Текст книги ""Фантастика 2024-82". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Алексей Переяславцев

Соавторы: Алексей Егоров,Нариман Ибрагим,Ярослав Горбачев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 231 (всего у книги 353 страниц)

Глава вторая. Все сутулые собаки попадают в корейский ресторан

Смерть – это не самое худшее, что может произойти с человеком.

Платон

//Фема Фракия, г. Адрианополь, 13 августа 2021 года//

Вспышка и раскат выстрела.

– Ха-ха, сука! – опустил я мушкет. – Ну как, оно?!

Оборотень, полезший на стену за некромантским телом, упал на нашей стороне. Свинец, вперемешку с серебром – это адская смесь. Я проверял, серебро действует на оборотней как жесточайший аллерген, вызывающий гиперчувствительность немедленного типа,[130]130
  Гиперчувствительность немедленного типа – это немедленная (20–30 минут) аллергическая реакция организма на некое вещество, вызывающая целый шквал неприятных процессов, связанных с иммунной системой жертвы, которые могут закончиться смертью. Если не углубляться в детали, гиперчувствительность немедленного типа, также известная как гиперчувствительность I-го типа, возникает из-за выделения организмом жертвы иммуноглобулинов Е-класса, в качестве ответной реакции на вещество, к которой жертва очень чувствительна. Если чувствительности нет, то нихрена не происходит, а если есть, то, в самом хреновом раскладе, может начаться анафилактический шок.


[Закрыть] если верить результатам реакции серебряного порошка и крови оборотня.

Стреляя в супостата свинцово-серебряной дробью, я рассчитываю, минимум, на анафилактический шок,[131]131
  Анафилактический шок – это аллергическая реакция немедленного типа, проявляющая себя по-всякому, но, в основном, в виде резкого падения давления, головокружения, слабости, отёков на месте проникновения аллергена, спазмов бронхов, асфиксии, головной боли и, естественно, панического страха. Если у человека, переживающего всё это внезапное дерьмо, нет панического страха, то у него, поистине, стальные яйца. А, ещё, при анафилактическом шоке иногда человек непроизвольно писяется и какается, что нормально в таком состоянии. Вот взять, например, аллергию на арахис. Это действительно проблема, есть люди, которых может насмерть угандошить эта небольшая хрень, которая очень неудачно попадает в горло, где и начинается отёк, физически удушающий жертву. В популяции аллергия на арахис встречается не так часто, но одно время в странах, где у людей слишком дохрена свободного времени, была целая «эпидемия» аллергии на арахис. СМИ распиарили реальную проблему настолько качественно, что некоторые люди начали верить в то, что эта аллергия именно у них, хотя, на самом деле, её нет, но признаки аллергической реакции у этих ипохондриков возникали, потому что они истово в это верили. На этом нюансе, к слову, иногда срабатывает эффект плацебо, когда пациента убеждают, что дали ему настоящее лекарство, хотя на деле он выпил аскорбинку, но всё равно получил от этого некий положительный эффект (статистика не подтверждает значимых лечебных эффектов плацебо, поэтому, уважаемые читатели, можете считать плацебо галимой хуйнёй, как гомеопатию и уринотерапию). С аллергией на арахис почти так же, только наоборот – аллергические реакции хоть иногда и проявляются, но ненадолго и не так выраженно, как при реальном анафилактическом шоке от аллергии на арахис у реально больных людей.


[Закрыть] чтобы он нахрен задохнулся, сукин сын!

– Перезаряди, – попросил я Гнетую.

Немёртвая приняла у меня мушкет и отдала свой.

Положение у нас, конечно, невыгодное. На стену я никого ставить не рискнул, потому что сдёрнут – как пить дать. Поэтому встречаем паскуд только во внутреннем дворе, благо, эти сволочи тратят время на перелезание через стену, что позволяет нам напичкать ушлёпков свинцом и серебром!

– Давай, сука, иди сюда! – заорал я, вскидывая мушкет.

Остальные тоже стреляли, даже Эстрид. Скандинавская дева-некромантка безбожно мазала, лишь краешком задевая свои мишени, но даже этого хватало, чтобы падающие на мой дворик оборотни испытывали массу новых ощущений.

Анафилактического шока, увы, у раненых оборотней не случалось, но зато ублюдки сильно страдали и быстро теряли боеспособность от действия серебра.

Серебро оказалось не таким бесполезным, хотя я сомневался, что оно подействует достаточно быстро. Но скорость реакции серебра с живым мясом была стремительной, поэтому расправиться с этими сутулыми собаками было даже легче, чем изначально планировалось.

