Текст книги ""Фантастика 2024-82". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Алексей Переяславцев

Соавторы: Алексей Егоров,Нариман Ибрагим,Ярослав Горбачев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 228 (всего у книги 353 страниц)

– Мы можем поговорить с Бегемотом и Девой? – спросил вдруг Баран.

Бывший мент держался… непонятно. Вроде по нему видно было, что ему не нравится происходящее, но, в то же время, лицо у него было перманентно постным, непроницаемым. Если Лев читался как открытая книга почти с самого начала, то по лицу Барана нельзя было ничего понять. Неизвестно, о чём он думает, что его беспокоит и на что он надеется.

– Не можете, – покачал я головой.

– Но ты можешь спросить у них? – Баран был напряжён и собран.

– Что ты хочешь узнать? – посмотрел я на него недоуменно. – Нормально ли им существовать так, как они?

– Да, – спустя несколько секунд ответил Баран.

– Я тебе сам могу ответить, – улыбнулся я добродушно. – Не нормально. Это не жизнь, даже не тень её. Мысли их безжизненны, они постоянно чувствуют холод, не физический, но духовный. Ощущения притуплены, будто их ощущают не совсем они. Бывала ли у тебя когда-нибудь ситуация, когда ты очень жестоко попал и единственное твоё желание – осознать, что это просто сон, это не с тобой, а с кем-то другим? Они существуют с этим ощущением. Потому что Смерть подступает к немёртвым очень близко, запускает свои костлявые пальцы в их волосы и молчаливо ведёт вперёд.

Это я не сам придумал. Так написано в учебнике по некромантии уровня адепта. Написано со слов тысяч немёртвых, способных говорить. Такая большая статистика не может ошибаться: быть немёртвым – это очень хреново.

Интересно, хреново ли быть личем? Я имею все шансы это проверить, если не найду способа свалить из этого поганого мира вовремя…

– Это ведь хуже, чем убить… – прошептал Лев.

– В чём-то да, – не стал я спорить. – А в чём-то нет. Ведь это всё ещё они, пусть неживые, но личности те же. Правда, подчинённые мне.

– Ты чудовище, Алексей, – произнёс Лев.

– Да-да, конечно, – покивал я. – «Ты чудовище» – сказал мне ублюдок, сгубивший десятки человек, а на прощание преподнёс своему миру подарок в виде двух убитых милиционеров. Не тебе меня судить, Лёва. Кому угодно, но не тебе.

Покинул я подвал в думах.

Меня зацепила мысль, что вокруг всё плохо. Этот мир – паршивое место, где никогда и ничего не будет хорошо. Всегда будут трупы, всегда будут войны. В мире, откуда поступают трупы, тоже всё не слава богу. Слишком уж много трупов оттуда падает, чтобы делать оптимистичные выводы…

– Здравствуй, Алексей, – раздалось откуда-то с лестницы.

Голос знакомый. Настолько знакомый, что я даже знаю, что это Савол.

– О, какой кот нас посетил! – заулыбался я. – Какими судьбами?

В гостиной, за столами, сидели немёртвые, до сих пор увлечённо крутящие-вертящие развивающие игры. Особый интерес у немёртвой братии вызвали передвижные пазлы, где надо собрать цельную картинку передвигая одну ячейку. Сейчас они сосредоточенно двигали пазлы, совершенно не обращая внимания на каких-то там котов.

– Рад видеть тебя, Алексей, – кот аккуратно спрыгнул с лестницы на пол. – Давненько не виделись.

– Я ещё не решил, рад ли тебя видеть, – хмыкнул я. – А это кто?

Второй кот, точно такой же чёрный, как Савол, спрыгнул вслед за ним. Он помалкивал.

– Это Ниалль, – представил своего спутника Савол. – Ниалль, это тот человек, о котором я тебе говорил. Его зовут Алексеем.

– Здравствуй, человек, – мотнул мордой второй кот.

