Текст книги ""Фантастика 2024-82". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Алексей Переяславцев

Я прервался и надел на голову лицевой пластиковый щиток.

– А потом? – не выдержала Эстрид.

– А потом Комнин прислал бы переговорщиков, – продолжил я. – Мы бы обсудили приличные отступные, с лихвой перекрывающие затраты сатрапа на поход и согласовали новые условия налогообложения персидских торговцев. По большому счёту, Комнин сам виноват, что Ариамен пришёл сегодня. Никогда не надо жадничать. Жадин никто не любит. Вообще никто. Даже мамы с папами.

– Складно разглагольствуешь, – улыбнулась Эстрид. – Хорошо было бы, будь всё так.

– Но есть маловероятный сценарий штурма, – произнёс я, подходя к прозекторскому столу. – Он становится гораздо реальнее, если у персов есть некое секретное оружие. Посмотрим.

Далее я начал отработку очередного покойника.

Комнин передал трупы негров утром, примерно за час до известии о прибытии войска Ариамена.

Интересно, как выглядит этот перс? Едва ли как в «300 спартанцев». Не, было бы прикольно, если он абсолютно лысый, высокий как баскетболист и весь в золотом пирсинге. А на приватных переговорах подойдёт к Комнину из-за спины и скажет: «склонись предо мной сейчас и потом пред тобой склонится вся Византия…» А Комнин такой: «Нет, во второй раз я на этот фокус не поведусь!»

Перестав думать о всяком бреде, полностью сконцентрировался на работе.

«Клиент» у нас сегодня обычный и ничем не примечательный: средней комплекции негр с надёжно выбитым левым глазом и перерезанной чем-то не очень острым шеей. Мозг и позвоночник не задеты, но имеются дефекты нижних конечностей – в детстве этот покойник переболел рахитом в лёгкой форме. Ходить и бегать это ему не сильно мешало, но организм был вынужден компенсировать смещение точки опоры, поэтому бедренные мышцы бедолаги были чрезмерно развиты. И где он только посреди Африки нашёл себе дефицит витамина D?

– Во имя Плети! – покрутил я пальцами. – Тиберий Клавдий Цезарь Август Германик!

– Таяри кутумикия, бвана, – прошелестел тихим голосом новоиспечённый Клавдий.

Список римских императоров мне дал Комнин, поэтому придумывать и сочинять оригинальные имена мне не пришлось. Клавдий – это ведь тот самый Клавдий, которого отравила собственная жена? Та самая жена, которая привела на императорский престол небезызвестного Нерона, который потом прикажет убить её? Богатая история у римлян, если подумать.

+150 единиц опыта

Новый уровень

+ 20 очков навыков

Вот Комнин думает, что это он больше всего выигрывает от нашей сделки «Мертвецы за деньги». Но правда такова, что я получаю и трупы, и опыт, а мне ещё за это деньги платят!

– Иди наверх, там тебя оденут, – приказал я Клавдию.

– Сикилиза, бвана, – ответил немёртвый негр.

Бвана… А я ведь где-то это слышал. Это типа начальник у негров. Но где я это слышал? В фильме каком-то?

Тем временем, Клавдий ушёл и его место заняло новое тело. Это тело принадлежало атлетически сложенному негру с иссиня-черной кожей. Страшно представить, что будет, когда на его кожу подействует нигредо. Похоже, что ещё три-четыре тона и кожа будет полностью поглощать свет.

Этого бедолагу расстреляли из лука, четырьмя попаданиями. Стрелы вырезать не стали, а прямо как есть скинули в разрыв межмирового пространства. Люди стратига обрезали древки, чтобы было удобнее кантовать, после чего привезли покойника ко мне.

Кто-то очень умный однажды сказал, что война – это когда два народа выкидывают свои благосостояние и экономический потенциал в воду. И здесь я вижу недвусмысленное подтверждение этому изречению: молодые ребята, физически крепкие, здоровые, красивые и, несомненно, умные, были убиты на бессмысленной войне. Бванам надо было бы прекратить бесперспективные конфликты, сесть за одним очагом и думать, напряжённо думать, как им всем вместе выпутаться из ситуации тотального дефицита всего, кроме молодых воинов. Но у каждого из них свои хотелки, своя власть, своё положение – они боятся налаживать контакт, потому что видели в своей жизни только один тип дружбы и партнёрства. Дружба и партнёрство против кого-то. Из этой атмосферы страха и недоверия не может родиться конструктив.

