Текст книги ""Фантастика 2026-6". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

Соавторы: Даниэль Рэй,Полина Ром,Анна Лерн,Игорь Лахов,Даниэль Зеа Рэй,Кира Страйк,Марьяна Брай,Эва Гринерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 82 (всего у книги 361 страниц)

Он резко остановился и так же резко обернулся. Аудроне тоже остановилась и виновато взглянула на него. И от этого взгляда Киарану захотелось завыть. Уж лучше бы она выбрала тактику отрицания. Попыталась оправдаться и наврать ему. Она ведь умела искусно и изящно лгать! О, Инаг… Какой же он придурок! Десница! Он же, твою мать, Десница Инага, а она… Она очередная сучка на миссии, которой внезапно захотелось трахнуться с тем, с кем на самом деле хотелось трахаться… И Киаран уже не уверенный в себе дженериец, заставляющий Аудроне Мэль кончать несколько раз подряд, а просто хрен, которого та имеет. Так может, все еще хуже, чем он думает? Может и не кончала она с ним вовсе? Чего ж так больно внутри? Почему чувства такие же, как тогда… …когда он узнал, что Афина обслуживает одного из адмиралов… Он что, опять влюбился? Снова влюбился в шлюху? Как прозаично. Киаран даже хмыкнул, понимая, что это так. Две роковых женщины в его жизни, и обе предали. Только на одну из них ему уже было наплевать, а вторая только что метнула ловушку Асгендо в его грудь. Сердце, испаряйся уже поскорей и перестань болеть. Перестань, Сахида побери, так сильно болеть!

– Тебя ждут, – произнесла Аудроне и взглянула куда-то за спину Киарана.

Он обернулся. Чуть поодаль в толпе стояла Афина и смотрела на него.

– И мне тоже пора, – Аудроне развернулась и пошла в сторону коридора, где он ее застукал.

Афина приблизилась к Киарану и опустила ладонь ему на плечо.

– Отвали от меня, – произнес он и отбросил ее руку.

– Ты куда? – она попыталась схватить его.

– Пить! – ответил он и вырвал ладонь.

Глава 23

Аудроне вернулась в коридор рядом с туалетами, но Джефа там уже не было. Она пощелкала пальцами и пошла в уборную. Слезы лились из глаз сами собой. Но ей же не в первой проигрывать, не так ли? Аудроне закрыла глаза и позволила рыданиям рвать горло.

Разговаривать с Джефом безопаснее всего было на улице. Поэтому она прошла мимо бара и направилась к выходу.

– Постой, ты куда? – Джеф схватил ее за руку и потянул обратно.

– Ты хотел мне что-то сказать? Лучше сделать это на улице, – она небрежным жестом отбросила его руку.

– Это «Оникс», дорогая! Внутри безопаснее, чем снаружи.

– А мне плевать!

– Зато мне нет! – он снова схватил ее за руку и потащил в какой-то коридор, где были двери в туалеты.

Аудроне мысленно выругалась. Джеф остановился у стены и склонился к ее уху.

– Слушай меня внимательно, – четко произнес он. – Ты и твоя мать сейчас в разработке из-за Лала Ли. При попытке ее задержания, она приняла яд. Свидетельств в пользу твоей причастности к деятельности сети «Сестринство» нет, но ты же знаешь, то для них это ничего не значит. Твой внезапный роман с сынком Орландо Уолша воспринят крайне неоднозначно. Тебе сейчас не нужны из-за него проблемы. Я знаю, что Сюзанна Мэль отправила тебя на эту миссию. Понимаю, что ты не могла от нее отказаться. Но Аудроне, любое задание можно провалить. Так возьми и провали его! Тихо отсидись и пережди. Уляжется шумиха, тебя переведут в место получше.

– Я не могу его провалить, Джеф. Ты же понимаешь, что поставлено на кон.

– А ты понимаешь, что Сюзанна специально подставляет тебя?

– Мама, конечно, та еще сука, но я нужна ей живой, а не мертвой, – Аудроне отвернулась, глядя на проходящих мимо людей, спешащих в туалет и обратно.

– Значит, у тебя есть план, – сделал вывод Джеф.

– У меня всегда есть план, – она повернула голову и взглянула в его бесстыжие карие глаза.

Столько похоти в них она, пожалуй, не наблюдала даже тогда, когда спала с Джефом. Аудроне могла злиться на него, ненавидеть, испытывать безразличие… Но облегчение предательски скреблось внутри, и это ей не нравилось.