– Папандреу, Нудной! – выкрикнул я, когда всё было, вроде бы, закончено. – Штыки примкнуть – добить шерстяных пидарасов!

Немёртвые извлекли штыки из ножен и направились на добивание своих жертв.

Вяло ползающие оборотни пытались оказать сопротивление, но мушкет имеет длину около метра двадцати, а со штыком вообще все метр сорок, поэтому немёртвые кололи с безопасного расстояния и уничтожили этих тварей за считаные минуты.

– Так будет с каждым, уёбки!!! – провозгласил я. – Слышите меня?! Я приду за каждым!!!

Но оборотни закончились, точнее, прекратили попытки ворваться к нам и перевернуть игру. Пусть они животные, но не до конца.

– Ребята, продолжаем наблюдение, – сказал я. – А я спать пошёл.

В моей халупе сегодня ночью многолюдно. Постельное бельё пришлось утащить у соседей, так как я уж точно не ожидал, что у меня вообще когда-нибудь будет столько постояльцев, а спать людей мы уложили прямо в коридорах и подсобных помещениях второго этажа. Мне предполагалось спать на лавке в гостиной, так как свою спальню я отдал Фае.

Когда всё утряслось и стало окончательно ясно, что нападение завершено, я вышел на задний двор. Достал из кармана мятую пачку сигарет «Сенатор», вытащил из неё чёрную сигарету, подкурил и сделал глубокий затяг.

– Ох, бля… – выдохнул я дым.

– С тобой всё в порядке? – обеспокоенно спросила Эстрид.

На мой аппетит это никак не повлияло, поэтому я слопал яичный омлет, запил его ароматным кофе с молоком и двумя ложками сахара, после чего пошёл в кладовку, снаряжаться и вооружаться. При помощи Нудного и Гнетой удалось облачиться в доспехи за считаные минуты, сильно раньше остальных.

– Я тоже участвую, – заявил Комнин, увидев меня, гремящего доспехами.

– Облачайся в броню, – сказал я ему.

– Хочешь убивать их в логовах? – спросил стратиг.

– Лучше, – усмехнулся я.

Дождавшись, когда все будут готовы, я взял короткий меч, ПМ, прихватил лежащие на столе ультрафиолетовые фонари и решительно направился на выход.

Солнце щедро освещало знакомую улицу. Только вот улица мало напоминала ту, которая здесь была пару дней назад.

На брусчатке, тут и там, лежали окровавленные обрывки одежды, куски кала, разбросанные обломки мебели и дверей, керамическая черепица, а также, очень редко, осколки стекла. Камни местами обагрены кровью – это наши соседи пытались спастись от локального апокалипсиса, но не преуспели. Трупы их, скорее всего, сожраны. Почему я так подумал? Потому что при вскрытии желудков оборотней не один раз наблюдал куски человеческой плоти и фрагменты одежды. Самой примечательной моей находкой тогда была полупереваренная человеческая кисть, с золотым кольцом на пальце. Так что, эти сутулые собаки точно едят людей, поэтому в городе может быть не так уж много пригодных для поднятия трупов.

Группа по истреблению оборотней собралась колоритная: я, покрытый реконскими латными доспехами готического типа, стратиг Комнин, облачённый в доспехи миланского типа, Волобуев, тоже в миланских, правда, местами исцарапанных когтями, Пападимос, в максимилиановских, Папандреу, одетый в бригантину и глухой шлем-бацинет, Нудной, в стальных кирасе, кольчуге, а также полулатах, а также Гнетая, в византийской чешуе с высоким латным горжетом и шлеме-саладе. Последняя у нас на шухере, чтобы, если что-то вдруг случится, оперативно позвала дежурный полувзвод чёрной гвардии. Сами чёрные гвардейцы выполняют те же задачи, что и вчера – ищут по городу выживших.

– Первым проверяем дом каменщика Архиппа, – распорядился я. – Фонари к готовности.

Дом Архиппа – это капитальное двухэтажное сооружение на восемь семей, имеющее собственный колодец, собственный отвод нечистот в канализацию, а также целых три, встроенные в первый этаж, торговые лавки. Дети Архиппа торговали бронзовым инструментом, тканью и бижутерией, о чём косвенно свидетельствуют разбросанные по улице товары.

Я выбрал именно этот дом потому, что точно знал о существовании там хорошего и просторного подвала, где очень удобно прятаться от солнечного света.

– Ночь, короче дня, – тихо напевал я себе под нос, проходя в лавку. – День, убьёт меня. Мир, иллюзий в нём сгорает…

Когда я подошёл к спуску в подвал, сразу же услышал приглушённое копошение, доносящееся оттуда.

