Текст книги ""Фантастика 2024-82". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Алексей Переяславцев

Соавторы: Алексей Егоров,Нариман Ибрагим,Ярослав Горбачев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 220 (всего у книги 353 страниц)

– Ну, давай, посмотрим, – скептически произнёс кэп Савушкин, направляясь в хранилище.

Он вернулся спустя пару минут, держа в руках пакеты с орудиями убийства: два кухонных ножа, а также окровавленный молоток.

– Действуй, – усмехнулся он.

– Для начала, кого бы вы хотели начать пасти? – хмыкнул я.

– Горенко? – посмотрел майор на старлея.

– Эм… – старлей прошла к шкафу с делами.

– Мне нужна какая-нибудь личная вещь того, кого мы будем пасти, – предупредил я.

Долбокультисты рассказали мне, что проникли в общагу и спёрли носки. И я припомнил эпизод, когда долго искал пропавшую пару носков. Подозрение моё легло на Кирича, но тот божился, что не трогал мои вещи. Иногда узнаёшь о таинственных пропажах самым неожиданным образом, не правда ли?

– Орудие убийства подойдёт? – спросила Валентина.

– Подойдёт, – кивнул я. – Теоретически. Но лучше прямо личную вещь.

– Стёп, достань улики на этого… лифтёра, – щёлкнул пальцами Точилин.

Савушкин кивнул и пошёл обратно в хранилище.

– Теперь, – я дождался возвращения кэпа. – Кто из вас хочет следить за ушлёпком?

– А разве не ты должен это делать? – недоуменно спросила Горенко.

– А разве я хочу стать самым эффективным ментом города? – спросил я, не менее недоуменно. – Или мне как Мухтару, гонять с операми и гавкать на подозреваемых? Серьёзнее, товарищи.

– Тут ты прав, – согласился майор. – Ладно, тогда я. Что нужно делать, чтобы это заработало?

– Возьми лист бумаги и записывай последовательность пассов, – начал я объяснение.

В точности передав схему пассов, я сказал им начертить мелом небольшой ритуальный круг, после чего сильно сомневающийся в серьёзности мероприятия майор начал крутить пальцами нужные формы.

– Лажа! По новой давай! – прервал я его. – Перепутал третий сегмент.

– Мне кажется, он издевается над нами, – прокомментировал капитан Савушкин.

– Сейчас увидите – охуеете, – пообещал я ему. – Но надо проявить терпение.

Наконец, на двенадцатую попытку, я почувствовал движение некроэнергии. И только потом пентаграмма вспыхнула красным светом.

– О, заработало! – обрадовался я. – Майор, что видишь?!

Майор же прикрыл глаза и водил руками.

– Это же не здесь… – прошептал он. – Не может быть… Но… Но как? Невозможно ведь…

– Что ты видишь, майор? – повторил я вопрос.

– Квартира, – произнёс Точилин. – Балкон… Запах сигарет, пепельница…

– Ты серьёзно сейчас? – спросил Капитан Скепсис. – Вань, если это разводка, то…

– Тихо! – прервал его Точилин. – Я вижу… Сине-серая двухэтажка – «Ролломагия»! За ней телевышка! Смотрит на неё с… Ох, сука… Зашёл обратно в комнату… Тут трое мужчин…

– Ты уверен в том, что говоришь? – спросил Савушкин.

– «Ролломагия» на Часовитина, – достала телефон старлей Горенко и открыла карту 4Give. – Пересечение с Чукотской! Да, телевышка стоит! Прямо за «Ролломагией» её видно, да?

– Да, – ответил майор, не открывая глаз. – Судя по всему, он бухой… Чувствую, как пробивается ощущение опьянения…

– Так ты глаза-то открой, майор, – сказал я ему. – Механизм работы следующий: захреначиваешь ритуал, закрыл глаза – «подключаешься» к искомому ушлёпку, открываешь – он чисто на фоне. Одновременно можно «подключиться» к семерым. «Подключаешься» сверх лимита – контакт с первым стирается.

– Они могут узнать, что за ними следят? – обеспокоился майор.

– Нет! В этом-то и весь прикол! – ответил я. – Не могут!