– Почему ты бросила меня? – Джеф понизил голос и уже шептал ей на ухо. – Почему вычеркнула из своей жизни? Настоящую причину назови, потому что в бред про «разлюбила» я никогда не верил.

– Ну и сволочь же ты… – прохрипела Аудроне, силясь не вмазать ему по лицу.

– Я сволочь? – он повысил тон. – А ты у нас что, святая?

– Ты на скользкую дорожку встал, Джеф, – Аудроне старалась сдержать гнев, но пока что у нее это плохо получалось. – Лучше заткнись и уводи отсюда свою подружку. Да поскорее, – Аудроне хотела уйти, но Джеф снова схватил ее за руку.

Кажется, сегодня он чувствует себя более комфортно, чем пять лет назад.

– Почему ты бросила меня, Аудроне? – скрипел его голос над ухом.

– Потому что я вас видела, – не секунды не сомневаясь, ответила Аудроне.

– Нас? – Джеф напрягся всем телом и сильнее сжал пальцы на ее руке.

– Я видела вас!

– Что ты видела, Аудроне?

На мгновение ей действительно показалось, что он не понимает, о чем она говорит. Слишком возмущенным было его лицо, слишком неверующим стал взгляд.

– В библиотеке. Во время приема. Я видела вас, – спокойно и внятно произнесла она.

Джеф шарахнулся. Он продолжал очень странно на нее смотреть и даже отпустил руку, на которой вполне могли появиться синяки после встречи с его пальцами.

– В какой, к Сахиде, библиотеке? – настороженно повторил Джеф. – Во время какого приема?

– Посвященного моему дню рождения! – повысила тон она.

Проходящие мимо люди стали озираться на них.

– Меня не было на приеме, Аудроне, – тихий голос Джефа стал едва различим в эхе доносившейся из динамиков музыки. – Ты бросила меня накануне вечером и выставила за порог вместе с моими вещами.

Аудроне смотрела на него, не мигая. Она все поняла. Только что она допустила ошибку, которая вполне может стоить ей жизни. Они с Джефом должны были поговорить либо в баре, либо на улице. Он бы предупредил ее об опасности и о матери, а потом попытался бы убедить, что все еще любит. Аудроне, естественно, послала бы его к Сахиде, но Джеф всегда был слишком упрям. Он бы заметил приближение Киарана, и в этот момент намеренно впился бы в ее губы. Киаран, увидев это, должен был прийти в ярость и разругаться с ней, послав к Сахиде. А потом Киаран бы напился, и шустрая Афина оказалась бы под боком. Так много «бы», что Аудроне начало подташнивать. Она так сильно сконцентрировалась на всех возможных комбинациях фраз Джефа, после которых он должен наброситься на нее со своим жалким поцелуем, что только что упустила из виду главное: приведя Аудроне в этот коридор, Джеф обрушил ее прогноз. И теперь реальность Аудроне катится по новому маршруту, а она еще не успела просчитать все варианты.

Аудроне щелкнула пальцами, но в сумеречной зоне было темно и пусто. Ни одного изображения, ни единого окна, в которое можно было бы подглядеть. Она в уникальном моменте с неизвестными последствиями в перспективе.

– Ты что, вообще перестала различать реальность и свои прогнозы? – голос Джефа вывел ее из размышлений. – Или дело не в синдроме трангрессира? – он наклонился к ее лицу, внимательно глядя в него.

Взгляд карих глаз забегал по чертам ее лица, как будто заново изучая их. Он даже отстранился и взглянул, почему-то, на длинные рукава ее платья.

– Нам лучше оставить этот разговор и разойтись, – попыталась подвести черту Аудроне.

– С тобой что-то не так, – будто и не слыша ее, произнес Джеф. – Запястья… У тебя всегда были тонкие запястья. Тонкие пальцы.

– Я немного потолстела, Джеф, если ты не заметил.

– Дело не в этом, – он словно завороженный качал головой. – Мне сказали, что ты сильно изменилась после того «инцидента». Что они с тобой сделали? – Джеф поднял глаза и снова уставился на ее лицо. – Они же что-то сделали с тобой… Я сначала подумал, что мне это кажется. Ты же терпеть не можешь коктейль «Радуга». Слишком приторный для тебя. Ты всегда держишь бокал за ножку, а не хватаешься за его стенки, потому что однажды на званом приеме Сюзанна высмеяла тебя за это. Ты редко жестикулируешь, когда разговариваешь, и все твои движения не такие дерганые и резкие, как сейчас.