Голос у него мужской, но совершенно иной, нежели у Савола. Если Савол говорил манерно, что-то вроде лирического тенора, то у Ниалля голос был ближе к драматическому бас-баритону. И да, я из поколения Ютуба, поэтому рассуждаю сейчас о типах голосов только потому, что помню ролик с разбором голосов популярных исполнителей. И слух у меня тогда был как после пробега по ушам стада мамонтов, поэтому сейчас ориентируюсь на субъективные ощущения. Может, это вообще всё неправда. Но мне похуй – я так чувствую.

– Привет, Ниалль, – улыбнулся я новому коту. – Итак, Савол, с чем пожаловал? Ты вроде как ушёл насовсем, если мне память не изменяет.

– Я хотел отблагодарить тебя за те накопители… – произнёс Савол.

Скептически смотрю на него. Я эту шерстяную скотину узнал достаточно хорошо, чтобы понимать, что благодарность – это не про него. Должно быть что-то ещё. И кот верно интерпретировал мой взгляд.

– Ладно, у меня возникли небольшие проблемы, – сказал он.

– Так сразу и подумал, – усмехнулся я. – И проблемы, скорее всего, нихрена не небольшие.

– И тут ты прав, – с усмешкой в голосе, произнёс Ниалль.

– Как у тебя дела, Алексей? – участливо поинтересовался Савол.

– Нормально, – равнодушно пожал я плечами. – Как видишь – небольшим участком обзавёлся. Домик потихоньку ремонтирую, бизнес налаживаю…

– Наш пакт же всё ещё в силе? – поинтересовался Савол.

– Пакт Душнутого-Саволтропа? – усмехнулся я, открывая вкладку меню «Активные соглашения/пакты/партнёрства». – Да, всё ещё в силе.

– Как ты смотришь на то, чтобы включить в него моего товарища Ниалля? – поинтересовался Савол.

– Для начала я хочу узнать, что вы забыли в нашей дыре, – насупился я.

– Разумеется, – максимально дружелюбным тоном произнёс Савол. – У нас с моим товарищем возникли проблемы в родном мире. Поэтому нам нужно скрыться в укромном месте, чтобы переждать гнев властей.

– Обстряпали что-то очень прибыльное, но очень незаконное? – предположил я, с пониманием усмехаясь.

– Твоя проницательность делает тебе честь, – отметил Ниалль. – Или ты очень хорошо знаешь Савола.

– Скорее второе, – ответил я. – И что понимается под «укромным местом»? Наша дыра – это проходной двор, здесь всякие коты шастают прямо-таки с аномальной частотой!

– Поэтому нас и интересует не этот мир, – вздохнул Савол. – Я могу раскрыть тебе секрет организации порталов в твой мир. Только тебе в такой портал зайти не удастся, зато можно будет доставлять оттуда…

– Уже неактуально, – покачал я головой. – Я владею рецептом такого портала.

Савол когда-то давно, хотя календарно прошло не так много времени, подарил мне рецепт ритуала «Просачивание», позволяющего путешествовать между мирами, но этот ритуал сильно отличается от того, который применяем мы с Эстрид.

Вообще, было бы замечательно просочиться в тот мир, откуда Комнин и другие византийцы. В цивилизованных землях там ситуация получше, чем здесь. Государства более централизованы, батальоны покрупнее и покрепче, есть развитое право… Но нужно дохрена энергии стихий или жизни. В этом мире, по понятным причинам, такие энергии днём с огнём не сыщешь, поэтому вариант свалить туда для меня недоступен. А ведь ещё не захочется бросать Эстрид, что создаёт необходимость рассчитывать ритуал и на неё… И немёртвых ребят бросать неохота… Как они тут без меня будут? Совесть потом загрызёт.

– Вот оно как… – произнёс Савол озабоченно. – То есть ты имеешь ограниченный доступ к своему миру?

Наши с ним пути разминулись непосредственно перед поднятием Волобуева. Савол исчез в ритуальном круге, свалив в родные края, а я продолжил своё путешествие по серым пескам, обжариваясь на солнце, раздумывая над тем, что скоро, очень скоро, придёт пора задумываться о переходе на человечину…

– Типа того, – кивнул я. – Ты так много пропустил, приятель.

– Что ты хочешь за открытие портала в твой родной мир и пропуск туда нас? – перевёл разговор в деловое русло Савол.

