Текст книги ""Фантастика 2026-6". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

Соавторы: Даниэль Рэй,Полина Ром,Анна Лерн,Игорь Лахов,Даниэль Зеа Рэй,Кира Страйк,Марьяна Брай,Эва Гринерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 95 (всего у книги 361 страниц)

– К Вильяму не пускают, – ответил Киаран.

– Завтра его должны достать из бассейна, – напомнила Жасмин. – Возможно, тогда и пропустят кого-нибудь с ним повидаться?

– Будет логично, если его навестит капитан Рурк, – заметил Тартас.

– Я могу уступить пальму первенства тебе, – Киаран спрятал улыбку за кружкой с кофе.

– Не стоит, – обронил Тартас.

Киаран и остальные переглянулись. И вместо того, чтобы вопросительно смотреть на Тартаса, уставились на Аудроне, как будто точно знали: она в курсе, что именно происходит.

– Думаю, будет лучше, если завтра Вильяма в медблоке навестите вы, капитан Рурк, – ответила она.

Повисла тишина. Настолько напряженная и давящая на совесть Тартаса, что он даже не стал доедать. Поднялся, убрал за собой посуду и покинул столовую, не прощаясь.

Этим и плохи интрижки между членами команды. Когда отношения заканчиваются, это вызывает смятение у всех остальных. «Расставание» превращается в еще одного офицера, который ходит по пятам за бывшими и делает воздух в помещениях спертым, а атмосферу гнетущей. Чтобы удалить такого спутника, требуется время, которое на войне либо проносится слишком быстро, либо тянется чересчур медленно.

Тартас хотел, чтобы из команды удалили его. К сожалению, невыполнимое желание. Хотя, через три дня они прибудут на Луиту и получат вожделенные увольнительные, случайных встреч Тартасу с Вильямом не избежать. Репетиция свадьбы, предсвадебный ужин и сама «бойня» сведут их вместе. А дальше… У Тартаса не будет никакого дальше. Будет ли оно у Вильяма? Возможно, если Аудроне сдержит слово и спасет его.

* * *

– И-и-и-? – Око повернулась к Аудроне, явно пытаясь выудить объяснения поведению Тартаса.

– По-моему, и без подсказок все ясно, – ответила Аудроне.

– Они расстались? – тихо произнесла Жасмин.

– Это не наше дело, – Киаран встал и забрал грязную посуду, свою и Аудроне. – И лезть мы в него не будем.

– Но… – хотела вставить Жасмин.

– Не будем в него лезть, – вкрадчиво повторил Киаран, пресекая любые попытки развить тему.

Аудроне лениво облокотилась о стол и закрыла глаза. Голова кружилась, но она не собиралась никому об этом рассказывать. Особенно Киарану, который и без того проявлял к ней слишком много знаков внимания. И кофе подал, и протеин принес, теперь вот грязную посуду за нее убрал. Еще немного, и на руках носить начнет, а это точно не добавит ему престижа в глазах подчиненных. Каждый и без того понимал, кого первым капитан вынесет с поля боя. Напоминать об этом команде изо дня в день не стоило.

– Аудроне?

Она встрепенулась и открыла глаза. Лицо Киарана плыло перед глазами, а спать хотелось очень сильно.

– Да, уже иду.

Она встала и пошатнулась. Киаран подхватил под локоток.

– Что с тобой? – кажется, он не на шутку встревожился.

– Устала. Если нам не поручат никаких заданий, я прилягу и хорошенько высплюсь.

– Ты же двое суток спала, – услышала она голос Око за спиной.

– Может, в медблок вернешься? – проигнорировал реплику Киаран. – Пусть врач еще раз тебя осмотрит.

– Нет. Я возвращаюсь в каюту, – она поморгала, фокусируясь, и зашагала к двери.

* * *

Аудроне отключилась, как только ее голова коснулась подушки. Киаран разбудил ее перед ужином, но она отказалась идти есть. Повернулась на другой бок и снова провалилась в сон.

Киарану все это не понравилось. Он связался с медблоком по внутренней связи и попросил кого-нибудь из врачей осмотреть Аудроне в каюте.

Доктор Брос, с которым он имел честь общаться поутру, явился через рекордные пять минут. Киаран присел на кровать и мягко коснулся плеча Аудроне, чтобы ее разбудить, но она даже не шелохнулась.

