Текст книги ""Фантастика 2025-188". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Алиса Чернышова

Соавторы: Олег Лукьянов,Илья Тё,Арина Остромина,Анна Кондакова,Матильда Старр,Мстислава Черная
сообщить о нарушении

Текущая страница: 177 (всего у книги 350 страниц)

Глава 15

Дорожка, прорисованная на карте четкими плавно изгибающимися линиями будто обещала, что идти по ней станет сплошным удовольствием, но гладко было только на бумаге. В настоящем лесу нас ожидало совсем другое – пришлось пробираться через поваленные стволы, разросшийся малинник, тянувший на дорожку колючие ветви, и даже отодвигать высокие, клонящиеся под собственной тяжестью стебли жгучей крапивы.

Тропинка, по которой мы шли, местами становилась такой узкой, что уместиться на ней вдвоем оказалось не так просто. Лес, мрачный и недружелюбный, норовил уколоть торчащими сучьями или зацепиться за одежду переплетенными, изломанными ветками кустов, в которых что-то шуршало, стучало и даже подвывало иногда. Ну вот кто придумал, что природа – это мило и романтично?

Я подтянулась поближе к инспектору. Ну а как иначе, тропинка-то узкая! К тому же у него на плечах тяжелый короб, вдруг понадобится моя помощь?

Мне показалось, что инспектор усмехнулся про себя, но вслух ничего не сказал. Вот и славно. Не возражает – значит все его устраивает. Я приблизилась еще немного, так, что мы почти касались рукавами. И сразу стала чувствовать себя намного увереннее. Даже вспомнила, что местные жители уверяли: никаких чудищ тут нет, максимум – зайчики и белочки, в общем – сплошная милота.

Я уже почти смогла убедить себя, что в этом лесу не так уж и страшно, а рядом с инспектором так и вовсе безопасно, как вдруг с ветки над нами сорвалось серое мохнатое нечто с перепончатыми крыльями и устрашающими витиеватыми рогами. Я вскрикнула и всеми руками и ногами вцепилась в инспектора.

Он явно не ожидал такого маневра, качнулся, пытаясь удержать равновесие. С коробом за плечами и мной в объятиях это было непросто, мы чуть было не рухнули вдвоем в ближайшие кусты. Но инспектор не только сумел устоять на ногах, но и мне упасть не позволил.

– Спокойно! Кажется, это просто зайчик! – проговорил он.

– Что?! Какой еще зайчик?! – от неожиданности я даже открыла глаза.

Это действительно оказался заяц. Серая шерстка, длинные уши, пушистый хвостик – все как положено. Только ко всему этому прилагались перепончатые крылья и роскошные рога. Существо сердито посмотрело на нас круглыми бусинками-глазами и, возмущенно фыркнув, скрылось в кустах.

– Зайчик, значит… – проговорила я.

Оставалось только надеяться, что нам не придется столкнуться с местной белочкой.

До деревни мы добрались без дальнейших приключений. Рогато-крылатые зайцы больше не попадались, белочки тоже не спешили показывать свои истинные лица, так что в конце концов я немного расслабилась и перестала дергаться от каждого шороха.

Первые деревенские домики выглядели просто и незамысловато. Ничего особенного, но и страшными их тоже назвать язык бы не повернулся: покосившиеся заборчики, кое-где облупившаяся краска, резные ставни и куры, бродящие по дворам с важным видом. Я вздохнула с облегчением – не так уж все плохо.

На центральной улице, к моему удивлению, шла бойкая торговля: наспех натянутые тенты соседствовали с развалами и кособокими прилавками, выделялись два стоящих особняком пестрых шатра.

Кажется, мы попали аккурат на передвижную ярмарку. Не знаю, считать ли это везением или наоборот невезением…

Продавцы громко и с энтузиазмом зазывали покупателей к своим товарам, перебивая друг друга:

– Горшки глиняные, расписные, жаропрочные – и в печь поставить, и на стол не стыдно!

– Ткани тонкие да узорчатые, сукно фабричное, лен деревенский – бери да шей, красуйся да хорошей!

– Травы лекарственные, сборы целебные – от простуды, от хворей всяких, пей и здравствуй!

