Текст книги ""Фантастика 2025-188". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Алиса Чернышова

Соавторы: Олег Лукьянов,Илья Тё,Арина Остромина,Анна Кондакова,Матильда Старр,Мстислава Черная
сообщить о нарушении

Текущая страница: 181 (всего у книги 350 страниц)

Глава 26

Я стояла, вцепившись руками в край столешницы так крепко, что костяшки пальцев побелели. Фигура в черном плаще пугала до чертиков, но я даже не попятилась. В конце концов это… моя лавка.

Капюшон скрывал лицо колдуна, но я чувствовала на себе взгляд – тяжелый, изучающий.

Колдун медленно шагнул к нам:

– Вижу, здесь мне не очень-то рады, – голос был неожиданно молодой и… насмешливый.

Я растерянно оглянулась на инспектора. Как-то иначе я представляла злодея, уничтожающего магию – древним стариком с крючковатым носом и длинной бородой, как у Черномора. А ведь могла и заглянуть в книгу, которую сама же и вытащила из сундука! Хотя… Какая разница, как выглядит этот колдун, если он на нас напал? Тут надо думать о том, как обороняться.

Инспектор, напряженный, готовый к бою, полностью сосредоточенный на противнике, чуть сдвинулся, чтобы заслонить меня собой.

– Послушайте, – колдун поднял руку в примирительном жесте, – я вовсе не хочу кому-то навредить. Просто уйдите и оставьте лавку мне. Мне нужна только магия… Уйдите, и останетесь живы.

Его голос вовсе не звучал грозно, скорее дружелюбно, словно колдун предлагал нам прогуляться в парке, а не бросить все и бежать.

– Как великодушно с вашей стороны, – холодно отозвался инспектор. – Но мы, пожалуй, откажемся.

– Очень жаль, – вздохнул колдун. – И вы конечно готовы умереть, но не сдаться?

Он сбросил капюшон, и я смогла его рассмотреть. Лицо у него было обычное, даже приятное – не слишком молодое, но и не старое, с аккуратной бородкой и внимательными карими глазами. Если бы не эти светящиеся руны и не леденящая аура, его можно было бы принять за университетского профессора.

Вместо ответа инспектор поднял руки, воздух вокруг его пальцев засветился серебром.

Колдун лишь покачал головой, а потом резко, без предупреждения метнул сразу три изломанные, расщеперенные молнии. Инспектор отреагировал моментально: серебристый защитный купол накрыл нас обоих, и молнии лишь затрещали, распластавшись по преграде, а затем погасли, будто впитались в купол.

Одновременно сработала защита, которую ставил инспектор. Наконец-то!

Из-под потолка посыпались переливающиеся серебристо-синими цветами магические знаки-иероглифы. Они не были материальными и, оседая на пол, таяли подобно снежинкам. Знаков в воздухе становилось все больше, в лавке будто метель поднялась, и под ее напором колдун даже отступил обратно к порогу, прикрыл рукой лицо, защищаясь от колкой мелочи, но что меня поразило – он выглядел скучающим.

И почему-то не поставил никакого щита.

Неужели его плаща достаточно?

Инспектор не ждал, ударил просто и без затей – огненным шаром.

Я успела восхититься мощью огня и магической силой инспектора. Увы, преждевременно. Колдун будто и не заметил нападения, избавился от шара легким движением пальцев. Щелчок – и лишь пепел осыпался на пол.

– Глупо и опрометчиво, – покачал головой он. – Швыряться шарами в помещении! Мне оно еще пригодится.

А в следующее мгновение колдун пошатнулся и едва не грохнулся на пол – и не от магии, это лавка распахнула дверь и хорошенечко наподдала непрошеному гостю – с размаха.

Магических иероглифов с потолка хлынуло еще больше.

Раздался пронзительный вой – внезапно кот засветился и начал стремительно увеличиваться в размерах, не успела я моргнуть – и передо мной оказалась зверюга размером с манула. Шерсть встала дыбом, хвост заметался из стороны в сторону.

Напружинившись, кот прыгнул, разом перелетев торговый зал, и набросился на плащ колдуна. Яростно, с воем, молотил лапами по рунам, и ткань плаща трещала под его напором, рвалась, а поврежденные руны одна за другой гасли. Колдун вскрикнул – сквозь плащ он наверняка на собственной шкуре ощущал остроту когтей.