Поэтому, пока положение вещей будет оставаться таким же, будут сталкиваться посреди девственной саванны молодые парни, типа вот этого, чтобы убивать и умирать.

Как-то аж настроение испортилось от таких дум.

Мир – это несправедливое место, на самом деле. У меня на Родине было не сильно лучше. Бваны не племён, но стран и блоков, не доверяют друг другу, ждут дерьма от «партнёров», причём это дерьмо у них друг к другу действительно есть, на всякий случай. И чем они, концептуально, отличаются от африканских бван, воюющих за уровень жизни отдельных представителей собственного племени? В чём разница? У африканских племён нет термоядерных ракет?

Стрелы аккуратно извлечь не удалось. Одно, послужившее причиной смерти, при извлечении окончательно испортило печень. Жаль, конечно…

Можно попытаться срастить обрывки печени, но так больше мороки, чем пользы.

Мы с Эстрид работали как часовой механизм: действовали быстро и аккуратно, как не один раз до этого. Будущий Нерон был закончен даже на пятнадцать минут раньше, чем мы запланировали.

Я снял перчатки, достал сигарету и с наслаждением закурил. «Майор Уайт» – вот оно, настоящее термоядерное оружие. Четырнадцать микрограмм никотина в каждой сигарилле, сладкий фильтр – гарантированная смерть в белой табачной бумаге с золотым вензелем «MW». Не знаю, от чего получаю больше удовольствия. От того, что табак действительно такой хороший, или от того, что курю сигариллы по цене 380 рублей за пачку?

– Алексей, дай закурить, – попросил Баран.

Я посмотрел на него неопределённым взглядом.

– Хорошо, – решил я, что сейчас не жалко.

Подойдя, вложил в рот Барана новую сигариллу и подкурил её. Руками бывший мент орудовать не может, поэтому вынужден пыхтеть исключительно жестикулируя губами.

– Будешь? – спросил я у Льва.

Тот не ответил.

Они тут все столько дерьма насмотрелись… А я так привык к ним, что уже не уверен, что смогу работать, не чувствуя, что на меня и мою работу старательно не смотрят с другой стороны подвала. М-да…

Может, оставить их себе? Время от времени буду держать на дыбе, чтобы точно не могли сбежать… Не, это какой-то изощрённый садизм. Гуманнее прикончить их и поднять. И пользы больше.

Человеческий закон, понятный каждому, гласит, что кара за преступление должна быть эквивалентной. Глаз за глаз, зуб за зуб. В этот мир этих ушлёпков я не доставлял, а просто заманил, предложив шанс на спасение. А скольких они передали Эстрид? А почему я списал со счетов Эстрид? Она с ними повязана по самые помидоры, считай, организатор… Если действовать по людским законам, то и Эстрид следует того… убить и поднять. Но у нас доверительные отношения, даже некое подобие дружбы с намёком на дальнейшее развитие. Я не настолько справедливый человек, чтобы восстановить справедливость на все деньги… Дилемма.

Нет, так можно додуматься до того, что и культисты ни в чём не виноваты, а злобный некромант заточил их в своём подземелье ни за что…

На улице что-то громыхнуло, отдавшись вибрацией, осыпавшей на меня пыль с потолочной балки.

– Сука! – возмутился я, увидев, что в открытое операционное поле сыпануло особо много пыли. – Невозможно, блядь!

Стянув экипировку, я взбежал по лестнице и вышел на задний двор.

– Это что, мать вашу, такое? – спросил я.

– Камень, – ответил Кастор, мастер-мечник.

– О, спасибо, что подсказал! – саркастически воскликнул я. – Какого хрена здесь произошло, спрашиваю?

– Мы занимались… – начал отошедший от шока Емельян, мастер-лучник. – А тут с неба упал этот каменюка… И Торгнира того… Всё.

– Ох, час от часу не легче! – в сердцах воскликнул я.

// Фема Фракия, г. Адрианополь, дом Душного, 30 июня 2021 года //

– Ах ты ж, нахрен! – отпрянул я назад, видя летящий на нас камень.