Я с тревогой огляделась. На их фоне мы выглядели скромно и почти незаметно. Ну что поделать, будем работать с тем, что есть. Инспектор развернул наш складной прилавок в конце оживленного торгового ряда, я стала расставлять товары. Но даже когда закончила – никто не спешил к нам подходить. Да в этой толчее они нас даже не замечали!

Отовсюду неслось:

– Соль крупная, чистая, белоснежная – для засолки, для стола, без соли жизнь не мила!

– Ленты яркие, кружева нарядные – берите девицы, понравитесь молодцам!

– Мед свежий, липовый, сладкий – от всех болезней, от любой напасти!

А ведь хорошая реклама у них получается. Я вот сразу заинтересовалась медом. Да и на кружева бы взглянула…

– Может, нам тоже надо кричать? – тихо спросила я у инспектора.

– Нам? – спросил инспектор таким тоном, что стало ясно: он рекламировать наш товар не собирается.

Ну и не надо! Вот простоит тут до ночи без единой продажи, посмотрим, как тогда запоет! Впрочем, мне ведь тоже придется торчать рядом с ним и точно так же – без единой продажи… Я вздохнула и пискнула:

– Магические товары… Волшебные средства на все случаи жизни…

Получилось не слишком громко. Никто, кажется, даже не заметил моего слабого писка.

Собравшись с духом, я сделала еще одну попытку, чуть громче:

– Магические товары! Эликсиры и амулеты для дома и огорода!

На этот раз получилось чуть лучше, и возле нас начали останавливаться любопытные деревенские жители. Правда, смотрели они с недоверием и некоторым подозрением.

– Магические, говоришь? – усмехнулась полная женщина с корзинкой в руках. – Тут недавно один уже приезжал с магическими товарами. Свечки продавал да чудеса обещал, а свечки те даже гореть не хотели!

Чертов Коляшка! И тут умудрился нам все испортить!

– Так у нас совсем не свечки, – быстро заверила я.

– Хах! Так у вас даже свечек нет! Ну и о чем тут говорить…

Она явно собиралась отойти, а этого уж никак нельзя было допускать. Я где-то слышала, если упустить первого покупателя, вся торговля насмарку;

– У нас товары проверенные, эффективные! Никакого обмана! Я могу показать! В действии…

– А вот и покажи! Говорить-то мы все умеем.

Зеваки, уже собравшиеся вокруг, согласно закивали. Я нервно огляделась, ища глазами, на чем бы устроить демонстрацию. Взгляд упал на знакомые резные листочки: кустик земляники у дороги. Очень подходящее наглядное пособие.

– А вот и покажу!

Я схватила со стола флакончик со средством для скорейшего роста и созревания. Решила не жалеть средства – чтобы эффектно получилось – и вместо одной капли добавила пять, а то и все шесть. Кустик дрогнул, зашелестел, резко зашевелился, и на глазах ошарашенных зрителей вырос до внушительных размеров. Листья стали широкими, словно тарелки, а ягоды за несколько секунд налились и стали огромными, каждая размером с кулак.

Толпа ахнула.

– Вот это да… – восхищенно протянул какой-то мужичок.

Но тут же послышались и сомнения:

– А есть-то такую ягоду можно? Кто ее знает, что там внутри… От этой вашей магии могут и рога вырасти…

Настроение толпы явно начало меняться. Теперь уже все смотрели на наш прилавок с опасением. Но тут из толпы выступила та самая бойкая тетка и сказала решительно:

– За рогами ты к жене своей иди. А я возьму! И этот флакончик, и другое посмотрю. Сама, может, такое есть и не стану, а вот варенья наварю и в город повезу. Там быстро расхватают!

Я облегченно перевела дыхание. Похоже, первый покупатель у нас все-таки был.

Из толпы неожиданно вынырнул долговязый парнишка лет пятнадцати. Он несколько секунд смотрел на куст, словно прикидывая риски, потом решительно протянул руки и сорвал самую крупную земляничину. Ухватил обеими руками, как большое красное яблоко, надкусил с опаской. Толпа вокруг замерла в тревожном ожидании.

По подбородку парнишки потек яркий сок, а лицо расплылось в широкой улыбке.

– Вкуснотища! – довольно протянул он, облизываясь, и снова впился зубами в сочную мякоть.

Торговля началась.

