Текст книги ""Фантастика 2026-6". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

Соавторы: Даниэль Рэй,Полина Ром,Анна Лерн,Игорь Лахов,Даниэль Зеа Рэй,Кира Страйк,Марьяна Брай,Эва Гринерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 99 (всего у книги 361 страниц)

– Меньше агрессии – больше эмпатии, капитан Рурк, – доктор Брос сверкнул недобрым взглядом в его сторону.

– Куда ты едешь? – сипло спросила Аудроне, скользя пальцами по руке Киарана.

– На очередное совещание в штаб. – Киаран наклонился и поцеловал ее в губы. – Увидимся вечером, – прошептал он. – Надеюсь, этот разговор ты запомнишь.

– Девушки с короткой памятью обычно нравятся мужчинам больше, – Аудроне прикусила губу и поиграла бровями.

– Только тем, кто не склонен сдерживать свои обещания, – подмигнул ей Киаран.

* * *

Вильям смотрел сводку новостей, когда в дверь квартиры позвонили. На голограмме сбоку от диктора, ведущего репортаж, высветилась фигура бывшего жениха.

Вильям нехотя оторвал тело от дивана и пошел открывать. Рейнард был одет в непримечательные брюки и рубашку и держал в руке пакет, из которого торчало горлышко бутылки со спиртным.

– Поздравляю с увольнительной! – произнес Рейнард и расплылся в приторной улыбке.

Если офицер из внутренней разведки стоит на твоем пороге, не впустить его в дом – плохая примета. А если этот офицер еще и твой связной – то вообще, к огромным неприятностям.

Вильям отступил на шаг.

– Проходи, – сквозь зубы процедил он.

Ренард передал ему пакет и закрыл за собой дверь. Вильям изучил содержимое «подарочного набора» – вино и закуски – и произнес:

– Я не пью.

– Ну тогда мне налей, – подсказал Ренард, прохаживаясь по квартире и заглядывая в комнаты. – Ты неплохо устроился в этом паршивом райончике для работяг. Но мог бы и получше что-нибудь найти. Твой член… – он прервался и тут же продолжил, – пусть и бывший уже, но все же, и тот умудрился целый дом снять. Хотя подозреваю, что платит за все Сюзанна Мэль.

Вильям предпочел промолчать и отправился на кухню, чтобы налить Ренарду вина. Откупорил бутылку и достал «казенный» бокал из шкафчика. Не протирая его, налил вина и всерьез подумал о том, чтобы еще и плюнуть.

Ренард вошел на кухню и схватил со стола бокал, лишая Вильяма возможности еще с минуту поразмышлять о плевке.

– Достань канапе с рыбой, – Ренард махнул рукой в сторону пакета, стоящего на полу. – Я хочу их попробовать.

– Сам доставай, – буркнул Вильям и присел за стол.

Ренард сделал несколько глотков вина, поставил бокал и подошел к Вильму. Опустил ладонь ему на плечо и утянул в разрыв пространства.

– Говори, что случилось, и проваливай из моего дома, – Вильям щурился от яркого света.

– Какой нетерпеливый, – обиженно произнес Ренард. – Стало известно, что ты теперь свидетель обетов со стороны Киарана Рурка. Будешь стоять рядом с новобрачными и довольно близко ко всем высокопоставленным приглашенным гостям. Наши соратники из «Зари» во главе с ее руководителем доверили тебе очень важную миссию, – бывший наклонился к уху и прошептал, – убить на свадьбе Сюзанну Мэль.

Вильям покосился на Ренарда и сдавленно спросил:

– А других кандидатов для этой миссии у наших соратников не нашлось?

– Желаешь выбрать другую жертву? – Ренард втянул носом воздух и лизнул мочку уха Вильяма, из-за чего тот шарахнулся.

– Успокойся, – рявкнул Ренард, удерживая его за плечо. – Там у каждого будут свои цели. На тебя повесили жизнь адмирала флота. Радуйся, что не Императора!

– То есть он там точно будет?

– Вероятность крайне высока, – ответил Ренард.

– Никогда бы не подумал, что Император станет рисковать собственной безопасностью ради того, чтобы посетить свадьбу внебрачной дочери.