По мере того, как говорил Джеф, его безумный взгляд становился все более осмысленным, а удивление на лице сменял ужас. Он схватил ее за руку и грубо потянул рукав платья вверх. Смотрел на внутреннюю поверхность ее предплечья, а потом отпустил руку и отступил на шаг.

– Кто ты такая? – наконец, произнес он, внимательно глядя на Аудроне.

– Я та, кто я есть, – силясь стоять ровно и не осесть на пол, ответила она.

– У моей Аудроне был рубец от папиного ножа на предплечье. Невозможно полностью избавиться от рубцов. А у тебя его нет.

– Мне повезло больше, чем ей, – ответила Аудроне. – Отец не успел меня порезать.

– Она жива? – с надеждой в голосе спросил Джеф. – Моя Аудроне жива?

– Я – твоя Аудроне, Джеф, – ответила она. – Твоя и не твоя одновременно. И другой здесь уже не будет.

Он судорожно вдохнул и отвернулся.

– Как это произошло?

– В ходе нашего эксперимента, – Аудроне поправила рукав платья и прижалась спиной к прохладной стене.

– Сюзанна знает? – продолжал задавать вопросы Джеф.

– Да, она в курсе.

– А твой настоящий родитель?

– Безусловно, – тяжело вздохнула Аудроне. – Знают все, кому посчитали нужным сказать. Ты в этот круг, очевидно, не вошел.

– И ты продолжаешь жить здесь вместо нее? – он приблизился к ней и наклонился к самому лицу. – Дышать, есть, пить, трахаться?

– Возьми себя в руки, если не хочешь, чтобы тебе закрыли рот навсегда, – предупредила Аудроне.

– Я ее любил… – произнес он и зажмурился. – Я действительно ее любил… А она бросила меня в один день и сделала вид, что мы незнакомы.

– Этим она спасла тебе жизнь, Джеф. Если бы Аудроне дала тебе шанс самостоятельно выбрать перекресток, то застукала бы тебя на приеме в библиотеке со своей матерью.

– Я – не Орвин! – повысил тон Джеф.

– А моя мать не обычный человек. Аудроне сделала выбор за тебя и обрубила этот путь. Полагаю, по этой причине спустя три дня тебя не повысили в звании и не перевели в другое подразделение. А четыре месяца спустя ты не погиб при битве за Аскию, потому что тебя там не было. В своей реальности я дала тебе шанс, и ты сделал выбор. А потом погиб. Внезапным разрывом отношений твоя Аудроне спасла тебе жизнь, хотя я даже не уверена, что она предвидела такой вариант исхода.

– В твоей реальности я погиб? – прошептал он.

– Да, – ответила Аудроне.

Она смотрела на слезы, застывшие в его глазах, и поджала губы.

А ведь он действительно ее любил. И только что похоронил. Аудроне знала, как это больно. Понимала, что сейчас Джеф может сорваться с цепи и попытаться ее убить. Ведь она отняла у него возлюбленную, она заставила его оказаться здесь и смотреть в лицо человеку, который как две капли воды похож на женщину, которую он любил.

– Те, кто отправили тебя сюда, знают мой секрет, – прошептала Аудроне. – Фраза «я думала ты умер» – это послание для меня. А накопитель в твоем кармане был посланием для Киарана. Можешь показать мне, что там за запись?

– Нет, – отрезал Джеф. – Я выполню миссию и не буду задавать вопросов. А тебе советую держаться от Киарана Рурка подальше. Может, ты и не веришь мне, но зла я тебе не желаю. И пришел сюда, чтобы вытащить тебя из дерьма. Вытащить свою Аудроне из дерьма, – сипло произнес он.

– Мне очень жаль, Джеф, – прошептала она и коснулась его щеки, стирая с нее медленно плывущую слезу. – Она любила тебя. Это мне точно известно.

– Если не оставишь его в покое добровольно, эфонцы тебя убьют, – прошептал Джеф. – Ты это понимаешь?

– Риск есть, – едва заметно кивнула Аудроне.

– Не верь своей матери. Никому наверху не верь. Если попадешь в беду, свяжись со мной. Ты знаешь, как это сделать. Просто оставь сообщение, и я тебе помогу.