Глава 16

Итак, торговля началась. Люди подходили, смотрели, расспрашивали, переговаривались, проявляли интерес… И отходили. Покупали мало и с большой осторожностью. Все-таки к магическим товарам тут еще не привыкли. То ли дело горшки, кружева и ленты!

А за полдень народ и вовсе начал расходиться. Ярмарка понемногу затихала, и рассчитывать на то, что скоро явится какая-нибудь вторая волна покупателей, не приходилось. Я пересчитала немногочисленные монеты и вздохнула. Негусто… А я ведь так старалась! Разве стоило ради этой мелочи тащиться через лес?

– Это только первый день, – успокоил инспектор, угадав мои мысли.

– Конечно, – согласилась я без особого энтузиазма. – Завтра, наверное, пойдет лучше…

Думать об этом “завтра” вообще не хотелось, раз уж оно начнется с того, что мы соберем короб и потащимся с ним через лес.

– Давайте обедать, – Инспектор решительно свернул прилавок с нераспроданными товарами и достал бутерброды.

Только я собралась откусить, как к у нашего прилавка появилась та самая бойкая женщина, что первой решилась прикупить немного волшебства.

– Ой, да что ж вы сухомятку-то едите! – возмутилась она. – Добро пожаловать к столам! У нас сегодня большой праздник – День наступления на грабли!

– На одни и те же? – я не сдержала нервный смешок.

Вот уж и правда подходящий праздник, надо выяснить дату – и каждый год отмечать, даже когда окончательно вернусь домой.

– Да зачем на те же? – удивилась она. – Каждый на свои наступает…

Ну что ж, логично. Грабли и правда у каждого свои…

– Авдона меня зовут, а вас как? – поинтересовалась наша первая покупательница.

– Маша, – представилась я и замолчала.

Как называть инспектора – кто его знает. Ну то есть граф Керт – это понятно. Но, может, тут и графьев-то нет или это такие важные шишки, что по деревням не шастают.

– Эльмон Керт, – инспектор представился сам.

Хм, Эльмон… Красивое имя.

– Вот и славно, вот и познакомились. Незнакомцев-то пускать за стол – плохая примета. А теперь пойдемте, начнется скоро!

Праздник наступания на грабли – на такое бы я посмотрела! Только вот что-то мне подсказывало, что графу Эльмону Керту эта идея не понравится, не графское это дело – по граблям ходить. Правильно подсказывало. Инспектор учтиво произнес:

– Спасибо за приглашение, но, увы, нам пора. Скоро начнет темнеть, а нам еще через лес идти…

– В лес? Сейчас? – удивилась Авдона. – Добрым людям в темном лесу делать нечего. Да и как же вы уйдете вот так, неужели не уважите? Грабли пропускать нельзя, сено погниет…

Я наклонилась к инспектору и шепнула ему на ухо:

– Если они решат, что из-за нас может сгнить их сено… Вряд ли мы тут еще что-то продадим…

Он явно заколебался. А Авдона напирала:

– Переночуете здесь, места полно. А утром свеженькие домой отправитесь.

Я бросила умоляющий взгляд на инспектора. Перспектива прямо сейчас тащиться через лес с его зайчиками и белочками меня нисколько не привлекала. Зато идея поучаствовать в застолье нравилась. Отличный шанс получше познакомиться с местными, после совместного застолья, может, начнут больше доверять – нам и нашим товарам. И вообще я слишком долго просидела взаперти! Общалась исключительно с инспектором, тапочками и шкафом – так и с ума сойти можно. Пора бы уже вспомнить, как проводят время обычные люди. И, конечно, посмотреть, как они наступают на грабли!

Инспектор вздохнул и, всем своим видом демонстрируя недовольство, все же согласился, убрал бутерброды в короб, щелкнул замком и закинул свою тяжкую ношу за спину.

Я так обрадовалась, что чуть в ладоши не захлопала. Авдона увлекла нас в конец улицы, на околицу, где уже начиналось веселье.

Местные принесли из домов деревянные столы, лавки. Женщины расстилали белоснежные скатерти, расставляли горшки с чем-то, судя по пару, горячим, только-только из печки, блюда с дичью, корзинки с пирогами, кувшины, крынки, бутыли. Глядя на простое, но щедрое угощение, вдыхая неповторимые ароматы домашней, деревенской, еды, я сглотнула голодную слюну и поняла, что есть мне хочется зверски.

