Текст книги ""Фантастика 2024-82". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Обошлось без мордобоя, что только к лучшему. В душе Виал испытывал разочарование, но умом понимал, что задирать морских пехотинцев и гребцов вредно для дела. Магистраты всегда встают на сторону воинов, пусть флотские не ровня легионерам, но у них тоже есть покровители.

– Когда-нибудь, – заговорил Виал по дороге к эллингам, – все это плохо кончится.

– Что именно? Попойки твоих наемников?

Виал покачал головой и объяснил, что разделение на воинов принцепса и просто граждан – вредно. Вредно для всего государства и для Циралиса в частности.

Пожав плечами, Эгрегий спросил, а что они могут сделать? Ответ им известен, но какую сторону принять в случае бунта? Не желая останавливаться на этой грустной теме, Виал начал болтать о собрании в курии. Эгрегия это мало интересовало, но слушал он якобы внимательно.

В полях среди коз и овец было лучше.

Работы на эти дни задумывалось много. Виалу и его спутникам пришлось много времени потратить, чтобы подготовиться к отплытию. Лодка была в превосходном состоянии, даже лучшем, чем до отплытия на Побережье. Для ремонта пришлось нанимать плотника из Дирахия, полностью обеспечивать мастера.

Вложиться пришлось хорошо, но любое путешествие требует подобного. Радовало, что не пришлось кланяться патронам, клянча помощь. Обычная ссуда в храме, морской заем, покрыл лишь часть расходов. Но Виал не собирался тратить только свои средства.

Случись беда, хотя бы часть средств не будет потеряна безвозвратно.

Эгрегия очень удивило, что вместе с морским займом его спутник взял векселя в храме Мефона. Эти харты, запечатанные в непромокаемые капсы, мало востребованы. Чтобы их обратить в монету, потребуется доплатить.

Виал отказывался объяснять, зачем ему документы.

Использовать их для взяток? Слишком просто. Эгрегий неплохо узнал старшего товарища и понимал, что тот никогда не делает все просто так. Оставалось предполагать, что деньги в виде харт нужны для иных целей.

Если не взятки, не покупки, тогда что? Эгрегий обсудил этот вопрос с Хенельгой, но девушка еще меньше понимала городскую жизнь, чем отпущенник. Ей чужды обычаи цивилизованных людей.

– Возможно, он страхуется, – предположила Хенельга. – Свитки не деньги, не все поймут назначение.

Эгрегий кивнул, но заметил, что такие люди, как Виал, всегда предполагают двойную пользу.

– Почему же он не объясняет свои действия? Это неприятно, он будто не доверяет нам.

– Не доверяет, но не нам, а духам. Боится спугнуть удачу, раскрыв свои планы.

Объяснение слабое, как показалось Хенельге. Хотя Виал был суеверным человеком. По-своему.

– Выйдем в море, и все разрешится, – решил Эгрегий.

Они решили не тревожиться по пустякам. Из-за Виала у них не оставалось времени для праздных размышлений.

Подготовка шла своим чередом, приходилось не раз уходить в доки, следить за работами над лодкой и доставкой товаров. Виал сделал запас монет, имевших хождение на востоке. Купить их не составляло труда.

Прибывшие чужеземцы с готовностью обменивали свое серебро, на серебро Государства. Тем более Виал – через своих знакомых, обменивал монеты по весу. Лучшего курса не найти нигде.

Что, конечно, не понравилось менялам с форума. Но пока они сообразили, что кто-то вмешался в их работу, Виал уже отправился в море. Это была его излюбленная тактика: получить свое, протолкавшись через толпу конкурентов, взбесив множество соперников, и сбежать из города. А за сезон даже самые горячие головы остынут. Потом достаточно будет извиниться, преподнести дешевый подарок, и все заживут, будто ничего не случилось.

Обряды в храме, сон в гроте духов не принесли четких ответов на поставленные вопросы. Виал уже привык к подобному, интерпретировал так, что духи указывают на нечто важное. Настолько важное, что это может изменить всю его судьбу. Знаков грядущей смерти Виал не видел, хотя подобный исход исключать нельзя.

Эгрегий и Хенельга отказались посещать пещеру героев, чтобы во сне получить предсказание от духов.

– У меня нет таких вопросов, чтобы отвлекать духов, – ответил Эгрегий.

– А я с ними незнакома.

Виалу пришлось в одиночестве проводить время в холмах. Такова учесть навклера, вся ответственность за предстоящее путешествие лежит на нем.

Получив благословения и невнятные ответы, Виал как будто успокоился. Запасы амулетов пополнились, лежали в мешке с личными вещами.