– Зачем тебе это? – искренне удивилась Аудроне.

– Потому что где-то в другой реальности жил такой же, как я, который тоже любил свою Аудроне и сделал бы для нее все, – Джеф чуть подался вперед, сильнее прижимая ее к стене.

Аудроне уловила миг, когда он хотел ее поцеловать. Она поняла это за мгновение до того, как он едва не коснулся ее губ своими, и резко отвернулась.

К сожалению, Киаран увидел то, чего не должен был, и понял все так, как обычно это понимают мужчины, заставшие своих избранниц прижатыми к стене другими мужиками.

Дверь в уборную в очередной раз открылась и среди вошедших особ в помещении оказалась Афина Джонс. Неужели их чудесный разговор все же состоится? Аудроне не хотела выслушивать грязные обвинения в свой адрес, пикироваться и в ходе словесной потасовки узнавать прелестные подробности впечатляющей сексуальной жизни Киарана и Афины. Хватит с нее дерьма на сегодня. Пора кончать с этим.

Она развернулась, чтобы быстро уйти, но Афина схватила ее за руку. Что за день сегодня? Все хватают ее запястье и пытаются что-то сказать.

– Оставь меня в покое! – прокричала Аудроне и вырвала руку.

Остальные посетители дамской уборной уставились на них с Афиной и начали быстро перемещаться к выходу, опасаясь начала настоящей драки.

– Думаешь, сможешь сбежать с его помощью? – бросила Афина ей в спину. – Тик-так, сучка! Твое время вышло!

– А твое, значит, настало? – Аудроне обернулась к ней и презрительно хмыкнула, оглядев с головы до пят. – Даже если у тебя сегодня что-то и получится, женится он все равно на мне, – она открыла дверь и вышла.

Хотелось снять туфли и побежать. Быстро нестись, куда глаза глядят, пока не достигнет границы станции и не упрется лбом в стену, ограждающую искусственную жизнь от безжалостного Космоса. Аудроне пощелкала пальцами, пытаясь построить новый прогноз, но в сумеречной зоне снова было пусто. Уникальные перекрестки не формируются так быстро. Тот, кто это придумал, явно не был человеком. И пусть Инаг и назвал себя Великим, до Бога ему было еще очень далеко.

Аудроне мчалась по улице вперед, стуча каблучками по асверсовому покрытию пешеходной зоны. Это просто еще один день, который ей нужно пережить. Просто очередной день, который необходимо преодолеть.

* * *

Киаран почувствовал, что с ним что-то не так. Музыка и голоса вокруг стали слишком громкими и резали слух. Смех Афины над самым ухом и ее рука, которая внезапно оказалась на его бедре, раздражали. Он попытался ее убрать, но она снова легла на прежнее место. Кажется, у него стояк. А еще Киарану кажется, что голова так сильно кружится вовсе не от спиртного. Картинка теряла резкость, а при попытке сфокусироваться, начинала двоиться.

– С тобой все в порядке? – обеспокоенное лицо Око плыло перед глазами.

– Да, все хорошо, – он отвернулся и попытался встать из-за стола.

Потерял равновесие и едва не упал.

– Ой, Киаран, – Афина тут же поднялась и поддержала его за плечо, – кажется ты немного перебрал!

– Все в порядке, – заверил он и разогнулся.

Рука Афины от плеча не отлипала.

– Думаю, тебе нужно подышать свежим воздухом! Пойдем, я тебя проведу!

– Я его проведу! – предложил Шори.

– Не стоит!

Киаран поморщился. Кажется, Афина это прокричала, а не просто сказала. Что ей нужно? Что, твою мать, сейчас происходит? Где Аудроне?

Он начал искать ее взглядом в зале, но не находил. Она что, действительно ушла с этим щеголем? С этим красавчиком под номером два, который вылизывал ее мамашку? Злость навалилась на Киарана вместе с головокружением.

– Где Ау-у-удро-о-оне? – едва ворочая языком произнес он.

– Они с Джефом давно ушли! – прокричала Афина ему на ухо.

Киаран поморщился. Луитанский хорек… Если Аудроне трахнется с этим уродом, он ей этого не простит… Не простит… Захотелось закрыть глаза и найти ее. Сейчас же! Немедленно! Киаран опять чуть не упал.

– О-о-о! – Афина тащила его куда-то из зала. – Милый, ты что-то сам на себя не похож. Пойдем на улицу!