– А вот и наши дорогие гости! – объявила Авдона, провожая нас к началу столов, где уже сидел рыжебородный богатырь, как я поняла, староста деревни.

К моему удивлению, нам предложили почетные места, больше того, Авдона отобрала у шмыгнувшей мимо смешливой девушки пузатый кувшин и поставила поближе к нам. В кувшине оказалось ярко-красное, пахнущее ягодами домашнее вино, которым, как я заподозрила, на пустой желудок лучше не увлекаться.

– Вот это я понимаю праздник, – шепнула я инспектору, подтолкнув его локтем. – А ведь грабли еще даже не начинались!

Впрочем, не заметить их было невозможно – несколько десятков сельхозинструментов, украшенных цветами и лентами, рядочком выстроились возле дощатого забора. Явно не просто так…

Под одобрительные выкрики появились четыре крепких старика с носилками, на которых высился стог сена. Интересно, зачем? Ответ я получила тут же: стог посадили во главу центрального стола. Видимо, он тут главный “гость”.

Мне уже не терпелось распробовать содержимое котелков, но Авдона шепнула на ухо:

– Погоди, красавица… Пойдем-ка в дом, прихорошиться надо. Праздник все-таки!

– Но… – попыталась я возразить, отчаянно цепляясь взглядом то за инспектора, то за тарелку с едой, но Авдона была непреклонна.

Сопротивляться ее напору у меня не было сил, а инспектор, глядя на меня, только усмехнулся.

Авдона проводила меня в ближайшую избу, превращенную на время в салон красоты, не меньше, и я погрузилась в гущу девичьих приготовлений к празднику.

В светлой горнице было шумно, весело и немного душно от десятков ароматов трав, цветов и чего-то еще неуловимо женского. Юные девушки, взрослые дамы и даже бойкие старушки суетились перед зеркалами, плели косы, спорили, какая лента лучше смотрится, и то и дело бросали на меня любопытные взгляды.

Меня усадили на табуретку перед небольшим потемневшим зеркалом, кто-то сразу принялся сооружать мне прическу, споря, вплести зеленую ленту или красную. Однако после короткой, но шумной дискуссии в мои волосы вплели синюю. Я внимательно разглядывала свое отражение… три косы, закрученные “улиткой” не то чтобы сделали меня красавицей, но в целом смотрелись неплохо.

Ладно, если уж прихорашиваться, то до конца! В конце концов, не могла же я отправиться в путь с инспектором и не прихватить с собой хотя бы малюсенький пузырек настоящего волшебства? Я достала из кармашка флакон с любимым зельем, капнула его на кончики пальцев и легонько коснулась лица. Эффект был предсказуемый и моментальный: усталость, накопившаяся за день, будто стерли невидимой тряпочкой, кожа засияла, глаза засверкали, и даже косы стали пышнее.

– Ох!

– Ах!

– Вот это да!

Такого фурора мои магические товары еще ни разу не производили.

– Что это у тебя?

– Зелье красоты, – объявила я с гордостью и тут же деловито добавила: – Хотите попробовать?

Конечно же, хотели все. Одна за другой девушки осторожно капали зелье на пальцы, проводили по лицам и с восторгом бежали к зеркалу – посмотреть на свое преображение.

Вот это я понимаю, реклама!

– Волшебная вещица!

– И где же ты такое раздобыла?

Теперь настал мой час. На время я даже про голод забыла.

– Так мы этим и торгуем. Тридцать восемь гульденов за флакон.

– Тридцать восемь… – разочарованно протянула одна из девиц.

– Да за такое и сорок не жалко! – возразила женщина постарше. – Давай, неси! Я куплю.

Легко сказать – неси! Его и среди товаров-то нет. Выбирая ассортимент на сегодня, я отдавала предпочтения вещам более практичным. Да уж, прокололась в самом неожиданном месте.

– Может быть в следующий раз… – упавшим голосом проговорила я. – В следующий раз – обязательно!

– Тогда и мне принеси!

– И мне!

– И мне тоже!

Заказы сыпались как из рога изобилия.

И снова загвоздочка. Сундук выдает мне по одной единице каждого товара и восполняет запас только после продажи. Представляю, как я забегаюсь, пока буду носить флаконы поодиночке.