Инспектор воспользовался замешательством противника. Он снова начал творить чары. Слова незнакомого мне языка звучали раскатами грома. Воздух в лавке словно загустел, стал вязким, и в колдуна со всех сторон метнулись лучи ослепительно-белого света..

Казалось, еще чуть-чуть – и победа будет за нами.

Колдун все еще пытался сбросить кота, но тот держался крепко и терзал плащ, к которому явно испытывал искреннюю вражду. И победил! В считанные секунды изорвал плащ в лоскуты. Без своих светящихся рун колдун выглядел уже не так внушительно.

– Ну хватит! – рявкнул он и щелкнул пальцами.

Лучи белого света тут же исчезли, словно их и не было, вместе с ними бесследно исчезли сыпавшиеся с потолка иероглифы, а по лавке прокатилась волна холода.

Извернувшись, колдун схватил кота за шкирку и отшвырнул подальше. Кот с размаху впечатался в полку, стоявшие товары с грохотом посыпались вниз.

Флаконы полетели на пол, разбиваясь один за другим. Их содержимое сливалось в разноцветные лужи. От некоторых зелий поднимался пар, от других – искры.

Я схватилась за голову. Такими темпами лавка не достанется вообще никому – кто знает, во что превратятся зелья, смешавшись?

Кот рухнул на пол и застыл без движения. Он начал съеживаться, возвращаясь к своим обычным размерам.

– Котик! – воскликнула я.

Что с ним? Жив ли?

Я лишь на мгновение отвела взгляд, а колдун вдруг хлопнул ладонью о ладонь. Инспектор согнулся пополам, зашипел сквозь зубы. Его лицо исказилось от боли. Колдун еще раз хлопнул, и инспектор, не выдержав, упал на колени. Носом у него пошла кровь.

– Нет! – закричала я и, не думая о последствиях, точнее, со всей ясностью осознавая, что я в шаге от катастрофы, выскочила из-за прилавка, закрыла инспектора собой. Отчаяние и страх подстегивали сделать хоть что-то, и заклинание из брошюрки полетело в колдуна, окутало его паром.

Колдун лишь расхохотался.

Инспектора скрутило, он был в сознании, но оглушен. Кот по-прежнему лежал без движения. Получается, осталась только я?

Я лихорадочно вспоминала заклинания из брошюрки. Вызов ветерка? Слишком слабо. Создание хорошего настроения? Вот уж вряд ли. А вот заклинание управления мелкими предметами…

Уже понимая, что все это бесполезно, я направила в колдуна все, до чего дотянулась: в воздух взлетели амулеты, флакончики с зельями, пузырьки с притирками, полетело круглое зеркальце. Даже метелка, про которую я успела подзабыть, выскочила из угла и набросилась на колдуна, будто он был мусором на пороге. Сыпя ругательствами, метелка попыталась вымести его прочь, однако сама улетела за порог с переломанной пополам рукояткой. А колдун отмахивался от всего, что я на него обрушила, как от назойливых мух, докучливых и все же… безвредных.

– Довольно! – рявкнул он повторно, добавил несколько свистяще-шипящих не знакомых мне слов, и из углов лавки стала сочиться черная дымка, мутно-серый туман пополз по полу, поднималась к потолку, окутывала стены.

– Что это? – прошептала я.

Дымка сгущалась, превращаясь во что-то липкое и тягучее. Как паутина, только черная и живая. Она потянулась ко мне, и я попыталась отступить, но было уже поздно.

Липкие нити обвили мои ноги, поползли выше. Я дернулась, пытаясь освободиться, но паутина только крепче стягивала меня. Рядом тяжело дышал инспектор – он тоже был опутан с ног до головы.

Черная паутина добралась до моих рук, сковала их. Я не могла пошевелиться, не могла даже щелкнуть пальцами для заклинания. Инспектор был в таком же положении – связанный, беспомощный.

Кот попытался подняться на лапы (живой, слава богу!) но и его опутали черные нити. Он жалобно мяукнул и застыл, скованный паутиной.

– Вот и все, – удовлетворенно сказал колдун, оглядывая свою работу. – Ну и зачем было дергаться? Неужели вы рассчитывали победить?

Он был прав. А ведь в какой-то момент я даже наивно поверила, что у нас есть шанс. Какое там! Этот колдун мог бы пришибить нас всех одной левой рукой. Просто играл с нами, как кот с мышами.

Теперь игра закончилась.