– Милая, здесь врач, – тихо произнес Киаран, склоняясь над ее ухом. – Я попросил тебя осмотреть.

Никакой реакции.

Киаран аккуратно потряс Аудроне за плечо. Ничего.

– Отойдите, – приказал врач и сам склонился над спящим телом.

Ущипнул Аудроне за ухо и громко позвал по имени. Она не ответила.

* * *

Туман в голове Киарана только сгущался. Он нес спящую Аудроне на руках в медблок, пока врач на ходу отдавал приказы по внутренней связи. Киаран не раз видел, как люди отключались и больше не приходили в себя. Но никогда это «отключение» не было таким растянутым и похожим на затянувшийся сон.

В медблоке Аудроне уложили в капсулу для сканирования и попросили Киарана немедленно покинуть помещение. Он отступил на несколько шагов назад, чтобы не мешать врачам, и ответил:

– Нет.

– Капитан Рурк, вы забываетесь! – злился доктор Брос.

– Ты же сказал, что все будет в порядке? – в помещение влетела Сюзанна Мэль и сразу же накинулась с обвинениями на врача. – Сахида тебя побери, Брос! Сделай что-нибудь!

– Я этим занимаюсь, мэм, – врач тут же засуетился и начал громче отдавать указания подчиненным.

Сюзанна подошла к Киарану и встала рядом с ним, внимательно наблюдая за происходящим.

– Не время умирать, девочка, – прошептала она, словно молитву. – Еще много дел впереди.

– Может, стоит позвать Тартаса? – тихо произнес Киаран, глядя, как запускается сканирование Аудроне.

– Брос позовет его, если посчитает, что сам не справится, – ответила Сюзанна. – А вам, капитан Рурк, лучше уйти. О состоянии Аудроне вам потом сообщат.

– Я бы предпочел остаться здесь, мэм, – Киаран еле сдерживался, чтобы не повышать тон.

– А мне наплевать на ваши предпочтения! – огрызнулась Сюзанна и повернула к нему голову. – Вон. Отсюда, – отдельными словами произнесла она.

– Это приказ, мэм? – сохраняя невозмутимость, спросил Киаран.

Сюзанна нахмурилась и свела брови над переносицей так сильно, что на ее гладком лице появилась единственная морщина. Адмирал подняла руку и щелкнула пальцами, подзывая к себе одного из офицеров, которые ее сопровождали.

– Да, мэм, – произнес тот, подойдя поближе.

– Наденьте на него ошейник и заприте, – отдала приказ адмирал.

– Есть, мэм. Пойдемте, капитан Рурк, – офицер указал на выход.

Киаран посмотрел сверху вниз на суку, в которой, похоже, не осталось ничего человеческого, и молча проследовал за офицером.

Глава 10

– Кто-нибудь знает, где Аудроне и Киаран? – спросил Тартас за завтраком, отодвигая от себя грязную тарелку. – Проспали, что ли?

– Их на ужине не было, – подсказала Око, ковыряясь вилкой в протеине.

– Как и тебя, – добавила Жасмин, отпивая кофе.

Тартас посмотрел на всех остальных, сверлящих его злыми взглядами, и коснулся заушника, чтобы вызвать по внутренней связи Киарана.

Его абонент не ответил.

– Странно, – задумался Тартас. – Ладно, пешком до каюты Аудроне прогуляюсь.

– Уверен, что капитан в ее каюте? – спросил Дон.

– Ему на капитана наплевать, – хмыкнул Шори. – Там Киаран или нет, только безопасность Аудроне волнует нашего равнерийца.

Тартас на этот выпад никак не ответил. Молча допил паршивый кофе, убрал посуду и отправился на экскурсию по «Анвайзеру».

Его остановили в коридоре на полпути к каюте Аудроне.

– Что вы здесь делаете? – спросил офицер с погонами капитана первого ранга.

– Следую к каюте Аудроне Мэль, – ответил Тартас, отдав честь старшему по званию.

– Возвращайтесь к себе, капитан-лейтенант, – офицер указал рукой за спину Тартаса. – Ваша каюта в той стороне.

– Могу я узнать причину, по которой мне нельзя увидеться с Аудроне Мэль? – вежливо спросил Тартас.

– Не можете.

– А Капитана Рурка я могу навестить? – продолжал прощупывать почву Тартас.