– Твою мать… – выпучил глаза, видимо, от осознания перспектив, майор. – Твою мать…

– Ты серьёзно, да? – всё ещё не верил Капитан Скепсис.

– Клянусь тебе, Стёп, – посмотрел на него майор. – Я вижу эту суку! Да это ведь…

– Несите ещё улики, если хотите накрыть ещё кого-то, – сказал я. – Пока работает ритуальный круг. Погаснет – будете заново чертить и крутить пальцами.

– Тащи улики с Космонавтов! Отвёртка! – быстро замахал руками майор. – И кусок ткани из дела о выносе кассы! Живее!

Даже Капитан Скепсис поддался общему настрою и забегал за уликами.

Ритуальный круг кончился на шестой улике, что сильно расстроило Точилина.

– Да ты не переживай так! У вас материала за глаза хватает, а кончится – пойдём на кладбище, – махнул я ручонкой. – Ерунда, в общем! А у вас что, никого здесь не бывает? Почему только вы трое?

– По кабинетам все сидят, – ответил кэп. – Рабочий вечер в самом разгаре.

– Я бы, на вашем месте, прибрался тут, – порекомендовал я. – А то любой посторонний подумает, что вы ёбу дали и занимаетесь оккультизмом, под внимательным присмотром куклы. Тем более, что мы уже закончили.

– Ты прав, – согласился майор. – Надо прибраться и опечатать хранилище.

– Будем брать лифтёра? – спросила старлей Горенко.

В глазах её был азарт. Если она могла усомниться в моих словах, то вот безоговорочный энтузиазм майора убедил её окончательно. Ну и, само собой, сверхъестественные спецэффекты тоже сказались.

– Но как мы обоснуем это? – спросил кэп Савушкин.

– Ну что ты как маленький? – поморщился майор Точилин. – Информаторы есть?

– Есть, – согласился кэп.

– Вот и скажем, что поступил звонок от информатора – никто даже проверять не будет, – заулыбался майор. – Вы вдумайтесь – я прямо сейчас точно знаю, что делает этот мудак! Он сидит на унитазе и смотрит ролики в Пистаграме! Стоит только захотеть, я могу увидеть других кровожадных мудаков, занимающихся своими делами! Вы понимаете?! Да я сегодня же рапорт напишу, чтобы шеф создал новое подразделение, где будем только мы трое! Или возьмём ещё кого-то?

– По-хорошему, Некипелова надо брать – он опер грамотный, с контактами у него всё хорошо, – предложила Горенко.

– Тогда и Маркедонова тоже тащить, – вздохнул кэп Савушкин. – Нахрена нам эти двое?

– Нет, толпа нам всё равно нужна, – покачал головой майор Точилин. – Будет подозрительно, начни мы массово накрывать криминал только втроём… Ладно, за Некипелова с Маркедоновым тоже попрошу. Сергеич мне должен, поэтому, если мы заранее покажем результат, не откажет в создании особого подразделения.

– А стоит ли пороть горячку? – спросил Савушкин, бросив взгляд на меня. – Мы не знаем, чего хочет вот этот вот.

– Ты так говоришь, будто меня тут нет, – раздражённо выговорил я. – Мне нужно дохрена чего! У вас как с деньгами?

– Мы в милиции работаем, – фыркнула Горенко.

– Да, глупый вопрос, – вздохнул я. – Тогда мне нужны будут продукты. Сахар, соль, перец, посевное зерно высшего качества, консервы всякие, типа, тушёнка или фасоль – всего этого надо просто дохрена. А ещё мне нужны патроны 5,45×39 миллиметров, тоже очень дохрена.

– Зачем тебе патроны? – насторожился майор.

Я знал, что это очень не понравится милиционерам. Они же, как-никак, менты.

– У меня, там, – я махнул рукой в неопределённом направлении, – есть огнестрел, которому нужны боеприпасы. А ещё там страшно не хватает сахара, соли и прочих благ цивилизации.

– Ты что, в Африке? – усмехнулась старлей Горенко.

– Хуже! – воскликнул я. – В параллельной реальности, где настоящая жопа с уровнем жизни. А ещё, пока мы тут болтаем, идёт осада города, где я живу!

– Серьёзно? – не поверила старлей.