Камни падали на город. Их было просто дохрена, настоящий камнепад, мать его за ногу!

– Тащите тело в дом! – крикнул я инструкторам. – И все внутрь! Живо!

Тем временем, на задний дворик моего дома одновременно упало штук восемь камней. Это 100 % не случайно.

– Так… – я рассмотрел тело Торгнира, занесённого в дом. – Ну, тут, точно, готов.

Камень был размером с баскетбольный мяч, поэтому у скандинава не было и шанса. Хренов булыжник уничтожил голову бедолаги, безнадёжно разрушив мозг и сломав шею.

И такие же камни продолжали падать на мой участок – десятками. Судя по звуку, крыша пробита в нескольких местах. Это не средневековые осадные машины – они не способны так часто и так точно закидывать камни на подобные расстояния. Вероятно, кто-то применяет некое сильное колдунство. И применяет конкретно против меня…

– Ему можно помочь? – спросил Емельян, мастер-лучник.

– Он мёртв, – ответил я. – Как же нехорошо получилось…

С Комнина станется начать выделываться за потерю своего воина и затребовать компенсацию. Я не сомневаюсь, что так и будет.

Мой дом планомерно разрушался под бомбардировкой, трещал, но ещё стоял. Вот суки…

– Нудной! – позвал я.

– Да, господин? – спустился по лестнице немёртвый.

– Бери автомат и за мной, – сказал я.

Немёртвый пошёл наверх, за милицейским АКС-74У, который регулярно чистил и содержал в надлежащих условиях.

– Все в подвал, – сказал я громко. – На улицу не выходить, пока не прекратится камнепад. А если прекратится – ждать моего возвращения. Ни шагу наружу, если не хотите повторить судьбу Торгнира.

Я дождался Нудного, после чего выглянул на улицу. Прямо перед крыльцом, сломав брусчатку, упал камень. Пора!

Мы выбежали и помчались в направлении западной стены. Персы могли прийти только оттуда, потому что сатрапия Сузиана расположена на западе. И я не жду от стратегического гения сатрапа сложных обходов города с другой стороны. Высока вероятность того, что ставка расположена с западной стороны, а остальные стороны блокированы средней численности мобильными группами воинов. Ну, я бы так сделал.

Судя по крупным скоплениям людей в доспехах, я был прав и ставка сатрапа именно на западе.

– Мастер Душной! – настиг меня воин-букелларий Комнина, кажется, Александр или типа того. – Стратиг вызывает тебя во дворец!

Он самый молодой, поэтому занимает должность дворцового мандатора – принеси, отнеси, сообщи, позови и так далее.

– Буду в течение получаса – так и скажи, – бросил я через плечо. – У меня есть одно неотложное дело.

– Как я объясню задержку?! – спросил отставший воин-букелларий.

– Скажи, что я останавливаю камнепад! – ответил я и ускорился.

Камни продолжали лететь над городом, падая конкретно в мой дом. Вот не прощу! Я в него деньги вложил! Терпеливо ждал, пока его достроят – его ведь даже не отремонтировали толком! У-у-у, с-с-суки!

Если оставить эмоции и подумать здраво, то причина камнепада именно над моим домом предельно ясна. У них есть колдун, или маг, или волшебник Гарриуш Поттерви, способный определять местоположение концентрированной магической энергии, после чего довольно точно наводить туда свою «артиллерию». У меня от дома, буквально, воняет некроэнергией, что почувствовали даже соседи. Поэтому естественно, что этот хренов ублюдок сумел триангулировать мой дом и попытался решить вопрос с наскока, приложив максимум усилий. Ну, ничего, у меня есть, чем удивить даже самого хитровывернутого перса-который-выжил…

Желательно было бы, конечно, взять скотину живьём, но это трудноосуществимо.

Младший мандатор Александр свалил в сторону дворца, а мы с Душным начали подниматься на крепостную стену.

С высокой каменной стены было отлично видно осадный лагерь персов, расположенный, буквально, в четырёхстах метрах. Численность войск… честно говоря, я очень плохо представляю себе, как считать такие скопления людей, но, примерно, похоже на толпу фанатов «Би-2» на «Нашествии-2016». Около семи-восьми тысяч воинов, плюс минус две тысячи. Они деятельно оборудуют лагерь, разбивают шатры, собирают камнемёты и осадные башни.