– А может, вы к нам? – робко предложила я. – Лавка у нас, конечно в лесу, зато там много интересного. И кот еще…

Я была уверена, что на такое никто не согласится, но Авдона отхлебнула что-то из деревянной кружки и бодренько так заявила:

– А и придем! Что мы, леса боимся? Мужик у меня охотник, первый на деревне, пока на свиданки с ним бегала, весь лес до травиночки изучила. Так разве ж мы не придем!

– Действительно, придем! – подхватили остальные. – Отчего ж не прийти?

Ну вот, все получилось! Теперь останется только ждать покупательниц. Может, и вовсе не придется шастать с коробом!

Мы с девушками вернулись к столам, и пиршество началось. Я заняла свое место рядом с инспектором. В глубине души я надеялась на комплимент или хоть на какую-то реакцию, но он будто не заметил изменений, зато заботливо положил в мою тарелку печеный картофель под шапкой топленой сметаны, ножку неведомой птицы и пирог, тот самый, на который я засматривалась – я узнала его по кривой корочке.

– Как вкусно, – пробормотала я, ощущая, как мясо тает на языке. – Не хуже, чем у скатерти!

– Ты, главное, при ней этого не скажи, – заметил инспектор.

Я не стала отвечать, полностью сосредоточившись на еде.

Меня отвлек веселый шум.

Оглянувшись, я увидела, что в противоположной стороне, где в основном сидела молодежь, поднялся долговязый парень с пшенично-русой копной кудрей на голове.

Он уверенно прошел к забору, выхватил из ряда грабли с пышным пучком разноцветных лент и положил на дорожку, а затем под смех и свист уверенно наступил на металлические зубья. Рукоять подпрыгнула, парень же ловко уклонился от удара по лбу и, лихо крутанув грабли, вернул инструмент к забору.

После него вышел темноволосый коренастый крепыш. Не торопясь вставать на грабли, он поиграл мышцами, показывая себя во всей красе и… получил по лбу.

Следующий участник оказался шустрее и удачливее, удара избежал.

– А вы принять участия не хотите? – предложила я инспектору.

– Нет.

– Зря. Весело же.

А представление продолжалось. Огненно-рыжие, будто по форме отлитые, бронзовые от загара братья один за другим наступили на грабли и увернуться не смогли, а вот худощавый и гибкий как змея брюнет наоборот продемонстрировал не только ловкость, но и грацию.

Поскольку я никого не знала и болеть мне было не за кого, я сопереживала всем и сразу.

Вино уже ударило мне в голову, и я, чувствуя, как весело и легко становится на душе, решила, что танцевать буду обязательно, тем более танцевать я умею, в старшей школе и на первых курсах института ходила в ансамбль народных танцев. Конечно, в иномирной деревне ни сиртаки, ни лезгинку не танцуют, здесь свои танцы, но вот движения должны быть простыми, а значит, я запомню и смогу повторить. Ошибки мне, уверена, простят.

Получилось даже проще, чем я думала: первый танец был игровым, этакая смесь хоровода и ручейка. Едва я приблизилась, меня тут же подхватил высокий русоволосый парень, закружил, передал другому, потом третьему. Переступая в такт быстрой мелодии, я словно летела над землей. Смеялась, кружилась, ловила восхищенные взгляды и чувствовала себя по-настоящему счастливой. Но каждый раз, когда я мельком ловила взгляд инспектора, замечала, что он выглядит все мрачнее и мрачнее. Странно, вроде бы повода грустить не был…

– А вы почему не танцуете? – весело спросила я, на минуту выскользнув из очередного круга и подойдя к нему.

– Я не любитель, – коротко ответил инспектор и едва заметно нахмурился.

– Ну пойдемте же, хотя бы один танец! – Я схватила его за рукав и слегка потянула к танцующим. – Не будьте таким занудой.

– Танцуйте сами, у вас отлично получается.

Пожав плечами, я снова нырнула в толпу. Пусть сколько угодно куксится, а я буду веселиться. Заслужила. И я веселилась – до тех самых пор, пока люди не начали понемногу расходиться.

Адреналин схлынул и навалилась усталость, да и ноги, как бы удобно ни было в кроссовках, начали ныть. Вот бы опустить их в тазик с теплой водой! С этой мыслью я и подошла к Авдоне:

– Вы не покажете наши комнаты? Мы бы уже пошли отдыхать, пожалуй…

Она посмотрела на меня удивленно и даже руками развела:

– Комнаты? Откуда ж у нас комнаты лишние? Я вам с кавалером на сеновале постелила! И тепло, и мягко, и сено ароматное, спать будете лучше, чем дома.