– Фонари… – тихо скомандовал я. – Штыки к бою…

Вот кто-то может спросить, а нахрена тебе, Душной, вообще понадобились УФ-фонари? Ну, тут есть элемент личного. В детстве, когда безвылазно торчал в детдоме, смотрел, вместе со всеми, MTV, где была программа «Обыск и свидание». Дешёвое говно, конечно, но в подростковом возрасте заходило очень сильно. Там девушки или парни посещали сычевальни других парней или девушек, чтобы узнать, как, на самом деле, живут кандидаты на свидание. Одним из самых ходовых инструментов там были УФ-лампы, с помощью которых легко можно было проверить постельное бельё на наличие пятен биологического происхождения.

Когда я вспомнил об этом, у меня сразу же появилась идея стать величайшим детективом Адрианополя, внедрившим дактилоскопию, передовые методы криминалистики и так далее. Потому я заказал операм наборы реактивов, сканер отпечатков, тысячи пакетиков для улик, а также самые дорогие и компактные УФ-фонарики, что сейчас играет нам на руку. Поджарим шерстяных пидарасов…

Получив в руки фонарик, сразу же врываюсь в подвал.

– Не ждали?! – заорал я, замахиваясь коротким мечом.

Но в следующую же секунду мне стало ясно, что УФ-фонарик что-то не оказывает на оборотней должного воздействия…

Лихорадочным взглядом рассматриваю подвал и присутствующих: каменные стены и пол, деревянный потолок, повсюду обглоданные кости, обрывки одежды, обувь, поломанные стеллажи, разбитые бочки, а также сраные оборотни, в количестве не меньше двенадцати штук, встающие с пола.

– О-о-о, назад-назад-назад! – заорал я. – Их не берёт!

Разворачиваться спиной было глупо, поэтому я попятился и успел увидеть бросок оборотня.

Раскат выстрела. Летящая на меня тварь лишилась части морды, отделившейся и отлетевшей в сторону, а потом, уже мёртвое тело, врезалось в меня и мы вместе упали на ступени.

Будь я без брони, возможно, повредил бы себе позвоночник, но латная кираса превратила сильный удар в ощутимый толчок, сопровождаемый лязгом металла.

Остальные твари бросились ко мне, но я, уронив, внезапно ставший бесполезным, УФ-фонарь, уже лихорадочно взбирался по ступеням, попутно оттолкнув от себя тело оборотня.

Началась свалка на лестнице, кто-то уцепился за мою левую ногу, но я лягнул паскуду и рывком перевернулся, чтобы ещё быстрее покинуть проклятый подвал.

Меня подхватили под плечи и вынесли на первый этаж.

– Фу-у-ух! – выдохнул я облегчённо.

Один оборотень сумел вырваться из общей свалки в проходе, вылез из подвала, но тут же оказался сразу на трёх штыках. Нудной не стал размениваться на мелочи и разрядил мушкет прямо в звериную морду.

– На что ты рассчитывал? – спросил Алексей Комнин.

– У меня была теория, – вздохнул я, поднимаясь на ноги. – Но она не подтвердилась.

Ультрафиолет, вероятно, не ответ. Или УФ-диапазон фонариков не затрагивает ту часть, которая губительна для оборотней. Надо, м-мать, действовать аккуратнее и осмотрительнее!

– Как будем действовать? – поинтересовался Нудной, механическими движениями перезаряжающий мушкет.

Лезть туда, зная, что эти твари нас ждут – это один из миллиона отличных способов понести потери. Нужно что-то другое…

– Спалим сук, – ответил я. – Несите дрова!

Оборотни больше не лезли, ожидая, что это сделаем мы, но мы же не тупые, поэтому взяли в саду тележку, нагрузили её дровами, накидали тряпья и мусора, подожгли и отправили по лестнице в подвал.

Других выходов из подвала нет, поэтому ублюдки будут вынуждены подниматься, а тут мы, с мушкетами и серебром…

Спустя считаные минуты, из подвала интенсивно повалил дым.

Есть риск, что загорится дом, но это дело такое – для врагов ничего не жалко. Если, примерно, одиннадцать оборотней не нападут на нас сегодня ночью, я считаю небольшой пожар малой ценой.

– Внимание! – предупредил я всех, когда услышал оживившееся копошение и фырканье.

Когти зацокали по камню, после чего из дыма вырвался первый оборотень, тут же споткнувшийся о тело сотоварища и схлопотавший два заряда свинца и серебра.

– Нормально! – бодро выкрикнул я. – Ждём!