Это значит, что мои прошлые прогнозы можно сливать в унитаз. Потому что Ариамен пришёл брать Адрианополь, а не выбивать условия получше.

Самый большой и яркий шатёр, как я полагаю, принадлежит сатрапу, а шатры пожиже, развёрнутые вокруг него, ближайшей свите.

Я внимательно рассматривал всё это людское копошение, пытаясь вычленить что-то необычное.

Гарнизонные войска Адрианополя скопились на стенах, следя за действиями персов. Да уж. Если использовать достаточно мощную магию, стены не будут большим препятствием…

– Ты видишь людей, похожих на колдунов или магов? – спросил я у Нудного.

– Нет, – ответил тот.

– Эй, воины! – окликнул я стоящих рядом гарнизонных солдат. – Не видите персидских колдунов?

– Вон там, на лысом холме, – указал один из воинов рукой. – Колдунства свои ведут…

Я вгляделся в указанном направлении и увидел группу людей в разноцветных халатах. Бородатые, упитанные, сразу видно – прибыльная профессия.

Дистанция – не меньше трёхсот метров. Я не эксперт, но сдаётся мне, что это дистанция для механического прицела.

– Сейчас будет кое-что необычное, – предупредил я воинов, а затем посмотрел на своего протеже. – Нудной, видишь их?

– Да, господин, – ответил немёртвый.

– А вон того, руками машущего, видишь? – спросил я.

– Да, господин, – ответил Нудной.

– Сможешь достать его, а также всех его друзей? – задал я самый главный вопрос.

– Да, господин, – ответил Нудной.

Я посмотрел на воинов, которых удивила беседа на неизвестном им языке. Откуда бы им знать русский язык образца XXI века?

– Кхм-кхм, – кашлянул я. – Воины, не удивляйтесь и не пугайтесь громких звуков. Сейчас будет проведён ритуал исключительно белой магии, нацеленный на избавление города от угрозы со стороны злокозненных персидских колдунов.

Едва ли кто-то из присутствующих сможет понять химию происходящих в автоматной гильзе процессов, потому пусть думают, что это магия. Белая™ магия.

Нудной подошёл к зубцам стены и занял стрелковую позицию.

– Патроны береги, – предупредил его я. – Если нет уверенности, что достанешь остальных – не стреляй. Но того, машущего руками, надо завалить 100 %.

Аркадий Алексеевич Нудной, как я окрестил труп Собаки, начал прицеливание.

Вообще, длина ствола штурмовой винтовки решает: из АКМ или АК74 достать этих ухарей не было бы большой проблемой, так как триста метров – это рабочая дистанция для этих девайсов. А вот для АКС-74У эта дистанция – предельная. Но раз Нудной говорит, что может достать, то посмотрим…

Несколько минут ничего не происходило. Видимо, Нудной высчитывает упреждение или типа того.

А персидский камнеметатель исчерпал запас камней и перешёл на кирпичи. Последние бесперебойно доставлялись воинами, разбирающими обваленный амбар.

Только вот цель, судя по изменению траектории, изменилась: снаряды летели куда-то в сторону дворцовой площади. Возможно, так они показывают, что могут достать даже до стратига.

Вообще, они переоценили мощь своего оружия, так как меня уже нет дома. Нет, если бы я с самого начала сидел дома, то, с некоторой долей вероятности, на меня могла рухнуть крыша, покалечив или убив. Определённый шанс на такой исход был, с этим трудно спорить. Но случай распорядился иначе.

Пока я размышлял, Нудной решил открыть огонь.

Грах! Грах! Грах!

Это было неожиданно даже для меня. Я уже и забыл, насколько громко звучат автоматные выстрелы…

Тем не менее, я внимательно пялился на машущего руками Гарриуша Поттерви. Поэтому от меня не ускользнул момент, когда пылающая зелёным огнём трассирующая пуля закончила свой путь в его упитанном теле. До этого было ещё две пули, не оставившие трассеров, но на такой дистанции сложно сказать, попали ли они в цель.

Поднятые для пуска кирпичи резко опали, обрушившись на персидских воинов. Пусть большая часть упала на землю, но меньшая часть собрала кровавую дань.

