Текст книги ""Фантастика 2026-6". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

Соавторы: Даниэль Рэй,Полина Ром,Анна Лерн,Игорь Лахов,Даниэль Зеа Рэй,Кира Страйк,Марьяна Брай,Эва Гринерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 103 (всего у книги 361 страниц)

– Гель в тумбочке возьми, – подсказал Вильям.

Тартас ничего не ответил. И в тумбочку не полез. Он начал покрывать поцелуями его спину, шире раздвигая колени Вильяма, поглаживая его ягодицы ладонями и сжимая пальцы на них. Вильяму казалось, что он уже и без подготовки готов принять Тартаса. Понял, что хочет ощутить в себе его член, надавливающий головкой на заветную точку внутри, от чего стимуляция рукой спереди закончится быстрым и очень сильным новым оргазмом. Но даже не это на самом деле хотел ощутить Вильям. Тартас должен был кончить вместе с ним. Почувствовать это, насладиться моментом, когда любимый человек благодаря ему достигает своей вершины – не это ли делает их секс таким незабываемым?

– Гель возьми, – повторил Вильям, наслаждаясь поглаживаниями своей поясницы и губами Тартаса, следующими вдоль нее вниз.

Все-таки Тартас отвлекся на гель. Быстро нашел его, нанес на руки и бросил тюбик на кровать. Ладонь с прохладным гелем оказалась впереди, стимулируя набирающий эрекцию орган. Вильям подал бедра назад, цепляясь пальцами за покрывало и сминая его. Напряжение в члене возрастало. Казалось, еще несколько движений ладони Тартаса, плотно обхватывающей его, и Вильям опять кончит.

– Я хочу тебя! – взмолился он, точно зная, о чем просит.

И Тартас безошибочно понял его. Палец нашел нужную точку внутри, и Вильям стал ритмично стонать, пока Тартас ее обхаживал. Он готов! Давно готов! Только Тартас все медлит, лишая его самого интимного единения с ним.

– Тартас! – не то с раздражением, нее то уже со злостью, воскликнул он.

– Ты абсолютно не сдержан в своих желаниях, – констатировал факт Тартас и очень медленно в него вошел.

Вильям никогда не думал, что сможет когда-нибудь оказаться «внизу». Дело было не в какой-то предвзятости, а во внутреннем сомнении довериться кому-то настолько. Ведь это означало снять с себя ответственность и возложить ее на плечи партнера. Но в очередной раз кончая под Тартасом, он уже уверился в мысли, что «наверх» больше никогда не вернется. Тартас изогнулся за его спиной, простонал, и Вильям почувствовал тот самый сокровенный момент, по которому успел соскучиться.

Его равнериец – только его. И больше ничей. Пока Вильям жив – так оно и будет. А когда Вильям умрет… Когда он умрет, Тартас освободится и будет жить дальше. Но эти моменты никто у них не отнимет. Воспоминания останутся, спрячутся в укромном уголке сознания Тартаса, чтобы когда-нибудь, в будущем, напомнить ему о любовнике-луитанце, с которым у него был такой обалденный секс.

Вильям лежал в обнимку с Тартасом, опустив голову на горячую грудь. Его пальцы кружились вокруг пупка равнерийца, то и дело исследуя россыпь мелких рубцов на плоском животе, оставленных ужасным прошлым.

– Завтра вечером придешь на ужин? – спросил Вильям. – Я приготовлю что-нибудь из национальной кухни твоего народа.

– Прости, но до свадьбы мы больше не увидимся, – Тартас пригладил спутанные волосы любимого. – Я и так наломал дров, оказавшись у тебя сегодня.

– Кто попросил тебя порвать со мной?

– Ты знаешь, что я не могу ответить, – Тартас погладил Вильяма по щеке, а тот перехватил его руку и прижал пальцы к губам.

– Значит, на этом все, – прошептал он, укладывая его ладонь себе на щеку.

– После свадьбы… – Тартас не договорил.

– Да, после свадьбы, – Вильям закрыл глаза.

– Мне пора уходить, – произнес Тартас, не шевелясь.