Все было готово к отплытию. Оставалось только получить благословение от товарищей по ремеслу.

Праздник перед отплытием требовал больших вложений. Пришлось угостить всю коллегию, да не в родном доме, а в таберне, куда и чужаки заглядывают.

Вино лилось рекой, неприятные разговоры вскоре сменились обычным пьяным бредом. Эгрегий, пока еще сохранял ясность рассудка, общался с теми, с кем успел познакомиться за прошедшие месяцы. Не было только Хенельги, которую на подобное мероприятие не могли пригласить.

Из всей компании сохранял ясность рассудка только Виал. Хотя пил он не меньше остальных. Никто не замечал, что он часто уединяется в отхожем месте. Не обращали внимания на странные звуки, что издавал торговец.

Пьянка не была закрытой, отведенной для полноценных граждан города. Даже простые моряки присутствовали – кто смог пробиться в таберну. Пришлось Виалу позволить своим морякам утопить волнения в вине. Пусть это пагубно сказалось на их работоспособности следующим утром.

Зная, как вчерашнее событие повлияет на спутников, Виал заранее отвел их в доки. Там троицу пьяниц он сдал на руки Хенельге и ушел куда-то в ночь. Не сказал товарищам, что пойдет в храм Мефона. Несмотря на полученные ранее предсказания, проведенные ритуалы, последнюю ночь в городе, навклер решил провести именно там.

Зачем это было делать, навклер себе не мог объяснить. Всю свою жизнь он не отличался особенной религиозностью. Все в меру, свойственную для моряка. А тут потянуло в священный периметр храма. Наверное, возраст сказывается.

Виал понимал, что предстоящее путешествие скорее всего будет последним.

Здоровье уже не то. Навклер будет рисковать не столько своей жизнь, сколько жизнью соратников.

Пора переходить в разряд собственников, а не водителей судов. Или же переходить на службу Мефону, что тоже почетно и важно для коллегии. Виал провел ночь в бдении, размышляя о будущем и своем месте в нем. Время отбирало дни, вместе сними уходила молодость. На смену ей шел седой прагматизм.

Эти перемены следовало принять, не бороться с судьбой. Их тоже можно использовать, только иначе. Виал уже знал, как новые качества помогут ему разобраться с прошлым.

План прост, но в том его достоинство.

Выход в море прошел без проблем. Даже уставшие после шумной ночи моряки гребли мощно и уверенно. Приятно смотреть, но в грядущем им отведена меньшая роль. Виал не стал посвящать Карнина и Мафенаса, в ту часть плана, что отведена им. Это не требовалось, но люди все равно работали так, словно им не надо экономить силы.

Харизма успешного навклера заставляла их работать веслами с удвоенной силой.

Эгрегий не отошел от пьянки и дремал на корме. Хенельга расположилась на носу, поглядывая на препятствия.

Пробный круг по гавани, а затем излюбленный Виалом прыжок через поднятую цепь. В этот раз вышло не очень хорошо, цепь проехалась по дну, срезая слой воска и готовая сбить руль. Навклер вовремя поднял кормило из воды.

От толчка проснулся Эгрегий, посмотрел по сторонам, но не понял откуда последовала угроза.

С входных башен раздались крики, стража желала навклеру удачного пути. Теперь самый жалкий человек в Циралисе знает навклера. Удар о цепь они не заметили. В этом Виал не сомневался, зная, насколько слепы люди.

Зато этот удар не пропустил он, списал на возраст. Это вечная проблема; время догоняет и принуждает жить по своим правилам.

На самом деле лодка ударилась о цепь просто потому, что была перегружена. Пять человек, комплект инструментов и парусины для долгого плавания, четыре пары весел. Одежда для разной погоды, разнообразная еда, выпивка и глиняные сосуды на корме лодки задирали нос.

Виал это учел, когда собирался в поход, а сейчас забыл.

Парус поймал попутный ветер. Хмельные моряки легко справились с работой, не потребовалось будить Эгрегия. Теперь парня окружал ореол славы Виала, к нему относились не как к новичку в море.

Эгрегий приоткрыл один глаз, наблюдая за моряками, а затем улыбнулся Виалу. Тот ответил улыбкой, поняв ход мыслей спутника.

Хенельга не уходила с носа. Ей нравилось ощущение бьющего в лицо ветра и брызги. Поднятая мачта, закрепленная фалами, позволила девушке встать во весь рост. Держась за канаты, она встала под сильные удары ветра. Брызги воды быстро намочили ее тунику, а ветер разметал волосы.