– Сначала скажи, зачем мне включать в пакт Ниалля, – покачал я головой.

– Мирные намерения, – ответил Савол. – Только доказательство мирных намерений с нашей стороны, а также подтверждение мирных намерений с твоей стороны.

– Пункты пересматривать не будем, только добавим участников, – предупредил я. – Эстрид!

Некромантка появилась не сразу. Скрупулёзное изучение литературы, а Эстрид только на это и тратит всё свое свободное время, требовало удобства и уединения. Кабинет на втором этаже удовлетворял всем критериям.

– Чего хотел, Алексей? – спросила она, спустившись по лестнице. – А это кто такие?

– Вот оно как… – удивлённо протянул Савол. – Это ведь… А у тебя в жизни очень многое произошло, Алексей, раз ты рискнул связаться с этой женщиной.

– Да, жизнь последнее время была очень насыщенной, – усмехнулся я. – Эстрид, это Савол, а вот это – Ниалль. Им от меня кое-что надо, но сейчас они хотят расширить наш пакт. Предлагаю изучить и присоединиться.

Пакт Душного-Бранддоттер функционирует по сей день, хотя мы уже столько дерьма вместе с ней поели, что он уже утратил практический смысл. Но пусть будет.

– Хорошо, я принимаю новую формулировку, – ответила Эстрид, изучив условия и поняв, что добавляются только имена, а остальное без изменений. – Не планирую воевать против котов.

– Вот и хорошо, – улыбнулся Савол. – Всё равно, если мы договоримся, вы нас ещё долго не увидите.

– Знаешь, что я хочу за пропуск тебя и твоего товарища в свой родной мир? – спросил я, недобро улыбаясь.

– Что ты хочешь? – напрягся Савол, который тоже неплохо узнал меня.

– Ты выяснишь причину грядущего конца света моего родного мира, – улыбнулся я ещё шире. – И если это возможно, то предотвратишь его.

Глава двадцать четвёртая. Судьба, чувак

//Фема Фракия, г. Адрианополь, 11 августа 2021 года//

– Что ж, удачи тебе, Савол, – помахал я рукой.

Кот кивнул мордой и направился к ритуальному кругу. И тут хуякс!

Из активированного портала в подвал прилетел здоровый деревянный ящик.

– М-мя-я-у-ть! – рефлекторно отлетел Савол от ритуального круга.

– Волобуев! – указал я на ящик.

Сегодня милиция одаривает нас очень щедро: уже упомянутый сахар, десять мешков по пятьдесят килограмм, инструменты из ближайшего к ним строительного магазина, ещё пять кило дымного пороха и четыре тысячи с лишним ударных капсюлей.

Менты купили станки и новенький газогенератор, но сегодня их не доставят, потому что недостаточно некроэнергии.

Газогенератор, к слову, оказывается, хрен найдёшь. Нет, предложений на рынке дофига и больше, как сказали менты, только звонки по объявлениям показали, что под термином «газогенератор» продавцы понимают не то, что мне нужно. 95 % предложений на рынке составляют генераторы, работающие на природном газе, но это нихрена не правильно. Менты-то прекрасно поняли, что мне было надо, поэтому искали что-то новое, мощное и надёжное. Из оставшегося 4 % предложений составляли пиролизные котлы, которые мне тоже нахрен не нужны, потому что у меня есть десяток других способов подогреть воду и обогреть дом, а 1 %, даже чуть меньше, представляли те самые искомые газогенераторы. Надо было внести уточнение, что нужен именно твердотопливный газогенератор, тогда не было бы потрачено столько времени впустую.