Глава 17

– Как – на сеновале?

Я почувствовала, что бледнею. Бросила взгляд на инспектора. Он тоже выглядел ошарашенным. Полагаю, ему, в силу графского происхождения, на сеновалах ночевать не доводилось. Я, конечно, не из графьев, но выросла в городе и сеновалы видела только в фильмах.

– Да так, на сеновале… Удобно там, я вам покрывало стеганное расстелила, чтобы сено не кололось. Лето сейчас, тепло на улице, воздух свежий. Самое удовольствие на сене переночевать.

Из ее слов я уловила только «постелила вам покрывало». Получается, она собирается уложить нас с инспектором вместе? Да еще и на одном покрывале?

– Ну раз уж нет комнат, можно мне хотя бы отдельный сеновал? – спросила я.

Авдона уставилась на меня круглыми глазами.

– Это зачем отдельный? Нет, я, конечно, могу, сеновалов-то у нас полно. Да только негоже девушке одной.

Я вздохнула. Понятно, старый уклад, предрассудки… Но Авдона пояснила:

– Парни же покоя не дадут. Пока ты танцевала, от тебя глаз оторвать не могли. А как узнают, что ты одна, да на сеновале… Начнут шастать один за другим, стучаться, предлагать всякое…

– Это почему же они начнут? – осторожно спросила я.

– Так знамо дело: друга своего бросила, одна ночевать пошла, значит надо попытать удачу. А вдруг ты именно его там ждешь? Они, конечно, у нас парни серьезные, ничего супротив воли не сделают. А только докучать будут, поспать не дадут.

Услышав это, я сделала маленький шажок к инспектору и машинально уцепилась за рукав.

– Нет-нет, все нормально, мы на одном сеновале прекрасно поместимся.

Сеновал, добротный сарайчик, располагался на заднем дворе дома старосты.

– Вот, взбирайтесь, там сверху постелено! – Авдона распахнула дверь, и я нерешительно заглянула.

Внутри оказалось темно, лишь из щелей в досках лился призрачный, голубовато-снежный свет чужой луны, которого хватило, чтобы увидеть сено, набитое почти под крышу. Пахло травами, чем-то фруктовым и чуть-чуть пылью. Снаружи доносился стрекот цикад, крик неспящей птицы, шорох ветра в листве деревьев.

Да уж, деревенская романтика.

Мы с инспектором переглянулись.

– Ну, устраивайтесь, а я пойду, – Авдона зачем-то нам подмигнула и скрылась в темноте.

Первым встрепенулся инспектор. Он щелкнул пальцами, и в воздухе как тусклый ночник загорелся шар магического освещения, почти мгновенно привлекший к нам пару ночных мотыльков.

– Ждете особого приглашения? – хмуро уточнил инспектор.

Как лезть на верхотуру, я представляла слабо.

Сено моментально просело под моим весом, сухой стебелек кольнул точно в нос и я звонко чихнула.

Глядя на меня, инспектор тяжело вздохнул и молча указал на деревянную лестницу, которую в полумраке я умудрилась не заметить.

– Я городская девочка, – зачем-то оправдалась я и с уверенным видом начала подниматься по ступенькам, пока почти у самого верха мне не начало казаться, что лестница не просто вдавливается в сено, а вот-вот упадет.

Я вцепилась в перекладины и замерла.

– Что случилось? – обеспокоенно спросил инспектор.

В ответ я снова чихнула.

Лестница вроде бы покачнулась. Я ойкнула и вцепилась в перекладины еще крепче. Здравая мысль, что деревенские по несколько раз на дню взбираются, спускаются и никуда не падают, убедительной не показалась.

– Я… боюсь.

Инспектор вместо того, чтобы подержать лестницу снизу, легко, словно только на сеновалах и ночует, поднялся ко мне. Лестница еще немного накренилась.

Сперва я ощутила, как его дыхание сквозь тонкую ткань платья коснулось моей поясницы, затем инспектор поднялся еще на ступеньку.

– Смелее, – подбодрил он меня. – Я поймаю.

И подтолкнул!

С тылу.