– Я что, похож на шутника? – спросил я. – Серьёзнее карциномы!

В позапрошлом году, по данным ВОЗ, от карциномы умерло около 9,5 миллионов человек, поэтому это очень серьёзно.

– Сахар стоит недорого, – произнёс кэп Савушкин. – Перец нужен молотый?

– Естественно! Не свежий же! – ответил я. – Ещё медикаменты нужны: антибиотики, анестетики, сульфаниламиды всякие – списочек позже составлю. Мне нужно всё это и сразу много! Портал организуем где-нибудь на кладбище, чтобы тихо было.

– Портал в тот мир, где ты находишься? – удивилась старлей. – Почему ты тогда не перейдёшь сюда и сам всё не добудешь?

– Если бы всё было так просто… – тяжело вздохнул я. – Я бы просто вернулся и попробовал жить обычной жизнью, но увы, как я и говорил, изведанной дороги назад нет…

– Ладно, сахар и прочее мы достанем, – вмешался майор. – Что ещё ты можешь предложить?

– Много чего, – ответил я. – Вот это заклинание – это хуйня из базового уровня, для лохов.

Беда только в том, что в мире, где я нахожусь, эта хрень устойчиво работает только в местах, где нормально так обстоит дело с некроэнергией. То есть некроманты могут пасти друг друга, если достанут какую-нибудь личную вещь, а вот остальных… Магия жизни, например, нехило так портит сигнал и сбивает «подсадку». В моём родном мире, почему-то, остальные энергии присутствуют, но в иной, извращённой форме. А вот некроэнергия представлена в таком же виде, как и в дыре, где я застрял. Правда, без присутствия «правильных» стихийных энергий, некроэнергия не способна поднимать трупы. То есть в родном моём мире нельзя заниматься полноценной некромантской практикой. Да и не надо оно. В век информационных технологий, правительство успешно делает зомби другими методами…

– Что именно? – заинтересовался Точилин.

– Телекинез интересует? – спросил я.

– Это позволит поднимать предметы и бросать их во врагов, как в «Кэрри»? – уточнила Горенко.

– Ага, оно, – подтвердил я.

– Шикарно! – обрадовалась старлей.

– Зачем оно нам? – не разделил энтузиазма капитан Савушкин.

– Неужели тебе не было бы прикольно, при задержании, шарахнуть кого-нибудь шкафом? – удивился я.

– Даром не сдалось, – заявил кэп.

Пришлось задумываться. Узконаправленные заклинания на причинение летальных исходов ментам явно не нужны, в отличие от долбокультистов, которые кайфовали от такого. Значит…

– Есть ещё заклинание «Когти», – сообщил я ментам, прибирающим за собой. – Можно причинить средней степени боль без физического ущерба. Человеку будет казаться, что его дерут острыми когтями, но это, на самом деле, будет прямое нематериальное воздействие на его нервные окончания в случайных местах. Хорошая штука, если надо допросить кого-нибудь, но, при этом, избежав побоев.

– Мы подозреваемых не пытаем, – процедил майор.

– Из того, что я о вас слышал… – скептически произнёс я. – Но ладно, хрен с ним. Вообще, я спец по некромантии, поэтому у меня в арсенале нет всяких любовных заклинаний и тому подобного. Зато есть одно непрофильное заклинание, известное как «Малое исцеление» – эта штучка из другой тусовки, поэтому одному неизвестному мне парню пришлось слегка модернизировать его, чтобы оно питалось некроэнергией. Перерасход конский, но зато можно в секунды срастить рану или восстановиться от не слишком серьёзных травм. На себе испытывал только раз – мне неслабо травмировало левую руку. Работает хорошо, уверяю.

– Так, – нейтральным тоном произнёс майор.

Вижу по глазам, заинтересовался, сука. Не-е-ет, ребята, я вас с потрохами куплю! Не устоите!

Вообще, теперь прекрасно понимаю Эстрид, которая очень дорого драла с долбокультистов. Со стороны легко осуждать прижимистость, а вот когда сам в такой ситуации…

– За это заклинание я хочу десять мешков с сахаром! – назвал я свою цену. – Пятидесятикилограммовых!

Повисла пауза.