Какие-то остатки человеческой соображаловки у оборотней, всё-таки, были, ну или среди них появился компетентный кризис-менедждер, потому что в этот раз они пошли сплошным потоком, один за другим.

Пусть условия контратаки у них были неудобными, но численность имеет значение – первые четверо сдохли бесславно, но не напрасно, так как своими действиями они оттеснили нас от входа в подвал.

Я сцепился с серошерстным оборотнем, имеющим шрам через всю пасть, наконец-то получив возможность испытать свои навыки на практике.

Молниеносная серия ударов когтями бессмысленно поцарапала кирасу моих лат, после чего я пошёл в контратаку. Блокировав очередной взмах когтями наручем левой руки, я вонзил короткий меч туда, где у оборотня находятся печене-почки. Прокрутив лезвие несколько раз, я отступил, чтобы понаблюдать, как эта тварь отреагирует.

Остальные тоже бились с оборотнями, причём Комнина снова сбили с ног – вероятно, он боится их, так как подобные твари, фактически, убили его, поэтому стратиг действует слишком осторожно и опасливо.

Нужной, подставившись под опасный удар, создал возможность помочь стратигу и вонзил штык в горб насевшего на Алексея оборотня, чем воспользовался сам Комнин, вбивший кинжал тому в подбородок.

Моя жертва осела на пол и отползала, теряя кровь. Вот кровь, конечно, жалко… В крови оборотней содержится некий процент альбедо, поэтому её желательно сохранить. Впрочем, нельзя получить альбедо, не пролив при этом кровь оборотней…

Я подскочил к своей жертве, шутя отразил вялые удары когтями, после чего вбил свой меч в глотку шерстяного, поразив шейный отдел спинного мозга. Даже если будет жив после этого, остаток дней проведёт в инвалидной коляске. Ха-ха! Не проведёт, конечно же…

+250 единиц опыта

Новый уровень

+20 очков навыков

+1 очко характеристик

Не до этого.

Комнин вновь на ногах и не на шутку закусился с седым оборотнем, обладающим маленькой головой, но длинными клыками.

У всех тварей слезятся глаза, так как мы поддали им дымку, все они фыркают и сипят, потому что надышались угарного газа. Даже если они как-то перебьют нас, здоровье у них будет уже совсем не то…

На первом этаже, к слову, тоже очень дымно, поэтому сильно лучше оборотням тут не становилось. Преимущество нужно использовать на всю катушку, поэтому…

– Усилить натиск! – заорал я, заходя на ближайшего оборотня со спины.

Шерстяной что-то почувствовал, это заставило его на мгновение замешкаться, поэтому я очень хорошо уколол его в спину, а вот Пападимос провалил атаку, зачем-то проткнув оборотню кишки. Резкий разворот оборотня – я получаю удар лапой и когтями по шлему, после чего отступаю на шаг, чтобы слегка попустило от лёгкого ошеломления.

Когда я раздуплился, стало видно, что Пападимос уже закончил с ублюдком – голова оборотня лежала рядом, а шерстяное тело конвульсивно дрыгалось перед ногами немёртвого.

Оглядевшись, я понял, что мы всё сделали – ни одного оборотня на лапах, все лежат с недокументированными отверстиями в телах. Считаю общее количество – двенадцать. Значит, их было даже больше, чем я насчитал в первый раз.

– Отличная работа, ребята! – похвалил я всех. – Вчетвером зачистили крупное логово – это дорогого стоит!

На самом деле, причиной успеха, если быть откровенным, служили латные доспехи. При отсутствии подавляющего численного преимущества, оборотни ничего не могли с нами поделать, только валить на пол и пытаться выцарапать глаза через смотровые щели, но это дело неблагодарное. В ином случае им только и оставалось, что умирать, бессмысленно царапая когтями сталь.

– Нудной, Гнетая, найдите воду и вёдра – нужно потушить пожар, – скомандовал я. – Пападимос, Волобуев – проверьте подвал и попробуйте устранить источники огня.

Два мертвеца пошли вниз, а я вышел на улицу, подышать свежим воздухом.

Тут мой нос уловил запах жареного мяса, вызвавшего устойчивые ассоциации с шашлыком. Сейчас же, как раз, лето… Эх…

– Подвал пуст, потушили всё, что смогли, но нужна вода, – сообщил подошедший Волобуев.

– А откуда запах мяса? – спросил я.

– Они там питались, поэтому в некоторых местах загорелись остатки трупов, – ответил Волобуев.

– Вода скоро будет, – сказал я. – Трупы людей не трогать, а вот оборотней грузите на любую телегу.