У меня дыхание перехватило.

Почувствовать, как инспектор прижимается ко мне со спины и, особенно, пониже спины, последнее, чего я ожидала.

Шаткость лестницы перестала меня волновать, и я бодро преодолела последние ступеньки. Инспектор же так и продолжал меня подталкивать… плечом под мягкое место.

Наконец, я перебралась через край.

Как и обещала Авдона, наверху нас ждало покрывало. Уютное, мягкое, сшитое из веселых разноцветных лоскутов и до крайности маленькое для двоих.

Наступила неловкая тишина. Инспектор осматривал импровизированную кровать, словно это была улика на месте преступления. Потом повернулся ко мне и сказал:

– Ложитесь, я тут как-нибудь в стороне устроюсь…

– Прямо на сене? – возмутилась я. – Оно же колется! И вообще… Я вас не боюсь.

Он усмехнулся:

– Ну, раз не боитесь…

Пришлось лечь первой, аккуратно устроившись на самом краешке. Инспектор осторожно улегся рядом, сохраняя между нами максимально возможное расстояние. Только вот бесполезно. Покрывало оказалось таким маленьким, что мы все равно соприкасались рукавами. И инспектор явно чувствовал себя так же неловко, как и я. Кажется, графское воспитание не предусматривало инструкций для совместной ночевки на сеновале с девушками.

Магический свет погас, и через прорехи в крыше стали видны звезды – яркие, будто специально кто-то просыпал их над нами. Несмотря на неудобства, было в этом что-то и романтичное, и почти волшебное. Запах свежего сена, чуть влажный ночной воздух и инспектор, так близко, что я слышу его дыхание…

Впрочем, мое романтическое настроение длилось не долго.

– Что же ты не пошла на отдельный сеновал? – с усмешкой спросил инспектор.

– С чего бы вдруг мне туда идти?

– Ну мало ли. Ты так весело отплясывала с местными парнями, кто знает, может и судьбу бы свою встретила.

Я уже была готова возмутиться этой гнусной инсинуации, и лишь потом сообразила, что в голосе инспектора прозвучали какие-то новые, до сих пор незнакомые мне нотки. Он что, ревнует? Сердце гулко стукнуло, то ли обиженно, то ли радостно – я сама не поняла. То-то он всю дорогу волком на меня смотрел. И танцевать не захотел… Хотя, может, просто не умеет, уж точно графьев не учат деревенским танцам. И вообще, с чего бы ему меня ревновать.

– Ерунду говорите, – холодно ответила я. – Зачем мне здесь встречать свою судьбу? Мы вообще-то собираемся наторговать сколько надо и убраться из этого мира чем скорее, тем лучше. Только судьбы мне тут и не хватало.

– Да, действительно, ты права, – как-то уж слишком серьезно сказал инспектор. Никакой насмешки в его голосе уже не было. – Ладно, день был трудный. Спокойной ночи, – добавил он и отвернулся.

– Спокойной ночи, – ответила я. И тоже отвернулась.

И только сейчас поняла: в том мире, куда мы вернемся, мне тоже никакая такая судьба не нужна. Ведь и там ничего не изменится: мне по-прежнему нужно будет наторговать насколько положено, чтобы вернуться уже в свой, настоящий, родной мир.

Внутри поднялась очень странная эмоция, и я спряталась от нее в сновидение как в домик, зато проснулась я чуть ли не на восходе, с первыми яркими лучами солнца, брызнувшими сквозь щели между досками.

Как ни странно, чувствовала я себя посвежевшей, полной энергии и готовой к новому дню. Я сладко потянулась… И тут же обнаружила что-то неправильное. По правую руку сено, пара сухих стебельков прилипли к ладони. По левую руку никакого сена. Ровное дыхание и в такт ему едва ощутимое движение вверх-вниз.

Повернув голову, я увидела прижавшегося ко мне спящего инспектора. И я тоже к нему прижималась! Не нарочно, конечно: за ночь сено под нами просело, и с краев покрывала мы скатились в образовавшуюся “ямку”.

Инспектор пробормотал что-то невнятное, подозрительно похожее на мое имя, повернулся на бок, закинул руку мне на талию и, по-прежнему пребывая в видениях, улыбнулся.

Солнечный луч попал ему на глаза и прежде, чем я успела выпутаться, инспектор открыл глаза.