– А ты не охуел? – удивлённо спросил капитан Савушкин.

Глава четырнадцатая. Группа 7

//Российская Федерация, г. Владивосток, 30 июня 2021 года//

– Это я ещё дёшево беру, зная о тяжёлом финансовом положении сотрудников наших доблестных правоохранительных органов! – заверил я Степана Савушкина. – Ты представь, в больничку заходишь: хуякс – травма руки исчезла, хуякс – перелом чуть-чуть сросся, хуякс – бабуля больше не страдает от язвы на ноге! Потом тебя сразу в чёрный воронок и на секретную базу, на опыты, конечно, но сам факт – ты это сможешь!

Мои слова заставили кэпа крепко задуматься.

– И да. Если вдруг захомутают спецслужбисты – про меня не говорите, – предупредил я. – И про порталы тоже.

– Никто не поверит, – вздохнул майор. – Но мы ведь можем повторить заклинание надзора без тебя?

– Конечно! – ответил я. – Считайте, что это был бесплатный подарок от всей души. Но за исцеление придётся заплатить.

– Десять пятидесятикилограммовых мешков с сахаром? – переспросил майор. – Хорошо.

С таким количеством белой смерти можно вызвать сахарный диабет у Комнина. Если он сможет заплатить за всё это, конечно же…

– Вот и договорились, – заулыбался я. – Кстати…

Менты смотрят на меня заинтересованно, все, кроме майора. Майор, как я вижу, смотрит на личную жизнь подозреваемых.

– Я бы, на вашем месте, тщательно отработал каждого подозреваемого, которого вы взяли под магический надзор, – сказал я. – Потому что далеко не факт, что обнаруженная на месте преступления вещь действительно принадлежит преступнику. Сейчас жёстко накроете какого-нибудь непричастного пенсионера, потом от прессы трусами не отмашетесь…

Майор раскрыл глаза и посмотрел на меня снисходительным взглядом:

– За детей нас не держи. Мы свою работу знаем.

– Тогда спешу вас покинуть, – заулыбался я. – Как только сможете вытащить меня и мою подругу – говорите с куклой. Покедова.

И я разорвал соединение с куклой.

//Фема Фракия, г. Адрианополь, 30 июня 2021 года//

Выйдя из ритуального круга, я выдохнул и размялся. Так долго стоять на одном месте – это очень неприятно. Стояние есть статическое напряжение мышц, которые, всем ответственным комплексом разом, утомляются, после чего в дело включатся вспомогательные мышцы, до этого пребывавшие в состоянии покоя. Поэтому, даже просто постояв пару-тройку часов, на следующий день можно ощутить боль в совершенно неожиданных местах. Ну, это касается тех людей, которые, преимущественно, сидят на жопе, а не ведут активный образ жизни. У разного рода почётных караульных, которые часами стоят на одном месте и без движений, основные и вспомогательные мышцы достаточно натренированы и они могут продолжать стоять очень долго. Вроде очевидно, но для кого-то неочевидно. Кто-то думает даже, что просто постоять на одном месте неподвижно – это ерунда какая-то. Не ерунда.

И как бы ты ни повышал характеристику "Сила", если не привык заниматься определённым родом деятельности, от последствий она тебя не избавит. Нет-нет, не избавит…

– Ох, моя спина… – проворчал я. – В следующий раз надо кресло поставить…

Покинув каморку, я пошёл в подвал.

– Нудной, как у нас дела? – заметил я стоящего у входа в кухню немёртвого.

– Без происшествий, – ответил тот. – Подразделение занимается тренировками на заднем дворе.

– Ты же десантником был? – спросил я, остановившись возле него.

– Так точно, – ответил Нудной своим характерно безжизненным голосом.

– Что же побудило тебя спутаться с культистами? – спросил я.

– Денег было мало, – ответил Нудной.

– Всё всегда крутится вокруг бабок… – посетовал я. – А что в шашки не играют?

– Разрывы сосудов, – ответил Нудной. – Тренировки прекращены до особого распоряжения госпожи.

– Ясно, – кивнул я. – Скоро будут поступать логические головоломки и прочие ништяки – будем постепенно развивать ваш интеллект до достойного уровня.

Нудной промолчал.