– Он слишком доверяет своим шаенам, – прошептал Ренард. – И конечно же хочет продемонстрировать авторитет и бесстрашие своим прихвостням, которые на трясущихся ногах отправятся следом за ним в Обитель Инага на заклание.

– И как по-твоему я должен убить Сюзанну Мэль? Явно же будет досмотр перед входом на мероприятие, и оружие я пронести не смогу.

– Смотря, какое оружие, – Ренард достал из кармана небольшую коробочку и протянул ее Вильяму. – Бери, не стесняйся.

Вильям открыл ее и взглянул на золотые запонки с крупными красными камнями.

– Наденешь на рукава рубашки под парадный китель. Только аккуратнее с камнями! – предупредил Ренард. – Если нажать на них и удерживать в течение трех секунд, запустится химическая реакция и камни начнут распадаться, обнажая маленькое тонкое жало в центре. Тому, в чье тело это жало вонзится, уже не жить. Яд действует достаточно быстро. Смерть от удушья будет мучительной, но процесс умирания недолгим. Как видишь, у тебя две попытки отравить Сюзанну Мэль. Хотя трансгрессиры утверждают, что это – лишняя предосторожность.

– Убив Сюзанну Мэль, я вряд ли выберусь оттуда живым, – произнес Вильям, захлопывая коробочку. – У нее есть охранники. Убийцу адмирала они точно не выпустят из Обители.

– Да там такой праздник начнется, что всем будет не до тебя, – хмыкнул Ренард. – Не переживай.

– А что вы собираетесь делать с Аудроне Мэль и Тартасом Оньей? – тихо спросил Вильям.

– А как ты думаешь? – прохрипел Ренард на ухо.

– Я хочу поговорить с Орландо, – громче, чем следовало, заявил Вильям.

– Надеешься выторговать жизнь своего бывшего члена и его закадычной подружки? – рассмеялся Ренард. – Тебе нечем крыть, Вильям. Прихвостни Альянса полягут на свадьбе.

– Передай Орландо, что я хочу с ним поговорить. Это касается его сына. Если с Аудроне что-то случится на свадьбе, Киаран ни Орландо, ни «Заре» этого не простит!

– А у него будет выбор? – голос Ренарда резал чуткий слух Вильяма. – Ты, кажется, не понимаешь, что происходит. Выбора ни у кого из нас нет. Мы все повязаны одним сговором и предательством. За тобой сейчас пристально наблюдают. Лишнее телодвижение в сторону – и наши соратники устранят тебя, обставив все, как несчастный случай. Попробуешь рот открыть – несчастный случай. А если Сюзанна Мэль переживет свадьбу – живым из Обители Инага ты точно не выберешься. Поверь, «Заря» об этом позаботится. Ты хотел остановить войну и вернуть в этот мир ценность человеческой жизни? К сожалению, для этого придется чем-то пожертвовать. Другими, собой или всеми сразу – выбирать тебе.

– Я хочу поговорить с Орландо, – в который раз повторил Вильям.

– Да не станет он с тобой разговаривать, – прошипел Ренард. – Очнись! Финал многолетней борьбы на кону! Следуй инструкциям и готовься к свадьбе друга. Большего от тебя пока не требуют. Выживешь – твои заслуги не останутся без вознаграждения. Уж поверь мне.

Вильям спрятал коробочку с запонками в карман спортивных штанов, а Ренард отступил от него на шаг. Свечение вокруг погасло, и Вильяма выбросило в реальность.

– Ты безвылазно сидишь в квартире, – бывший полез в пакет за закусками, – и мешаешь службе внутренней безопасности установить скрытые камеры. – Я, собственно, и пришел к тебе, чтобы вытащить на улицу, подышать свежим воздухом.

Ренард открыл картонную коробку с рядами канапе в ней и попробовал одно из них. Прожевал и одобрительно кивнул:

– Ничего так. Вполне можно есть.

Он потянулся к бокалу с вином и опять выпил.

– Но перед прогулкой я могу помочь тебе снять напряжение, – поставил бокал и подошел вплотную к Вильяму. – Бывшему члену все равно доложат, что я был у тебя. И конечно же, передадут, что я остался доволен твоим приемом. Как и ты, – он опустил ладонь ему на пах и начал гладить, – моим.