Оказалось, что на окраине Владивостока есть фирма, специализирующаяся на изготовлении твердотопливных газогенераторов для частных лиц. Некоторые люди не любят платить за электричество, причём иногда принципиально, поэтому ставят дома такие извращённые технические решения, чтобы в десять раз больше заплатить за расходуемое топливо. Так или иначе, но кому-то это надо, поэтому ребята делают газогенераторы и успешно толкают в розницу. Говорят, что у газогенератора КПД близок к 95 %, что, теоретически, позволит спалить килограмм угля с максимальной отдачей. Только вот центральное энергоснабжение, за счёт эффекта масштаба, будет давать киловатты намного дешевле, чем покупать столько угля…

И вот такой богатырь, полукустарного формата, но с гарантией три года, ждёт отправки в иной мир. Как мне объяснили покурившие мануалы менты, можно присобачивать выходную трубку газогенератора к податчику топлива электрогенератора, идущего в комплекте, после чего наслаждаться очень длительным сеансом бесперебойного электричества. Можно экспериментировать и с другими электрогенераторами, но производитель тогда ответственности не несёт, ребята сразу предупредили, ещё при продаже.

Только вот меня 10 кВт херня не устраивала, поэтому милиция купила мне электрогенератор мощностью 30 кВт, здоровенный, сука. Весит тонну, поэтому передать его проблематично. Было бы, не будь у Савола и Ниалля на шеях по два амулета.

Таким образом я передал в родной мир четыре больших накопителя некроэнергии, то есть, по местной классификации – редкого класса, которые, после такого путешествия, просядут в ёмкости в два раза. Это, к слову, обуславливает невозможность отправлять в тот мир что-то значимое и не содержащее в себе достаточно некроэнергии. Савол и Ниалль – создания Смерти, поэтому для них нормально путешествовать в такие миры, а вот даже банальная золотая монетка обратится в прах, попробуй она пройти вместе с ними. Цена за переход уж слишком большая.

Я тоже не смогу пройти, потому что потеря даже половины вита– и некроэнергии меня убьёт. И накопители не помогут, потому что ты должен именно содержать некроэнергию в каждой клетке своего тела. В этом проблема магических и немагических миров: из немагического можно отправиться куда угодно, лишь бы знать, как, а вот обратно… Именно поэтому на немагические миры никто никогда не нападает.

С другой стороны, если я ненароком сдохну и стану личем, то, чисто теоретически, если не забуду точную последовательность ритуала, смогу отправиться домой в немёртвом виде.

А может, конец света в родном мире…

Нет, твою мать, это просто не может быть правдой!

– Савол, подожди! – придержал я кота, который вновь тронулся к ритуальному кругу.

– Что? – повернул он ко мне голову.

– Каковы шансы на то, что причина апокалипсиса в моём родном мире – это немёртвый я? – задал я ему вопрос.

– За всё это время, ты даже не рассматривал такую вероятность? – с усмешкой в тоне спросил кот. – Поэтому я с самого начала тебе говорил – откажись от идеи возврата домой.

Но как мне не хотеть вернуться домой?

– Подумай об этом, Алексей, – сказал Савол напоследок и запрыгнул в ритуальный круг.

– Мы выполним наши обязательства, попытаемся установить точную причину конца твоего мира, но хорошо подумай о цене, которую ты готов заплатить за то, чтобы вернуться в родной мир, – произнёс Ниалль. – Может, оно того не стоит?

Он кивнул мне мордой и тоже исчез в ритуальном круге.

Вот так просто они отправились в недоступный для меня родной мир…

Можно ли отказаться от сокровенного желания? Смириться с тем, что останешься в поганой дыре, где единственное, что тебя ждёт – неминуемая и мучительная смерть? Принять, что твой удел – это смерть во второсортной выгребной яме, куда скидывают трупы?

Моя Родина – это не самое лучшее место, чтобы жить, если верить мнению иностранцев, но в месте лучшем я никогда не жил. И мне сложно представить, где бы я мог чувствовать себя так комфортно, как на родной земле. А теперь мне нужно отказаться от Родины? Да никогда!

– Ребята, занимайтесь принятием грузов, – сказал я немёртвым.

Покинув подвал, я вошёл в подсобку и подсоединился к кукле.

//Российская Федерация, г. Владивосток, 11 августа 2021 года//

И вновь такой далёкий Владивосток…

– Как дела, товарищи милиционеры? – высунул я голову из серого рюкзака.

Менты тягали ящики, закидывая их в портал. Это, судя по всему, здание склада. На эту мысль меня навело наличие подъёмных ворот, а также высота потолков. Помещение было пустым, никаких стеллажей и шкафов, только ритуальный круг и закидываемые в него ящики.