В разрушенной лавке пахло разлитыми зельями. Половина полок лежала в обломках, товары валялись на полу среди осколков и луж.

Колдун прошел вперед, остановился прямо перед инспектором, внимательно всматриваясь в его лицо, нахмурился.

Я заметила, как инспектор зло стиснул зубы, как напряглись его скулы.

– Керт! – внезапно воскликнул колдун, и в его голосе прозвучало удивление. – Эльмон Керт! Надо же, какая встреча. Давно не виделись!

– Недостаточно давно, – процедил инспектор.

Колдун рассмеялся – звук получился на удивление человечным.

– Все еще злишься? Напрасно. Наша сделка была честной. Хотя… – он окинул взглядом опутанного инспектора, – должен признать, без сердца ты сражаешься хуже. Раньше я бы не рискнул выйти с тобой один на один. А теперь даже толпа приспешников не помогла.

Инспектор искривил губы в усмешке, и я нутром поняла, что сейчас он сделает нечто.

И лучше бы я ошиблась.

Выдохнув всего два слова, инспектор заставил черную паутину вспыхнуть трескучим багряно-ржавым пламенем. Огонь взвился чуть ли не под потолок, меня обдало жаром, в нос ударила вонь горелым проводом, и в следующее мгновение инспектор, избавившийся от пут, подался вперед. Никаких заклинаний, никаких состязаний в магическом мастерстве. Налетев на колдуна, Эльмонд Керт сжал его в удушающих объятиях, что-то прокричал, и огонь полыхнул еще злее, еще яростнее.

На моих глазах двое превращались в живые факелы.

Глава 27

Я кричала, они кричали.

Мне показалось, что вот сейчас мое сердце остановится.

Как может человек, у которого нет сердца, быть настолько самоотверженным? Я осознала, что лицо у меня мокрое от слез. Второе осознание было интереснее – паутина ослабла. У меня получилось пошевелить руками. Кажется, колдун, сопротивляясь яростному напору пламени то ли тянул магию обратно, то ли просто упустил контроль. Дернувшись изо всех сил, я освободилась.

Не знаю, смог бы инспектор победить колдуна ценой собственной жизни, зато знаю, что не могу допустить это героическое самопожертвование. Бессердечный граф, выставивший меня из спальни – я люблю его, люблю так сильно, что это чувство затмевает все остальное. Когда я успела влюбиться?

Я подскочила к сундуку:

– Мне надо спасти его, слышишь? Огнетушитель!

Крышка поддалась со скрипом.

Наверное, куда как рациональнее. Сколько она видела инспекторов, продавщиц? Мы для нее как бабочки-однодневки. И все же сундук меня послушал.

Я выхватила пузырек, больше похожий на пузырек духов, чем на привычный мне красный балон с раструбом, но это не имело никакого значения. Направив отверстие на обоих (потушить только инспектора было бы невозможно) я опустила рычажок, и из небольшого флакона хлынула обильная пена и мигом превратила два факела в два моргающих сугроба.

– Ты что творишь? – воскликнул колдун, стряхивая с лица густую пузырящуюся жижу. – Ты же так и себя, и меня угробишь!

Он внимательно присмотрелся к инспектору и удивленно проговорил:

– Да ты так и собирался сделать! – Он сокрушенно покачал головой. – Ну вы даете! Жизнь готовы за магию положить. А ведь она вовсе не самое главное. Живут люди и без этого.

Ворча, он продолжал стряхивать с себя пену. Я отметила, что для только что горевшего выглядит он подозрительно хорошо. Где ожоги? Только краснота, и та под действием пены стремительно проходит. Даже обидно.

Зато за Керта я счастлива: он живой и красновато-розоватый. Рубашка сгорела, разве что передняя часть осталась и рукава, в результате я могу любоваться спиной инспектора. И тылом. Брюки хоть и держатся, но сзади сплошные прожженые дыры.

– На за магию, а за лавку, – хмуро проговорил инспектор. – Как ты думаешь мы оказались в этом твоем мире? Не будет лавки, не сможем вернуться домой. Неужели не понятно?

Колдун кивнул.

– Понимаю…

Мое сердце дрогнуло, ободренное внезапной надеждой. Может колдун не так уж плох? Вдруг с ним можно договориться и он оставит в покое и нас, и лавку? В конце концов, он ведь действительно силен и запросто мог бы стереть нас в порошок одним движением. И все-таки не сделал этого. Может не такой он уж и злой, этот колдун?