Я спустился в подвал, где, под электрической лампой, Эстрид обрабатывала очередного мертвеца.

– Привет! – помахал я ей рукой.

– Привет, – ответила Эстрид. – Присоединяйся.

Быстро оделся в экипировку, натянул перчатки и встал у прозекторского стола. Надо бы новый стол заказать, чтобы со всякими девайсами и свистелками-перделками. ФРГ-шный или белорусский.

– А что с этим не так? – спросил я, посмотрев на очередного негра. – И почему ты вообще собираешься его поднимать?

Голова бедолаги была раскроена чем-то вроде топора, причём не кремневым, как обычно ожидаешь от тех краёв, а стальным или бронзовым. Слишком уж аккуратные края у раны.

– Мозг не задет, – сообщила Эстрид. – Я удостоверилась. Стальную пластину на череп поставим – будет как новенький. Ворлунд уже начал изготовление пластины нужной формы.

Причиной, почему этот труп очень хотели использовать для поднятия, послужило то, что негр вымахал просто здоровенным. Два метра с лишним ростом, весит килограмм сто тридцать, сплошная мышца, а физиономия его даже после смерти выглядит угрожающе. Настоящая машина войны, которую пришлось раз двенадцать проткнуть копьём и один раз шарахнуть топором по голове. Он станет жемчужиной коллекции Комнина…

– На каком ты этапе? – спросил я.

– Лёгкие готовы, осталось разобраться с требухой, – ответила Эстрид. – Пока я буду заниматься головой, ты займёшься…

– Понял, – кивнул я, берясь за инструменты. – Кишки. Самое лучшее мне, да?

– Пока ты развлекался в родном мире, я подняла троих! – возмутилась Эстрид.

– Да я без претензий, – поднял я руки в жесте капитуляции. – Что ж, начинаем…

//Российская Федерация, г. Владивосток, 1 июля 2021 года//

Группа захвата заняла позиции.

Майор Точилин, в бронежилете и при АК-105, держался позади начинающей штурм группы. Тут же присутствовали капитан Савушкин и старший лейтенант Горенко.

Глухой удар – квартирная дверь выбита. Точилин видел, как подозреваемый в панике упал с дивана, а затем в помещение ворвались спецназовцы ОМОНа и начали громко орать, психически подавляя до этого мирно спавших людей.

Павел Евгеньевич Голович с недавних пор, со вчера, проходит по делу о серии убийств, совершённых в лифтах различных жилых многоэтажек. Схему он придумал простую: подельник, проникавший в машинное отделение, по сигналу обесточивал лифт, после чего Голович кухонным ножом атаковал своих жертв, которым не повезло ехать с ним в лифте. Бил он насмерть, поэтому никогда не было никаких свидетелей. Ограбив трупы, он подавал сигнал подельнику и тот отправлял лифт на нужный этаж, откуда Голович оперативно скрывался.

Наживой душегубов служили смартфоны, украшения и наличные. Карты они не брали, а телефоны освобождали от сим-карт и отключали. После этого, вероятно, сбывали эти телефоны перепрошивщикам, но Точилин, разрабатывавший эту версию, не нашёл абсолютно ничего. Возможно, у них был свой перепрошивщик, что делало обнаружение ОПГ через телефоны затруднительным.

Дома они выбирали очень разборчиво, не связываясь с современными жилыми комплексами, оборудованными камерами наблюдения.

Лишь единожды, в самый первый раз, Голович сбросил орудие убийства в канализацию. Отпечатки не уцелели, поэтому на лифтёра не было практически ничего. До сегодняшнего дня.

Лицо убийцы Точилин нашёл в базе, банальным перебором по параметрам. Голович – рецидивист, в 2006 сидел за хулиганку, а в 2008 сел на восемь лет за нанесение тяжких телесных, вышел по УДО в 2012, за примерное поведение и активизм. Он регулярно отмечается у участкового, характеристика на него отличная, то есть он вообще не вызывает подозрений и выглядит как исправившийся гражданин. Работает на шиномонтажке и, по отзывам работодателя, отличный и исполнительный парень. На такого подумали бы в последнюю очередь…

Кукла правильно сказала – надо тщательно отработать каждого, на кого указало заклинание. Они бы и не стали торопиться, не начни Голович планировать новое дело. Уже завтра они должны были организовать ограбление и убийство в одном из жилых комплексов на Окатовой. Этого нельзя было допустить, поэтому триумвиратом Точилина, Савушкина и Горенко было решено предпринимать решительные действия.