– Нет, – ответил офицер.

Тартас снова отдал честь и послушно побрел назад.

«Анвайзер» адмирала Мэль – это настоящая тюрьма, в которую все они угодили. Тартас и Аудроне не единожды бывали здесь и успели привыкнуть к местным порядкам, а точнее, к тому, что любую просьбу здесь стоит воспринимать, как прямой приказ, и выполнять неукоснительно.

* * *

Вильям после того, как его достали из бассейна, сразу же попросился покинуть медблок под личную ответственность. К сожалению, такая ответственность для его лечащего врача оказалась пустым звуком. Вильяма вежливо попросили вернуться в постель и до особого распоряжения ее не покидать.

– Это похоже на какое-то «заключение», – Вильям показал пальцами кавычки.

– Желаете ослушаться приказа адмирала Мэль? – спросил его лечащий врач.

– Никак нет, – покачал головой Вильям. – Подскажите, кто-нибудь из моей команды приходил повидать меня?

– Капитан Рурк, но его не пустили.

– А офицер Тартас Онью? Он не заглядывал?

– Нет, – бросил на прощание врач и удалился.

Вильяма эта новость обескуражила. Пока он еще находился в бассейне, врач четко ему сказал, что все члены команды Киарана живы и находятся на корабле. Вильям отдельно спросил про Тартаса, указав на свое лицо и намекая на надписи на нем. Врач прекрасно понял, кого он имел в виду, и ответил, что капитан-лейтенанту Тартасу Онье обработали рану на плече и отпустили из медблока. Вильям готов был расплакаться от облегчения, услышав это. На секунду он даже засомневался, что происходящее реально, и ущипнул себя за бедро, чтобы проверить, не спит ли. К счастью, он не спал. Но если Тартас действительно жив, тогда почему до сих пор не заглянул к Вильяму?

К вечеру (хотя, какой может быть вечер в Космосе) Вильям уже крутился на кровати, как луитанский уж на сковородке. У него возникло четкое ощущение, что про него забыли. Как будто Вильям умер и на судьбу его бездыханного тела всем стало наплевать.

Когда дверь открылась и в палату вошла Жасмин, Вильям оживился.

– Неплохо выглядишь! – заулыбалась она неискренне, даже вымученно.

– Обещали завтра выписать, – он похлопал по кровати, приглашая Жасмин присесть.

Она тут же обняла Вильяма и заняла предложенное место.

– Я рада, что с тобой все в порядке. Ты всю дорогу до этого «Анвайзера» без сознания был, и нам пришлось изрядно попотеть, чтобы тебя сюда доставить.

– Где Тартас? – задал прямой вопрос Вильям. – С ним все в порядке? Как он выжил?

Жасмин тут же смутилась, и Вильяма это напрягло.

– Не знаю, как, но он не только выжил, но и встретил нас на этом корабле, – ответила она. – Однако сейчас он начал вести себя несколько странно.

– В чем странность? – насторожился Вильям.

– Сам завтра увидишь.

– Говори, как есть, пока я не ушел отсюда в самоволку разбираться, что с ним не так.

– Не хочу я в ваши отношения лезть, Вильям. Завтра поговоришь с ним и сам все поймешь, – настаивала Жасмин.

– Он с кем-то закрутил на этом корабле, пока я здесь прозябаю? – усмехнулся Вильям.

– Я не знаю, – ответила Жасмин и погладила его по волосам. – Но не удивлюсь, если так и есть, – тихо добавила она.

Вильям похолодел. Он ведь выпалил это предположение в шутку, чтобы обстановку разрядить, а вышло, что угодил в точку. Стало больно, как будто его предали и не удосужились при этом официально разорвать отношения. Вильям мог предположить подобное, потому что в прошлом неоднократно сам поступал так же с другими. Но все равно ему не верилось в этот бред. Ведь Тартас – не Вильям. Он не склонен прыгать по чужим койкам, нигде особо не задерживаясь. Да и вообще: с Тартасом у них не простой перепихон. Это отношения. Настоящие. Искренние. Или Вильям сам придумал себе эту искренность?

– Если он мне изменяет, я ему яйца вырву, – прошептал он и отвернулся.

– Мне очень жаль, Вильям, – «подбодрила» Жасмин.

– Он мне изменяет?! – выпалил Вильям, резко повернув голову.