Вильям отбросил его руку, встал со стула и отошел.

– Доедай свои закуски и пойдем дышать воздухом, – с угрозой в интонациях ответил он.

– Ты бываешь чересчур вспыльчивым! – Ренард ему подмигнул. – Но мне всегда в тебе это нравилось. «Злой Вилли».

Вильям сжал кулаки. Злым Вилли его назвал Тартас, а Ренард намекал, что для него секретов не существует.

– Жду тебя в коридоре, – произнес он, развернулся и покинул кухню.

Как же ему хотелось проехаться по лицу подонка, который когда-то был его женихом. Интересно, сможет ли когда-нибудь Вильям отомстить Ренарду за сломанную жизнь?

– Навряд ли, – ответил сам себе Вильям и начал обуваться.

Глава 13

Вереница дней стремительно мчалась вперед. Аудроне чувствовала себя лучше, и даже набрала четыре килограмма массы, питаясь специальными коктейлями. Тартас был вынужден навещать ее дважды в день, а доктор Брос добавлял к шаманскому лечению свои препараты.

Киарану запретили ночевать в ее комнате, чтобы не нарушать покой и отдых пациентки, и теперь он проводил с ней еще меньше времени, чем прежде.

Сюзанна продолжала тягать Киарана за собой по самым разным встречам, совещаниям и мероприятиям. Ему эта роль сторожевого пса не нравилась, но пока от этой женщины зависела жизнь Аудроне, он молча следовал ее указаниям и даже улыбался, когда это от него требовалось.

Вильям часто выходил на связь с Киараном и консультировался по поводу предстоящей репетиции свадьбы и предсвадебного ужина, на которых обязан был присутствовать. Несколько раз он жаловался на помощников Сюзанны Мэль, которые не столько занимались организационными вопросами, сколько совали носы не в свои дела. Киаран посоветовал Вильяму не обращать на них внимания и извинился за причиненные неудобства. Вильям в ответ хохотнул и заявил, что высший луитанский свет портит дженерийский нрав Киарана.

Аудроне и ее состояние Киаран в разговорах с другом старался не затрагивать. На все вопросы Вильяма о ней он отвечал, что невеста полна сил и активно занята процессом подготовки к свадьбе. Пару раз с Киараном связались остальные члены команды. Лишнего не спрашивали, ограничиваясь формальными «как дела?» и «что нового?». Конечно, они понимали, что Киаран правды им не скажет и не напрягали капитана необходимостью ухода от ответов.

День репетиции свадьбы не задался с самого утра. Сюзанна вошла в столовую и с порога известила Киарана и Аудроне, что вечером предсвадебный ужин посетит сам Император. Аудроне, услышав это, изменилась в лице.

– Не предвидела такого поворота событий? – спросил ее Киаран, ласково улыбаясь.

– Она больше не строит прогнозов, – обронила Сюзанна, проходя мимо Киарана.

Опустила ладонь ему на плечо и пробежала пальцами по нашивкам на погонах. Киаран, уже привыкший к проявлениям внимания подобного рода, даже не шелохнулся.

– На репетицию в парадном мундире поедете, капитан Рурк? – уточнила Сюзанна.

– Да, мэм, – кивнул Киаран.

– Похвально! – она сверкнула уничижительным взглядом на замершую напротив Аудроне и покинула столовую, не завтракая.

Киаран нахмурился и свел брови в прямую линию.

– Ты больше не трансгрессируешь? – произнес с нажимом.

– Даже «мать» заметила, что я перестала щелкать пальцами, – Аудроне скомкала салфетку и бросила ее на стол. – Зато ты – нет.

– Что все это значит? – не понял Киаран.

– Что я умираю, а ты активно делаешь вид, что это не так! – она встала.

Киаран отодвинул от себя тарелку и тоже встал.

– Ты не умрешь, – повторил в который раз, глядя на нее.

Аудроне неодобрительно покачала головой и сжала губы, как будто сдерживая себя, чтобы лишнего не сказать. Застыв на мгновение, она все же подняла глаза на Киарана и ответила:

– Ты застрял на фазе отрицания, Киаран. А я уже давно на этапе принятия.

– Насколько давно? – он прищурился.

Аудроне вперила в него негодующий взгляд и уперлась руками о стол.