Нудной же продолжил методичный обстрел. Застывшие в изумлении коллеги Гарриуша падали на утоптанную землю, не понимая, что происходит.

Затем, когда стало ясно, что их атакуют, кто-то из колдунов поднял руки и выставил особо мощную «Завесу смерти». Я тоже владею ею, но масштабы у меня, честно сказать, пожиже…

– Прекратить огонь, – приказал я Нудному.

Ясно как день, что «Завеса смерти» не остановит пулю, но ей и не надо: пуля 5,45×39 миллиметров, если верить мнению ряда экспертов, склонна отклоняться от курса из-за древесной листвы, а про довольно-таки плотный магический экран даже говорить не стоит. И подтверждение этому было наглядно продемонстрировано на примере последней выпущенной пули – зелёный трассер, после пересечения магического щита, взмыл ввысь, исчезнув где-то в небесах…

Свою задачу на сегодня мы выполнили, поэтому можно возвращаться домой. Едва ли, после такой демонстрации силы, персы рискнут возобновить бомбардировку моего дома.

Из-за совершенно непрозрачного щита не было видно, что происходит сейчас с колдунищами, поэтому о результативности попаданий можно было лишь строить догадки.

– Уходим, – сказал я Нудному, а затем увидел поражённые лица, смотрящие на нас. – Чего смотрите так? Они атаковали мой дом – я отреагировал!

– Nobiscum Deus! – воскликнул тот воин, что указал мне на колдунов. – Nobiscum Deus!

Да-да, бог с вами…

Под восторженный рёв гарнизонных солдат, мы с Нудным покинули стену.

– Следуй за мной, – приказал я ему.

Гарнизонщики продолжали восторженно орать, потому что автоматы системы Калашникова работают наглядно и не допускают неправильного понимания результатов своей работы.

Нудной повесил автомат на плечо, сразу видно, что его тело прекрасно помнит, каково это – быть солдатом.

Дошли до дворца, где нам открылась картина небольшой разрухи: теперь понятно, куда полетела последняя серия кирпичей.

– Стратиг ждёт тебя, мастер, – сообщил взволнованный эконом Акакий, обнаружившийся в холле.

– Идём, – кивнул я.

Комнин, вместе с дочерью, находились в кабинете. Они стояли над схемой оборонительных рубежей города. В помещении также присутствовал командный состав и пять букеллариев.

– Почему я вынужден был тебя ждать? – процедил покрасневший лицом стратиг.

Он был взбешён, причём не мной, а кем-то ещё. Знает, что со мной лучше не портить отношения, поэтому выбирает выражения, но тон выдаёт форменное бешенство. С такими интонациями более уместны были матерные конструкции.

– Мой дом подвергся обстрелу, – пожал я плечами. – Поэтому пришлось передать привет персидским колдунам.

– Александр сказал, что ты пошёл останавливать камнепад, – вступила в разговор Анна.

– Да, – подтвердил я. – И Ариамен не досчитался пары-тройки своих колдунов. Едва ли они рискнут повторять свой невежливый жест.

– То есть, ты убил несколько колдунов? – для полной ясности уточнил Алексей.

– Да, можно и так сказать, – кивнул я. – Мог бы и больше, но среди них есть тёмный маг, владеющий особым заклинанием.

Колдуны, маги, волшебники – кому-то может показаться, что речь об одном и том же, но на деле есть существенная разница. Волшебников, например, просто не существует. Колдуны – это ритуальные маги. То есть это маги, сфокусировавшиеся на ритуалах, невольно упустив в своём образовании заклинания. А вот маги – это спецы, остро заточенные под заклинания. Кто-то разделяет две стези на чародеев, жрецов, волхвов и друидов, но всё это лишь различное соотношение заклинаний и ритуалов в выбранной ими школе. Также все эти весьма условные стези делятся на подразделы, фокусирующиеся на чём-то своём. Ну, так было написано в одной умной книжке.

А волшебство – это чудеса на ровном месте, просто так, без дачи чего-то взамен. Но закон сохранения энергии неумолим и неотвратим: из ниоткуда энергия не появляется, и никуда она не девается, но переходит в иную форму. Волшебство, в той трактовке, которую озвучил автор учебника по некромантии, это прямое противоречие закону сохранения энергии, так как подразумевает «чудеса», которые возникают ниоткуда и, выполнив полезную работу, уходят в никуда.