– Нет же! Я не знаю! – тут же исправилась она. – Но ведет он себя странно.

– Наверняка на этом корабле ему кто-нибудь очередные сплетни про меня поведал, и Тартас в это дерьмо поверил!

– Ты ищешь оправдания его поведению, – справедливо заметила Жасмин. – Это неправильно. Тартас должен оправдываться перед тобой, а не наоборот. Но если честно, это не все новости, – Жасмин понизила тон.

– Выкладывай, – Вильям приготовился слушать.

– Тебя Киаран или Аудроне не навещали? – шепотом произнесла она.

– Нет, – насторожился Вильям. – А что случилось?

– Аудроне выписали отсюда еще вчера, – начала объяснять Жасмин. – Мы видели ее и Киарана в столовой в обед. Но со вчерашнего вечера ни Киаран, ни она не появляются.

– Так навестите их сами, – пожал плечами Вильям. – В чем проблема?

– Нам не разрешают гулять по кораблю, – Жасмин покосилась на камеру видеонаблюдения под потолком. – Офицеры сразу же загоняют нас в каюты, где мы считаем часы до момента встречи в столовой. Дон и Шори пытались пробраться в хвост корабля. Там поселили Киарана. Но их остановили по пути туда и попросили уйти.

– Звучит все это странно, конечно, – подытожил Вильям. – А что по этому поводу говорит Тартас?

– Он молчит! – едва ли не воскликнула Жасмин, но тут же прикусила язык. – Как будто знает, что происходит, но держит язык за зубами, – она понизила тон. – И еще кое-что…

– Что?

– Аудроне два дня пробыла в регенерационном бассейне. И ее вчера достали. Но она о-очень сильно похудела. Килограммов на десять точно!

Вильям поморщился.

– За два дня? В регенерационном бассейне? Что за бред?!

– И я о том же! – Жасмин вцепилась в руку Вильяма. – Это же ненормально! А Киаран и Тартас сделали вид, что ничего особенного не произошло.

– Значит, так было нужно, – Вильям погладил Жасмин по руке. – Не переживай, скоро мы прибудем на Луиту и выясним, куда запропастились Аудроне с Киараном. Но если честно, я думаю, они уединились в каюте, подальше от всех. А еду им приносят «в номер».

– И поэтому абонент Киарана по внутренней связи на звонки не отвечает? – Жасмин смотрела на Вильяма с осознанием того, что тот несет бред. – Меня не нужно успокаивать, дорогой, – она заботливо погладила его по плечу, – а тебе не стоит строить иллюзий. Все плохо. И раньше был не сахар, но с появлением Аудроне и ее дружка в нашей команде неприятных сюрпризов стало гораздо больше.

Жасмин встала и подошла к двери.

– Ладно, Вильям. Утомила я тебя своими разговорами, а тебе необходимо отдыхать и восстанавливаться.

– Рад был тебя увидеть, – Вильям искренне и тепло ей улыбнулся.

Жасмин тяжело вздохнула и ушла.

Вильям несколько минут лежал в кровати и обдумывал услышанное. Затем он встал. Двери в медблоке можно было заблокировать в любом положении, и Вильям собирался оставить свою немного приоткрытой, чтобы слышать, о чем разговаривают между собой местные сотрудники.

Он подошел к консоли управления дверным замком и открыл настройки управления блокировками. Оставил свободными три сантиметра до полного закрытия и вернулся в кровать. Эти три сантиметра невооруженным взглядом не заметишь, особенно издалека. А звуки из соседнего помещения, где установлены многочисленные медицинские приборы и рабочие стационарные компьютеры, Вильям услышит. Зря никто не додумался запаролить настройки на дверях в медблоке этого корабля. Наверное, если Вильям попадется на своем трюке, они однозначно это сделают.

За целый день Вильям ничего особенного не услышал. Зато узнал, что у его врача есть невеста, которая ждет того на Луите. А еще есть любовница, которая не знает о невесте и тоже ждет на Луите. Врач сначала навестит любовницу, а потом сошлется на срочный вызов и поедет к невесте. И таким образом он рассчитывает переспать с обеими за одни сутки. Вильям от омерзения даже скривился. Все-таки подобная надменность говорила о том, что у этого человека с принципами дела обстоят очень плохо.