Оказавшись на улице, Киаран почувствовал облегчение. По крайней мере, его голова кружилась меньше. Афина тянула его за руку куда-то в сторону, по направлению в какую-то подворотню.

– Что ты делаешь? – пробурчал Киаран, останавливаясь и пошатываясь при этом.

– Тебе нельзя в таком виде возвращаться. Ты же на ногах не стоишь! Пойдем, здесь рядом есть отель. Приличное место. Проспишься там.

– Я никуда с тобой не пойду, – промычал он.

Афина резко приблизилась и прижала руку к его паху. Начала массировать. Совсем так же, как всегда любила делать.

– Отвали, – он начал одергивать ее руку.

– Не сопротивляйся! Я же знаю, что ты меня хочешь! Я тоже тебя хочу!

– Афина, уйди, – он все отталкивал ее руку, а она усердно возвращала ее на место.

– Зай, никто не узнает! Я буду хорошей девочкой! Скажи, ты соскучился по мне? О-о-о, ты так возбудился… – она грубо толкала его к стене здания. – Я не дотерплю до отеля. Хочу тебя здесь, – она прижала его к стене в темном переулке и опустилась на вниз, чтобы расстегнуть его штаны.

Киаран понял, что слишком возбужден. Как-то чересчур возбужден для такого невменяемого состояния. Действительно, хотелось вставить свой член хоть куда, пусть даже в ее рот. И от этого стало так отвратительно, что он готов был вывернуть содержимое желудка прямо на голову Афины.

Он грубо оттолкнул ее от себя и сделал то, что сейчас ему показалось спасением из ситуации.

Разрыв пространства никогда не давался ему тяжело. А вот уходить неизвестным маршрутом было очень рисково с его стороны. Он же ни хрена не ориентировался на местности! Вынырнет не там – и все, ему конец. Голова кружилась, ноги заплетались, а Киаран все брел в ярком свечении, не зная, где окажется, когда вернется обратно.

– Ау-у-удро-о-оне! – завопил он, закрывая глаза. – Ау-у-удро-о-оне! Если ты трахнешься с этим придурком, я тебе этого не прощу!

Он в разрыве реальности, а она там, где-то, застыла в определенном моменте времени. И даже если она застыла на члене этого ублюдка, он оборвет ей весь кайф и разорвет в клочья!

* * *

Аудроне брела по хорошо освещенной улице вдоль дороги. Народ собирался группками возле разных питейных заведений и весело проводил время. И вдруг, как будто удар по голове. Боль была такой сильной, что Аудроне схватилась за виски и закричала. Ярчайший свет ослеплял, и она зажмурилась.

– Ты где была-а-а? – услышала она гневный пьяный рев над своим ухом.

Пришлось открыть глаза и, щурясь от свечения, повернуть голову.

Киаран стоял рядом и, пошатываясь, сверлил ее слишком уж жутким взглядом.

– Ты охренел? – не то от ужаса, не то от злости, произнесла она.

– Ну, хоть оде-а-ата! Или эта скотина не ста-а-ала тебя раздева-а-ать, перед тем, как трахнуть?!

Аудроне замахнулась и отвесила Киарану пощечину. Хлопок растаял в тишине разорванного пространства. Затем ее взгляд упал на его расстегнутые штаны. И она все поняла. Поняла и толкнула его в плечи!

– Сволочь! Как же я тебя ненавижу! Иди, паркуй свой член дальше! Ночь впереди еще длинная!

– Не было у меня с ней ни-и-ичего! – орал ей в лицо Киаран. – Я успел свали-и-ить! Она мне какой-то херни-и-и подлила в стакан! Стоя-я-як болит! Твою мать! Твою-ю-ю мать!!! – он схватился за голову и начал стонать.

– Что значит «успел свалить»? – насторожилась Аудроне.

– То и зна-а-ачит! – гаркнул он. – Ты с этим хорько-о-ом ушла? – простонал он, сгибаясь.

Аудроне поняла, что эрекция Киарана действительно была очень болезненной.

– Я ушла одна, – более спокойно произнесла Аудроне. – А такая эрекция бывает от «скадолуса». Его нельзя сочетать со спиртным, иначе совсем развезет.

Свечение вокруг медленно гасло, и Аудроне понимала, что скоро ее выкинет отсюда, и он вернется туда же, откуда «свалил».