– Понимаю. Но помочь ничем не могу. Мне нужна эта лавка, заодно вся магия, которая в ней есть. Это очень печально, что вы не вернетесь домой. Но здесь тоже неплохо живется, – он бросил взгляд на полки. – Среди вашего скарба хватает драгоценных камней. Они и без всякой магии стоят недешево. Подойдите, купите себе домик. Простая деревенская жизнь в целом неплоха.

Тут уж я не выдержала.

– Да вы чудовище! Да зачем вам столько магии? Видно же, что у вас ее полно. Нельзя быть таким жадным. Что плохого в том, что наша лавка останется здесь? Будем продавать несложные магические амулеты да зелья местным жителям. А когда наторгуем сколько нужно, лавка просто исчезнет.

– А следом за ней очень скоро исчезнут и эти самые милые вашему сердцу местные жители, – хмыкнул колдун.

– То есть как? Это почему? – не поняла я.

Колдун вздохнул.

– Ладно, так и быть, объясню, как тут у нас обстоят дела. Хотя я, честно говоря, предпочел бы, чтобы вы просто взяли то, что вам необходимо, и исчезли.

Он посмотрел на инспектора.

– Ничего не получится. Ты же упрямый, как тысяча чертей! Ты даже с пророчеством решил поспорить, – он усмехнулся. – Значит, так, – колдун делался серьезным, – предлагаю сделку. Я не связываю обратно тебя и твоих… – он искоса взглянул на меня, на кота и продолжил: – защитничков. А ты мне обещаешь, что вы не начнете опять устраивать потасовки: результат будет прежним, а магию переводить жалко. После этого вы внимательно меня выслушаете, а только потом принимайте решение.

– Хорошо, – согласился инспектор.

– Отлично.

Колдун сделал жест рукой и черная, липкая паутина окончательно исчезла, будто ее и не было.

Оказавшись без пут, кот сначала высоко подпрыгнул, опустился на все четыре лапы, выгнул спину и зашипел на колдуна. Однако превращаться в сияющее облако не стал. И нападать на колдуна не стал.

– И вот еще что, – сказал колдун. – Пожрать чего-нибудь предложите? Все эти магические сражения чертовски уматывают.

Инспектор одарил его таким тяжелым взглядом, что любой бы содрогнулся. Но кажется, у колдуна был иммунитет не только к нашей магии, но и к тяжелым взглядам тоже. Он лучезарно улыбнулся в ответ. Инспектор распахнул дверь своей комнаты, жестом пригласил пройти меня и колдуна, умудрившись расположиться таким образом, чтобы прикрыть меня от него. Полагаю, просто на всякий случай.

Я же чуть подзадержалась – мы же совсем забыли про Коляшку! Да, было не до него, но… Убедившись, что аквариум, в который мы его заселили, цел и невридим, а сам Коляшка сидит, вжавшись в дальний угол, вусмерть перепуганный, но тоже целехонький, я поторопилась в комнату, как раз застала, как инспектор взмахнул волшебной скатертью, расстелил ее на столе, во главе которого по-хозяйски устроился колдун.

Пострадавшая одежда ни одного из них не волновала.

Скатерьть послушно растянулась, только вот никаких положенных яств и разносолов на ней не оказалось. Сердце пропустило один удар. Неужели пока мы устраивали баталии в торговом зале, в лавке что-то сломалось? Теперь вот и скатерти не работают…

Но в следующее мгновение посреди стола появился бублик. Совсем ненадолго. Только появившись, он тут же начал исчезать, словно кто-то невидимый съедал его по кусочку. И так до тех пор, пока стол снова не оказался пуст.

Когда этот перфоманс закончился, я все еще озадаченно осмотрела на стол. А колдун расхохотался:

– Понятно, значит дырку от бублика мне, а не еду. Остроумно! Да уж, магическая лавка обидчивая, да еще и со своеобразным чувством юмора. Такое и в нашем родном мире нечасто встретишь, верно?

Он подмигнул инспектору.

– Но жрать-то все равно хочется.

Колдун подошел к столу, склонился над скатертью и что-то ей прошептал.

В следующее мгновение на пустом столе стали появляться яства, теми самыми, которыми лавка потчевала нас с инспектором. Хотелось закричать ей: «Эй, ты что, с ума сошла? Да он хочет тебя уничтожить!».

– Ну вот, совсем другое дело, – объявил колдун. И сказал, обращаясь к нам:

– Что ж, прошу всех к столу!