– Пока что хорошо, – ответила старлей Горенко. – Титановые доспехи заказаны у указанных тобой людей. Сказали, что заказ нестандартен и, возможно, в ТЗ есть какая-то ошибка.

– Что именно не так? – поинтересовался я.

– Парень, который согласился сделать пять комплектов, сказал, что нет никакого смысла делать тяжёлые доспехи из титана, – Горенко пронаблюдала, как Некипелов закинул в портал очередной ящик. – Смысл применения титана в том, чтобы сделать доспехи меньше весом при тех же защитных свойствах. Техзадание же требует, чтобы средняя толщина пластин была не менее трёх миллиметров. Такое нужно только в том случае, если броню действительно собираются использовать в настоящем средневековом бою – так сказал этот парень. В ином случае это просто бесполезный лишний вес.

– А ты думаешь, что я для прикола себе коллекцию железяк собираю? – упёр я игрушечные руки в пояс. – У моих врагов в руках настоящее оружие, а не затупленные полноразмерные макеты. Бить они будут всерьёз, не опасаясь, а наоборот, рассчитывая нанести травму. Поэтому мне нужные такие доспехи, которые способны задержать даже удар бронебойного клевца.

Мы не испытывали реконструкторские доспехи в деле, но толщина их местами достигает 0,3 миллиметра, что не препятствие для хорошего удара копьём. Пусть их делал Ворлунд, который никогда не был идиотом, но он едва ли мог рассчитывать, что его изделия будут подвергаться испытаниям реальным оружием. Так что мне нужна была настоящая броня.

– Я скажу ему, чтобы придерживался техзадания, – пообещала Горенко.

– Как успехи с бизнесом? – поинтересовался я, как бы между прочим.

– Деньги больше не проблема, – улыбнулась Валентина. – Спасибо тебе, что позаботился о нас.

– Я принимаю только один вид партнёрства – взаимовыгодное, – ответил я ей.

– Кстати, в одном из ящиков продукция нашей лаборатории, – сообщила Валентина. – Пятьдесят флаконов – тебе на пробу.

– Я не просил… – начал я.

– Это подарок, – прервала меня она. – Вдруг, пригодится?

– Спасибо, – поблагодарил я её.

Савол и Ниалль сидели на бетонном полу, но менты их не видели. Я поманил их поближе. Коты неохотно приблизились.

– Снимайте, – сказал я.

– Ты о чём? – спросила Валентина.

Савол и Ниалль стащили со своих шей накопители. С металлическим лязгом амулеты, содержащие в себе природные алмазы массой в пару карат в каждом. И это натолкнуло меня на одну мысль…

– Валентина, вы ведь теперь можете покупать бриллианты? – спросил я.

– А зачем тебе? – подняв на меня глаза, спросила она.

Она видела, как буквально из воздуха возникли странного вида амулеты, но не успела осмыслить произошедшее.

– Бриллианты способны отлично накапливать некроэнергию, – ответил я. – Вот эти четыре амулета содержат в себе достаточно некроэнергии, чтобы хватило перетащить через портал несколько тонн полезных грузов. Станки ведь готовы?

– Почему ты не рассказал об этом раньше? – недовольно спросила Горенко. – И как здесь появились эти амулеты?

– Амулеты доставили мои партнёры, – ответил я, проигнорировав первый вопрос. – Станки готовы?

– Да, но они не влезут в портал такого размера, – произнесла Горенко.

– Чертите новый, – велел я. – Надо работать быстрее, ребята.

– Мы можем покупать бриллианты, но они очень дорогие, – вздохнула Валентина. – Даже сейчас.

– Любые караты, – махнул я игрушечной рукой. – Ещё сойдёт гагат, а также графит. Высококачественного графита вообще тащите столько, сколько сможете достать.

Из поместья кровосись я набрал приличное количество графитовых трубок, но они даже рядом не стоят с теми, которые могут делать земляне. Даже я, человек далёкий от высоких технологий, знаю, что человечество способно сейчас производить графит высокой чистоты, где-то в районе 99–99,5 % чистоты.

– Хорошо, – кивнула Валентина.

