул, а следом обрушился грохот такой силы, что я зажмурился, хотя и так ничего не видел. Меня окутал звук настолько плотный и громкий, будто крошился сам воздух, трещало само пространство и все, что в нем находилось – рушилось, падало, взрывалось.

В нос ударил густой запах пыли и пепла.

Не знаю, сколько я простоял так, окруженный звуками: скрипом, гулом, треском и дребезжанием, но когда все стихло, ко мне вернулось зрение.

И тогда я увидел, что натворил…

Глава 15. Первый ход Рингов

За плотной завесой пыли передо мной предстал кабинет… точнее то, что было когда-то кабинетом.

А я, пошатываясь, стоял в самом эпицентре этой жуткой воронки.

Вокруг покорежило все: доски пола вывернуло, поломанная мебель валялась у стен с потрескавшейся штукатуркой, дверь выбило в коридор, портьеры вывалились в разбитые окна. В воздухе летали клочки бумаги, пыль и серый пепел, воняло гарью.

В голове до сих пор трещало, и казалось, на череп давит воздух, ставший вдруг неподъемным. Я дотронулся до лба трясущимися пальцами: странное желание проверить, на месте ли голова, не оторвало ли мне ее к чертовой матери.

И только после этого я начал искать глазами Дарта.

Правда, мои реакции были настолько заторможенными, что даже моргать не получалось, только щуриться. Мысли и те не желали подчиняться.

Вокруг начиналась суета. Эхом звучали выкрики и стоны, но я их почти не воспринимал, все заглушил монотонный звон в ушах. Я бегло оглядел разруху у стен. Если Дарта отбросило взрывом, то завалило грудой книг, щепок, кусков штукатурки и обломков мебели.

Я с силой зажмурился и снова открыл глаза, пытаясь прийти в себя.

Звон в ушах сменился тихим гулом.

Возле меня возник одноклассник, его имени я не знал. Он что-то орал мне в лицо, но я понимал лишь часть слов:

– …ты… кабинет… вылетел из окна… Митчел… Хью… пришибло дверью… Питер… где Питер…

Он все орал и орал, пока я не оттолкнул его и, держась за лоб, не поковылял в ту сторону, куда могло откинуть Дарта. Путь преградили покореженные парты и ощетинившиеся доски, пришлось все это оттаскивать, откидывать и отталкивать. По всем физическим законам Дарт должен был отлететь именно сюда, ведь при взрыве он как раз лежал между рядами парт.

Я все быстрее расчищал завал и все отчетливее слышал выкрики вокруг – мешанина звуков сменилась узнаваемыми голосами, шок от взрыва проходил.

Дарта я обнаружил не сразу, но все же он был именно там, где я и предполагал.

Откинув оторванную крышку парты и несколько увесистых фолиантов, я наконец вытащил измазанного в пыли Дарта из-под груды всякой дряни. Парень был без сознания. Я опустился рядом с ним на колени, задержал дыхание и проверил пульс, приложив пальцы к артерии на шее Дарта.

Замер.

Есть пульс.

Выдохнул.

– Уйди! – ко мне подбежал Купер и потеснил плечом.

Он принялся быстро рисовать в воздухе руну (тоже, оказывается, рунный ведьмак). Закончив мерцающий синий рисунок, Купер опустил его на грудь Дарта, и через несколько секунд напряженного ожидания тот закашлялся и перевалился на бок. Полежал так немного, шумно дыша, и только потом приоткрыл глаза.

Разглядев меня рядом, он поморщился.

– Вот на хрена так было делать, Рэй?..

– Питер! – крикнули с другого угла кабинета. – Тут Питер!

Оглянувшись, я увидел, как двое парней поднимают Питера Соло на ноги. Он выглядел потрепанным, но вполне жизнеспособным.

А потом в кабинет вошла директор, за ней появились Бернард, Софи, мастер Изао и еще парочка неизвестных мне преподавателей. С мрачным видом Сильвер оценила обстановку и замерших в тревоге учеников. Посмотрела на Питера.

– Если вам интересно, мистер Соло, ведьмак Митчел уже отправлен в медблок, – звенящим голосом сообщила она. – Митчел упал со второго этажа, у него есть переломы.