Ох, как же он меня злил! Мало того, что отобрал сердце у инспектора, разнес пол лавки, так собирается уничтожить ее полностью. И все же спорить я не стала. Во-первых, есть хотелось до чертиков. А тут еще все эти ароматные запахи… А во-вторых, не хотелось затягивать прелюдию.

Интересно было, что же такое собирается сказать нам колдун. Он ведь всерьез считает, что мы передумаем и согласимся отдать ему магию и уничтожить лавку. А на наивного человека он не похож…

Инспектор уже галантно пододвинул для меня стул. Я бросила на него взгляд и поняла: он не спорит с колдуном приблизительно из тех же соображений. И вообще, это наша лавка и наша еда, и с чего бы вдруг мне отказываться ее есть? Так что, усевшись, я наложила себе на тарелку всего и побольше. Как ни странно, мужчины сделали то же самое.

Какое-то время мы все молча ели. Похоже, магическая хватка у всех отняла много сил. Даже у меня, хоть я наколдовала парочку бытовых заклинаний.

Колдун первым отложил вилку.

– Этот мир рушится, – сказал он без долгих предисловий. – Черная червоточина, – многозначительно сказал он инспектору, словно предполагал, что тот отлично знает, что это такое.

Инспектор нахмурился и кивнул.

– Я экспериментировал кое с какими заклинаниями, когда меня вышвырнуло в этот мир. Я сразу поняла, что именно с ним не так. Какое-то время ушло на то, чтобы отыскать эту гадость. В общем, когда я ее нашел, миру оставалось всего несколько дней. Обидно, знаете ли. Я так быстро умирать не собирался. Впрочем, этих нескольких дней мне хватило, чтобы сделать некое приспособление, которое сохраняет этот мир целым и невредимым. Одна беда: нужно очень много магии. Последние десять лет я только тем и был занят, что собирал магию везде, где только могут найти. Как видите, этот мир цел. Того, что есть здесь, в этой лавке, хватит на то, чтобы удерживать его еще лет восемьдесят, а то и сто.

– А сейчас? – испуганно спросила я. – Сколько ему остается сейчас?

Колдун повел плечами.

– Так полгода, максимум год. В этом мире не так много магии и магов. У меня не слишком получается создать большой запас. Так что вот вам мое предложение: вы берете отсюда все, что вам нужно, и уходите. Хотите, покупаете домик в деревне, хотите – живете в моем замке, но магию мне придется забрать.

Сердце мое сжалось. Что значит забирайте все, что хотите? Ну кота, допустим, мы заберем. А тапочки? А скатерти? Они ведь без магии лавки просто перестанут существовать, исчезнут.

Я уж собиралась возразить, но колдун снова заговорил.

– Хотелось бы мне сказать вам, что у вас есть выбор и он на вашей совести. Что вы можете отказаться, и потом всю жизнь терзаться чувством вины, но нет. Если вы откажетесь покидать лавку, я вас просто убью. Причем без всяких этих магических спецэффектов, чтобы отбиться от вашего колдовства и не пришибить вас ненароком. Я и так потратил магии, которой бы хватило этому миру на неделю. Простите, ребятушки, но такого расточительства я не могу себе позволить.

Что ж, все было сказано ясно и четко. А еще совершенно безжалостно. Похоже, у нас действительно нет выбора. И даже толком злиться на колдуна я не могу. Он говорил жестокие вещи, но как бы повела себя я сама, если бы от меня зависело существование целого мира?

Я с надеждой смотрела на инспектора. Что скажет он?

– Покажи мне эту червоточину, – обратился он к колдуну.

– Что? – хмыкнул он. – Зачем?

– Посмотрю, может появятся какие-то идеи.

Колдун рассмеялся.

– Ты серьезно, Керт? Кто из нас двоих опытный колдун, а кто – просто мальчишка-сорванец, окончивший академию даже без золотого диплома? Ты действительно думаешь, что сможешь найти там что-то, чего не нашел я? Придумать какое-то решение?

Инспектор упрямо мотнул головой.

– Что ты теряешь? Так или иначе, твой мир не рухнет в ближайшие дни. Лавка тоже никуда не денется. Кто знает, может, мы придумаем что-то получше.

– Мой мир? – ухмыльнулся колдун и похлопал графа по плечу. – Знаешь, что, Керт, привыкай его считать и своим миром тоже.