Занятые поднятием паруса моряки долго глазели на девушку, облизываясь.

Юго-восточный ветер бил в скулу лодке, гася скорость. Виалу пришлось увалиться под ветер, чтобы увеличить скорость. Навклер тренировался, прежде чем выйти в открытое море.

Нагруженная лодка остойчивее шла по волнам, легко разрезая невысокие валы. Лишь при повороте под ветер, удары волн грозили перевернуть суденышко. Ошибка, которую совершают новички, или зазнавшиеся навклеры. Виал несколько раз пробно приводил судно к ветру, чтобы проверить его. Лишь после этого решился идти дальше, меняя галсы.

Мафенас, заступив на смену, держал фалы паруса, чтобы ловить ветер. Виал сам не мог заняться канатами, приходилось стоять и всем весом налегать на кормило. Тяжелое судно плохо слушалось, после месяцев стоянки лодка отвыкла от открытого моря.

Прибрежные скалы нависали над водой в каких-то ста футах от судна. Ветер и течение постоянно сносили лодку Виала к берегу, грозя разбить ее о черные камни. Из-за волн глаза лодки почти всегда находились под водой, она не могла помочь навклеру, выглядывая опасность. Эту работу выполняла Хенельга.

Виал заметил – мысленно, что девушка стала живым воплощением духа корабля. Жаль, что им придется расстаться на целый год.

Так они шли целый день, на вечер подошли к берегу, взявшись за весла. Пришлось всем четверым грести, чтобы перебороть течение. В прошлый раз, когда гребли двое, подойти к берегу через рифы было сложнее. Все-таки большой экипаж упрощает управление судном. Если это сработавшаяся команда.

Отдых на берегу как всегда прошел в радостном возбуждении. Ночью почти никто не спал, от сна людей отвлекла разговоры и кувшин неразбавленного вина. Традиция предписывает первую стоянки на берегу отмечать особенно. Беречь припасы не принято, ведь путешественникам еще предстоит тяжелое путешествие.

Последующие дни судно медленно продвигалось на восток. Изменившийся ветер мало помогал, да и команда не хотела выходить в открытое море, терять из виду родные берега. Потому люди почти постоянно гребли. Парус ставили редко.

Они смогли отработать разные маневры, освежить в памяти хитрости своего ремесла. Виал избавился от мелких ошибок, что совершал в начале плавания. Остальные просто наслаждались путешествием. Этот период в плавании был самым приятным и комфортным, несмотря на то, что приходилось работать веслами.

На ночь выходили на берег, осматривали судно и отдыхали. Занимались охотой, рыбалкой, просто развлекались игрой в мору.

Команду удивило только то, что Виал не стал заходить в Гремящий грот. Как сказал навклер, в этот раз жертвоприношение голодным стервам не требуется. Моряки не стали спорить с уважаемым навклером, а Эгрегий и Хенельга лишь вечером получили исчерпывающий ответ.

На судне сложно уединиться, потому им пришлось ждать с вопросом до стоянки.

– Так какова настоящая причина? – спросил Эгрегий.

Вместе с Виалом он отправился в ближайшие холмы, чтобы нарвать свежей зелени. Всегда приятно разнообразить питание.

– Причина чего?

– Ты меня прекрасно понял. Гремящий грот.

– А, это. Мне просто не требовалось туда.

– Почему? Сирены испугались твоей славы, твои подвиги защитят тебя от морских дев?

– На меня они не обратят внимание. Потому не требуется баловать этих шлюх.

Виал усмехнулся и хитро поглядел на спутника. Эгрегий понял, что не добьется точного ответа. Как всегда навклер предлагает самому догадаться.

Если торговец не боится хищных дев, размышлял Эгрегий, значит, это… значит что? Либо у него могущественные покровители – это так, но даже мелкая пакость может испортить путешествие. Либо гнев этих тварей обрушится на иного. А вот это вряд ли возможно, ведь навклер тут Виал, и он ответственный за путешествие.

Эгрегий не мог понять ничего, и вечером в разговоре с Хенельгой поделился своими опасениями.

– Косс не собирается руководить постоянно, так ты думаешь?

Эгрегий кивнул.

– В таком случае, он передаст кормило другому человеку.

– Думаешь, мне? – прохрипел Эгрегий.

Горло как будто сдавили.

– Мне откуда знать? Однако, возможно. Говорил же Косс, что ты его ученик, выходит, передать управление судном будет разумно.

– Хорошо звучит, хотя и боязно. Вот только, почему я не отправился в тот грот?