– Теперь заклинание, – решил я выполнить свою часть сделки. – У кого есть бумага и ручка?

Передать схему «Малого исцеления» было легче лёгкого: последовательность пассов была элементарной, доступной даже не слишком внимательным.

Остальные менты, кроме Маркедонова, чертящего новый ритуальный круг на бетоне, собрались вокруг нас.

– Как мы его проверим? – спросила Валентина.

– Пырните кого-нибудь ножом, – пожал я плечами, а затем посмотрел на Горенко. – Можешь порезать себе руку?

Нанести самому себе повреждение – это надо иметь некоторую степень духа. Самоповреждение, или как говорят некоторые интересные личности, селфхарм, можно не считать, потому что в этом случае у человека явно что-то не в порядке с головой. Психологини или психологессы ещё выделяют каттинг, то есть нанесение порезов, но это один из видов самоповреждения, то есть сэлфхарма. Вообще, почему надо обязательно использовать англицизмы, когда есть нормальные аналоги на русском языке? Типа, от употребления иностранной терминологии суть явления как-то изменится? Неа. Думаю, некоторые психолухи, психологини и психологессы страдают комплексом неполноценности, поэтому всеми способами стараются увеличить собственную значимость. Ведь если применять дохрена непонятных слов на английском, имеющих отношение к психологии, то впечатлительные индивиды проникнутся к психологке большим уважением. А вообще, после общения с ребятами, выбравшими психиатрию, я знаю, что большая часть людей, декларирующих себя психологами, психологами не являются, так как, имея на руках диплом, который не так уж и трудно получить, нихрена не смыслят в психологии. Очень мало компетентных психологов, а масса бестолочей дискредитирует профессию. Печально это всё…

Так вот, о чём это я? А, о том, что не каждый психически здоровый человек может приложить волевое усилие и пырнуть себя ножом. Некоторые даже палец себе намеренно порезать не могут. И сейчас мы узнаем, на что способны современные менты…

– Серьёзно? – спросил вспотевший от тягания ящиков Некипелов.

Лето, август, а на складе не работают кондиционеры – опера все, как один, пропотевшие. Хорошо, что я не чувствую запахов.

– А как ещё можно проверить? – посмотрел я на него с недоумением. – Нет, можете стрельнуть кому-нибудь в ногу, если вам так удобнее. Итак? У меня времени не вагон, поэтому поторопитесь.

– Чёрт возьми, – капитан Савушкин достал складной нож и вспорол себе ладонь.

Кровь закапала на бетон. Я наблюдал за реакцией котов, внимательно следящих за происходящим. Савол напрягся, но даже жопы не поднял, а вот Ниалль, новичок в наших краях, подорвался и сделал несколько шагов в сторону свежей крови. Хищник – он и в Африке хищник.

Интересно, что они невидимы для ментов. Вероятно, некое заклинание…

– Валентина, возьми что-нибудь некроэнергетическое и крути пальцами, – дал я команду.

Неуверенная в своих действиях старлей Горенко сходила к рюкзаку у стены и вытащила оттуда пакет с забойным ножом.

Произносить ничего было не надо, поэтому она просто безошибочно повторила последовательность движений рукой и в конце навела палец на рану Савушкина. И дальше началась магия, проявившая себя в виде зеленоватого свечения по типу люминесценции – так это увидели опера. Я же увидел оттенки и различил этапы перехода некроэнергии в витаэнергию, что было сопровождено ускорением регенерации пореза. Секунда – ладонь Капитана Скептицизма стала как новая.

– Никак, блядь, не привыкну… – прошептал Савушкин. – Слушай, Алексей…

– Да-да? – посмотрел я на него.

– А Бог есть? – спросил кэп, выделив слово «бог».

– Откуда я знаю? – с усмешкой спросил я. – Согласно моим убеждениям, нет. Но убедительных доказательств его отсутствия на руках я не имею. Лично не сталкивался, не взаимодействовал. Зато точно знаю о существовании одной вполне конкретной, но очень жестокой сверхсущности.

– И кто это? – спросил Степан Савушкин.