Тринадцать здоровенных тел – это дохрена работы. Если бы был достроен морг, как я и задумывал, времени было бы больше, но сейчас я могу позволить себе сохранить только полезные органы, потому что в морозильниках хватает места только на очень ограниченные объёмы продуктов. Сука… Как же несвоевременно Ариамен применил своё вундерваффе…

Ладно, всю ночь буду вкалывать, зато завтра посплю до полудня.

– За работу, ребята! – крикнул я. – Через двадцать минут я уже должен стоять у прозекторского стола и вскрывать первый труп!

Глава третья. То ли ещё будет

Совершенство – добродетель мёртвых.

Антуан де Сент-Экзюпери

//Фема Фракия, г. Адрианополь, 14 августа 2021 года//

– В морозилку! – передал я сердце оборотня Сухому. – И не беги, у тебя всё ещё слишком хреновые дела с рёбрами!

Мертвец кивнул и пошёл аккуратно.

Разбор оборотней – это просто песня. Ну, представьте: гаражная группа говнарей-металлистов, где у вокалиста нет вокала, у гитариста расстроенная гитара, барабанщик заменил бас-барабан корпусом из-под бабушкиной стиралки, бас-гитарист умер, но никто этого не заметил, а пишется эта камарилья на китайский карманный диктофон с Алика. Представили? Вот как песня этих легенд хэви-метала выглядит разбор оборотней на органы.

Вы, наверное, зададите закономерный вопрос: Почему, Лёха, почему?

А я отвечу: потому что их долбаная шкура слишком толста и о неё очень быстро тупятся скальпели, что причиняет мне почти физическую боль! Ещё я никак не привыкну к расположению их органов! На шестом-седьмом трупе я привычно вскрываю грудную клетку пилой, после чего на автомате лезу за сердцем в левую часть грудной клетки, а там здоровенное лёгкое! В этот момент я вспоминаю, где нахожусь и что делаю, а это меня очень расстраивает, м-м-мать его!

Я с сочувствием отношусь к мясникам и теперь ещё сильнее уважаю их профессию, потому что потрошить туши животных – это адский труд.

А ещё эта проклятая вонь! У меня ощущение, что моя кожа пропахла псиной даже сквозь защитный костюм!

Но это я просто морально, но не физически, устал, поэтому ною, не обращайте внимания…

– Скучной, в морозилку! – передал я печене-почку немёртвому.

Альбедо мы выкачиваем из остальных органов, которые не нашли применения, а также из спинного и головного мозга. В последнем альбедо не так много, а вот в спинном мозге просто дохрена. Его, конечно, нужно отфильтровывать от ликвора, который нам ни к чему.

Зато выход огромный! Суммарно, я накопил… внимание… восемь литров чистейшего альбедо! Мне только отоспаться, после чего я снова пойду убивать шерстяных, лишь бы получить побольше альбедо!

– Руки… – посмотрел я на свои руки. – Не дрожат. Значит, ещё могу работать. Волобуев! Ко мне!

Чёрная гвардия продолжает нести дозор, а своим я дал возможность позаниматься своими делами. Ну, то есть, они сидят или лежат безучастно, а также выполняют бытовые поручения.

– Снимай одежду и ложись на стол, – приказал я немёртвому. – Будем апгрейдить твоё программное обеспечение…

Подкатил стойку для капельниц, поставил на неё банку с альбедо, подсоединил к банке шланг, после чего вскрыл кожу на черепушке Волобуева. У нас тут где-то было два трепанационных отверстия… Вот они!

– Исторический момент, Гена! – похлопал я немёртвого по плечу. – Теоретически, из-за улучшения качества состава, прокачиваемого через твой мозг, должен начаться рост «Интеллекта». Сейчас всё узнаем.

Подключаю к его кровеносным сосудам два шланга, один на вывод, другой на ввод. Первым делом начала входить жижа альбедо. Так как сердце индюка, расположенное в грудной клетке Волобуева, продолжало качать нигредо, замена состава прошла успешно. Затрачено было всего двести миллилитров бесценного состава, что очень и очень хорошо!

Заклёпываю трепанационные отверстия новыми пластинами, сращиваю лоскут кожи на черепе и смотрю в характеристики Волобуева.

– Волобуев! Вот ваш «Интеллект»! Ха-ха! – рассмеялся я.

Он сумел набить двадцать уровней на оборотнях, что можно считать феноменальным ростом. Вероятно, они считаются как особо опасные для низкоуровневых, поэтому опыт начисляется с неким модификатором. Я заблаговременно распределил очки характеристик, поэтому он сейчас довольно таки ловок и очень силён. «Восприятие» может ещё немного повыситься за счёт регенерации тканей, вызванной альбедо, но это не точно.