И вот сейчас они взяли душегубов с поличным: у Головича обнаружен пистолет Макарова со спиленными серийниками – вероятно, на случай слишком серьёзного сопротивления жертв. А вот орудие убийства с прошлого дела лежит на балконе, в хитро замаскированном тайнике в полу под надувной лодкой. Эксперты могли и не найти такой высококачественный тайник, если бы Точилин не видел сверхъестественно, как Голович достаёт оттуда окровавленный кухонный нож и смотрит на него по несколько раз на дню.

Это точно были действия нездорового человека, который совершает преступления не только ради наживы.

– Добегался, сука? – спросил Точилин у скрученного в банан Головича.

– А в чём дело, начальник? – спросил убийца. – Если ствол – да, мой косяк.

– О, нет, дорогуша… ха-ха-ха… – тихо и снисходительно посмеялся Иван Точилин. – Просто незаконным хранением ты не отделаешься.

С учётом УДО, к максимальным за незаконное хранение оружия четырём годам добавится ещё четыре года. Восемь лет – это неплохо, но Точилин хотел, чтобы эта тварь навсегда исчезла в какой-нибудь колонии особого режима.

– О чём ты, начальник? – недоуменно спросил Голович, но в голосе его чувствовалась нарастающая паника.

Права ему зачитали, поэтому, если он продолжит болтать, то даст очень много пищи для размышлений ответственного за дело следователя.

– А ордер у вас есть? – спросил вдруг Голович.

– Сериалов американских пересмотрел? – спросил его майор. – Начинаем обыск.

Точилин поставил свою и следовательскую репутацию на то, что они точно берут того, кого надо. Следователь, капитан Калошин, подписал постановление, после чего Точилин взял спецназ и поехал на адрес. Это только в США нужны ордер на обыск от окружного судьи и прочая бюрократия. В Российской Федерации за это отвечает следователь, поэтому особых проблем с тем, чтобы вломиться в дом к, железобетонно, преступнику, обычно, не возникает. Особенно, когда это ранее судимый индивид, пусть и, на первый взгляд, примерный гражданин с безупречным, на публику, поведением. Но тут есть место для ловкости рук: надо иметь неопровержимые доказательства, чтобы следак рискнул нервами.

А вообще, по общим правилам, следователь, как и в Штатах, должен получать судебное решение, возиться с бумажками и так далее. Но в Штатах менты вообще не могут ничего без ордера, а в РФ кое-что, всё-таки, могут…

Для виду покопавшись по шкафчикам, майор дошёл до балкона, подозвал оператора, понятых и начал достоверно изображать там томительный поиск улик.

– Поднимаю сложенную надувную лодку, – комментировал он свои действия. – Пусто. Или…

Действуя на камеру, он складным ножичком коснулся практически незаметной и маленькой петли, поднимающей маскировочную панель. Она похожа на мусор, подобный которому в изобилии лежит на полу балкона, поэтому, если не знать, обнаружить можно не сразу. Талантливая работа.

Вот тут-то и были зафиксированы на камеру мешочки с не сбытыми драгоценностями и некоторое количество денег. Но главное – завёрнутый в тряпку кухонный нож.

– Экспертов сюда, – приказал майор.

Из квартиры протяжно завыл Голович. Далее он матерился и угрожал лично Точилину, а также в жёсткой форме оскорблял сотрудников правоохранительных органов. Его подельники помалкивали, уткнувшись в дешёвый линолеум, так как не желали усугублять своё и без того паршивое положение. Голович же слетел с резьбы, так как прекрасно понимал, что теперь он на свободу уже не выйдет. Никогда.

//Российская Федерация, г. Владивосток, 16 июля 2021 года//

Сауна. Точилин, Савушкин и Горенко сидели за дощатым столом, уставленным закусками, и внимательно слушали полковника милиции Георгия Ильича Кровинова, начальника их РОВД.