Наслушавшись пошлых шуточек на тему взаимоотношений, Вильям был рад тому, что врачи, наконец-то, разошлись. Повисла тишина. Все предрасполагало ко сну, кроме гнетущего душевного состояния. Его мысли постоянно возвращались к Тартасу и словам Жасмин. Радость от осознания, что любимый человек жив, сменилась опасением за будущее. Если Тартас начал себя так странно вести, на то должны быть причины. И Вильям очень надеялся, что они не окажутся слишком вескими для разрыва отношений.

Как провалился в сон, он не помнил. Но проснулся от громких криков, которые раздавались за дверями. Вильям тихо встал и подошел поближе, пытаясь подсмотреть в щелочку и понять, что там творится.

«Ввели миорелаксанты, – долетали до него обрывки фраз. – Судороги прекратились. – Температура растет. – Уже отправили за ним? – Только не на моей смене!»

Спустя минуту Вильям увидел Тартаса. Он пробежал мимо его палаты и зашел в другое помещение. «Реанимационный зал», – подумал Вильям, вспоминая план-схему медблока на «Анвайзере».

– Что значит у него нет амортира?! – закричал кто-то. – Где я его ему достану?!

– У Льюиса на складе! Разбуди его! – заголосил другой.

Судя по беготне, амортир Тартасу нашли и принесли. Повисла тишина, которая прерывалась, когда в помещение кто-то входил и выходил. Вильям узнал звуки. Ту же «песню» Тартас исполнял, когда у Аудроне поднялась температура.

Вильям понял, что плохо стало, скорее всего, именно ей. И это еще больше встревожило его. Он присел на пол у почти закрытой двери и продолжил слушать. Долго сидел. Спина успела затечь. Наконец, снова беготня. Вильям опять начал подглядывать. Кого-то на пневмощите перевезли в другую палату. Лица пациента он не увидел, но запомнил ноги. Женские ноги, слишком худые с грубыми «узлами» голеностопных суставов. А потом Вильям увидел Тартаса. Он вышел из реанимационного зала, остановился и повернулся лицом к Вильяму. Смотрел и не двигался. Вильям не выдержал и хлопнул ладонью по датчику открытия двери.

Так и замерли. Тартас стоял напротив Вильяма и просто продолжал смотреть, а Вильям сжал губы, испытывая при этом бешеную злость.

– Закрой дверь и вернись в постель, – наконец, произнес Тартас. – И помалкивай о том, что увидел.

– А зайти ты не хочешь? – силясь не сорваться и не нагрубить, спросил Вильям.

Тартас подошел к двери и остановился всего в шаге от Вильяма. Его взгляд был жестким, а на щеках играли желваки, как будто он тоже пытался не наговорить лишнего.

– Нет, не хочу, – наконец, произнес он и хлопнул по датчику закрытия ладонью.

Между Вильям и Тартасом осталась одинокая щель в три сантиметра, через которую они продолжали смотреть друг на друга.

– Между нами все кончено, Вильям, – тихо, но четко проговорил Тартас. – И впредь держись от меня подальше.

– Ты охренел? – воскликнул пораженный Вильям.

Тартас подошел к консоли управления дверью с другой стороны и снял блокировку на закрытие. Три сантиметра щели исчезли. Вильям, переполняемый злостью, снова хлопнул по датчику открытия, но дверь не сдвинулась с места. Еще раз ударил. Ничего. Подошел к консоли, чтобы разобраться, в чем дело, и понял, что Тартас заблокировал дверь. Вильям хотел войти в настройки и снять ограничения, но «любимый» отключил доступ к системе из палаты. Он его запер! Как пленника! Как психически больного!

– Открой!!! – прокричал Вильям и со всей силы ударил ногой по проклятой двери. – Хочешь послать меня на хер, имей смелость объясниться нормально, а не бубнить себе под нос! Или на это кишка тонка?! Боишься не устоять и опять в койку мою залечь?! Не выйдет, слышишь?! И секса у тебя такого больше в жизни не будет! Понял?! Пресный трах – это все, что тебя ждет после меня!

Вильям в последний раз ударил ногой по двери и прижался к ней лбом. Слезы текли из глаз и падали на пол. Его бросили. Да еще как бросили! Без объяснений. Без сожалений. И без слов о том, что кому-то очень жаль. Точно так же в прошлой жизни бросал он сам. И теперь, похоже, его накрыло то самое возмездие, о котором так любило распинаться оцифрованное сознание Инага в любой из своих обителей.

