Текст книги ""Фантастика 2024-82". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Как бы ни пытался Виал, но разговорить товарищей не получалось. Таблички их больше не интересовали, ни как средство тайного общения, ни как ученическая доска.

Среди команды Таска тоже не удалось найти собеседника. Только Мустиф общался с торговцем – формально он не член команды, а имущество, как паруса или весла.

Из разговоров с рабом, Виал понял, что тот не помышляет об освобождении. Пусть его положение ниже, чем у свободных – во всех смыслах, но его вполне устраивает это. Жаль, что не удастся его предупредить о грядущем. Виалу парень нравился, не так, как его хозяину, а просто как человек.

Про себя торговец подумал, что если будет на то воля Хозяина вод, парень спасется. Захочет ли он отомстить? Вопрос. Виал полагал, что парень вполне может потребовать крови. Так тому и быть, если его верность выше, чем здравый смысл.

Рабы давно уже не связаны по рукам и ногам законами, подчиняющими их полностью хозяину. Есть лазейка для тех, кто умеет самостоятельно мыслить. Сохранились лишь патриархальные порядки, что заставляют рабов и жизнь, и душу подчинять хозяевам. На востоке эти порядки не изжиты, даже закреплены во многих культах, что пышным цветом расцвели в стороне восходящего солнца.

Дирахий, откуда Арс, подобные порядки тоже в чести. Потому он покупал себе рабов из Кемаля – самых преданных, привычных к подобному состоянию.

Размышления о чужой рабской сущности наводили на Виала грусть. Ведь есть люди, что охотно подчиняются. Они предпочитают отдавать право выбора неизвестно кому, словно они дети у строгих родителей. Так проще. Зачем забивать голову сложными выборами, если есть тот, кто сделает это за тебя.

Подобные порядки, казалось бы, должны отступать по мере того, как расширяются границы Государства. Но волей принцепсов меняются западные территории. Вместе с этими грязными культами.

Виал покачал головой. Не думать об этом он не может, ведь это бремя гражданина, а не подданного. Все меньше людей, что предпочитают называть себя гражданами, зато когорты подданных растут.

– О чем задумался? – спросил подошедший Арс.

Виал вздрогнул, редко навклер спускается с кормы, чтобы поговорить с пассажиром. Тем более любимым конкурентом, что сжег не одно его судно и перебил не меньше десятка друзей. Эта любовь была взаимной, а долг крови Арс тоже вернул своему другу.

– О судьбах Государства, – честно сказал Виал.

– Опять? Помнится, вопрос этот занимает тебя давно. Лет десять, как мы знакомы.

– Что поделать, – Виал пожал плечами. – Кто ведь должен об этом думать. Ты не хочешь.

Как и десять лет назад, они начали спорить. Без особого настроения, не пытаясь переубедить друг друга.

Навклеры чувствовали угрозу, что исходит от вод, в которых они оказались. Словно судну предстояло проскочить узкий пролив с водоворотом.

Окружающие скалы, многочисленные острова – безжизненные земли. Высохшая трава, привычная к соленой влаге. Колючки эти не годятся в пищу. Моряки за сотни лет, что бороздили эти воды, извели живность на островах. В древних поэмах говорилось о диких козах, свиньях, встречающиеся среди островов Сикании. На западе в дне пути остался Истим, чуть ближе, но северней расположен крупный полис Тритогения, чуть дальше на северо-восток священный остров Близнецов. Рукой подать!

Среди безжизненных островов люди чувствовали себя чужаками, идущими в царство мертвых.

Сикания – море исхоженное, многочисленные пути пересекают седые воды. За ближайшим островком может скрываться корабль с добрыми путниками, а могут прятаться пираты.

Волны, ветер, серые камни, покрытые желтой растительностью навевают мрачные мысли. Приходится держать себя в руках, чтобы не запаниковать.

Судно шло на веслах, хитрые течения и изменчивые ветра мешали работе паруса. Еще одно преимущество для пиратов. Им только надо дождаться, чтобы команда на судне устала, после чего выйти из убежища.

– Как думаешь, – спросил Арс, – благополучно дойдем до Близнецов?

– На все воля Хозяина вод или Энносигея, смотря кто влиятельней.

– Тогда благополучно, я подарил храму золотой кубок, что взял в прошлом году.

– Заплатил железом за золото?

– Разумеется, только такие дары нравятся Сотрясателю земель.