– Я видела столько вариантов собственной гибели, что в пору называть меня «бессмертной». Так что не спрашивай очевидные вещи: я слишком долго ненавижу собственную жизнь, чтобы цепляться за нее.

– То есть ты смирилась, да? – он тоже уперся ладонями о стол. – Опустила руки и влачишь жалкое существование рядом со мной. Я прав?

– А ты не рядом, – вторила она. – Тебя никогда нет.

– Сейчас я рядом, – прорычал он. – Но ты, похоже, считаешь, что я по собственной прихоти бегаю за твоей матерью и строю из себя адъютанта.

– А ты хоть раз подумал о том, что можешь этого не делать? – Аудроне понизила тон, переходя на громкий шепот. – Или ты собираешься и дальше ловить каждое ее слово и внимать любой просьбе?

Киаран поморщился от подобного заявления.

– О чем ты вообще? Все, что я делаю, преследует одну цель. Я хочу спасти тебя.

– И как же меня спасет твое абсолютное потакание адмиралу флота ВКФА? – Аудроне наклонилась вперед. – Думаешь, если перестанешь подпирать стены в штабных коридорах и развлекать мою «мамочку» приятными беседами за обедом, она возьмет и избавится от меня?

– Я не понимаю, – покачал головой Киаран.

– Мне доносят, – закивала Аудроне, – чем ты целыми днями «занят». «Мама» ведь хочет, чтобы я была в курсе событий! Интересно, она известит меня через своих «курьеров», что ты залег с ней в койку ради моего спасения? Или предоставит возможность лично подглядеть за процессом?

– Ты несешь бред! – Киаран выпрямился. – Оскорбляешь меня и мои чувства к тебе!

– У меня за плечами богатый опыт подобного «бреда», как ты его называешь. Два номера в копилке уже есть. А ты, судя по твоему поведению, собираешься стать «третьим».

– Я твой последний жених! – он сорвался в крик.

– Ты даже не представляешь, насколько прав, – прошептала она, развернулась и пошла к выходу.

– Мы не закончили! – бросил ей в спину Киаран.

– А мне кажется, что наоборот, – прокомментировала Аудроне и вылетела из столовой.

Киаран рухнул на стул. Взгляд заметался по помещению, пытаясь зацепиться хоть за что-то, как за надежду, но продолжал скользить. Почему все рушится? Где Киаран свернул не туда и почему не заметил этого?

Аудроне явно ревнует. Но ни разу не сказала ему об этом, не намекнула, даже виду прежде не подавала, что общение Киарана с Сюзанной ее сильно беспокоит. А ведь он и сам бы мог догадаться о ее чувствах. За спиной два предательства. Легко пойти на поводу у своих страхов и поверить в возможность реализации абсурда.

Киарана передернуло от этих мыслей. Он вообще забыл о каком-то тесте от Сюзанны Мэль, который пророчила ему Аудроне. Сейчас это казалось таким же бредом, как и похоть к другой женщине.

Любовь – сложное чувство. В одно мгновение оно возвышает до небес, а в другое – бросает в бездну печалей. Любовь возникает среди посредственного бытия, как картина импрессиониста в мире, где раньше были только черный и белый цвета. Стоит один раз увидеть ее, и больше никогда не забудешь. Но ревность – это неконтролируемый огонь, способный все испепелить. Она не щадит ни картину, ни черно-белый мир, в котором та висит, и уничтожает все, к чему прикоснется.

Что такое пожар собственной ревности, Киаран знал на личном опыте. Он пережил его и остался с обугленным миром внутри. Казалось, больше в нем никогда не появится белых тонов. Однако время сделало свое дело, и они вернулись. Испытать новую любовь после того пожара Киаран никак не ожидал. Но она возникла, сверкая красками на свету и маня своей яркостью.

И что же теперь? Он прикован взглядом к картине, привязан мыслями к своей Буре, а она подвергла сомнению его верность. Знакомый запах гари отравлял воздух, но потушить начавшийся пожар ревности Киаран не в состоянии. Ведь горел не он, а она.