Глава 28

Кажется, мужчины были настроены отправляться в путь прямо сейчас.

А я вот не очень…

Окинула их оценивающим взглядом. Да уж, ничего не скажешь, просто красавцы: подкопченные, в дырах на самых интересных местах, остатки одежды в копоти, сами чумазые как черти.

Да и я сама выгляжу не лучше: платье в нескольких местах подпалено, кое-где и вовсе разорвано. Сражаться со страшным колдуном – это даже хуже, чем делать генеральную уборку! Обязательно изгваздаешься с ног до головы. Машинально провела руками по волосам. Так и есть, торчат во все стороны.

– А вам не кажется, что нам всем неплохо бы умыться и переодеться? Я уже не говорю о том, в каком виде сейчас лавка. Уборкой я, конечно, займусь позже, но привести в порядок хотя бы себя самих, перед тем, как выходить из дому, нам стоит.

Оба, колдун и инспектор, скривились. Посмотрели на меня так, как мальчишки смотрят на строгую няньку, которая отвлекает их от игр скучными взрослыми делами. Я на всякий случай скрестила руки на груди, посмотрела на них грозно и для пущего сходства скомандовала:

– Марш в ванную!

Оба “мальчишки” подскочили из-за стола.

Я перевела взгляд на инспектора.

– Выдайте нашему дорогому гостю… – последние слова я не могла произнести без ехидства, – что-нибудь из одежды. Встречаемся в торговом зале через полчаса.

Я вернулась в свою комнату. И первым делом сбросила тапочки, представляя, каково им пришлось. Мало того, что видели весь этот ужас, а ведь наверняка и чувствовали, что лавку разносят. У них же с ней особая магическая связь, друг без друга никак. Тут же взяла их в руки и крепко прижала к груди. Ну а что, платье безнадежно испорчено, хуже ему уже не будет.

Разумеется, я ожидала, что на меня сейчас выльется поток самой отборной ругани, и даже была готова терпеливо ее выслушать. В конце концов, после такого стресса всякому надо выговориться. Но ни ругательств, ни ворчания не последовало.

Правая тапочка тихонько всхлипнула.

Левая тяжело вздохнула.

Так мы и стояли какое-то время, молча обнявшись, пока наконец тапочки не пискнули жалобно.

– Не отдавай ему лавку, девонька!

Легко сказать – не отдавай. А как это сделать? Я подбирала слова, чтобы объяснить тапочкам всю сложность задачи, которую они передо мной ставят, они заговорили наперебой:

– Я знаю, ты умная, сообразительная, находчивая.

– Да-да, всегда что-нибудь эдакое найдешь!

– Ты обязательно должна что-нибудь придумать!

– Угу. Чтобы и мир не рухнул, и лавка устояла…

Ну и что им было на это сказать? Я-то, конечно, умная, сообразительная, а уж какая находчива – слов нет. Особенно если нужно найти очередные неприятности на свою пятую точку.

Но не всесильная же!

И все-таки я сказала утешающе:

– Сделаю все, что смогу. Честное слово.

Погладила сначала одну пушистую тапочку, потом вторую. После осторожно опустила их на пол и рванула в ванную комнату. Сама же обозначила время на сборы: полчаса. Будет глупо взять и опоздать.

Как ни странно, зелья из моих собственных запасов, что хранились в ванной, не пострадали. Так что я быстро привела в порядок непослушные космы, хоть они и сопротивлялись. Природная пышность плюс нереальное количество всевозможных заклинаний – это я вам скажу, та еще сила.

Я наскоро приняла душ, достала из шкафа новое платье, благо их там неограниченное количество, и вскоре была совершенно готова. Я снова погладила тапочки, пообещала им, что все обязательно будет хорошо (хотя, говоря откровенно, сама в это не очень верила), нацепила их на ноги и вышла в торговый зал.

Злой колдун уже был там. Он взгромоздился на прилавок и лениво дирижировал одним пальцем. Я огляделась и обнаружила, что ему почти удалось справиться с бардаком, который мы устроили. Исчезли осколки и разноцветные лужи зельев, кое-где срослись треснувшие доски. Уцелевшие флакончики в такт движениям его мизинца прыгали обратно на полки, правда, под чужие ценники.

Обернувшись на скрип, я увидела, как через порог, тихо ругаясь, перебирается пострадавшая метелка: от рукояти осталась едва ли половина, место слома расщеперилось. Ее и так-то покупать не торопились… Ха, какие теперь покупатели! Мне стало за нее обидно, я повернулась к колдуну.