– А надо было тебе? Ты не успел отметиться, как пират, как убийца. На твоих руках нет крови…

– Я убивал, – возразил Эгрегий.

– Лишь в целях защиты, – Хенельга хлопнула его по губам, – но не как разбойник. Кровь на твоих руках чистая, духи поверженных не гонятся за тобой.

Потом, после того, как ремесло навклера будет освоено, тогда предстоит посетить Гремящий грот. Эгрегий решил, что разгадал поставленную Виалом задачу. Он и радовался, и страшился.

«Интересно, когда он передаст мне кормило»

Эгрегий решил, что это произойдет, когда они уйдут на восток, оставят за спиной гирцийские скалы.

В этом было разумное зерно, ведь Эгрегий родом с востока. Логично доверить ему кормило, чтобы духи его родины покровительствовали судну в пути.

Говорить о догадке, Эгрегий не стал. Даже наедине с Хенельгой он не поднимал больше этого вопроса. Боялся спугнуть удачу – еще одну привычку он перенял от старшего товарища.

На очередной стоянке Эгрегий сказал Виалу, что разгадал его задумку. Бороться с искушением не мог. Зато так приятно увидеть удивление навклера. Правда, недолго. Вскоре Виал совладал с эмоциями и снисходительно улыбнулся.

– Вот это вряд ли, парень.

– Вот посмотрим!

– Только признайся потом честно, о таком ты думал или нет. А то знаю я вашу породу торговую, соврете и сделаете каменную рожу, будто так все и задумывали.

– Посмотрим, посмотрим.

Они обменялись лукавыми улыбками.

На том разговор затух, больше они не касались этой темы. Лишь взглядами позволяли колоть друг друга. Особенно удобно обмениваться взглядами, когда Эгрегий садился за весла. Располагался он точно напротив навклера. Говорить не мог, так как приходилось следить за дыханием. Зато глаза были красноречивее любых слов:

«Я жду», «А я слежу за тобой», «Еще ничего, но скоро ты сделаешь свой ход», «Хоть вечность жди».

Такая игра не могла наскучить. В разговорах они проводили меньше времени. Тем более общество женщины, Эгрегию нравилось больше.

Через пару дней люди уже расслабились настолько, что не стеснялись своей наготы. Только Виал не снимал тунику и натянул шляпу на глаза. На корме он располагался выше других моряков, подставляя плечи, шею и лицо солнцу. Поваляться в тени Виал мог только во время стоянок или когда поднятый парус закрывал его от светила.

Не было времени насладиться окружающими красотами. Виал с радостью променял бы эту лазоревую воду и безоблачное синее небо на какой-нибудь душный дом в глубине собственного леса. И чтобы был источник, обязательно источник! Окунуться в холодную воду в жаркий день, вот о чем мечтал Виал.

Люди быстро обгорали на солнце, позабыв насколько оно злое в это время года. К концу пятого дня у всех были красные спины, плечи и шеи. Лишь лица еще немного уцелели, спасали шляпы, что носили моряки.

Моряки бросали в воду ведра, вытягивали их и обливались. Это немного облегчало страдания. Но после солнечных ожогов они уже не могли себе такого позволить.

Больше всего досталось варварам, что с этого времени вошли в команду Виала. Ни Эгрегий, ни Хенельга не были привычны к такому. Даже у себя в полях или в случае с девушкой – в поселении резчиков, они могли найти укрытие от солнца и переждать самые тяжелые часы.

На воде под тентом было невыносимо жарко. Тем более не всегда удавалось его растянуть. При работе с парусом тент просто мешал.

Зато ожоги, солнечная усталость помогли людям забыть о своих телах. Теперь никому не было дело до того, что у соседа между ног. Подобное вполне устраивало Виала, а то шутки и намеки Гая уже надоели.

Беря женщину в команду, навклер понимал, что из этого получится. Отказать ей Виал не мог, слишком уж она полезна.

Тем более два бойца на судне это лучше, чем один. Еще лучше, если этим рубакам платить не надо.

Лишь на берегу у людей немного просыпался стыд. Словно с заходом солнца ночные божества начинали порицать людей за излишнюю откровенность. Хотя уж этим-то существам точно плевать на то, как ведут себя люди.

Обработав друг другу ожоги жирной мазью, путники натягивали одежду и разбредались по берегу. Больше всего повезло плечам Эгрегия, ведь их гладили ручки его женщины. Моряки могли только с завистью глядеть и комментировать. Эгрегий отвечал им по мере сил.