Киаран оперся о стол и прижал ладонь ко лбу. Через час им выезжать в Обитель Инага, где пройдет репетиция свадебной церемонии. А потом Аудроне предстоит пережить предсвадебный ужин, на который в резиденцию семьи Мэль съедутся все сливки этого скисшего общества. Не день, а чистилище. И начался он с ссоры, после которой Киаран почувствовал себя плохим женихом. Сродни неудачнику, который бредет на привязи, опустив руки, и не пытается что-нибудь изменить. Но ведь это не так. Он борется. За нее. За себя. За этот гребаный мир, которому на всех начхать.

* * *

– Что на тебе надето! – воскликнула Сюзанна, увидев Аудроне в синем спортивном костюме и кроссовках. – Ты в своем уме?!

Адмирал в вечернем наряде ярко-красного цвета стояла рядом с Киараном в холле и непонимающе глядела на Аудроне.

– Где зеленое платье? Что с прической?! – Сюзанна указала на хвост Аудроне, завязанный на затылке лишь бы как.

– Это же репетиция, а не свадьба, – Аудроне прошла мимо нее. – Не переживай, ты на моем фоне будешь выглядеть еще прекрасней, чем есть на самом деле.

– Аудроне! – возмущению Сюзанны не было предела.

Адмирал раздувала ноздри и щурилась, что совершенно не красило ее моложавое лицо.

– Да, «мама», – с нажимом ответила Аудроне и обернулась.

Ее беззаботная улыбка лучилась высокомерием, а глаза икрились весельем.

– Переоденься, – гневно прошипела «мать». – Немедленно.

– А не то что? – Аудроне склонила голову на бок и сложила руки на груди. – Убьешь меня?

Сюзанна медленно повернулась лицом к Киарану, который молча наблюдал за всей сценой.

– Капитан Рурк, заставьте свою невесту переодеться, – сквозь зубы процедила она. – Лучше опоздать, чем опозориться подобным образом!

– Подозреваю, что Аудроне не хочет, чтобы видеозаписи с репетиции свадьбы попали в прессу, – спокойно ответил он. – Я прав? – он повернулся к Аудроне и вопросительно изогнула бровь.

– Совершенно верно, – кивнула она. – Ну что, мы едем? – тут же оживилась Аудроне. – Или отменим репетицию?

Сюзанна подошла к «дочери», осмотрела ее с головы до пят еще раз и, ничего не говоря, направилась к парадным дверям.

– Это означает, да? – прокричала ей в спину Аудроне.

– Это означает, что ты за свою выходку еще ответишь! – бросила Сюзанна через плечо.

– Конечно, «мама», – себе под нос прошептала она.

– Пойдем, – Киаран предложил ей опереться на свою руку.

– Сама дойду, – с пренебрежением произнесла Аудроне и пошла следом за Сюзанной.

Киаран медленно выдохнул и сжал челюсти. Судя по всему, чистилище он уже миновал и попал в пекло Сахиды.

* * *

В машине Аудроне не проронила ни слова. Она старательно глядела в окно, сидя на заднем сидении рядом с Киараном. Автомобиль набирал высоту, встраиваясь в один из потоков транспорта, мчащийся над головами жителей Вентерона.

Заявиться в Обитель Инага на репетицию собственной свадьбы в спортивном костюме – одна из лучших выходок Аудроне. Плевок в сторону лжепророка Инага и всей культуры поклонения этому шарлатану. Личность Инага не вызывала у Аудроне ни уважения, ни желания его чтить. Жил себе человек, вел за собой массы, оцифровал сознание и умер. Многих за это время погубил, уничтожил целые культуры, навязывая свой взгляд на жизнь и реальность. Но самое опасное, что он сделал – это сотворил из себя кумира, которого после смерти посчитали божеством.

Первый Император Луиты Инаг Вераций основал династию, частью которой являлась и сама Аудроне. Сколько раз приходя на беседу с цифровым предком в его Обитель, Аудроне хотелось высказать голограмме «пра-пра– в периоде», что она думает о нем и его тухлом мирке. Но этого делать было нельзя, ведь все, что озвучивалось в беседе тет-а-тет сразу же становилось доступным тем, кто следил за порядком в этом мире.

«О, Инаг!» – подумала Аудроне и прижалась виском к стеклу.

Имя предка стало нарицательным и укоренилось в сознании даже не верующих в его божественность людей. Инагу досталась похвала, а его любовнице Сахиде – проклятия. Нечестно? А кто вообще утверждал, что в жизни все бывает по-честному?