– Судьба, чувак, – вздохнул я. – Был у неё… можно сказать, дома. На мгновения проникал в подпространство, где не было времени, места, но были бесконечные струны. Древние греки не зря называли Судьбу прядильщицей. Линии судеб давно предопределены, всё решено до нас. Даже тот факт, что вы узнаете, что всё предопределено, уже предопределён и заложен в вашу линию судьбы. Ничего не изменить, потому что мы слишком тупы, нет, слишком слабы, чтобы влиять на такие вещи. Как бы ты ни крутился, ты шашка на доске и ограничен своими функциями.

Я долго думал об этом. Ведь даже то разрушение портала – это предопределённое Судьбой событие.

– Так божество судьбы всё-таки существует? – спросила Валентина. – Если есть одно, то есть и другие.

– Это не совсем божество, – вздохнул я. – Концепция бога была создана человечеством, чтобы хоть как-то объяснить необъяснимое и сделать окружающий мир понятным. Судьба – это не всемогущее существо, не кто-то, создавший нас по своему образу и подобию, не внимательно следящий за соблюдением заповедей бородатый дядечка в небесах, нет.

– Тогда что такое Судьба? – спросила Валентина.

Остальных, как я вижу, интересовал тот же вопрос.

– Это сверхсущность, которая уже давно всё предопределила и следит за тем, чтобы всё продолжало происходить, без сбоев, – ответил я. – Всё сущая хуйня, если сравнивать с масштабом её полотна. Что бы вы ни делали, ничего не важно. Увидев всё это дерьмо, потом долго приходил в себя. Лучше не задавайте себе такие вопросы и не копайте слишком глубоко. Начинаю жалеть, что мы заговорили о Судьбе…

– Ладно, – кивнул майор Точилин. – Значит, теперь нужно передать станки и газогенератор? Маркедонов, сколько там осталось?

– Почти дочертил, – ответил старлей.

Ниалль не выдержал и прошёл к пятну крови. Вдумчиво обнюхав, он начал лакать капитанскую кровь.

//Фема Фракия, г. Адрианополь, 11 августа 2021 года//

Теперь самое лучшее – разбор подарков.

К нему мы приступили вместе с Эстрид Бранддоттер, которая, как и подавляющее большинство женщин, обожает разбирать подарки. Это не совсем подарки, но воспринимаются почему-то именно так.

Сахар немёртвые спрятали в хранилище для особо ценных товаров, под семью замками, а остальное ожидало меня, для тщательного рассмотрения и распределения.

– Ох-хо-хо… – вытащил я набор больших кухонных ножей фирмы «Ронин».

– Выглядят опасно, – отметила Эстрид. – Но лучше было сделать из такого количества стали нормальный меч.

На этикетке ценник – пять тысяч пятьсот пятьдесят пять рублей. Сомнительный маркетинг, скажу я вам, но за такие здоровые хреновины это даже недорого. Тут высококачественной стали грамм на пятьсот, но я заказывал их не на переработку, а для кухни.

Следующим лотом шла портативная электроплита, призванная повысить общее качество готовки. Наша кухонная печь представляет собой фактически костёр, что порядочно ограничивает возможности Скучного.

– Скучной, устанавливай на кухне, – приказал я, передав коробку немёртвому. – И удлинители не забудь нормально растянуть.

Дальше были кастрюли различных наименований, легированная сталь, высшее качество. Менты умели быть благодарными. Как же я рад, что наткнулся на порядочных людей…

После посуды была микроволновая печь, очень дорогая. ФРГшная фирма, «Robert Fritz GmbH». Ценнейшее приобретение, если подумать. В общаге это был единственный быстрый способ вскипятить воду или подогреть купленное в ларьке свою бедную студенческую снедь. Дошики, вроде как с мясом, но по сути своей веганские сосиски, хлеб, иногда, когда акция, яйца варёные – я так жил.

Вспоминается высказывание одной столичной журнашлюхи, Евгении Рыльской, дескать, «бедняк может есть гречку с молоком или сыром сулугуни, нищеброд будет есть корыто доширака и хрючева». А не пошла бы ты нахуй, Рыльская? Ты когда последний раз смотрела, сколько гречка стоит? А молоко? И какой, нахрен, сыр сулугуни? Оторванные от реальности пидарасы – вот кто представляет нашу илитную богему.