– Как ты меня «выдернул» в разрыв?

– Создал ментальный кана-а-ал и выдернул!

– Через ментальный канал? – она опешила. – На расстоянии? Даже не зная, где я нахожусь?

– Я хоро-о-оший модельер, – Киаран разогнулся.

– А как удерживаешь меня здесь, если не прикасаешься?

– Я о-о-очень хороший модельер!

– И что дальше? – Аудроне пыталась разглядеть хоть что-то вокруг себя.

– Можем выпрыгнуть, но я не уве-е-ерен, что мы не окажемся замуро-о-ованными в какую-нибудь стену.

– Мы? – возмущенно произнесла она. – Верни меня туда, откуда вытащил!

– Не верну-у-у! – крикнул он.

Аудроне поморщилась. Пьяный, шатающийся, с неконтролируемым стояком в расстегнутых штанах и, вдобавок, орущий на нее! Мужчина ее «мечты», не иначе!

– Ты его лю-ю-юбишь? – Киаран покачивался из сторон в сторону, словно маятник.

– Кого? Джефа? – она подошла ближе и схватила Киарана за плечи, пытаясь удержать его на одном месте.

– Да, этого смазливого луитанского мажо-о-орика, который аккурат зажимал тебя у сте-е-еночки.

– Нет, не люблю, Киаран. Но когда-то любила, так же, как и ты когда-то любил Афину. Поэтому я понимаю, почему твои штаны расстегнуты, а ты должен понять, почему я сразу не врезала Джефу и не оттолкнула от себя.

– Мои штаны рассте-е-егнуты, потому что эта тва-а-арь собиралась отработать в переулке! Мо-о-ожет, стоило вставить член ей в ро-о-от и не мучится, раз ты-ы-ы даже оправдания себе приду-у-умать не можешь?

– Так тебя бесит сам факт, что меня к стене прижали или то, что я не собираюсь искать себе оправданий?

– Все вме-е-есте, – прохрипел он в лицо.

– Я сказала ему то, чего не следовало говорить, Киаран. Правду. И это ранило его. А я испытала жалость. Потому что прошлое не мусор, его нельзя выбросить.

– Он мать твою выли-и-изывал, а ты его жале-е-ешь?! – возмущенно засипел Киаран.

– Ты тоже Афину вылизывал. Еще и слово ей дал, что она единственная, кого ты радовать в жизни будешь! Так что мне теперь в глаза тебе не смотреть?

– Откуда-а-а ты…

– Она сказала. Точнее, не сказала, но я знаю, что сказала бы!

– Опять трансгресси-и-ирская херня, да? – он скривился.

– Да, опять трансгрессирская херня! – громко повторила она.

– Снимай трусы-ы-ы! – он уставился на нее своими черными зрачками, окруженными медным свечением радужек и темно-синим туманом белков.

– Обалдел? – она была голова снова проехаться ему по лицу.

– Трусы снима-а-ай, сказал!

– Не нужны мне твои подачки! Слово дал – вот и держи его теперь!

– Аудро-о-оне, не доводи-и-и меня, – предупредил он и начал задирать подол ее платья.

– Да что ты творишь! – она начала извиваться.

– О! Не волну-у-уйся! В разры-ы-ыве я еще минут пять тебя пому-у-учаю! Успеешь и ко-о-ончить, и выматери-и-иться!

Его пальцы добрались до ее трусиков и рванули их вниз.

– Опять эти хло-о-опковые шорты! Могла бы под такое пла-а-атье и из набора пороско-о-ошнее что надеть!

– Извини, не знала, что ты полезешь под подол! Так бы лучше подготовилась!

– По соблазнению вам «не-е-еуд» Мэль! – он опустился на колени. – Будете пересдавать заче-е-ет!

Он стал гладить резинки ее чулков и прижался губами к внутренней поверхности бедра.

Аудроне больше не извивалась. Закрыла глаза и почувствовала, как он ведет губы все выше и выше, скользя по коже языком.

– Ты пьян. И потом пожалеешь, – она медленно выдохнула.

– Угу, – пробормотал он у нее под платьем и коснулся ее пальцами между ног.

Прижался носом к ее лобку и громко вдохнул.

– Мамочки… – прошептала Аудроне.

Он скользнул языком ниже, и Аудроне попыталась свести ноги.

– Не сопротивля-я-яйся, – он заставил ее согнуть колено и опереться на его плечо.