– Ты, нахрен, Точилин, нахрен… – пьяный полковник Кровинов не смог собрать из своих слов цельного предложения.

Полковник – седовласый мужчина сорока семи лет, с лишним весом, красным от избыточного давления лицом, перманентно хриплым голосом, а также решительно наступающей на макушку плешью. Шевелюра стойко держалась, но позволила слегка обхватить себя с флангов. Вероятно, этот статус-кво продержится до самой смерти полковника Кровинова, так как возраст у него уже, если по меркам сотрудников милиции, преклонный. Некоторые к сорока семи годам успевают умереть от инсульта или инфаркта.

В честь блестящего задержания банды грабителей банкоматов, за восемь лет похитившей сумму свыше двадцати миллионов рублей, Кровинов позвал майора посидеть в пятницу вечером в сауне. Точилин предложил позвать «подельников» – Савушкина и Горенко. Последняя поначалу отказывалась, но полковник сказал, что возьмёт жену. Посиделки эти были странными, но майор понимал, что просто так полковник звать не станет. Тем более, что идею с организацией особого подразделения он ему уже подкинул.

Попотев в финской сауне, они теперь сидели в предбаннике и выпивали. Точилин позволил себе только чешское пиво, а вот Савушкин был вынужден составить полковнику компанию в распитии холодной водки.

Жена полковника, Галина Петровна, ненадолго отошла, верно поняв знак мужа.

– Точилин, нахрен… – прикрыл глаза полковник и резко дал себе пощёчину.

Открыв глаза, он уставился на майора практически трезвым взглядом.

– Твою идею с особым подразделением я поддерживаю, – предельно внятно произнёс полковник. – Говоришь, нужны ещё Некипелов с Маркедоновым?

– Так точно, – ответил Иван Точилин.

– Нормально разговаривай, ладно? – с брезгливостью на лице попросил его Георгий Ильич. – Будут тебе эти двое. Они у меня в косяке за маньяков. Глядишь, перестанут совать нос куда не следует и займутся полезными делами. Будет тебе твоё особое подразделение. Но чтобы не подводил меня, понял? Ваши бы результаты хотя бы каждый месяц – давно бы выше все полетели, а не тут, на хлебных крошках, блядь…

Бодрящий эффект пощёчины постепенно прошёл, поэтому полковник вновь начал терять концентрацию и вновь «поплыл».

Их результаты, упомянутые только что: в среднем двенадцать закрытых дел в неделю. Фантастический показатель для инициативной группы из трёх человек, с какой стороны не посмотри. И не мелочовка всякая, а исключительно особо тяжкий крупняк и мощные застарелые глухари.

Приходилось летать как ласточкам, проводя очень мало времени в кабинетах, так как «наводки» срабатывали в десяти случаях из десяти, но оно того стоило. Тем более, что всю бюрократию взял на себя Калошин, следователь, которого тоже слегка обласкали за участие в процессе раскрытия матёрых глухарей. Все любят, когда их хвалят, поэтому Калошин даже не вякает, когда Точилин с ребятами каждый день бесперебойно приносит ему кучу бумажной работы.

Формально, это следователь должен складывать улики воедино, соображать и воображать ход совершения преступления, приходить к каким-то своим умозаключениям, но Точилин тащит ему уже практически раскрытые дела, с конкретным подозреваемым. Иногда сложно подогнать это знание под ход дела, но они не зря опера. Опер должен быть изобретательным.

Увидев наглядные показатели Точилина, полковник, во время понедельничного утреннего построения, публично заявил, что представляет его к медали «За доблесть в службе». Приятно, но без особых практических смыслов. Разве что при повышении учитывают, но это тоже без гарантий.

Лёха, который кукла, выходил на контакт лишь дважды, один раз, чтобы передать информацию о жертвах культистов, а второй раз, чтобы сказать, что очень занят на своей работе и в ближайшие недели на связи не будет.