– Еще минутку, ладно? – тихо попросил Вильям.

– Только если пару минут, – ответил Тартас и сам закрыл глаза, которые внезапно наполнились слезами.

* * *

Аудроне снился сон. Очередной кошмар из прошлого, который нечасто посещал ее, но все же заглядывал в гости без приглашения, как навязчивый сосед, желавший сунуть нос в чужие дела.

Аудроне вошла в рубку наблюдения и поздоровалась с командой ученых, с которыми корпела над реализацией проекта несколько лет. Приблизилась к одному из голографических экранов, оценила ход эксперимента. По правую руку от нее за защитными прозрачными панелями и экранами располагался венец совместного творения лучших умов Вселенной – ускоритель частиц, построенный по новой технологии и способный создать пусть и маленькую, но все-таки «черную дыру».

Основные элементы этой гигантской установки были спрятаны от посторонних глаз на нижних уровнях космической станции «Квик» именуемой в узких кругах «Теневым Двором». О том, что там проходили особую подготовку офицеры флота – знали все. Но что мифический «Теневой Двор» – это еще и база для интересных научных экспериментов – вот это для многих могло стать сюрпризом.

Ускоритель частиц нового поколения строили на «Квике» два года. Тестовые запуски системы показывали стабильную работу и абсолютную управляемость ситуацией. О трех десятых процента «непредвиденных» изменений при выводе работы установки на полную мощность все, как будто, позабыли.

Аудроне покосилась на красную кнопку, спрятанную за защитной прозрачной панелью на горизонтальном пульте управления. Дай Бог, чтобы не пришлось ее сегодня нажимать.

– Восемьдесят процентов от максимальной скорости, – произнес один из профессоров. – Показатели стабильные.

Ей бы очень хотелось увидеть формирующуюся сингулярность своими глазами, однако это было невозможно. Шарообразный защитный купол, поблескивающий в лучах искусственного освещения, лишал Аудроне возможности наблюдать за всем своими глазами. Вместо них у нее были датчики, приборы и цифры, которые появлялись на голографическом табло.

– Девяносто пять процентов, – объявил профессор Допсон.

– Слишком быстро скорость набирает, – напряглась Аудроне.

– Все, сто процентов! – радостно произнес Допсон, как будто не слышал замечания.

– Формируется, – заулыбалась белоглазая Гретта – самая пожилая женщина в команде ученых.

– Вижу, – монотонно ответила Аудроне, пристально глядя на табло.

– Есть! – Допсон подскочил со стула и едва ли не стал прыгать от радости. – Мы создали ее!

– Только она нестабильна, – Аудроне наклонилась к экрану. – Я одна вижу скачок расширения аккреционного диска?

– Он небольшой, – откликнулся профессор Солжет.

– Новый скачок, – озвучила Гретта, голос которой перестал излучать веселье.

Допсон согнулся над мониторами в панели управления. Аудроне пощелкала пальцами. Развилка. Все еще может быть хорошо. Практически достоверный прогноз. Все еще может быть отлично!

– Сахида, она расширяется! – прокричал Солжет.

Или нет…

Запищали приборы тревожного оповещения. Аудроне бросилась к пульту управления. Словно в бреду открыла пластиковую защитную панель и хлопнула ладонью по красной блок-кнопке. Повернула голову к Солжету и увидела ужас в его глазах. Этот ужас останется с ней на всю жизнь. После него была только вспышка света, ослепившая ее на мгновение.

Аудроне так и осталась стоять. Зрение вернулось не сразу. Точнее, она не сразу поняла, что оно к ней вернулось. Чернота вокруг мимикрировала под слепоту, а внезапно повисшая абсолютная тишина – под глухоту.

– Солжет! – позвала Аудроне и услышала собственный голос, эхом разносящийся вокруг.

«Солжет. Солжет. Солжет. Солжет.» – доносилось со всех сторон.

– Допсон! – закричала Аудроне.

«Допсон! Допсон! Допсон! Допсон!» – понеслось вокруг.

– Меня кто-нибудь слышит?