Их импровизированная «горка», основание которой продолжало пошатываться, в любой момент могла рухнуть. Аудроне согнулась и вцепилась в плечи Киарана, чтобы не упасть, а тот, получив полный доступ к ее прелестям, воспользовался своим преимуществом.

Язык заскользил, как лезвия коньков по гладкому льду. Губы прижались нежно, как будто обхватили коктейльную трубочку. Только клитор – не трубочка, а удовольствие от его ласк пьянило похлеще любого коктейля.

Аудроне едва слышно застонала, а Киаран с силой впился в нее. Ох был громким. А «ах» вылетел из горла вместе с его именем на дженерийский манер. Киарану это, очевидно, крайне понравилось, потому что звуки своего имени он стал вытягивать из нее чередованием маневров и фокусов. То давал ей передышку, мерно скользя языком, то поднажимал, будто пытаясь проглотить ее одними губами. Аудроне вздрагивала и сильнее сминала майку на его плечах.

Свечение вокруг медленно гасло, погружая ее в темноту и бездну собственных тайных желаний. Там, в той бездне, были надежно спрятаны все ее комплексы, ее переживания из-за армирования и лишнего веса, ее страхи быть обличенной в ужасных поступках, ее чувство обреченности на несчастливый финал. Так много всего запрятала Аудроне в эту тьму без стен и дна! И сейчас она там, ловит удовольствие от его губ и бесстыже стонет всем своим секретам в лицо, не боясь, что они могут уничтожить весь ее хрупкий счастливый мирок, который она построила вокруг себя.

Аудроне зажмурилась, чувствуя, как волна сокращений охватывает плоть под его губами, и хрипло протянула:

– Киар-р-ран…

Свет вокруг практически погас. Сейчас их выбросит неизвестно куда и совершенно не факт, что они не погибнут при этом! Как же опрометчиво он поступил! Но Аудроне все равно была счастлива. Даже если случится нечто плохое, он была благодарна Киарану за то, что он позволил ей только что испытать.

Вспышка света. Они оказались в каком-то безлюдном и плохо освещенном переулке.

– Киаран! – раздалось откуда-то из-а угла. – Зая, ну куда ты исчез? Не уходи! Зая!

Киаран застыл. Кажется, он вообще перестал дышать. Аудроне заморгала.

– «Зая»? – тихо произнесла она.

– Молчи-и-и, – посоветовал он, прижимаясь губами к ее бедру.

– Кажется, она сюда идет, – прошептала Аудроне.

– Ти-и-ихо.

– Зая, это не смешно! Ты же не знаешь маршрута и рискуешь не туда забрести. Разве можно так рис… – Афина вышла из-за угла и остановилась, – …ковать.

Ее лицо перекосило и прекрасные черты исказил ужас. Аудроне ей широко улыбнулась, продолжая стоять в неприличной позе с головой Киарана между ног, едва ли прикрытой тканью ее измятого платья. Аудроне вскинула подбородок, как победитель, и показала стерве неприличный луитанский жест, посылая ее куда подальше.

– Какого… – кажется, Афина все еще не понимала, что именно видит.

– Афина, тебе лучше уйти-и-и, – громко произнес Киаран и выглянул из-под платья Аудроне.

– Кобель! Ты же дал мне слово! – заверещала она на всю улицу.

Аудроне даже пожалела, что вряд ли кто-нибудь из сторонних свидетелей услышит эти жалкие вопли.

– Я его не сдержа-а-ал! – она пожал плечами. – Как и ты не сдержала ни о-о-одного из своих обеща-а-аний. Так что теперь мы квиты, дорога-а-ая!

– Идиот! – воскликнула она. – Ты даже не знаешь, с кем трахаешься на самом деле!

– С той, кого не име-е-ет весь флот, – ответил Киаран и встал, опуская подол платья Аудроне. – Уходи, Афина! Ты смуща-а-аешь мою невесту!

Он прижался лбом ко лбу Аудроне, часто дыша.

– За ментальные контакты положена высшая мера, – прокаркала стерва на заднем фоне. – А глазки у вас двоих так и светятся!

Аудроне закрыла глаза.

– Нам еще до-о-олго ждать, пока ты сва-а-алишь отсюда?! – прокричал Киаран.

Послышались шаги. Кажется, Афина ушла. Аудроне открыла глаза и прикоснулась к щекам Киарана.

– Мои глаза светятся? – спросила она.