Вдалеке за потоками машин между верхушками близлежащих гор показались очертания Обители Инага. Конечно, где же еще беседовать с оцифрованным «богом», как не рядом с небом?

Громадина была возведена на выступе между скал и часто пряталась в облаках, накрывающих горные хребты плотными белыми шапками. Чтобы попасть в дом Инага, необходимо было пройти по широкому подвесному «мосту доверия». Он был сделан из прозрачных плит и простирался над настоящей пропастью. Конечно, пока знать парковала машины позади самой Обители, остальные смертные оставляли транспорт на площадках, организованных у подножия гор. Оттуда на лифтах они поднимались к выходу на подвесной мост и шествовали по нему, будучи уверенными, что тот не рухнет.

Однажды он все-же упал. Точнее, его разбомбили во время второго боя за Луиту. Сама обитель уцелела, но все равно поднялось столько шума, как будто эфонцы разнесли святыню и убили самого Бога! То есть пока Альянс бомбил чужие святыни, все было в порядке вещей. А когда эфонцы напали на Луиту и едва не уничтожили Обитель Инага, трагедия оказалось Вселенской.

В детстве Аудроне часто посещала обитель Инага вместе с Сюзанной и приемным отцом. Ей было интересно зайти в кабинку из темного стекла и присесть на лавочку перед проектором. Коснешься пальцами датчика на стене, и перед тобой появится лицо самого Инага. Да, голографическое, но как будто живое. Ему можно было задать любой вопрос, и он обязательно находил, что ответить. Уже потом, когда Аудроне немного подросла, Сюзанна объяснила ей, что лишнего спрашивать у Инага не стоит. Что он отвечает заведомо заготовленными фразами, изъятыми из памяти сознания Первого Императора Луиты, и, если вопросы ему не понравятся, он сообщит «куда следует». На этом вера в доброго светловолосого дядю, который умел мило ей улыбаться, исчезла. Бог оказался фальшивкой.

Как-то Аудроне спросила у Лала Ли: «Если Инаг ненастоящий, то есть ли вообще Бог на свете?» Лала Ли потрепала ее по волосам и рассказала про другого Бога, в которого верила сама. Бога, с которым можно было поговорить, где угодно, но о котором нельзя было рассказывать никому.

Пока Аудроне погружалась в воспоминания, машина все ближе подлетела к Обители. Красивое здание было построено из стекла и пластика. Панели фасада переливались на свету всеми цветами радуги и создавали иллюзию, будто это – хрустальный дворец. Четыре высоких башни, закрученных в спирали и разрезающих небо, встречали гостей Инага своим величием. Они были расположены по углам вытянутого строения и символизировали стороны света, куда простиралась философия лжепророка.

«Нет в мире Бога кроме того, что вы сами себе создаете».

«Вселенная умеет наказывать. Чем больше вы творите зла, тем большее зло притягиваете к себе. Это и есть личный ад, который вы устраиваете себе сами».

«Только вы определяете, есть жизнь после смерти или ее нет. Если вы верите в информационное поле Вселенной, то попадете туда вместе со мной. А если отрицаете его существование, угодите прямиком в пустоту».

«Нельзя привить добродетель страхом наказания за грехи. Настоящая добродетель исходит из недр сознания. Там же рождается и истинное зло».

Цитаты Инага быстро разлетались по сторонам света, распространяя среди людей идеи, противоречащие ортодоксальной религии. Инаг поставил в центр Вселенной разум человека и его возможности, исключив тем самым из уравнения жизни понятие «души». Одни прославляли его идеи, потому что верили в них. Другие – потому что хотели получить преференции от Луиты и ее Императора. Но никто не задался вопросом, почему Инаг вообще стал транслировать такой радикализм в отношении ортодоксальной веры? Политики, как и Аудроне, знали ответ. Инаг всего-то собирался избавиться от влияния церкви на Империю. А как это лучше сделать? Конечно же, создав новую религию и став ее проповедником.