«Меня кто-нибудь слышит? Меня кто-нибудь слышит? Меня кто-нибудь слышит?» – наперебой отвечала темнота. И вдруг свет впереди. Точка. Маленькая, но яркая. Она росла, как будто стремительно приближалась к Аудроне. Точка превратилась в узкую линию и на огромной скорости пронеслась мимо. Вместо нее появилась другая, такая же точка. И та тоже превратилась в линию, проносящуюся мимо. Третья. Четвертая. Они стали появляться по две, три, пять, семь, пока вокруг из-за этих линий не стало так же светло, как днем. Аудроне повернула голову и стала замечать картинки. Они выстраивались из этих линий. Как будто голопроекцию кто-то разрезал на тонкие полоски, а затем наклеил их на один лист бумаги, оставив между ними зазоры.

– Где я? – прошептала Аудроне, немея от ужаса, потому что на этих картинках видела себя в мундире ВКФА.

«Где я? Где я? Где я? Где я?» – раздалось со всех сторон.

– Сумеречная зона? – предположила Аудроне, пытаясь понять, где находится.

Все было похоже на то, будто она действительно застряла в сумеречной зоне. Та же темнота и пустота. И другие реальности, возникающие перед взором. Только кто-то повернул их к ней боком, оставив вместо «больших голоэкранов» узкие полоски изображения, проносящиеся мимо на огромной скорости. Или мимо них летела она?

Свечение вокруг начало усиливаться, пока Аудроне не ослепила вспышка.

Она продолжала стоять, зажмурив слезящиеся глаза.

– Аудроне! – услышала незнакомый мужской голос и вздрогнула.

Или она знала, кому он принадлежит?

Аудроне открыла глаза. Она в свадебном платье, испачканном кровью, стоит посреди главного зала Обители Инага. Вокруг тела людей, как будто только что здесь произошло побоище. Они лежали на белых скамейках, поперек них, под ними, на полу в проходе, где стояла Аудроне. Рядом с ней застыл он, мужчина, который ее звал. Дженериец. Его зовут Киаран. Аудроне знает его. Или нет?

Она подняла руку, интуитивно протягивая ее к знакомому незнакомцу, и только тогда поняла, что ее кожа светится. Как будто золотой пылью посыпана! Но ладони, при этом, в крови. И свадебная руна на правом запястье, а на левом – черная змея с синими глазами. Она взглянула на них и перевела взгляд на свой живот. Кажется, это ее кровь на ладонях и платье.

Аудроне почувствовала, как слабеют ноги. Она рухнула на колени, переводя непонимающий взгляд на все еще застывшего рядом мужчину-дженерийца. А потом и вовсе упала. Взгляд зафиксировался на потолке. Стало легко. Стало понятно, что дальше ее ждет умиротворение и покой. Аудроне открылось таинство последнего момента ее жизни, после которого она перестанет существовать.

Новая вспышка света. И время потекло назад. Аудроне поднялась, прижала руки к животу и сгорбилась. Из живота вылетели лазерные лучи. Они вернулись в дуло пистолета стрелявшего. Его Аудроне тоже знала. Вокруг ругань, крики и шум выстрелов. Много криков, слов не разобрать, потому что они звучат «задом наперед». Но можно понять ход вещей. Запомнить лица, знакомые и незнакомые одновременно. У каждого своя миссия и роль. И для Аудроне ничто не секрет. Момент откровения, истины и уверенности в том, что все так, как должно быть.

События ускорялись, происходя в обратном порядке. Ужас и побоище сменили более радостные моменты. Улыбающиеся лица Тартаса и Вильяма. Губы Киарана. Свадебная руна на запястье. Аудроне все больше и больше затягивало во времени назад, и вот она уже движется по проходу в своем платье в обратном направлении, и Киаран, ждущий у алтаря, все дальше и дальше отдаляется от нее. Набор скорости перемотки. Окружающий мир слился в одно грязное пятно. Вспышка и темнота.

– Вы слышите меня? – раздался мужской голос в этой темноте. – Аудроне, если вы меня слышите, откройте глаза!

И она открыла их. Хотя совсем не помнила, как закрывала.