С виду Арс успокоился. Он всегда дарил храму богатые жертвы, чтобы обеспечить безопасное плавание. Особенно здесь, в Сикании.

Виал смотрел в след навклеру, не сомневаясь в том, что Мефон, его покровитель, намного сильней Энносигея. Доказательств долго ждать не пришлось.

Море начинало хмуриться, ветер порывами сносил корабль к ближайшему острову. Виал не удивился бы, выброси очередная волна подношение Арса. Очевидно же, что Черновласый царь не принял подношение навклера. Он мог хотя бы ветер послать, если уж не справится с кровавой жадностью пиратов.

Островок приближался, все такой же серый, скалящий расшатанные скалы. Ни деревца, ни кустарника, только стая черных птиц поднялась с камней. Видны уже полуразрушенные строения, расположенные на вершине холма. Сам островок был всего в пару сотен футов размером. Кому принадлежало это строение, не известно. В прошлом Тритогения выстраивала на островах сеть башен, чтобы контролировать море. Строилось это не против пиратов, а чтобы обеспечить контроль над водами.

Кроме башен на островках строились пастушьи или рыбачьи хижины. Море и сейчас богато рыбой, но рыбаки стараются проскочить острова, чтобы не попасть в плен. Потому их хижины стоят брошенными.

Команда Таска, навклер и офицеры внимательно вглядывались в развалины. Эти строения используются как смотровые площадки у пиратов. Казалось, что над развалинами поднимается дымок.

Люди готовились к бою, ожидая, что раздастся звук рожка, после чего пиратский коршун вылетит из-за острова.

Борясь с течением, судно миновало островок. Так никто не вышел ему навстречу.

Виал услышал шепотки среди моряков. Кто-то из них думал, что пираты просто предпочли легкую добычу, а другие полагали, что дым поднимался от демонического костра: духи шалят. Скорее всего, никакого дыма не было, просто люди видят то, что ожидают увидеть.

Эгрегий подошел к Виалу, заметил:

– Спокоен ты.

– А должен переживать?

– Перевозчики могут счесть это странным. Попробуй изобразить испуг. Как все.

– Притворство навклер сразу заметит. Он знает, какой у меня характер.

– Даже я не знаю тебя.

– Год, всего лишь год. Ну, чуть больше.

Эгрегий почесал бороду, задумался. Спросить или нет? Но Виал сам ответил на его вопрос:

– Да, мы друг друга хорошо знаем. Не друзья, но обширные моря для нас тесны.

– И это стоит того? Что задумал ты.

– Стоит, я же объяснял. Поверь, Арс поступил бы так же.

Плеск волн, шум ветра, скрипучий голос корабля и тяжелые вздохи гребцов заглушали слова пассажиров. Можно было говорить без опаски, к тому же Эгрегий достаточно сообразителен, чтобы осторожно подбирать слова.

– Потом расскажешь, что вас связывает?

– Могу сразу рассказать, тут тайн нет.

Они вернулись на свое место. Отличные тюки тканей; свернуты слишком плотно, чтобы не загорелись. Виал предусмотрел и это. К тому же, груз расположили на скамьях, помеченных знаком Мефона. Хозяин вод примет подарок, пусть подпорченный огнем. Среди пепла ведь будет золото, серебро, керамика с вином. Кости и плоть жертвенных тварей.

Виал знал, что Хенельге тоже интересно узнать, что связывает навклеров.

Тут, правда, не было ничего тайного. Жен они не похищали, детей не убивали, ведь не герои они прошлого, а просто люди. Взаимная ненависть у них такая же простая.

Про гражданскую войну Хенельга знала мало, но кое-что прочла, слышала разговоры в Циралисе. Эгрегий знал об этом лучше, ведь тогда он попал к хозяину. Пусть война его не застала, но голод и страх осады ему подарили соседи из Дирахия.

Тогда Эгрегий не знал, в чем причины этой войны, не знал, кто воюет. Сейчас это его тоже не особенно интересовало.

– Хоть с этим проблем нет, – Виал улыбнулся, – не требуется объяснять очевидное.

Циралис и Дирахий издревле конкурировали. Будучи свободными городами они воевали, совершали набеги друг на друга. Оба города живут морем, их связывают кровные узы. Были в их истории и свадьбы, и вражда.

Во время гражданской войны навклеры поддержали свои города. Что логично. Виал командовал десятью судами, что разоряли окрестности Дирахия. Арс и его отец Триптолем, который в то время был еще жив, по мере сил отвечали тем же.