Тот, не обращая на меня внимания, продолжал колдовать.

– Тут так нельзя! Это лавка, она не любит чужой магии, – поспешила остановить его я.

Он только отмахнулся.

– Бардак она тоже не любит. Да и магию я использую самую простенькую, элементарный телекинез без наворотов.

– А где инспектор?

Колдун кивнул на дверь.

– Сама же велела всем привести себя в порядок. Вот он выполняет, – он усмехнулся.

Сам колдун выглядел так, словно только что вышел из барбершопа: костюм с иголочки, волосы и бородка аккуратно уложены. Наверняка справился при помощи магии, той самой, как он утверждает, у него дефицит, и она необходима для спасения мира. Ну или для того, чтобы костюмчик сидел. Ему. Похоже, без разницы.

– Я тебе очень не нравлюсь, да? – улыбка колдуна была совершенно обезоруживающей. Но на меня не подействовала.

– Разумеется, не нравитесь, – нахмурилась я.

– Из-за того, что вам придется отдать мне лавку? Или есть что-то еще?

Я задохнулась от возмущения. Придется отдать лавку? И он говорит об этом вот так, как о чем-то давно решенном?

– Есть что-то еще, – я упрямо вскинула подбородок. – Вы забрали у графа Керта сердце. То есть я понимаю, вы, конечно, ему очень помогли, и пророчество действительно было ужасным, и это очень здорово, что вы справились… Но потребовать такую цену… Неужели вам мало было его богатств, имения и все такое?

– Погоди-погоди, – остановил меня колдун. – Это тебе Эльмон такую байку рассказал? Ну вот эту, насчет сердца.

Вид у колдуна был изрядно удивленный.

– Не-ет, – протянула я. – Он вообще на эту тему говорить не хочет. Сразу злится и уходит. А про сердце я слышала от…

Я вспомнила старушку-покупательницу, которая поведала мне эту историю. И тут же прикусила язычок. Действительно, источник информации у меня буквально ОБС – одна бабка сказала.

Колдун покачал головой.

– Ну так тебя обманули.

– Да неужели? И сердце у графа Керта на месте? – не без ехидства спросила я.

– Не на месте. – Колдун словно и не заметил моего сарказма. А может, и правда не заметил. – Я действительно забрал у него сердце, только не в награду за свои труды. Тут, понимаешь ли, какое дело… Именно в его сердце и была проблема.

– То есть? – спросила я почти шепотом, уже догадываясь, что он сейчас скажет.

– Сердце у нашего графа было, – он усмехнулся, – так себе. Злое и жестокое. Как раз без него он вполне себе приличный парень. Главная задача была извлечь это сердце так, чтобы пациент остался жив. А это, знаешь ли, даже с моими знаниями и умениями – задача непростая. Туда, собственно, состояние графа и ушло: на старинные свитки, реактивы, консультации с научными светилами. Да будет тебе известно, к тому времени, как мы благополучно завершили наш проект, платить мой гонорар графу было уже нечем. Так что, получается, все это я проделывал исключительно из научного любопытства.

Я надолго замолчала.

Да уж, если колдун не врет, история инспектора выглядит совсем не такой, как я ее представляла. И становится понятным, почему мысль о том, чтобы вернуть сердце, вызвала у графа такую реакцию. Я, пожалуй, тоже не горела бы желанием снова обзавестись органом, который делает меня убийцей и потенциальным разрушителем мира.

В этот момент мое вполне себе существующее сердце болезненно сжалось. Получается, граф окончательно и бесповоротно бессердечен, и это никак не исправить… Так что всяким там романтически настроенным барышням лучше поменьше о нем думать.

В это мгновение распахнулась дверь инспекторской комнаты. На пороге показался инспектор, умытый, причесанный, одетый с иголочки. Надо же, какая нарядная компания у нас собирается. Впору не по лесу гулять, а идти на бал. Но увы, балы в сегодняшней программе явно не предусмотрены.

Я отчего-то почувствовала себя неловко. Выходило так, что мы с колдуном только что обсуждали инспектора за спиной. Вроде бы как сплетничали. А ведь мой друг и сообщник – именно инспектор, а колдун очень даже наоборот.

– Ну что, идем? – объявил инспектор.

Мы с колдуном синхронно кивнули и направились к выходу.