Хенельга предлагала помочь с ожогами Виалу, но того солнце меньше посекло, так что навклер отказывался и сам смазывал лицо, шею и руки.

Люди быстро находили себе дело, пользуясь светом заходящего солнца. Не приходилось спорить из-за обязанностей. Кто отправлялся ловить крабов, кто собирать плавник, кто просто гулял и разминал ноги. Виал забредал далеко от берега, поднимался на высокий холм и смотрел с него, как команда взаимодействует.

Зажигали два костра – ночью будет холодно, просушиться не помешает. Ставился котелок, варилась похлебка. Взятое старались не тратить раньше времени, насыщались тем, что добыли в прибрежной полосе. Благо море богато на всевозможные деликатесы. Крабы, мелкая рыбешка, съедобные водоросли и коренья, выкопанные на берегу – все это шло в котелок.

Каждый использовал свои сильные стороны, чтобы помочь товарищам. Эгрегий разбирался в растениях, собирал и выкапывал корешки. Карнин ловил рыбу с помощью гарпуна, а его вечный собутыльник Мафенас гонялся за крабами. Хенельге приходилось долго бродить по берегу, собирая топливо, но иногда и она приносила вкусненькое. Сбитую камнем птицу или морскую черепаху.

Лишь Виал бездельничал и наслаждался покоем. Последними днями приятного и легкого путешествия.

Легкие короткие туники возвращали обгоревшим людям вид цивилизованных существ. Немного прокопченных, но все же людей из городов. Разительная перемена по сравнению с теми дикарями, что шатались и потели в лодке.

Даже разговоры менялись. Вернулись обидные шуточки, пошлые намеки и разговоры о прошлых приключениях.

Вечером шерстяные тряпки помогали уберечься от прохлады и защищали от насекомых и членистоногих, что донимали спящих. Виал засыпал позже всех, присматривая за командой, оценивая их действия. Поднимался он тоже раньше всех, такова судьба навклера.

До момента, когда дороги их разойдутся, осталось от силы пара дней. Надо уже определиться с тем, каким людям можно доверять, кого взять с собой, кого оставить на берегу.

Стойкость спутников Виалу понравилось, и он решил не отступать от первоначального плана. Насчет Мафенаса и Карнина сомнений нет, этих двоих вполне устроит то, что задумал на их счет навклер.

Вот как воспримут двое других, Виал не знал.

По расчетам Виала, в море они проведут еще сутки. Приходилось сверяться с положением звезд, ведь эти берега чужие. Нет, он тут бывал и довольно часто. Но за десять лет береговая линия сильно изменилась. Некоторые леса были вырублены еще во времена гражданской войны. Эти сосны не годились для строительства кораблей, но других ресурсов не было.

Теперь Виал глядел на лысые холмы, лишь сейчас оправляющиеся от нанесенной им обиды. Мелкая поросль жухла под тяжелым взглядом солнца. Некоторые холмы были черными, явно работа крестьян, устроивших пал. Делали это они для того, чтобы у берега не было высокой травы.

Пираты захаживают в гости.

Верский флот должен защищать этот берег, но моряки вяло относятся к своим обязанностям. Во время гражданской войны им пришлось воевать с местными. Вот отношение к ним и осталось… настороженным.

Судно Виала подходило к городу, расположенному на южной оконечности Гирции. Этот город служит воротами, ведущими на восток. Этот полуостров стал мостом между цивилизациями востока и запада. Даже в нынешние времена в этом городе проживает много варваров, чужестранцев.

Люди в этой местности даже не совсем граждане, у многих до сих пор неполное гражданство.

Город назывался Дирахий, был самым крупным городом региона. Вечным противником Циралиса. Торговцы Дирахия не пускали коллег Виала на восток, топили их корабли, перехватывали контракты, нападали на фактории. В общем, всячески облегчали жизнь конкурентам.

Потому Циралис поддержал противников Дирахия во время войны. За что конкуренты поплатились. Уже десять лет прошло, а граждане этого города до сих пор выплачивают долги принцепсу.

Несмотря на это, Дирахий процветает.

Горожанам не требуется обустраивать хору вокруг города. Сельскохозяйственные угодья заброшены, мелкие собственники не рискуют возвращаться на свои наделы. К тому же на этой каменистой местности тяжело работать.

– Какая унылая местность, – сказал Эгрегий.

Он работал веслом и обильно потел, но не забывал поглядывать по сторонам. За прошедшие дни парень сильно исхудал, вышла лишняя влага. Зато тугие мышцы перекатывались под кожей. Работа веслом изматывает человека, но делает его сильнее.