После его смерти первоначальное учение Инага претерпело определенные изменения. «Раем» или «Царством Инага» стали называть информационное пространство Вселенной, о котором очень много говорил новый пророк. Появилось и такое выражение, как «пекло Сахиды». По мнению последователей философии Инага, «пекло» настигало грешника еще при жизни, а после попадания в единое информационное пространство Вселенной, та обеспечивала его сознанию приумножение страданий. Это и был вечный личный ад, в который якобы угодила Сахида после казни за убийство, которое так никто и не доказал.

Облетев одну из башен, машина начала приземляться за парковочную площадку за зданием Обители. На два часа предстоящей репетиции доступ в Обитель Инага для обычных посетителей был заблокирован. Подвесной «мост доверия» пустовал, а вокруг здания мерно прохаживались сотрудники службы охраны в белых рубашках и светлых пиджаках.

Внезапно Аудроне почувствовала прикосновение к своей руке. Первым было желание резко одернуть ее. Но ведь так нельзя. Киаран и без того всю дорогу загадочно молчал и не предпринимал попыток с ней заговорить. А теперь его теплые пальцы накрыли ее кисть и сплелись с ее пальцами.

Злость на него и на себя медленно уступала позиции отчаянию. Чтобы дальше не произошло, через неделю этому точно придет конец. Аудроне всего-то хотела урвать кусок счастья напоследок. Но реальность рассмеялась в лицо и показала нецензурный жест всем ее прогнозам.

– Я люблю тебя, – прозвучал низкий голос Киарана.

Аудроне опустила глаза на их сцепленные руки.

– Тогда почему ты со мной не спишь? – тихо произнесла она.

– Ты решила поговорить об этом именно сейчас? – Киаран кивнул в сторону водителя.

– Грег умеет хранить секреты, – ответила она. – Да, Грег?

Водитель промолчал.

– Так почему? – Аудроне повернулась лицом к Киарану. – Боишься, что я умру, не дотянув до оргазма?

Киаран сверлил ее напряженным взглядом.

– Боишься, – повторила она, как утверждение, и выдернула кисть из его хвата. – Не волнуйся, без невесты ты не останешься.

– Зачем ты так? – в интонациях Киарана появились те самые рычащие звуки, которые ей так запомнились после их первой встречи.

– Уже приземлились, – Аудроне отвернулась к окну и, не дожидаясь, пока Киаран выйдет из машины и откроет ей дверь, вылезла наружу сама.

Вдохнув полной грудью свежий воздух, она сунула руки в карманы кофты и направилась к группе людей, ожидавших у черного входа.

– Может быть, меня подождешь?! – услышала она за спиной гневный возглас Киарана.

Аудроне не ответила и ускорила шаг.

* * *

В здании Обители Киаран увидел Вильяма и Тартаса. На обоих были парадные мундиры и оба свидетеля обетов держались друг от друга подальше.

Вильям терся у кабинок из темного стекла, установленных вдоль левой полупрозрачной стены зала с высоким сводчатым куполом. Тартас стоял в проходе между двумя рядами пластиковых белых скамей, парящих в воздухе. Заметив Киарана, оба свидетеля обетов обернулись к нему и кивнули.

– А где Аудроне? – громко спросил Киаран.

Вильям указал на одну из черных кабинок и пояснил:

– Общается с Инагом. Тебе тоже положена десятиминутная аудиенция до свадьбы.

– Это не обязательное правило, – Киаран остановился у парадных дверей, ведущих в общий холл.

– Лучше его соблюсти, – Вильям кивнул в сторону кабинки.

Киаран его совет проигнорировал. Он медленно, считая шаги, шел от двери к проходу, в котором стоял Тартас. Киаран хотел прикинуть расстояние до подиума и алтаря, на котором был установлен бюст Инага. Согласно плану здания, который Киаран отыскал в сети, от парадных дверей до алтаря было пятьдесят метров. Но Киаран собирался все проверить лично и с особым пристрастием изучить планировку главного зала Обители.