Вроде микроволновка обычная, а сколько ассоциаций, м-мать его…

– Ты что-то помрачнел, – отметила Эстрид.

– Да так, вспомнил прошлую жизнь, – вздохнул я.

– Это как-то связано с этой коробкой? – заинтересовалась некромистресс.

Или некромастерша? Или некрогоспожа? Хрен знает, как эти феминитивы образовывать…

– Да, связано, – кивнул я. – Забей, это сейчас неважно.

Что ещё? В следующем ящике были инструменты для Ворлунда, сварочный аппарат, свёрла всякие, щипцы, струбцины и так далее. По идее, кузнецу много не надо, чтобы делать качественный контент, но без необходимого минимума просто никуда. Всё, что сверх этого минимума – облегчение работы.

В третьем ящике медикаменты, а также нужные мне медицинские приблуды: эндоскоп, а также медицинский аспиратор, естественно, всё в разобранном виде.

– Медицина? – верно угадала Эстрид.

– Она, родимая! – довольно воскликнул я, перебирая пачки с антибиотиками.

Также был цифровой микроскоп, чтобы наконец-то начать поднимать некромантию с колен. Ведь я до сих пор понятия не имею, что именно происходит с клетками при воздействии некроэнергии.

Пока я с глупой улыбкой копался в ящиках, немёртвые вытаскивали из ритуального круга нашего красавца… Газогенератор ГГ-400, кастомная разработка умельцев Владивостока. Время автономной работы при загрузке специального угля – от 16 до 20 часов. Если закладывать дрова, то топка будет идти четыре-пять часов, в зависимости от их калорийности. КПД, по заявлению разработчика, близко к 90 %.

Помимо этого опера достали четыре здоровенных гелевых аккумулятора, чтобы мы всегда имели запас энергии. Энергетическая безопасность моего небольшого предприятия выросла до предела. В планах ещё солнечные батареи, но, думаю, они нахрен не нужны, так как газогенератор выглядит гораздо надёжнее.

Последним ящиком, переданным операми через большой портал, был здоровенный ящик с запчастями к газогенератору и электрогенератору. Теоретически из них можно собрать ещё парочку генераторов, но разумнее использовать по прямому назначению, то есть для ремонта.

Тем временем я продолжал копаться в ящиках. Передали стальной лом, алюминиевые болванки, порошки всякие, магний, молибден, а также сельскохозяйственные полезности, представленные самыми рекордными сортами помидоров, огурцов, пшеницы и так далее.

У меня на участке цветёт табак сорта «Герцеговина Флор», переданный культистами, а также помидоры, картофель, огурцы и баклажаны, но семенной материал лишним никогда не будет. Выйдем, рано или поздно, на тотальную продовольственную автономность…

Хотя слышал я, что выращивать современные промышленные растения, при наличии нативных сортов – это большая ошибка. Всё из-за того, что сорта растений XXI – это венец селекционной и мутационной деятельности, растущий быстро, в больших объёмах, но ценой снижения питательной ценности. То есть самая вялая и обоссанная брюква из палисадника местного горожанина, будет пусть и меньше размером, но намного полезнее брюквы XXI века, сочной и здоровенной.

Впрочем, здоровенной картофелины-мутантки хватит, чтобы наесться одному человеку, а местных аналогов здесь просто нет. Так что рефлексии просто нет места. Тем более что спустя поколения этот картофель всё равно дерграднёт до истоков, ведь селекционные методы средневековых крестьян примитивны и интуитивны.

Очередной ящик одарил меня тремя сорокалитровыми бочками с формальдегидом, что не могло не порадовать. Также там обнаружился бочонок с метиловым спиртом, предназначенным для фиксации формалина. Надо будет проверить, как поведёт себя нигредо при стабилизации его метиловым спиртом – главное не забыть…

– Это ведь формальдегид? – уточнила Эстрид, не умеющая читать на русском.

– Он самый! – заулыбался я, подбираясь к очередному ящику. – Мертвецов сможем поднять просто дохрена!