Этот обмен любезностями продолжался несколько лет.

– Быстрая война, кровавая. За один год мы проживали десятилетия. Столько было смертей вокруг, словно не одно поколение мы проводили в ужасное царство теней. Думаю, не стоит описывать каждое нападение.

Такие мелочи важны для историков, а друзьям Виал рассказал вкратце о своих прегрешениях. Он убивал соратников Арса, его друзей, с которыми он вырос. Из двадцати судов, находящихся под командой Триптолема осталось не больше трех. Отец Арса тоже не дожил до конца войны, но тут уже не вина Виала. Впрочем, Виал молил Мефона помочь и отправить судно Триптолема на дно. Что и произошло. Опытного навклера застал шторм, когда он возвращался из удачного рейда.

Вся добыча досталась Хозяину, как и душа навклера.

– Арс винил тебя? – спросила Хенельга.

– Нет, я в тот момент лежал плашмя и уже два месяца не держал кормило.

Виал задрал край туники и показал уродливый шрам на брюхе.

– По сейчас мышцы плохо работают. Один из дружков Арса меня пропорол, чем и хвалился, пока был жив.

Из десятка судов Виала не уцелел ни один. Командное судно пришлось подпалить, когда навклера проткнули. Его соратники успели бросить командира в воду и дотянули до берега вплавь.

Виал берег горючую смесь для таких случаев. Купил несколько склянок, когда его пять кораблей были взяты. Арс похвалялся добычей, распял уцелевших пленных и грозился взять личный корабль Виала.

Чтобы этого не произошло, запалы Виал держал у себя и раздал офицерам.

– Ребята сейчас служат в верском флоте, решили пойти наверх. Думаю, дослужатся до префектов. Еще года два им служить, если война не помешает. Эгрегий, ты словно недоволен?

– Да, думал, что будет другое.

– Разве этого мало для ненависти? Мы не герои, повторюсь. Не от богов произошли, а от презренных смертных.

– Мы все дети богов, – сказала Хенельга.

– Но в моей родословной не было чудесных событий, – Виал развел руками.

– Я вас понимаю. Потому ты пытался примириться с Арсом? Для того нанял Таск.

– Пытался, – согласился Виал.

– А что тебя не устроило? – фыркнул Эгрегий. – Думал, что Арс колени тебе обнимет, моля о прощении.

– Почему бы и нет?

За островом Близнецов моря дикие, до перешейка день пути, а земли там варварские. Виал не сомневался, что их троих продадут в рабство. Не станет Арс рисковать кораблем и командой из-за пассажиров. По договору он обязуется доставить пассажиров в Негостеприимное море. Это он и сделает, кто ж спорит. Как только пассажиры сойдут на берег, их контракт будет закончен.

Боги свидетели, Арс не нарушит клятвы. Он тут же пленит троицу и продаст их как трофеи варварам. Вернувшись домой, соврет об их судьбе, а команда подтвердит. Никто не узнает правды.

Это все домыслы, Виал это знал и признает. Арс может честно выполнить контракт, ведь минуло много лет. Время остудило их ярость, ненависть уже не так пылает в глазах навклеров.

От своего плана Виал не собирался отступать, а друзьям не обязательно знать, что предательство было задумано изначально.

Благодаря пиратам не придется марать собственные руки.

По правде, Виал не испытывал угрызений совести, потому мог спокойно смотреть в глаза морякам, навклеру. Лишь раб заставлял торговца сомневаться. Что ж, в большом деле, приходится рисковать малым.

До захода корабль прошел мимо десятка островов, отличных друг от друга, как размером, так и видом.

– Забавно, – сказал Виал товарищам, – видеть знакомые острова. Словно камни на дороге.

– Так это дороги и есть, – кивнула Хенельга.

– Не для всех, варвары с севера не любят моря.

– Среди них тоже встречаются мореходы, – вставил Эгрегий.

Виал взглянул на товарища, но не подумал его спросить, о чем речь. Не будет большим преувеличением предположить, что Эгрегий больше всего расстроен не перспективой предательства. Ведь торговец обещал, что они пойдут на северо-восток, в варварские земли, откуда, возможно, происходит Эгрегий.

Замысел Виала может нарушить этот план. Так решил Эгрегий. И он прав. На это просто не остается времени.

Как ни прискорбно, но придется вернуться в Гирцию, по пути заглянув в Тритогению. Нужны сведения, достоверные сведения, к примеру, сметы на постройку и снаряжение судов.