* * *

Вильям не знал, что Тартас стоит с другой стороны двери, точно так же прижимаясь к ней лбом и жмурясь, чтобы подавить непрошеные слезы. Он никогда не позволял себе так грубо с кем-то расставаться. Внутри болело и жгло, и очень хотелось открыть дверь и броситься к Вильяму, умоляя его простить его и принять обратно. И плевать на последствия. Плевать на все, ведь вокруг царит хаос, и разобраться в нем Тартасу уже не под силу.

Только что он спас Аудроне, но сам не понимал, почему ее состояние так резко и внезапно ухудшилось. А еще он понятия не имел, куда запропастился Киаран. Адмирал Мэль не удосужилась поставить Тартаса в известность о происходящем, следовательно, она перестала ему доверять. Доживет ли он до свадьбы Аудроне и Киарана? Большой вопрос. Возможно, он и до Луиты живым не долетит.

«Я люблю тебя, Вильям», – мысленно произнес Тартас и выпрямился. Поморгал, чтобы осушить слезы, развернулся и ушел.

* * *

Аудроне пришла в себя и закашлялась. Горло саднило, а грудь болела.

– С возвращением, – поприветствовал ее доктор Брос, стоящий рядом с кроватью.

– Что случилось? – Аудроне начала оглядываться по сторонам.

– Вы едва не попрощались с нами, – констатировал врач. – Но сейчас ваши дела обстоят намного лучше.

Аудроне начала вспоминать, в какой момент потеряла цепь событий. Она задремала в каюте. И Киаран звал ее на ужин. Пожалуй, на этом все.

– Где капитан Рурк? – спросила Аудроне, пытаясь присесть в кровати.

– Без понятия, – ответил доктор Брос. – Я сообщу адмиралу, что вы пришли в себя.

Аудроне поняла, что Брос без разрешения матери ни слова ей не скажет. Стало тревожно за Киарана. Она щелкнула пальцами и нахмурилась. Варианты возможных событий плыли перед глазами, и сконцентрироваться на них стало очень тяжело. С каких пор ее дар начал слабеть? И почему она не в состоянии сделать ни одного расчета? Как будто это слишком тяжело, напряженно, а мысли рассеяны и собрать их в кучу никак не получается.

– Что со мной? – Аудроне повернула голову к врачу. – Почему я здесь?

– Вы пережили разгерметизацию в условиях полета в гиперпространстве. Знаете, скольких людей я лечил после такого воздействия?

– Скольких? – нахмурилась Аудроне.

– Ни одного, – ответил врач, пристально глядя на Аудроне. – Обычно все умирают на месте. А вам повезло остаться в живых.

Аудроне тяжело вздохнула. Кажется, она кое-что поняла.

– Хотите сказать, что я выжила только потому, что мой организм немного отличается от других?

– Я не знаю, Аудроне, почему вы выжили, когда ваше тело должно было пережить глубокие структурные повреждения на уровне клеток, – признался Брос. – Я списываю это на результат воздействия сингулярности и событий, которые последовали за этим.

– Парадокс спас мне жизнь? – Аудроне едва не рассмеялась.

– Парадокс, что вы опять выжили, – Брос задумчиво потер подбородок.

– Подведем итог, – предложила Аудроне. – Вы не знаете, почему я до сих пор жива и что творится с моим телом. И еще одна плохая новость для меня – это отсутствие прогноза для моего состояния. Я права? – она криво улыбнулась.

– Именно это я и озвучил вашей матери, – Брос отвернулся.

Аудроне поджала губы, предчувствуя, что о самом главном доктор пока молчит.

– Сколько осталось? – внезапно вырвалось из нее.

Она посмотрела на врача с абсолютным понимаем того, что сейчас он ей солжет.

– Я думал, вы подскажете, сколько осталось мне? – Брос попытался пошутить, и даже усмехнулся, чтобы показать веселость, но Аудроне фальшь почувствовала буквально кожей.

– Я до свадьбы доживу? – конкретизировала она вопрос. – Правду говорите. Вы же в курсе, что я не из слабонервных. Истерик закатывать не буду. Обещаю.