Думал ли Иван Точилин, что это за Лёха? Думал. И пока он думал, Степан Савушкин немножко покопал в нужном направлении. Удалось выяснить, что в промежуток орудования маньяков бесследно пропало только два Алексея – Алексей Алексеевич Подоляков и Алексей Иванович Душной. То, что это один из пропавших, сумевший выжить, Точилин предположил исходя из того, что «кукла» прекрасно осведомлена о современных раскладах в городе. Да и говорок характерный, сразу понятно, что это не маскирующийся под русского иномирец…

Дополнительным подтверждением было то, что кукла передала информацию о пропавших. И в этом подробном списке был Алексей Алексеевич Подоляков. Вывод уже буквально напрашивался, но нужно было удостовериться наверняка.

И подтверждение поступило… из интернета. На видеохостинге каким-то чудом сохранилось видео десятилетней давности, в котором Алексей Душной давал интервью местному каналу. Он очень неохотно говорил о жизни в детском доме, отвечая на стандартные вопросы журналиста. Пусть Душной там был мальчишкой, но голос был сильно похож и обороты речи легко узнавались. И, чтобы всё это узнать, не потребовалось никаких специальных допусков, особых технологий и так далее – было достаточно вдумчиво поработать с интернет-поисковиком. Заливший видео на канал человек заботливо указал имена и фамилии интервьюируемых в описании к видео, что безумно упростило задачу по поиску.

Но вот они знают, что это за человек, Алексей Иванович Душной, и что? Он вне зоны доступа, обладает сверхъестественными способностями и имеет какие-то дела в ином мире. Скажи Точилину кто-то такое – посчитал бы, что беседует с безумцем. Но его поставили перед фактом, не подлежащим сомнению. Элемент безумия в работе опера присутствует всегда, но такое… Такого он ещё не видел.

Самое паршивое в этой ситуации то, что вот этот «Тяжкий надзор» – это, скорее всего, действительно нечто базовое. Для лохов, как сказал Алексей. Он знает гораздо больше, но делиться будет только за что-то взамен.

«Сахар – бог с ним, ерунда», – подумал майор Точилин. – «А вот оружие… Он обязательно, рано или поздно, потребует оружие. Патроны уже озвучил, причём 5,45, к Калашу».

Могут ли они без последствий для себя достать оружие? Могут. Но что, если Алексей сильно недоговаривает? Что, если у него есть доступ к этому миру и он их просто парит? Тогда стволы могут всплыть. И тогда будут большие проблемы.

«Нет, оружия ему не будет», – решил майор. – «Сахар, медицина, инструменты – сколько угодно, но огнестрел я ему получить не позволю».

– Чего напрягся, майор? – спросил полковник Кровинов.

– Обдумываю дело одно… – ответил почти правдой Точилин.

– Пивка лучше попей, сейчас на второй заход пойдём! – полковник похлопал его по плечу. – Если будешь продолжать показывать такой же результат, будь уверен, высоко взлетишь!

Этого-то и опасался майор глубоко в душе. Новые возможности, даруемые высокими званиями, создадут соблазн пойти на уступки Душному. Ради новых заклинаний, ради растущего могущества. Иван хорошо себя знал и не мог забыть этого развращающего ощущения власти над судьбой взятого под магический надзор преступника…

//Фема Фракия, г. Адрианополь, 17 июля 2021 года//

– Во имя Плети! – воскликнул я, покрутив пальцами нужные пассы. – Цезарь Марк Аврелий Антонин Август, по прозвищу Гелиогабал!

По-хорошему, давно надо было заменить всю эту распальцовку словесной формулой, чтобы больше не запариваться. Но не хочется удлинять отличную и пафосную фразу из Варкрафта.

+100 единиц опыта

Новый уровень

+20 очков навыков

+1 к «Некроанатомия»

+1 к «Анатомия»

+1 к «Некромантия»

Никаких сюрпризов и бонусов. Исключительно закономерный результат интенсивной работы…

С 3 июля мы с Эстрид поднимали по трупу в сутки, с перерывами на выходные. С 30 июня по 3 июля мы подняли тринадцать трупов, работая трое суток подряд. Это было реакцией на истерику Комнина, который хотел компенсацию за раненого Емельяна, а также на особо крупный выброс трупов в черте города. Вероятно, в Африке произошла некая крупная битва, в ходе которой погибло очень много людей. В их реалиях ритуалы не занимают много времени, поэтому они быстро провели похоронный обряд и вышвырнули покойников в разрыв реальности.