– Лучше себя чувствуешь? – участливо спросил я у Волобуева.

– Лучше, – ответил Гена. – Но мой язык будто чужой для меня.

– Исправим в будущем, – заверил я его. – Хочешь себе сердце оборотня?

– А можно? – уточнил Волобуев.

– Если есть желание, то нужно! – улыбнулся я. – Продолжай лежать, всё сделаем.

Раз пошла такая пьянка, надо модифицировать всё, что можно в реальные сроки.

Вскрыв грудную клетку, безжалостно извлекаю оригинальное сердце Волобуева, то самое, которое я препарировал и приспособил под новые обстоятельства, впервые в собственной жизни. Далее удаляю часть толстой кишки, удаляю печень и почки, а также селезёнку. Взамен ставлю кондовые органы оборотней, самые, сука, мощные…

С сосудами пришлось, конечно, повозиться, но это обычное для меня дело, поэтому собрал и срастил приемлемый вариант.

Спустя два с лишним часа, всё было готово. Я решил, что на ребятах грех экономить, поэтому щедрым жестом миллиардера выделил Волобуеву два литра альбедо в общий кровоток.

– Красавец! Молодец! – похлопал я Гену по плечу. – Что там у тебя с характеристиками?

Ф.И.О.: Волобуев Геннадий Алексеевич

Статус: немёртв

Уровень: 43

Опыт: 3415

Следующий уровень: 3700

Класс: Некрохимероид (оборотень+человек)

Сквозная классификация: Химера XX–I класса

Характеристики:

Телосложение 15

Ловкость 11

Восприятие 9

Интеллект 4

Навыки:

Пляска смерти 105

Искусство (игра на свирели) 5

Ну, прямо оно! Машина смерти!

– Вот знал, что не прогадаю с дополнительным альбедо! – радостно провозгласил я. – Всё, одевайся и иди, в шашки поиграй, конструктор «Пего» пособирай – прояви свою возросшую интеллектуальную мощь!

– Слушаюсь, господин, – серьёзно ответил Волобуев.

Он, вообще, у нас, парень серьёзный.

Я понял, что мне надо срочно отдохнуть. Я устал ковыряться в требухе, поэтому пойду-ка посмотрю какое-нибудь кино и скурю пару-тройку сигарет под кофе. Думаю, сегодня я заслужил.

– Фая, пойди, поиграй с дядей Геной, – вошёл я в свою спальню. – Мне надо отлежаться и передохнуть после всего пережитого…

– Да, мастер Душной, – образцово поклонилась Фаина.

– Веди себя попроще, пожалуйста, – попросил я её.

Она часто закивала. Не поняла.

– Всё, иди давай, – вздохнув, указал я на выход.

Достал телефон Бегемотика и начал искать какое-нибудь новое кино. Опера скинули флешку с новинками, я перекинул всё, что они накачали, на телефон, благо, 512 гектаров памяти позволяют – вот всегда бы у меня были такие телефоны… Но нокианский флагман – это, конечно, что-то малореалистичное для такого, как я. Нет, мог, само собой, залезть в кредит, но я это дерьмо не люблю. Раньше брал кредиты наличкой, когда на скорой работал, но всё время, пока выплачивал, ощущал это гнетущее чувство осознания, что банк держит тебя за жопу…

Мне такое ощущение с детства не нравилось, поэтому я не злоупотреблял кредитами, стараясь жить по средствам. Потому что у человека должно быть ровно столько денег, сколько он зарабатывает, а остальное – это деньги взаймы, то есть чужие. А когда ты должен кому-то, возникают этакие нездоровые отношения, которые могут привести к чему угодно.

Ладно, что-то я отвлёкся. Что там из новинок? «Завтрашняя война»? Кристиан Пруэтт? Этого я знаю, потому что мне очень понравился фаревелловский «Стражи Галактики». А вот остальные – я некоторых точно где-то видел, но не вспомню, где. А эту вообще, кажись, по Николодеону в передачах про звёздных детишек крутили… Хрен с ним, смотрим…

– Что делаешь? – вошла в мою спальную Эстрид.

– А, кино смотрю, – ответил я.

– Без меня?! – возмутилась некромистресс.

– Присоединяйся, я ещё даже не начал, – предложил я.

Эстрид сняла свои кеды.

– Подвинься, – велела она.

Я сдвинулся чуть в сторону, чтобы ей хватило места. Кровать предупреждающе скрипнула, но стойко выдержала двойную нагрузку.

– Что за фильм? – спросила Эстрид, устраиваясь поудобнее.

– Называется «Завтрашняя война», – ответил я. – Дубляж только русский, поэтому мне придётся переводить тебе…

– Включай, – потребовала некромистресс.