– Аудроне, вы слышите меня? – настаивал мужчина в костюме врача. – Если да – моргните.

Она моргнула.

– Меня зовут доктор Брос. Сейчас я достану из вашего горла трубку. Лежите спокойно и выдохните, когда я вас попрошу…

Аудроне вздрогнула и открыла глаза. Киаран спокойно спал рядом в ее постели. Даже не шелохнулся, когда она неуклюже повернулась на бок и задела его плечом. Давно ей не снился этот кошмар. Кто знает, может, он будет навещать ее каждую ночь в течение недели, до тех пор, когда Аудроне в свадебном платье не сделает шаг и не войдет в главный зал Обители Инага?

Она поежилась от своих невеселых мыслей и подумала о том, что толику счастья перед финалом все же обрела.

Когда в «Теневом Дворе» с нее впервые сняли ошейник, Аудроне тут же щелкнула пальцами и заглянула в сумеречную зону. Но в ближайших трех месяцах, куда она была способна подсмотреть, загадочного мужчину-дженерийца по имени Киаран не увидела. Это не убавило ее веры, что в сингулярности она постигла секрет будущего. Потому что ни один прогноз не заставлял ее испытывать столько эмоций одновременно и переживать увиденное, как собственную жизнь.

С верой в себя и это видение, Аудроне ввязалась в авантюру, целью которой было остановить войну. Пусть не в своем мире, а чужом, но какая разница, если в каждой из реальностей люди жили и умирали по-настоящему?

Конечно, это не означало, что вопросов и сомнений в плане, который она придумала сама, у Аудроне не осталось. Но последние три года она не позволяла себе сомневаться в принятых решениях.

Сейчас, думая об этом, Аудроне гадала, что же на самом деле произойдет во время ее свадьбы с Киараном. Ведь ее дженериец-модельер выбрал парадный мундир для церемонии бракосочетания, а она отчетливо видела его в национальном дженерийском платье. И Аудроне за прошедшие месяцы не раз могла попросить его изменить выбор и настоять на другом наряде для церемонии. Но она молчала и не вмешивалась. Наверное, это потому, что с «обрушением» прогноза на будущее, впервые со дня злополучного эксперимента у нее появилась надежда на то… …что она каким-то непостижимым образом все-таки сможет выжить.

* * *

– Ты задержался, – укоризненным тоном произнес отец, глядя на Киарана, появившегося в главном зале Обители Инага на Луите.

Орландо сидел на скамейке в первом ряду со стороны жениха и смотрел на алтарь. Рядом с ним курил папироску шаен Ал-Тэгу. Насколько же старый проныра привык дышать всякой дрянью, что даже во время ментального контакта проецировал свое сознание в клубах привычного дыма?

– Видимо, веская причина задержала моего ученика, раз на встречу он явился не только с опозданием, но и в неподобающем виде, – Ал-Тэгу помахал перед лицом рукой, разгоняя клубы едкого дыма.

Киаран опустил голову и взглянул на себя. Он стоял в трусах и майке спиной к алтарю и выругался, когда понял, что не одет. Напрягся и сосредоточился. Комбинезон ВКФА тут же появился поверх исподнего.

– Уважаемый шаен, – Киаран сложил пальцы домиком и поклонился учителю.

– Эйзор опаздывает, – осуждающе покачал головой Ал-Тэгу. – Наверное, опять не придет.

– Вы пригласили Эйзора? – не понял Киаран. – Я же сказал, что он, скорее всего, работает на «Сестринство» и Сюзанну Мэль!

Ал-Тэгу засмеялся.

– Ну нельзя же быть таким наивным, Киаран! – учитель подмигнул ему раскосым белым глазом. – Сюзанна уверена, что и я с ней в одной упряжке.

– Почему вы не предупредили меня, что она психореалистка! – угрожающе повысил тон Киаран.

– А мы должны были? – Ал-Тэгу покосился на Орландо.

– Нет, – отрезал он. – Эйзор запретил это делать.

– Ах да, – утвердительно закивал Ал-Тэгу. – Испытание верности должно состояться.

– Уже состоялось! – Киаран пришел в бешенство.