Питер сделал озабоченное лицо.

– Спасибо, доктор Сильвер. Это очень…

Но Сильвер его перебила:

– Это сделал ты, Питер?

Тот мотнул головой.

– У меня бы сил не хватило. У нас в классе только один человек с таким индексом кодо… но он контролировать его не в состоянии. Мы все видели, как у мастера Изао он…

Сильвер выставила ладонь, заставляя Питера умолкнуть.

– И зачем ему понадобилось громить кабинет, как ты считаешь?

– Не знаю, зачем, – пожал Питер плечами. – У него спросите. Он со своим другом ни с того ни с сего на нас с Митчелом напал, есть куча свидетелей, как они в кабинет с огнем входили.

Несколько учеников закивали, подтверждая его слова.

– Он говорит правду, я читаю его, – сказала Софи, подходя к Питеру ближе. – Рэй Питон и Дарт Орриван пришли в этот кабинет с намерением драться. Однозначно. Питон применил гравитационный эрг, но… что-то пошло не так… эрг трансформировался…

– Рэй Питон, Дарт Орриван и «что-то пошло не так», – прищурилась Сильвер. – Почему я не удивлена?

И вот теперь она повернулась в нашу сторону.

Сначала пронзила взглядом лежащего на полу Дарта. Тот мгновенно понял, что она собирается сказать.

– Нет, Ли… пожа-а-алуйста, – взмолился он. – Ли-и-и… он же меня убьет… не надо…

Но Сильвер отчеканила со сталью в голосе:

– Мистер Орриван, третий выговор за сутки. Вы исключены из школы. Я вас предупреждала.

– Ну какого черта, Ли? – Дарт приподнялся на локтях и навалился спиной на парту, валяющуюся рядом. – Ли, ты же пошутила, да?..

– Он тут вообще ни при чем, – сказал я громко.

Сильвер одарила меня таким взглядом, что сердце сжалось само собой, и мгновенно вспотели ладони.

– Мистер Питон, – медленно проговорила директор, – можете не беспокоиться. Вы тоже исключены из школы. Вы мне ученика покалечили, чуть не убили его, да и остальных подвергли опасности. О чем вы думали? Вам здесь не бойня! Здесь школа! И я отказываюсь вас обучать, потому что вы необучаемы! Вы опасны. Вы неуправляемы. Вы бессовестны. Вы за несколько часов устроили мне кучу проблем. Вы… – Сильвер сжала кулаки. – Вы должны покинуть мою территорию прямо сейчас. Бернард соберет ваши старые вещи, в которых вы сюда пришли, и вручит вам их у ворот. Отныне вы лишены статуса ученической неприкосновенности и защиты моего клана.

Ученики, что любопытной толпой окружили место погрома, замерли в ужасе и пооткрывали рты.

Сильвер указала на выход.

– Уходите, мистер Питон. Прямо сейчас. И я хочу своими глазами проследить, как вы уходите. Моя школа должна быть очищена от вашего дурного влияния. Я все сказала.

Я обернулся на Дарта, тот уже поднимался на ноги.

– Черт… Ли… что ты творишь? – опять начал упрашивать он. – Опомнись. Ну зачем?

– Я жду, мистер Питон, – холодно произнесла Сильвер, даже не посмотрев на Дарта.

Я протянул Орривану руку.

– Вот и покуролесили, дружище, – с мрачной ухмылкой сказал он, крепко пожимая мою ладонь. – Может, встретимся еще.

– Может, и встретимся, – кивнул я ему.

Под подозрительными взглядами учеников и преподавателей я прошел к выходу из кабинета. Один человек изучал меня особенно пристально: Питер Соло. И пока я шел, его многообещающая белозубая улыбка становилась все шире и радостнее.

Этот отморозок все-таки спровоцировал меня на необдуманный шаг и добился моего исключения. Теперь стоит только выйти за ворота школы, как Бартоло встретит меня на улице с распростертыми объятьями.

Отлично, Рэй. Порой ты бываешь полным идиотом.

За мной в опустевший пыльный коридор вышла Сильвер.