– У меня нет ответа, – покачал головой Брос. – Сегодня ночью я позвал на помощь Тартаса Онью. Вы осведомлены о моем отношении к шаманам и их способностям. К таким методам помощи пациентам я прибегаю только в тех случаях, когда не вижу перспективы помочь традиционными способами. Офицер Онью сотворил чудо. Ваши показатели стабилизировались. Но они ненормальные. И сколько у вас есть времени до развития очередного приступа вашей неизвестной болезни, я не знаю.

– А с такими результатами анализов вообще живут? – решила уточнить Аудроне.

– Да, – кивнул Брос.

– Но недолго, – закончила его мысль Аудроне.

Врач промолчал.

– Ладно, доктор Брос. Давайте заключим с вами небольшое соглашение. Вы, безусловно, сообщите эти неутешительные новости моей матери.

– Уже, – перебил он.

– Но ничего не скажете капитану Рурку, – добавила Аудроне.

– И не собирался, – Брос сложил руки на груди.

– Вы такой милый, когда изображаете участие, – Аудроне подмигнула ему.

– Не благодарите, – ответил Брос и тяжело вздохнул.

* * *

– Капитан Рурк? – адмирал Мэль вошла в каюту Киарана, где его удерживали взаперти. – У меня для вас прекрасные новости! Аудроне пришла в себя и ждет вашего визита.

Киаран встал с кровати, на которой сидел, и обхватил пальцами кольцо ошейника.

– Мне в таком виде к ней идти?

– Нет, что вы, – махнула рукой Сюзанна. – Это уродство с вас снимут. И надеюсь, досадный инцидент с вашим неподчинением моему прямому приказу останется между нами. Как и тот факт, что Аудроне почувствовала себя плохо.

– Кома теперь так называется? – Киаран прищурился. – «Плохо себя почувствовала»?

– Хотите до свадьбы взаперти сидеть? – повысила тон Сюзанна. – Могу устроить!

– Никак нет, мэм, – Киаран показал офицерскую выправку и отдал ей честь.

– Так-то лучше, – кивнула адмирал. – Что сказать своей команде, которая весьма встревожена вашим внезапным исчезновением, придумаете сами. Главное, острые углы обойдите, а не то мне придется отдать приказ их зашлифовать.

– Так точно, мэм, – ответил Киаран.

– Надо же! А вы, кажется, присмирели, капитан Рурк? – засмеялась адмирал. – Может, мне стоит почаще вас запирать?

– Я усвоил урок, мэм. Повторять его не стоит.

– Это я буду решать сама, – адмирал закрыла дверь в каюту, оставив охрану Киарана в коридоре.

Она сделала шаг к нему навстречу и толкнула рукой в грудь, заставляя Киарана сесть на кровать. Он повиновался.

Глядя на него сверху вниз, Сюзанна начала расстегивать пуговицы на кителе.

– Сначала дело сделай, а потом отправишься в медблок, – произнесла она.

– Нет, мэм! – громко ответил он, кривя губы в отвращении.

Рука Сюзанны застыла на очередной пуговице.

– Желаешь просидеть взаперти до свадьбы? – она вопросительно вскинула бровь.

– Просижу, если придется.

– Ну что за нрав! – Сюзанна взмахнула руками.

– Дженерийский, – подсказал Киаран.

Сюзанна скривила лицо и начала быстро застегивать китель. Приведя себя в порядок, она, как ни в чем ни бывало, открыла дверь и покинула каюту.

* * *

Киаран заглянул в палату к Аудроне и, заметив на себе ее взгляд, с облегчением выдохнул. Она не ничуть не изменилась с позавчерашнего дня. Ясные зеленые глаза казались центром притяжения на исхудавшем лице, а ключицы, проглядывающие в вороте ночной рубашке, все так же торчали.

Киаран подошел к ее кровати, наклонился и обнял. Он молчал. И Аудроне тоже. Киаран отстранился, заглянул в ее лицо. Погладил щеки с выступающими скулами и провел большим пальцем по высохшим губам.

– Как ты себя чувствуешь? – наконец, произнес он.

Аудроне вымученно улыбнулась и пожала плечами.

– Все хорошо.

– Опять врешь, – констатировал Киаран.

– Если только чуть-чуть.

Киаран прижался губами к ее лбу и застыл. Он понимал, что все далеко не в порядке. Врач сказал, что возникли некие побочные эффекты на препараты, которыми Аудроне лечили, чему Киаран, конечно же, не поверил. Проникнуть бы мысли Аудроне и покопаться с них хорошенько, но сейчас этого делать нельзя. Да и вряд ли позже она позволит ему бродить по своему сознанию без последствий.