Орландо и Ал-Тэгу синхронно рассмеялись.

– Представляю, как Сюзанна сейчас рвет и мечет, – раздался голос шаена Эйзора.

Он возник в центральном проходе между рядами. Тот же мужчина в том же костюме, в котором Киаран видел его сегодня во время ужина.

– Ты ведь прошел ее поганое испытание? – спросил Эйзор, приближаясь к Орландо и Ал-Тэгу.

– Да, – Киаран с ненавистью смотрел на луитанца, который вел себя, словно хозяин положения.

– Вот и славно, – ответил тот и присел на скамейку в первом ряду со стороны невесты. – Рад приветствовать вас, шаены, – он кивнул Орландо и Ал-Тэгу.

– Взаимно, – ответили те.

– Орландо, Император передал тебе личное приглашение на свадьбу через Киарана, – как будто невзначай обронил Эйзор и взглянул на Киарана.

Он улыбнулся ему, как человек слишком много знающий, и сложил руки на груди.

– Вы слышали, – Киаран пристально смотрел на Эйзора.

– За столько лет работы чего я только не слышал, – рассмеялся Эйзор.

– Лирелия Левен была с вами заодно? – Киаран бегал взглядом от Ал-Тэгу, к отцу и шаену Эйзору.

– С чего ты это взял, мой ученик? – спросил Ал-Тэгу и закашлялся.

– Лирелия основала «Сестринство», – ответил Эйзор, – и выбрала в преемницы одну из лучших своих учениц.

– Сюзанну Мэль, – кивнул Киаран.

Эйзор пристально смотрел на Киарана, но ничего не ответил.

– Это – борьба за власть, – Орландо встал и осмотрелся. – Ничего личного, сынок.

– А я думал, что вы хотите мир во Вселенную принести, – Киаран сложил руки на груди.

– Без смены власти никакого мира не будет, – ответил Эйзор и тоже встал. – За час до церемонии к тебе придет наш агент, – продолжил он, – и передаст «подарок». Все, о чем мы договорились, будет там.

– Надеюсь, что ты сдержишь слово! – Киаран гневно буравил взглядом отца.

– Сдержу, – Орландо подошел к алтарю. – Помоги нам – и все закончится хорошо.

– «Сумеречная зона», – Киаран отошел в сторону на несколько шагов, продолжая наблюдать за отцом. – Почему трансгрессиры и модельеры видят ее по-разному?

– Откуда мне знать? – хмыкнул Орландо. – Ты смог увидеть ее глазами трансгрессира?

– Да, – кивнул Киаран.

– Занятный вопрос, между прочим, – Эйзор потер подбородок.

– До сих пор никто не знает, что это за место, Киаран, – Ал-Тэгу неспешно встал со скамейки, – и по каким законам оно существует. Модельеры приносят туда свет. Трансгрессиры обитают во тьме. Модельеры способны провести там гораздо больше времени, чем трансгрессиры, но они не видят ни одной параллельной реальности, в отличие от вторых.

– Возможно, мы не видим параллельные реальности из-за яркого света? – предположил Киаран. – И как только он гаснет, нас выбрасывает оттуда?

– Вода и водяной пар состоят из одних и тех же молекул, мой ученик, – вслух рассуждал Ал-Тэгу. – «Сумеречная зона» тоже одна для всех. Но для кого-то это вода, а для кого-то пар. Почему ты так внезапно заинтересовался природой «сумеречной зоны»?

– Он знает, почему интересуется, – ответил за Киарана Эйзор.

– Мне стоит беспокоится? – обернулся к нему Орландо.

– Нет, – покачал головой тот. – Я бы предупредил тебя, если бы это имело значение.

– Как предупредили, что моя мать погибнет? – взгляд Киарана резал невозмутимый профиль Эйзора.

– Твои родители спасли тебе жизнь, – монотонно ответил тот. – Будь им благодарен за это, а не ищи виноватых. У каждого из нас свой путь и свой выбор. Свободный или нет – другой вопрос.

– Но выбор Десницы определяет судьбу Вселенной, – напомнил Киаран. – У остальных таких привилегий нет.