– Прости, Эгрегий, – сказал Виал.

– Чего ты извиняешься. Вроде бы я не в обиде на тебя.

– Все равно, прости.

– Хреновое какое-то настроение.

– Среди островов Сикании у меня всегда мрачно на душе.

Его спутники оглянулись на хмурых гребцов. Моряки, что часто посещают это море, знакомы с его суровым нравом. Гарпии не одного друга похитили с корабля. У каждого на судне найдется история о жадной до крови Сикании.

Заходило солнце, света было уже мало. Казалось, что навклер ошибся, не рассчитав время. Однако, он поступил разумно, когда в сумерках нашел безопасную гавань на острове Печальном. Вокруг не было сторонних судов, пиратские соглядатаи не могли увидеть торговый корабль.

Разгружать корабль не стали, его удалось вытащить на каменистый берег с помощью катков. Арс запасся подобными инструментами в Истиме, зная, как тяжело придется в море.

Нос корабля смотрел в сторону выхода из гавани, таран жаждал боя, но команда предпочла бы избежать сражения. Дух судна не смог увлечь людей, что только на руку Виалу.

Огня не разводили, ужинали в темноте черствым хлебом, макая его в миски с маслом и уксусом. Твердый сыр, купленный в Истиме, оказался подпорченным, горчил. Пришлось есть его, ведь другой снеди не было. Люди решили, что вино и уксус помогут справиться с плохой пищей.

Сушеное мясо приберегали, рассчитывая, что вскоре удастся пристать к острову Близнецов.

Ночь прошла спокойно, окружающие скалы защищали от порывов ветра. На берегу было тепло и пустынно. Лишь море шумело, выбрасывая на галечный пляж водоросли и обломки.

Виал спал половину ночи. Проснулся, когда начинался третий час. Скоро уже рассвет, благо в этих краях солнце поднимается быстрее, чем в Циралисе. Колесница бога начинается свой бег с востока, он скорее достигает островов, чтобы пролить свет на окружающий мрак.

Что разбудило, Виал понял сразу. Опытный пират и контрабандист он за много миль мог услышать удары весел и тяжелое дыхание гребцов. Где-то поблизости был корабль. Его еще не видно, но он рядом.

Не только Виал почуял присутствие чужака. Оглянувшись торговец из Циралиса заметил, что из-под своего тента выглянул Арс. Триптолемид вглядывался в пустынные воды моря.

Сквозь шум волн, вой ветра и хруст гальки удары весел эти двое услышали одновременно. Одновременно они проснулись.

Арс не стал будить моряков, чего пугать ребят раньше времени. Под тентом завозился Мустиф, что согревал ложе навклера. Арс что-то сказал рабу, накинул на голое тело плащ и направился к Виалу.

Словно тень он двигался мимо храпящих, развалившихся на теплой гальке людей.

Сев рядом с Виалом, Арс спросил:

– Услышал?

– Еще бы. Не бессонница ведь.

– Ты ничего не делаешь, может маешься от скуки.

– Ты тоже. Вот потому мы не спим.

Навклер хмыкнул.

– Что будем делать, Косс?

– Два ответа: мы не знаем, что это; и навклер тут ты.

– У тебя больший опыт, признаю.

– Тогда мой тебе совет – не забивай голову до утра. В ночи они не станут нападать, отдыхай, набирайся сил. Будет твой бог благосклонен, так судно минует остров.

В это ни он, ни Арс не верили. Ночью ни один торговец не рискнет пройти Сиканию. Рыбаки далеко от полисов не уходят, здесь им взяться не откуда. Если только не шторм загнал суденышко в сторону от места лова. Так погода была спокойной, ничто не указывало на буйство стихии.

– Не стоит ли спустить судно и миновать скалы? Пока темно, проскочим, – предположил Арс.

– Разобьемся. Промысловики тоже обладают хорошим слухом.

Они знали, что поднять сорок с лишним человек, спустить судно и уйти не получится бесшумно. Если пираты из Тирина не могут совершить подобное чудо, что уж говорить про обычных торговцев.

Если боги не укроют моряков вуалью тишины, так не миновать им нападения. Виал предпочел не полагаться на волю богов, о чем и сказал Арсу.

В темноте, как сказал Виал, корабль точно наскочит на скалы, став легкой добычей. Или моряки из-за неразберихи не смогут дать отпор врагам. Темнота всегда смущает разум, меняет людей, превращая смелых в трусливых, а слабых в сильных.