– «Мама» тебя заперла? – прошептала Аудроне.

Киаран усмехнулся и присел рядом на кровать.

– Все-то ты знаешь, – ответил он.

– Уверена, что ты проявил упрямство, которого следовало избегать, – заявила Аудроне и погладила его по руке.

– Я не хочу это сейчас обсуждать, – он опустил глаза в пол.

– После прибытия на Луиту тебе придется распрощаться с дженерийской гордостью и сыграть роль баловня судьбы, которому повезло меня соблазнить, – продолжала говорить Аудроне, как будто не слышала его просьбы. – Я верю, что ты справишься с этим, но, зная тебя и твой характер, рискну предположить, что дастся тебе это очень тяжело.

– Полагаешь, что я не смогу дать отпор горстке напыщенных болванов, для которых я – пустое место? – он перевел вопросительный взгляд на ее лицо.

– В том-то и проблема, Киаран, что им нельзя давать отпор, – она сжала его пальцы. – С этой толпой нужно слиться и стать таким же безликим, как и они.

– Тогда они меня размажут и вытрут ноги напоследок, – уверенно ответил он.

Аудроне осуждающе покачала головой.

– Последнее слово все равно останется за тобой, Киаран.

Она заморгала и устало закрыла глаза. Пальцы ослабли и отпустили руку Киарана. Он погладил их и снова поцеловал Аудроне в лоб.

– Спи. Я буду рядом, – произнес тихо, наблюдая за тем, как она начинает посапывать.

* * *

Как и обещали, Вильяма выписали с самого утра и проводили к выделенной ему каюте. Вручили браслет и сообщили, что время завтрака для его команды истекает через тридцать минут.

Вильям, долго не думая, отправился в столовую. Оказавшись в помещении, он замер, глядя на остальных членов команды. Все они подняли головы и уставились на него. Все, кроме Тартаса, который спокойно продолжал есть протеин.

– Вильям! – воскликнула Жасмин и встала.

Она подошла, обняла его и похлопала по спине.

– Я так рада, что тебя, наконец, выпустили!

– Что сегодня в меню на завтрак? – попытался пошутить он.

– Протеин! – развела руками Око и рассмеялась. – Я рада, что ты снова в строю!

– Мы все рады, – добавил Дон и перевел взгляд на молчаливого Тартаса, лицо которого особого восторга не выражало.

Вильям отстранился от Жасмин и пошел за своей порцией еды. Пока наливал кофе в кружку, мимо него прошел Тартас, сдал посуду в автомат приемки и, ничего не говоря, покинул столовую.

– Вот говнюк! – прошипела Око и бросила приборы в тарелку. – Хоть бы вид сделал, что ему не все равно!

– Око, – Дон отрицательно покачал головой, призывая ее к молчанию.

– Ты как, друг? – Шори встал, подошел к Вильяму и похлопал его по плечу. – Все в порядке?

– Не обо мне сейчас стоит переживать, – он забрал порцию протеина и переместился за стол. – Кто-нибудь видел Киарана?

– Нет, – ответил Дон.

– Ясно, – задумчиво произнес Вильям. – Завтра мы на Луиту прибудем. – По крайней мере, так мне сказал врач. Возможно, до высадки нам удастся с ним встретится.

– Ты в личный кабинет свой заглядывал? – поинтересовался Шори, возвращаясь за стол.

– Пока нет, – нахмурился Вильям, поправляя сетевой браслет на запястье.

– Мы все получили приказ об увольнительных, – пояснила Жасмин. – Полагаю, ты тоже.

Вильям не стал откладывать проверку. Активировал браслет и вошел в личный кабинет, привязанный к его постоянным позывным. Приказ об увольнительной висел в списке «к ознакомлению».

– На целых три месяца? – удивился Вильям. – Вот это щедрость!

– Да, с завтрашнего дня мы, вроде как, в отпуске, – Око отодвинула от себя пустую тарелку.

– Чем займемся на Луите в первый день увольнительной? – Шори переглянулся с остальными.

– Напьемся, – кивнул Дон.

– В стельку, – добавила Жасмин.

– Домой не собираетесь слетать, пока есть такая возможность? – спросил Вильям.