– Значит, Ариамен притащил с собой всех своих магов? – спросил Алексей.

– Я не знаю, сколько их у него было изначально, но нескольких он лишился, – ответил я.

Любопытный момент: у Адрианополя официально нет своих магов. Вообще, магия здесь в серой зоне, как проституция в некоторых странах моего родного мира. То есть это порицается обществом, вроде как нельзя, но народные целители, точно обладающие сверхъестественными способностями, есть, берут за свои услуги много денег, но церковь осуждает и даже, когда совсем уж невтерпёж, разводит бучу, после которой Комнину приходится принимать меры. По этой причине официального штата придворных магов, которые могут устроить осаждающему город противнику сладкую жизнь, у Алексея нет.

Вообще, если верить словам разных опрошенных людей, в Византийской империи была особая ситуация с магией. Есть магия белая™, сертифицированная пентархией епископских престолов[105]105
  Пентархия – Πενταρχία – «Пятивластие» – это концепция, разработанная богословами Византийской империи, обусловившая существование института религиозной власти, при котором менеджерами по всем важным вопросам были патриархи пяти основных епископских престолов: Римского, Константинопольского, Александрийского, Антиохийского и Иерусалимского. Среди не секущих в вопросе есть представление, что Папа Римский – это отдельный субъект, первый и единственный духовный лидер, но изначально он был одним из пяти. Фактически Папа Римский – это патриарх Римского епископского престола, которых начал дохрена о себе воображать и откололся от остальной братии. Но остальная братия была постепенно выпилена суровой окружающей действительностью, поэтому Папа Римский единственный, кто прошёл проверку временем. Это не значит, что остальные престолы исчезли бесследно, но они безусловно померкли и утратили влияние, в то время как Папы Римские активно шалили вплоть до окончательной потери политического влияния в XVI веке, что случилось после разграбления Рима в 1527 году, во время войны Коньякской лиги. Важно помнить, что Александрийский, Антиохийский и Иерусалимские престолы были потеряны во время арабских завоеваний, а Константинопольский пал вместе с Константинополем. Потом вселенский патриарх пошёл на сделку с совестью и стал работать на османского султана, который посчитал это очень большой идеологической победой. Только вот этот беспредел обусловил формирование автокефалии Русской Православной церкви, до этого пребывавшей в подчинении константинопольского патриархата. А вообще, Папа Римский формально стал считаться обособленным субъектом в 1054 году, после окончательного раскола унитарной христианской церкви. Предпосылками для раскола была политика, но формальное оправдание находили в лютой херне, ставящей под вопрос здравый смысл религиозных деятелей. Например, радикализировавший конфликт повод был в споре об опресноках – какой надо хлеб применять при таинстве святого причастия – квасной или пресный. Латиняне применяли пресный, а православные – квасной. В контексте политического противостояния западного мира с восточным эта сущая хрень стала неожиданно важной, поэтому разразилась ожесточённая полемика, приведшая к полному расколу. В общем-то, история у пентархий богатая, а сами пентархии существуют до сих пор: они и при иноверных завоевателях неплохо существовали, правда, не участвовали в политике, как в былые времена.


[Закрыть], а есть магия чёрная™, которую надо неустанно искоренять. И как-то само собой получилось, что представителями белой™ магии были те маги, которых держал при себе базилевс Юстиниан, а все остальные – это злобные и коварные чёрные™ маги. И категорию этих самых остальных представляли различные знахари, народные целители, не одобренные пентархией прорицатели и так далее. То есть у государства, в лице Юстиниана, была монополия на официальное использование людей со сверхспособностями, читай магов, что логично и понятно.

А вот зороастрийцы, такие как сатрап Ариамен, не имеют предубеждений по поводу сверхъестественных способностей, поэтому у них возникла новая социальная лестница, по которой может взойти любой обнаруженный маг. Каста магов существовала в зороастризме и до этого, но появление реальных магов, людей, которые могут делать необъяснимые и сверхъестественные вещи, вдохнуло новую жизнь в эту древнюю религию. Тусовка магов зороастрийцев – это уважаемая каста, самая богатая и дохрена себе позволяющая. Маги в Персии влияли на политику, причём настолько, что аж сам шахиншах Хосров I был магом и весь его госаппарат формировался из магов. Базилевс Юстиниан тоже был магом, но терпел других магов только под неусыпным личным контролем, допуская их существование лишь при условии сжатия их яиц в собственных руках, если выражаться фигурально.