Я включил проигрывание и мы начали смотреть голливудский блокбастер, начавшийся с того, что Кристиан Пруэтт летел в воздухе, а затем упал в бассейн, вместе с десятками других людей, почему-то вооружённых… Типа «Голодных игр», что ли? Королевская битва?

Переводя диалоги, я невольно подтягивал свою латынь, так как некоторые слова приходилось серьёзно так вспоминать, ведь в обиходе их, обычно, не используют.

– Такие твари реально существуют? – спросила Эстрид.

– Нет, это выдумка, – усмехнулся я, поставив фильм на паузу. – Это нарисовали на компьютере, я же говорил.

– Жутко представить, что было бы, существуй такие твари в реальности… – произнесла Эстрид с тенью беспокойства в голосе. – Неужели вам мало чудовищ, что существуют в реальности?

– У нас нет чудовищ, подобных местным, – ответил я. – В моём родном мире самое страшное чудовище – это человек.

– Повезло вам… – с нотками зависти произнесла некромистресс.

– Как сказать, – пожал я плечами. – Иногда люди бывают хуже самых свирепых хищников и чудовищ. Например, слышал я об одном серийном маньяке-убийце…

– Включай фильм, – попросила Эстрид.

Я недовольно фыркнул, но фильм включил, после чего начал переводить.

– Так это его дочь?! – воскликнула Эстрид.

– Ага, – ответил я.

– Умом тронуться можно! – продолжила искренне удивляться Эстрид. – А как они сделали, что она так быстро выросла?! Только не говори, что они ждали тридцать-сорок лет, пока она вырастет!

Кажется был какой-то американский фильм, который снимали то ли десять, то ли одиннадцать лет. Оскары, само собой, повалили, так как, якобы, уникальный фильм и всё такое, но я-то помню сериал «Рождённые в СССР», о детях 83 года рождения, записываемых каждые семь лет, как в неком британском сериале, который никто не видел.

– Нет, это просто другая актриса, примерно похожая на ту девочку, – усмехнулся я. – Мы ведь точно не знаем, как будет выглядеть эта девочка через тридцать-сорок лет.

– А, да, ты прав, – согласилась Эстрид. – Но всё равно удивительно!

– То есть тебя не удивляют чудовища, быстро гоняющие машины, пулемёты и так далее? – спросил я.

– Это я уже видела в других фильмах, – махнула рукой некромистресс. – А тут прямо, ну не знаю даже…

Досмотрели.

В общем-то, отличное кино, я считаю. Концовка подкачала, конечно, потому что в голливудском стиле, хеппи-энд. Американцы очень любят хеппи-энды, это знают продюсеры, поэтому несчастливый конец у голливудщины крайне редок. Хотя слышал я мнение одного американского режиссёра, который сказал, что хеппи-энд, вообще-то, необязателен, так как, если фильм по-настоящему зацепил и увлёк зрителя, то он, зритель, примет даже грустный финал. То есть, исходя из этого мнения, хеппи-энд – это безопасно для коммерческой судьбы даже не самого качественного фильма, поэтому все предпочитают делать в финале счастливый конец. Если это хорошо для бизнеса, значит американцы будут делать именно это, а остальное – херня на постном масле, не стоящая толики внимания.

Эстрид повернулась и положила руку мне на грудь. Я почувствовал её дыхание на щеке. Медленно поворачиваю голову и вижу, что она банально спит. Меня тоже приморило, поэтому я поставил будильник на час и закрыл глаза.

 
♫Зачем мне солнце Монако?♫
♫Для чего, скажи мне…♫
 

– Ах, срань… – просипел я, открывая глаза и нажимая на отключение будильника.

На будильник я ставлю самые злоебучие попсовые песни, чтобы точно проснуться.

– Что это? – спросила сонная Эстрид. – Нападение оборотней?

– Хуже, – вздохнул я. – Русская попса. Худшая музыка, которую только можно услышать.

– Мелодия приятная… – не согласилась некромистресс. – О чём поётся?

– Девушка спрашивает, зачем ей солнце Монако, – ответил я. – Монако – это такое княжество в моём родном мире. Там всё дорого, но все девочки от 10 до 99 лет мечтают туда попасть и отдохнуть как следует, по-королевски. Естественно, музыканты не могли обойти тематику и эти мечты женщин о роскошной жизни активно эксплуатируются, чтобы заработать побольше денег.

– А чем плохо мечтать о хорошей жизни? – не поняла Эстрид.