В помещение из боковой двери вышла Сюзанна Мэль. Ее сопровождал служитель Обители, который должен был проводить церемонию бракосочетания. Луитанец средних лет в белых штанах и длинной рубахе до колен казался слишком собранным и серьезным. Киаран познакомился с ним всего три дня назад, когда тот прибыл в резиденцию Мэль, чтобы пообщаться с женихом и невестой. За ужином этот служитель выдул полбутылки атероля и в конце вечера спросил у Аудроне, уверена ли она в своем выборе партнера «для жизни». Вопрос обескуражил Киарана, сидящего на диване в гостиной рядом с Аудроне. Невеста ответила, что сомнений на счет жениха у нее никаких нет, и ободряюще взяла Киарана за руку, как будто он нуждался в том, чтобы его поддержали, пока кое-кто проявляет откровенное хамство.

Киаран дошел до алтаря и повернулся лицом к залу. Он насчитал пятьдесят два метра, вместо пятидесяти. Сюзанна и служитель Обители присели на одну из скамеек и продолжили что-то активно обсуждать. Киаран воспользовался занятостью будущей тещи и начал обходить помещение зала по периметру. Тартас и Вильям при этом внимательно за ним наблюдали.

Киаран то и дело останавливался, прикидывая в уме план рассадки гостей и возможные позиции «неприглашенных». Он оглядывал идеально гладкие стеклянные стены и несущие колонны, просчитывая в уме, куда будет перемещаться и где прятать Аудроне в случае начала стрельбы.

Его хождения прервал недовольный голос Сюзанны:

– Капитан Рурк! Вы собираетесь говорить с Инагом, или мы будем вечность ждать, когда вы соизволите пойти к нему? У нас осталось полтора часа на все про все!

Ее тон не терпел возражений, и Киаран решил не выражать свое отношение к этому ритуалу. Он подошел к Вильяму и тихо спросил у него, в какой кабинке засела Аудроне.

Вильям спрятал улыбку и кивнул в сторону ближайшей.

Киаран открыл незапертую дверь и заглянул внутрь. Он не ошибся. Аудроне не беседовала с Инагом. Она полулежала на узкой белой скамейке и, кажется, спала.

Киаран вошел в кабинку и прикрыл дверь за собой. Наклонился к ее умиротворенному лицу и просто на него смотрел. Аудроне спустя секунд двадцать открыла глаза и тяжело вздохнула.

– Здесь занято, – произнесла шепотом.

– Я вижу, – ответил он и просто подхватил ее на руки.

Аудроне вздрогнула, но звуков не подала. Киаран сел на скамейку и усадил невесту себе на колени. Уткнулся носом в ее шею и начал медленно водить губами по коже.

– И что все это значит? – тихо спросила Аудроне.

– Лучше я десять минут с тобой помолчу, чем буду разговаривать с программой, которая формирует донесения чаще, чем штабной офицер подписывает рапорты.

Аудроне обвила руками его шею и склонилась к уху.

– А ты вообще считаешь его Богом? – прошептала она.

– Я исповедую его учение, – произнес Киаран, вдыхая аромат ее кожи и духов, – и сам определяю, во что мне верить, а во что нет.

– Красиво ушел от ответа, – заметила Аудроне и вздрогнула, когда ладонь Киарана забралась под ее кофту. – Что ты делаешь? – в ее голосе появились тревожные нотки.

– Хочу, чтобы ты кончила от моих пальцев, – другая ладонь Киарана развязывала шнурки на резинке ее спортивных штанов.

– Ты в своем уме? – в ужасе прошептала она и вцепилась в его плечи. – Это же Обитель Инага! Кабинка для общения!

– Закон запрещает устанавливать в этих кабинках камеры видеонаблюдения, – пояснил Киаран. – И я слышал, что здесь часто уединяются со своими «тайнами» принявшие целибат служители Обители.

Пальцы Киарана скользнули под резинку спортивных штанов Аудроне.

– Что это такое? – не понял он, отрываясь от изучения кожи на ее шее и с вызовом глядя в бесстыжие зеленые луитанские глаза. – Где хлопковый невзрачный беспредел? – он рванул ее штаны вниз и уставился на белый треугольник дорогих кружев.

Две веревочки от этих трусиков обхватывали изгибы Аудроне и терялись между ягодиц. Киаран нахмурился и дернул вверх ее кофту вместе с майкой. Не ошибся в предположении. Комплект полупрозрачного кружевного белья радовал глаз и стимулировал воображение.

– Это для кого ты так разоделась? – он с трудом оторвал взгляд от торчащих под тонкой тканью розовых сосков и поднял глаза на лицо Аудроне.