Эта предыстория и обусловила нынешнее положение дел: у Алексея нет штата магов, а у Ариамена есть.

Только важно помнить, что маги не всесильны. Вот этот камнепад на мой дом – это сложный и энергозатратный ритуал, единственное применение которого возможно только в весьма ограниченных условиях и недолго. Дорого, тяжело, не так эффективно, как хотелось бы – вот в чём проблема любой магии. По-настоящему крутые колдунища сами не желают связываться со всякой ерундой, типа войн и конфликтов, поэтому в распоряжении сатрапа, максимум, середнячки, которые могут не так много. Но зато у Алексея есть только я и Эстрид, далеко не самые крутые маги. И как будто этого было мало, мы ещё и некроманты, то есть никогда не сможем бросать во врагов файерболы или куски породы…

– Это отличная новость, – произнёс чуть успокоившийся Алексей. – Это значит, что они не решатся на немедленный штурм.

– А зачем тебе нужен я? – решил я задать особо актуальный вопрос.

– Мне нужны мои люди, – произнёс Комнин.

– Тут это… – заговорил я, чувствуя себя неловко. – Торгнир погиб при обстреле камнями.

– Что?! – выпучил глаза стратиг. – Торгнир?!

– Это печальная случайность, – вздохнул я. – Камень упал прямо ему на голову. Спасти его было невозможно. И поднять нельзя.

– Проклятье… Мой букелларий… – стратиг очень расстроился, а затем вскинулся. – Он был под твоей ответственностью!

Торгнир, по его же словам, готовился к стезе воина с младых ногтей. Исландия – суровый край, где есть только камни, немного леса и дохрена рыбы. С юности он участвовал в набегах на Британию, в ходе чего стал выдающимся воином. Потом судьба завела его в Константинополь, где он завёл знакомство с Алексеем Комниным, собиравшимся в поход на Балканы. Поэтому Комнин знает Торгнира очень давно и потеря его – это тяжёлый удар.

– Я понимаю, – покивал я.

– Нам нужна компенсация, – вновь вмешалась Анна. – Следующие восемь гвардейцев ты предоставишь бесплатно.

– Торгнир стоил десятерых! – воскликнул стратиг.

– Хорошо, десять, – не стал я спорить. – И я верну Емельяна и Кастора. Как оказалось, их тренировки малоэффективны.

– Они недостаточно хороши для тебя? – начал вскипать Алексей.

– Дело не в этом, – покачал я головой. – Просто мои немёртвые плохо поддаются обучению. Интеллект слишком низкий – думаю, всё дело в этом.

Комнин хотел сказать что-то резкое и обидное, но его опередила дочь.

– Это нас не касается, – сказала она. – Мы ждём десять новых гвардейцев в компенсацию потери элитного воина. Поэтому поторопись с работой. И нас перестают устраивать темпы твоей работы. Нужно больше чёрных воинов и как можно быстрее.

– Я стараюсь, – ответил я. – Но это сложная работа, вы должны понимать. Я и так жертвую почти всем своим временем, чтобы выдавать, хотя бы, по три немёртвых в день.

И это, мать его, физический предел. Вдвоём с Эстрид, в поте жопы и лица, мы выдаём, максимум, троих в сутки. Оптимизаторство в этом деле послужит только в ущерб качеству, так как у меня уже нет идей, как ещё можно упростить обработку тел. По меркам некромантов прошлого, мы вообще творим чудеса, устранив кучу недостатков старых методик. Но что-то придумывать нужно…

С каждым разом я всё больше и больше склоняюсь к мысли, что ответы надо искать в родном мире. В идеале, найти хоть какие-нибудь подсказки об альбедо, но минимум – получить ещё больше полезных ресурсов. Не только сахара, стоящего у нас очень дёшево, но больше инструментов, химических реагентов и вообще всего, что мы сможем найти. Сегодня же займусь этим. Подключусь к кукле…

– Значит, жертвуй всем своим временем! – воскликнул стратиг. – Это вопрос выживания! Твоего и моего, Алексей!