– Ну, понимаешь… – я окончательно очухался и сел на кровати. – Мечтать не вредно, конечно, но эти иллюзии… Не знаю, как это коротко объяснить… А, придумал! Вот представь, что есть свита короля, при деньгах, при влиянии, с каким-то наделом, приносящим кучу денег. Скажем, какую-нибудь графиню, по праву рождения. Пиры, отдых в тёплых краях, балы-маскарады и тому подобное. Так?

– Так, – кивнула Эстрид.

– А теперь представь жену серва,[132]132
  Серв – от лат. servus – раб – средневековый крестьянин в Западной Европе. Фактически имел все атрибуты рабского статуса, так как землевладелец имел неограниченные права на серва, на его имущество, на его жену, детей, на вообще всё, что у того есть. Нет никаких доказательств, что сервов прикрепляли к земле, поэтому у крепостных положение было хуже.


[Закрыть] которой зачем-то говорят, ах, как было бы прекрасно сидеть при дворе короля, пировать, есть вдоволь, на зиму уезжать в зимний замок, а летом посещать многочисленных подруг в их замках, – продолжил я. – И даже не просто говорить, а показывать эту жизнь, иронично намекая при этом, что эта херня неважна, это так, побочные и малозначительные элементы жизни, а главное – это любовь, отношения и так далее. Понимаешь?

– Ложные надежды? – предположила Эстрид.

– Понимаешь, – кивнул я удовлетворённо.

– Так у вас есть сервы? – нахмурила брови Эстрид. – Ты же рассказывал, что у вас там свобод по горло, можно ехать куда хочешь, крестьян, как таковых, нет, никто никого не принуждает…

– Я не говорил, что никто никого не принуждает, – ответил я. – Принуждают и ещё как. Деньги. Если есть деньги, ты король, герцог, граф, тебе можно очень многое, а если денег совсем нет, то ты серв, а иногда даже крепостной, потому что не можешь выбраться оттуда, где родился.

– А как же род? Наделы? Династии? – не поняла Эстрид.

– Это неважно, если есть бабки, – усмехнулся я. – У нас все проблемы можно решить, если есть бабки.

– Плохой мир, – уверенно заявила Эстрид.

– Я и не говорил, что хороший, – грустно вздохнул я. – Но хотел бы я туда вернуться…

– А я? – спросила вдруг Эстрид.

Так… Судя по интонациям, ответ на этот вопрос будет определяющим. Хорошо, что я уже несколько недель прокручивал в голове этот возможный диалог, поэтому подготовил несколько вариантов ответа и даже трёхуровневые ветки с вариантами развития.

– Давно хотел предложить тебе, – заговорил я. – Почему бы тебе не пойти со мной? Что здесь есть? Что ни день, то какие-то проблемы: мертвецы, персы, осады, болезни и прочая дичь. А у меня в родном мире развитая медицина, чудеса науки, техники, очень много красивых мест и куча вообще всего.

– Тут тоже есть красивые места, – привела контраргумент некромистресс.

– В скольких из них тебя никто не попытается сожрать? – спросил я.

Эстрид задумалась.

– Уел, – нехотя признала она после паузы. – Но что мне делать там?

– Ты просто не знаешь, как так клёво, когда есть деньги, – улыбнулся я. – А деньги теперь обязательно будут, очень много. Мы с тобой столько всего знаем и умеем, что точно не пропадём.

– Я бы и рада отправиться туда с тобой, – вздохнула Эстрид с сожалением. – Но ты ведь не хуже меня понимаешь, что у нас нет способов туда попасть.

– Пока что, – ответил я.

Эстрид провела рукой по моей руке и выжидательно посмотрела прямо в глаза.

– А ты, Алексей, не очень хорошо понимаешь намёки, да? – спросила она.

Я-то всё понял, не дурак. Это значит, что ответил на всё правильно и Эстрид теперь не имеет ничего против того, чтобы… А, была не была!

Обхватываю её за талию и притягиваю к себе, ловя губами её губы. Никаких признаков сопротивления, а значит, я двигаюсь в правильном направлении.

Давно надо было, м-м-мать его…

– Ложись на спину, – шепчу ей на ухо, аккуратно сдавив левую грудь рукой.

– Стой, – остановила меня Эстрид.

Ох, где-то слажал. Так и знал, что с ней нельзя торопиться!

– Если сделаем сейчас эту глупость, – произнесла Эстрид серьёзным и холодным тоном. – У тебя не будет дороги назад. Не получится просто взять и отказаться от меня.

Судя по её глазам, карательной санкцией будет отрезание яиц. Приемлемо.

– Не собираюсь от тебя отказываться, – уверенно ответил я ей, расстёгивая ремень и джинсы.