– Правда? – улыбнулся Эйзор. – Что первично, Киаран, идея, что мы можем все изменить, или действие, которое привело к рождению этой идеи?

– Яйцо или курица, – Ал-Тэгу затушил папироску о скамейку, и окурок исчез. – Хороший вопрос, Эйзор. Если бы Аудроне не создала свою теорию пространственно-временной инверсии, оказались бы мы все сейчас здесь? И имел бы место некий масштабный заговор с целью свержения правящих верхушек двух лагерей?

– Вы все еще верите, что Десница – именно она, – Киаран с опаской смотрел на Эйзора и Ал-Тэгу.

– Ты ничего не понял, – осуждающе покачал головой Ал-Тэгу.

– Хватит рассуждать! – разозлился Орландо. – Свой философский бред обсудите за бутылкой крепленого после того, как все будет кончено.

Эйзор подошел к Орландо и похлопал его по плечу.

– Меньше агрессии, дорогой друг.

– Предлагаю начать репетицию того, что мы с вами будет делать, когда начнется побоище, – Ал-Тэгу сунул руку в карман широких штанов под белой туникой, и достал из него пачку с папиросками.

– Ты можешь хотя бы при ментальных контактах не дымить? – Орландо брезгливо скривил лицо.

– Могу, но не хочу, – ответил Ал-Тэгу и прикурил от пальца.

* * *

Перед завтраком Аудроне решила заглянуть в комнату к Сюзанне. «Мать» как раз надевала китель, когда Аудроне вошла.

– Стучать не учили? – злобно бросила Сюзанна.

– Хотела бы уединения, закрыла бы дверь за замок, – Аудроне прошла в гостиную «комнаты-квартиры» матери и присела в кресло у журнального столика. – Я много времени не отниму, «мама».

– Тогда поторопись. Я опаздываю в штаб.

– Не знала, что ты способна создавать иллюзии.

Сюзанна промолчала, продолжая перед зеркалом застегивать китель.

– Есть ли шанс, что ты когда-нибудь перестанешь меня ненавидеть? – Аудроне наклонилась вперед и повернулась лицом к Сюзанне.

– Я устала повторять, что во мне нет ненависти. От тебя слишком много зависит, Аудроне. Предать того, кого любишь, ужасное испытание. Тебе было бы гораздо легче исполнить свою роль, если бы внутри поселилась ненависть к Киарану Рурку. Но ты не ищешь легких путей, не так ли? – Сюзанна повернулась к ней. – Никто не спасет тебя, кроме меня. Никто добровольно не отпустит копии Десницы Инага по домам. Я сделаю это для тебя. И подарю тебе шанс избавиться от парадокса навсегда. Но если ты предашь наш план… – Сюзанна отвернулась к зеркалу и поправила воротник. – Я не сделаю для тебя ничего.

– Не прикрывайся благими намерениями. Ты могла водить за нос Лала Ли, но меня не стоит.

– Поговорим после того, как все будет кончено. А пока, – Сюзанна хмыкнула, – наслаждайся жизнью! Возможно, она продлится даже больше, чем неделю. Выбор, моя дорогая, по-прежнему за тобой.

– Надеюсь, до свадьбы мы с Киараном больше тебя не увидим.

Аудроне тихо встала, еще раз бросила разочарованный взгляд на «мать» и ушла.

* * *

– Чем займемся сегодня? – спросил Киаран, сидя в столовой и намазывая булочку джемом.

– Любовью, – улыбнулась ему Аудроне.

– А после этого? – Киаран смешливо прищурил глаза и протянул ей угощение.

– Любовью, – повторила Аудроне, забирая у него булочку с джемом.

– А когда сервера в этом доме починят? Чем мы будем заниматься?

– Опустим на кровати балдахин и снова займемся любовью, – пожала плечами Аудроне и откусила кусочек булочки с джемом.

– Прекрасный план на предстоящую неделю, капитан-лейтенант Мэль, – с уважением кивнул Киаран.

– Рада, что вам нравится, капитан Рурк, – подмигнула ему Аудроне.