– Утром решим, возможно, они предпочтут другую добычу, – посоветовал Виал.

Арс кивнул и вернулся под тент. Спать он уже не мог, но хоть дал отдых телу. Переговорил с Мустифом, потребовал от него воды для омовения. Раб вышел из-под тента и направился к морю с кожаным ведром в руках. Навклеру нужно время, чтобы прийти в себя, потому он выгнал раба.

С друзьями Виал не мог поступить подобным образом. К тому же они слышали весь разговор. Эгрегий и Хенельга не спали, почувствовали, как подошел Арс. Виду они не подавали, притворялись спящими. Как только Арс ушел, Эгрегий приподнялся и ехидно заметил:

– Добился, чего хотел?

– Еще не известно, – прошептал Виал.

– Даже такому неучу, как мне, понятно, чье это судно.

Оставался шанс, что это не пиратский корабль. Так что Виал предпочел не отвечать, чтобы не спугнуть удачу. Редко, когда люди с таким нетерпением ожидают встречи с морскими разбойниками.

Утром люди начали постепенно просыпаться. Многие удивлялись, почему навклер не приказал готовиться к выходу в море еще до рассвета. Обычно, моряки не тратят впустую время. Снасти, весла, а так же – завтрак можно приготовить до восхода. Тогда уже в безопасное время удастся выйти в море.

Никто еще не понимал, чем вызвана задержка, а спросить у навклера не решались. Офицеры получили приказы, разошлись по своим делам. Готовили судно к выходу в море, но оружие не трогали.

Море выглядело пустынным. Волны все так же выбрасывали на берег тину и обломки. Среди деревяшек были явно такие, что принадлежали судам: нагели, части обшивки с растрепанными канатами, реи с кусками паруса. Плохое предзнаменование.

Команда не решалась использовать это дерево для розжига костров. Любая деревяшка могла быть частью погибшего корабля. Все равно, что гроб жрать. Потому люди ели галеты, размачивая их в масле, а после приказа Арса, начали налегать на солонину.

Сначала увеличенный паек вызвал у людей радость. Лишь чуть позже, когда голод был утолен, люди сообразили, почему навклер проявил щедрость. Усиленный паек выдают в двух случаях: когда ожидается день безостановочной гребли, возможно, шторм; и перед сражением.

Погода портилась, на волнах появились пенные шапки. Судно спускать будет тяжело, большой риск повредить днище.

Только офицеры и опытные моряки понимали, что не изменения в погоде заставили навклера увеличить паек. Да, погода портится, возможны осадки, но ничто не указывает на шквал или, сохрани Энносигей, шторм.

К тенту навклера подошел начальник гребцов, чтобы узнать, надо ли выдавать людям оружие. Он переговорил с Арсом, затем вернулся к судну. Вскоре предстоит выход в море, морякам придется постараться, чтобы одним движением спустить судно. Поймать волну, перепрыгнуть через гальку, отделяющую воду от суши.

Виал и его спутники хорошо поели, не скрываясь готовили, проверяли оружие.

– От пращи толк будет? – спросил Эгрегий.

– Ты же мастер, мне почем знать, – пожал плечами Виал.

– А погода, какой ветер и волнение?

Кивнув, Виал рассказал, чего им следует ожидать. Осадки будут ближе к полудню, в остальное время следует ждать порывистого ветра и высокой влажности. Последнее больше всего беспокоило Эгрегия, ведь веревки могут потерять эластичность.

– Кроме тебя на судне еще два десятка моряков, что не на веслах.

– Так у них луки и дротики, я буду бить дальше. Только не забудь предупредить их, чтобы мне дали пространство в фут.

Это разумная предосторожность, а то, раскручивая пращу, Эгрегий снесет голову зазевавшемуся моряку.

Незаметно Виал проверил флакон, который хранил с самого Циралиса. Случайно разбить не получится, стекло толстое. Пробка надежная, словно слилась с горлышком флакона. Казалось, что в этом сосуде Виал везет ценные духи. Возможно, намеревался обменять духи у варваров на деньги или сведения о дороге в Негостеприимное море.

Приготовления пассажиров не укрылись от внимания моряков Таска. И без этого раздавались шепотки, что предстоит бой с пиратами. Вот почему Арс тянул, вот почему выдал усиленный паек.

– Нам бы туман, – проговорил один из моряков.

– Далеко уйдешь ты в туман, – возразили ему.

Дождь – вот чего ждал Арс, но понимал, что не дождется этого.