– Нет, – он немного пошатнулся. – Это брава-а-ада. Последний вопль проигра-а-авшей.

– Спасибо, – Аудроне чуть наклонилась и поцеловала его в губы.

– Тебе понра-а-авилось?

– Да. Очень.

Аудроне опустила руку и коснулась паха Киарана. «Напряжен» – не тот слово! Заклепки в обшивку корабля заколачивать можно!

– «Зая»?! – с вызовом произнесла она.

– Не называ-а-ай меня так! – жалобно простонал Киаран.

– До твоей каюты я точно не дотерплю.

Киаран вопросительно приподнял пьяную бровь. Наверное, пытался понять, издевается она или вполне серьезно говорит. Аудроне тем временем сунула руку в его расстегнутые другой женщиной штаны.

– Неважно, кто расстегнет! – произнесла она. – Важно, кто получит желаемое.

– Ты совсем бессты-ы-ыжая, – он провел носом вдоль ее шеи и начал целовать нежную кожу за ушком.

– А ты под препаратом, – парировала она.

– Но тебе же это нра-а-авится…

– Иначе меня бы здесь не было, – согласилась она.

Он нашел ее губы и стал целовать. А потом подхватил за бедра и неуверенным шагом поднес к стене одного из зданий. Обрушение прогноза. Впервые за долгие годы она была очень рада тому, что ее предсказания не сбылись. Аудроне задыхалась от его ласк. Его ладони бродили по ее спине, спускались за ягодицы, сжимали их и снова возвращались на спину. Он бесстыже терся о нее и прижимал к себе. Язык Киарана все настойчивей проникал в ее рот, а руки начали задирать и без того измятый подол ее платья.

Пальцы оказались между ее ног, и Аудроне вздрогнула, ощущая, как они без стеснения сразу проникают в нее. Киаран застонал, быстро отнял руку и снова подхватил ее за бедра, как будто она была легкой пушинкой. Аудроне обвила ногами его талию и почувствовала, как он медленно заполняет ее тело. Стон непроизвольно вырвался из горла и угодил Киарану прямо в губы. Она сильнее вцепилась в его плечи, а он начал двигаться.

Аудроне никогда не думала, что сможет оказаться у него на руках. Не видела такого в других реальностях. Он снова изменил путь, создав на перекрестке совершенно новое направление. Аудроне начала подпрыгивать на Киаране, и бесстыже громко стонать. Он в долгу не остался, как будто ее возгласы и вдохи только усиливали его удовольствие. Стало наплевать, что сейчас их могут застукать или снять на видео. Аудроне задрожала. Еще несколько толчков, и она с головой нырнет в оргазм, который уже лижет пятки и заставляет пальцы в дорогих туфлях поджиматься.

Она распахнула веки и увидела, как Киаран внимательно на нее смотрит. Как напряженно следит своими ярко-синими глазами за сменой выражений на ее лице. Словно искуситель, поймавший неопытную жертву в капкан своих чар. Что он успел рассмотреть? Ее уязвимость? Ее зависимость от него? Трансгрессиры склонны влюбляться в свои прогнозы. И застревать в отношениях с людьми, которых на самом деле не знают. Ведь копии в других реальностях – это все же другие люди, со своей историей выбора и принятия решений, таких разных, приводящих к формированию все новых и новых версий себя же. Влюбиться в человека, за копиями которого она старательно подглядывала? Неумно с ее стороны, конечно. Но, что поделать? Он уже проложил маршрут к ее сердцу, протоптал себе дорожку своими импульсивными поступками, граничащими с безумием. В один момент последователен и холоден с ней, а в другой – прикасается к ее заду в своей каюте и выдергивает из реальности прямо посреди улицы. И несмотря на свою болезненную эрекцию, несмотря на обещание, которое дал другой, все равно подарил удовольствие только ей, как будто доказывал, что лучшего мужчины в ее жизни до него не было и больше уже никогда не будет.

– Киар-р-ран, – успела простонать она перед тем, как пожар оргазма охватил ее тело и заставил ритмично сокращаться внутренние мышцы.

– Моя Бу-у-уря, – услышала она в ответ и почувствовала, как Киаран кончает вместе с ней.

Бездна заглянула в глаза Аудроне и в очередной раз подмигнула ей, давая понять, что сохранит еще один ее секрет: он действительно тот самый, самый лучший в ее жизни мужчина.