– Ли-и-и! – завопил Дарт ей вслед. – Ли-и-и-и! Не делай этого! Ли!

Под конвоем директора школы я спустился на первый этаж. В тягостном молчании мы преодолели холл и подошли к дубовой двери. Та отворилась передо мной сама. Давя в себе горечь и нахлынувшее чувство сожаления, я решительно переступил через порог.

Что ж, если Ли Сильвер вдруг испугалась последствий нашей сделки и решила избавиться от меня, то в гробу я видел такого партнера.

За мной глухо стукнула дверь, я спустился по ступеням вниз, прошел мимо бронзовых химер, но как только ступил на дорожку, ведущую к воротам, услышал за спиной поспешные шаги.

Через секунду сильные костлявые пальцы сцепились на моем предплечье.

* * *

– А теперь направо, – шепнула мне на ухо Сильвер. Она обхватила мою руку так сильно, что ее стальные ногти пронзили кожу сквозь рубашку.

– Какого черта?.. – дернулся я.

Но Сильвер лишь плотнее прижала меня к себе, а силищи в ней оказалось на порядок больше, чем у любого крепкого мужчины. Она стащила меня с дорожки и потянула по газону направо, в тень западного крыла замка.

– Я что, похожа на идиотку, чтобы исключать такого ценного адепта? – снова шепнула она мне. – Но кое-что все-таки изменилось, Рэй. Не думала, что это случится так быстро.

Мы прошли мимо двух пышных кустов роз и остановились у сплошной каменной стены. Правой рукой Сильвер принялась обшаривать поверхность перед носом, а левой продолжала держать меня стальной хваткой, будто я вот-вот сбегу.

– В чем дело, док? Внятно объяснить не хотите? – я опять дернул плечом, но хватка Сильвер только усилилась.

– Не здесь, – отрезала она.

Ткань ее перчаток пронзили металлические пластины когтей. Нашарив тонкую трещину в стене, она вставила туда острый ноготь мизинца и медленно повернула ладонь по часовой стрелке. Последовал тихий щелчок, и стена с шуршаньем отодвинулась вбок, открывая перед нами темный прямоугольный проход.

– За мной, – не дожидаясь согласия, Сильвер втянула меня в темень потайного пути.

Стена за нашими спинами сдвинулась, отрезая для меня путь назад, и в кромешной темноте я остался с непредсказуемой Сильвер один на один. Она тяжело дышала и все сильнее сжимала мне руку.

– Может, все-таки… – начал я.

– Не здесь.

Послышались звонкие удары металла о камень, и перед нами вспыхнули вереницы круглых стеклянных сфер, размещенных в нишах под потолком по обеим сторонам длинного коридора. Они искрились мелкими синими молниями, потрескивали, разгораясь, а когда мы проходили мимо, то медленно гасли, и темень снова поглощала пространство позади нас.

Шли мы довольно долго, в молчании, и все это время между мной и Сильвер росло напряжение. В конце коридора перед нами предстала сплошная тупиковая стена. Около нее Сильвер остановилась и отпустила меня.

Наконец-то.

Я потер занемевшее предплечье.

В это время женщина запрокинула голову и загудела. И похожее гудение – глухое и утробное – я уже слышал: точно так же Джозефин Ордо однажды вызывала к бою Шепот.

Интересно. Не ожидал, что Ли Сильвер владеет искусством призыва.

Коридор охватили шелест тысяч голосов и тихий гул, черные вихри накрыли пространство вокруг нас, ударились в стену, и она исчезла.

Просто исчезла, будто ее не было никогда.

Нам открылось продолжение коридора с мерцающими сферами под потолком.

– Прошу, – сказала Сильвер, опять обхватила цепкими пальцами мое предплечье и потянула за собой.

– Док, черт… может, хватит меня держать? Куда я денусь? – не выдержал я.

Вместо ответа Сильвер лишь прибавила шагу, теперь она практически бежала.

Минут через пять снова показалась стена. Не сбавляя шага и ни о чем не предупреждая, женщина швырнула меня прямо в стену. Причем с такой силой, что я должен был впечататься в камень, раздробив себе череп.